Текст книги "Коллекционер"

Автор книги: Дмитрий Казаков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Эй, парень! – окликнул Олег рикшу, что дремал в своей тележке прямо у ведшей в церковь лестницы.

Через пять минут они уже бодро катили на северо-запад.

О том, где живет Эрик, Олег узнал случайно, пару лет назад, когда платил пошлину в местной штаб-квартире Пограничной стражи, – услышал обрывок разговора двух офицеров, делившихся сплетнями из жизни коллег. Главное, чтобы те парни не ошиблись или подполковник родом из Прибалтики с тех пор никуда не перебрался. Хотя это очень маловероятно, учитывая его нелюбовь к переменам.

– Стой, – велел Олег, когда они миновали площадь, названную в честь одного из цадских королей древности: хоть и бывал тут множество раз, все никак не мог запомнить, какого именно.

Расплатился с рикшей, подождал, пока тот укатит прочь. Незачем этому парню знать, куда отправляется ночной пассажир.

Теперь надо заняться собой – постараться забыть о том, что Эрик предатель, изгнать из сознания всю злость на того, кто отдал в лапы инквизиции мало что его самого, так еще и Ингеру, все отвращение и ненависть, оставить лишь нетерпение, легкую тревогу да еще надежду. От того, насколько убедительно получится это сделать, зависит успех всего дела.

– Запросто, – сказал Олег, изо всех сил пытаясь представить, что идет он к Эрику и в самом деле за помощью.

А когда это получилось, он поднялся на крыльцо особняка, сильно похожего на тот, в котором много лет жил профессор Титов, и постучал в дверь – громко и решительно.

– Откройте! – это слово, как и все последующие, Олег произнес по-русски, и достаточно звучно. – Господин подполковник, очень срочно требуется ваша помощь! Вопрос жизни и смерти!

Даже прибалтийский акцент изобразил.

Вспыхнул свет в одном из окон на втором этаже, послышались шаги, недовольный голос. Клацнул засов, дверь отошла в сторону, открыв долговязую фигуру в темно-синем мохнатом халате и шлепанцах.

– Что вам у… – тут Эрик сообразил, кто именно стоит у него на пороге, и глаза его выпучились. – А?..

«Ты-то думал, что я гнию заживо в темницах Замка Истины или вою от боли в руках тамошних палачей?» – со злобным удовлетворением подумал Олег, но тут же убрал эту мысль подальше.

– Как здорово, что я тебя нашел! – воскликнул он, переступая порог. – Только ты! Больше никто!

– Ха-ха, – произнес Эрик, отступая в сторону, но прозвучало это не как смех, а скорее как предсмертный хрип. – А… я узнал, что тебя забрали… думал, как помочь, но не успел… сам знаешь, что инквизиция, против нее даже мы стараемся не выступать…

Ну да, вполне логичная и единственно возможная в данной ситуации позиция – Орден Взыскующих Истины вышел на вас сам, я тут ни при чем.

– Я сам сумел выбраться! Просто чудом! – Олег похлопал «друга» по плечу, с трудом удержался от желания прямо вот сейчас врезать кулаком по этой розовой лоснящейся физиономией под белесыми волосенками. – Но сейчас мне нужна помощь! Хрень какая-то творится!

– Прямо сейчас? – спросил Эрик, отступая на шаг. – Может быть, утром?

«Чтобы ты успел сбегать к своим хозяевам и все про меня рассказать? Вот уж нет».

– Прямо сейчас, – твердо проговорил Олег. – И быстро, иначе они уйдут!

На такую наживку пограничник должен клюнуть, заглотить ее вместе с крючком!

– Что с волосами? И шапка? – спросил он.

– Потом, все потом… – Олег выражением лица и жестами изобразил величайшую спешку и нетерпение.

– А… сейчас оденусь.

Эрик затопал к лестнице. Вернулся он с удивительной быстротой, уже одетый в форму и даже аккуратно причесанный.

– Все, пошли, – заторопил его Олег. – Нельзя терять ни минуты. Оружие взял?

– Конечно. – Подполковник похлопал по висевшей на поясе кобуре.

– Тогда пошли.

Хлопнула дверь за спиной, проскрежетал ключ в замке, потянулись узкие кривые переулки, блеснула впереди темная гладь Золотоструйной, второй городской реки, куда большей, чем Серебрянка. Отразились в ней огни другого берега, вдали на западе поднялась громада королевского замка, вонзилась остриями башен в темное чрево неба.

– А… куда мы идем? – поинтересовался Эрик, и в голосе его появилось сомнение.

Похоже, он наконец проснулся и начал более-менее соображать…

– Осталось немного, – буркнул Олег. – Ох, черт!

Споткнулся он притворно, но при этом осознанно дернул ногой так, чтобы напомнила о себе не зажившая до конца рана. Подполковник оказался рядом, помог встать и не увидел, как за его спиной распахнулась заполненная радужным туманом алчная пасть «дырки»…

Про небольшой участок на берегу, где иногда появляются странные твари, Олег узнал от городских нищих еще пять лет назад. Попытался сам определить его точное местонахождение и границы, но справился с этой задачей лишь после того, как заполучил «компас».

– Ты как, в порядке? – спросил Эрик.

– Да. – И Олег толкнул подполковника в грудь обеими руками, вложил в это движение все силы.

Пограничник замахал конечностями, полетел назад и угодил точнехонько в «дырку». Та засосала его, как водоворот неопытного пловца, и Олег прыгнул следом, вытаскивая пистолет.

Сырое и колючее хлестнуло по лицу, под ногами захлюпало, но он не обратил на это внимания.

Эрик лежал на спине в луже из бурой грязи, ворочался, пытаясь подняться, но руки и ноги его скользили. На лице подполковника корпуса Пограничной стражи был написан ужас, щедро разбавленный удивлением, глаза напоминали два надутых до предела рыбьих пузыря.

– А ну не дергайся! – приказал Олег, поднимая ПМ.

– Что?.. А? Где мы? – выпалил Эрик. – Это мне кажется? Это сон?

– Можешь считать это своей эротической фантазией, но не вздумай дрыгаться, – проговорил Олег. – Вот так и лежи, красивым и раскоряченным, и одной рукой очень медленно вынь из кобуры пистолет… Двумя пальцами… Очень, очень медленно. Любое подозрительное движение, и я стреляю.

– Что ты такое говоришь? – Эрик копошиться перестал, только дышал часто-часто. – Мы же друзья!

– Да ну? – Олег покачал головой. – Что-то я так больше не думаю… Пистолет! – Последнее слово он прорычал.

Пограничник дернулся и потянулся к кобуре. Расстегнул ее, осторожно, за рукоятку вытащил табельное оружие, бросил в сторону. То ударилось о ствол изогнутого, покрытого бородавками в кулак дерева с темно-фиолетовыми листьями, упало на подушку из черного мха, где тут же что-то зашуршало.

Олег воспользовался паузой, чтобы оглядеться.

В том мире, куда они перенеслись прямиком из центра Лирмора, очень полезно смотреть по сторонам – забудешь это сделать разок-другой и станешь обедом или ужином для одной из тварей, обитающих в этом сыром и мрачном месте.

– Где мы? – спросил Эрик.

– Не в Центруме, сам понимаешь.

Лужи и черный мох, раздувшиеся стволы украшены шипастыми ветвями, кроны смыкаются так тесно, что не видно ни солнца, ни неба, ясно только, что где-то вверху есть источник света. Постоянно капает, в тяжелой духоте, пронизанной запахами гнили, лениво разносятся чавканье, скрежетание и пронзительные вопли.

Всюду копошится местная живность, очень разная по виду и размерам, но одинаково уродливая на человеческий взгляд.

– Но как же ты смог? – Удивление Эрика было непритворным. – Ты же трезвый!

– Считай, что я смог вогнать себя в состояние опьянения усилием воли. – О том, чтобы опустить ПМ, Олег и не подумал: не имел ни малейшего желания сходиться с этим здоровяком врукопашную.

– Но…

– Не трожь, не купил! – Соловьев повысил голос. – Вопросы теперь задаю я! Ясно? Если откажешься отвечать или будешь нести ерунду, я просто оставлю тебя тут, но для надежности прострелю тебе ногу… Знаешь, как местные жители любят запах крови?

Очень вовремя издалека прикатился громогласный рев, принадлежащий кому-то злому и голодному.

– Ты не посмеешь… – Эрик побледнел так, что стал напоминать привидение.

– Уж лучше поверь, что посмею… После визита в темные подвалы Замка Истины… Куда я попал благодаря тебе!

– Нет! Нет! – Пограничник замахал руками. – Я не…

– Не ври, – прервал его Олег. – Расскажи лучше, как давно ты работаешь на Цагене. Сколько он тебе платит и чем тебя купил, только ли деньгами или еще чем-нибудь?

– Ты сошел с ума? Что ты несешь? Какой Цагене? – Актер из Эрика был никудышный, глазки его бегали, по щекам плыли багровые пятна, он поминутно сглатывал.

– Выбирай, какую ногу.

– Да ты что? – Пограничник сел, умоляюще потянул вперед руки, а в следующий момент неожиданно резво качнулся вперед.

Чуть не ухватил Олега за лодыжку, тот едва успел отскочить. Дернул спусковой крючок, громыхнул выстрел, Эрик взвыл и ухватился за плечо. Из-под его пальцев потекли алые струйки, лицо исказилось от боли, а через сжатые зубы просочилось сдавленное шипение.

– Теперь мне всего лишь надо оставить тебя одного. – Олег отступил еще на шаг. – Слышишь?

В ветвях над ними кто-то крикнул, алчно и пронзительно, как земная чайка, вниз посыпались кусочки коры и мелкие шерстинки. Во мху, куда упал пистолет, снова зашуршало, на миг высунулась голова, похожая на змеиную, но с хохолком из перьев на затылке.

– Ты забыл, кто я такой! – крикнул Эрик. – Я смогу уйти отсюда!

– Валяй, – сказал Олег.

О том, какой из латыша проводник, он не знал, да и вообще никогда не задумывался, если честно. Подозревал, что не особенно умелый и опытный – если ты можешь легко ходить из мира в мир, вряд ли будешь тратить годы на то, чтобы сидеть в душной конторе посреди столицы Цада.

Эрик напрягся, запыхтел, принялся водить перед собой руками, точно начинающий каратист. На миг среди деревьев возникло нечто вроде облачка белесого тумана, начало расти, но тут же исчезло.

– Не выходит… – прошипел пограничник. – Все из-за раны… Чтоб ты сдох!

Змееголовая тварь показалась вновь, стало видно, что башка ее сидит на длинной шее, а та крепится к телу, покрытому иглами, как у дикобраза. Распахнулась пасть, полная острых зубов, и протяжный клекот смешался с новым хищным воплем, что донесся сверху. Там, в сумраке, зажглись багровые глаза.

– Ну что, будешь говорить?

– Да, буду… – отозвался Эрик. – Только пристрели этих тварей!

И прозвучало в его голосе столько безнадежной злобы, что Олегу от радости захотелось прыгать.

* * *

От радости хотелось прыгать.

Под ногами Олега была земля, обычная на вид черная почва с торчащими там и тут зелеными «усиками», над головой раскинулось небо, испятнанное белыми облаками, впереди текла речушка.

Но дело в том, что и земля, и небо, и прозрачная вода принадлежали вовсе не Земле и не одному из двенадцати миров, что формируют венчик громадного цветка вокруг Центрума.

Вот уже пять минут, как Олег дышал воздухом неведомой вселенной…

С того дня, как он узнал о существовании миров, не принадлежащих к числу «лепестков», прошло чуть больше полугода. Координаты аномального участка, откуда можно перенестись сюда, добыл в «Белом коне» еще в самом конце лета, но как ни парадоксально это звучит, никак не мог выделить нескольких дней для того, чтобы добраться до него. То работа, то диссертация, то другие дела…

Как обычно, перенесся в Центрум из собственной комнаты в общежитии, даже товар кое-какой прихватил. Заплатил пошлину усатому таможеннику по имени Ренье, поболтал с ним на французском, который учил с прошлого года, после чего добрался до Антарии, но в столице двинулся по не самому обычному маршруту.

Сначала к южной окраине, а затем и вовсе за пределы города, к границе с Лореей.

По подробному описанию нашел ручеек, добрался до того места, где в него впадал другой, чуть меньше, и еще через полчаса стоял у ориентира – похожей на огромную свечку бурой скалы.

– Запросто, – сказал Олег, весьма довольный собой.

С первой попытки вышла промашка, и «дырку» открыл в собственную комнату в общаге, откуда ушел не так давно, счастье еще, что лишь просунул голову, а не стал проходить целиком. Со второй получилось то же самое, и лишь с третьей, сместившись на пару шагов к югу, он попал куда надо.

В лицо брызнули лучи чужого солнца, нос пощекотал сладкий незнакомый запах, и Олег шагнул вперед, чтобы оказаться на берегу такой банальной на вид речушки, на черной, словно обгорелой земле…

Пока не видел ничего чудесного или даже любопытного, но непонятно почему чувствовал себя безмерно счастливым, как в детстве, когда просыпаешься утром дня рождения, попавшего на выходной. Просто стоял и дышал полной грудью, всем существом впитывая запахи, дух, энергию свободного от людей мира.

Ясное дело, что проводники тут бывали, но они не в счет.

На месте простоял, наверное, с полчаса и только затем сдвинулся с места, осторожно пошел к воде. Зачерпнул ладошкой прозрачную жидкость, а когда понюхал, то не уловил особенного аромата – все точно так же, как и на Земле, разве что никакой химической отравы.

Сотней метров ниже по течению встретил первого местного жителя – по земле, оставляя дорожку слизи, ползло нечто, похожее на черно-оранжевую мохнатую гусеницу в руку толщиной. На человека это создание никак не отреагировало, может быть, вообще не заметило его присутствия.

Вскоре услышал доносящийся спереди протяжный рокот. Тот стал громче, а затем Олег сообразил, что горизонт как-то необычно приблизился. Не сдержавшись, он перешел на бег и остановился лишь на вершине небольшого холма, запыхавшийся, потрясенный.

Мир обрывался колоссальной пропастью.

Дальше, километром ниже, виднелась светлая зелень лесов, на самом горизонте темнела зубчатая линия гор. Река падала с уступа белым языком водопада, разбивалась на несколько потоков, а затем и вовсе исчезала, превращаясь в полосу сырости на красноватых и серых камнях.

Олег отступил на метр и уселся прямо на землю, ноги его не держали.

Тут, на краю обрыва, он и просидел до самого заката, увидел, как утонуло за горами светило. На небо высыпали звезды, из-за горизонта одна за другой выбрались две луны, крохотные по сравнению с земной, зато одна была ярко-алая, точно свежая кровь, а другая цвета речного песка.

Он ел то, что принес с собой в рюкзаке, пил прямо из реки и никуда не хотел идти.

Недописанная диссертация? Очередная подружка, жаждущая внимания? Перспективная работа, связанная с организацией семинаров по управлению временем? Друзья и приятели?

Все это прах, не стоящий одного дня в чужом мире.

В себя Олега привел ночной холодок…

Нет, сейчас придется вернуться домой, а затем наведаться в этот мир еще раз, только с серьезной экипировкой, при спальнике и пенке, котелке и спичках, бинокле и топоре.

Открывая «дырку», он едва не застонал от душевной боли.

Над горами Клондала занималось ранее утро, так же журчал ручей, пятнали небо дымы из труб Антарии.

– Я обязательно вернусь, – шепотом пообещал Олег сам себе.

– Здравствуй, мил человек, – сказали из-за спины голосом хриплым и унылым. – Расскажи-ка, что ты тут делаешь? И не дергайся, иначе поймаешь свинцовый гостинец.

Произнесено все это было на клондальском языке, в котором Соловьев за эти годы поднатаскался изрядно. С краймарским и лорейским дело обстояло хуже в силу отсутствия практики, там он помнил лишь общие принципы грамматики, фонетики и самый-самый минимум слов.

– Гуляю, – отозвался Олег, поворачиваясь медленно, так, чтобы руки его постоянно оставались на виду.

Пограничник был один, с седой щетиной и подозрительным взглядом на морщинистой физиономии.

– Да ну? – изумился он. – Судя по татуировке, ты у нас честный торговец.

Олег кивнул:

– Так и есть.

– Тогда покажи товар, мил человек. И как-то ты странно выглядишь… торчок? – Последнее слово погранец произнес на русском.

Ну да, в Клондале встретить соотечественника не так сложно.

– Могу руки показать, – сказал Олег на том же языке. – Наркотой не балуюсь.

Да, он не спал целую ночь, но при этом чувствовал себя на удивление бодрым. Голова была ясной, тело переполняла энергия, хотелось двигаться и действовать, а не стоять на месте ради унылой беседы.

– Врачу предъявишь. – Погранец и не удосужился опустить оружие, так и держал автомат поднятым, а палец на спусковом крючке. – Мне показывай рюкзак. Документы тоже, если есть…

Олег аккуратно снял поклажу, развязал тесемки.

То, что внутри пусто, пограничника вовсе не обрадовало, на выданную Ренье бумагу он уставился точно правоверный мусульманин на кусок замоченной в вине свинины.

– Вчера заплатил? – изумился он, разглядывая дату. – И что тут делаешь тогда?

– Гуляю, – повторил Олег.

Рассказывать этому типу о том, куда и зачем он ходил, желания не имелось никакого – это все равно что поделиться с чужаком впечатлениями о том, какова была в постели нежно любимая женщина!

– А кстати, с кем имею честь? – поинтересовался Олег. – У меня тоже есть права…

– Подпоручик Иван Родионов, – без какой-либо охоты представился погранец. – Раздевайся, мил человек, будем тебя на предмет всякой гнусной контрабанды обыскивать. Права, ишь ты…

Ну да, человечество во всех мирах не может обойтись без говнюков, их нет лишь там, где нет людей вообще.

Олег подавил желание врезать подпоручику по физиономии и принялся стаскивать рубаху – ради удовольствия гулять по другим мирам можно вынести и небольшой стриптиз.

Ни в одежде, ни под ней погранец не нашел ничего подозрительного, и это расстроило его еще сильнее.

– Надо бы тебя на заставу пригласить, – буркнул он. – Гуляет он, видишь ли…

– А пригласи, – сказал Олег с улыбкой. – Буду рад с твоим командиром поболтать.

И это оказалось последней каплей.

– Ладно, вали отсюда, – проговорил Родионов, вновь переходя на клондальский. – Помни только, мил человек, что ты теперь у меня на примете, и в следующий раз этот номер не пройдет.

– Какой номер?

Пограничник сделал вид, что вопроса не услышал, развернулся, сплюнул на камни и гордо затопал прочь.

Олег хмыкнул и принялся одеваться.

Глава 6

Змееголовая тварь не выдержала, полезла изо мха, с хрустом раздвигая черные, покрытые влагой стебли. Стегнул по ветвям хвост, длинный, покрытый чешуей, с острым зазубренным шипом на конце.

Олег выстрелил, и башку хищника разнесло на куски. Пистолет грохнул второй раз, и обладатель алых глаз с истошным писком ринулся прочь.

– Теперь перевяжи рану, иначе так и будут лезть, – велел он, вновь нацеливая оружие на Эрика.

Пограничник выругался на незнакомом языке, похоже, что по-латышски, оторвал кусок ткани от рукава. Кое-как обмотал вокруг простреленного плеча, узел затянул зубами, кривовато, но терпимо.

– А теперь рассказывай, – велел Олег. – И помни, на помощь тебе никто не придет.

– А… что ты хочешь знать?

– Давно ты работаешь на Цагене? Как тебя завербовали, чем именно купили?

Эрик мгновение помолчал, мрачно сопя и сверля бывшего друга мрачным взглядом, а затем пожал плечами и начал говорить – что у них в корпусе не такая уж и большая зарплата, а деньги нужны, что лет десять назад выяснилось, что Орден Взыскующих Истины готов платить офицеру-пограничнику за информацию и услуги, причем щедро.

– Ты думаешь, я один в Лирморе такой? – спросил Эрик. – Ха-ха, не смеши!

– А кто еще продался инквизиции? – поинтересовался Олег. – Называй-называй… Поздно стесняться!

Пограничная стража по-прежнему остается его потенциальным союзником в борьбе с Вито Цагене, и нужно знать, кто из офицеров цадской штаб-квартиры такой же предатель, как и Эрик.

– Не обо всех я в курсе, сам понимаешь, – сказал подполковник и начал перечислять.

Олег слушал и запоминал.

Понятно, что инквизиторам нет смысла подкупать всех или вербовать тех погранцов, что служат на заставах, им нужны штабные, те, кто имеет доступ к информации, к бумагам, могут как-то повлиять на принятие важных решений, касающихся не только Цада, но и всего Центрума.

– Кто твой связной в Ордене? Как ты с ним выходишь на контакт? – спросил Олег, стоило Эрику замолчать.

– А, погоди, но зачем… – Подполковник осекся. – Отец Джузеле, Факел Еретиков. Могу обратиться во всякий момент дня и ночи, вызвать через любого из послушников или монахов… Официально он всего лишь староста, но фактически один из ближних советников главы ордена. Неужели ты хочешь общаться с Взыскующими Истины через него?

– Запросто, – подтвердил Олег, хотя такого плана у него вовсе не было.

– Не делай этой глупости! – В голосе Эрика появились не свойственные ему эмоции. – Ты не понимаешь, с какой силой ты столкнулся, против кого собираешься бороться! Еще не поздно остановиться! Если ты меня отпустишь, то я обещаю тебе…

– Ты один раз уже обещал. В таверне у Джани.

Пограничник несколько раз молча открыл и закрыл рот, став похожим на издыхающего сома.

– Э… хм… – сказал он. – Ну, да… Но я же не знал, что они упекут тебя в Замок. Постараемся, чтобы все пошло иначе… Ведь Вито предлагал тебе работать на орден? Соглашайся!

– Зачем? – Олег картинно поднял брови. – Денег мне не надо.

– А… Погоди, дело не только в бабках. – Эрик говорил так горячо, словно родом был с Кавказа, а не с берегов Балтики. – Ты не понимаешь, у тебя нет всей информации… Центрум на грани большой войны, какой здесь не знали более полутора веков… Скоро добрые соседи вцепятся друг другу в глотки, и кто-то один станет победителем… Понравится ли тебе этот мир под властью Сургана?

В этой стране Олег бывал давно, всего пару раз, и больше его, откровенно говоря, не тянуло.

– Нет, – признался он.

– Цад – единственная сила, что сможет остановить тамошних правителей!

– Не смеши меня, Эрик. – Олег позволил себе улыбнуться. – Остановить? Крошечная страна, вотчина религиозных фанатиков, с архаичной даже по местным меркам формой правления?

– Про короля забудь, он не более чем марионетка. – Подполковник нетерпеливо махнул рукой. – Цагене – истинный хозяин государства, он способен объединить его, превратить слабую, вялую кисть в сжатый кулак, и у него есть могущественные союзники.

– Кто такие? – Олег насторожился – о чем-то подобном глава Ордена Взыскующих Истины упоминал и во время проповеди в учебном лагере, и когда они без лишних свидетелей беседовали в его кабинете.

– Не знаю, но кажется, они не из этого мира… Клянусь, больше я не знаю ничего!

Похоже, что Эрик и в самом деле не врал.

– А у корпуса Пограничной стражи есть агенты в инквизиции? – спросил Олег.

– Если только у Мартина… У Мартина Сведенборга, начальника особого отдела. – Подполковник сморщился. – Но мне о них, ха-ха, не докладывают и вообще никому… Только в Главный штаб в Марине…

Ну да, так и должно быть.

– Хорошо, – сказал Олег, делая шаг назад. – Надеюсь, что ты мне особо не наврал. Если выяснится, что ты в чем-то меня обманул, то я сюда вернусь и лично прострелю тебе конечности. Местные хищники будут очень рады получить добавку к скудному рациону.

– Подожди? Ты что, уходишь? – Глаза Эрика забегали, он ухватился здоровой рукой за ствол ближайшего дерева.

Одна из бородавок под его рукой лопнула, хлынула темно-бурая густая жидкость.

– Ай, жжется! – Подполковник сморщился, затряс рукой, но на ноги вскочил.

– Да, ухожу, – сказал Олег, глядя прямо в белесые глазки бывшего приятеля. – Оставляю тебя здесь, живым, хотя такую гниду, как ты, стоило пристрелить на месте… Пистолет твой вон там, никуда не делся, вытаскивай и чисти, если еще помнишь, как это делается… Жить захочешь – так определишь, что и кого в этом мире можно жрать, чтобы не сдохнуть от поноса. А потом я за тобой вернусь, и не один, а с твоими соратниками по корпусу, чтобы тебя судили и казнили как продажную гниду, как мерзкого предателя.

– Но я не могу! Как же?! Меня съедят! – Эрик упал на колени и пополз вперед, по щекам его заструились слезы. – Ты не можешь меня здесь бросить! В этом жутком лесу!

– Могу, и еще как.

Олег открыл «дырку» с необычной даже для себя быстротой, понадобилось лишь прикусить губу до крови. Шагнул в нее и оказался в Лирморе, на берегу реки, а жалобные вопли подполковника остались в другом мире.

Над столицей Цада занимался рассвет, по водам Золотоструйной ползли розовые блики. На другом берегу над крышами вздымалась громада храма Возвышающей Истины, выкрашенного в желтые и черные полосы, точно брюшко колоссальной осы, что воткнулась носом в землю, да так и застряла.

Эрика, если честно, надо было и в самом деле пристрелить, избавить мир от гадины и заодно обезопасить себя – а то вдруг подполковник с перепуга сумеет открыть «дырку» и вернется в Центрум, где тут же побежит к своим хозяевам из инквизиции?

Но рука не поднялась… и черт с ним. В любом случае нужно решить, что делать, как вытащить из Замка Истины «компас» и Ингеру.

– Но первым делом – поесть, – решил Олег, похлопав себя по животу. Последний раз чего-то жевал еще на Земле, и в брюхе ощущалась пустота.

Таверны уже открылись, и он забрел в ближайшую, под вывеской с подписью «Пророк Томасо» и изображением бородатого старца, лупившего посохом животное, похожее на неимоверно отожравшегося кота.

Хозяин, немногословный и лысый, вовсе не походил на Джани, но вино тут подавали отличное, а народу было немного.

– Спасибо, – сказал Олег, когда ему приволокли блюдо жаренных в кляре креветок.

Теперь можно и подумать спокойно…

Хотелось бы провернуть дело самому, но одному человеку не под силу бороться с Вито Цагене, за которым стоит Орден Взыскующих Истины со всей его устрашающей мощью да еще неведомые союзники.

А значит, нужно самому искать союзников, тех, кому инквизиция поперек горла!

Кто это может быть?

Какие-то силы внутри Цада, тот же канцлер Арсини или Орден Хранящих Святость?

Но нет, они слабы и разобщены и вряд ли смогут объединиться даже перед лицом откровенной угрозы… Да и не совсем ясно, к кому обращаться с имеющимися у Олега сведениями, с кого начинать.

Сам правитель Цада, его сын-наследник?

До этих людей без нужных связей не добраться, не явишься же просто так к воротам королевского замка и не заявишь «а подать сюда мне вашего самого главного, хочу с ним поговорить!».

А таких связей у Олега нет…

Что остается? Корпус Пограничной стражи.

Конечно, лучше всего выйти на главный штаб в Марине, где точно нет купленных инквизицией людей, но это далеко, и слушать мало кому известного проводника там не станут…

Остаются местные погранцы, те их них, кто не продался Цагене.

В первую очередь сам начальник местного корпуса генерал-майор Хорхе Редондо – к нему Олег Соловьев как честный, законопослушный торговец может на законных основаниях явиться на прием. И рассказать про лагерь в одном из параллельных миров, про замыслы Цагене, про предателей в самом корпусе…

Понятно, что пограничники, узнав о «компасе», немедленно захотят получить его для себя. Поэтому о приборе нужно будет умолчать, повести дело так, чтобы погранслужба начала действовать, вцепилась в горло Ордену Взыскующих Истины, создала ему достаточно серьезных проблем, чтобы глава инквизиции забыл о беглом проводнике по прозвищу Соловей.

Ну а у того в такой ситуации появится возможность для своей игры. В мутной воде поднявшейся суматохи можно будет и Ингеру вытащить, и «компас» забрать.

– Так и поступим, – решил Олег и принялся за креветок.

Когда он вышел из таверны, Лирмор уже проснулся – по улицам катили рикши, бегали дети, сновали прохожие, драли глотки зазывалы, а бродячие торговцы назойливо предлагали свой товар.

На ближайшем перекрестке обнаружилась толпа, из центра которой несся зычный голос:

– Свила гнездо ересь в высоких палатах! Нуждается вера в рванье и заплатах! Помилуй, Владыка, владыку земного! Иначе возвысим мы гневное слово!

Вытянув шею, Олег увидел, что неуклюжие вирши изрекает монах в темно-синей рясе и черном кушаке Ордена Блюдущих Чистоту – одного из малых орденов, созданных во время большой реформы церкви около полувека назад. Проповедник был могуч, красноморд и бородат, вытаращенные глаза пылали огнем.

– Кто землями правит – погрязли во мраке! За стенами замков зла вскинуты стяги! Поднимемся дружно во имя свободы! Очистим закрытые плесенью своды!

– Это ты что, на короля напраслину возводишь? – спросил кто-то дрожащим от изумления и возмущения голосом. – На нашего единственного и законного повелителя? Наместника Священного Ока на земле?

– Священное Око видит все! – взревел монах. – Но тот, кто присвоил право говорить от его имени, сам же погряз в грехах и ереси, обречен на погибель и огнь адский! Пора, пора зажечь факелы и очистить Цад от заразы!

– Нет, ты сам еретик и мятежник! – воскликнул тот же голос, но на его обладателя зашикали, и он смолк.

Еще несколько дней назад Олег бы сказал, что такое невозможно – монах из Ордена Блюдущих Чистоту прямо на улицах Лирмора призывает народ к восстанию против короля? Да только распахни он рот, его мигом скрутили бы парни из инквизиции!

Но тут их что-то не видно, как и городской стражи…

Хотя Эрик говорил о монархе как о «марионетке», из речей Цагене следовало, что ему не очень-то нужен номинальный глава церкви, носитель священной короны о восьми зубцах… Что, если за бородатым смутьяном стоит Орден Взыскующих Истины и такие вот болтуны появились сейчас по всему городу?

От этой мысли Олегу стало нехорошо. Неужели Цагене решился на открытый бунт, поднял инквизицию против короля?

Но даже если так, то это ничего не меняет, ему самому в любом случае нужно добраться до площади Восьми, где находится штаб-квартира корпуса Пограничной стражи, и поговорить с Редондо.

Толпу Олег обошел, протиснулся вдоль стеночки, и голос монаха стих за спиной.

Но теперь он уже видел, что утро не столь безмятежное и мирное, как обычно в Лирморе. На севере, где-то за Золотоструйной, поднимался в небо толстый столб дыма, напоминавший уродливый шрам на голубой плоти, горожане выглядели озабоченными, многие разговаривали друг с другом шепотом, да еще и воровато оглядывались при этом.

Куда делись обычные громкие голоса и красноречивые жесты?

На площади Старых Королей Олегу встретился патруль городской стражи – в полном вооружении, при дубинках и пистолетах, без обычной ленивой вальяжности в движениях. Ему самому достался подозрительный взгляд, и пришлось шмыгнуть в сторону, укрыться за лотком торговца рыбой. Не хватало еще попасть в лапы этих парней, а затем в Зловонную Дыру. Это прозвище тюрьма Лирмора носила очень давно, и носила, судя по отзывам, заслуженно.

– Э, не знаешь, что ныне творится-то? – спросил торговец рыбой, когда патруль с лязгом и топотом прошел мимо. – Чего они за дубины взялись? Или напал на нас кто-то?

– Не знаю, – ответил Олег. – А ты ничего не слышал?

– Да разное брешут. – Торговец, рыжий и веснушчатый, махнул длинной рукой. – Говорят, что король наш, да жить ему тысячу лет, с ума сошел, что инквизиторы всех других монахов на кострах будут жечь, что напали на нас чужемирцы проклятые… Бред!

– Ну да, бред, – подтвердил Олег.

Торговец начал рассказывать что-то еще, но Соловьев уже спешил дальше, прочь с площади Старых Королей, прямиком через квартал, застроенный особняками высшей цадской знати.