Текст книги "Марш хулиганов"

Автор книги: Дуги Бримсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 9 страниц)

По злой иронии судьбы, в день трагедии на «Эйзеле» я находился на военных учениях в Бельгии. Более того, оказался единственным англичанином среди почти сотни бельгийских, итальянских, немецких и шотландских военнослужащих, следивших за происходящим по телевизору. Хотя никто из них открыто не высказался, по одним только взглядам было ясно, что меня, открыто симпатизировавшего «Ливерпулю», тоже считают виновным. В итоге я молча вышел вон еще до начала игры. Единственный раз в жизни мне было стыдно из-за того, что я – англичанин.

Неудивительно, что через несколько дней после случившегося в Брюсселе все английские клубы были исключены из европейских соревнований. А «Ливерпуль» получил еще и дополнительную трехлетнюю дисквалификацию. Невероятно, но четыре из пяти английских клубов, которые должны были участвовать в еврокубках в следующем сезоне, пытались оспорить свою дисквалификацию в Верховном суде, заявляя, что не имеют к этим событиям никакого отношения. К счастью, суд оставил решение без изменений.

Для многих фанатов события на «Эйзеле» стали сигналом тревоги. Они внезапно поняли, что их увлечение может обернуться абсолютно бессмысленным массовым убийством. Хулиганы же ни о чем толком не догадывались, хотя следовало бы. По инерции траблмейкеры[42]42
  Дословно – «бедоносцы».


[Закрыть] продолжали вершить свои дела, а полицейские тем временем решили раз и навсегда ликвидировать организованные группировки. Первым делом в них внедрили агентов под прикрытием.

Поразительно, но им все-таки удалось проникнуть в группировки «Челси», «Миллуола», «Бирмингема», «Лидса», «Лутона» и многих других клубов.

В итоге по всей стране были проведены аресты лидеров различных «фирм». Затем они предстали перед судом и в большинстве случаев оказались в тюрьме. Когда полиция поделилась новостями об этой операции, остальные хулиганы пришли в ужас. Ведь если полицейские смогли проникнуть даже в «фирму», поддерживающую «Челси», то что же говорить о других группировках? Правительство, в свою очередь, ужесточило законодательство. Этот факт, вкупе с распространением использования камер скрытого видеонаблюдения, показал, что хулиганов стали воспринимать всерьез. Почти сразу количество инцидентов на матчах пошло на спад. Хотя проблема еще не была решена окончательно, впервые наметились кое-какие улучшения.

Организованная сторона футбольного хулиганства все еще оставалась загадкой для чужаков. Однако в 1988 году вышел фильм «Фирма», достаточно правдиво показавший зрителям хулиганов «Вест-Хэма». Впервые жестокость футбольного насилия была выставлена на всеобщее обозрение, а Гэри Олдман просто блестяще исполнил главную роль. Возможно, это один из лучших фильмов на данную тему.

В сезоне 1987/88 количество инцидентов продолжало снижаться. Чемпионат Европы в Германии прошел относительно мирно. Одной из причин тому стало возникновение нового явления, быстро притянувшего к себе массу молодых людей – рейва.

Музыкально-танцевальную культуру того времени нельзя недооценивать, так как помимо всего прочего она заключала в себе элемент бунтарства. Незаконные рэйвы проходили в складских помещениях или на природе. Многие их участники путешествовали по всей стране, скрываясь от полиции. Придется согласиться с тем, что все это было крайне увлекательно и с каждым днем число поклонников рэйва увеличивалось. Распространение наркотиков, окружавшее эту культуру, также повлияло на спад футбольного насилия. Когда примешь дозу, меньше всего хочется с кем-нибудь подраться. В итоге благодаря рэйву правительство поспешило объявить об успехе антихулиганских мер, которые оно предприняло после 1985 года.

В период расцвета рэйва движение казуалов претерпело некоторые изменения. Появились торговые марки, которые стали прочно ассоциироваться с хулиганами. «Stone Island» с ее знаменитой эмблемой на рукаве превратилась в своего рода униформу в день матча. Владельцы некоторых баров вывешивали в окнах знаки «Без «Stone Island»», потому что парни в одежде этой фирмы являлись для них потенциальным источником проблем. То же самое можно сказать и о «Вurbеrrу». Есть мнение, что именно популярность данной марки среди казуалов спасла ее от разорения. Несмотря на снижение количества инцидентов, отношение полиции к футбольным болельщикам не изменялось. В каждом из них они по-прежнему видели хулигана и потому вели себя соответственно. Но затем произошло событие, которое изменило все.

Во избежание гфеимущества «своего» стадиона, полуфиналы Кубка Англии традиционно проводятся на нейтральных полях, а решающий матч – на лондонском «Уэмбли». В 1989 году в один из полуфиналов вышли «Ливерпуль» и «Ноттингем Форест». Матч должен был состояться на одной из лучших арен того времени – «Хилсборо» в Шеффилде.

Незадолго до стартового свистка на улицах, примыкавших к трибуне «Леппингс Лейн», образовалась давка. Более 5000 человек пытались проникнуть внутрь. Чтобы толпа рассосалась, полицейские приняли решение открыть ворота, через которые при обычных обстоятельствах зрители выходили со стадиона. Через них и хлынуло огромное количество болельщиков «Ливерпуля». Да так, что стюарды были не в состоянии их контролировать. Поэтому внутри стадиона возникла еще одна давка, но на этот раз в проходах за воротами, которые уже были забиты зрителями. Прибывало все больше и больше народу, и положение стремительно ухудшалось. В 15.06, когда матч уже начался, люди стали карабкаться на заграждения, чтобы не оказаться раздавленными.

Решив, что болельщики хотят выбежать на футбольное поле, полицейские посоветовали арбитру приостановить матч, и к заграждению устремились дополнительные силы охраны порядка, чтобы не допустить прорыва.

Когда копы наконец поняли, что происходит, нескольких людей уже задавили насмерть. В ходе этого матча, приведшего к одному из самых страшных инцидентов в истории футбола, погибло девяносто шесть человек. Когда тела убирали с трибуны «Леппингс Лейн», полицейские образовали кордон, чтобы не допустить сближения фанатов «Ливерпуля» с болельщиками «Ноттингем Фореста», которые в ужасе наблюдали за происходящим на другом конце стадиона. Среди тех, кто пытался прорваться, были люди, стремившиеся доставить раненых до машин «скорой помощи», но их не пропустили.

Вполне справедливо полиция подверглась жесткой критике за то, что не смогла предотвратить давку на улице, а также за свое решение открыть ворота. Однако мало кто обратил внимание на одно важное обстоятельство. Если бы фанаты «Ливерпуля» не пытались проникнуть на стадион без билетов, что они и болельщики других клубов проделывали тысячи раз до и после этого инцидента (в том числе и в мае 2007 года перед финалом Лиги чемпионов в Афинах), то эти девяносто шесть человек остались бы живы. Ведь люди погибли не только из-за давки, но и в результате скрытой угрозы футбольного насилия. Если бы его не было в прошлом, не существовало бы и заграждений.

Доводы о том, на какой трибуне следовало разместить фанатов «Ливерпуля» и почему не были установлены кордоны во избежание проникновения на стадион безбилетников, совершенно неуместны. Все английские болельщики несут свою долю вины за события на «Хилсборо», так как они либо принимали участие в деятельности, способной привести к массовой гибели людей, либо просто тупо за этим наблюдали. Да, виновен и я, как и все.

Последовавшее за этим расследование, закончившееся правительственным докладом о причинах трагедии на «Хилсборо», навсегда изменило английский футбол. Заграждения убрали, а полностью сидячие стадионы стали обязательными для высших дивизионов.

Кроме того, обыватели, а главное – полицейские, наконец, поняли, что не все болельщики являются потенциальными хулиганами. Многие из них хотят смотреть футбол, а не драться. Тот факт, что полицейские, по их уверениям, взирали на бесчинства хулиганов, а не на гибель ни в чем не повинных людей, доказывает, насколько испорченными они стали за годы борьбы с футбольным насилием.

В результате изменения отношения полиции к болельщикам, силами охраны порядка стало предприниматься гораздо меньше назойливых действий, к которым мы давно привыкли.

Сами хулиганы тоже поняли, что все зашло слишком далеко. Многие парни приняли решение о прекращении участия в футбольном насилии, а некоторые и вовсе перестали приходить на матчи, испытывая отвращение к игре после событий на «Хилсборо».

Следующий сезон стал одним из самых спокойных. Впервые за много лет количество арестов снизилось, и эта тенденция продолжилась. В сезоне 1990/91 количество задержанных сократилось с 6000 до 4000 человек. Правительство с готовностью объявило об успехе антихулиганских мер, начатых в 1985 году. Однако все эти радости и цифры не отражали реальности. В бочке меда оказалась большая ложка дегтя. Первый сезон после трагедии на «Хилсборо» подходил к концу, и английские болельщики начали паковать вещи для поездки на чемпионат мира 1990 года в Италию. К сожалению, этот турнир прошел не очень гладко.

Глава шестая
ОЗОРНЫЕ ДЕВЯНОСТЫЕ

На этот раз вместо серьезно раненных у нас появились погибшие

Ядерная смесь из жары, фанатов, пива и футбола всегда вызывала крайнее беспокойство властей. Когда сборная Англии, пройдя сквозь отборочный турнир, завоевала путевку на чемпионат мира 1990 года в Италии, правительство Великобритании попыталось сделать покупку билетов на территории страны невозможной. Однако этот план оказался несостоятельным, так как итальянцы заявили, что билеты будут находиться в свободной продаже на протяжении всего чемпионата.

Первые матчи сборная Англии проводила на острове Сардиния. Надежды на то, что они пройдут относительно спокойно, были разрушены местной молодежью, которая старалась доставить туристам как можно больше неприятностей. Ну и каков результат? Драка с участием более пятисот человек! Итальянская полиция была вынуждена открыть огонь поверх голов, чтобы навести порядок.

Из-за запрета алкоголя в Болонье, где должен был состояться второй матч с участием сборной Англии, большое количество англичан разместилось в Римини, в восьмидесяти милях от места проведения игры. Когда сборная Италии победила Уругвай со счетом 2:0, обеспечив себе выход в четвертьфинал, итальянские болельщики вышли на улицы. В программу празднования входили словесные оскорбления в сторону небольших групп английских фанатов, которые сначала ответили тем же, а потом подтвердили свои слова «снарядами» – типичное английское поведение. Ситуация стремительно накалялась. Наконец прибыли полицейские и оттеснили местных. Затем они сообщили англичанам, что развезут их по отелям в целях безопасности. Но вместо этого доставили своих пассажиров в аэропорт и выдворили из страны.

В результате той ночью выслали 238 человек – самая крупная депортация в мирное время за всю историю Италии. Всего за время чемпионата было депортировано больше четырех сотен англичан. Британское правительство пришло в ярость, а итальянские власти в чисто иезуитском стиле похвалили английских болельщиков за поведение и признали, что большинство удаленных с турнира фанатов было ни в чем не виновато. Английская пресса, не найдя ничего умнее, присоединилась к похвалам в адрес болельщиков. Ей казалось, что английские фанаты, побывавшие в Италии, полностью отличались от тех, кто бесчинствовал по всей Европе в начале 1980-х. На самом деле у британских болельщиков была точно такая же мотивация, как и раньше, только теперь буйство и вандализм заменили выпивка и развлечения. Я не утверждаю, что наши фанаты перестали принимать участие в беспорядках, просто теперь их поведение стало реакцией на провокации со стороны местных или полиции, а не заранее спланированными актами насилия.

Даже европейское футбольное руководство поняло это, и не только позволило «Манчестер Юнайтед» и «Астон Вилле» принять участие в еврокубках, но также предложило Англии подать заявку на проведение чемпионата мира 1998 года. Позднее, правда, она была отозвана в пользу более успешной заявки на Евро-96. Казалось, что плохие времена закончились и футбол перешел в следующую фазу эпохи, наступившей после «Хилсборо». Все были преисполнены оптимизма, которого раньше никогда не испытывали.

Считая, что хулиганизм остался в прошлом, английский футбол только обманывал себя. В феврале 1992 года болельщики впервые за несколько лет выбежали на футбольное поле, вернув таким образом хулиганов на первые полосы газет. Произошло это во время домашнего матча «Бирмингема» со «Сток Сити» после того, как гости в последний момент сравняли счет. Сотни приезжих фанатов выбежали на футбольное поле, а один из них даже напал на арбитра. Игрокам пришлось нестись сломя голову в подтрибунные помещения. После того, как со всего стадиона вывели болельщиков, последние тридцать пять секунд матча были доиграны при пустых трибунах. Невероятно, но председатель правления «Бирмингема» назвал главной причиной инцидента непрофессионализм арбитра. В итоге клуб был оштрафован и два следующих матча проводил при пустых трибунах.

Вскоре после этого на первых полосах газет вновь оказались фанаты «Миллуола». Во время последнего матча на старом «Дене»[43]43
  «Ден» был открыт в 1910 году и просуществовал 83 года (вместимость 48 672 зрителя). В 1993 году стадион был разобран и клуб переехал на только что построенный «Нью Ден» (2146 зрителей).


[Закрыть] хулиганы устроили беспорядки и разнесли стадион в клочья. Правда, случилось это за несколько недель до того, как бульдозеры должны были сровнять его с землей. Несколько месяцев спустя серьезные беспорядки произошли уже на новом стадионе, построенном специально для решения проблемы футбольного насилия. Обезумевшие фанаты «Миллуола» набросились на председателя правления футбольного клуба «Чарльтон». Но и это еще не все. Через несколько недель ситуация только ухудшилась.

Выйдя в плей-офф, «Миллуол» принимал у себя «Дерби Каунти». В ходе матча два чернокожих футболиста гостей подвергались ужасным расистским оскорблениям. Атмосфера настолько накалилась, что тренер был вынужден заменить обоих игроков. Когда прозвучал финальный свисток, фанаты «Миллуола» выбежали на поле и атаковали вратаря «Дерби». После матча стало еще хуже. Лондонцы даже подожгли автомобиль, принадлежавший радиостанции «Би-би-си – Дерби». Массовое побоище возобновилось в метро, когда болельщики «Дерби» попытались пробиться к поездам и отправиться домой. Во время этих беспорядков хулиганы впервые использовали сотовые телефоны, которые впоследствии станут их постоянными спутниками. Мобильники, бывшие поначалу довольно громоздкими и дорогими, уже очень скоро уменьшились в размере и подешевели. Благодаря им хулиганские мобы стали более организованными. Противоборствующие группировки все чаще договаривались о встрече заранее. Единственной сложностью стало выяснение телефонного номера нужного человека.

Несмотря на то, что фанаты просто перенесли свои разборки подальше от стадионов, создавалось впечатление, что хулиганизм перестал быть серьезной проблемой. Весной 1994 года, после увольнения из вооруженных сил, я практически не сталкивался с беспорядками на стадионах. Но, конечно, о них слышал. Казуалы в «Stone Island» по-прежнему бродили по улицам под прицелом камер скрытого видеонаблюдения, но редко в чем-то участвовали.

В 1994 году на видеорынке появился документальный фильм «Беспорядки на трибунах». Текст от автора в нем читал известный актер Шон Бин. Фильм, в создании которого приняли участие ученые, по идее должен был стать серьезным исследованием проблемы футбольного насилия. Но на деле он оказался циничной попыткой заработать деньги за счет показа драк и беспорядков. Кассеты и впрямь продавались как горячие пирожки. Открытая реклама хулиганизма привела официальных лиц в ярость, однако случившееся меркло в сравнении с тем, что ожидало их впереди. Вскоре темная сторона английского футбола появилась на первых полосах газет по всему миру.

В январе 1995 года во время матча в рамках Кубка Англии на стадионе «Селхерст Парк»[44]44
  Стадион лондонского клуба «Кристал Пэлас». Построен в 1924 году. Вмещает 26 309 зрителей.


[Закрыть] капитан «Манчестер Юнайтед» и, возможно, лучший игрок за всю историю клуба Эрик Кантона[45]45
  Эрик Кантона (род. 1966) – прославленный французский футболист, не нашедший должного признания на родине, но сумевший добиться поразительных успехов в Англии за счет выступлений в составе «Лидса» (1992) и особенно «Манчестер Юнайтед» (1992–1997). Удостоился прозвища Эрик-Король. По результатам опроса болельщиков «МЮ», проведенного в 2002 году, был признан лучшим игроком в истории «Манчестер Юнайтед». К полной неожиданности для всех, прервал карьеру в расцвете лет.


[Закрыть] был удален за фол против футболиста «Кристал Пэлас». Когда он покидал поле, один фанат принялся оскорблять француза, сопровождая свои словесные тирады соответствующими жестами. Кантона ответил ему ударом в стиле кунг-фу, но, зацепив в полете рекламный щит, не дотянулся до цели. Вскочив на ноги, он набросился на обидчика с кулаками, однако игроки и стюарды быстро оттащили игрока от обидчика.

Кадры и фотографии, на которых были запечатлены детали этого инцидента, облетели весь мир. На следующий день газеты окрестили Кантона хулиганом и призвали посадить его в тюрьму. В попытке разрядить ситуацию «Манчестер Юнайтед» дисквалифицировал Эрика-Короля до конца сезона.

Фанаты всегда оскорбляли футболистов, но в большинстве случаев делали это особым способом. Как правило, болельщики преследовали две цели: развеселить друг друга и показать футболисту, что о нем думают на трибунах. Игрокам подобное занятие, конечно, не нравилось, но они хорошо понимали, почему такое происходит. К тому же гораздо чаще их поддерживали, нежели унижали. Когда свои проявляют недовольство, значит, ты плохо сыграл. Если же достается от чужих, значит, наоборот, ты в ударе. Любой стоящий футболист использует это с пользой для себя.

Конечно, оскорбления иногда становятся неприемлемыми. Существуют вещи, которых нельзя касаться. Даже мне. Например, вскоре после чемпионата мира 2002 года, на котором Дэвид Бэкхем получил красную карточку во время матча со сборной Аргентины, группа так называемых фанатов, собравшаяся на одном из стадионов, стала желать его детям заболеть раком. Возможно, Дэвид очень хотел прыгнуть в толпу и до смерти избить этих уродов, но он так не поступил. Бэкхем ответил своим недоброжелателям потрясающей игрой, поэтому он и является одним из величайших футболистов всех времен и народов.

Игроки очень редко реагируют на оскорбления. Единственный раз я стал свидетелем подобной ситуации во время выездного матча с «Оксфорд Юнайтед». Всю игру фанаты «Уотфорда» глумились над футболистом Джоном Олдриджем[46]46
  Джон Уильям Олдридж (род. 1958) – ирландский футболист-нападающий. Играл за «Ньюпорт Каунти» (1979–1984), «Оксфорд Юнайтед» (1984–1987), «Ливерпуль» (1987–1989). «Реал Сосьедад» (1989–1991) и «Транмер Ровере» (1992–1998). В 1986–1996 годах провел 69 матчей за сборную Ирландии и забил 19 голов. С 1996 по 2001 год тренировал «Транмер Ровере».


[Закрыть]. Но делали мы это абсолютно по делу. Олдридж вскоре должен был перейти в «Ливерпуль» и потому играл с максимальной осторожностью во избежание травм. А для любого фаната игра не в полную силу равносильна предательству. Наконец Олдридж не выдержал и показал нам средний палец. После чего оскорбления стали еще более резкими. Кроме того, он прочно занял место в десятке самых ненавидимых мною футболистов. Как он посмел оскорбить меня!

В наши дни игроки с удовольствием реагируют на выкрики фанатов, хотя предпочитают держаться от них на расстоянии. Футболист «Манчестер Юнайтед» Криштиану Роналду, забив гол, часто прикладывает ладонь к уху и бежит в сторону болельщиков соперника. А иногда прижимает указательный палец к губам, призывая их заткнуться.

Какими бы ни были оскорбления, существует один их вид, который не только недопустим, но и находится вне закона – это высказывания расистского толка. Когда я говорю или пишу о расизме, перед моими глазами всегда встает одна фотография. На ней изображен один из величайших футболистов, когда-либо надевавших футболку «Уотфорда» и сборной Англии, и один из моих самых любимых игроков – Джон Варне[47]47
  Джон Чарльз Брайан Барнс (род. в 1963 г.) – английский футболист-полузащитник ямайского происхождения. Выступал за «Уотфорд» (1981–1987), «Ливерпуль» (1987–1997), «Ньюкасл Юнайтед» (1997–1999) и «Чарльтон Атлетик» (1999). В 1983–1995 годах 79 раз выходил на поле в составе сборной Англии, забил 12 голов. В 1999–2000 годах тренировал «Селтик».


[Закрыть].

Этот снимок был сделан в 1987 году во время дерби «Ливерпуль» – «Эвертоном» и на первый взгляд он ничем не примечателен. На Барнсе типичная для конца восьмидесятых обтягивающая форма, он явно увлечен мячом, который не попал в кадр. При любых других обстоятельствах фотограф мог посчитать снятое браком.

Однако именно этому снимку было суждено стать одной из самых символических спортивных фотографий. Благодаря тому, что изображено в левом нижнем углу – банану. Всего лишь. И увлечен Барнс вовсе не мячом. Он выбивает банан с поля. Футболист не заострял на этом внимания, но позднее в своих интервью он отметил, что бананы, обезьянье уханье и словесные расистские оскорбления, направленные против чернокожих футболистов, были нормой довольно долго.

Путешествуя за «Уотфордом» по всей стране в течение многих лет, я слышал на разных стадионах ужасные оскорбления в адрес Барнса и его одноклубника Лютера Блиссета[48]48
  Лютер Лойде Блиссет (род. в 1958 г.) – английский футболист-нападающий ямайского происхождения. Выступал за «Уотфорд» (1975–1983; 1984–1988; 1991–1992), «Милан» (1983–1984), «Борнмут» (1988–1991) и «Вест Бромвич Альбион» (1992–1993). В 1982–1984 годах четырнадцать раз выходил на поле в составе сборной Англии и забил три гола.


[Закрыть]. В ответ мы начинали еще сильнее поддерживать своих футболистов.

К началу 1990-х, благодаря действиям различных антирасистских групп, поддержанных подавляющим большинством фанатов, расистские оскорбления были изгнаны из футбола в Англии. Однако история с Эриком Кантона вновь напомнила об этой проблеме. Через несколько дней после нападения на болельщика адвокаты француза выступили с заявлением, что хотя невозможно оправдать поступок их клиента, но понять его можно, так как пострадавший фанат позволил себе расистские высказывания. Это заявление и спасло Кантона от тюрьмы в конечном итоге. Английская пресса немедленно приняла его сторону, и игрок из преступника превратился в жертву. Вскоре стало известно, что потерпевший состоял в одной ультраправой политической группировке. Более того, он был футбольным хулиганом. О таких новостях журналисты могли только мечтать. В газетах появились заголовки: «Расистский позор футбола» и «Хулиганы-нацисты разрушают футбол».

На самом деле ультраправые политические группировки, такие как «Национальный фронт» и «Британское движение», были связаны с аетлийским футболом еще за два десятилетия до того памятного матча, и не трудно понять, почему. Где еще в 1970-х и 1980-х представители рабочего класса собирались вместе в большом количестве? В конце 1980-х влияние политических группировок стремительно сократилось, особенно на клубном уровне. Но среди болельщиков сборной Англии по-прежнему присутствовал небольшой процент представителей ультраправых. Различные группировки во время своих путешествий приняли участие в нескольких крайне постыдных эпизодах. Например, во время поездки в Польшу в 1993 году нескольких английских фанатов сфотографировали смеющимися в музее концлагеря Аушвиц.

Впрочем, с подобными проблемами столкнулись все европейские страны. Отличие Англии состояло в том, что у ее националистских ультраправых группировок был реальный объект для ненависти. Песня «Не сдадимся ИРА» стала настолько популярной среди английских болельщиков, что считается чуть ли не их гимном. Хотя многие высмеивали эту песню и тех, кто ее исполнял, само существование «Не сдадимся ИРА» говорит о том, что английские фанаты до сих пор испытывают ненависть к Ирландской республиканской армии и всему, за что она борется.

Продолжающийся процесс мирного урегулирования общих проблем Англии и Ирландии ознаменован большим количеством уступок в пользу ИРА. И матч между сборными двух стран, который должен был состояться в Дублине в 1995 году, стал идеальной возможностью для английских ультраправых выразить поддержку лоялистам[49]49
  Лоялисты, или верноподданные (от англ. loyal – «верный», «лояльный»). В современной Северной Ирландии они представляют собой третью и самую зловещую силу, участвующую в бесконечных местных разборках. Лоялисты появляются на страницах романа Дуги Бримсона «Самый крутой», производя неизгладимое впечатление.


[Закрыть] Северной Ирландии и предупредить британское правительство о том, что существуют недовольные происходящим.

В день матча английские фанаты наводнили Дублин. Хотя они вели себя вызывающе шумно и позволяли себе антиирландские выкрики, беспорядков почти не было. Однако на стадионе все резко изменилось. Когда сборная Ирландии забила первый гол, английские хулиганы, находившиеся в верхней части западной трибуны, принялись выламывать сиденья и метать их в ирландских фанатов, сидевших ниже. Вслед за прорывом англичан на футбольное поле началось крупномасштабное побоище, и через двадцать семь минут игра была остановлена. Ирландских болельщиков вывели со стадиона, а английские фанаты, оставшиеся на месте, тут же перевели прицел своего интереса на полицейских. Результатом товарищеского футбольного матча стали сорок арестов и двадцать серьезно раненных. Однако на этом дело еще не закончилось.

Оконфузившаяся ирландская полиция теперь сгорала от желания установить контроль над ситуацией постфактум. Поэтому английские болельщики, задержавшиеся в городе, оказались в неприятном положении. Ниже приведен рассказ, который я услышал от Стива из Бристоля:

«Казалось, что ирландцы просто сошли с ума. Большинство англичан полиция доставила на паромы и в аэропорт, а оставшихся ждала очень неприятная ночка.

Вскоре на нас прыгнули местные парни. Мы дали им бой, но были вынуждены отступить, потому что их становилось все больше и больше. К счастью, один вышибала из бара за углом пропустил нас внутрь. По истечении десяти минут кто-то вдребезги вынес окно запущенным в него велосипедом. Конечно, мы выбежали из бара и увидели на другой стороне улицы огромный моб. Пути назад не было, так как ублюдки уже заперли двери. В подобной ситуации остается только одно – сопротивляться. Но стоило нам принять боевую стойку, как мы услышали приближающийся звук сирен. Никогда еще я не испытывал такого облегчения при виде полицейских.

Пока копы выползали из своего фургона, один из наших парней вышел на середину улицы и обложил ирландцев на чем свет стоит. Бог знает, на что он рассчитывал, но к нему сразу же подошел коп и со всего размаху врезал огромной дубиной. Со стороны это выглядело очень смешно. Затем полиция повязала нас и распихала по камерам для нашей собственной безопасности. Это была сумасшедшая ночка и, если честно, у ирландцев были все основания для недовольства. В том смысле, что мы сильно испоганили им вечер!»

С точки зрения PR это был огромный успех правых. Всю вину за произошедшее истеричная пресса возложила на английских фанатов, как будто не было яснее ясного, что реальную ответственность за беспорядки несли ультраправые. С другой стороны, журналисты чуть ли не впервые начали интересоваться личностью арестованных хулиганов. Их жизнь, семья, карьера – все до мельчайших подробностей было выставлено на обозрение публике. Пишущую братию более всего потрясло то, что некоторые из них хорошо зарабатывали. Ведь все еще существовал стереотип, что хулиганы – безмозглые громилы, жаждущие славы. Например, один из болельщиков, арестованных на футбольном поле в Дублине, оказался директором предприятия. А другой владел собственной компанией.

Но, как бы то ни было, впереди нас ожидало крупнейшее футбольное соревнование, проводимое в Англии со времен чемпионата мира 1966 года. Отменить Евро-96! Такие призывы стали звучать еще громче после стычек с участием фанатов «Челси» в Бельгии. К счастью, никто не воспринял их всерьез. Однако инциденты, произошедшие в конце сезона 1994/95, все-таки задали определенный тон. Газеты не уставали предупреждать о потенциальных беспорядках, в которых будут участвовать не только англичане, но и хулиганы из других стран, мечтающие свести друг с другом счеты.

Параллельно истерии, развязанной СМИ, происходило возрождение культуры казуалов. Хулиганы в обязательном порядке облачились в одежду таких марок, как «Вurbеrу», «Henri Lloyd», «Paul & Shark» и, конечно же, «Stone Island» Company. Тем временем полиция, пытавшаяся доказать, что держит хулиганов под контролем, принялась выпускать пресс-релиз за пресс-релизом, в которых говорилось о количестве арестов и данных разведки. Кроме того, фанаты были предупреждены, что если они попытаются нарушить порядок, то наказание станет неизбежным. Пресса усердно распространяла слухи о так называемой «суперфирме», в которую вошли лидеры всех группировок страны – якобы теперь «фирмы» забудут о распрях и будут сражаться плечом к плечу. Все эти слухи оказались полной ерундой. Евро-96 прошел относительно мирно. И не потому, что было мало англичан, готовых подраться. Совсем наоборот. Просто единственной командой, за которой последовали свои хулиганы, оказалась сборная Шотландии. Остальные, похоже, испугались.

Евро-96 имел для хулиганизма двойные последствия. Во-первых, благодаря ему у нации вновь проснулась любовь к футболу. А многие женщины вообще испытали ее впервые. Во-вторых, успешная полицейская операция, стоившая налогоплательщикам свыше 35 миллионов долларов, заставила хулиганов пересмотреть свою тактику.

Одно из главных правил ведения околофутбольных боев заключалось в том, что нападать на «нормальных» болельщиков, или «шарфистов» – нечестно. Нарушившие это положение подвергались ядовитым насмешкам. А иногда случалось и так: хулиганы некоторых клубов выслеживали приезжий моб, а затем подсылали к нему своего представителя, который должен был выяснить, собираются ли гости подраться. Если нет, то их просто оставляли в покое. При утвердительном же ответе их приглашали в особое место в определенное время. Такая тактика позволяла хулиганским группировкам избегать внимания полиции и не втягивать в беспорядки обыкновенных болельщиков.

Шумиха вокруг Евро-96 перевозбудила не только новых, но и старых фанатов. На трибунах по всей стране стали появляться знакомые лица. Те, кто вернулся на стадионы после стольких лет отсутствия, хотели вновь почувствовать кайф, который они получали от участия в беспорядках в 1980-х. Многие старые хулиганы вновь оказались в строю. Вместе с ними вернулась и готовность подраться, не проявлявшая себя в течение долгих лет. В то же время «фирмы» начали изобретать новые способы борьбы с вмешательством полиции. Они заблаговременно отправляли на чужие стадионы «скаутов», чтобы те выяснили, какова зона покрытия камер скрытого видеонаблюдения. Таким образом, место для сбора и будущей драки выбиралось очень тщательно. Пейджеры также вошли в моду, потому что полицейские начали с большим подозрением относиться к болельщикам, которые пользовались сотовыми телефонами.

В результате 1998 год ознаменовался ростом хулиганской активности. Все началось с нападений на арбитров. Первое из них имело место в Портсмуте, когда фанат «Шеффилд Юнайтед» выбежал на футбольное поле стадиона «Фраттон Парк»[50]50
  Стадион футбольного клуба «Портсмут». Построен в 1898 году. Обладает вместимостью 20 688 человек.


[Закрыть] и буквально вырубил бокового судью. В апреле во время домашнего матча «Эвертона» на поле выбежал болельщик, попытавшийся добраться до судьи. К счастью, он был вовремя остановлен. В тот же день во время матча в Барнсли игрокам «Ливерпуля» пришлось сбивать с ног фанатов, мчавшихся по направлению к арбитру. Дело дошло до того, что в ходе беспорядков в Джиллингеме погиб болельщик лондонского «Фулэма».

Чемпионат мира во Франции начинался через несколько недель, поэтому английскому футболу меньше всего были нужны такие проблемы.

Конечно, возникли серьезные опасения о возможности беспорядков с участием английских фанатов на этом турнире. Перед полицией встала новая задача – вычислить потенциальных хулиганов. Всего за неделю до смерти болельщика «Фулэма» нескольких известных нарушителей порядка не пустили в Швейцарию, где должен был состояться товарищеский матч с участием сборной Англии. На следующий день, в целях предотвращения возможных беспорядков во Франции, английская полиция провела рейды устрашения в Сандерленде, побывав в общей сложности в двадцати девяти домах! Пресса также внесла свою лепту в дело борьбы с хулиганами, сочиняя спекулятивные и провокационные заголовки. А правительство предупредило о последствиях, которые ожидали тех, кто посмеет отправиться на чемпионат без билетов. Беспорядков избежать не удалось, но они оказались совсем другого рода.