Текст книги "Полночный воин (ЛП)"

Автор книги: Донна Грант

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

– Я беспокоюсь, что она может заболеть, – сказал Рамзи.

Арран от души засмеялся, покачивая головой.

– Ты забыл, что у нас есть Соня? Что Фелан все еще здесь? И Айла сделала всё, чтобы находящиеся под защитой щита были бессмертны.

– Фелан пока еще здесь, – поправил Рамзи, – так что мы не всегда сможем рассчитывать на него. После смерти Дейдре именно он решил уйти, а не остаться с нами как Харон.

Арран пожал плечами.

– Не думаю, что он хочет, но Харон уговорил его остаться на какое-то время.

– Иными словами, он уйдет, как только представится возможность.

– Однако, – возразил ему Арран, – если кому-то станет плохо или кто-то пострадает, у нас есть Соня.

Рамзи знал, что Арран прав, но он был настолько поглощен Тарой, ее телом, что напрочь забыл о ее уязвимости. Кожа девушки была ледяной, она дрожала, хотя и пыталась скрыть это от него.

Его взгляд снова обратился к ней. Тара была занята разговором с Дани. Затем к ним присоединились Гвинн, Шафран и Риган.

Кто-то с громким стуком поставил стакан, привлекая этим внимание Рамзи. Он молча наблюдал, как Фелан садится рядом с Арраном.

– В следующий раз, когда вы двое захотите подраться, дайте мне знать, – сказал Фелан.

Рамзи не потрудился ответить.

– Ты надолго планируешь остаться здесь? – поинтересовался Арран.

Фелан дернул плечом.

– Не знаю, я пока не определился с планами. Я как перекати поле, то тут, то там. Сейчас здесь.

– Почему? – спросил Рамзи. – Не думай, что я не благодарен за то, что ты спас Харона и остальных, но в прошлый раз ты очень быстро ушел. Почему же решил остаться сейчас?

Фелан отвел взгляд, но Разми успел разглядеть отголосок боли в серо-голубых глазах.

– Харон считает, что если я буду больше времени проводить с Друидами, то начну доверять им.

– Ах, – сказал Арран, – думаешь, что все Друиды такие же, как Дейдре?

– Айла забрала меня, когда я был еще совсем мальчишкой, – отметил Фелан.

Рамзи уперся локтями о стол.

– Да, но она сделала это, чтобы защитить свою семью. И она же освободила тебя потом.

– Я знаю, – мягко ответил Фелан.

Арран нахмурился, и его губы скривились в смущении.

– Так ты приравнял всех Друидов к Дейдре?

– Приравнивал. Приравниваю.

– И что дальше? – спросил Арран.

Фелан, посмотрев на Рамзи, пожал плечами.

– Сложно сказать.

Рамзи сцепил пальцы.

– Я думал, что после общения с нашими Друидами и битвы с Дейдре, ты поймешь разницу.

– Откуда мне знать, что они не делают этого ради власти?

Рамзи понял Фелана. За столетие пребывания в Керн Тул, Фелан не пересекался ни с одним Друидом, кроме Дейдре и Айлы.

Воитель планировал намного большее, чем просто изменить мнение мужчины о Маи. Фелан должен тесно сотрудничать с одним из них, чтобы понять, чем их магия отличается от магии Драу.

– Мы не можем ничего сделать. Ты сам должен убедиться в этом, – произнес Рамзи. – Маи другие. Их магия не причиняет вреда.

Фелан прищурил глаза.

– Ты хочешь сказать, что твоя магия безвредна?

– Ты слышал, что я говорил остальным о моих сородичах. Если тебя это беспокоит, то мы были Маи.

Прежде чем задать вопрос, Фелан молчал несколько минут.

– В чем разница между Воителем и Друидом?

Во взгляде Фелана была такая искренняя заинтересованность, что Рамзи решил ответить. Лицо Воителя было свободно от привычных сарказма и ненависти.

– Во-первых, тебе нужно понять, что значит быть Друидом Торрачилти, – ответил Рамзи. – Для нас способность владеть оружием сродни дыханию. Таковы и наши навыки ведения переговоров. Если мы должны бороться, мы боремся. И все же, это не главное среди наших занятий.

– Как вышло, что никто не знал ни одного твоего сородича?

Рамзи облизнул губы, в его голове то и дело всплывали образы родной деревни.

– Мы держались в пределах леса. Мы хорошо прятались, поэтому нас никто не видел. Наши знания делали нас незаменимыми для других, но мы не хотели, чтобы нас постоянно беспокоили из-за таких вещей.

– Ясно, – произнес Фелан.

– Ты доверяешь мне как Воителю?

Взгляд Фелана был обращен к Рамзи.

– Да, доверяю.

– Ты доверяешь мне как Друиду?

Фелан на секунду задумался, прежде чем ответить: – Да, доверяю.

– Тогда поверь мне, когда я говорю, что все наши Друиды – хорошие люди.

Фелан вдруг улыбнулся.

– Я понял, что ты имел в виду, говоря о ваших навыках ведения переговоров.

Харон хлопнул Фелана по плечу, садясь за стол рядом с ним.

– Я говорю Фелану о вас то же самое, Рамзи. В конце концов, он должен был прислушаться. Рад, что он поговорил с одним из вас.

– Кто сказал, что я когда-нибудь послушаюсь тебя? – пошутил Фелан над Хароном.

Рамзи с усмешкой наблюдал за их перепалкой. Хотя он не был в Керн Тул с Куинном, Йеном, Дунканом и Арраном, но слышал историю о том, как Дейдре шантажировала Харона.

Харон умело прятал свою боль, и было хорошо, что он нашел друга в лице Фелана. Никто не должен быть одинок, особенно Воитель, которого не оставляют в покое худшие воспоминания.

– Никто никогда не слушает Харона, – сказал Арран.

Рамзи увидел улыбку Аррана. Бывали времена, когда Арран и Харон не сели бы за один стол. Убийство Дейдре и история, которую Харон рассказал Йену о том, что Дейдре сотворила с ним, помогли преодолеть разделяющую Воителей пропасть и залечить раны.

Харон закатил глаза.

– Они прислушиваются ко мне больше, чем ты. Ты самый младший из Воителей, не так ли?

– Да будет тебе известно, Ларена моложе меня. И Малкольм, он относительно недавно стал Воителем.

При упоминании Малкольма все замолчали.

– Он должен был остаться, – проговорил Рамзи.

Фелан шумно выдохнул.

– Куда он ушел?

– Он не сказал.

– Иногда одиночество – единственный способ примириться с жизнью, – произнес Фелан, его серо-голубые глаза встретились с глазами Рамзи, и сказали больше, чем произнесенные слова.

Глава 32

Лес Абернети.

Малкольм, присев на корточки около Лох-Гартен, смотрел поверх спокойных вод на горы по ту сторону озера. Несмотря на людей, живущих в лесу, это место было тихим. Здесь он мог побыть один, и только животные наблюдали за ним.

У него не было цели, когда он покидал Замок Маклауд. Хотелось только уйти от радости и веселья. Это напоминало ему слишком много о прежней жизни, до того, как он стал Воителем. С каждым днем​​ эти воспоминания стирались из его памяти.

Его гнев на Дейдре не прошел с ее смертью. Вместо этого, Малкольм направил свою ярость на Деклана. Это он перенес Дейдре и Малкольма в будущее.

Гнев был единственной эмоцией, которую испытывал мужчина. Не было ни счастья, ни грусти, ни довольства. Ничего. Его разум и тело были опустошены.

Малкольм окунул пальцы в ледяную воду озера, прежде чем встал. Он хотел остаться в лесу, чтобы раствориться в природе вокруг него. Обернувшись, он посмотрел на снег и свои следы, которые вели к воде.

– Пока не могу, – пробормотал он.

Он не мог противостоять Дейдре, так как оберегал Ларену. Она была его единственной семьей, и ради защиты которой он мог сделать что угодно. Абсолютно все. Даже сейчас воспоминания о совершенных им зверствах выли в нем зияющей пустотой.

Но ничто не могло его удержать от похода на Деклана. Каждый имел слабости, а Малкольм знал слабости Деклана лучше, чем любой другой Воитель.

Если существовал какой-либо способ добраться до Драу, Малкольм собирался его использовать. Может, после смерти Деклана он сможет посмотреть на свое отражение.

***

Когда время начало близиться к полудню все заволновались по поводу продолжающегося отсутствия Айлы, Хайдена, Ларены и Фэллона.

Тара пошла в свою комнату, чтобы принять душ, и поняла, что вновь спустившись в большой зал, не будет одна.

Каждый раз Друиды окружали ее и начинали разговаривать. Смеясь и шутя вместе с ними, она обнаружила, что привязывается к ним. Даже в спорах (а спорили они частенько), никогда не проскальзывал гнев. Зрелище было очень увлекательным.

– Она черная, – нарезая картошку, утверждала Дани прошлым вечером.

Гвинн закатила глаза, стоя с другой стороны большого кухонного стола.

– Нет. Это что-то типа синеватой бронзы.

– Это даже не цвет, – усмехнулась Кара.

Переходя от столешницы к столу, Шафран поставила между Дани и Гвинн чашу с оливковым маслом и розмарином.

– На самом деле, вы обе правы. Это оттенок черного смешанного с бронзовым.

– О чем разговор? – поинтересовалась Соня.

Тара не смогла сдержать смех.

– О сумочке, которую хочет Дани.

– Очень милая, – сказала Шафран, – но я бы предпочла туфли от Kate Spade.

Кара вздохнула с тоской.

– Они великолепны. Я просто умираю, как хочу вернуться с Луканом в Париж, чтобы посмотреть балет. Эти каблуки будут великолепно смотреться с моим золотым платьем.

Тара, не торопясь, нарезала порученный ей свежий розмарин. Она наслаждалась приготовлением пищи, хотя и не часто занималась готовкой. Но разговор привлек ее внимание.

– Нам нужно съездить за покупками еще раз, – предложила Шафран.

Соня энергично кивнула.

– Тем более что я пропустила последний шопинг.

– Хочу вернуться в салон, куда ты нас водила, Шафран. Стилист сотворил чудо с моими волосами. Я почувствовала себя обновленной, – сказала Гвинн.

Маркейл вытянула в сторону ногу.

– Мне нужно сделать педикюр.

– Ты заснула во время первого, – поддразнила ее Риган.

Маркейл приложила руку к груди, изобразив притворно-удивленный взгляд.

– Если кто-то массировал ваши ноги так старательно, то и вы бы заснули. Кроме того, цвет лака, что я выбрала, был сказочным!

– Как насчет тебя, Тара? – спросила Дани. – Твои предпочтения?

Улыбка сползла с лица Тары.

– Я люблю ходить по магазинам, но у меня никогда не было на это времени.

– Тогда решено, – сказала Шафран, опершись о стол, – мы все идем на шопинг, как только выдастся момент. Целый день в салоне на маникюр и педикюр, а затем по магазинам, пока не выбьемся из сил.

Гвинн закусила губу, когда улыбнулась.

– Я могу делать это бесконечно.

– Как и я, – приняла вызов Шафран.

Тара не могла дождаться, когда отправится с ними. Даже поедая бутерброды, девушка не могла думать ни о чем другом, кроме как походе с новыми подругами. Никогда этого не было. Никогда.

Ее мысли разбегались, и она даже не заметила, как доела свой ​​сэндвич. Затем, увидела наблюдающего за ней Рамзи.

Они разделили еще одну улыбку. Тара опустила взгляд на его руки, вспоминая, как умело они пробегали по ее телу, зная, как доставить наибольшее удовольствие. Его серые глаза потемнели и мгновение спустя он, бросив что-то сидевшему рядом с ним Броку, вышел из зала.

Тара следила глазами за мужчиной, пока он поднимался по лестнице. Волнение пронзило ее, когда, достигнув вершины, он встретился с ней взглядом.

Мгновением позже она, извинившись, последовала за ним в его башню. Пока она поднималась по ступенькам, дыхание участилось от желания поскорее очутиться в объятиях Рамзи. Обнаружив дверь приоткрытой, она осторожно толкнула ее.

Рамзи смотрел в окно, стоя спиной к ней.

– Думал, ты никогда не доберешься сюда, – произнес он, обернувшись.

– Я практически бежала.

– Знаю. Все равно, слишком долго. Я почти собрался вернуться за тобой и, закинув на плечо, принести сюда.

Она усмехнулась.

– Выглядело бы впечатляюще.

– Ты даже не представляешь.

Войдя в комнату, Тара закрыла за собой дверь. Она прислонилась к ней, позволяя себе насладиться видом Рамзи.

– Если продолжишь смотреть на меня, как делаешь это сейчас, то все произойдет очень быстро, а я хочу насладиться временем с тобой.

Тара, наклонившись, расстегнула первый ботинок, а затем другой, стягивая их с ног вместе с носками.

– Правда?

– Да, – сказал Рамзи, кивая. Он сорвал с себя рубашку и отбросил в сторону, – его серебряные глаза были полны желания.

Следующими стали ее джинсы, кровь девушки закипела, когда она увидела, его реакцию на ее обнажение.

– Что у тебя на уме?

– Часами касаться каждого сантиметра твоего тела. Хочу заклеймить тебя своими прикосновениями.

Его теплый, глубокий голос охрип от желания и заставил ее дрожать в ожидании. Мужчина снял свои джинсы. Облизнув губы, она схватила подол свитера. Тара слегка замедлилась, избавляясь от него. Ее не волновало, как они с Рамзи оказались вместе, но знала, что для него было очень важно продвигаться медленно.

Их страсть уже кипела, росла с каждой упавшей на пол частью одежды.

– Ты и так уже заклеймил меня.

Рычание вырвалось из его горла, когда она осталась в одном лифчике и трусиках.

– Нет. В этот раз будет по-другому.

Тара завозилась с застежкой лифчика. Не от нервозности, а от желания, которое распространялось по ней быстро и уверенно. Наконец, она расстегнула его и дала лямкам упасть, легко стряхнув бюстгальтер на пол к куче другой ее одежды.

– Кажется, ты еще кое-что забыла, – сказал Рамзи.

Медленная улыбка растянула губы Тары. Не было никаких сомнений, что Рамзи хотел ее. Несомненно, это было лучшее, что она когда-либо испытывала ранее.

Она видела это в его серебряном взгляде и в том, как кулаки мужчины сжимались и разжимались с каждой снятой ею вещью. В том, как он стоял, большой и мощный.

Тара никогда не чувствовал себя более уверенной или красивой. И именно Рамзи был тем, кто дал ей это. Ей хотелось дать ему что-то взамен.

Девушка подцепила пальцами свои хлопковые, отделанные кружевами трусики персикового цвета и спустила их вдоль бедер. Переступив через них, она направилась к Рамзи.

И сделала всего два шага, прежде чем он сократил расстояние и крепко прижал ее к своему телу.

– Ты даже не представляешь, что делаешь со мной, – хрипло прошептал он.

Взгляд Тары пересекся с его серебрянным.

– Ох, кажется, представляю.

Слова исчезли, когда страсть и желание закружились вокруг них. Тара опустила глаза, чтобы увидеть, что где бы она ни коснулась Рамзи, белые нити магии светятся под его кожей.

Ее пугало то, насколько она нуждалась в нем, как сильно жаждала его. Он быстро становился самым важным для нее, от чего она должна была бы держаться подальше, но не могла.

Все мысли исчезли, когда рука мужчины медленно двинулась вниз по спине, чтобы сжать ее попку. Тара втянула воздух, когда он прижал ее к своему твердому члену. Она знала, каково это – чувствовать его внутри себя, ощущать это скольжение в ней.

Каменный пол под ногами был ледяным, но кровь в ее жилах кипела от страсти.

Она не протестовала, когда Рамзи убрал ее волосы за плечо, а затем осторожно повернул ее голову в сторону. Вздох сорвался с ее губ, когда он, опустив голову, прикоснулся губами к чувствительной коже шеи. Горячий рот Рамзи проложил дорожку из поцелуев от ее плеча до местечка за ухом.

– Я никогда не чувствовал магии прекраснее и не держал в руках такой потрясающей женщины.

У Тары не нашлось слов в ответ. Вместо этого, она прижалась к нему. С Рамзи она чувствовала себя так, будто нашла часть себя, о существовании которой даже не догадывалась.

Мужчина медленно передвигал их к постели. Одно быстрое, плавное движение и Тара оказалась на кровати, а Рамзи рядом с ней. Тела сплелись, руки исследовали, лаская друг друга.

– В этот раз никакой спешки, – предупредил ее он.

Она начала качать головой в ответ, но его палец двинулся вокруг ее соска и все ее мысли разлетелись. Тара застонав, выгнулась к его руке, прося о большем.

Ее грудь отяжелела, соски затвердели. Тара сжимала покрывало в кулаках, пока пальцы Рамзи играли с одной напряженной горошинкой, а его рот заявлял свои права на другую.

Жидкое тепло пронеслось по телу девушки. Она задыхалась от сильного желания, но вздохи превратились в крик удовольствия, когда он ущипнул ее за сосок.

Удовольствие и боль только усилили потребность, что пульсировала в ней и концентрировалась в центре ее желания. Ее бедра приподнялись, ища Рамзи. И вдруг он уже у нее между ног, его твердое, как скала, тело – на ней.

Тара пылала как в огне. Каждое движение пальцами, каждое прикосновение губами к ее груди только раздували пламя.

А потом его руки оказались на ее бедрах. Тара втянула воздух, когда он раздвинул мягкие складки и лизнул ее нижние губки.

Рамзи лизал и слизывал, пробовал и исследовал. Его атака на ее чувства и тело была разрушительной.

Она была беспомощна и могла только парить на облаках удовольствия, возносясь все выше, пока мужчина сжимал ее крепче с каждым движением языка.

Тара почувствовала, что ее тело напряглось, понимая, что она была близка к вершине. Но, когда она оказалась на самом краю, Рамзи отстранился.

Она потянулась к нему в огненной жажде. Ее руки гладили мускулистую грудь мужчины.

Серебряные глаза встретились с ее, губы растянулись в кривой ухмылке, пока он потирался головкой своего возбужденного члена о ее чувствительное влагалище.

Тара посмотрела на член Рамзи. Никто не прикасался к ней так, как он: и телом и душой. Все было по-другому. Не только их занятия любовью и магия между ними. Это было нечто большее. Что-то, чего она даже не может облечь в слова.

Она потянулась к члену, находящемуся между ними. Он был горячим и твердым. Ее вторая рука присоединилась к первой, она гладила и слегка сжимала его.

Рамзи замер, его тело застыло как струна. Грудь мужчины вздымалась от дыхания, которое он кое-как сдерживал, пока руки девушки продолжали свое исследование.

От неожиданного толчка он вдруг оказался на спине, – девушка теперь была над ним.

– Тара, – прошептал он, сжимая в кулаке ее волосы.

Она ждала, что Воитель остановит ее, чтобы стащить с себя. Но когда этого не произошло, девушка обхватила его гладкую плоть губами и глубоко заглотила. Она сосала, лизала, облизывала.

Звук его прерывистого дыхания, его руки, вцепившиеся в нее, только подстегивали. Тара чувствовала зарождающееся напряжение в мужчине.

Его бедра двигались под ней так, чтобы всей своей длинной мощью скользить в ее рот.

Одним движением Рамзи перекатил Тару на спину и опустился на колени между ее ног. Ни на секунду не отрывая от нее взгляда, он приподнял ее за бедра.

Тара вздохнула с дрожью, когда жадно посмотрела на его член. Большая головка вошла в нее на дюйм.

Она наблюдала, как он медленно заполняет ее, чувствовала, как ее тело растягивается изнутри, чтобы вместить его, вызывая все большую жажду. Тара выгнула спину, ее тело покалывало от полноты ощущений.

Рамзи посмотрел в полные желания сине-зеленые глаза девушки, потом перевел взгляд на ее восхитительные, длинные ноги, обернутые вокруг него. И погрузился в нее до конца. Он сжал ее попку, когда вышел из нее на всю длину, чтобы вернуться с новым усилием. Тара застонала, веки прикрыли ее невероятные глаза.

Но Рамзи не был близок к тому, чтобы закончить с этой игрой. Он пробовал, прикасался к ней, узнавал ее. Но ему всего было мало. Голод по ней только рос, пожирая мужчину изнутри.

Тара лодыжками обхватила его талию, когда, отпустив бедра, Рамзи взял ее за грудь. Он сжимал соски, пока они не стали крошечными жесткими бутонами, пульсирующими и напряженными. Она задыхалась и корчилась, двигаясь вверх и вниз на его члене.

Руки на ее груди сменил рот, поочередно посасывая то одну, то другую вершинку. Это продолжалось, пока она не превратилась в сплошную мольбу, а тело не покрылось испариной и не стало влажным.

Рамзи снова схватил ее за бедра. Когда он поднял глаза, то обнаружил, что ее глаза блестят от желания, кожа горит от всепоглощающей страсти. Двинув бедрами, он услышал тихий стон. Все еще держа ее, он начал совершать фрикции: сначала медленно, потом быстрее, постепенно устанавливая ритм.

Сжав челюсти, Рамзи смотрел, как она вскрикнула от удовольствия, голова моталась из стороны в сторону, руки сжимали покрывало в кулаках. Он поднял ее выше, скользя глубже.

Тара выкрикнула имя Рамзи, выгибаясь всем телом, унося ее на волнах оргазма. Сумасшедшее удовольствие подхватило ее. Оно коснулось каждой частички ее тела, но было что-то особенное, что-то другое, невесомое, что также наполнило ее.

Она схватила Рамзи, когда он выпустил ее бедра и упал на нее, дыхание было резким и неровным. И все же он стал двигать бедрами быстрее, сильнее.

Тара обвилась вокруг него руками и ногами, покачиваясь телом в том же ритме, пока не почувствовала его освобождение, которое вознесло и его и ее на вершину блаженства. Они парили там вместе. Как одно.

Глава 33

Глядя в окно на луну, Рамзи убаюкивал Тару в своих объятиях. Ее дыхание выровнялось, и она провалилась в сон, положив голову ему на плечо.

Он никогда не был более довольным, чем в этот момент. Если бы все осталось, как есть, мужчина был бы счастлив. Он мог бы быть ... удовлетворенным. Если бы не одна вещь, которую он усвоил после Дейдре, так это то, что ничего не остается прежним. Деклан был где-то там, и он не успокоится, пока не заполучит Тару.

Рамзи не знал, почему Тара была так важна для Деклана. Но он не прекратит поиски Деклана до тех пор, пока этот ублюдок не будет мертвым и не исчезнет с лица земли, как Дейдре.

И все же, впервые за долгое время, Рамзи не хотел вступать в бой. Он хотел проводить ночи с Тарой, встречать с ней рассветы и видеть ее яркую улыбку. Хотел делить с ней все. Даже свое будущее.

Рамзи провел пальцами по густой, прохладной копне золотисто-каштановых волос Тары, восхищаясь золотыми прядями в них.

Он не мог поверить в то, что и в самом деле испытывает желание, чтобы Тара была с ним всегда. Это казалось правильным, но ... до этого он никогда не испытывал подобного по отношению к другим женщинам. Было ли это только потому, что он одинок? Или же, со смертью Дейдре он искал кого-то, чтобы защищать? Может, это нечто большее? На этом его мысли застопорились. Он не был готов идти дальше. По крайней мере, пока не готов.

Прогрохотавшее в тишине урчание в животе Тары заставило его улыбнуться. Они пропустили ужин, и сам он тоже был жутко голодным. Мягко переложив Тару на другую сторону, Рамзи тихо поднялся с кровати. Натянув джинсы, но, не застегивая их, он босиком вышел из башни и направился на кухню. В разгар ночи замок был тихим, но Рамзи знал, что некоторые Воители стояли на страже. Пока Деклан не будет уничтожен, они останутся охранять замок и Друидов в его пределах.

Пройдя на кухню, Рамзи включил свет и увидел вечно голодного Галена, который, прислонившись к стойке, поглощал свой сэндвич.

– Проголодался? – с полным ртом поинтересовался Гален.

Схватив тарелку из шкафа, Рамзи поставил ее рядом с холодильником.

– Да.

– Вы с Тарой пропустили отличный ужин.

Рамзи бросил взгляд на друга, прежде чем открыл дверцу и начал выкладывать на тарелку холодное мясо и сыр.

– Ага.

– Это серьезно?

Рамзи остановился и посмотрел на Галена, пока тянулся за бутылкой воды.

– Я не уверен.

– Самое время, – сказал Гален.

Вытерев рот салфеткой, тот бросил ее в мусорное ведро.

Время. У Рамзи, конечно же, было обилие времени. Но у Тары нет. Она была смертна, как и все остальные Друиды в замке.

– Ты думал о том, что произойдет, если заклинание, связывающее наших богов, никогда не найдется? – спросил Рамзи.

Голубые глаза Галена потемнели.

– Я предпочел бы никогда не думать об этом. Однако, Риган реалистка. Она любит думать наперед и говорит, что довольна тем, как все складывается.

– Но ты нет.

И это не было вопросом.

– Нет.

Рамзи, взяв воду, закрыл дверь холодильника.

– Пока Друиды остаются в замке, они не стареют. Магия Айлы сильна. Заклинание выдержало четыре столетия. Так будет продолжаться столько, сколько потребуется, чтобы найти заклинание, связывающее наших богов.

– Я знаю. Мы все знаем. Но мы провели все наши жизни в ожидании. Я знаю, что Ларена и Фэллон отчаянно хотят иметь семью.

– А ты и Риган?

Гален провел рукой по лицу.

– Риган мечтает о ребенке. Я тоже хочу детей, но только если мы сможем растить их без угрозы зла, коим является Деклан.

– Прости. Если бы я смог убить Деклана тогда, в Башне Даннот, одним злодеем стало бы меньше.

Гален, усмехнувшись, хлопнул Рамзи по плечу.

– Ты всегда стараешься брать на себя слишком много, мой друг. По какой-то причине, судьба распорядилась так, чтобы у тебя и Деклана появился другой шанс для встречи лицом к лицу. И, честно говоря, я с нетерпением жду, когда этот бой произойдет. Я хочу нанести этому сукиному сыну пару ударов своими когтями.

Прежде, чем Рамзи смог ответить, Гален вышел с кухни. Качая головой, Рамзи, прихватив тарелку и воду, пошел обратно к башне.

Когда он плечом открыл дверь, то увидел, что включен ночник, а Тара сидит в постели.

– А я-то гадаю, куда ты пропал?! – сказала она.

Закрыв дверь, Рамзи улыбнулся.

– Твой желудок урчал, так же как мой, поэтому я и подумал, что не помешало бы подкрепиться.

– Правильно подумал, – сказала она и схватила тарелку, как только он добрался до кровати.

Рамзи усмехнувшись, уселся рядом с ней на постель и они оба прислонились к спинке. С тарелкой и водой между ними начали есть.

– Я и не замечала, насколько голодна, пока не увидела еду, – сказала Тара с усмешкой.

Рамзи закинул кусочек сыра в рот.

– Я решил, что могу, по крайней мере, накормить тебя.

– «По крайней мере»! – повторила девушка со смехом.

Еще мгновение он смотрел на то, как она ест, а потом задал вопрос: – Ты счастлива здесь?

– Да, – ответила она, не колеблясь. – Почему ты спросил?

– Просто интересно, уйдешь ли ты вскоре или нет.

Тара провела пальцами по выпуклостям на бутылке.

– Здесь странно, правда. Я не привыкла к тому, что меня вовлекают во все дела. Обычно я должна скрывать свою магию и все о себе. Здесь я чувствую себя ...

– Свободной, – закончил за нее Рамзи.

Ее глаза расширились, и она кивнула.

– Да. «Свободной» – идеальное слово. Может быть, дело в этом замке, может, в людях. Я знаю только, что мне здесь нравится.

– Хорошо.

– Почему?

Переломив кусочек сыра пополам, Рамзи уставился на тарелку.

– Я бы беспокоился о тебе, если ты была где-то там.

– Из-за Деклана?

– Нет, – он повернулся к ней. – Просто беспокоился бы.

– Никто и никогда не беспокоился обо мне.

Рамзи положил сыр в рот, прежде чем он успел сказать что-то лишнее о своих чувствах. Он и так сказал ей гораздо больше, чем хотел. Не то, чтобы он пытался скрыть что-либо от нее, но не был готов поделиться тем, что еще недостаточно обдумал.

Требовалось больше времени, чтобы подумать о том, как развиваются отношения между ними, чтобы рассудить, как это повлияет на них обоих. К счастью, Тара не задавала больше вопросов.

Они оба были голодными, и еда была быстро съедена. Рамзи хотел, чтобы Тара осталась, и готов был попросить ее об этом. Но, как только он убрал тарелку, девушка соскользнула на подушку и улыбнулась ему.

Рамзи поставил тарелку и пустую бутылку на пол и снял с себя джинсы. Забравшись обратно под одеяло, выключил свет. Тара ждала, чтобы прижаться к нему.

Он закрыл глаза, и улыбка осветила его лицо. Следующее, что он увидел – было предутреннее небо.

Тара лежала спиной к нему, хотя и на его стороне. Рамзи наклонился и посмотрел на девушку. Он не мог вспомнить, когда наблюдал за кем-то спящим раньше, и счел это захватывающим. Или, может потому, что именно Тару находил такой потрясающей.

Густые, темные ресницы спокойно лежали на бледных щеках, ротик немного приоткрыт. Ее рука покоилась на одеяле, ноги переплелись с его. Это было так интимно, так легко. Внезапно уголки ее губ приподнялись в подобии улыбки.

– Скажи, что у меня не текут слюни по щеке.

Усмехнувшись, Рамзи поцеловал ее в щеку.

– Нет, я не вижу.

– О, это не поможет, – сказала она, когда ее глаза открылись, и она провела рукой по рту. – Нет. Слава Богу!

– Чего беспокоиться, даже если это и произошло?

Ее сине-зеленые глаза расширились, когда она перевернулась на спину.

– Рамзи, я, конечно, понимаю, ты прошел сквозь время, но думаю, что не важно, в каком веке живет женщина – ей всегда хочется выглядеть отлично.

– Тогда тебе не о чем беспокоится.

– Ну откуда ты знаешь, что нужно сказать? – спросила она, опуская глаза.

Рамзи пожал плечами.

– Я говорю то, что считаю правильным.

– Хочу признаться.

Он посмотрела вниз на свою руку, лежавшую на его груди.

– И в чем же?

– Никогда не проводила с мужчиной всю ночь. А с тобой уже второй раз.

– А ты первая женщина, которую мне захотелось оставить в своей постели на всю ночь.

– Правда?

– Да, – ответил он, прижавшись своими губами к ее губам. – Я бы не стал врать об этом.

Она обняла его за шею, и вздохнула, пока он целовал ее в подбородок.

– Мне бы ничего так не хотелось, как остаться в этой кровати вместе с тобой.

– Но? – спросил Рамзи, опуская голову, чтобы взглянуть на нее.

– Я обещала позавтракать с Соней и Карой этим утром.

Застонав, он перевернулся на спину.

– Я знаю, какими ненасытными мы можем быть, так что, я просто обязан позволить тебе пойти.

Тара склонилась над ним, окутав его лицо своими волнистыми каштановыми локонами.

– Завтрак не продлится долго.

– Ты хочешь сказать, что мы вернемся потом в башню? – спросил он с усмешкой.

– Определенно.

– Ммм … мне нравится эта идея.

Он потянулся к ней, но она стремглав вскочила с кровати и помчалась за одеждой.

– Ну, нет! Если я позволю тебе прикоснуться к себе, то я никогда отсюда не выйду.

– И что? Это так плохо?

– В том-то и дело, – застегнув бюстгальтер, она взглянула на него и потянулась за трусиками, – что я не хочу уходить.

Эти слова все еще проносились в его голове после ухода девушки. Рамзи решил еще немного поваляться в кровати.

Он провел руками по стороне кровати, где спала Тара. Простыни были еще теплыми от ее тела. Вдохнув, он почувствовал ее сладкий запах не только на себе, но и на своей постели.

К своему удивлению, его мысли вернулись к тому, что ему было интересно, как она там приводит себя в порядок. Потом он заметил, что задается вопросом, как бы она себя повела, предложи он ей переехать к нему в башню.

Тогда ей не пришлось бы куда-либо спешить от него. Она могла бы прихорашиваться всего в нескольких шагах от него, а он мог бы наблюдать за ней и получше узнавать ее.

Сев, Рамзи в смятении запустил обе руки волосы. Не то, чтобы ему никогда не хотелось видеть рядом с собой женщину, просто до этого ему не повстречалась та самая, единственная. Все это изменилось с появлением Тары.

Было ли это связано с магией между ними? Рамзи чувствовал, что теперь ничего не будет как прежде.

Не потому ли, что она нуждалась в защите от Деклана? Хотя она прекрасно справлялась и без него в последние десять лет. Рамзи не знал причины, но теперь все его мысли постоянно были заняты ею.

Чем больше он занимался с ней любовью, тем глубже она входила в его сердце.

Чем больше он прикасался к ней, тем глубже она проникала в его душу.

Чем больше он находился рядом с ней, тем крепче она укреплялась в его разуме.

Сделав глубокий вдох, Рамзи свесил ноги с кровати. Он понятия не имел, каким должен быть следующий шаг в отношении Тары, или могут ли вообще между ними быть отношения.

Девушка говорила, что счастлива в Замке Маклауд, но как долго еще это будет продолжаться для женщины, которая словно перекати поле, привыкла двигаться туда, куда ее позовет ветер?