Текст книги "Сын Галактики. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Распопов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 32 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

Вздохнув, я откинулся на кресле. От объемов перерабатываемой информации начал пухнуть мозг, даже подключенные процессорные емкости Келлера не помогали избавиться от головной боли.

«Нужно идти спать», – заключил я и, сбросив одежду, отправился сначала в душ, потом плотно поужинал и рухнул в постель, приказав ИИ не будить меня, даже если в нас попадет торпеда.

– Вова, вставай! Быстро! – взорвался у меня в голове взволнованный голос Келлера.

Не сдержавшись, я выматерился, послав электронного «старшего брата» так далеко, чтобы даже предтечи не смогли отыскать его на просторах Вселенной, и кинул взгляд на коммуникатор. Поспать удалось всего два часа.

– Вова, вставай, у меня плохие новости! – снова окликнул меня Келлер.

– Да у тебя всегда плохие новости, – проворчал я. – Говори уже, хватит орать мне в ухо.

– Наши разведчики, исследующие системы в тех секторах галактики, что на краю нашей территории, наткнулись на передовые отряды берсеркеров расы терроидов, – ошарашил он меня новостью.

– Ты уверен? – спросонья спросил я, еще не совсем понимая его слова.

– Вова, проснись! – вновь повысил голос Келлер. – Берсеркеры вторгаются в галактику почти на двадцать лет раньше и, похоже, именно у нас первых возникнут проблемы! Если волна кораблей не свернет, они нападут на наши сырьевые базы в секторе тридцать две тысячи семьсот восемьдесят, двадцать два дробь восемь.

– Каково наше положение дел на настоящий момент? А заодно и у Содружества? – вскрикнул я, мгновенно проснувшись и свалившись с койки. Новость поразила меня подобно молнии.

– По той информации, что у меня есть, они должны выдержать вторую волну, только война будет намного кровопролитнее и разрушительнее, чем первая, – начал он. – А мы готовы только обороняться, на нападение у нас сил нет. Только у себя в системах, под прикрытием орудийных платформ и минных полей, мы имеем возможность сопротивляться. Правда, теперь появилась срочная необходимость разворачивания сырьевых и промышленных баз в противоположных от вторжения секторах галактики. Также требуется многократно увеличить производство мин, ракет и новых видов кораблей.

– Нужно срочно оповестить Содружество о начале вторжения, – сказал я. – Сейчас надену скафандр и начну.

– Жители галактики, – начал я через несколько минут свое выступление на частотах голографических каналов галактики. – Я, полномочный посол меклар, получил неприятные для всех нас новости. Наши разведчики вчера столкнулись с передовыми отрядами берсеркеров. Мы, как ваши соседи, предупреждаем вас об опасности и говорим вам: готовьтесь, всего через пару месяцев здесь будет авангард второй волны роботов. Чтобы подтвердить правдивость моих слов, мы покажем вам запись с борта одного из наших кораблей. Готовьтесь и вооружайтесь, нам всем понадобится максимальное напряжение сил для победы над агрессором.

Затем я отключился и запустил не очень отчетливую – так как делалась она под работающим камуфляжем – запись с разведчика, демонстрирующую плотный строй входящих в систему тысяч кораблей берсеркеров. Ошибиться было невозможно – это было вторжение.

После моего заявления, а особенно после просмотра короткого ролика на новостных каналах началась настоящая паника. Звучали сотни версий, от провокации коварных меклар до той, что это мы были виноваты в том, что привели за собой берсеркеров. Только через полчаса наступило относительное спокойствие, зато на все наши корабли посыпались запросы на установление связи.

Я распорядился о переводе всех их на свой корабль и включил канал. На меня смотрел тот же терон, который в прошлый раз говорил от Совета Содружества.

– Приветствую вас, полномочный посол, – быстро начал тот. Было видно, что он очень торопится приступить к главному и протокольные расшаркивания только отнимают у него время.

– Добрый день, – отозвался я, понимая его волнение.

– Я не буду повторять все эти глупые слухи, раздуваемые нашими СМИ. Мы хотим получить подтверждения правдивости ваших слов, – спокойно, но очень значительно произнес он.

– Могу предоставить вам кристалл, на который происходила запись данных с корабля-разведчика, – отозвался я.

– Мы были бы чрезвычайно вам признательны, – сказал он. – По карте выходит, что если волна не свернет, она вторгнется в ваш сектор галактики?

– Вы абсолютно правы.

– Что ж, удачи вам и надежды на лучшее, – закончил он.

Отключившись, я услышал смех Келлера.

– Ты чего? – спросил я.

– Ты видел, как он дистанцировался от наших проблем? – еще сильнее засмеялся Келлер и продолжил: – Никаких вопросов вроде «что нужно, чтобы помочь вам?» или «не нужны ли вам наши корабли?», он просто пожелал «удачи и надежды на лучшее». Так что готовься, Вова, встречать берсеркеров мы будем одни, без помощи Содружества.

– Чем ты недоволен? – удивился я. – Сам же говорил, что мы поступили бы точно так же.

– Так я специально и указываю тебе на данный факт, чтобы ты не мучился угрызениями совести, когда дело дойдет до них, – жестко ответил он. – Каждый сам за себя.

– Значит, у нас осталось меньше двух месяцев, – задумчиво пробормотал я.

– Точно, – подтвердил Келлер. – Предлагаю тебе сесть и набросать план наших действий на эти два месяца: что будем строить и производить в первую очередь, что во вторую. Да и вообще, надо определить нашу стратегию защиты.

– Предлагаю увеличить выпуск миноносцев и мин, – подумав, сказал я. – И ускорить запуск в серию ракетоносцев, оснащенных системами маскировки.

– Не очень хорошая идея, – ответил Келлер. – Камуфляжи, конечно, хороши, но мы пока не в состоянии обеспечить все корабли, да и сама технология оставляет желать лучшего.

– А что не так? – удивился я.

– Технологию я восстанавливал по тем знаниям, что имел ИИ инетрогов, поэтому конечный результат не очень хорош. Нежелательно рассчитывать на оборудование, которое дает сбои в работе, – ответил он.

– М-да, – протянул я, – а я надеялся на маскировку.

– Она со временем будет установлена на все, что только возможно, но сначала я сделаю ее менее энергоемкой и более работоспособной.

– Тогда предлагаю такой вариант, – не отступал я. – Создадим небольшие рейдерские группы в составе четырех миноносцев, одного линкора и двух тяжелых крейсеров. Оснастим их камуфляжем и пустим навстречу волне берсеркеров. Атаковать противника они не будут, только ставить минные поля на пути его следования, а если сами подвергнутся нападению – пусть сразу уходят в гипер. Нужно начать противодействовать роботам уже сейчас.

– Эту идею я поддерживаю. Займись тогда формированием десятка таких групп, потом перекинешь мне номера кораблей, я отправлю их на установку камуфляжей.

– Договорились, – кивнул я. – Кстати, меня сейчас волнует то, что информация, передаваемая по нашим каналам связи, может перехватываться не только Содружеством, но и берсеркерами. Не беда, если Содружество расшифрует наш код в ближайшем будущем, но если роботы… Какими мощностями они обладают? Смогут расколоть наши коды и сигналы? Ты ведь используешь похожие схемы кодирования.

– Да, серьезная проблема, – сказал Келлер. – Я над этим как-то даже не задумывался. Придется придумать собственные способы кодирования сигналов и поменять частоты, на которых работают корабли.

– Ты закончил опыты по копированию личностных матриц кораблей и солдат перед каждым вылетом в наши бункеры связи? – вспомнил я.

– Закончил, все отлично работает, – откликнулся он. – Теперь можно смело активировать заряды самоуничтожения на тех кораблях, которые подвергнутся абордажу с целью захвата. Личностные матрицы любого корабля или солдата можно будет восстановить.

– А как насчет наших новых абордажных команд?

– Не готовы пока, – недовольно ответил Келлер. – Может, возьмешь на себя организацию их производства и формирования? Я сейчас большей частью процессорных мощностей контролирую строительство новых сырьевых баз в противоположной от нападения стороне.

– Хорошо, займусь, – согласился я. – Теперь следующее, и, похоже, оно станет нашей приоритетной задачей. Нужно любой ценой захватить несколько кораблей берсеркеров. Я просто уверен в том, что за прошедшее время у роботов появилось новое оружие или системы защиты от нашего. Жизненно необходимо завладеть ими и начать исследования, чтобы разобраться с принципами их действия.

– Согласен, – откликнулся Келлер. – Тогда я все силы с постройки двух научных центров бросаю на запуск производства дронов-ученых. Цеха уже готовы, осталось только поставить сырье.

– Поскольку Содружество нам помогать не собирается, то я не вижу причин продолжать постройку научных баз. Предлагаю увеличить количество кораблей-разведчиков, которые находятся на территории Содружества.

– Это я уже сделал. Заодно они разбрасывают наших роботов-шпионов рядом с базами военных и ученых, некоторые из них уже пробрались туда и начали передавать информацию.

– Отлично, – ответил я. – Что еще забыли упомянуть?

– Что будем делать с участившимися нападениями пиратов и нарушением наших границ другими судами?

– Предлагаю сделать заявление для всего Содружества. В связи с надвигающимся нападением берсеркеров на всей территории меклар вводится военное положение. Из-за этого все наши гиперворота и сектора будут перекрыты для доступа других кораблей. Просим учесть это при планировании своих перелетов.

– Короче говоря, будем стрелять по всему, что движется в наших секторах, – засмеялся Келлер.

– Сегодня запишу обращение, передавай его неделю в разное время. Что-нибудь еще?

– На сегодня это самые важные вопросы. Вызывай меня, если понадоблюсь, я сейчас плохо слышу твои мысли, настолько напряженно работаю.

Я прервал разговор. Нужно было приступать к формированию рейдерских групп.

«Эх, ракетоносцев и авианосцев пока у нас нет, – пожалел я, просматривая списки кораблей. – Как бы они пригодились в этих рейдах».

Подключив процессорные мощности, я начал сортировать все нужные мне типы кораблей по живучести в боевых условиях. Вскоре нужные десять групп были скомплектованы, и, послав прямой приказ ИИ каждого из кораблей явиться к моему флагману, я перекинул эти списки Келлеру.

Хоть времени на все ушло изрядно, но спать мне совершенно не хотелось, и я решил закончить со вторым порученным мне Келлером делом – абордажниками. Запросив нужную информацию, я сразу понял недовольство Келлера. На производстве абордажников был занят только один конвейер, а выпущенные роботы просто доставлялись на склад. Процесс внедрения личностной матрицы, формирование групп и прочее налажены не были. Ознакомившись с объемом работ, я тяжело вздохнул и приступил к делу.

Совершенно вымотанный, я несколько часов спустя отключился прямо в кресле.

Проснувшись утром, я быстро перекусил и, даже не умываясь, вернулся к работе. Захват кораблей берсеркеров был чрезвычайно важен, я нисколько не сомневался в том, что у второй волны роботов будет новое оружие и оборудование. Запуская процедуры формирования отрядов, я сразу же отправлял их на обучение к опытным инструкторам и, как только закончил со всем, связался с Келлером. Доложил об успехах и сказал, что теперь намереваюсь немного отдохнуть. Тот ответил, что информацию уже получил, знакомится с ней, а я могу спокойно отправляться в постель.

Прошло две недели, прежде чем Келлер укомплектовал две рейдерские группы камуфляжным оборудованием, а я загрузил в возглавляющие их линкоры два отряда дронов-абордажников, сам отобрав их по результатам обучения. Еще день мне понадобился для того, чтобы убедить Келлера в необходимости моего непосредственного руководства рейдом. После долгих споров он согласился, но выставил мне строжайшее условие не лезть в гущу событий, а управлять группами рейдеров исключительно дистанционно. Скрепя сердце я согласился, так как обещал ему обязательно согласовывать свои действия.

Перед походом я немного потренировался в управлении группами и успокоился – все было идеально, недаром все ИИ кораблей отмечались высокими коэффициентами развития личностных матриц. Работать с ними было легко и приятно, а используя мыслесвязь со всеми одновременно, я значительно ускорял их реагирование на мои команды.

На фоне остальных кораблей особенно выделялись интеллектом оба линкора – командиры групп. Они были из той серии, что строились еще до нашего с Келлером прилета, и одними из первых получили личностные матрицы сознаний. Они же постоянно участвовали в борьбе с пиратами и нарушителями границ, накопленный ими опыт чаще всех фигурировал в копировании полученных в боях знаний на другие корабли.

Общаясь с ними, я получал настоящее удовольствие. Остальные корабли, видя мое отношение к лидерам, очень старались достигнуть их уровня. Особенно усердствовали молодые миноносцы. Закончив маневры, я провел предполетные тесты камуфляжного оборудования и, оставшись всем доволен, дал команду на отправление в рейд.

До нужного сектора мы добрались за неделю, все это время перемещаясь только в гипере. Координаты расположения кораблей берсеркеров мы оперативно получали от наших разведчиков, специально отправленных в их тыл для отслеживания перемещений захватчиков.

Я решил не встречать волну лоб в лоб, зайти в тыл, а с дальнейшими действиями определиться по обстановке. Выскочив в систему, указанную разведчиками, как недавно пройденную берсеркерами, но в которой сохранилась активность роботов, я решил осмотреться. Запустив в разведку пару истребителей, находившихся на линкорах, я стал ждать результатов. Использовать радары и сканеры я опасался, не зная возможностей нового оборудования агрессора.

Истребители были снабжены системами маскировки, а для того, чтобы еще более снизить опасность обнаружения, использовали свои двигателя на минимальной мощности. Вскоре передо мной была полная карта системы. Я узнал, что берсеркеры разворачивают здесь сырьевую базу, оставив для ее охраны флот из двадцати линкоров и тяжелых крейсеров, если использовать привычную мне классификацию Содружества по тоннажу кораблей.

«Очень кстати, вот и отличный шанс на захват корабля, – обрадовался я. – Линкор мы, скорее всего, не потянем, но вот крейсер был бы лакомым кусочком».

Оставалось определить, как можно уничтожить всех остальных берсеркеров, оставив более или менее целым один из крейсеров. Я еще раз изучил карту системы. Перспективной для реализации моего плана оказалась область возле пояса астероидов. Отправив миноносцы ставить минные поля, я приказал своим крейсерам расположиться в этой области.

Двум оставшимся линкорам достались важнейшие роли. Один будет исполнять роль приманки, а второй постарается аккуратно подстрелить крейсер берсеркеров и высадить на него абордажную команду. После этого абордажникам следовало прорезать корпус, ворваться внутрь и нарушить работу орудийных систем и двигателя.

Когда миноносцы закончили свою работу и вернулись назад, я запросил данные об установленных полях и нанес их на свою карту системы. Поблагодарив их, я задумался над планом отступления, если из моей затеи ничего не выйдет. И решил остатками мин заминировать те гиперворота, через которые мы вошли в эту систему, поскольку они были наиболее удобны для организованного драпа.

Когда миноносцы закончили и эту работу, я приказал им оставаться поблизости от врат, чтобы в случае опасности уйти в гипер. А сам, в последний раз окинув полководческим оком поле будущей битвы, переселился на один из них.

– Время готовности пять минут, начинайте отчет, – приказал я ИИ всех задействованных в операции кораблей.

Через пять минут линкор-приманка должен был без камуфляжа вынырнуть из вторых гиперворот, направиться к флоту охраны и, подойдя на расстояние ракетного удара, произвести залп. Затем, не принимая сражения, а только отстреливаясь от преследователей, уходить к астероидам.

Я затаил дыхание, прильнув к экрану – на нем демонстрировалась картинка с истребителя, находившегося у пояса астероидов. Пока еще чужаков не было видно, только по фразам ИИ линкора-приманки я знал, что вся группа кинулась за ним, оставив у базы всего два крейсера.

Вскоре на головидео появился наш линкор. За ним по пятам, паля из всех орудий, неслись корабли берсеркеров. Вид изменился, так как истребитель занял позицию впереди линкора, демонстрируя панораму погони.

Когда несколько передовых кораблей берсеркеров вслед за нашим линкором проскочили заминированные участки проходов и должны были вот-вот влететь в засаду, я отдал миноносцам команду на минную атаку. Сотни ракет вылетели из своих коробок и устремились к каравану кораблей берсеркеров.

Я с удивлением увидел, что никаких красочных взрывов не последовало. Все происходило не так, как показывали в «Звездных войнах». Корабли просто деформировались и раскалывались на куски, разлетающиеся в пространстве.

Уцелевшие корабли берсеркеров, определив источник атаки, резко ускорились. По ним тут же был произведен повторный пуск ракет изо всех оставшихся коробок, и одновременно с этим ожидавшие в засаде линкор и два тяжелых крейсера, очутившиеся в тылу кораблей роботов, бросились к ним.

Отрезав один из крейсеров основной группы, на него накинулись абордажники с нашего линкора. Через десять минут все было кончено. Группу еле двигающихся кораблей берсеркеров, получивших тяжелые повреждения, добил линкор-приманка. Цель нашей миссии была достигнута – беспомощный крейсер был пришвартован ко второму линкору, надежно сцепленный с ним силовыми захватами.

Прикинув, что времени прошло не так уж и много, я приказал линкору и крейсерам уничтожить два оставшиеся в охранении корабля, а заодно и «поправить» архитектуру самой сырьевой базы. Корабли справились за десять минут, оставив от нее несколько оплавленных обломков и тучу плавающего в космосе мусора.

Когда мы уже направлялись к своим гиперворотам, из других вынырнули и рванули к нам сразу сорок кораблей – торы и дорны берсеркеров, в окружении множества аторов.

– Ребята, пора и честь знать, – сказал я своим героям, и все мои корабли, ускоряясь, начали уходить в гиперпространство.

Как настоящий капитан, я ушел последним, заметив на радаре, как безнадежно не успевают к нам корабли берсеркеров.

– А ведь мы им еще и подарок оставили, – сказал ИИ одного из линкоров.

Мыслеобразы от всех кораблей рейда показали несущиеся к гиперворотам корабли берсеркеров и атаку всех ракет от оставленных нами минных сюрпризов.

– Молодцы, ребята, – похвалил я их, как людей. – Отлично поработали.

До меня от них донеслись странные сигналы, которые я не смог идентифицировать. Весь путь обратно я болтал с ИИ кораблей, которые, кроме управления, ничем заняты не были.

До своей территории мы добрались через пару недель и сразу направились к командному центру Келлера.

– Не буду тебя ругать, что опять лез на рожон, – ворчливо ответил он на мое приветствие. – Добыча стоит того. Мы уже загнали трофей в ангары еще не завершенного научного центра, теперь я лично им занимаюсь. Прими мои поздравления, Вова, его серверы не повреждены, и он может мыслить. Если мы сумеем раскрыть его код – это будет большой шаг к нашей победе. Ученые обнаружили также и новый вид оружия, так что работы у них теперь будет много.

– Знаешь, мы тут с ребятами, пока летели, обсуждали проблему захвата их кораблей, – начал я. – Мы подумали, что ведь серверы кораблей берсеркеров – это просто сверхмощные компьютеры. А если в них внедрить какой-нибудь вирус, уничтожающий базы данных?

– К сожалению, для этого нужно знать полный код их команд и структуру баз, – объяснил Келлер. – Если мы сможем разобраться с сервером захваченного тобой корабля, то можно будет попробовать написать такой вирус, сама по себе идея хорошая.

– Ясно. Как там продвигается дело с ракетоносцами и авианосцами? – перешел я к другой теме.

– Успел сделать только два ракетоносца, с авианосцами возникла небольшая конструктивная проблема, – откликнулся он. – Не могу осуществить дозаправку и подвес новых ракет на истребителях, вернувшихся из боя. Все время какие-то сбои происходят.

– Помочь тебе?

– Неплохо было бы узнать твое мнение. Ракетоносцы когда заберешь? Я на них успел пока только камуфляж поставить, даже личностные матрицы еще не записывал.

– Сразу и заберу, они мне очень пригодятся в следующем набеге. Кстати, нужно поменять состав рейдерских групп. В следующий рейд выйду с четырьмя линкорами, восемью миноносцами, а также возьму на обкатку эти ракетоносцы.

– А чем тебе крейсеры не понравились? – удивился Келлер.

– На них нет бортовых истребителей для разведки, и трюм мал для абордажных команд, – ответил я. – А на миноносцах слишком мало боекомплекта, два минирования – и все, пустые трюмы у всех четверых.

– Действительно, проблема. Может быть, увеличим их размеры?

– Наверное, нужно.

– Договорились, изменю проекты. Когда выходить хочешь?

– Да, я тебя хотел спросить: будем минировать сектора перед наступающими или все же лучше мне разрушать их сырьевые и промышленные комплексы?

– Конечно, второе, – тут же ответил Келлер. – Это будет наилучшим вариантом.

– Хорошо, сколько готово рейдерских групп? – спросил я.

– В старом или новом составе?

– В старом, конечно, новый нереально создать за такой короткий срок.

– Тогда готовы все девять.

– Отлично, я их забираю и вылетаю.

– Давай, а я за это время подготовлю еще десять групп, уже в новой комплектации. Если решим проблему с авианосцами, то к твоему прилету один из них будет готов, – уже веселее ответил Келлер.

Летя во главе рейдерских команд, я разговаривал с новенькими кораблями. Они были робки и не уверены в себе, резко отличаясь от уже обкатанных кораблей.

– Келлер, у нас проблема, – взволнованно вызвал я его. – Ты знаешь, что самые старые корабли, которым мы первыми внедрили личностные матрицы, прогрессировали настолько, что сейчас могут не только самостоятельно вести боевые действия, но и выражать эмоции? Вот послушай наш разговор с ними, я специально записал, когда понял, что общаюсь с этими двумя линкорами почти как с тобой.

– Похоже, мы с тобой действительно становимся отцами новой расы, – задумчиво ответил он, выслушав запись. – Их поведение и манеры общения резко отличаются от тех, что были внедрены в них при загрузке моей личностной матрицы. Теперь они разговаривают, как самостоятельные личности, и меня это настораживает. Раньше я не фиксировал изменений в их поведении.

– Потому что ты ставишь задачи, а они их выполняют. Ты ведь контролируешь только результат, не интересуясь процессом исполнения, – заметил я. – Только если задание было провалено, ты анализируешь их поведение, а если корабли ни разу не ошибались, то ты и не отслеживал то, как они выполняют твои приказы.

– Ты прав, Вова. – Келлер помолчал. – Внес необходимые коррективы в работу своих анализаторов, теперь буду отслеживать и провальные, и успешные операции с одинаковым приоритетом.

– Так что будем делать?

– Раз начали такой эксперимент, то его нужно продолжать, ведь вреда пока никакого не было. Тем более что в каждую матрицу был внедрен код безусловного подчинения мне и тебе, избавиться от него невозможно.

– Раз ты сам предлагаешь, тогда ладно. Только как теперь себя с ними вести?

– Так же, как и раньше. Ты их командир, они твои солдаты, даже несмотря на то, что они больше тебя в тысячи раз.

– Ладно, убедил. Вызову тебя, когда столкнусь с еще чем-нибудь необычным.

После разговора с Келлером я еще раз прокрутил запись своих разговоров. Ошибиться было невозможно – корабли действительно начали выражать эмоции, реагируя на определенные события.

На следующий день я просматривал данные разведчиков, чтобы определить дальнейшие цели своей диверсионной деятельности. Выбрав наиболее активные системы, я распределил цели между рейдерскими группами, отправив каждую в свою и оставив за собой общее руководство. В первой же системе, куда я попал со своей группой, мы нарвались на патруль берсеркеров, летевший от гиперворот к астероиду, на котором располагался промышленный цех.

Отключив камуфляж вдали от патруля, ракетоносцы произвели по нему залпы, на треть опустошив свой боезапас. Зрелище, открывшееся моим глазам, потрясло меня: из десяти патрульных крейсеров, целых не было ни одного. Все, что нам оставалось сделать, это добить серьезно поврежденные и захватить уцелевший. Успех от применения ракетоносцев был налицо: не сделав ни одного выстрела с других кораблей, мы уничтожили целых десять крейсеров. Количество ресурсов и времени, потраченных на производство трех-четырех сотен ракет и десятка кораблей, были просто несоизмеримы. Отправив Келлеру отчет об успешном применении ракетоносцев, мы уничтожили промышленную базу и выдвинулись в другие сектора.

От остальных рейдерских групп приходили такие же новости: действуя быстро и не ввязываясь в ближние бои, они просто влетали в систему, уничтожали базы и сразу же сматывались подальше. Если базы охранялись, то группы, в зависимости от количества кораблей берсеркеров, либо заманивали их на минные поля, либо просто отступали, отправляясь в другие системы.

К сожалению, командный центр берсеркеров расы терроидов очень скоро начал серьезно укреплять все системы, в которых находились промышленные и сырьевые комплексы, значительными группировками кораблей. Наши рейдерские группы стали нести потери, только моя группа пока не потеряла ни одного корабля.

Несколько недель мы партизанили в тылу у берсеркеров, подрывая их инфраструктуру, и только когда закончились мины и ракеты, я приказал всем группам возвращаться. Из десяти групп домой вернулось только пять, и те очень сильно потрепанные.

К моему прибытию Келлер, как и обещал, построил авианосец, тот даже успел пройти тренировки и стоял в ожидании меня. Также было выпущено еще два ракетоносца и оснащено камуфляжем двадцать легких и тяжелых крейсеров.

Так что в новый рейд я отправился во главе полностью модифицированной группы, а всех своих подчиненных по прошлым вылетам назначил старшими других рейдерских команд.

Мои знакомые линкоры с большим энтузиазмом отнеслись к тому, что я отправляю их в самостоятельный полет без своего надзора. Как показало время – это было одно из самых удачных моих решений.

Глава 8

Политика Содружества

Элогет неосознанно сменил пигментацию своего лица с синей на фиолетовую. Он был зол, как никогда. Председатель Совета Содружества опять не дал ему слово на Совете. Так случилось и в прошлый раз, когда он настаивал на ускорении принятия решения по предложению меклар об организации совместных исследований. Элогет прекрасно понимал, что другим управляющим системами, которые находились далеко от границ кибернетов, были безразличны его проблемы.

Когда он пытался высказаться, его прервал председатель и больше не давал ему слова. Еще тогда он понял, что Совет не хочет налаживать отношения с новой расой и воспринимать ее как самостоятельное явление, а постарается поглотить ее или ввести в Содружество на тех же правах, что и всех остальных.

Элогет заручился поддержкой по этому вопросу всех соседей, чьи планетные системы находились в непосредственной близости от границ меклар. Все они разделяли его тревогу по поводу провокаций военных, устраиваемых с помощью «якобы» пиратских кораблей. К счастью для управляющих, меклар сами быстро разобрались с данной проблемой, при этом больно щелкнув Совет по носу, продемонстрировав записи всего того, что происходит у них на границах.

После их выступления Элогет снова попытался протолкнуть свои идеи о налаживании научных и торговых связей с меклар в Совет, тем более что те сами предложили использовать их научные базы. Однако Совет и председатель были глухи ко всем его просьбам. Обозленные на меклар, они и слушать не хотели ни Элогета, ни остальных управляющих, высказывающихся за мирное сосуществование всех рас.

Только недавно Элогет узнал, в чем причина такого странного отношения председателя к меклар. По слухам, боссы Индоваз предложили ему огромные деньги, если он всколыхнет в Совете негативное отношение к меклар. Судя по тому, что члены Совета при одном только упоминании этой расы разве что не плевались, похоже, слухи были правдивы.

Астанину пришлось создать группу из управляющих пограничными с меклар системами и с ними определять меры противодействия военным и Совету. К сожалению, у них мало что получалось, военные по-прежнему натравливали на меклар тех пиратов, которым большой заработок застилал глаза. Оставалось удивляться эффективности обороны меклар. Те в последнее время вообще не несли никаких потерь, а от нападавших чаще всего ничего не оставалось. Военные и Совет с каждой неделей все больше мрачнели, и по Совету начали расползаться слухи о возможном вторжении и войне с кибернетами.

Вся их группа пришла в ужас при одной только мысли о начале военных действий. Можно было не сомневаться в том, кто первым пострадает при ответной атаке кибернетов. У Элогета еще свежи были воспоминания об их флоте, висящем в его планетной системе. Тогда ему стоило огромных трудов уговорить Совет пойти на уступки и извиниться перед меклар, да и то Элогет был просто уверен, что решающее влияние на Совет произвели не его слова, а два супердредноута кибернетов, присланные вместе с «дипломатической» миссией. Они-то и остудили горячие головы политиков, которые ратовали за начало военных действий. Ведь оказалось, что у меклар, так же как и у Содружества, имеются корабли такого класса, и, что более серьезно, никто не знал, сколько их всего.

Так что хоть официально Совет и извинился перед меклар, но после такого ощутимого щелчка по носу в нем резко увеличилось количество сторонников войны с кибернетами, и никто не мог это изменить. Вот уже два заседания Совет занимался обсуждением планов нападения на соседнюю расу.

То, что посол меклар попросил устроить ему экскурсию по системе, Элогет воспринял как хороший шанс добиться расположения посла хотя бы для своей системы, и сделал все, что в его силах, чтобы меклар остался доволен. Если бы не покушение, то во время их приватной беседы он смог бы договориться с ним об особом статусе системы Канопуса в случае войны.

Но покушение, которое устроила ненавистная всем организация Индоваз, не только нарушило все его планы, но и разорвало отношения между расами. После покушения посол с чрезвычайной неохотой шел на контакт и отказывался от различных предложений, ссылаясь на чрезвычайную занятость.

Когда же поступило известие о скором нападении берсеркеров, принесенное той ведущей головидения, которая сопровождала посла, Элогет сразу принял это к сведению, хотя многие просто не поверили этой информации. Элогет ни на секунду не усомнился в достоверности сообщения своего агента в полиции о том, что девушку допрашивали с применением суперпентонала, и серьезно обеспокоился. Что, если меклар не врал, и через двадцать лет их ждет катастрофа? Представив себе, что в это время Совет начнет войну еще и с кибернетами, Элогет почувствовал настоящее смятение.