Текст книги "Путин и США. Вашингтонский дневник"

Автор книги: Дональд Дженсен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Военная модернизация России и операции в Крыму

Стремительное вторжение России в Крым и его аннексия разрушили установившийся в Европе после холодной войны мир и стали еще одним сигналом того, что Россия модернизирует свои военные силы и усиливает влияние не только в Европе, но и на постсоветском пространстве. В период наиболее острых моментов украинского кризиса Владимир Путин разместил более 40 тысяч военных возле российско-украинской границы, чтобы запугать Киев и способствовать дестабилизации восточной Украины с помощью пророссийских сепаратистов.

Для Путина такая демонстрация силы более чем оправдывает дорогостоящую и болезненную модернизацию российских ВС, которая началась в конце его первого президентского срока.

Все иллюзии того, что Россия может быть партнером НАТО, развеялись. Москва также усилила геополитическое присутствие и военную мощь через расширение ОДКБ, этого регионального военного блока, служащего для поставок оружия и военного сотрудничества.

30 мая в «Фонде Наследие» в Вашингтоне два эксперта по военным вопросам, старший аналитик Фонда Ариэль Коэн и член Совета по американской внешней политике Стивен Бланк провели дискуссию о том, какого прогресса добилась Россия в модернизации военных сил. Эксперты согласились: российское вторжение в Крым показало, что военные силы России значительно изменились со времен неудач во время чеченского конфликта в середине 1990-х и неубедительных действий в Грузии в 2008-м.

В первые годы после распада СССР армия и вооружение России практически были бесполезными. Как отметил Ариэль Коэн, российские Вооруженные силы основывались на устаревшей советской модели массовой мобилизации, перегруженности офицерским составом, полностью зависели от слабо подготовленных и плохо экипированных солдат-срочников, морально-волевые качества которых оставляли желать лучшего. Военная доктрина России тогда представляла собой всего лишь устаревшее наследие времен Второй мировой войны.

Как считают американские эксперты, помимо увеличения военного бюджета России, переменам к лучшему способствовали три фактора.

Во-первых, в начале 2007 года Путин назначил на должность министра обороны Анатолия Сердюкова, бывшего торговца мебелью в Санкт-Петербурге. Преодолевая сопротивление бюрократии, Сердюков добился сокращения численного состава ВС с 1,2 до примерно одного миллиона, уменьшил количество командных должностей, создал хорошо-обученный сержантский корпус и повел борьбу с коррупцией. (По иронии судьбы, именно коррупция привела к падению его самого.) Призыв оставили, однако повышение денежного содержания и материального снабжения привели к созданию более профессиональной армии. (Вместе с тем, в Крыму проявили себя элитные подразделения, укомплектованные контрактниками.)

Во-вторых, хотя война в Грузии и выявила слабые стороны российской армии, тогдашние операции укрепили веру Путина в то, что Россия способна применять силу на постсоветском пространстве, особенно в целях «защиты прав русскоязычного населения», не опасаясь военного ответа Запада.

В то же самое время Кремль расширил толкование военной угрозы со стороны Запада. С продвижением НАТО на восток Россия назвала США и НАТО главной угрозой. Такие старые проблемы, как нестабильность на Северном Кавказе, отошли на задний план. Создание образа внешнего врага в лице Запада также послужило удобным оправданием подавления протестов внутри страны, последовавших за фальсификациями, допущенными в ходе парламентских и президентских выборов 2012–2013 годов и возвращения Путина в Кремль.

Если путинская военная модернизация достигнет поставленных целей, отметили Коэн и Бланк, Россия сможет нарастить военную мощь, проецируемую на НАТО и бывшие советские республики, а также усилить свое влияние в Евразии. Это создаст серьезные вызовы безопасности США и их союзников по НАТО.

Несколько факторов могут помешать Кремлю достичь этих целей. Про них эксперты мало говорили во время дискуссии в «Фонде Наследие», однако подробно освещали в своих аналитических публикациях.

К примеру, низкий уровень рождаемости в России и общий уровень здоровья населения со временем создаст проблемы для целей призыва в армию. Военно-промышленный комплекс неэффективен и по-прежнему поражен коррупцией (Сердюков иногда закупал западное оборудование, но с его уходом эта практика могла измениться). В то время как состояние сухопутных войск улучшилось, другие подразделения – особенно ВМС – сталкиваются с серьезными проблемами. Даже качество сухопутных войск не настолько высокое, как казалось вначале. Существует большой разрыв между эффективностью элитных спецподразделений, которые работали в Крыму, и остальными военными подразделениями. Призывники служат всего лишь год, зачастую они недостаточно подготовлены.

Оккупация Крыма был осуществлена с минимальными целями и использованием элитных подразделений, противостоять ослабленному противнику не составило труда. Однако оккупация восточных и южных областей Украины с использованием регулярной армии, уровень которой ниже спецподразделений, в условиях сопротивления со стороны местного населения будет намного более сложной задачей.

Помимо украинских ВС, вооруженные силы России столкнутся и с сопротивлением украинского ополчения и гражданского населения. Постоянное размещение оккупационных сил на украинской земле может ослабить военные возможности России в других регионах, особенно на Кавказе и Центральной Азии.

Перечисленные факторы, скорее всего, и стали причиной того, что Путин до сих пор не ввел войска в Украину. Однако даже этот не может гарантировать, как написал в одной своей статье Стивен Бланк, «оппортунистического прощупывания» – попыток дестабилизировать ситуацию в странах Балтики и других регионах бывшего Союза, путем экономического давления, разжигания страстей вокруг русскоговорящих меньшинств и применения других способов «непрямой войны» XXI века.

2014 г.

Поглощение Крыма идет с осложнениями

27 февраля, через четыре дня после закрытия Олимпийских игр в Сочи и падения коррумпированного режима Януковича, Россия вторглась в Крым, который был частью суверенной территории Украины. Это было сделано под предлогом защиты русскоязычного населения полуострова, где проживает 1,2 млн. этнических русских (59 % населения). Дислоцированные в Крыму элитные российские войска быстро захватили аэропорты, административные здания, теле– и радиостанции и заблокировали украинские военные базы, в то время как украинские военные практически не оказывали сопротивления. Под присмотром вооруженных людей местные депутаты назначили новым премьер-министром Крыма Сергея Аксенова, по сообщениям СМИ – бывшего лидера одной из преступных группировок.

На волне массового патриотизма, инициированной прокремлевскими СМИ, Москва незамедлительно приступила к консолидации захваченной территории. 16 марта крымские избиратели (многие из которых пожилые этнические русские, ностальгирующие по советским временам) проголосовали за вхождение в состав России на референдуме, результаты которого не были признаны международным сообществом. 18 марта, обратившись к обеим палатам парламента с ура-патриотической речью, российский президент Владимир Путин попытался формально обосновать захват полуострова, опираясь на исторические претензии на регион. Его аргументы, тем не менее, вряд ли можно считать убедительными – в таком случае с подобными претензиями могли бы выступить любые народы или этнические группы, в разные времена населявшие Крым, не говоря уже о самих украинцах. Однако вскоре после выступления Путина Россия и сепаратистское правительство Крыма подписали договор о вхождении Республики Крым и города Севастополя в состав Российской Федерации.

Многие наблюдатели расценили решение Путина вторгнуться в Крым как отражение его имперских амбиций, продуманный стратегический план и демонстрацию его лидерских качеств. В недавно опубликованной статье главнокомандующий силами НАТО в Европе генерал Филипп Бридлав, например, утверждает, что «российская военная операция против Крыма осуществлялась заранее размещенными там регулярными и скрытыми подразделениями и “зелеными человечками” без опознавательных знаков, которые использовали нетрадиционные методы ведения войны, а также проводили кибератаки и вели пропагандистскую войну в традиционных СМИ и Интернете».

Однако в чем бы ни заключалась тактика Путина, факты свидетельствуют о том, что решение о вторжении в Крым было принято в результате неожиданного бегства украинского президента Виктора Януковича. «Мы, конечно, не имели права оставить крымчан и севастопольцев на произвол воинствующих националистов и радикалов, – заявил Путин на состоявшейся 1 июля встрече с российскими дипломатами в МИДе, – не могли допустить, чтобы был существенно ограничен наш доступ к акватории Черного моря, чтобы на крымскую землю, в Севастополь, овеянный боевой славой русских солдат и матросов, пришли войска НАТО и был кардинально изменен баланс сил в Причерноморье».

Последние события подтверждают, что решение Путина аннексировать полуостров не было достаточно продуманным. Хотя Кремль быстро нарастил свое присутствие в регионе, для разработки плана политических и социально-экономических преобразований в Крыму пришлось приложить немало усилий. Пока интеграция Крыма в состав Российской Федерации идет с затруднениями.

Кремлевский план по экономическому развитию Крыма можно назвать амбициозным: из российского федерального бюджета на эти цели будет выделено более $20 млрд. до 2020 года, что в семь раз больше, чем общий объем инвестиций Украины в регион. Среди приоритетных направлений обеспечение бесперебойного энергоснабжения, улучшение качества дорог и реконструкция аэропорта. Предусмотрено также строительство моста через Керченский пролив протяженностью 4,5 км, который свяжет Крым с остальной территорией России. Этот мост не только обеспечит связь с самим полуостровом, но также откроет доступ к обширной морской зоне с подводными ресурсами, которые потенциально могут принести миллионные инвестиции.

Однако экономический прогресс пока не оправдывает ожидания. Два столпа экономики Крыма – туризм и сельское хозяйство – переживают глубокий спад, особенно учитывая то, что в прошлом 70 % туристов приезжали в Крым из Украины. Из-за кризиса приток туристов по сути остановился. Жизнь крымчан омрачена такими проблемами, как инфляция, пробки на границе, пустые полки супермаркетов и неработающие банкоматы, очереди на получение российских паспортов или обмен валюты, парализованное почтовое сообщение и неэффективная работа правоохранительных органов. Экономический спад усугубляется санкциями Евросоюза в отношении импорта товаров из Крыма и Севастополя, а также запретом на торговые и инвестиционные отношения с полуостровом.

1 июня Крым перешел с украинской гривны на российский рубль, одновременно на полуострове закрылись банки, регулируемые украинскими властями, в результате чего многие крымчане были лишены доступа к своим сбережениям. Ситуация также осложняется тем, что украинские власти не полностью ушли со сцены: авто– и железнодорожное сообщение, газо-, электро– и водоснабжение Крыма по-прежнему зависят от территории, связывающей полуостров с Украиной. Киев утверждает, что власти Крыма задолжали ему 1,7 млн. гривен ($140 000) в виде платежей за воду за прошлый год. Неожиданная нехватка денежных средств вынудила Кремль срочно выделить Крыму более $7 млрд., которые были заимствованы из Национального пенсионного фонда.

Еще бо́льшую обеспокоенность вызывает подход Москвы к главному политическому фактору – ситуации с крымско-татарским меньшинством, которое составляет 13 % населения Крыма, согласно переписи населения 2001 года. С одной стороны, Кремль пытается заинтересовать татар экономическими выгодами, используя в качестве примера отношения России и Татарстана. Кремль также укрепляет связи с политической группой Милли Фирка, представляющей интересы меньшинства крымских татар и поддержавшей аннексию. С другой стороны, российские власти стараются жестко ограничить независимые политические движения татар. Так, лидерам крымских татар Мустафе Джемилеву и Рефату Чубарову, открыто поддержавшим Киев, запрещен въезд в Крым на пятилетний срок. Кремль также запретил крымским татарам организовать мероприятие по случаю 70-й годовщины их депортации из Крыма Сталиным – наиболее трагической страницы в истории этого народа. Впрочем, многие татары проигнорировали этот запрет.

Захватив Крым, российские власти продолжили нарушать права человека. В заявлении по случаю годовщины депортации госсекретарь США Джон Керри отметил, что «убийства, избиения и похищения крымских татар и не только их стали обычным делом. Местные власти объявили, что крымским татарам лучше оставить свои дома и отказаться от своей земли. Крымские татары подвергаются угрозам и нападениям за то, что говорят на своем языке… Тысячи татар и представителей других меньшинств вынуждены были покинуть дома в Крыму, опасаясь за свою безопасность».

Премьер-министр России Дмитрий Медведев недавно объявил о том, что с сентября по декабрь 2014 года на полуострове будет проведена перепись населения. Некоторые обозреватели отметили, что Кремль использует перепись для занижения численности крымских татар и украинцев в регионе. Согласно опубликованному в мае докладу ООН, более 700 жителей Крыма, в основном татар, официально получили статус перемещенных лиц на Украине.

Со временем Россия, вероятно, продолжит ужесточать контроль над Крымом. 14 августа президент Путин, члены правительства и многие члены Госдумы побывали в Крыму, продемонстрировав свою поддержку аннексии, несмотря на жесткие экономические санкции Запада. Прокиевские элементы в татарской общине, скорее всего, будут маргинализированы, если им вообще позволят остаться на полуострове. Интеграции с Россией будет способствовать ослабевающее внимание западных лидеров, внимание которых приковано к боевым действиям на востоке Украины и кризисам в других странах. Модернизация Грозного показала, что Кремль, каким бы коррумпированным он ни был, способен реализовывать крупные государственные проекты. Однако многие из проблем Крыма, которые невозможно решить в рамках российского коррумпированного госкапитализма, скорее всего, решены не будут.

В самой России эйфория, сопровождавшая аннексию Крыма, со временем сойдет на нет. Хотя многие россияне в целом считают, что захват Россией полуострова был «оправдан и соответствовал нормам международного права» (о чем свидетельствуют результаты опроса, проведенного «Левада-центром»), не все захотят оплачивать развитие нового региона, особенно на фоне санкций, замедляющих рост экономики. В итоге может получиться так, что Крым станет символом не возрождения мировой славы России, а ее агрессивной внешней политики, основанной на шовинизме и сомнительных исторических претензиях. Как недавно заметил российский политический обозреватель Федор Лукьянов, если дорогостоящий полуостров станет единственным призом России в долгосрочной перспективе, люди начнут задаваться вопросом, стоила ли борьба за него таких усилий.

2014 г.

Присоединение Крыма и антисемитизм

Россия празднует присоединение Крыма так, как будто победила Гитлера или Наполеона. Она предпочитает не замечать того, что отобрала часть территории, хоть и романтично воспринимаемой, у своего меньшего по территории и более слабого соседа. Это стало возможным благодаря умелому использованию пропаганды.

Как написал журнал The Economist, «россияне стали объектом агрессивной кампании дезинформации». Их буквально бомбардировали сценами насилия, хаоса и фашизма в Украине, якобы подготовленного Западом, и благородного ответа на это России. Российские СМИ описывали участников протестов на Майдане как националистов, фашистов, антисемитов и путчистов. Подчеркивалось, что их действия угрожают русским. Во время пресс-конференции в Москве Владимир Путин говорил о «беспределе» украинских экстремистов.

Нет сомнений, что у еврейской общины Украины – трагическая история. Погромы проходили в царское время. Антисемитизм был широко распространен во время Гражданской войны, причем некоторые украинские националисты идентифицировали всех евреев с большевиками. Во время Второй мировой войны нацисты рекрутировали некоторых украинцев, играя на их вере в то, что в сталинских репрессиях виноваты евреи. В последнее время украинские националистические группы иногда использовали антисемитскую риторику.

Несмотря на это ужасное прошлое, есть множество доказательств тому, что российская пропаганда в значительной степени использует вымышленную информацию. На Майдане были евреи – противники режима Януковича. Молодые люди еврейской национальности формировали свои сотни, где действовали наравне с христианами, мусульманами, русско– и украиноговорящими жителями Украины. (Одним из первых погибших евромайдановцев был двадцатилетний армянин Сергей Нигоян). В период противостояния режим Януковича указывал, что оппозицию возглавили евреи. С 22 февраля, как сообщали СМИ, в Украине произошло шесть антисемитских инцидентов, в четырех случаях речь шла о нападениях на синагоги и кладбища, в двух случаях говорилось о физическом насилии. Можно с высокой долей уверенности предположить, что в большинстве случаев это были провокации, которые должны были дать предлог для российского вторжения.

В марте лидеры еврейской общины Украины опубликовали открытое письмо Владимиру Путину, в котором высказались в поддержку «независимой, демократической, единой Украины». Как говорится в письме, «Ваша уверенность в росте антисемитизма в Украине не соответствует фактам». Письмо подписало 222 человека, включая бизнесменов, людей искусства, ученых и общественных деятелей. Стоит отметить, что Главный раввин России и союзник Путина Берл Лазар осудил это письмо.

Олигарх Вадим Рабинович, глава Всеукраинского еврейского конгресса, заявил, что баллотируется в президенты Украины, «чтобы разрушить миф про антисемитизм в Украине». Спецпредставитель Госдепартамента США по мониторингу и борьбе с антисемитизмом Айра Форман 13 марта, в интервью одной из израильских газет, подчеркнул: «У нас нет подтверждений того, что слова президента Путина об антисемитизме – правдивое отображение того, что на самом деле происходит в Украине».

Многие критикуют новое переходное правительство Украины за включение в его состав членов националистической партии «Свобода», но, по крайней мере, один новый министр в новом правительстве – еврей по национальности. Согласно результатам последних опросов, «Свободу» поддерживают лишь от 4–8 % избирателей – то есть националисты в Украине пользуются меньшей поддержкой, чем в некоторых государствах Евросоюза.

Однако, учитывая прошлое Украины, Запад и новое правительство Украины должны внимательно отнестись к этому вопросу. Некоторые радикально настроенные националисты могут провести антисемитские акты. Но это подорвет завоевания Майдана и свернет все перспективы более близких отношений Украины с ЕС.

Факты говорят о том, что антисемитизм может усилиться в России. В открытом письме украинских еврейских лидеров Путину в саркастическом тоне говорилось: «Ваша уверенность <…> в росте антисемитизма в Украине также не соответствует реальным фактам. По-видимому, Вы перепутали Украину с Россией, где еврейские организации зафиксировали в прошлом году рост антисемитизма». Ранее Путин признавал «еврейский характер» большевизма. В российской прессе часто появляются сообщения о том, что новое украинское правительство возглавили евреи.

С другой стороны, Кремль цинично использует эту тему. «Я никогда не говорил, что российское правительство или правительство Януковича руководствуются антисемитизмом, – сказал недавно один из еврейских лидеров Украины Иосиф Зисельс. – Все намного хуже. Они планируют разыграть еврейскую карту для достижения собственных целей и поэтому готовы пожертвовать евреями».

2014 г.

Кремлевская пауза

Как сообщил украинский МИД, на переговорах, проводимых в Брюсселе при посредничестве Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), было достигнуто взаимопонимание по ключевым пунктам плана по разрядке напряженности в Донецкой и Луганской областях. Накануне встречи с коллегами, участвовавшими в переговорах, министр иностранных дел Германии Франк-Вальтер Штайнмайер заявил, что в урегулировании ситуации заметны признаки прогресса и «в конце туннеля появился свет». А по словам Радослава Сикорского, министра иностранных дел Польши, недавнее обещание Владимира Путина признать результаты украинских президентских выборов является «шагом в верном направлении». Министр также заявил, что членство Украины в НАТО, против которого выступает Москва, «не стоит на повестке дня».

В середине мая казалось, что Украина находится на грани гражданской войны. Массовые уличные протесты, падение правительства Януковича, насильственные действия со стороны сепаратистов сопровождались вторжением российских войск на территорию Украины и аннексией Крыма. Затянувшийся на шесть месяцев кризис стал самым значительным противостоянием Востока и Запада со времен холодной войны. Однако в разгар кризиса, спровоцировавшего рост пророссийских настроений на юго-востоке Украины и грозившего полномасштабным военным вторжением, Кремль неожиданно взял паузу. Российские власти выразили формальную поддержку незаконным референдумам о независимости в Донецкой и Луганской областях, начали отвод войск от украинской границы и признали, пусть и сдержанно, легитимность избрания Петра Порошенко президентом. Наконец 5 июня на июньской сессии G7 (после аннексии Крыма Россию исключили из участия в саммите G8, а место проведения было перенесено из Сочи в Брюссель) состоялась неформальная встреча российского президента Путина и нового президента Украины.

Таким образом, Москва явно посылала Западу примирительные сигналы, однако это вряд ли означает, что украинский кризис движется к разрешению. Кремль взял паузу, необходимую Москве для калибровки стратегии. Ситуация остается нестабильной, и кризис войдет в новую фазу после проведения Украиной конституционной реформы и новых парламентских выборов.

В целом цели Москвы в отношении Украины принципиально не изменились со времен «оранжевой революции» 2004 года. Среди этих целей, во-первых, сдержать Украину от присоединения к западным структурам безопасности и интеграции в экономику Запада. Во-вторых, Москва стремится предотвратить любое распространение демократии по-украински на территорию России. На практике это означает, что Россия должна удерживать экономические рычаги давления на Киев и сохранить контроль над ее политическим развитием. Это можно осуществить, либо поставив у власти прокремлевского президента (как было в случае с Виктором Януковичем), либо оказывая влияние на этнических русских на юго-востоке Украины. Однако подобная политика Москвы имеет один существенный недостаток: она не принимает во внимание степень развития гражданского общества Украины.

Сегодня вторжение в Крым стоит больше воспринимать как гневный ответ Кремля на падение режима Януковича, нежели как блестящий ход в дальновидной стратегической игре, как зачастую это оценивалось западными аналитиками. Кремль осознал, что слабое временное правительство Киева не в состоянии восполнить политический вакуум, образовавшийся после бегства Януковича, и использовал сочетание военных сил и военизированных преступных элементов для давления на наиболее уязвимые регионы Украины. Подстрекаемые из Москвы, эти силы выдвинули ряд требований к украинским властям – от немедленного объявления независимости востока Украины до федерализации, от союза с Россией до раздела Украины (как заявляли некоторые российские чиновники). Политическое вмешательство Москвы сопровождалось экономическим давлением на Киев и мощной пропагандистской кампанией в СМИ. В конце концов, оправившись от первоначального шока, силы безопасности Украины сплотились. Также в последние недели усилилась и поддержка Запада (пусть запоздалая и неуклюжая), в результате чего Кремль был вынужден сделать паузу и пересмотреть свою тактику.

28 мая в Вест-Пойнте президент США Барак Обама произнес речь, в которой особое внимание уделил успехам США и союзников в деле изоляции России. Действительно, России пришлось поплатиться за свою агрессию на Украине. Экономические санкции, пусть и относительно мягкие, ограничили рост российской экономики. Произошло общее отчуждение с Западом. Возможно, в качестве ответа западным партнерам, заявившим о стремлении снизить свою зависимость от российского газа, Россия заключила масштабную газовую сделку с Китаем, которую многие эксперты оценивают неоднозначно. На Украине усилились антироссийские настроения. Однако нагнетание военной истерии внутри России резко сузило политическое пространство, необходимое для урегулирования кризиса. И это опасно для самого Путина, поскольку подобная ситуация вносит определенное напряжение в его отношения с кругом приближенных бизнесменов, ставших мишенью западных санкций.

В целом же в переговорах с Западом по Украине Россия пока выигрывает.

По мнению Стивена М. Уолта, профессора международных отношений Гарвардского университета, действия Путина можно расценивать как политический провал лишь в том случае, если считать, что его целью был раздел Украины или же воссоздание Советского Союза. Однако если считать, что главной целью Путина было удержание Украины от вступления в НАТО или интеграции в западное сообщество, то его манипулирование ситуацией было «ловким, безжалостным и искусным». В Европе до сих пор не сложилось единого мнения о будущем Украины, а сама страна по-прежнему зависит от российских энергоносителей. Влияние НАТО далеко не однозначно, и Запад уже, видимо, смирился с российской оккупацией Крыма. Изоляция России также далеко не полноценна, и, пожалуй, лучше всего это иллюстрирует решение французского правительства о продаже Москве десантных кораблей «Мистраль» общей стоимостью $1,6 млрд.

5 июня на встрече G-7 президент Обама заявил, что у России остается примерно один месяц на пересмотр политики вмешательства в дела Украины и разрешения ситуации с пророссийскими сепаратистами на востоке страны. В противном случае Кремлю грозят расширенные санкции, которые коснутся ряда отраслей российской экономики. Обама впервые назвал конкретные сроки, заявив о недопустимости затягивания процесса. Однако осталось неясным, как поступит американский президент и другие западные лидеры в том случае, если Кремль не выполнит эти требования, особенно учитывая, что жесткие меры против России не пользуются единодушной поддержкой на Западе. Путин, безусловно, помнит о том, как в недавнем прошлом Запад колебался, проводя «красные линии» (например, в отношении Сирии).

В целом, несмотря на улучшение ситуации на Украине, между Россией и Западом сохраняются существенные разногласия по ключевым вопросам, вынесенным на переговоры, включая децентрализацию политической власти и статус Крыма. Путин вряд ли согласится на ущемление интересов России. Эксперт по России Леон Арон недавно отметил, что, в отличие от Обамы, Путин никогда не проводит «красных линий»: «[Путин] практически никогда не объявляет, что будет делать. А когда он что-то делает, официальное объяснение зачастую прямо противоположно происходящему».

2014 г.