290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Второй Шанс. На краю (СИ) » Текст книги (страница 8)
Второй Шанс. На краю (СИ)
  • Текст добавлен: 4 декабря 2019, 06:00

Текст книги "Второй Шанс. На краю (СИ)"


Автор книги: Дитрих Белый




Жанры:

   

Мистика

,


сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)

– Это да… – Я поудобнее расположил кобуру, дабы в случаи чего я смог быстрее выхватить пистолет – Ушки на макушки, верно? -

– И максимально тихо – Подхватил Макар – Куда? – Спросил он, обращаясь к Рыцарю.

– Раз обойти не получилось… – Туманно начал тот – То прокрадёмся через станцию, к запасному выходу. А на месте решим, в тоннель лезть, или опять по коридорам шастать… -

– Тогда вперёд? – Перебил я его – Или так и будем языками чесать? -

Рыцарь лишь лаконично кивнул и мы начали свой путь по станции, делая короткие перебежки с места на место.

Если бы не заброшенность и наличие огромных гор мусора, можно было подумать, что ты находишься на обычной станции метро, но только очень аскетической. Но, это впечатление обманчиво. На станции стояла страшная вонь, да такая, что нам пришлось надеть противогазы заместо шлемов, дабы не задохнуться. Горы мусора и подобие шалашей заставляли нас двигаться зиг-загами, рискуя выскочить на небольшую группу карликов, которые были просто обязаны выйти проверить, что-же всё-таки случилось где-то за их небольшим помещением.

Собственно, как это и бывает абсолютно всегда, на карликов мы нарвались. К нашему счастью они были заняты борьбой с клопами. Ума не приложу как мы не услышали эту возню, но всё же. Мы попытались незаметно прокрасться мимо бушующий тварей. Бой выглядел довольно забавно: огромные паукообразные твари не могли загрызть карликов-телепатов, которые были физически слабее. Обделённые ростом существа просто-напросто кидали в противников камни, арматуру и прочий строительный мусор, да с такой силой и злобой, что нам нужно было поторапливаться, если не хотим оказаться на месте насекомых-переростков.

– У меня есть идея… – Макар потянулся в подсумок и вынул из него небольшую металлическую трубку, с утолщениями на концах. – Да будет свет! – Крикнул он и бросил гранату в центр толпы.

Нам с Рыцарем пришлось зажмурить глаза и закрыть уши. Через пару секунд раздался достаточно мощный хлопок, от которого всё равно заложило уши и немного ослепило. Даже через звонкий громкий звон я услышал то море мата, на которое способно два взрослый человека.

Кажется, что мой мозг уже устал пытаться держать в тонусе полумёртвое тело: сознание вновь захотело покинуть моё тело и оставить его на попечительство двух товарищей по несчастью.

Если честно, то мне уже надоело валяться без сознания. Раньше такого никогда не было, а теперь…

А, собственно, из-за чего? Из-за того, что я получил почти смертельную травму, едва выжил и теперь нагружаю организм? Скорее всего…

И вообще, моё здоровье – это мелочь. мелочь, в сравнении с тем, какова цена этого рейда:

Восемь из десяти сталкеров-ветеранов мертвы. Гром, Безлунов, Шрам, Бука… это просто ужас! Мирный остался без двух важнейших людей. Теперь нужно как-то выживать дальше,

без гения Безлунова, без чуйки Шрама, без бесстрашного Грома, без дуэта Ржавого и Болта, без почти единственного водителя и снайпера Андрея и без казачьего азарта и расчётливости Буки. Без сомнений, это действительно страшные потери для нашего клана, а что не менее важно: я остался без наставника, а Наташа без отца.

Кстати о ней, сможет ли она заменить Бориса Борисовича? Он многому её научил, оставил ей горы материалы, практики, опыта и результата, она всегда впитывала каждое его слово, старалась запомнить, выучить и просто понять тот материал, который давал ей её приёмный отец. И у неё получалось. Не сразу, но получалось. Она в совершенстве владеет теми знаниями, которыми владел Безлунов. Я более чем уверен, что она сможет продолжить его дело. Но мне будет очень сложно сообщить ей столь прискорбную новость. Ведь я уже знаю её реакцию: слёзы, грусть, истерика. Для неё это будет просто невероятной потерей, но я должен, по другому нельзя.

А что насчёт меня? Шрам был моим наставником около двух лет. За этот немалый по местным меркам срок, я научился очень многому. Думаю, если бы не Шрам, я бы, со своей вспыльчивостью и резкостью, быстро бы погиб. Он научил меня решительно всему, что связанно с Зоной. Он был мне больше чем наставник. Он стал для меня вторым отцом. Он не проявлял каких-либо признаков отцовской заботы, нет, лишь тренировки, да оттачивание умений, ничего более. Но даже это было для меня чем-то выходящим за рамки. Собственно, он и сам не опровергал тот факт, что я стал ему сыном, которого у его никогда не было.

Странно, что мне так было так легко пережить такую потерю. Наверное я оказался прав и мой организм, истратив гигантское кол-во энергии, сил, испытывая сильнейшие нагрузки и стресс, просто теряет возможность к полноценным эмоциям. Остаются лишь базовые, да и те почти ничего не выражают. Наверное так и должно быть…

Постепенно темнота в голове сошла на нет, выпустив меня из недр разума на волю. В прочем, лучше от этого не стало: меня по прежнему окружали сырые тёмные тоннели, по прежнему нужно вернуться в Мирный и по прежнему мне предстоит рассказать Наташе обо всём…

Странно, мне никак не хочется делать ей больно, точнее странно не это, а то, что у меня к ней некие чувства. Нет, не любовные, а скорее…хм…кажется мне не хватает словарного запаса…

Мне хочется плакать Мне будто хочется защитить её, не давать в обиду, укрыть собой от всех угроз и жестокости этого мира. Я никогда думал о подобном в отношении кого либо. Наташа всегда была для меня товарищем, никем более. И дело даже не в том, что мы относимся к разным расам. Дело в том, что раньше все мои мысли были заняты тренировками, рейдами и прочим. Чем угодно, кроме мыслей о каких-либо отношений и чем-то в этом роде. А теперь-я проявляю тёплые, почти отцовские, чувства к маленькой девочке.

Да и вообще, что со мной, когда я успел стать таким сентиментальным и начал позволять кому-то занимать место в моей голове?! Кажется, неделя в коме дали свои плоды: я начинаю сходить с ума. Биполярное расстройство личности не за горами!

Я кое-как встал, опираясь на стену. В противоположном углу просторного помещения сидела компания сталкеров. Кое-как, но мне удалось подойти к ним и приземлиться рядом с горящим костром. Сложно было представить, кто мог сидеть, кроме ребят из ставки и Макара.

– Проснулся наконец! – Похлопал меня по плечу Рыцарь и подал дымящийся стакан с тёмной бурдой внутри – Выпей, хоть полегче будет! -

“Бурдой” оказался обычной отвар из всяких мхов и прочего, что растёт в местных тоннелях. Будто в Ставке совсем туго с запасами. А может и туго? Хотя Харон утверждает, что еды в ставке достаточно, а это так, налаживание собственного “производства”, чтобы в случаи чего колония преспокойно жила в изоляции от внешнего мира. И тут же спрашивается: а зачем Харон вообще закопался под землю, в Богом забытые тоннели? Хороший вопрос…

– Рыцарь… – Я отпил из кружки, делая многозначительную паузу, дабы привлечь внимание собеседника. К слову, отвар ничего такой, чем-то даже лучше той мочи, что принято называть “чаем”. – Вот скажи мне одну вещь, почему Ставка находиться под землёй, почему именно в этих треклятых тоннелях? -

– Я? – Он опешил, едва не пролив кружку – Это надо у Харона спрашивать, я вообще без понятия! -

– Но вы все так просто соглашаетесь с этим условием? – Я поднял бровь. Этот ответ сильно меня озадачил. Смысл жить взаперти, даже не зная почему

– Так надо – Уже спокойнее ответил он, пожимая плечами – Мы тут как рыбы в воде. Думаю, Харон тебе все объяснит, нам до этого нет дела. -

– Ясно-понятно – Я допил напиток и поставил кружку на землю. По телу разошлось приятное тепло и я позволил себе расслабиться, глядя на потрескивающий углями костёр.

– Да ничего не ясно – Вздохнул один из монолитовцев. Беляк, кажется – Сидим тут, как крысы. А только толку-то? Ну сидим, ну вроде единая община, да и всё. Кроты чёртовы. -

– Какие-то у тебя, Беляк, мысли нехорошие! – Малюта ткнул Беляка в бок и залился басовым смехом.

– Заткнитесь оба! – Гаркнул на них третий монолитовец в плаще-палатке . – Вы можете помолчать минут десять-пятнадцать? – Он грозно посмотрел на своих товарищей и они предпочли замолчать. Он протянул мне руку и представился – Орфей, приятно познакомиться. -

– Угу, очень – Я пожал его руку – Холоп -

– Как самочувствие? – Ещё один боец потряс меня за плечо. Из-под под капюшона на меня глядел весёлый усатый брюнет. – Меня Акушер звать, я тут кто-то вроде медика. -

– Акушер? – Я вскинул бровь и помотал головой – За что же тебе прозвище такое, странное?

– Да так – Он отмахнулся – По старой профессии. Я же медицинский закончил, а вот по направленности некуда не брали. Вот я и пошёл. Потом в Зону сорвался, а тут уже и прилипло. -

– Понятно – Я откинул голову и накрыл лицо руками – Так это, что произошло то, пока я в отключке был? -

– Да ничего сверхъестественного, наверное. – Орфей налил себе в кружку отвара и начал рассказ – После того, как вагонетка перевернулась, нас к вам, в тоннель, не выкинуло: раньше спрыгнули. Решили сразу ретироваться. А на подобные случаи у нас были заготовлены вот такие вот небольшие перевалочные базы. -

– То есть вы вчетвером пришлись по маршруту и добрались сюда? – Я убрал руки с лица и удивлённо посмотрел на Орфея

– Ага – Он спокойно кивнул и продолжил – Было нелегко, но мы смогли. К слову клопов там развелось мерено-немерено. Через паутину без хотя бы факела почти нереально. Что ещё? Карликов в дальних тоннелях видели. Мёртвых. Кажется, тоннели много больше того, что мы можем себе представить. -

– Это да, да… – Макар вяло потянулся у костра – Когда ты вырубился, нам пришлось тебя на себе тащить, благо твари сильно испугались светошумовой и нам удалось пройти почти без стрельбы. -

– “Почти” не считается – Буркнул Рыцарь.

– Весело, весело – Я криво усмехнулся – Это просто праздник какой-то. И куда нам топать? -

– На восток, по прямой. – Рыцарь подал мне свёрток. – Или почти. Нашли приоткрытую “герму”, в неё и потопаем. -

– А почему именно туда, да и откуда такая уверенность в том, что это путь на восток? – Я с недоверием покосился на Рыцаря, пока рассматривал карту.

– Другого не дано – Отозвался Орфей – Всегда нужно искать новый путь! -

Чёрт возьми, мы не должны так рисковать! Конечно, может я и преувеличиваю, но риск в нашей ситуации, даже самый маленький, пусть и неоправданный. Хотя, может там более безопасный проход? Кто знает…

Вот мы и узнаем…

Гермоворота были не приоткрыты. Из них будто вырвали кусок. Это и есть “более безопасный путь”?! Орфей скинул плащ и затолкал его в рюкзак. К слову плащ скрывал его поистине исполинские размеры. Разогнувшись, он одной рукой поднял свой пулемёт. Бронёй ему был настоящий рыцарский доспех с золотой четырёхугольной звездой Ставки. Два с половиной метра живой стали. Пулемёт, судя по размерам, был выполнен на заказ под размер владельца.

– Ну что, двинули? – Орфей поудобнее перехватил пулемёт

– Думаю пора – Согласился с ним Рыцарь

– Ну тогда вперёд! – Следом уже выстроились Беляк и Малюта.

Наша группа перебралась через гермоворота и Малюта прикрыл за нами проход заранее заготовленной алюминиевой пластинкой.

Через пару минут все счётчики завопили. Мой шлем вновь полетел в рюкзак, а его место занял противогаз. Так же поступил Макар и Рыцарь. У остальных бойцов респиратор был встроен в шлем.

Примерно через двести метров сухой бетонный пол сменился твёрдой, но вязкой субстанцией. Ступать по ней было то ещё удовольствие. Акушер осветил пол светом фонаря. Субстанция оказалась всего лишь неким мхом или плесенью, алого цвета. Внезапно внутри мха что-то зашевелилось и из него выскочила огромная крысиная туша, покрытая этим самым мхом. Не разгоняясь, она прыгнула в нашу сторону, агрессивно шипя и размахивая не в меру огромным хвостом. В полёте хвост резанул грудь Рыцарю и тот, громко охнув и шумно выдохнув воздух, влетел в стену и сполз на пол, прямо в мох, который тут же активно зашевелил отростками и они начали стремительно покрывать тело Рыцаря. Сама же крыса влетела аккурат в Акушера, прямо в маску респиратора. Медик завопил, послышался треск стекла и хруст пластика. Через пару секунд вопли сошли на нет, а их место заняло противное бульканье и всякие хлюпающие звуки. Меткий выстрел Беляка разорвал крысу надвое. Вперемешку с кровью, из неё хлынула та самая плесень, или всё же мох? К сожалению Акушеру это помогло мало: он остался с полу обглоданным лицом и так и упал ничком, прямо в мох. Место, куда упал Акушер яростно зашипело и забурлило и Акушер затих…

Мы кое-как отцепили Рыцаря от отростков. Сейчас он еле стоял на ногах. Ноги его дрожали, а руки не могли крепко схватить пулемёт. Акушер уже не подавал признаков жизни. Всё катится к поездам. Беляк и Малюта взяли Рыцаря под руки и потащили следом. Орфей замыкал строй и с опаской поглядывал назад, туда, где лежало тело Акушера. Теперь мы двигались аккуратнее, смотря под ноги и дважды думая пред тем, как сделать ещё шаг по этому мху.

Метр. Два. Три. Десять. Сто. Двести. Да когда этот мох уже кончиться?! Казалось, этот мох заполонил всё и везде. С каждым шагом он становился всё гуще и непроходимее. Уже через три сотни метров показались самые настоящие красные джунгли, в который явно что-то копошилось.

– Джунгли победившего коммунизма? – Отшутился Рыцарь, пришедший в норму

– Вроде того. Как сам? – Спросил я, не отрываясь от прицела “Винтаря”

– Нормалёк – Он отмахнулся и резво подкинул пулемёт – Как заново родился! -

– Как по ощущениям? – С интересом спросил Макар

– Такое себе – Рыцарь наклонил голову сначала в одну, а потом в другую сторону – И сам заново родил и чуть сам не родил. -

– Прикольно – Присвистнул я – Ну, надеюсь, что жить будешь. -

– Пфф – Он махнул на меня свободной рукой – Ещё всех вас переживу! -

– Ага, не сомневаюсь – Фыркнул в ответ Беляк – Не забудь сказать моим правнукам, какой прадед раздолбай был -

– Обязательно! – Рыцарь резво кивнул и мы все весело заржали. Сейчас это было необходимо всем.

Неожиданно “кусты” мха зашевелись и прямо перед нами появился человек. Или другое существо, когда бывшее им. Нижняя челюсть у существа давно выпала, а вывалившейся наружу язык превратился в опасное оружие. Живот раздулся до огромных размеров и источал кроваво-блевотную слизь. Руки ниже кисти отвалились, а их место заняли почерневшие от гангрены культи с кучей уродливых отростков. Всё это нечто было одето в тряпки, некогда бывшими костюмом химической защиты ярко зелёного цвета, теперь же от него остались почти нетронутые коррозией сапоги, порванные в районе колен штаны, куртка без рукавов и с огромной дыркой в районе живота и остаток шлема. Мы не стали ждать, пока тварюга попытается что-то предпринять и открыли дружный огонь. Раскалённый свинец вдарил по разным частям тела существа. Оно завопило, но не упало.

– Твою-то мать! – Ругнулся Макар. Послышался чирк зажигалки, звук загоревшейся тряпки и в существо полетел коктейль для Молотова.

Бутылка приземлилась прямо в маску шлема, аккурат с “лицом” мутанта и зажгла его как факел. “Лианы” мха мигом выгнулись подальше от источника огня. Горящий мутант ещё раз завопил и упал на колени, согнувшись пополам, а “мох” вокруг него превратился в сплошной пепел. Я уверен, что теперь тут стоял ещё тот запашок.

Не успели мы отойти от шока, как Орфей начал очень громко и не очень лаконично материться: ему на плечо положил руку, кто бы мог подумать, ныне не очень покойный Акушер. Оживший мертвяк выглядел не в пример лучше того, как выглядит мертвяк, или, хотя бы, тот мутант, который только что сгорел. Вся одежда на нём уже превратилась в лохмотья, вместо голого мяса находился кокон с дырками для, предположительно, дыхания и обоняния и огромными клыками. Чёрт возьми, когда они успели отрасти?! На руках были довольно длинные когти, будто бы не стриженые года эдак два-три, но прямые как кинжалы, а на месте живота красовалась дырка с неестественно огромными кишками, внутри которых проглядывался довольно большой и, наверное, плотный комок мышц. Акушер откинул голову назад и тут же вскинул обратно, собираясь цапнуть Орфея своими огромными зубами, но тут же получил мощный удар прикладом, отчего живой труп отшатнулся на пару метров, но тут же кинулся обратно. К счастью Орфей спокойно перехватил голову Акушера меж своих огромных ладоней и начал сжимать её, как арбуз, урожая расплескать её содержимое в радиусе трёх-четырёх метров. Он бы преспокойно раздавил её, но остаток головы Акушера крутанулся под таким углом, под которым не смог бы любой другой человек. Орфей по инерции покрутил ещё, послышался хруст костей. Орфей прокрутил голову на 360 градусов, но это не сильно помогло: труп Акушера вонзил свои когти в доспех ещё живого товарища и даже вонзил их на пару сантиметров. Орфей хмыкнул, ослабил хватку и со всей силы ударил труп прямо в центр импровизированной головы. Та неестественно сильно откинулась назад, да с такой силой, что буквально соскочила с шеи, оставшись висеть на небольшом пласте плоти, обнажая гортань. Кровь из раны не хлынула. Тело Акушера пару раз дёрнулось и без движения повалилось на землю. Орфей отошёл от него, позволяя Макару кинуть бутылку с зажигательной смесью, чтобы Акушер не восстал вновь.

– Твою-то мать! Что это мать было?! – Беляк пошатнулся, снял противогаз и выложил содержимое своего желудка на пол.

– Что-то – Холодно отозвался Малюта – Ну что, двигаем дальше? -

– Куда дальше то? – Рыцарь задал вопрос в пустоту, словно ожидая ответа извне.

– Туда – Орфей указал рукой в глубь тоннеля. – Вперёд, только вперёд! -

– Откуда он знает? – Шёпотом спросил я у Рыцаря

– Чуйка – Ответил тот – Ей можно доверять. -

Теперь уже Орфей шёл впереди, огибая странные дуги по, казалось бы, прямому тоннелю. Вся группа шла за ним следом, не решаясь даже окликнуть бойца. Вскоре, за внеочередным поворотом, красные лианы расступились, открывая нашему взору ещё одни, вырванные с корнем, гермоворота, за которыми показалась ещё одна станция. Она была очень большой, а где-то в далеке, в тумане, угадывался переход на другие, смежные, станции.

Станция была брошена. Заселена и брошена, словно кто-то в спешке покидал её, бросая вещи и тех, кто замешкался. На станции не стояла кромешная тьма: сотни, а то и тысячи мхов и других простых растений освещали её зеленоватым светом, тусклым, но всё же светом, которого вполне хватало, чтобы разглядеть тот хаос, который творился тут. А он, поверьте мне, был редкостным. Тусклый луч фонаря выхватил из тьмы остатки знамени. Поверх бело-красно-зелёного триколора была нанесена нацисткая свастика. Альянс. Опять. Кажется, это был их форпост.

– Значит, Альянс уже в курсе тоннелей? – Спросил Рыцарь у воздуха, не ожидая ответа, но тот последовал.

– Представь себе! – Из темноты вышел старичок, лет эдак 60-68.

На его лице, изуродованном шрамами, выделялись цепкие блестящие глаза и кривая ухмылка, не предвещающая ничего хорошего, облысевшую голову прикрывала небрежно накинутая фуражка, а чёрный изодранный мундир украшали звёздные погоны и самые разные петельки, кокарды, аксельбанты, значки, медали, ордена и прочие украшения и награды, просто вопящие об офицерском чине и важности этой персоны. Левая его рука была занесена за спину, а правая бесконтрольно висела, болтаясь при каждом его шаге.

– Фельдмаршал Фридрих фон Фолкер – Представился офицер – Командир ныне полностью уничтоженной 1-ой армии Альянса. – Он поклонился нам.

– Даже так? – Макар усмехнулся и сделал несколько шагов по направлению к Фолкеру. – Ну в таком случаи… пройдёмте с нами, товарищ! -

Не успел Макар и пяти шагов сделать, как фельдмаршал подскочил прямо к сталкеру, выставил вперёд левую руку, кисть которой заменяло самое настоящие лезвие и проткнул его им. Макар на секунду завис, словно пытаясь понять, что именно с ним произошло, а уже резе секунду упал навзничь, отхаркивая кровь. Малюта и Беляк среагировали молниеносно: сразу два ствола изрыгнули порцию раскалённого свинца в стремительно маневрирующий силуэт, время от времени мелькающий в свете едва светящих фонариков. Орфей и Рыцарь неожиданно исчезли из поля зрения, а я лишь пустил короткую очередь в тьму станции и кинулся к умирающему бойцу. Слишком много. Слишком многих я потерял!

– Жив ещё? – Задал я максимально глупый вопрос, оказавшись рядом.

– Нет, уже иду по тоннелю, к свету. Ярко что-то… – Макар закашлялся и продолжил гнуть комедию – Ворота, а у них дядька старый, пускать не хочет! -

– Идём, старый хрыч, не время помирать! Ещё успеешь! – Я помог ему подняться.

Кровь из его раны почти не текла, будто Макара не смертельно ранило, а лишь едва зацепило. Он уверенно поднялся , вынул из кобуры пистолет и, твёрдой рукой, выстрелил в сторону Фолкера. Три пистолетных выстрела прозвучали как гром. Фельдмаршал споткнулся на месте, что-то промычал и рухнул плашмя на землю. Ещё два контрольных выстрела дали убедиться в том, что офицер Альянса погиб.

– Фига! – Малюта присвистнул, осматривая его ордена. – Да тут медалек и прочего… золото, серебро… но на немецком, да и не разобрать уже ничего… -

– Не трогай, пусть тут останется, на съедение крысам. – Я махнул рукой – И медали свои пусть в ад заберёт. Нечего их трогать: себе дороже. -

Я внимательно посмотрел на бойца, кивнул сам себе и пошёл в темноту, туда, где где-то вдалеке горел свет. Макар, видимо тоже заметивший столбик света, отправился следом. Малюта хотел мне возразить, но Беляк что-то сказал ему и тот лишь вздохнул и поплёлся следом.

В воздухе повис немой вопрос: где же Рыцарь и Орфей? Никто не желал спрашивать. Никто не знал ответа. А если серьёзно, то куда могла деться эта контрастная парочка? Не могли же они просто испарится! Ведь не могли же? К счастью, уже через десяток-другой метров наш отряд упёрся в ещё одни гермоворота и вопрос отпал сам собой. На стене, справа от ворот, находился небольшой щиток с рычагом управления и светилась яркая лампа, которая и освещала этот пяточёк земли. Орфей и Рыцарь увлечённо ковырялись в щитке, не замечая ничего вокруг. Наконец Рыцарь довольно хлопнул в ладоши и дёрнул за рычаг. Резкий толчок, от которого земля в радиусе пяти метров содрогнулась и вся мелкая живность зашуршала, активно ища любую норку или другое укрытие. Гермоврота поползли вверх, разнося по сводам станции не то что гул, настоящий скрёжет металла. “Герма” поднялась примерно на половину, прежде чем застыть вновь, оглашая станцию ещё более громким толчком. Мы в темпе пролетели под ней, на ходу вскидывая оружие и надевая противогазы: счётчики вновь яростно запищали, предупреждая о химической опасности. Не прошли мы и ста метров, как гермоворота с треском рухнули, подняв волну пыли и осколков, ощутимо ударивших в спину.

Перед нами раскинулся холл ещё одной станции. Размеры её были намного более скромные, чем у её предшественницы. Зато эта была облюбована нечестью: Справа виднелась “герма” со знакомым красным наростом, а дальняя обросла паутиной, собственно, как и сама станция. На путях дожидались хозяев несколько вагонеток, а сами хозяева лежали мёртвые и закованные в паутину. Немного поднажав мы быстро добежали до одной из вагонеток и на ходу запрыгнули в неё. Как раз в этот момент послышалось крайне недовольное стрекотание клопов.

–Заводись! – Рыцарь со злобой стукнул по торпеде и тыкнул в панель, щёлкая тумблерами.

Вагонетка задрожала, двигатель загудел и небольшую станцию осветил свет ярких прожекторов. Стрекотание приблизилось и в освещённую зону выскочило несколько особо наглых особей, тут же застонавших от боли.

– Огонь! – Скомандовал Макар, когда несколько клопов встали на задние лапы, обнажая бледные брюха.

Залп из всех орудий и растерзанные мутанты падают на спину, издавая предсмертные вопли. “Перезарядка” послышалось откуда-то слева .

Вагонетка дрогнула и покатилась вперёд. Рельсы затрещали, заскрипели колёса, задрожали борта.

Душные потолки станции сменились влажными и свежими, пусть и низкими сводами тоннелей.

Свобода! Мы оторвались от тварей и неслись по тоннелю на достаточно приличных скоростях. Макар обрабатывал свои раны, Рыцарь следил за дорогой, Беляк с Малютой о чём-то болтали, Орфей проживал порезы и пил какие-то таблетки, а я просто облокотился об борт и закинул на него руку, находясь в обыкновенной своей прострации. Кажется, они о чём-то говорили, но мне было всё равно.

“…Что будет дальше? Нам нужно вернуться в Мирный, попытаться сохранить всё то, что делал до этого Безлунов и Шрам…если мы вообще вернёмся. Всё сложно. Я чувствую, что всё будет ещё сложнее, чем кажется… “

В себя меня привёл резкий толчок. Вагонетка остановилась. Громкий стук. Грохот. Лязг металла и яркий свет, пробивающий тьму закрытых век.

Гермоворота опустились, поднимая слой едва осевшей пыли вновь. Несколько человек навалились на засов, отнимая у почти любых случайных гостей всякий шанс на вскрытие гермы. Отряд бывших монолитовецев о чём-тооживлённо разговаривал с престарелым казаком. На лице последнего отражался шок и горечь. Жилистый сталкер, который, как казалось, постарел лет на десять, перекидывался фразами с несколькими сталкерами, попутно распивая многоградусную водку. Из всей картины выбивались лишь двое. Молодой сталкер, с немолодым взглядом, грустно смотрел на стоящую перед ним девочку. Да, сейчас она была для него обычной девочкой, обыкновенным ребёнком, плачущим по умершему родителю. Она не была для него жёлтой антропоморфной ежихой с далёкой планеты, словно сошедшей с экранов какой-то старой видеоигры или героем популярного мультсериала, нет, лишь девочкой. Он ничего не говорил ей, она сама всё поняла. Она-очень умная девочка.

Громко всхлипывая, она кинулась к нему, а он, встав на колено, поймал её в свои объятия и начал гладить по голове. Сейчас и он сам едва не плакал.

– Поплачь – Дрожащим голосом сказал он – Говорят, легче станет. -

Ответом ему были уже более тихие всхлипы, маленький чёрный носик, уткнувшийся в правое плечо и много-много слёз.

Сталкеры стояли вокруг. Они прервали разговоры и процесс употребления алкоголя и молча смотрели на эту картину. Многие из имели полное право ужаснуться той, которую Безлунов называл дочкой, но никому не показывал. Они могли, но они просто стояли и молча сочувствовали этой колоритной парочке. Здесь и сейчас все стали равны. Не было тут ни подонков,

сбежавший в Зону от закона, не было тут и ангелов. Кроме её.

Наконец, старый казак подошёл к девочке, которая стыдливо прервала объятия с сталкером. Казак едва заметно улыбнулся, глядя на это.

– Вот, возьми… – Сказал он с невероятной грустью в голосе и протянул ей железную цепочку с жетоном на ней. -

Теперь это твоё. -

Профессор Безлунов Борис Борисович, 1948 года рождения. Главный научный сотрудник С.Г. “Виски” гласила надпись на жетоне.

Девочка молча приняла цепочку и, вновь начиная заливаться слезами, прижала её к груди, к сердцу. Сталкер вновь обнял её и аккуратно и нежно взял на руки.

– Спасибо, дядя Миша – Послышался очень тихий, едва слышный нежный голосок малышки.

Хоть он и был едва слышен, но все всё прекрасно расслышали, до последнего слова. Казак горестно улыбнулся ей в ответ и жестом показал сталкеру на дальнюю дверь.

Вся делегация отправилась к ней, шагая в траурном молчании. Лишь негромкие, но частые всхлипы прерывали тишину. Такую громкую, кричащую и нагнетающую тишину, которая пыталась добить их всех морально.

Сегодня будет траур, будут слёзы. Они все потеряли своих лучших друзей, да и просто лучших, без которых они чувствовали себя неполными…

Отголосками.

Комментарий к Отголоски. ч 3. Тёмные туннели

*– Florian Geyer Флориан Гайер .

Как уже было написано в тексте, являлся чем-то вроде марша одной из мятежных бригад, времён крестьянской войны в Св. Римской Империи (Германии), под управлением одноименного рыцаря и дипломата-Флориана Гайера.

В душе не представляю с чего бы группе бывших монолитовцев напевать подобное, но всё же :D

========== Интермедия-I Мирный. ==========

Комментарий к Интермедия-I Мирный.

Из-за личных обстоятельств и учёбы выход новой главы был задержан до лета. Глава про лагерь в написании. Там тоже свои проблемы, которые нужно будет уладить.

…Прошло уже, не много не мало, два года. Постепенно жизнь вернулась на круги своя, но осадок остался. Особенно он чувствовался в первые недели, месяцы, о которых я часто вспоминаю. Особенно мне запомнился один день, первая половина которого пролетела для меня совершенно незаметно, за внеочередной бутылкой, что никак не могла меня сломить…

…Внеочередной стакан прозрачной был опустошен, внеочередная бутылка водки выпита и едва не полетела на пол. Вяло откинувшись на стуле, я посмотрел на потолок. Двигаться не хотелось, вообще. С трудом я поднял голову и осмотрел кабинет. Такое себе. Белый потолок уже давно почернел, голые бетонные стены тоже. На них было закреплено множество полок, которые, в свою очередь, были заполнены разного рода хламом: лабораторное оборудование, образцы оружия, брони, запасные магазины, патроны, гаджеты и куча бумаг и документов. Пол тоже был обычным куском бетона. Мебель тоже не была какой-то особенной-кровать у стены, перед ней скромный стол и стул, на столе ещё одна кипа бумаг, пара пустых бутылок и прочий мусор, напротив стола простая деревянная дверь, у одной из стен стоял массивный шкаф-купе. Чёрт. И что я забыл в этом подвале, почему не перенёс кабинет в другое помещение? А хотя куда и зачем?

Неожиданно, послышался скрип двери и в кабинет залетело что-то маленькое и жёлтое и тут же влетело в меня, радостно повизгивая и захватывая в объятья.

– Привет, Наташа – Я поправил её съхавшие очки и серебряную чёлку – Что случилось?

– Ничего – Заверила она меня и крепче обняла – Я соскучилась!

– Я тоже рад тебя! – Я посадил её себе на колени – Рассказывай, как день прошёл.

– Это требование? – Она мило надула щёчки

– Нет, просьба – Я усмехнулся, не переставая умилятся.

Наташа начала наперебой рассказывать, чем она занималась в течении дня, а я просто сидел и слушал. Если бы меня спросили, какие нас связывают отношения, то я бы не раздумывая ответил бы-родственные.

После дня «Х» Наташа стала для меня как младшая сестренка. Мы проводили много времени вместе. Наверное, она стала для меня тем самым стержнем, из-за которого я не сломался до сих пор. Да, я часто пил, но меру знал, да и Наташа не давала мне… спиться.

– Знаешь что? – Спросила она, закончив рассказ.

– Что? – Переспросил я в ответ.

– Пообещай мне… – Начала она с загадочной улыбкой —…пообещай, что бросишь пить. На совсем.

– Обещаю – Ответил я не задумываясь.

– Честно-честно? – С надеждой в голосе пролепетала она и подняла на меня грустные зелёные глаза, в которых загорелся детский огонёк надежды.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю