Текст книги "Возрожденное чувство"

Автор книги: Диана Палмер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)

Лэнг не стал ничего отрицать, но лицо у него осунулось, глаза стали непроницаемыми. Кирри отвернулась.

– Так я и думала, – сказала она, отпирая дверь.

Лэнг жадно смотрел на нее, но поспешно отвел глаза, когда Кирри оглянулась.

– Я буду рядом, – сказал он. – А ты держись начеку, помни об Эриксоне. Если не хочешь заниматься со мной, я попрошу одного из своих учеников поработать с тобой. Было бы грешно бросать сейчас.

– Как тебе будет угодно, – снисходительно согласилась Кирри.

Глаза его погрустнели.

– Возможно, я живу прошлым, – наконец проговорил он. – Все дело в том, что я не хочу иметь детей, а половинчатый брак меня не устраивает. Извини. Одного секса недостаточно.

Чувствуя, как бледнеет ее лицо, Кирри все же вымученно улыбнулась.

– Да, недостаточно, – согласилась она. – Пока, Лэнг.

Он только кивнул, не решаясь заговорить.

Кирри оглушительно громко захлопнула за собой дверь, и Лэнг долго стоял, уставившись на нее, прежде чем зайти в свою квартиру. Никогда еще она не казалась такой пустой.

Почти всю ночь Кирри пролежала без сна, размышляя над сказанным Лэнгом. Почему-то она никак не могла отождествить человека, отказавшегося от помолвки, с нежным возлюбленным, посетившим ее в это же утро. Разве дело только в сексе? Их чувства не исчерпываются физическим влечением. Но Лэнг не хочет признаваться в этом. И он был очень подавлен вечером, особенно когда она заговорила про Лорну. Кирри не знала, что происходит, но, судя по всему, это имело отношение к ее работе. Неужели ее уволят? Известно ли Лэнгу нечто такое, что неизвестно ей?

Возможно, он умышленно заговорил про рекламную кампанию для конкурента Лорны. После короткого сна под утро Кирри проснулась, преисполненная решимости. Она не будет сидеть, сложа руки, и ждать, пока ее вышвырнут с работы. У нее есть кое-какие мысли. Раз они не устраивают Лорну, надо поискать людей, которые оценят их. Прямо утром Кирри подала заявление, попросив Мака пока не сообщать о нем Ланкастерам. Тот согласился, понимая, что коварная манекенщица сумела-таки подорвать репутацию Кирри.

В обеденный перерыв Кирри отправилась в «Рефлекшнз Инк.» – так называлась молодая рекламно-промоутерская фирма. Ее владелец встретил визитершу с заинтересованным видом. Выслушав некоторые соображения Кирри, он тотчас же принял ее на работу, пообещав ей не только оклад, но и процент от дел. По дороге назад Кирри едва касалась ногами земли. Свадьба с Лэнгом сделала бы жизнь вдвое прекраснее, но пока придется довольствоваться новой работой. Если она позволит себе думать о том, что снова потеряет Лэнга, то сойдет с ума.

К тому времени как Кирри собралась уходить с работы, задержавшись гораздо дольше обычного, она напрочь забыла про Эриксона. Ее мысли были поглощены радостным событием дня – найденной новой работой – и тем облегчением, которое она испытала, захлопнув за собой дверь фирмы «Ланкастер». Единственное, ей было жалко старину Мака. Лорна изводила Мака придирками, вымещая на нем свое недовольство. Ее раздраженный голос разносился по всей фирме.

– Ничего, справлюсь, – многозначительно сказал Мак. – Насытившись по горло, она пойдет искать другое агентство. Это аукнется Ланкастерам, не мне.

Вынужденная согласиться, Кирри не испытывала злорадства. Миссис Ланкастер придется усвоить, что, если хочешь процветания дела, не следует замешивать в него дружбу. Позволив Лорне манипулировать собой, она подорвала целое направление деятельности фирмы. И лишилась сотрудницы, которая это направление создавала.

Кирри размышляла о потенциальном рынке для «Рефлекшнз Инк.» – и тут вдруг поняла, что уже стемнело и она одна на автостоянке.

Ее машина хорошо просматривалась: стоянка была освещена. Кирри быстро огляделась по сторонам, но никаких других машин поблизости не было. Она заверила себя, что страдает манией преследования. Эриксон не появлялся весь день. Маловероятно, что он подкарауливает ее сегодня вечером.

Кирри держала ключи в руке – в случае чего это будет неплохим оружием. Она быстро подошла к машине и осторожно осмотрелась. Отперев машину, убедилась, что на заднем сиденье никого нет. Затем, нырнув внутрь, снова заперла дверцу. Теперь она в безопасности!

В салоне машины – ничего подозрительного, Кирри тщательно проверила это. Эриксоном тут не пахло, напрасно она беспокоилась.

Влившись в транспортный поток, Кирри поехала домой. День прошел очень удачно. Она задумалась: как обстоят дела у Лэнга, помирились ли Боб с Конни. Для Мики будет очень плохо, если его родители разведутся. Кирри было жалко всех. Но больше всего – Лэнга и себя.

Поставив машину на автостоянке у своего дома и заглушив двигатель, Кирри внимательно осмотрелась по сторонам. Но вокруг были люди, и она успокоилась. Причин для тревоги нет: Эриксон отступил. В этом можно не сомневаться. Кирри почувствовала себя гораздо лучше.

Достав сумочку, она заперла машину, плотнее укуталась в плащ, чтобы защититься от прохладного вечернего воздуха. При мысли о самом радостном событии дня – перемене работы – у нее заискрились глаза.

Войдя в подъезд, Кирри зашла в лифт вместе с другими жильцами. Ехали молча. Выйдя на своем этаже, она пошла по коридору, гадая, дома ли Лэнг. Посмотрев на дверь его квартиры, она колебалась лишь мгновение. Лэнг ясно высказал свои чувства. Для нее больше нет места в его жизни. К тому же он наверняка уже переехал отсюда. Ей просто надо научиться жить без него.

Кирри отперла дверь, смутно отметив про себя, как легко добралась сегодня до дома, и повернула ключ за собой. Включив свет, она прошла в спальню, чтобы переодеться.

Едва она вошла в комнату, как чья-то рука больно сдавила ей шею сзади.

– Привет, милашка, – с издевкой произнес знакомый голос. – Небось решила, что я забыл про тебя? И не надейся! Настала пора расплачиваться, блондиночка ты моя.

У Кирри бешено заколотилось сердце. Ноги сделались как ватные. Ей было очень больно – Эриксон начал душить ее. Главное – не терять рассудок. Если она запаникует, все кончено.

– Мистер Эриксон, вас посадят, – пересохшими губами выдавила Кирри предостережение.

– Ты так думаешь? А чем ты мою вину докажешь? Тебе никто не поверит. – Его свободная рука нагло прошлась спереди по кофточке. – Недурно. Очень недурно…

«Теперь или никогда, – подумала Кирри. – Теперь или никогда». С бешено колотящимся сердцем она шагнула назад, что есть силы нанеся удар Эриксону в солнечное сплетение. Захлебывающийся вдох и ослабшая рука сказали все.

Действуя интуитивно, твердо помня все уроки Лэнга, Кирри стремительно развернулась и, нанеся удар коленом в пах, сделала шаг вперед, рывком вывела Эриксона из равновесия и швырнула его на пол.

«Беги отсюда, – внушал ей внутренний голос, – не разыгрывай из себя героиню». Она бросилась к входной двери. Ее дрожащие руки не сразу отперли замок. Распахнув дверь, Кирри выбежала в коридор. Она заколотила в соседнюю дверь, но никто не откликнулся. В коридоре было пусто! Из ее квартиры доносились какие-то шорохи.

Поддавшись панике, Кирри бросилась к лифту и несколько раз нажала на кнопку. Но кабина не двинулась с места. Кирри вспомнила предостережение насчет лестничных клеток, но была слишком напугана, чтобы следовать ему. Это был единственный путь к спасению.

Выбежав на лестницу, Кирри понеслась вниз, так напрягая мышцы щиколоток, что каждый шаг доставлял ей все большую боль. Дыхание ее стало прерывистым, каждый вдох обжигал грудь. Когда Кирри добежала до первого этажа и выскочила в вестибюль, у нее в горле застрял ком.

Охранник, увидев ее, нахмурился и тотчас же заспешил навстречу, хватаясь за кобуру.

– С вами все в порядке, мисс Кэмпбелл? – быстро спросил он. – Что случилось?

– В моей квартире… мужчина. Он напал на меня, – судорожно выдохнула Кирри.

У охранника потемнело лицо. Отведя Кирри в кабинет управляющего и передав ее встревоженной консьержке, он стал подниматься вверх по лестнице.

Кирри знала, что в квартире у нее сейчас пусто. Эриксон слишком опытен, он уже давно скрылся и теперь жаждет крови. Кирри ударила по его самолюбию. Шутки кончены. Он попытается убить ее.

К горлу девушки подступила тошнота. Консьержка поспешила проводить Кирри в туалет – и как раз вовремя. Вернулась она бледная и осунувшаяся. Охранник встретил ее мрачно.

– Я знала, что он сбежал, – дрожащим голосом прошептала она. – Я ударила его.

– Он перелез через балкон. Однако кто-нибудь должен был видеть его, – сказал охранник. – Но такие штучки никому не сойдут с рук в моем здании, – холодно добавил он. – Вам есть у кого остановиться, мисс Кэмпбелл, только на эту ночь? Мне бы не хотелось, чтобы вы остались одна.

Кирри горько усмехнулась. До этого ей не приходило в голову, что у нее нет близких друзей, только знакомые вроде Бетти. Во всей стране у нее нет никаких родственников, а где находится ее мать, одному Богу известно.

– Нет, – ответила Кирри, которую душили слезы. – У меня никого нет.

Охранник заметно обеспокоился. Он нахмурился, пытаясь найти какой-нибудь выход.

– Сейчас мы вызовем полицию.

У Кирри не было сил, чтобы спорить. Она чувствовала себя такой безвольной, как никогда прежде.

Прибывшие полицейские допросили ее. Кирри описала, как выглядит Эриксон, объяснила, что с ней произошло, и отослала их к другим сотрудницам фирмы, а также к Лэнгу.

– Мы возьмем этого типа, – спокойно заявил младший из полицейских. – Найти его будет нетрудно.

– Очень хорошо, что вы знакомы с основами самозащиты, девушка, – добавил его коллега. – Свою дочку я научил этому еще в детстве. Очень полезные навыки.

– Это точно, – слабо улыбнулась Кирри.

– Я вызвал одного из наших ребят, – сказал присоединившийся к ним встревоженный начальник охраны здания. – Он всю ночь проведет у двери вашей квартиры, мисс Кэмпбелл. Так что вам нечего бояться.

Кирри ощутила, что у нее по щекам потекли слезы.

– О… вы так любезны!.. – прошептала она.

Начальник охраны смутился.

– Вы живете в этом доме, – сказал он. – Мы не можем допустить, чтобы наши жильцы подвергались опасности. Ну-ну, не надо. Все позади.

Когда Лэнг вошел в административное здание, его внимание привлекло скопление людей в вестибюле. Расспросив собравшихся, он выяснил, что ошибочно сработала охранная сигнализация. Лэнг был уставшим после напряженного дня и ненавидел себя за то, как обошелся с Кирри. Черт побери Лорну, он не должен был позволять ей диктовать ему, как себя вести. Не должен был позволять ей унижать Кирри. Лэнг все это высказал Лорне. И добавил, что, если она будет настраивать Ланкастеров против Кирри, он выложит им кое-какие сведения о ней самой.

Лорна этого не ожидала. Побледнев, она бушевала минут десять. Но, в конце концов, сдалась и поведала Лэнгу, что у нее в жизни есть и другие мужчины. Ей нет необходимости оживлять старые знакомства, к тому же Лэнг ей все равно не нужен.

Лэнгу было нелегко проглотить это. Зато теперь ему не терпелось явиться к Кирри с повинной, признать ее правоту – он действительно слишком опасливо относился к браку из-за матери. Лэнг вернулся домой, собираясь сказать ей об этом и предложить начать все сначала. Никаких тайн между ними больше не будет. Все трудности, которые встанут у них на пути, они одолеют сообща.

Он оторвался от своих размышлений, заметив собравшуюся у кабинета управляющего толпу. Лэнг ринулся туда и увидел бледное лицо и порванную блузку Кирри. Эриксон!

Протиснувшись мимо полицейских к девушке, Лэнг, не произнеся ни слова, обнял ее и крепко прижал к себе.

– С тобой все в порядке? – спросил он вместо приветствия.

Кирри напряглась в объятиях Лэнга, но не попыталась оттолкнуть его.

– Эриксон подкараулил меня в квартире. Я вспомнила кое-что из твоих уроков и успела вырваться. Но он исчез. Теперь его ищут.

Он посмотрел ей в лицо. Кирри держалась молодцом, но в глазах ее был страх.

– Черт его побери, – процедил Лэнг.

– Мы поставим человека у двери ее квартиры, – начал было начальник охраны.

– К черту! Я отвезу ее домой к брату и невестке. Там она будет в безопасности, – оборвал его Лэнг.

– Верно, – согласился один из полицейских. – Мы возьмем его. Но девушке лучше находиться там, где он не сможет ее найти.

– Я позабочусь о ней. – Лэнг повернулся к начальнику охраны. – Спасибо, – хрипло добавил он.

Тот, пожав плечами, улыбнулся. Так-то лучше. У красивой молодой женщины всегда найдется защитник. Причин для беспокойства нет.

Глава десятая

Проводив Кирри в ее квартиру, Лэнг позвонил Бобу и рассказал о том, что произошло.

– Приезжайте, – подавленным голосом произнес Боб. – Конни и Мики сегодня вернулись домой.

– А Тереза? – спросил Лэнг.

– Я вел себя глупо. Конни не разговаривает со мной, но, если ты привезешь Кирри, возможно, дело пойдет на лад.

– Скоро увидимся. Спасибо.

Он положил трубку. Кирри продолжала стоять в дверях спальни, все в той же одежде.

– Ты не переоделась, – мягко напомнил Лэнг.

– Я не хочу заходить туда одна, – смущенно усмехнулась Кирри. – Глупо, да?

– Вовсе нет. Я считаю тебя очень храброй.

Кирри улыбнулась ему в ответ.

– Я себя таковой не считаю. Я испугалась до смерти.

– Неудивительно. – Лэнг вошел вместе с ней в спальню. – Что ты хочешь надеть?

Кирри отложила джинсы и футболку, и Лэнг, опередив ее, начал раздевать девушку.

Она смотрела на него широко раскрытыми, словно у ребенка, любопытными глазами.

– Это занятие начинает мне доставлять удовольствие, – заметил он, оставив только трусики и лифчик. – У вас восхитительная фигура, мисс Кэмпбелл.

– Я вся разбитая.

– Вот как? – Лэнг привлек ее к себе, целуя с безграничной нежностью. Его руки скользнули по ее бедрам, а большие пальцы погладили живот. Приподняв голову девушки, Лэнг посмотрел ей прямо в глаза, нежно прижимаясь к ней. – Я тоже едва стою на ногах. Когда целую тебя, у меня подгибаются колени.

Это рассмешило Кирри.

– Неправда.

Лэнг и Кирри потерлись носами.

– Как ты узнала? Ты же не смотрела вниз.

Кирри медленно вздохнула, у нее на лице проступило беспокойство.

– Я не ошиблась: ты сказал, Конни вернулась к Бобу?

– Да, Боб одумался.

– Возможно, и она тоже. – Она поднесла руку к лицу, борясь со слезами и жаждой быть любимой. – Мне бы хотелось…

– Что? – тихо спросил Лэнг.

Она высвободила руку.

– Ничего. Нам пора идти.

– Ты поедешь в таком виде? – спросил Лэнг. – Нас арестуют.

– Если ты отпустишь меня, я оденусь.

– Нет, мне это не по душе, – задумчиво проговорил он. – Скрывать такое красивое тело – это преступление.

Кирри залилась краской, но рассмеялась.

– Лэнг!

Он поцеловал ее со сладостной медлительностью.

– А не заняться ли нам сперва любовью? – прошептал он. Его руки поднялись к ее груди и начали страстно терзать ее. – Ты не против?

– Мы же договорились избегать друг друга, – слабо возразила Кирри.

– Это было до, – прошептал он, прижимаясь к ее губам.

– До чего?

– До того, как я обнаружил, что не буду возражать, если у нас будет ребенок.

Она застыла, прижавшись к нему и вглядываясь в его глаза, словно старалась разгадать спрятанную в них тайну.

– Ч… что?

Лэнг поднял ее, крепко сжав руками.

– Со службы можешь не уходить, – сказал он, относя ее в постель. – Я зарабатываю прилично, но лишние деньги не помешают. К тому же тебе нужна независимость. Мы найдем подходящий ясельный центр, я научусь менять пеленки и кормить его… если ты, конечно, позволишь мне! – добавил он с нахальной улыбкой, опуская взгляд на грудь Кирри.

Она задрожала от наплыва чувств.

– О да, мне бы… хотелось, – простонала она. – Лэнг, я так люблю тебя, – всхлипывая, вымолвила Кирри. – Больше жизни!..

Лэнг лег на нее, мягко вдавив в матрац. Его рот впился в ее губы, а руки, нащупав застежки, открыли нежную наготу ее тела его глазам, рукам, губам.

– Я тоже тебя люблю, – прошептал он в ответ. – Меня очень пугала мысль о семье. Я даже не понимал почему, до тех пор, пока ты не заставила меня осознать, какие раны оставило в моей душе детство. Но теперь я с этим справлюсь. Больше я тебя никогда не покину. Так и знай.

– Хорошо. Буду знать. – Кирри посмотрела на него, вложив в этот взгляд все свое сердце. – Лэнг?

– Мм? – пробормотал он, целуя ей шею.

– Ты не мог бы раздеться?

Лэнг фыркнул.

– Хочешь полюбоваться?

У нее перехватило дыхание.

– Да, – прошептала она с расширившимися от пылкого желания глазами.

Хрипловато рассмеявшись, Лэнг встал с кровати и снял все, что скрывало от взглядов Кирри его могучее тело. Когда он снова повернулся к ней, девушка задрожала от сладостного предвкушения.

Он лег рядом с ней, глаза его наполнились теплым светом разделенного чувства.

– Если хочешь, мы кое-чем воспользуемся.

Кирри привлекла его к себе.

– Опасаешься, что я не смогу быть одновременно женой и матерью, не так ли? – мягко спросила она. – Почему бы тебе не позволить мне показать, на что я способна?

– Дорогая, – прошептал Лэнг, закрывая губами ее приоткрытый рот, – я хочу этого больше всего на свете!

Он прижался к ней, и целую вечность они провели в страстных ласках, перешедших в настойчивый, сладостно-медленный ритм любви. Теперь любовь эта выражалась с неведомой прежде нежностью, и после взрыва неистового удовольствия они застыли в благодатной дрожи.

– О Боже! – простонал Лэнг прямо в уста Кирри, придавливая ее всем своим весом. – Это сон?

– Надеюсь, нет, – прошептала девушка. Переплетаясь ногами с ним, она вжалась лицом в его влажную шею. – Весь мир дрожал, правда?

Лэнг рассмеялся.

– И не только он, – сухо добавил он.

– Мне нравится, как ты любишь меня, – промолвила Кирри. – И я люблю тебя.

– Покажи мне это еще раз, – произнес Лэнг, по-прежнему не отрывая губы от ее рта, и медленно прижался к ней бедрами.

– А ты сможешь? – неуверенно спросила Кирри.

Лэнг засмеялся, увидев ее раскрывшиеся от изумления глаза.

Лишь через три часа они приехали к Бобу и Конни.

– Мы уже начали беспокоиться, – сказал Боб, приветствуя вышедших из машины Лэнга и Кирри. – Кирри, как ты себя чувствуешь?

– О, прекрасно, – улыбнувшись, заверила его она. – Я еще под влиянием случившегося, но это пройдет.

– Она завалила Эриксона, – гордо добавил Лэнг, довольный тем, что брат не видит его покрасневшие скулы. – Огромное спасибо, что разрешил нам приехать.

– А для чего же существуют родственники? Конни, они приехали!

Появилась Конни, с несколько подавленным видом, зато в платье, делавшем ее столь женственной, что Лэнг подался вперед, не веря собственным глазам.

– Конни? – потрясенно спросил он.

Она сверкнула глазами.

– Да, Конни, не узнал? Привык видеть меня перепачканную маслом? – язвительно спросила она.

Лэнг ухмыльнулся.

– Точно. Я уж и забыл, как ты без масла выглядишь, – парировал он.

Даже не взглянув в сторону Боба, Конни крепко обняла Кирри.

– Как ты себя чувствуешь, дорогая? – озабоченно спросила она.

– Превосходно, – беспомощно улыбнулась Кирри, оглядываясь на Лэнга. – У нас помолвка.

– Вы нам уже говорили, ты забыла? – мягко напомнила Конни.

Они-то не знали о том, что помолвка была расторгнута. Лэнг и Кирри, улыбнувшись, переглянулись.

– От вас двоих ничего путного не добьешься, – фыркнул Боб. – Пойдемте в дом. Мики уже спит. Мы угостим вас кофе с пирогом.

– Моим пирогом! – резко обернулась Конни к Бобу, несколько смущенному. – Я только что испекла его. Я умею готовить не хуже ее!

– Голубушка, я никогда не утверждал обратного, – начал было Боб.

– Гмм! – пробормотала Конни и первой направилась в дом.

– Вот так она ведет себя с тех пор, как вернулась домой, – растерянно заявил Боб. – Обращается со мной как с прелюбодеем. Клянусь Господом, я пальцем не прикоснулся к Терезе.

– Ты говорил это Конни?

– А она станет слушать? – спросил Боб.

– Если ты изложишь должным образом, возможно, и станет, – задумчиво произнес Лэнг, любящим взглядом провожая Кирри, удалившуюся на кухню вместе с Конни.

Боб с любопытством посмотрел на брата.

– На сей раз ты, кажется, и впрямь собираешься жениться на Кирри? – спросил он.

Лэнг помолчал, засунув руки в карманы.

– Да, – сказал он. – Похоже, наше детство меня покалечило сильнее, чем тебя, Боб, – добавил он. – Я больше всего боялся сделаться отцом ребенка, который для матери станет только помехой.

– Неужели ты считал, будто Кирри похожа на нашу мать? – задумчиво спросил Боб. – Она из тех, для кого материнство – главное.

– Вот уж нет, – с гордостью возразил Лэнг. – У нее отличная голова, и она должна пользоваться ею. К тому же она одна из лучших каратисток, с которыми я занимался, – усмехнулся он. – Она уложила Эриксона! – В его глазах сверкнули гневные искры. – Черт его побери, надеюсь, нам удастся навсегда вывести его из игры. Если бы Кирри не умела обороняться, Эриксон как минимум изнасиловал бы ее. А мог бы даже убить.

Боб нахмурился.

– Что она ему сделала?

– Он работал охранником у них в фирме. Кирри воспротивилась тому, что он обращается с ней словно с проституткой.

Боб поднял брови.

– Как ему удавалось так долго сохранять свое место при таком хамстве?

– Издержки эмансипации. Видишь ли, в начале века женщины хоть и пользовались меньшей свободой, зато к ним относились с большим уважением. Мужчина, оскорбивший женщину – неважно, замужнюю или нет, – рисковал быть избитым до полусмерти. А сейчас… ты удивишься, какие выражения позволяют себе мужчины в присутствии прекрасного пола.

– А ты когда-нибудь слышал, что говорит Конни, попав себе по пальцу молотком? – задумчиво проговорил Боб.

Лэнг похлопал брата по спине.

– Намек понял.

За ужином разговор в основном шел о том, что случилось с Кирри, но Боба забавляли взгляды, которые она кидала на Лэнга.

– Сдается, вы еще не договорились о дате, – заметил Боб.

– На следующей неделе, – непринужденно ответил Лэнг, улыбаясь удивлению Кирри. – Конечно, если ты не хочешь пышной свадьбы.

– Я хочу одного тебя, – искренне ответила Кирри. – Меня устроит мировой судья и простое обручальное кольцо.

– Так же поступили и мы с Конни, – сказал Боб, и его темные глаза обратились к хмурому лицу жены. – Мы часами сидели и просто разговаривали. Дружеские отношения завязались между нами задолго до того, как мы решили жить вместе. А когда появился Мики, перед нами открылся новый мир.

У Конни, вспомнившей рождение сына, смягчились глаза. Она взглянула на Боба с упреком и болью.

– И ты хочешь вышвырнуть десять прекрасных лет ради какой-то девчонки, разыгрывающей из себя хранительницу домашнего очага!

У него осунулось лицо.

– По крайней мере, ей это нравилось.

– Пока, – согласилась Конни. – Но она очень молода. Пройдет несколько лет, и она поймет, что женщина не просто придаток собственного мужа. Теперь на кулинарных рецептах далеко не уедешь. Не это главное.

– Главное – содержать в чистоте дом и воспитывать детей, уделяя им любовь и внимание, – сердито заметил Боб.

– Ну разумеется, – печально улыбнулась его жена. – Но ведь трудно перебиваться на одну зарплату. Мне хотелось пожить в достатке. Впрочем, я, кажется, начала сходить с ума. – Пожав плечами, Конни неуверенно взглянула на Боба. – Из-за работы чуть не потеряла свою семью. Я считала, что хочу стать автомехаником, но, как оказалось, больше всего на свете я хочу быть с тобой и Мики.

Боб уставился в чашку с кофе.

– Я тоже хочу быть с тобой и Мики. В моем возрасте слишком хлопотно обзаводиться новой супругой, – признался он.

Конни улыбнулась.

– Я могла бы работать на кого-нибудь…

Боб поднял взгляд.

– Ты можешь работать в своей мастерской, здесь, во дворе, – натянуто произнес он. – Только закрывай ее по средам и субботам и эти дни, а также воскресенья проводи с семьей. Да, еще вот что. Не такая уж это плохая мысль – иметь в доме прислугу. – Прежде чем Конни успела что-либо сказать, он добавил: – Я знаю одного паренька, он любит готовить и не возражает против уборки. Это сын миссис Джонс, и деньги ему пригодятся, так как он собирается после школы поступить во французское кулинарное училище.

Конни была поражена.

– Но ты же ненавидишь мою работу!

– Я ревновал тебя к ней, – с улыбкой признался Боб. Он посмотрел на брата. – Мне кажется, мы с Лэнгом никогда особенно не распространялись о своем детстве. Мы выросли в ущербной семье и даже не подозревали об этом. Теперь нам обоим приходится на собственном опыте убеждаться: брак таков, каким его сам делаешь.

У Конни просветлело лицо. Она вспыхнула, когда Боб тепло улыбнулся ей, и он рассмеялся.

– Не так уж плохо иметь в семье автомеханика. Хотя, конечно, с моей машиной всегда какие-то проблемы, – добавил Боб.

– Я могу починить ее, – задумчиво промолвила Конни.

– Знаю.

Кирри почувствовала, как Лэнг взял ее за руку. Она посмотрела на него, вложив во взгляд всю душу, и у него перехватило дыхание.

– Где вы собираетесь жить, когда поженитесь? – спросил Боб, разбивая очарование мига.

– Мне нравится моя работа, – улыбнулся Лэнг. – У меня в квартире, у нее – разницы нет. Я готов жить с нею хоть в глинобитной хижине, – торжественно добавил он.

– Обеими руками «за», – тихо сказала Кирри.

– Пока не появятся малыши, – медленно добавил Лэнг, глядя ей прямо в глаза. – Тогда, вероятно, нам понадобится собственный дом. С большим двором, чтобы можно было завести собаку.

Глаза Кирри наполнились слезами искренней радости.

– Ты и дальше будешь работать в «Ланкастер Инк.? – спросила ее Конни.

Кирри набрала побольше воздуха.

– О, чуть не забыла!

И она рассказала о новой работе, на которую только что устроилась. Лэнг расхохотался.

– А я-то думал, что ты не слушала меня тогда.

– Слушала. Мак говорит, мистер Ланкастер очень расстроится, так как Лорна еще поговаривает о том, чтобы расторгнуть контракт.

– Это нисколько не удивляет меня, – заметил Лэнг. – Я очень сожалею, что Лорна доставила тебе столько неприятностей. Надеюсь, ты веришь, что между нами действительно ничего нет?

– О, ну, конечно же, – заверила его Кирри. Невозможно не верить этому, когда он так смотрит на нее и все его чувства отражены у него на лице. – Что будет с Эриксоном, когда его поймают? – озабоченно спросила Кирри. – Хватит ли доказательств, чтобы засадить его в тюрьму?

Лэнг с беспокойством вспомнил, что прежде Эриксону сходили с рук его деяния.

– Надеюсь.

Кирри думала о том же. Крепко сжав руку Лэнга, она постаралась не предаваться печальным мыслям. Перед ней возникли картины долгого нудного судебного процесса, который разорит их.

– Ни о чем не беспокойся, – тихо сказал Лэнг, нежно целуя ее в лоб. – Что-нибудь придумаем. Обещаю тебе.

Оставшись ночевать, они неохотно разлучились друг с другом: Кирри отправилась в комнату для гостей, а Лэнг устроился на диване. Кирри не хотелось разлучаться с ним даже на время сна. Судя по всему, Лэнг испытывал те же чувства, так как рано утром он взял девушку и отнес ее к себе на диван, где они и заснули в объятиях друг друга.

Конни и Боб обнаружили их утром в таком виде и, снисходительно улыбнувшись, тоже обнялись.

– Помнишь, – нежно спросил Боб, – что значит любить так сильно, что расставание на несколько часов кажется нестерпимой мукой?

– О да. – Конни поцеловала его. – Я по-прежнему испытываю то же самое. Именно поэтому я вернулась домой.

Улыбнувшись, Боб привлек ее к себе.

– И я тоже. Я рад, что мы оба вовремя очнулись, Конни.

– В браке без уступчивости не обойдешься, иначе семья долго не продержится. Ради Мики, ради нас самих я… да, я рада, что мы образумились.

Боб фыркнул.

– Прошедшая ночь позволяет в этом усомниться. Больше того, сдается, я сорвался с цепи. – Он склонился к ее уху: – Ты действительно сделала это или мне приснилось?

Конни стала пунцовой.

– Боб!

Это восклицание разбудило Лэнга и Кирри. Они, моргая, уставились на хозяев. Лэнг глупо ухмыльнулся.

– Не подумайте ничего такого…

– Я подумал, что вижу двух влюбленных, – хмыкнул Боб. – Вставайте завтракать, дурачки.

Днем Лэнг и Кирри поехали в Сан-Антонио. Обоим не терпелось узнать, нет ли каких-нибудь новостей об Эриксоне. То, что они узнали, потрясло их.

– Все закончилось довольно трагично, – небрежно заметил лейтенант полиции, принявший их в участке. – Он ехал слишком быстро и упал с моста, пробив ограждение. Мы нашли его только через несколько часов. Я пытался связаться с вами, но вас не было дома.

– Мы находились у моего брата во Флоресвиле, – сказал Лэнг, привлекая к себе Кирри. – Последние несколько недель она жила в аду.

– Да, знаю. К сожалению, это не единственный случай, – ответил полицейский. – Я разговаривал с одним из законодателей, он считает, что давно пора принять по этому поводу закон. Ему бы хотелось поговорить с вами, мисс Кэмпбелл.

– С удовольствием, – тихо ответила Кирри.

– Так или иначе, теперь вы в безопасности, – сказал полицейский. – Постарайтесь не принимать случившееся близко к сердцу. В мире полно людей, получающих наслаждение, делая больно другим. Именно поэтому у меня есть работа.

– Спасибо.

Они вышли на залитую солнечным светом улицу, и Кирри вцепилась Лэнгу в руку.

– Вот почему женщины стараются не связываться, – расстроенно произнесла она.

– С чем?

– С неприятностями на работе, – ответила она. – Они опасаются, что с ними произойдет нечто подобное тому, что случилось со мной. Боятся стать объектом насмешек сослуживцев, а то и быть уволенными. Но, даже если удается сохранить работу, к тебе начинают относиться с неприязнью. Ведь многие, в том числе и женщины, полагают, что глупо поднимать шум из-за фривольностей, которые нам приходится терпеть от мужчин.

Лэнг повернулся к ней.

– Никто никогда и не говорил, что жизнь проста. Иногда опасно поступать по справедливости. Часто это причиняет сердечную боль. И все же люди должны иметь право работать без помех.

Кирри некоторое время колебалась. Затем кивнула.

– И все равно, не знаю, хватило бы у меня мужества снова пройти через это – после того, что со мной случилось.

Лэнг усмехнулся.

– Вот как? А я-то думал, что мужества у тебя достаточно.

– Ты относишься ко мне с пристрастием.

– Я люблю тебя до беспамятства, – просто произнес он. – Разве это не заметно?

У нее в глазах сверкнули радостные искорки.

– Даже среди бела дня! Должно быть, ты говоришь правду.

– Ты мне не верила?

– Верила, – после некоторого раздумья сказала Кирри. – Наверное, я не смогла бы любить тебя так сильно, если бы ты не любил меня.

– Умница. Когда ты увольняешься из „Ланкастер Инк.“?

– В следующий понедельник. В „Рефлекшнз Инк.“ меня берут с повышением жалованья.

Лэнг просиял.

– Замечательно. А тебе не придется разъезжать больше, чем теперь?

– Нет, – радостно ответила Кирри. – Я предупредила будущего шефа, что вечерами предпочитаю оставаться дома, и он ответил, что у него есть два холостых сотрудника, любящие путешествовать. Может, изредка мне придется уезжать из города, но ненадолго.

– Это я переживу. – Лэнг стиснул зубы. – Слава Богу, моя работа требует моего присутствия в городе, так что, если ты уедешь, детьми займусь я.