Текст книги "Танковая гвардия в бою"

Автор книги: Дмитрий Шеин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Форсирование Днепра на подручных средствах

К 19 сентября соединения армии достигли предписанных районов сосредоточения. « Колесному автопарку армии из района дислокации Курск в новый район сосредоточения пришлось совершить марш 250–300 км»[371] , израсходовав при этом одну заправку автобензина [372] . 18 сентября приказом командующего Воронежским фронтом в состав армии был введен 1-й гвардейский кавкорпус, также сосредоточивающийся в районе Ромны [373] .

По состоянию на 19 сентября 3-я гвардейская танковая армия (без учета 1-го гвардейского кавкорпуса) имела 39 716 чел. личного состава, 612 танков, 127 бронемашин, 82 самоходных артустановки, 74 76,2-мм дивизионных пушки, 24 85-мм противотанковых пушки, 20 57-мм противотанковых пушек, 83 45-мм противотанковых и батальонных пушки, 78 зенитных орудий, 138 120-мм и 212 82-мм минометов, 763 противотанковых ружья [374] .

К моменту ввода 3-й гвардейской танковой армии в бой войска Воронежского фронта вели наступление в общем направлении на Киев. Командующий Воронежским фронтом Н.Ф. Ватутин поставил перед 3-й гвардейской танковой армией задачу « …форсированным маршем, не отрываясь от отступающего противника, подойти к р. Днепр, форсировать ее на участке Трактомиров, Григоровка, овладеть г. Кагарлык, имея в дальнейшем задачу наступать в направлении Белая Церковь»[375] . В соответствии с полученной задачей командующий армией отдал днем 19 сентября войскам армии боевой приказ « …во взаимодействии с 38-й и 40-й армиями преследовать отходящего противника в общем направлении Прилуки, Туровка, Яготин, Переяслав и захватить плацдарм на правом берегу р. Днепр южнее Переяслав»[376] . Для преследования войска армии строились в два эшелона. В первый эшелон выделялись 6-й и 7-й гвардейские танковые и 9-й механизированный корпус, во втором эшелоне армии за правофланговым 7 м гвардейским танковым корпусом наступал 1-й гвардейский кавкорпус, 91-я отдельная танковая бригада составляла армейский резерв. Приказ предписывал начать преследование отходящего противника в 20.00 20 сентября, а к исходу 21 сентября овладеть Яготином, с ходу форсировать Днепр и занять район Ходоров, Трактомиров, Зарубенцы, Григоровка, Бучак [377] .

В соответствии с полученным приказом войска армии в 20 часов 20 сентября форсированным маршем начали движение из района сосредоточения западнее Ромны. « Соприкосновения с противником не было»[378] . Для того, чтобы не допустить организованного отвода немецких войск за Днепр и занятия ими там обороны, соединениям армии требовалось ускорить движение. В 8.30 21 сентября командующий армией отдал устный боевой приказ, предписывающий создать в танковых корпусах по одному передовому отряду, включающему в себя « …подвижные части – мотопехота, саперы, мотоциклисты, ИПТАП[379] -о вская артиллерия, не менее дивизиона минполка, дивизион М-13, если позволит обстановка (переправы и мосты), то и танки с артиллерией СУ»[380] , а в мехкорпусе – два таких передовых отряда, и в течение дня 21 сентября « стремительным броском выйти на р. Днепр»и захватить переправы: 7-му гвардейскому танковому корпусу на участке Ходоров – Трактомиров, 9-му мехкорпусу – на участке Трактомиров, Монастырек, Зарубенцы, 6-му гвардейскому танковому корпусу у Григоровки, Бучак, « …а если возможно, то и у Канев»[381] . Решение о броске к Днепру силами преимущественно мотопехоты обуславливалось тем, что « …ввиду отсутствия мостов, большой растяжки тылов (склады горючего находились на ст. Виры, 300 км от частей) трудность подвоза горючего застала транспорт и боевую матчасть в пути с ограниченным количеством горючего. Заправить полностью матчасть горючим не представлялось возможности, армии приходилось продвигать вперед передовые отряды, которые в некоторой степени были обеспечены горючим»[382] . Подвоз горючего дополнительно затруднялся тем, что « противник на всем своем пути отхода подрывал мосты, минировал дороги на некоторых участках, уничтожал подручные средства переправ, на р.р. Псел, Сула, Удай, Сырая и Гнилая Оржица противник не оставил ни одного моста»[383] , и неразрешенностью вопросов организации движения: « …все дороги, по которым пришлось совершать подход армии, были забиты войсками, идущими на фронт, и обратным потоком местного населения, возвращающегося из немецкого плена. Служба регулирования на дорогах не была налажена, разделения дорог фронтом произведено не было, и по одной и той же дороге двигались войска и тылы трех армий (38-й армии, 40-й армии и 3-й гвардейской танковой армии)»[384] . Для иллюстрации масштаба проблемы подвоза топлива достаточно указать на то, что за трое суток марша главных сил 3-й гвардейской танковой армии к Днепру (с 19 по 22 сентября) боевые машины армии израсходовали 455 тонн дизтоплива из запаса в 730 тонн, имевшегося к моменту начала погрузки войск армии [385] .

Выход войск 3-й гвардейской танковой армии к Днепру и захват плацдармов на западном берегу

Двигаясь ускоренным маршем к Днепру, войска армии настигли арьергардные части противника и вступили с ними в бой. 21 сентября 51-я гвардейская танковая бригада – передовой отряд левофлангового 6-го гвардейского танкового корпуса – при подходе к Ташани атаковала арьергард противника силой до батальона пехоты при поддержке 7 танков и самоходных орудий. « Смелыми решительными действиями передового отряда противник был выбит из Капустинцы и Ташань, при этом в бою уничтожено: 4 самоходных орудия, 1 танк Т-4 и убито свыше 100 солдат и офицеров. Своих потерь в матчасти не было, в личном составе незначительные»[386] . К исходу дня 21 сентября к Букринской излучине Днепра в районе ПереяславХмельницкий вышли 54-я гвардейская танковая бригада 7-го танкового корпуса у Трактомиров [387] и 69-я мехбригада 9-го мехкорпуса в районе Козинцы, к 9.30 утра 22 сентября к Днепру вышли основные силы 51-й гвардейской танковой бригады 6-го гвардейского танкового корпуса в районе Городище [388] . « Противник при отходе на восточном берегу Днепра не оставил ни одной рыбацкой лодки, даже бревна, из которых можно было бы построить плоты, им были частью сожжены, частью переправлены на западный берег реки. Находившиеся в затоне Переяславской пристани две деревянных и одна металлическая баржи были противником подорваны и затоплены. Армейский парк Н2П к моменту подхода войск к Днепру находился в пути по железной дороге в районе Курска. Другими табельными переправочными средствами ни одна часть армии не располагала, так как по табелю их не было положено. Таким образом, к моменту выхода войск на берег Днепра армия не имела в своем распоряжении даже самых примитивных переправочных средств»[389] . Перед командованием соединений армии стояла непростая задача организации переправы через Днепр на подручных средствах (которые еще предстояло изыскать) и захвата плацдарма на западном берегу реки до того, как противник успеет перебросить туда войска и создать прочную оборону. Передовыми отрядами « …был предпринят ряд мер по сбору лодок в близлежащих деревнях, строили плоты из подручного леса, большая часть которого была сырого»[390] . 7-му гвардейскому танковому корпусу удалось найти 3 рыбачьих лодки и изготовить 2 дощатых плота, этими средствами в ночь на 22 сентября в районе Пидсинне на западный берег Днепра была переправлена разведгруппа в составе 6 чел. [391] Саперы 69-й мехбригады под командованием бригадного инженера подполковника Старостина, обнаружив в районе Зарубенцы на западном берегу Днепра затопленный крестьянский паром, « …с наступлением темноты переправились на примитивных подручных средствах (плотиках, бревнах), отлив ведрами воду, подняли паром и привели его к своему берегу. Грузоподъемность парома оказалась – 100 чел.»[392]

« …На рассвете 22.9 первый батальон 69-й мехбригады, усиленный двумя 76-мм орудиями, двумя ротами 82 минометов, ротой ПТ ружей, форсировал р. Днепр и овладел д. Зарубенцы, этим самым обеспечил форсирование р. Днепр остальным частям бригады»[393] . Части 6-го гвардейского танкового корпуса связались с партизанами местного партизанского отряда имени В.И. Чапаева, передавшими советским войскам заблаговременно подготовленные укрытые ими в лесу рыбачьи лодки [394] . « …В 15.00 группа мотопехоты в количестве 60 чел. переправилась на подручных средствах на правый берег р. Днепр, заняв д. Григоровка»[395] . Форсирование Днепра осложнялось сильными ветрами и тем обстоятельством, что « …в районе форсирования р. Днепр образовывала дугу своей конфигурацией, связанные плотики, на которых переправлялась мотопехота, иногда ветром относились вниз по течению, опятьтаки на свой берег»[396] .

На протяжении нескольких последующих дней обе стороны наращивали силы в районе захваченного советскими войсками на западном берегу Днепра Букринского плацдарма. Активные действия авиации противника в районе переправ вынуждали перевозить войска и технику через Днепр только в темное время суток. 22 сентября в распоряжение армии был передан 20-й понтонный батальон, ранее находившийся в составе 40-й армии. Батальоном был подготовлен один тридцатитонный паром с катеромбуксиром, осуществлявший перевозки в интересах и 3-й гвардейской танковой армии, и 40-й армии [397] . К утру 24 сентября на правый берег Днепра были переправлены основные силы 69-й мехбригады, в том числе 5 танков МК2 и 3 танка Т-34 [398] . Однако уже 24 сентября распоряжением командования фронта 20-й понтонный батальон был изъят из состава армии и вновь передан 40-й армии [399] . 7-й гвардейский танковый корпус продолжал переправу личного состава и боевой техники на трех рыбачьих лодках, двух дощатых плотах и устроенном из рыбачьих лодок пароме. За ночи с 23 по 26 сентября этими средствами на западный берег Днепра было переправлено 3495 чел. личного состава, 8 45-мм орудий, 30 120-мм минометов, 51 ПТР [400] .

« На правом берегу р. Днепр, на участке Трактомиров, Григоровка, противник до 22.9 обороны не занимал, гарнизон этого участка состоял из 50–60 солдат, прибывших в 10.00. 12.9 для создания оборонительного рубежа в указанном районе. На Букринском участке немцы силами местного населения до 1000 чел. в период с 10 по 20.9 создали оборонительный рубеж полевого типа с глубиною 2–3 км, состоявший из окопов полного профиля с ходами сообщения, с наличием ДЗОТ на возвышенностях на правом берегу р. Днепр. Оборонительные сооружения были построены на линии Ходоров, Великий Букрин, Трактомиров, Монастырек, Зарубенцы, Луковица, Григоровка, Бучак. К 21.9 противник, установив подход частей армии в район Андруши, Козинцы, Вьюнище, начал срочно перебрасывать из района Канев переправившиеся на правый берег р. Днепр подразделения 10-й моторизованной, 167-й пехотной и 19-й танковой дивизий, 22.9 эти подразделения группами взводрота огнем стрелкового оружия и минометов при поддержке массированного применения авиации, действовавшей группами по 40–50 бомбардировщиков по нашим боевым порядкам, районам переправ и сосредоточения препятствовали форсированию р. Днепр… 21 и 22.9 специальные колонны автомашин были использованы для срочной переброски войск из Канев в Трактомиров и Григоровка»[401] .

Тем временем основные силы армии двигались к Днепру на широком фронте, очищая от противника восточный берег реки. Левофланговый 6-й гвардейский танковый корпус наступал в общем направлении на Канев. « Одновременно с выходом 51-й гвардейской танковой бригады к Днепру 52-й гвардейской танковой бригаде была поставлена задача стремительным броском выйти в район Канев, овладеть Каневской переправой и удерживать ее до подхода главных сил корпуса. К 4.00 23.9.43 52-я гвардейская танковая бригада в составе 2 танковых батальонов, 2 рот мотопехоты (без артиллерии) достигла Решетки»[402] и втянулась в бой за расположенный в районе Решетки опорный пункт. На помощь 52-й гвардейской танковой бригаде была направлена 53-я гвардейская танковая бригада, вышедшая в район Решетки к исходу дня 23 сентября. Командир бригады решил не втягиваться в затяжные бои за опорный пункт, а обойти Решетку с востока и развивать наступление в направлении Каневской переправы. В 3 часа 24 сентября танки бригады вышли к Лепляво, после чего немецкие войска под угрозой окружения начали отходить на западный берег Днепра [403] . « В 6.00 24.9.1943 г. головной танк 53-й гвардейской танковой бригады ворвался на Каневский мост, и в это время три пролета моста было противником взорвано»[404] . В ночь с 24 на 25 сентября мотострелковый батальон 53-й гвардейской танковой бригадой трижды безуспешно пытался форсировать Днепр у Канева на 4 рыбачьих лодках при огневой поддержке 12 танков Т-34 бригады с левого берега Днепра.

На правом фланге армии 56-я гвардейская танковая бригада 7-го гвардейского танкового корпуса 23 сентября освободила Борисполь и достигла 4 сентября западнее Княжичи заранее подготовленной оборонительной позиции противника: « …подготовлено 3 линии противотанковых рвов, имелись рельсовые надолбы, идущие по восточной опушке Дарницкого леса, а также сильная огневая противотанковая система. В районе Княжичи имелась подвижная группа 20 танков, среди которых были танки типа «Тигр»[405] . Организовав взаимодействие с подошедшими 71-й и 136-й дивизиями 38-й армии, бригада в 8 часов 28 сентября перешла в наступление в направлении Новая Дарница – Никольская Слободка. Около 13 часов подразделения 56-й гвардейской танковой бригады достигли Никольской Слободки, встретив минное поле и три противотанковых рва. К 15 часам, обезвредив 250 противотанковых мин, бригада с боем овладела Предмостной Слободкой [406] .

В боях 28 сентября танк, механиком-водителем которого была сержант Мария Логунова, уничтожил несколько огневых точек, противотанковую пушку и до взвода солдат противника. Танк М. Логуновой был подбит, а она сама лишилась обеих ног, но, после излечения, научилась водить машину на протезах и освоила радиотелеграфное дело, благодаря чему смогла остаться на службе до конца войны, готовя радиотелеграфистов для танковых войск.

Часть раненых была временно размещена в одном из уцелевших домов деревни Княжичи, однако деревня вскоре вновь была захвачена немецкими войсками. Врач медсанроты танковой бригады капитан медицинской службы Т. Арефьев прятал, кормил и лечил раненых в течение четырех суток до освобождения Княжичей [407] .

1-й гвардейский кавкорпус 23 сентября получил приказ командующего армией « …форсированным маршем на лучших лошадях к 3.00 сосредоточиться в районе Гусенцы, Яшники, Ковалин и с рассветом 24.9 форсировать р. Днепр на участке Ржищев, Ходоров, с ближайшей задачей после форсирования овладеть Березовка, Пивцы, Медведовка»[408] . Однако кавкорпус достиг указанного района лишь к 15 часам 24 сентября и предпринял попытку форсирования в ночь с 24 на 25 сентября, переправив на западный берег Днепра один эскадрон между Гусенцами и Ходоровым. В ночь с 25 на 26 сентября на западный берег Днепра переправились еще два спешенных эскадрона, однако переправить средства усиления и главные силы кавкорпуса не удалось, и форсировавшие Днепр подразделения были противником уничтожены. 27 сентября распоряжением командующего фронтом кавкорпус был изъят из состава армии в резерв фронта [409] .

Из 686 танков и САУ армии, вышедших 20 сентября из района сосредоточения западнее Ромны, в ходе марша к Днепру по техническим причинам вышло из строя 64 машины, в том числе 10 машин по вине экипажей и 54 – по вине заводовизготовителей [410] . Боевые повреждения танков и САУ за тот же период представлены в таблице 5.2.Таблица 5.2

Группировка противника в районе Букринского плацдарма непрерывно усиливалась. Начиная с 23 сентября немецкие войска силами от роты до батальона пехоты с танками при поддержке артиллерии и минометов и больших (до 30–40 самолетов [411] ) групп бомбардировщиков неоднократно предпринимали контратаки с целью ликвидации плацдарма. При авиационной бомбардировке 24 сентября на переправе был смертельно ранен командир 6-го гвардейского танкового корпуса генерал-майор танковых войск М.И. Зинькович. В 19 часов 27 сентября противник « силою до полка пехоты при поддержке 30 танков»[412] атаковал позиции мотострелков 6-го гвардейского танкового корпуса, оборонявшихся у Григоровки. В ходе отражения атаки потери одной 22-й гвардейской мотострелковой бригады превысили 400 чел. убитыми и ранеными [413] . Для усиления оборонявшихся на правом берегу Днепра войск и дальнейшего расширения плацдарма настоятельно требовалось организовать переброску на западный берег Днепра танков и самоходной артиллерии. Еще 26 сентября « …были подвезены на берег реки легкие переправочные парки типа А3 (резина) и НЛП (фанера), которые обычно в нормальных условиях используются для десантнопаромной переправы легкой материальной части пехотных подразделений. В связи с создавшимся тяжелым положением Военным Советом армии было приказано переправлять на этих парках танки и в первую очередь легкие самоходные установки (СУ-76), затем легкие танки типа «Валентайн». Первая пробная погрузка СУ-76 7-го гвардейского танкового корпуса на паром из лодок А3 без изменения конструкции табельного верхнего строения оказалась неудачной… при погрузке самоходная установка накренила паром, соскользнула с него, гусеницей порвала резину и затонула у берега вместе с паромом. Были приняты срочные меры по усилению конструкции верхнего табельного строения… После этого самоходная установка была погружена нормально и за несколько часов все СУ-76 были переправлены на западный берег реки»[414] . Таким образом в ночь с 28 на 29 сентября на левый берег Днепра было переправлено 19 установок СУ-76 1894-го легкого самоходного артполка 7-го гвардейского танкового корпуса в район Трактомирова [415] и 5 установок СУ-76 1893-го легкого самоходного артполка в район Григоровки [416] . « Однако этого было недостаточно, требовалась переброска танков, особенно Т-34. Тяжелых парков в распоряжении армии для этого все еще не было. Сделали попытку переправить Т-34 на усиленных паромах из лодок А3. Для этой цели соединили два парома, на которых переправлялись СУ-76, и усилили верхнее строение рельсами. Первый и второй танки были погружены и переправлены с большим риском, так как нагрузка на паром превышала во много раз предельную. При погрузке третьего танка паром был раздавлен и затоплен вместе с танком у берега. Танк и паромы были немедленно извлечены из воды и после этого переправа Т-34 на паромах из лодок А3 не производилась»[417] .

Понтонный парк движется к Днепру

Для переброски на западный берег Днепра тяжелых грузов, в первую очередь танков, и организации четкого бесперебойного снабжения действующих на Букринском плацдарме частей 3-й гвардейской танковой, 40-й (части начали прибывать с 25 сентября) и 27-й (введена в бой 27 сентября) армий требовалась постройка постоянно действующего моста. 28 сентября Военным Советом 3-й гвардейской танковой армии было принято решение о постройке в районе Козинцы низководного деревянного моста на свайных опорах под грузы 30 тонн [418] . « Ширина реки на этом участке определяла следующие данные моста – длина 635 м, ширина 4,1 м, свайных опор 135 шт. (свай 800 шт.). Срок постройки моста Военным Советом армии был определен в 13 дней»[419] . Постройка моста была возложена на 182-й отдельный армейский моторизованный инженерный батальон и 15-ю штурмовую инженерно-саперную бригаду в составе трех батальонов. Однако эти силы не позволяли построить мост в требуемый срок, поэтому в окрестных селах на постройку моста было мобилизовано 2110 чел. [420] . Непосредственная работа по строительству моста началась 1 октября. Лесоматериал доставлялся из ближайшего лесного массива на расстояние 8,5 км, на доставке леса ежедневно работали 4 трактора с прицепами и свыше 20 автомашин. Наиболее трудоемкую операцию представляла собой забивка свай, производившаяся вручную при помощи «баб». « Чтобы представить трудоемкость работы, достаточно указать, что для забивки одной сваи требовалось сделать по ней от 1500 до 2500 ударов «бабой»[421] . Противник обнаружил ведущиеся работы на третий день работ и подвергал участок строительства бомбардировке с воздуха. « 5.10.43 противник произвел массированный налет авиации на район строительства моста. Был сильно поврежден мост, разбиты переправочные средства, убито и ранено до 400 чел. При этом налете был убит начальник инженерных войск армии, ныне Герой Советского Союза гвардии полковник Онучкин»[422] . В тот же день по району постройки моста был открыт прицельный артиллерийский огонь, что обусловило необходимость вести строительные работы только ночью. Забивка свай была завершена 11 октября, а в 19 часов 10 минут 14 октября мост был открыт для движения. « На строительство моста, таким образом, было затрачено всего 11 календарных дней (исключая дни вынужденного простоя из-за бомбежки и артогня противника)»[423] .

Схема переправ 3-й гвардейской танковой

Кроме того, 28 сентября армии была придана 6-я понтонная бригада [424] , начавшая строительство двух понтонных переправ грузоподъемностью до 16 тонн в районе Григоровки. Всего к 1 октября армия располагала двумя понтонными мостами (в районе Григоровки и в 2 км севернее Григоровки) и шестью паромными переправами: переправа в районе Подсинне и две переправы в районе пристани Переяслав обслуживали части 7-го гвардейского танкового корпуса, переправа в Зарубенцах обслуживала 9-й мехкорпус и армейские части, две переправы в районе понтонных мостов у Григоровки находились в резерве [425] . Тем временем немецкие войска, подтянув в дополнение к действовавшим в районе Букринского плацдарма 167-й пехотной, 10-й моторизованной и 19-й танковой дивизии еще 72-ю пехотную и 7-ю танковую дивизии [426] , нанесли с утра 29 сентября удар по всей протяженности фронта Букринского плацдарма. Бой длился до темноты. Мотострелкам 6-го гвардейского танкового корпуса удалось удержать позиции; действия 71-й мехбригады 9-го мехкорпуса оценивались командованием как « совершенно неудовлетворительные»вследствие потери управления. 23-я гвардейская мотострелковая бригада 7-го гвардейского танкового корпуса оставила занятый 26 октября Великий Букрин, потеряв при этом около 250 чел. [427] Наступательный порыв немецких войск иссяк, и 30 сентября они закреплялись на достигнутом рубеже, ведя с частями советских войск огневой бой. Удар противника удалось отбить ценой тяжелых потерь – к примеру, 22-я гвардейская мотострелковая бригада 6-го гвардейского танкового корпуса имела к 1 октября лишь 100 активных штыков [428] .

План наступления 3-й гвардейской танковой армии с Букринского плацдарма

Прочное закрепление за собой Букринского плацдарма, сосредоточение на нем основных сил 3-й гвардейской, 40-й и 27-й армий и организация бесперебойной переправы и снабжения войск позволили советскому командованию начать подготовку к наступлению с Букринского плацдарма, в соответствии с первоначальным замыслом, в общем направлении на Кагарлык, Фастов, Брусилов с целью охвата киевской группировки противника с юга. Согласно плану командования фронта, к исходу первого дня наступления войскам армии предстояло выйти в район Поток, к исходу второго дня достичь Ставы, к исходу третьего дня овладеть Белой Церковью, к исходу четвертого дня выйти в район Фастов и на пятый день наступления занять Брусилов [429] . С 3 октября соединения 3-й гвардейской танковой армии, выделенной во фронтовой эшелон развития успеха, передавали свои участки соединениям 40-й и 27-й армий, вели разведку и рекогносцировку направлений атаки. Первоначально срок начала наступления был назначен на 4 октября, однако вследствие недостаточного количества подвезенных на плацдарм боеприпасов (вплоть до 11 октября основной станцией снабжения армии оставалась ст. Виры, расположенная на расстоянии 290 км от Букринского плацдарма; лишь 11 октября снабженческие грузы начали прибывать на отстоящую на 50 км от плацдарма ст. Яготин [430] ) и контратак противника наступление постоянно откладывалось до 12 октября. Окончательно поставленные перед армией задачи выглядели следующим образом:

– 7-й гвардейский танковый корпус развивает успех 161-й стрелковой дивизии 40-й армии и 147-й стрелковой дивизии 27-й армии и наступает в направлении Великий Букрин, Ромашки, Грушево, Пии, имея ближайшей задачей овладеть районом Грушино, к исходу второго дня наступления выйти в район Малые Прицки, в дальнейшем иметь в виду развить наступление на Кагарлык, Ставы;

– 6-й гвардейский танковый корпус развивает успех 55-й стрелковой дивизии 27-й армии и наступает в направлении Григоровка, Черныши, Шандра, Поток, имея ближайшей задачей овладеть районом Черныши, к исходу второго дня наступления занять Поток, имея в виду развить наступление на Липовец, Терновка;

– 9-й мехкорпус наступает в направлении Малый Букрин, Дудари, Макадоны, имея ближайшей задачей выйти в район Дудари, к исходу второго дня наступления достичь Горбиевки, с выполнением ближайшей задачи выйти во второй эшелон армии и наступать за центром армии в общем направлении на Расавку [431] .

В составе 3-й танковой армии предполагалось использовать 166-й отдельный инженерно-танковый полк – первый в Красной Армии полк танков-тральщиков. Танковые тралы проходили боевые испытания на Сталинградском и СевероКавказском фронтах и на Орловском направлении, однако использовать в боевой обстановке полк тральщиков предстояло впервые. Полк имел 286 чел. личного состава, 22 танка Т-34, 18 минных тралов, 18 автомобилей «Студебеккер», специально предназначенных для перевозки тралов, и 56 обслуживающих колесных машин [432] . Решением командующего 3-й гвардейской танковой армии передовому отряду каждого из корпусов придавалась рота танков-тральщиков в составе 7 танков Т-34 и 6 тралов. Первоначальным планом предполагалось, что при обнаружении на пути передового отряда минного поля танкитральщики броском выйдут в голову передового отряда и протралят минное поле, обеспечив тем самым безостановочное движение вперед передового отряда [433] .

12 октября, в 7 часов утра, началась артиллерийская подготовка наступления. В 7 часов 40 минут пехота 40-й и 27-й армий при поддержке танков пошла в атаку. В 7 часов 55 минут, в соответствии с первоначальным планом, началось движение передовых отрядов корпусов, около половины десятого начали движение главные силы корпусов. Противник силами 72-й, 112-й, 255-й пехотных, 19-й танковой и 20-й моторизованной дивизий оказывал ожесточенное сопротивление наступающим советским войскам [434] . Особенности местности в районе Букринского плацдарма ( «…резко пересеченный холмистый характер местности, изрезанный длинными оврагами с отвесными стенами высотой до 10–30 м. Плацдарм располагал лишь несколькими проселочными дорогами, идущими в сторону противника и проходящими у краев обрывов или в узких промоинах, допускающих лишь одностороннее движение. Для ведения наступательных операций каждый корпус располагал лишь 1–2 такими дорогами»[435] ) не позволяли развернуть на направлениях наступления корпусов более одной танковой роты. Практически с момента выхода с исходных позиций передовые отряды двигались за танкамитральщиками. К исходу дня 12 октября:

– 7-й гвардейский танковый корпус овладел районом Великий Букрин и вел бой в районе Ромашки. В ходе наступления тральщиками было проделано 4 прохода в минных полях, подорвано тралами 7 мин ценой потери одного танка-тральщика с экипажем, уничтоженного огнем артиллерии противника;

– 9-й мехкорпус вышел в район Колесище, Малый Букрин. Тральщиками было проделано 3 прохода в минных полях и подорвано 6 мин, подбит 1 минный трал. При атаке тралами было раздавлено 4 противотанковых орудия противника;

– 6-й гвардейский танковый корпус вышел к северной окраине Иваньков. Тральщиками было проделано 2 прохода в минных полях, взорвано 5 мин, от огня артиллерии противника потерян 1 танктральщик, подбит 1 трал [436] .

Ночью с 12 на 13 октября наступление было продолжено. 7-й гвардейский танковый корпус и 9-й мехкорпус успеха в ночном бою не достигли, 6-й гвардейский танковый корпус вел бои за Иваньков. Попытки развития наступления 13 октября оказались безуспешны, соединения 3-й гвардейской танковой армии закреплялись на достигнутых рубежах и совместно с общевойсковыми соединениями 40-й и 27-й армий отражали контратаки противника [437] . В ходе наступления 12 и 13 октября соединения армии понесли значительные потери в матчасти (таблица 5.3.).Таблица 5.3

14 октября соединения 3-й гвардейской танковой армии проводили перегруппировку с целью вывода 9-го мехкорпуса во второй эшелон армии. 15 октября соединения армии попытались возобновить наступление. « Танковый батальон 55-й гвардейской танковой бригады, вырвавшись вперед 23-й гвардейской мотострелковой бригады, был встречен сильной противотанковой огневой системой со стороны Ромашки и западных скатов выс. 205.6. Личный состав батальона действовал героически. Можно было наблюдать, когда горящие танки, не останавливаясь, продолжали идти вперед, уничтожая все на пути перед собой. В этом бою в течение 20–30 мин сгорело 15 танков. Пехота была отсечена огнем минометов и артиллерии. Наступление частей 7-го гвардейского танкового корпуса успеха не имело»[438] . Части 9-го мехкорпуса оставались на прежних рубежах, 6-й гвардейский танковый корпус дважды пытался атаковать, но оба раза был остановлен сильным огнем противника. Не имея собственной гаубичной артиллерии, танковый корпус не мог подавить систему огня противника, « …а артиллерия 27-й армии дать артогня не имела возможности из-за недостатка боеприпасов»[439] . Наступление было прекращено.

План наступательного боя 12 октября 1943 г.

План наступательного боя 21 октября 1943 г.

На протяжении 16–18 октября соединения 3-й гвардейской танковой армии восстанавливали подбитую матчасть, подвозили боеприпасы и ГСМ и готовились к новому наступлению. Тем временем « …противник, установив наличие большого количества танков на Букринском плацдарме, стал спешно готовить противотанковые рвы, вкапывал танки и самоходные орудия, устанавливал на огневые позиции противотанковую артиллерию, имея подвижные танковые резервы с мотопехотой»[440] . Новый план наступления предполагал ввести 3-ю гвардейскую танковую армию в прорыв на участке 40-й армии, имея ближайшей задачей выйти в район Кадомка, Корытище, Макадоны. В соответствии с поставленной задачей: