Текст книги "Дорога без начала (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Гришанин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 15, в которой я вспоминаю проверенный способ, и он приносит ожидаемый результат

Незаметно, как мыши, добравшись до подъезда, мы по очереди проскочили внутрь, и я заклинил за нашими спинами уличную дверь, раскаленным резаком застопорив крутящийся механизм внутри обеих петель. Теперь, чтобы открыть подъездную дверь, новым «гостям» придется в буквальном смысле выламывать ее из косяка. Вряд ли уже опустошенный набегом орды подъезд скромной пятиэтажки покажется какой-нибудь праздно шатающейся твари настолько привлекательным, чтобы затрачивать массу усилий на штурм его запертой тяжелой стальной двери, в то время как рядом (всего десятью метрами левее) имеется точно такой же подъезд, с гостеприимно приоткрытой дверью. Ну, а ежели твердолобый упрямец все же отыщется, произведенный им в процессе слома двери чудовищный скрежет мы услышим, и успеем подготовиться к атаке с тыла.

– Значит так, парни, – зашептал я подопечным, засунув обоих в крохотный глухой закуток у запертой двери. – Сейчас займемся зачисткой подъезда от тварей. Вряд ли здесь обитают опасные высокоуровневые монстры, но для каждого из вас пока что даже отмашки вшивого бегуна за глаза хватит. Потому приказываю держаться все время строго за моей спиной, беспрекословно выполнять команды, и не путаться у меня под ногами. Это всем понятно?

Жаба со Скунсом синхронно закивали.

– Отлично… На вот, держи, – я вложил Жабе в руку свой «стечкин». – Видел, обращаться с пистолетом умеешь. Но патронов там осталось немного, так что зазря не шмаляй. Только, если вдруг на вас кинется какая-нибудь случайно пропущенная мною тварь. Или по моей команде… А это тебе, – вручил Скунсу извлеченную из инвентаря саперскую лопату. – Конечно не ахти какое оружие, но все лучше, чем идти на зачистку с пустыми руками. И, ежели припрет, будет хотя бы чем разок отмахнуться.

– А че только разок-то? – заворчал себе под нос Скунс, осторожно ощупывая пальцами широкое острие своего необычного оружия.

Но я услышал и ответил:

– Уж поверь, второй раз попасть по твари ты попросту не успеешь.

– А если я кого удачно пристрелю, мне уровень поднимут? – спросил Жаба.

– Возможно… Кстати, а это неплохая мысль, – удивил я подопечных своим чересчур эмоциональным ответом. – И я, пожалуй, сейчас этому поспособствую… Принимайте.

Не секрет, что неизбежная на первых порах туповатость новичков сама собой проходила с ростом опыта. И благодаря вопросу подопечного, я вспомнил, что в моем распоряжении имелась возможность существенно ускорить процесс его накопления у Жабы и Скунса. Для этого нужно было всего лишь принять обоих в свой отряд… И приглашение вступить в него я им только что и разослал.

– Ой, а что это? – ожидаемо затупил на загоревшуюся перед глазами надпись нулевка Скунс.

– Просто мысленно нажми «да», после вопроса в конце, – опередив меня, посоветовал товарищу чутка прокаченный уже Жаба. – Сделал?

– Ага.

– Строки перед глазами исчезли?

– Исчезли.

– Значит, все сделал правильно. Молодец!

В отрядном чате у меня появились две цветные аватарки Жабы и Скунса.

– Отлично, парни! Теперь за мои убийства тварей и вам будет прилетать кусочек поощрения в качестве отрядного бонуса, – порадовал я подопечных, и скомандовал: – Ну двинули!

Первая квартира оказалась пустой. От убитых или раненых там хозяев остались лишь кровавые разводы на полу кухни и спальной. Кровь только-только начала подсыхать, что указывало на то, что трагедия здесь разыгралась меньше часа назад.

Зато в следующей квартире нам «фартануло» столкнуться сразу с тройкой тварей. Двумя бегунами и медляком. Бегунов, разумеется, я упокоил сам, мой в разы более быстрый встречный спаренный удар Шпорой и резаком не оставил тварям ни единого шанса. Медляка позволил пристрелить Жабе. Бедолага Скунс в очередной раз шумно испортил воздух, когда, отступив в сторону, я оставил подопечных в коридоре наедине с утробно рычащим бульдогом, выбравшимся из кухни на шум падения моих жертв. Но не растерявшийся Жаба хладнокровно завалил заторможенную тварюшку с одного выстрела, зарядив четвероногому медляку маслиной аккурат промеж глаз, и искренние слова благодарности от струхнувшего пердуна стали его законной наградой.

В третьей квартире обнаружился еще бегун – на сей раз в гордом одиночестве – принявший быструю смерть от моей Шпоры.

Зачистив первый этаж, мы поднялись на второй и продолжили планомерно-неспешную зачистку очередных трех квартир. Обитаемой втором этаже оказалась лишь одна. Зато устроившая себе там логово тварь оказалась матерым лотерейщиком. Который не бросился сразу на мою Шпору, как тупой бегун, а затаился в засаде. И, подгадав момент, когда словивший звезду после убийства медляка Жаба рискнул на пару метров отойти от меня, стремительно атаковал слабую цель из укрытия. Мощный, как шкаф, лотерейщик своим грозным видом подавил волю неопытного стрелка. Позабыв о пистолете в руке, Жаба остолбенел от ужаса. К счастью, моих читерских реакции и ускорения хватило, чтоб, рванув твари наперерез, отбить Шпорой нацеленную в горло подопечному когтистую лапу, и следующим движением по рукоять вогнать резак в распахнутую пасть лотерейщика.

На остальных трех этажах я ликвидировал еще шесть бегунов и двух лотерейщиков, а Жабе позволил попрактиковаться в стрельбе по медляку и прыгуну.

После зачистки последней квартиры на пятом этаже, перед глазами ожидаемо загорелись строки победного уведомления:

Внимание! Вами лично в отрядном бою ликвидировано: 3 лотерейщиков и 9 бегунов.

Награда за ликвидацию:

Опыт: +4397. Характеристики: +9 Картографии, +10 к Меткости, +3 к Скрытности, +9 к Скорости, +7 к Силе Стикса. Навыки: +45 к Алкоголизму, +24 к Владению Шпорой (Атака +1), +18 к Кулачному бою, +23 к Легкой атлетике, +37 к Штопальщику, +27 к Ножевому бою, +22 к Следопыту.

Внимание! Остальными членами отряда в отрядном бою ликвидировано: 1 прыгун и 2 медляка.

Награда за участие в ликвидации:

Опыт: +28. Характеристики: +1 Удаче. Навыки: +10 к Хамелеону.

Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!

Ознакомившиеся каждый со своим аналогом уведомления, подопечные наперебой стали делиться со мной и друг с другом радостными новостями. За командный бой оба, ожидаемо, получили мощную движуху в развитии. Скунс с нуля скакнул сразу до пятого уровня. А чутка более развитый Жаба со второго подрос до шестого.

Получив таким образом системное подтверждение, что враги в подъезде закончились, и можно слегка расслабиться, я забрал у подопечных свои пистолет с лопатой, а взамен выдал каждому по крепкому ножу (выбрав их из доброго десятка кухонных ножей в последней квартире), и озадачил свою команду сбором трофеев из споровиков поверженных тварей.

Поначалу необходимость вскрывать окровавленные черепушки мертвецов Жаба со Скунсом восприняли, мягко выражаясь, без энтузиазма, и к первому споровику каждого пришлось подгонять пинками и тумаками. Но быстро прочухав, что работенка на самом деле не такая уж и грязная, сборщики втянулись, и в конце мне даже пришлось сдерживать их порывы разбежаться, для ускорения процесса, по этажам… Мало ли, так вот случайно нарвутся в одиночку на недобитка, и раненая тварь тут же прихлопнет новичка, как муху. А я на ровном месте поимею провал задания. Да в жопу такие случайности. Береженого Стикс бережет. Потому я всегда находился со сборщиками рядом, и из поля зрения их старался не выпускать.

Серьезных трофеев в споровиках лотерейщиков и бегунов быть не могло, потому добываемые грох и спораны без счета сразу отправлялись в мешок, к собранным мною ранее дешевым трофеям.

Мои опасения о затаившихся недобитках, к счастью, оказались напрасными – обошлось без эксцессов. Качественно упокоенные твари «не протестовали» против вскрытия их споровиков.

Когда последний споровик бегуна на первом этаже оказался выпотрошен, я поменял подопечным задачу, направив раскрывшиеся таланты азартных сборщиков на потрошение шкафов и буфетов в отвоеванных у тварей квартирах.

Наказав тащить мне все подряд съестное и весь обнаруженный алкоголь, и до кучи еще раздобыть для меня брюки, подходящего размера, уже через четверть часа я был вынужден остановить мародерство. Парни успели подняться только до третьего этажа, но от собранного внизу провианта с алкоголем гигантские баулы в моих руках уже трещали по швам. Кроме того, с легкой руки пары везучих мародеров, я стал счастливым обладателем трех почти не ношенных джинсов нужного размера.

В обыске оставшихся квартир на верхних этажах больше не было смысла. И, выбрав на третьем жилье почище, вместе с подопечными мы обосновались в уютной двушке, с огромным столом в гостиной.

Через минуту гигантская столешница оказалась завалена добычей из вываленных на нее баулов. Переодевшись в трофейные синие джинсы, я занялся сортировкой продуктов, выбирая долгопортящиеся сухари и консервы, и распределяя их по рюкзакам. Жабу со Скунсом, чтоб не бездельничали, припахал готовить бутерброды, и пока я занимался рюкзаками, они нарезали их целую гору.

Хомячить бутеры мы стали, запивая их старым добрым нефильтрованным, непочатую упаковку банок которого проныра Скунс углядел в забитой хламом кладовке одной из нижних квартир.

Хлопнув по три банки на брата, оставшееся пиво мы рассовали по рюкзакам, и с водкой перешли на кухню, где для подопечных я устроил мастер-класс по изготовлению живца.

К восстановленным запасам живца в полторашке из моего рюкзака и фляжке личного НЗ из ячейки, мы намутили еще пару новых пластиковых полторашек жизненно необходимого, целебного продукта, которые Жаба со Скунсом спрятали в свои рюкзаки. Так перестраховаться я решил исходя из опыта предыдущего стремительного расхода живца, ведь всего за пару часов городских приключений полная полторашка опустела аж на две трети, и фляжка с НЗ – тоже более чем наполовину.

Когда покидали квартиру, на столе в гостиной оставалась гора еды, а на кухне – комки использованных марлевых фильтров, грязные банки и четыре не початые бутылки водки. Увы, забрать с собой все было решительно невозможно, и так задуманный перелет пугал серьезным перегрузом.

Но без запаса консервов и живца в лесу (куда я планировал перенестись с подопечными, активировав на крыше пятиэтажки скрытую ступень «Легче пуха») нам придется туго. Учитывая, что мы почти добрались на машине до городской окраины, десятисекундного стремительного полета под Даром должно было стопудово хватить для вылета за границу городского кластера. На крыльях я надеялся воспарить гораздо выше снующих по округе дронов, таким незамысловатым маневром их облететь, и вырваться из окружения.

– А зачем нам на крышу? – ожидаемо заупрямился у приставной чердачной лестницы Скунс на площадке пятого этажа.

– Лезь, братан. Зуб даю, тебе понравится, – опередив меня, взялся напутствовать товарища Жаба.

– А-а, мы полетим. Как вы тогда, – неожиданно догадался Скунс (похоже, резкое повышение уровня до пятерки уже дало о себе знать). – Вообще-то я с высотой не очень.

– Да ты че, братан! Это ж такой кайф!

– У меня точно голова закружится.

– Хорош трындеть, лезь, давай, – шикнул я на Скунса. – Другого варианта свалить отсюда у нас нет. Так что лететь придется, смирись. А чтоб высота не страшила, я тебе запасные джинсы на башку накину.

– Нет, уж лучше видеть. Лететь вслепую еще страшнее.

– Да лезь ты уже на крышу, балабол. Там разберемся.

Глава 16, в которой летим, садимся, бежим и подлетаем

Оказавшись на покатой крыше пятиэтажки, Скунс тут же ожидаемо «разнервничался», и нам с Жабой в очередной раз пришлось сдерживать дыханье, про себя проклиная отменный аппетит и слабый кишечник товарища.

Чтоб страдающий акрофобией пассажир не видел мелькающей под ногами земли, я предложил прицепить его спереди, лицом ко мне, и для страховки сцепить нас ремнями друг с другом. Из-за наклона во время полета, при таком способе, он сможет видеть лишь небо над моим плечом, и проблема боязни высоты будет решена. Я же на протяжении десятисекундного полета обязался крепко обнимать его руками и ногами, что, с учетом страховочной связки ремнями и моей читерской силы, делало его перелет стопроцентно безопасным развлечением. Признав весомость приведенных мною аргументов, вонючка со скрипом согласился рискнуть.

Но неожиданно мой план встретил в штыки второй подопечный.

– Не хочу я в полете его бурные восторги нюхать! – стал возмущаться Жаба. – Уж лучше пердуна этого на спину закинуть. А меня спереди, лицом вниз закрепить.

Мне же, по понятным причинам, ни разу не улыбалось сажать вонючку на спину. Мало ли, вдруг Скунс нечаянно опростается в полете – случаи-то с ним бывали. Дерьмо с одежды потом, конечно, смоется (сам же виновник происшествия все мне в ближайшем ручье хорошенько и отстирает), но дурной запашок от пикантного происшествия, боюсь, приклеится к моему незапятнанному имени навсегда.

– Жаба, не беси! Будешь выделываться, ща вырублю нахрен, и, вообще, в бессознанке полетишь!

– Да я только предложил. Ладно, на спине, так на спине.

– Ой! Извините, я не специально, – покаялся Скунс после очередного особливо шумного выхлопа.

– Черт! Может, вернемся, и «имодиума» в квартирах для него поищем, – скривился Жаба. – В натуре, Рихтовщик, этот бесконечный пердеж начинает действовать на нервы.

– «Имодиум» не поможет. На игроков лекарства не действуют, – отмахнулся я. – Слышь, Скунс, ты это… перед полетом, живца хоть что ли глотни.

– Ой! Извините…

– Да задрал ты уже своими извинениями! Пей живец – кому сказано!

– Спокойно, Жаба, сейчас перенесемся в безопасное место, наш приятель перестанет паниковать, и все само собой устаканится.

Стоило подскочить вверх на развернувшихся за спиной невидимых крыльях, и сидящий на спине Жаба задорно заулюлюкал, а подвешенный снизу Скунс, наоборот, зажмурил глаза, стиснул челюсти и осиновым листом задрожал в замке моих рук и ног.

Под ногами привычно раскинулось гигантское «море» бирюзовых крыш, на примерно километровой дистанции резко переходящее в такие же бирюзовые макушки елей соседнего кластера. Эти обозначившиеся впереди деревья, как не сложно догадаться, и стали для меня ориентиром. Целью перелета я наметил любую пригодную для посадки лесную поляну, подальше от границы городского кластера.

С оглушительной скоростью мы понеслись высоко над крышами к заданной цели. Внизу, среди нагромождения крыш, я пару раз заметил дронов, с «черепашьей» неторопливостью облетающих окраинные улицы. Камер на спинах у винтокрылов не было, и нас сверху они, разумеется, не заметили.

Но на вылете из города, перед разрубающей главную автостраду узкой и бездонной расщелиной (границей соседних кластеров), я увидел знакомую фигуру мальчишки, одиноко скучающего на высоком дорожном бордюре. Словно почувствовав мой взгляд, фантом тут же обернулся в нашу сторону. К счастью, аккурат в этот момент мы скрылись от него за пышными кронами высоких елей.

Все случилось так быстро, что я не понял, успел этот верный пес куратора ботов нас заметить, или нет.

Перелет над городскими крышами занял примерно семь секунд, о чем мне беспрерывно сигнализировал горящий перед глазами таймер огромного секундомера. За оставшиеся до окончания действия Дара три секунды необходимо было определиться с подходящей для посадки полянкой.

Всего в быстро сжимающейся бирюзовой зоне внизу я сходу заметил две поляны – обе примерно на одинаковом отдалении от границы кластеров. Целью посадки я выбрал полянку поменьше, рассудив, что, ежели наш отчаянный перелет все же оказался раскрыт врагом, пущенным вдогонку дронам там будет сложнее нас отследить.

Крылья за спиной развеялись, когда до короткой весенней травы оставалось еще метра три, потому посадка вышла по экстремальному жесткой. На помощь сжавшегося в комок Скунса рассчитывать было бесполезно, потому пришлось принимать всю тяжесть утроенного перегруза на свои многострадальные ноги. Обе мои ступни по щиколотку вошли во влажную землю, а мышцы и сухожилия с натуги буквально заскрипели, но – слава развитым показателям! – выдержали, и на ногах не лопнул даже ни один из свежих швов.

– Все, граждане, приехали. Просьба освободить вагоны, – пропыхтел я в бороду, выбираясь из пробитой ногами ямы на ровный травянистый участок.

Пока доставленные в лес пассажиры разочарованно сползали со спины и воодушевленно отстегивали ремень от ремня, я настороженно приглядывался к верхушкам окружающих полянку елок. Дроны вероятной погони показываться у нас над головами не спешили, и от сердца малехо отлегло.

Наконец, оба подопечных отвалились в сторону, с закинутыми за спину рюкзаками, всем своим бравым видом демонстрируя, что готовы двигаться дальше.

Сверившись с картой, я примерно определился, где мы сейчас находимся и, вычислив ближайший стаб, коим оказался незнакомый пока мне самому Молотилка, повел Скунса с Жабой в его направлении.

Скоренько отыскав в чащобе подходящую звериную тропу, я стал уводить подопечных подальше от засвеченного места посадки.

Дроны над верхушками деревьев так и не появились. Но на душе у меня отчего-то все равно было не спокойно. Раз за разом память возвращалась к одинокому мальчику-фантому, и перед глазами, помимо воли, снова и снова прокучивался врезавшийся в память крошечный отрезок, когда почуявший неладное пацан начинал разворачивать в нашу сторону голову.

– Увидел? Или не успел?

– Рихтовщик, повтори, я не расслышал, – донесся из-за спины усталый голос Жабы.

Черт! Похоже, я настолько грузанулся своей паранойей, что начал рассуждать вслух.

– Это я не тебе.

– А кому? – теперь в голосе подопечного проснулся интерес.

Оставив последний вопрос без ответа, я решил кардинально решить обозначившуюся проблему, прибегнув к помощи недавно обретенной способности предвидеть ближайшее будущее.

– Грежу, – шепнул под нос фразу-активатор…

…И в следующее мгновенье, я вдруг обнаружил себя без разбору бегущим сквозь чащобу. Связанные друг с другом и со мной ремнями за руки подопечные, как кабаны, отчаянно ломились сквозь колючий ельник правее, лишь самую малость уступая мне в проворстве. А куража нашему отчаянному забегу добавляли оглушительные разрывы крупнокалиберных снарядов, беспрерывно грохочущие совсем рядом за нашими спинами.

Беспрерывно летящие сзади на плечи и головы куски веток и земля вперемешку с древесной щепой подгоняли нашу троицу почище пастушьего кнута.

Очередной снаряд рванул сзади совсем близко. Нас подхватило взрывной волной…

…Двухсекундное прозрение будущего оборвалось так же внезапно, как и началось.

– Дерьмо! Гребаный фантом все-таки нас увидел! – возмутился я. – Живо снимай ремень! – обернувшись, приказал Жабе.

– Нафига?

Да потому что глазастый парнишка таки заметил наше улетающее в лес трио, и тут же сигнализировал своему босу! Потому что куратор оказался не дурак, и не стал посылать вдогонку за нами бесполезные в лесу дроны, а приказал накрыть квадрат вокруг места посадки беглецов из установки залпового огня! И потому что с секунды на секунду нас начнет утюжить гребаный град, дурья твоя башка! – Все это я мог бы ему сказать, но такая длинная речь заняла бы слишком много времени. И неминуемо спровоцировала бы тучу уточняющих вопросов. А у нас сейчас каждая секунда была на вес золота.

– Нет времени объяснять, просто делай, что говорю. И Скунсу передай, чтоб ремень снимал.

Еще через пять секунд мы надежно связались друг с дружкой за руки точно так, как я увидел в видении. И, активировав «Марафонца», я локомотивом потащил за собой подопечных сквозь чащобу по звериной тропе, с максимально возможным ускорением.

– Стой!.. Пожалуйста!.. Тише!..

Отчаянные вопли избиваемых за спиной встречными ветками неженок действовали мне на нервы примерно двадцать секунд. Дальше, как в видении, за нашими спинами стали разрываться снаряды. Тут же запаниковавшие подопечные, позабыв об окружающих колючках, шарахнулись с тропы в сторону и поднажали так, что, даже под Даром, я с трудом выдерживал их темп.

Мы бежали от адского грохота. А вокруг все рушилось, и нас засыпало землей и ветками…

В какой-то ужасный момент, как в видении, очередной снаряд разорвался совсем рядом за нашими спинами. Мои многострадальные ноги в очередной раз резануло осколками.

По-прежнему связанные друг с другом ремнями, мы вместе взлетели, подхваченные взрывной волной…

И, потеряв подопечных из вида, я вдруг оказался в до боли знакомом белесом вонючем мареве кисляка.

Черт! Выходит, все же не уберег! – мелькнула досадливая мысль. Но дернувшая руку ременная петля вернула шансы на успешное завершение заданий.