Текст книги "Real-RPG. Практикант 2 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Гришанин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Внимание! Ваше Персональное Кольцо Развития в течении дня поглотило 18 горошин энергосути, совокупным уровнем воздействия: 17,3. За поглощенные энергосути в течение дня было начислено: 173 очка теневого развития, 38 теневых бонусов к Силе, 35 теневых бонусов к Ловкости, 109 теневых бонусов к Выносливости, 10 теневых бонусов к Интеллекту, 154 теневых бонуса к КЭП.

– Да как такое возможно-то? – не удержавшись, на сей раз возмутился я вслух.

– Пока банку не доешь, ничего не расскажу, – хмыкнула в ответку вредная Серафима.

Я с тоской посмотрел на жирное месиво в жестянке, не уменьшившееся еще и наполовину и, тяжко вздохнув, сунул очередную вилку с тушенкой в рот.

Глава 18

Снаружи сгустились тени, и на ночную охоту вышли исчадья. Скопившиеся вокруг убежища твари, как и сутки назад, стали быстро умирать. Но в этот раз за смертоносным танцем беспощадных юных убийц я наблюдал в полглаза, от завораживающего зрелища избиения монстров меня отвлек интересный разговор.

– …Так это ж, как бы, не я был! – возмущался я. – Сама ж сказала.

– Но кольцо-то поглотило твое, – парировала Серафима. – И лог о поглощении был тебе Системой предоставлен… Какой, говоришь, там уровень за день набежал?

– Но это ж ты энергосутью крестраж умасливала, – не сдавался я. – При чем здесь я?

– Дурочка-то не включай, Сережа. И ежу понятно, что не обуздай я вовремя твою Марину…

– Че сразу мою-то? – заворчал я в параллель.

Но Серафима продолжила говорить, проигнорировав мое возмущение:

– …Эта безумная психопатка твое тело угробила б в первые же пятнадцать минут.

– Так амулет подавления же…

– А ну не тронь! – рявкнула сверху Серафима, когда, для наглядности, я хотел оттянуть красную нитку на шее.

И для острастки еще подзатыльник отвесила. Слабенький, конечно. Не больно, но, блин, обидно.

– У меня единственный такой. Порвешь, и трендец! Чем тогда следующие два дня Маринку твою урезонивать буду?

– Если нитка такая непрочная, то чего ж исчадье не могло ее за день сорвать?

– Она уже сутки как не исчадье, а твой крестраж. И у нее снова есть имя.

– Знаю. Но если тварь, поселившуюся внутри меня, я начну по имени называть. То у меня, нафиг, крыша поедет от раздвоения личности.

– Не поедет. Ты у нас парень крепкий, – хмыкнула Серафима. – Вот как башкой о берх звезданулся. И хоть бы хны.

– Так че там с ниткой-то?

– Марина не может порвать амулет, потому что он настроен на подавление крестража, и запитан ее кровью.

– Её?

– Фактически, конечно, твоей. Но поскольку твое тело в тот момент находилось под контролем темной сути…

– Да понял я.

– А раз понял, с хрена по сто раз переспрашиваешь?.. Короче, над тобой, как над истинным хозяином тела, амулет власти не имеет. Потому ты можешь его порвать, а она нет.

– Но ты так и не объяснила: зачем энергосуть-то в кольцо мое сливала, если был амулет?

– Потому что темная суть твоего крестража так же полуразумна, как породившее его исчадье. К счастью, большую часть времени твое тело контролирует вполне вменяемая Марина. Но временами на ее разум находит затмение, и тело оказывается во власти кровожадного зверя, ведомого лишь одними инстинктами. На зверя амулет воздействует слабо. И в такие вот моменты мне приходилось прибегать к помощи горошины энергосути, которая нейтрализовала звериную агрессию и возвращала худо-бедно адекватную Марину.

– Охренеть! Во мне поселилась иная сущность! До сих пор поверить в это не могу.

– Да, в ситуацию ты, конечно, попал паршивую.

– А как ты, вообще, поняла-то, что я – это уже не я?

– По глазам, разумеется.

– Че?

– У тебя глаза обычные человеческие – серые, с круглым зрачком. А у Марины, как у зверя-альбиноса – кровавя радужка во весь глаз, и вертикальный зрачок.

– Да уж, такое сложно не заметить.

– Так. Возвращаясь к нашим баранам. Повторяю еще раз: я честно вернула тебе взятые на хранение девять с десятой энергосути, как и обещала. Даже сверху от себя накинула.

– Вообще-то, в системном логе было прописано, что я самолично толпу цирусов и бестий завалил, – проворчал я, в ответ.

– Было дело, – хмыкнула Серафима. – Надо ж было Маринку ярость на кого-то сливать, вот я и доверила ей истребление в подъезде не шибко опасной мелочевки. Мне б с этих низкоуровневых тварей, все одно, практически ничего б не перепало. А так сразу двух зайцев убивали: и Маринка агрессию спускала, и тебе на кольцо теневые гостинцы сыпались.

– А энергосуть с убитых мною тварей ты ведь собрала?

– Заметь, убитых по моему позволению. И сбором энергосути, как ты правильно заметил, занималась только я. Марина же твоя активно препятствовала сбору…

– Да че моя-то?

– …норовя в любой момент отчебучить какую-нибудь подлянку.

– Значит, делиться со мной не станешь?

– Не-а. Ишь губу раскатал… По-хорошему, тебе, практикант, в конце еще счет следует выставить, за то, что вожусь тут с тобой, в ущерб делу. Забочусь. И, кстати, я об этом подумаю.

– Да у меня ж нет ни копья, – не сдержавшись, я фыркнул в ответ. – Хочешь, вон, сахару отсыплю. Я в квартире его прихватил.

– Оставь сладенькое себе, – в тон мне хмыкнула Серафима. – Что же до долга, то деньги, ведь, можно и с филиала в твоем городе стребовать. Мы свяжемся по телефону, и ты попросишь взаймы. Думаю, своему практиканту наставники не откажут.

– А ты, оказывается, жадная.

– Это мне в благодарность за заботу? Ну спасибо, Сергей.

Тяжко вздохнув, я решил сменить тему.

– А как она тварей-то убивала? Как раньше, голыми руками?

– Если б было, как раньше, ты б сейчас с макушки до пят в кровище был, – фыркнула Серафима. – Не знаю, как ей это удалось без доступа к кольцу, но Марина, вместе с контролем твоего тела, получила еще и возможность пользоваться твоими навыками и умениями. Причем, активировались абилки, при острой необходимости, самопроизвольно, порой изрядно удивляя саму Марину. Если с отлично знакомыми бывшему исчадью Рывком и Призраком она освоилась запросто, то появление Воздушного копья стало для нее откровением, и неуклюжие действия копьем в первой драке едва не кончились трагично. Пришлось вмешаться и подстраховать. А вот активация целительного пота…

– Целебного пота, – поправил я.

– Да не суть, – отмахнулась Серафима. – Важно, что этот твой, безусловно, полезный навык конкретно сейчас стал в некотором роде проблемой. Он, конечно, шустро затягивал укусы и царапины, полученные Мариной в бою, но параллельно, воздействуя на тело на ментальном уровне, ослаблял контроль амулета. Из-за чего, кстати, мне приходилось прибегать к помощи горошин энергосути гораздо чаще, чем рассчитывала. И я очень тебя прошу, пока не выберемся отсюда, и не избавим тебя от крестража, ни в коем случае не прокачивай свой Целебный пот.

– А для меня это не вредно, вообще?

– Сережа, мы в свернутой аномалии, – хмыкнула Серафима. – Для низкоуровнего новичка тут все не просто вредно, а смертельно опасно.

– Да я конкретно, об энергосути. Ты ж, помнится, говорила, что поглощение ее чревато зависимостью. Что это, как наркота. И уж, коль скоро соскочил, то больше ни-ни… А на следующий день аж восемнадцать горошин энергосути моему кольцу скормила.

– Не беспокойся, негативный эффект полностью поглощался крестражем, темная суть которого гораздо устойчивей к возможной зависимости. Ну и, как я уже говорила выше, эта была необходимость, позволявшая нейтрализовать звериную агрессию темной сути.

– Кстати, по поводу темной сути, мне крестраж еще одну проблему подкинул. С его появлением в энерготипе Кольца Развития соотношение Свет/Тьма стало быстро меняться в сторону Тьмы.

– На сколько?

– За сутки на десять единиц.

– Дерьмо!.. Вот как раз нечто подобное я и имела в виду, говоря, что не все теперь в наших силах.

– Это настолько опасно?

– Здесь, да!

– Почему?

– Потому что свернутая аномалия – это вотчина темных сущностей. Пока Свет в энерготипе доминирует над Тьмой, ты человек. А как только верх возьмет Тьма, станешь исчадьем, и начнешь необратимо изменяться.

– Да ну, ерунда какая… У моего наставника Александра в энерготипе много лет соотношение в пользу Тьмы, но ни в какое исчадье, при этом, он не превратился.

– Ты снова невнимателен, Сережа. Я горю: так происходит здесь, в свернутой аномалии. Потому темным ясновидящим дорога сюда закрыта. Если б твой наставник перенесся сюда, вместо тебя, от обращения в исчадье его б ни что не смогло спасти… Кольцо фиксирует показатели энерготипа ясновидящего, и не позволяет агрессивной внешней среде аномалии сотворить перекос в сторону Тьмы, как это мгновенно происходит с обычными людьми – случайными жертвами неконтролируемого прорыва. Но если ясновидящий изначально темный, он мгновенно тоже становится жертвой свернутой аномалии… В твоем же случае, изначальная предрасположенность к Свету, после подселения через крестраж темной сущности, начинает искажаться в сторону Тьмы.

– И что делать? Как это можно остановить?

– Не знаю, Сергей. У меня нет никаких снадобий или амулетов, дающих защиту от растущей Тьмы. И я даже никогда не слышала о существовании чего-то подобного. Придется уповать лишь на твою удачу… Какое сейчас там у тебя соотношение?

– Семьдесят один к двадцати девяти.

– Значит, еще есть двадцать один пункт запаса?

– Ну, типа того.

– А за предыдущие сутки Тьма отвоевала десять… Получается, есть шансы устоять Свету в течение следующих двух дней.

– Так-то, да. Но за предыдущую ночь соотношение изменилось на три пункта, а за день Свет потерял сразу семь единиц.

– Ну что тут скажешь… Может, это от того, что ночью тело возвращается под твой контроль, и негативное воздействие крестража на энерготип ослабевает. Будем надеяться, этой ночью изменение не превысит тех же трех единиц… Ладно, давай спать. Как говорится, утро вечера мудренее.

– Ага, уснешь тут теперь.

– Не бухти. Все равно, ничего поделать с этим здесь и сейчас мы не в силах. С утра посмотришь изменения в энерготипе, и, исходя из полученной информации, будем что-то решать… А пока: спокойной ночи.

– Спокойной ночи.

Интерлюдия 4

Они медленно поднимались по лестнице. Сперва Марина и, отставая на пару ступеней, Серафима. Оглядывались и прислушивались. Но вокруг все было тихо, как в могиле. Похоже всех набежавших с улицы теневых тварей (каковыми в основном оказались низкоуровневые бестии) удалось зачистить на нижних этажах. Сейчас они поднимались уже к одиннадцатому, и последние пять этажей тварей удавалось отыскать лишь в квартирах – каждый раз это были забравшиеся в открытые форточки царусы, с которыми набившая руку Марина разбиралась на раз-два.

Поднявшись до очередного этажа, привычным макаром они перешли с лестницы на лифтовую площадку, откуда имелся прямой доступ к квартирам.

Матерый рогач появился за их спинами неожиданно, как приведение. Каким-то чудом эта полуторатонная машина смерти смогла бесшумно сбежать по лестнице вниз и, зайдя людям в тыл, атаковать их на лифтовой площадке.

От могучего удара в плечо, Марина кубарем завалилась в дверь левого тамбура, и от боли потеряла сознание, оставив напарницу разбираться с теневой тварью один на один…

Придя через какое-то время в себя, Марина оказалась подвешенной на толстых крепких нитях паутины, без возможности шевельнуться, и с залепленным той же паутиной ртом. А перед ней, скрестив руки на груди, стоял и с задумчивым видом изучал что-то в углу натуральный черт, в махровом халате и стоптанных домашних тапочках, с похожей на человеческую фигурой, но с рогами на голове, козлиной бородкой, свиным пятаком, вместо носа, и хвостом, комично оттопыривающим сзади халат и неспешно подметающим кисточкой ковер.

Да-да, именно ковер. Потому как действо происходило в комнате, бывшей когда-то чей-то гостиной, а теперь превращенной в логово полуразумной теневой твари, сетями белесой паутины которой здесь было затянуто практически все вокруг. За исключением лишь центрального пятака, где и стоял сейчас черт.

– С возвращением, – по-прежнему глядя в угол, равнодушно констатировал черт на прекрасном русском.

Марина попыталась послать куда подальше рогатого ублюдка, но залепленный рот свел ее потуги к бестолковому мычанью.

– Времени мало. Она скоро будет здесь, – продолжил удивлять черт. – Запомни, она не та, за кого себя выдает. И ей нельзя доверять.

Марина снова возмущенно замычала в ответ, но не обращая на это внимание, после короткой паузы, невероятный наставник заговорил дальше:

– Хозяин поможет тебе выжить здесь. Но, помни, отныне ты у него в долгу.

Черт отвернулся и сместился чуть в сторону, что позволило разглядеть в паутине напротив оплетенное липкими нитями тело гигантской лягушки. Этот пленник так же не мог шевельнуться. Что тряхун жив сигнализировали лишь его беспрерывно хлопающие глаза. Опасный же язык теневой твари был надежно изолирован целым коконом липких нитей, накрученным вокруг «лягушачьего» рта.

Длинным, как нож, когтем большого пальца черт одним движением вскрыл тряхуну худосочную грудь и тут же, разведя края раны в стороны, обнажил комок бьющегося сердца. Ловкий зацеп когтем, и вывалившийся окровавленный комок плоти продолжает биться уже отдельно от тела на ладони черта.

Развернувшись обратно к Марине, черт тем же длинным окровавленным когтем сорвал липкие нити с ее губ.

Воспользовавшись моментом, Марина попыталась высказать хвостатому все накопившееся возмущение, но в едва раскрытый ею рот, тут же залетело «лягушачье» сердце. И она почувствовала, как оно продолжает еще биться, даже оказавшись у нее во рту.

Это было отвратительно. Живое окровавленное сердце мерзкой твари. Скривившаяся от отвращения Марина попыталась выплюнуть эту гадость.

Но предвидевший такую реакцию черт мгновенно зажал ладонью ее рот и, запрокинув голову, хлопнул второй рукой по кадыку. Марина непроизвольно сглотнула, и с отвращением ощутила, как бьющееся сердце тряхуна проваливается в пищевод.

Из коридора донесся щелчок отпираемой двери, и через секунду оттуда же раздался знакомый голос Серафимы:

– Хозяин, гостей принимаешь?

Марина отчаянно замычала, пытаясь предупредить напарницу через ладонь хвостатого, за что тут же схлопотала удар ребром ладони в висок.

Ее глаза закатились, и, уже проваливаясь в бездну беспамятства, она услышала равнодушный шепот черта:

– Хозяин свяжется с тобой. Жди звонка.

Глава 19

Невольно дернувшись со сна, я едва не опрокинул спящую рядом на стуле Серафиму. К счастью, ночной сон у соседки оказался крепким, и на устроенную мной встряску женщина отреагировала лишь недовольным сопением и кратковременным прекращением храпа.

Окончательно убедившись, что уже не в паутине (ведь подсмотренное во сне злоключение Марины, поскольку она сейчас пребывала в моем теле, я фактически воспринимал, как собственное), и что снова могу свободно двигаться, я выдохнул и постарался унять сотрясающее тело нервную дрожь.

Последняя фраза черта до сих пор стояла в ушах, будто была услышана только что: «Хозяин свяжется с тобой. Жди звонка». И интуиция подсказывала, что адресовалась она вовсе не крестражу, а именно мне.

– Гадство! Мало было проблем, теперь, вот, еще и это, – пробормотал я и, откинувшись на ствол берха, с лютой злобой уставился на мрачную в ночи махину свернутой аномалии.

За одним из окон пятнадцатиэтажки мелькнула белесая тень. Это случилось в районе третьего подъезда, то ли на седьмом, то ли на восьмом этаже. Впрочем, движение за окном было слишком быстрым, и запросто могло мне почудиться. Возможно, это был отразившийся от светлой занавески блик луны.

Повторного мельтешения загадочной тени за окнами не последовало, и мои мысли вернулись к недавнему кошмару… Почему Серафима ничего не рассказала о моем похищении кукольником? Ведь это она меня вытащила из паутины. И кукольника кончила тоже она – системный лог подтвердил его убийство. Хотя… про убийство тряхуна в логе тоже сказано, а последнее, если верить кошмару, совершил на моих глазах натуральный черт. Да и куда подевался сам рогатый представитель загадочного хозяина?

– Фак! Бред какой-то!

– Да че ж тебе не спится-то по ночам?! – тут же донеслась сверху раздраженная ответка Серафимы, разбуженной-таки моим слишком громким возмущением.

– Кошмар приснился, – пожаловался я и, осененный неожиданной идеей, продолжил: – Будто я снова завяз в паутине кукольника.

– Воспоминания о пережитом похищении… – Серафима душевно зевнула. – Это, увы, случается. Сочувствую тебе, Сереж. Но все же постарайся уснуть, ладно.

– Нет, в кошмаре было по-другому. Паутина, где я застрял, была не в теневом лесу, а в душной пыльной комнате. Такой, как там, – я махнул рукой в сторону соседней высотки. – И еще мне показалось, что, вместо меня, в кошмаре контролирует тело Марина. Я отчетливо слышал чужие мысли. Ее мысли. А учитывая, что в итоговом логе упоминалось убийство кукольника, я и подумал…

– Правильно подумал, – буркнула сверху Серафима. – Признаю. Мой косяк. Не уберегла тушку твою слаборазвитую от похищения. Рвач, зараза, вдруг со спины навалился. И пока я с ним разбиралась, кукольник, паскудник эдакий, подобрался под шумок незаметно, и тебя уволок.

– То есть я на самом деле был в паутине?!

– Был.

– А почему сразу об этом не рассказала?

– Пугать лишний раз не хотела. Кто знал, что у тебя гребаные флешбэки кошмарами выпадать начнут. Как говорится, меньше знаешь – крепче спишь… Кстати, правильно, походу, говорится. Ты, пока не знал про паутину, спокойно сопел себе в две дырочки, а как узнал – мало того сам проснулся, еще и меня разбудил.

– Еще там, в кошмаре, был черт, – закинул я на удачу еще один крючок.

И не прогадал.

– Да какой, в жопу, черт, – отмахнулась Серафима. – Так, жалкая пародия. Уж не знаю каким макаром тот полуразумный исхитрился столь ценную маску в коллекцию заполучить? И с какого перепуга решил вдруг ее перед нами засветить?..

– Так это был кукольник?

– Разумеется… Поверь мне, практикант, встречу с настоящим Чертом тебе вряд ли удалось бы пережить. И я не уверена, даже, что сама смогла бы выдержать ауру подавления этого разумного.

– Выходит, черти на самом деле существуют?

– Раз своими глазами видел, чего ж спрашиваешь, – хмыкнула Серафима. – Конечно, то была лишь жалкая копия. Но маску-то кукольник мог сорвать только с оригинала.

– А где они обитают?

– Черти что ли?

– Угу.

– В скрытых локациях теневой параллели.

– И что, у них там так же, как у нас, свои города?

– Не была. Не знаю. Врать не буду. Но, сдается мне, все у них там совсем по-другому. Ведь, мы-то живем по законам Порядка, они – Хаоса.

– А как же хаосисты? Они ж тоже за Хаос топят, и в теневой параллели, как рыбы в воде…

– Ключевое слово здесь как. Поясню на простом и понятном тебе примере. В нашей параллели фигова туча рек, озер, морей и океанов, потому многие люди умеют плавать. Кто-то хуже, кто-то лучше, кто-то просто великолепно. Кто-то полжизни проводит в воде, фанатея от дайвинга. Эти любители подводного плавания чувствуют себя на глубине, как рыбы. Но даже самому лучшему дайверу, при всем его филигранном мастерстве, бесконечно далеко до самого убогого дельфина.

– А если в теневой параллели доведется повстречать черта? Что делать? Как защищаться?

– Не доведется.

– Почему? Сама ж сказала: они там водятся.

– Это мы там периодически водимся, а они там живут. Чуешь разницу?

– Погоди, но если среди нас, людей, встречаются ясновидящие, способные перемещаться в теневую параллель, то, вполне вероятно, среди тамошних разумных тоже отыщутся уникумы, умеющие перемещаться в нашу параллель.

– Глубоко копаешь, Сережа. Молодец, далекой пойдешь. Если отсюда выберешься, разумеется.

– Так, значит…

– Ничего это не значит. Разовьешься со временем до серьезного уровня, и сам все поймешь, а пока рановато тебе голову заумью этой забивать. Как говорится, не по Сеньке шапка… Все, на вопросы твои я ответила, посему, давай-ка сворачивать эту говорильню, и будем дальше баинькать.

– Хорошо. Спокойной ночи.

– Спокойной…

Вскоре сверху донесся раскатистый храп Серафимы. Я же заснуть не смог, и коротал оставшиеся ночные часы в тяжких раздумьях о судьбе-злодейке.

Почему не поведал Серафиме о странном монологе черта-кукольника, и об устроенном им для меня отвратительном представлении, со скармливанием в конце мне «лягушачьего» сердца?.. У меня не было четкого ответа на этот вопрос.

Хоть Серафима и удовлетворила мое любопытство, отвечая на все вопросы вроде бы без утайки. Но поселившийся в глубине души червячок сомнения остался не удовлетворен ее первым ответом и продолжал подозревать, что напарница пыталась скрыть от меня происшествие с паутиной вовсе не из-за опасения напугать меня… А еще мое недоверие к Серафиме, разумеется, усугубляли зловещие предостережения черта-кукольника, что она не та, за кого себя выдает, и ей нельзя доверять.

Тяжкие думки прервали загоревшиеся вдруг перед глазами строки системного лога:

Внимание! Артефакт Теневое сердце вошел в симбиоз с крестражем и, став частью вашего тела, наделил вас аномальным умением: Разряд.

Офигеть! Это че еще за подстава? Какой, нафиг, симбиоз с крестражем?! Мало мне было заморочек с одним «подарочком», теперь, до кучи, еще какая-то хрень выскочила, как чирей, на заднице… Ладно, че там за Разряд, давайте разбираться…