Текст книги "Влюбленный горец"

Автор книги: Донна Грант

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 15

Айла остановилась перед дверным проемом. Ноги отказывались идти дальше. Она находилась глубоко в горе, гораздо ниже подземелья и других донжонов.

Впереди было еще много лестничных переходов, которые вели к единственному месту. Она избегала посещать его, разве что не оставалось выбора. Сейчас как раз наступил такой момент.

Айла видела только первые две ступеньки, а дальше все скрывалось во тьме и тишине. Звуки еще окружали ее и доносились сверху: она слышала крики истязаемых, стенания умиравших и рычание Воителей.

Внизу все было по-другому.

Она уже достигла границы, где заканчивались пыточные камеры Дейрдре. Впрочем, Айле это было безразлично: не существовало такого истязания, которое Дейрдре не опробовала бы на ней.

Айла осторожно спускалась со ступеньки на ступеньку. Нужно преодолеть еще приблизительно тысячу, и тогда она достигнет цели. Она отмечала каждую в уме, но спуск от этого быстрее не становился.

В конце концов, она добралась до самой нижней лестничной площадки, постояла, пережидая, пока успокоится сердце, потом свернула налево и направилась к камере в конце коридора. И как всегда, ее сердце обливалось кровью за человека, которого держали здесь, потому что он оказался в этой камере по ее вине.

При ее появлении он обнажил огромные клыки. Конечно, ему не удалось бы напасть на нее, но не только потому, что его руки были закованы в тяжелые цепи. Дейрдре наложила на него заклятие, чтобы он не смог изувечить себя или кого-нибудь другого.

– Привет, Фелан, – обратилась к нему Айла.

Зарычав, он рванулся, цепи зазвенели о камни.

Одно время Айла пыталась разговаривать с ним, но потом поняла, что это бессмысленно. От того маленького черноволосого мальчика с доверчивыми карими глазами ничего не осталось. Перед ней был Воитель, жаждущий растерзать ее собственными руками.

Она надеялась, что когда-нибудь такой день настанет, и пленник заберет у нее жизнь. Это будет той малостью, которая поможет ему.

Айла продемонстрировала узнику золотую чашу, которую до этого прятала в юбках. Если ее приход вызвал у него приступ ярости, то при виде чаши он был готов потерять сознание.

Пленник рванулся с такой силой, что Айла испугалась за цепи: не выдержат, и он окажется на свободе. Но никакая физическая сила, никакие заклятия не помогут ему освободиться, пока Дейрдре не захочет этого сама.

– Пожалуйста, Фелан, – попросила Айла. – Не усугубляй ситуацию.

Она шагнула к его вытянутой руке, вытащив из-за пояса кинжал. В крови Фелана содержалось нечто, исцеляющее все живое. Хотя каждый Воитель мог вылечить своей кровью другого Воителя, с Феланом было не так. Его кровь могла исцелить любого.

И Дейрдре пристрастилась к вкусу его крови.

То, что они держали Фелана в заточении, было отвратительно само по себе, но забирать у него кровь было настоящей жестокостью. Таково было мнение Айлы, и именно поэтому Дейрдре каждый раз отправляла ее сюда.

– Однажды я убью тебя, – процедил Фелан сквозь стиснутые зубы.

Айла занесла кинжал над его запястьем. В облике Воителя у него была золотистая кожа и золотистые глаза. Встретив его взгляд, она кивнула.

– Я знаю.

– Ты не боишься смерти?

На самом деле это бы стало благословением.

– Нет, не боюсь.

– Верю.

Айла сглотнула и опустила кинжал. Это была самая длинная речь, которую произнес Фелан, после того как его бросили сюда.

Она мысленно вернулась в тот жуткий день из далекого прошлого. Тогда Дейрдре уже стала использовать сестру Айлы в качестве предсказательницы. Лавена помогала Дейрдре находить потенциальных Воителей, и они наткнулись на Фелана.

Сначала Айла отказалась выполнить приказ Дейрдре привезти ребенка на гору. Лавена для нее уже была чужим человеком, но Айла ошибочно посчитала, что ее племянница в безопасности. Дейрдре предложила ей выбрать – либо смерть Грании, либо бросить Фелана в темницу. Не могло быть никакой речи о том, что она станет свидетельницей смерти любимой племянницы, поэтому пришлось пожертвовать Феланом.

– Я доверял тебе!

Айла содрогнулась от его крика и приготовилась ответить, но тут ослепляющая головная боль пронзила ее. Она выронила чашу и кинжал и, схватившись двумя руками за голову, сделала несколько нетвердых шагов назад, пока не ударилась спиной о стену. Боль становилась все невыносимее.

Айла знала, что с ней такое. Знала и ненавидела, потому что это была Дейрдре.

«Ты испытываешь мое терпение, Айла, – прозвучал голос Дейрдре у нее в голове. – Терпеть не могу ждать. Мне нужна эта кровь!»

– Я разговариваю с ним, как ты приказала, – простонала она сквозь боль.

Смех Дейрдре эхом отдался у нее в мозгу.

«Я знаю, ты только что спустилась туда, поэтому не пытайся меня обмануть! Ты будешь наказана, когда вернешься. А теперь делай то, что должна».

Сложившись пополам, Айла наклонилась вперед и коснулась лбом каменного пола. К ее ужасу, слезы, которые она не могла выжать из себя целых сто лет, сами собой потекли по щекам.

Тех, кого с таким трудом ей пришлось защищать – Лавену и Гранию, она лишилась. И даже если бы ей захотелось сбежать от Дейрдре, у нее этого не выйдет. Она была точно так же скована по рукам и ногам, как и Фелан.

– Айла?

Она заморгала, услышав его тихий голос, и подняла голову. Фелан сидел на корточках и хмуро наблюдал за ней. Лить слезы само по себе плохо, но еще хуже рыдать на глазах у свидетеля.

Айла отвернулась и вытерла глаза, потом неуверенно поднялась. В голове все так же пульсировала боль. Держась рукой за стену, чтобы не упасть, она повернулась к Фелану. Все поплыло перед глазами, а остатки боли будут преследовать еще несколько дней, она знала это.

– Скажи, что сейчас произошло? – требовательно спросил Фелан.

Как-то так получилось, что невинный мальчик превратился в мужчину и Воителя. Она наклонилась подобрать чашу и кинжал, учащенно дыша, чтобы остановить позывы тошноты.

– Не важно.

– Нет, важно, – настаивал он. Его золотистый взгляд пронзил ее. – Ты же мучилась от боли.

Говорить об этом не хотелось, но поведение Фелана поразило ее. За минуту до вторжения Дейрдре он был готов убить, а теперь его голос был тих, он перестал на нее рычать.

Облизнув пересохшие губы, она сглотнула.

– Можно я наберу твоей крови?

Вздохнув, Фелан кивнул. Она не стала терять ни секунды, подошла к Воителю и сделала надрез у него на запястье. Кровь полилась в подставленную чашу.

Айла осторожно держала ее на весу. Нельзя было пролить ни капли. Однажды с ней такое случилось, и пришлось резать еще раз. Заявиться к Дейрдре без чаши, полной крови Воителя, – об этом не могло быть речи.

– Это была Дейрдре, да? – спросил он.

Айла посмотрела ему в глаза.

– Зачем тебе нужно это знать?

– Все, что мне известно, я услышал через камни этой проклятой горы. Я уверен, что Дейрдре самое отвратительное существо на земле, но не знаю, кого она держит в застенках, а кто служит ей добровольно.

Рассеченное запястье затянулось раньше, чем ей удалось наполнить чашу целиком. Однако Айла решила не наносить ему вторую рану. Ее так и так накажут: одним наказанием больше – разница небольшая. Поставив чашу у двери и положив рядом с ней кинжал, Айла обернулась к Фелану. Дейрдре говорила ей, чтобы она беседовала с ним, – это она и будет делать. Если бы только Айла могла избавить его от цепей или вернуться в прошлое и все изменить…

– Дейрдре – воплощенное зло. Подобных ей называют драу. Она владеет огромной силой, которая сможет дать ей власть над миром.

Фелан стиснул зубы.

– И что, никто не выступил против нее?

Айла хотела было рассказать про Маклаудов, но вовремя остановилась. У него может появиться ложная надежда…

– Кое-кто попытался, но напрасно.

– Тут есть и другие… Такие, как я, правда ведь?

Она кивнула.

– Ты видел нескольких, которые спускались сюда.

– Я видел одного. У него кожа королевского синего цвета.

– Значит, Уильяма. Он готов на все ради Дейрдре.

Обдумывая ее слова, Фелан покрутил плечами, размял ноги.

– Другие Воители похожи на меня?

Айла прислонилась к каменной стене.

– Кое в чем. Все Воители меняют свой облик, как и ты. Все вы разных цветов, это зависит от бога внутри вас. Те, кто против Дейрдре, позволяют своему богу появляться только в момент сражения с ней. Неужели ты этого не знаешь после стольких лет, проведенных здесь?

– Я не спрашивал, никто и не рассказал.

Если до разговора с ним Айла чувствовала себя ужасно, то теперь ей стало еще хуже. Подсознательно она держалась от Фелана на расстоянии, потому что постоянно помнила тот роковой день, когда предала его.

– Ты должен кое-что уяснить, – сказала она. – В каждом Воителе заключена разная сила, в зависимости от его бога.

Стоило ей закончить фразу, как темные сырые стены вдруг исчезли. Вокруг нее разлился солнечный свет. Она стояла на склоне холма в высокой траве, ощутила аромат цветущего вереска и чертополоха. Подняв глаза, она увидела бескрайнее голубое небо без единого облачка, солнце согревало ее.

Она понимала, что все это устроил Фелан. Не знала как, но ей было настолько хорошо, что ни о чем не хотелось спрашивать.

– Другие Воители способны на такое? – поинтересовался узник.

Она повернулась к нему и захлопала глазами. Куда подевались цепи, золотистая кожа, а вместе с ней клыки, когти – вся эта воительская оснастка? Она увидела отражение того мальчугана в карих глазах, разглядывающих ее сейчас.

Перед ней стоял мужчина с черными волосами, свободно откинутыми за плечи. Он был настолько хорош собой, что Айла не смела поднять на него взгляд. Его отлично развитое литое тело не было огромным, как у некоторых Воителей, но в нем чувствовалась незаурядная сила.

– Как ты это сделал? – спросила она.

– В этом и есть моя сила.

Фелан протянул к ней руки.

Айла закрыла глаза.

– Пожалуйста, перестань.

– Почему? Разве ты предпочитаешь тьму?

Она предпочитала солнечный свет. Даже короткое пребывание на солнце потом еще долго заставляло ее мучиться от тоски.

– Умоляю тебя, – прошептала она.

– Открой глаза, Айла…

Когда она решилась на это, ее снова окружал мрак. Прерывисто дыша, она долго не могла прийти в себя.

– Значит, у каждого Воителя своя, отличная от других, сила, – сказал Фелан. – Сколько их тут?

– Много. Некоторые сошлись с Дейрдре. Тех, кто против нее, держат в заключении в донжонах.

Улыбнувшись, Фелан обнажил клыки.

– Но не всех же держат тут, ведь так? Есть те, кому удалось сбежать и спастись от Дейрдре и вирранов.

Это было так. Айле не хотелось лгать, но она не была уверена, что готова сказать ему правду.

– Твое молчание красноречиво, – усмехнулся он. – Зачем ты выбрала сторону Дейрдре?

– Затем, что у меня не было другого выхода.

– Выход есть всегда.

Айла рассмеялась и покачала головой.

– Если бы все было так просто. Подозреваю, что скоро у тебя будет масса посетителей. Будь осторожен, Фелан. У Дейрдре есть план, как использовать тебя для завоевания мира.

Взяв в руки чашу и кинжал, Айла направилась к лестнице.

– Ты тоже береги себя! – крикнул Фелан ей вслед.

Глава 16

Куин понял, что пропал, когда проснулся и не смог оторвать глаз от Маркейл. Ему удалось встать и не разбудить ее, а теперь все, что он мог, – только стоять и смотреть на нее, пока в голове проносились картины их близости минувшей ночью.

Как ему хотелось, чтобы они встретились по-другому! Однако он понимал, тот человек, которым он был прежде, вряд ли уступил бы желанию взять ее. Изменения произошли в нем только в плену, причем он даже не представлял, насколько кардинально он мог измениться.

Он по-прежнему переживал из-за смерти сына, но что было поделать! Даже если бы сын выжил, Куину, чтобы не навредить, пришлось бы расстаться с ним.

Но все равно жажда мщения за смерть жены и сына не покидала Куина. Он убьет Дейрдре или умрет сам, пытаясь добраться до нее.

Услышав приглушенное ругательство, Куин отвел глаза от спящей Маркейл и обернулся. За его спиной стоял Дункан, одной рукой опираясь на стену, а другую прижимая к животу.

Куин подошел к другу.

– Дункан, что с тобой?

– Что-то мне нехорошо, – пробормотал тот.

Куин понял, он лжет.

– На тебя напали ночью?

– Нет.

Дункан издал короткий смешок.

– Так что случилось?

– Ничего такого, с чем я не смог бы справиться.

Куин отвернулся от него и глянул на Аррана, стоявшего по другую сторону от входа. Он подошел к белому Воителю, который разглядывал Дункана, скрестив руки на груди.

– Он заболел, – сказал Арран Куину.

– Нет, он здоров. Но не хочет говорить о том, что произошло.

Арран потер глаза.

– Не нравится мне все это.

– Мне это никогда не нравилось, но я пообещал Дункану, что все улажу. Правда, мне нужно, чтобы ты тоже кое-что сделал.

Арран фыркнул и сердито тряхнул головой.

– Я не собираюсь снова спорить с тобой, но считаю, что твое намерение сдаться на милость Дейрдре – полный абсурд. Я уже пообещал позаботиться о Маркейл.

– Да, и я очень это ценю. Однако есть нечто более важное.

Арран насторожился. Прищурившись, шагнул к Куину.

– То есть?

– У меня нет сомнений, что в конце концов Лукан и Фэллон придут. Не важно, что я буду говорить, что буду делать, но ты должен бежать вместе со всеми. А уж об этом я позабочусь. Возьми как можно больше Воителей и держись моих братьев.

– Мне лучше держаться тебя.

Куин тоже так считал, но Брок был прав – его время кончалось.

– Передай моим братьям…

– Обязательно, – пообещал Арран. – Я расскажу им все.

Куин набрал в грудь воздуха. Ему стало намного легче. Он не знал, сколько времени отведено им с Маркейл, но понимал, что немного. Дейрдре назначила окончательный срок на завтра, однако ей не терпелось заполучить Куина как можно скорее.

У входа в подземелье раздались звуки открываемой двери. Это означало, что им принесли еду. Куин преобразился в Воителя и, широко шагая, вышел из пещеры. У двери он увидел Айлу.

– Ты за мной?

Вскинув черные брови, она посмотрела на него ледяным взглядом. Она была невысокой, как Маркейл, но высокомерная манера держаться придавала ей росту и рождала ощущение опасности.

– Нет, не за тобой.

– Черт! – пробормотал Куин и убрал когти.

– А что, тебе так не терпится, Куин Маклауд?

Он сунул голову в проем двери и прорычал:

– Ты ведь знаешь: мне нужно, чтобы она перестала мучить Йена.

– Ее гнев остывает медленно.

– Тогда зачем ты здесь? – не унимался он.

Айла пожала узкими плечами.

– Я пришла проверить, как тут раздают хлеб, и посмотреть, не решил ли кто из вас, что лучше служить Дейрдре, чем томиться в подземелье.

– Я решил, – раздался голос у Куина за спиной.

Обернувшись, он увидел, как из темноты выступил Воитель с желто-оранжевой кожей. Куин вспомнил, что дрался ним в первый день, когда оказался в подземелье, и не встречал с тех пор.

– Пошли.

Айла махнула стражникам, чтобы те открыли дверь. Дождавшись, когда желто-оранжевый Воитель пройдет мимо нее, она еще раз глянула на Куина и вышла.

Схватив свой кусок хлеба, Куин раскромсал его когтями. Его разрывали ярость от того, что Дейрдре заставляет ждать, и злость на то, что еще один Воитель перешел на ее сторону.

Когда он вернулся к себе в пещеру, Маркейл уже ждала его.

– Она так и не захотела увидеться с тобой?

– Нет. – Он протянул Маркейл ее половину хлеба. – Я не думал, что она откажется от встречи. Айла сказала, что она вне себя от гнева. Если из-за меня, то она станет постоянно вымещать злобу на Йене.

– Могла бы вымещать его на тебе.

Куин засомневался.

– Ей нужен от меня ребенок, поэтому она не станет рисковать. Ей хочется поиздеваться надо мной, но не так, как над Йеном.

– Как ты думаешь, она собирается захватить твоих братьев?

– А вдруг они уже у нее в плену?

Нахмурившись, Маркейл принялась жевать.

– Дейрдре сама ничего не говорила на этот счет? Могу предположить, что ей захочется использовать их как заложников, чтобы заставить тебя плясать под ее дудку.

– Может, ты права. Как бы я ни боялся, что братья не придут на помощь, я сердцем чувствую, что они появятся здесь. Я заставил Аррана пообещать, что он уйдет отсюда вместе с ними. Мне нужно, чтобы ты тоже дала такое обещание.

– А как же ты?

Он отодвинул косичку, упавшую ей на лоб.

– Я собираюсь помочь вам бежать.

– Ты останешься здесь?

– Да.

В прекрасных бирюзовых глазах отразилось волнение.

– Не надо, пожалуйста.

– Я думал над этим всю ночь, Маркейл. Кто-то должен остаться и сделать все, чтобы Дейрдре не добилась желаемого. Им стану я, потому что не смогу действовать свободно, если буду беспокоиться о братьях, о тебе или о Воителях, которые доверились мне.

– Ты просишь слишком много, Куин. Не думаю, что я смогу оставить тебя здесь, с ней.

– Придется. Братья обеспечат тебе защиту, а рядом будет другая жрица, а также Воители, для которых главная цель – смерть Дейрдре.

Когда Маркейл ничего не ответила, он приподнял ее подбородок и заглянул в глаза.

– Пожалуйста! Где-то в глубине твоего мозга хранится заклятие, которое положит конец всему этому. Ты нужна нам.

От мысли, что Куин не только по собственной воле собирается к Дейрдре, но еще и останется здесь, делая вид, что действует с ней заодно, Маркейл стало плохо. Он рисковал многим, но ей было понятно почему.

– Фэллон и Лукан будут не в восторге от твоего решения. Они вернутся за тобой.

Куин кивнул и, отложив хлеб в сторону, обнял ее за плечи.

– Именно поэтому мне нужно, чтобы они поняли, что к чему. Вы с Арраном должны объяснить им, что я поступаю так в память о наших родителях, ради нашего клана. И ради них тоже. Я перед ними в большом долгу.

– Хорошо, я согласна, – сказала она.

Куин глубоко вздохнул.

– Есть кое-что еще, о чем ты должна знать. Я уверен, что в подземелье имеется шпион.

– Кто он?

– Подозреваю, что это Харон: он не спускает с меня глаз, и я не доверяю ему. Он не стал драться, но и не примкнул ко мне.

Она кивнула.

– Харон действительно постоянно наблюдает за тобой.

С протяжным скрипом дверь в подземелье отворилась.

– Маклауд!

Маркейл вздрогнула. Ей не верилось, что сейчас Куин покинет ее. Едва рядом с ней кто-то появился, и опять она остается одна.

Прежде чем Маркейл снова бросилась умолять его не уходить, он схватил ее в объятия и поцеловал с такой страстью и желанием, которые владели и ею. Она вцепилась в него изо всех сил, как утопающий хватается за соломинку.

Куин прижал ее к себе, к твердому, как скала, телу. Его мягкие и безжалостные губы настойчиво искали ее губ. Он завладел ими, завладел ее дыханием, частью души всего лишь одним поцелуем, от которого у нее чуть не остановилось сердце. Это был поцелуй, которого Маркейл никогда не забудет.

Как быстро кончился сладостный момент! Куин отстранился от нее.

– Теперь спрячься, – сказал он, высвобождая своего бога. – И еще одно. Ради всего святого, не доверяй никому, кроме Аррана, близнецов и моих братьев.

Он ушел.

Вскочив, Маркейл кинулась к выходу из пещеры, чтобы бросить последний взгляд на Куина. Но не успела, потому что Арран перехватил ее и оттащил назад в темноту.

– Не надо, – прошептал он ей на ухо. – Для него это может стать непосильным испытанием. Услышав вас, он может передумать.

– Разве не это нам нужно?

Слезы жгли ей глаза.

– Со всей искренностью могу сказать, да, это! Но как бы мне ни было тошно, я дал моему другу слово и сдержу его, чего бы мне это ни стоило.

Маркейл содрогнулась, когда дверь закрылась, а потом засов с грохотом встал на место. Без Куина в подземелье стало как-то по-другому. В его присутствии здесь словно было светлее, а теперь наступила непроглядная тьма.

Она высвободилась из рук Аррана и отошла к тому месту, где они только что сидели с Куином. На камнях лежал забытый хлеб. Маркейл была голодна как волк, когда его только принесли, но сейчас даже мысль о еде показалась нестерпимой.

Опустившись на плиту, Маркейл уткнулась лицом в ладони. Она с самого начала понимала, что им с Куином отведено мало времени, но совсем не ожидала, что он уйдет так скоро. Слишком скоро!

По узким коридорам, поднимаясь по бесчисленным ступеням, Куин шел за Уильямом. Он не трудился запоминать дорогу. Зачем, если в подземелье существовал только один путь через лестничный колодец, и найти его не составляло труда.

Что ему казалось странным, так это откровенная враждебность Уильяма. Да, они воевали между собой, но здесь было что-то другое. Как будто Куин вторгся на территорию Уильяма.

– Мне кажется, ты неравнодушен к Дейрдре.

Молниеносно развернувшись, Уильям прижал его к каменной стене. Куин рассмеялся ему в лицо, когда тот схватил его когтями.

– Я тебе еще устрою. Посмотрим, как ты тогда будешь веселиться, – пригрозил Уильям.

Куин приподнял бровь.

– Тебя ей мало, да, Уильям? Потому-то ей потребовался я?

– Заткни пасть, – зарычал Уильям.

– А ты останови меня.

На миг Куину показалось, что Уильям сейчас бросится на него, но тот неожиданно ослабил хватку.

– Как бы мне ни хотелось тебя убить, но я подожду, пока Дейрдре натешится тобой, а потом прикончу тебя.

– Зачем ждать?

Куин оскалил клыки и приготовился к нападению. Ему было необходимо излить ярость на Воителя, и если это будет схватка не на жизнь, а на смерть, тем лучше.

Уильям усмехнулся.

– Не сейчас. Я собираюсь насладиться тем, что произойдет.

Куину это совсем не понравилось. Но оставалось только последовать за Уильямом. К тому времени, когда они достигли цели, Куину показалось, что подземелье осталось далеко внизу.

Уильям остановился перед какой-то дверью и открыл ее. Переступая порог, Куин ожидал, что обнаружит внутри Дейрдре, но он оказался в пустой камере. Обернувшись, Куин увидел за спиной нагло улыбавшегося Уильяма.

– Я думаю, тебе понравится, – сказал тот.

Внутренне приготовившись к самому худшему, Куин огляделся. Помещение было невелико. Тут не имелось ничего, что сгодилось бы в качестве оружия, даже скамьи. Через пролом в стене виднелась камера рядом.

– Где же Дейрдре? – осведомился Куин.

– Она еще не готова к разговору с тобой.

Прищурившись, Куин пристально посмотрел на Воителя. Желание почувствовать кровь Уильяма на своих руках, желание убить переполняло его.

– Тогда почему я здесь?

– Осмотрись повнимательнее и поймешь.

Куин глянул в сторону пролома, откуда доносились какие-то звуки. Он собрал все силы в кулак, чтобы не сорваться с места, когда понял, что там Йен. Друг по-прежнему оставался в обличье Воителя, но его лицо было разбито в кровь и покрыто синяками.

Йен не падал только потому, что Воители держали его с двух сторон. Когда они подвесили его на цепях, он едва касался пола носками, и Куин понял, что дальше будет только хуже.

– Тебе нельзя было отвергать ее, Маклауд. – Уильям встал рядом с ним. – Вы с братьями всегда думали, что вы лучше остальных.

– Неправда. Мы просто думали, что мы лучше вас.

Куину нужен был повод, чтобы дать выход гневу. Присутствие Уильяма как раз и было таким поводом.

Однако тот не ответил на укол.

– Полюбуйся, как твой друг страдает из-за твоей заносчивости, Маклауд.

Воители, притащившие Йена, держали в руках плети, на которых были закреплены наконечники с зазубренными концами.

– Йен, – позвал Куин, но тот его не слышал.

– Не усердствуй, – усмехнулся Уильям. – Он все равно тебя не слышит и не видит благодаря чарам Дейрдре.

Каждый удар плетью отзывался болью в сердце Куина.

Хотя спина Йена уже была сплошным месивом, отбросив плети, Воители принялись избивать его кулаками и драть когтями.

Куин почти вмешался, но остановился. Дейрдре нуждалась в нем, и он еще заставит ее дорого заплатить за мучения друга. Пока Йен жив, он вылечит себя, а это значит, что Куину удастся осуществить задуманное.

Поэтому нужно сохранять хладнокровие и не поддаваться желанию очертя голову броситься в схватку, как он поступил бы в обычных обстоятельствах.

– У меня припасено еще кое-что для твоего дружка, – сообщил Уильям. – Я хотел притащить сюда и второго близнеца, но Дейрдре не разрешила. Пока не разрешила.

Куин смерил взглядом своего врага и оскалил клыки.

– Мы оба знаем, что Дейрдре хочет меня. Я уже сказал, что согласен принадлежать ей.

Запрокинув голову, Уильям захохотал.

– Вообще-то, Маклауд, она пока не знает о твоем согласии.

Холодная ярость овладела Куином. Он бросился на Уильяма, и мгновение спустя его руки вцепились в бледно-голубое горло Воителя.

– Убьешь меня, Йен умрет.

Куин полоснул когтями по обнаженной груди Уильяма. Пять вздувшихся рубцов засочились кровью. Он мог бы легко справиться с Уильямом и теми двумя Воителями, но вывести из горы Йена и остальных, не подняв при этом шума, было невозможно. Бросить здесь Йена он тоже не мог.

– Тогда почему я тут?

Уильям попытался освободиться из рук Куина, но тот не отпустил его.

– Мне приказано пытать Йена до завтрашнего утра. До этого времени Дейрдре не будет ни с кем говорить, даже с тобой, Маклауд.

Заворчав, Куин освободил Уильяма. Он походил по камере и снова посмотрел на Йена, который был не в силах защищаться от жестоких ударов.

– За это я тебя убью, – пообещал он Уильяму.

Тот потер горло.

– Можешь попытаться. А пока созерцай, как твоего друга уродуют, или того гляди убьют.

– Дейрдре не приказывала его убивать.

– Может, и так. Только ведь иногда происходят несчастные случаи.

Куин шагнул к нему.

– Я расскажу ей об этом.

– А у меня есть двое Воителей, которые скажут абсолютно противоположное, – откликнулся Уильям. – Ну, так как, Маклауд?

Не желая рисковать жизнью друга, Куин повернулся к пролому. Пока он наблюдал за пыткой, в его голове один за другим рождались планы, с каким наслаждением и как мучительно долго он будет убивать Уильяма.