355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Дэйв Дункан » Таинственные земли » Текст книги (страница 21)
Таинственные земли
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 18:43

Текст книги "Таинственные земли"


Автор книги: Дэйв Дункан



сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 25 страниц)

Старуха снова визгливо захохотала и повернулась, отыскивая Распнекса.

– Так предскажи его судьбу!

На этот раз предсказание было кратким. Зиниксо просто уставился на своего дядю, а затем приглушенно хохотнул. Его смех был таким же низким, как рокот прибоя на берегу.

– Да, ты вернешься. Если будешь держаться подальше от женщин.

– Зеленые мне не по вкусу, – отозвался Распнекс. Волшебница погрозила ему узловатым пальцем.

– Придержи язык, гном! Превращайся в гоблина.

Колдун пожал плечами. Он начал стаскивать рубашку, и она растаяла на глазах. Серая кожа приобрела зеленоватый оттенок, кудрявые волосы удлинились и стали прямыми, сгустились и упали ему на сально поблескивающую грудь. Голова гнома уменьшилась в размерах, ноги удлинились. Ног и уши стали крупнее и заострились. Через несколько минут он превратился в гоблина среднего возраста, в кожаной набедренной повязке. Улыбнувшись, Распнекс показал, что его зубы, прежде похожие на камни, стали острыми. Волна обычного для гоблинов запаха протухшего жира заставила сморщить носы всех присутствующих в Бельведере.

– О, красавчик! – завизжала старуха. – Но смотри, чтобы иллюзия не исчезла! – Она протянула палец, и на лице бывшего гнома появился сложный рисунок татуировки. – Бегун из племени Волка!

Зиниксо поднялся.

– Встань вон там, Бегун, против ветра! Еще одно, волшебница. – Он с усмешкой взглянул на Маленького Цыпленка. – Он забрал слово, которое принадлежит мне.

Йоделло сказал: «Я украл слова у гнома».

– Подумаешь! У тебя останется третий – заколдованные пятеро знают слово. Отними его взамен.

Долгую минуту волшебник колебался, затем кивнул:

– Решено. Действуй, дядя. Вот тебе шанс искупить вину. Вы хотите забрать гоблина с собой, ваше всемогущество, или я должен доставить его вам?

Блестящая Вода пожала костлявыми плечами, и дракончик забеспокоился. Ветер бросил на лицо старухи прядь рыжих волос.

– Нет. Просто отправь их на материк. С такой судьбой он не пропадет.

Бормоча что-то под нос, она направилась к волшебному ковру.

– Не их, – поправил Зиниксо, – а его. Рэп ощутил внезапный прилив надежды. Блестящая Вода повернулась и нахмурилась.

– Фавн нужен мне! Птица Смерти убьет фавна. Иначе ничего не выйдет, ты же видел.

Волшебник покачал своей крупной головой и торжествующе заявил:

– Ты купила одного! Второй остался мне.

– Зачем он тебе?

– И тебе он не понадобится, если я убью его. А я это сделаю! И немедленно!

– Нет!

– Можешь не сомневаться. Считаю до трех! – Гном указал на Рэпа. – Один!

Оотиана вскочила с дивана и быстро отошла на безопасное расстояние. Горло у Рэпа перехватило так, что он едва дышал. Зиниксо мог уничтожить его, даже не задумавшись.

– Чего еще ты хочешь? – зло спросила Блестящая Вода. Похоже, первый раз она проиграла.

– Тебе достанется твой король. А я заберу королеву.

– Зачем? Чего ты хочешь от нее? Гном фыркнул.

– Решу позднее. Она – ценное приобретение, и этого пока достаточно. Два!

Оотиана застыла в ужасе, прижав руки к губам. Рэп попытался шевельнуться, но какая-то незримая сила приковала его к дивану. С другой стороны, зачем бороться? Эта смерть будет гораздо быстрее, чем смерть от рук волшебницы-гоблинки или ее любимчика Птицы Смерти.

– У меня ее нет, – мрачно заявила Блестящая Вода.

– Зато ты знаешь, где она.

Волшебница кивнула с явным нежеланием.

– Говори! – потребовал волшебник и не завершил отсчет.

– Ее забрала какая-то Раша. И пыталась продать Олибино. Но Восток не устроила цена.

Зиниксо зашипел и склонил голову, словно предвидя схватку.

– Что это была за цена?

– Можешь гадать сколько влезет. – Безумная уверенность, казалось, возвращалась к Блестящей Воде. – Но теперь королевы нет ни у кого, так что можешь успокоиться, сынок.

Волшебник вовсе не выглядел успокоенным, но разжал невидимые руки на горле Рэпа, и Оотиана испустила вздох. Холодный ветер взъерошил пропитанные потом волосы Рэпа.

Волшебница погладила дракона, который снова стал розовым. Рэпу опять послышалось мурлыканье.

– Эльф захотел ее, и я сказала, где ее найти.

– Где же?

– Она была в Зарке, в Араккаране. У Литриана в городе как раз был прислужник, и он уволок крошку из-под самого носа Олибино.

– Что это делал прислужник Юга во владениях Востока? – прорычал Зиниксо, озадачившись и переполнившись подозрениями больше, чем прежде.

– Кто знает? Хочешь сказать, что ты никуда не рассылаешь прислужников? О Боги, да этот парень честнее, чем он выглядит! Этот прислужник – всего лишь маг, но каким-то образом ему удалось сманить королеву. Теперь она в пустыне и, полагаю, направляется к владениям Юга. Восток не знает, куда она девалась, и потому не может отдать ее императору, как пообещал.

– Что же задумал Юг? – Вспомнив об эльфе, гном вновь хищно оскалился.

Рэпа мучил тот же вопрос. Ему не было дела ни до судьбы войск импов в Краснегаре, ни до того, что сделают с ними гоблины, когда появятся; но участь Инос его тревожила. Если волшебник Юга так же плох, как остальные два Хранителя, то Инос грозит ужасная опасность. Рэпу было ненавистно думать о том, что она оказалась в лапах Раши, но теперь он считал, что оказаться во власти Хранителей еще хуже. Они собирались выдать Инос замуж за гоблина, и, похоже, император был готов согласиться с ними.

– Я же предупреждала тебя, – издевательски произнесла Блестящая Вода, – никогда не спрашивай об эльфах. Их мысли перепуганы, как у пьяных мотыльков. Но Восток считает, что ему следует позаботиться о Калкоре и гоблинах, которые сожгли Пондаг и двинулись через перевал, и потому теперь он не может доставить девчонку императору. Бедняжка стала краснокожей, как джинн.

Зиниксо задумчиво жевал ноготь. Казалось, этой ночью его подозрения многократно усилились.

– Покажи! – попросил он.

Блестящая Вода пожала плечами, чуть не сбросив дракона. Она оглядела комнату и снова закружилась в своем диком танце вокруг волшебного ковра, пока не остановилась перед огромным овальным зеркалом, висящим на стене. Старуха уставилась в зеркало, поглаживая дракона, а тот приобрел грязновато-розовый оттенок.

– Должно быть, в Зарке скоро рассветет, – пробормотала она. – Может, они уже сворачивают шатры.

Зеркало засияло, и вид в нем изменился. Рэп обнаружил, что сидит, вонзая ногти в ладони – это зрелище было отвратительным напоминанием о волшебном окне в Краснегаре, которое причинило им столько бед.

Вскоре до него донесся странный шум, подобного которому Рэпу еще не доводилось слышать. Шум исходил из зеркала – чудовищный рев, отдаленный и приглушенный, словно слышимый сквозь толстое стекло. Все в Бельведере наблюдали за действиями волшебницы.

Неожиданно мохнатая морда появилась в раме, обнажила великанские зубы и заревела.

Зиниксо вскочил.

– Что это за Зло?

– Это верблюд! – крикнула Оотиана, а Блестящая Вода залилась пронзительным хохотом. Чудовище исчезло в темноте. Теперь за стеклом разлился серый свет, словно зеркало было обращено в то место, где было светлее, чем вокруг Бельведера. Тень Блестящей Воды легла на пол, фонари погасли.

Затем появился новый вид – ряд темных силуэтов под деревьями. Рэп узнал деревья – это были пальмы, а Тинал говорил, что в Зарке должны быть пальмы. Он вытер лоб и взглянул на Маленького Цыпленка – тот ухмылялся. Оотиана была явно очарована. Зиниксо по-прежнему грыз ноготь. В дальнем конце комнаты стоял мнимый гоблин Распнекс, скрестив толстые зеленоватые руки на голой груди.

Темные силуэты приблизились и стали четче, превратившись в ряд черных шатров.

– По-моему, вот этот, – решила волшебница. Несмотря на сумасшествие, ее колдовство впечатляло. Шатер, который теперь появился в зеркале, ничем не отличался от других, разве что его полотнища хлопали сильнее – должно быть, веревки были слабо натянуты да занавеску у входа трепал ветер. – Посмотрим, посмотрим… Королева Иносолан! – От крика старухи все вокруг подскочили.

Рэп подвинулся поближе к краю дивана. Никто этого не заметил.

Минуту слышался лишь шум ветра и моря да крики чудовищных животных из-за зеркала. Рэп затаил дыхание. Неужели Инос жива и здорова? Он слышал, как стучит его сердце. Волшебница позвала снова:

– Королева Иносолан!

Занавеска шатра задергалась. Кто-то выбирался наружу на четвереньках, затем поднялся и застыл – закутанная в черное фигура с блестящими глазами. Неизвестная огляделась, словно гадая, откуда донесся голос. Даже в предрассветной мгле Рэп узнал ее. Слезы навернулись ему на глаза.

– Вот она! – торжествующе воскликнула Блестящая Вода, отступая в сторону, чтобы все могли видеть.

Они хотят выдать Инос замуж за Маленького Цыпленка!

– Какая прелесть! – заявил Зиниксо. – Нежная и аппетитная! Она будет моей гостьей, пока Четверка не устроит ее брак.

Нет! Нет! Рэп вскочил на ноги, пренебрегая предостерегающим жестом Оотианы, и бросился через комнату к зеркалу.

– Инос! – вскричал он. – Это я, Рэп!

Инос огляделась с озадаченным видом. Зеркало приглушало его голос. Затем, должно быть, она разглядела Рэпа. У нее приоткрылся рот, и Рэп услышал слабый вскрик.

Вцепившись в раму обеими руками, он завопил изо всех сил:

– Инос! Это ловушка! Беги, Инос! Не оставайся с ними!

Ему едва хватило времени заметить еще одну фигуру, вывалившуюся из шатра. Она бросилась прямо к нему, размахивая кривым мечом. Но изображение в зеркале не могло повредить Рэпу.

А магия могла. Прежде чем он издал еще хотя бы слово, его отбросил невидимый удар, резкий и сильный, как атака разъяренного быка.

 
Он рухнул на пол вдалеке от зеркала.
Нам всем дарована не большая свобода,
чем в балагане призрачным теням,
что пляшут в свете солнца-фонаря,
послушные рукам умельца-кукловода.
 
Фицджеральд. Рубай Омара Хайяма (68, 1879)

Часть девятая
Мёртвое вчера

Камни больно впивались в ладони и бедро Инос. Она вытянулась на холодной земле, неудержимо дрожа и не в силах заговорить, а Кэйд с тревогой обнимала ее.

– Я тоже видел! – Азак застыл над ними, еще держа в руке ятаган и оглядываясь в предрассветной тьме. Из шатра появилась Фуни, потирая заспанные глаза, но, к счастью, она пока молчала. Из других шатров тоже начали появляться люди, потревоженные воплем Инос. Рев верблюдов по-прежнему служил фоном для нарастающего шума в лагере, вершины Агонист розовели на востоке.

– Призрак? – повторила Кэйд.

– Не знаю, что еще это могло быть, – мрачно отозвался Азак. – И призраков я никогда не видел. Вы знаете его? – спросил он у Инос.

Она кивнула с несчастным видом.

Рэп, Рэп! Это был его голос. Он выглядел как Рэп, смутный, прозрачный образ в полутьме. Инос успела даже разглядеть его вечно встрепанные волосы и нелепые татуировки на лице.

Но почему Рэп? Инос никогда не считала его плохим человеком – может, неуклюжим, упрямым, способным на необдуманные поступки, но только не злым. Вот Иггинги был скверным человеком. И Андор тоже. Экка часто строила козни. Но Инос даже в голову не приходило, что в Рэпе может оказаться больше дурного, чем хорошего. Она считала, что когда Боги взвесят его душу, стрелка весов наверняка отклонится в сторону добра, он присоединится к Добру и навечно станет его частью, как гласит Священное Писание. Только великого грешника отвергает даже само Зло, оставляя бродить по миру в облике призрака. С Рэпом такого не могло быть! Если даже Рэп признан столь дурным, то на что же надеяться ей самой, ее отцу, всем остальным?

Вокруг собралась толпа, посыпались вопросы. Замечая, что у женщин открыты лица, мужчины отворачивались. Другие женщины подступали ближе, взволнованно щебеча.

– Пустяки! – уверял Азак, свирепо хмурясь. – Просто страшный сон. – Только когда люди стали поспешно отступать, он заметил, что до сих пор держит в руке обнаженный меч, и спрятал его в ножны.

Кэйд помогла племяннице подняться. Та старалась сдержать дрожь.

– Со мной все хорошо! – заявила Инос.

– Инос, – прошептала Кэйд, широко раскрыв голубые глаза, – кто это был?

– Рэп.

– Рэп? Не может быть! – Но должно быть, Кэйд вздохнула с облегчением, узнав, что племянница видела не своего отца.

– Кем был этот Рэп? – спросил Азак. Инос только покачала головой. Кэйд объяснила:

– Слугой ее отца. Конюхом. Мы считаем, что его убили импы.

– Должно быть, он и вправду мертв. Там, где я видел его, на песке не осталось следов. Мой меч пронзил его насквозь. – В полутьме ярко поблескивали белки глаз Азака.

Наверняка он встревожился сильнее, чем хотел признать. Повернувшись к Фуни, он рявкнул, приказывая ей приготовить кофе. Фуни убежала. Инос с помощью тети зашагала к шатру, и внезапно ее ноги перестали дрожать.

– Все уже прошло, – заявила Инос. – Я дойду сама.

Азак поднял занавеску у входа, и все вошли внутрь, подальше от любопытных глаз. Инос рухнула на свою постель и вновь затряслась. Кэйд укрыла ее одеялом.

– Он говорил, – произнес Азак. – Что это видение сказало вам?

– Он… сказал… что это ловушка. Велел бежать прочь. Великан нахмурился, поправил меч и сел, скрестив ноги.

– Именно это мы и собирались сделать.

– Но теперь не сможем, – прошептала Инос, вспомнив о собравшейся толпе, и поплотнее завернулась в одеяло.

– Сегодня – да. А завтра мы окажемся еще дальше от побережья. Лодка может нас не дождаться. Азак почесал щетинистую щеку и нахмурился.

– Призраки – олицетворение Зла! – возразила Кэйд. – Нельзя доверять их словам! Невозможно представить себе большую глупость, чем вера в совет призрака!

Инос перевела взгляд на Азака, и они одновременно кивнули.

– Нам не следует верить ему! – произнес Азак.

Но этот призрак был так похож на Рэпа! И говорил он в точности как чем-то взволнованный Рэп. Инос никогда не считала Рэпа достаточно умным – скорее упрямым, действующим из лучших побуждений, усердным. И если Рэп говорил так взволнованно, значит, у него были на то причины. Он не питал пристрастия к глупым шуткам, которыми увлекались Лин или Верантор.

Инос обнаружила, что чутье советует ей поверить словам призрачного видения. Бежать! Но Кэйд рассудила разумно: принять совет от призрака – неизмеримая глупость. Призраки не способны творить добро.

Рэп помог гоблину убить проконсула. Неужели этот грех изменил равновесие? Бедный Рэп!

Азак пристально смотрел на нее. О чем он думал?

– Я сделала глупость, – произнесла Инос. – Мне не следовало так кричать. Но все случилось так неожиданно, внезапно…

– Этот поступок был совершенно естественным. Да, совершенно естественным для дворцовой неженки, но Инос хотела выглядеть совсем другой.

– Нет, это непростительно. Мне так стыдно!

– Королева Иносолан, – мягко произнес Азак, не сводя с нее взгляда, – вы позвали на помощь. Почему бы и нет? Вы столкнулись с неожиданной опасностью. Вы были в одиночестве, без оружия. А я откликнулся и повел себя как сумасшедший бык. Это неразумно и непростительно, ибо я не успел оценить врага. И если вы опасаетесь, что случившееся заставит меня плохо думать о вас, тогда прошу вас успокоиться. С тех пор как я увидел, что вы укротили моего коня, Иносолан, я не сомневался в вашей смелости и не буду сомневаться и впредь. Вы дали мне понять, что женщина может обладать такой храбростью, какой способны похвалиться немногие мужчины: подобного чуда еще не видел ни я, ни мои предки.

Вот как? Инос затаила дыхание. Она никогда не ожидала услышать подобную речь от султана. В сущности, ее изумило красноречие Азака. Она только что открыла еще одну неожиданную черту его характера.

Прежде чем она сумела приготовить достойный ответ в лучших традициях Кинвэйла, темная фигура заслонила вход в шатер.

– Можно войти, Первый Охотник на Львов?

Азак бросил в сторону женщин предостерегающий взгляд.

– Входи и будь как дома в моем смиренном жилище, великий.

Шейх Элкарас пригнулся и вошел, и, казалось, в шатре сразу стало теснее от его дородной фигуры. Перед отъездом из города он расстался со своими пестрыми одеяниями и теперь носил простой белый халат. Шейх опустился на колени, ни на кого не глядя.

– Пусть Боги благословят этот дом, – пробормотал он привычное приветствие.

Азак ответил, как требовал ритуал, и предложил гостю еду и воду.

– У тебя неприятности, Охотник на Львов? – Шейх перебирал кольца, не поднимая глаз.

Азак помедлил, а потом рассказал о случившемся. Вскоре шатер озарило восходящее солнце. Инос свернулась под одеялом, по-прежнему мелко дрожа.

Ее не покидали мысли о Рэпе.

– И ее величество была знакома с этим человеком, – заключил Азак.

Единственное, о чем он не упомянул – что главный телохранитель шейха замышлял удрать в пустыню и прихватить с собой спутниц. Но повсюду лежали узлы, и хитрый старый купец мог догадаться, зачем обитателям шатра понадобилось укладываться в такую рань.

– Ваше величество? – вопросительно пробормотал он, слегка приподняв голову.

– Этот человек был одним из конюхов ее покойного отца, – ответила за племянницу Кэйд. – Его убили импы, которые преследовали нас.

Старик задумчиво погладил белоснежную бороду пухлыми пальцами, на которых сверкала радуга.

– И что же он сказал вам?

Инос наконец-то смогла заговорить и повторила слова призрака так, как запомнила их.

– А! – Элкарас кивнул. Рубины на его голове вспыхнули малиновым, на каком-то из камней в перстнях заиграла оранжевая искра. – А колдунья когда-нибудь видела этого человека?

– Да! – возбужденно воскликнула Инос. – Да, он был в комнате, когда она появилась. Эта колдунья потом показала мне, что он убит!

Шейх усмехнулся.

– Значит, это она пыталась сыграть с вами шутку. Вы понимаете?

– Конечно! – Облегчение растеклось по телу Инос, как текут ручьи от сугроба под ярким солнцем. – Его прислала Раша! – Она взглянула на Азака, и тот ответил ей свирепой улыбкой.

– И правда! – подтвердил он. – Самое убедительное объяснение! Может быть, эта распутница не сумела найти нас сама, но смогла послать за нами злой дух. Они могут принимать любой вид! Кому известны пределы ее силы? По-моему, ты разрешил эту загадку, великий!

– Согласна с вами! – подхватила Инос. – А ты, тетушка? Кэйд кивнула с нерешительным видом.

– Тогда, насколько я понимаю, вы не послушаетесь приказа этой мерзости? – вкрадчиво осведомился Элкарас.

– Ну конечно нет! – воскликнула Инос. – Ваша мудрость помогла нам разгадать тайну, великий. Мы так признательны вам!

– Будем надеяться, что к ночи мы покинем территорию, подвластную ее колдовству.

Остальные обменялись улыбками согласия и облегчения. Мысли о зловещем призраке исчезли, заменившись догадкой о кознях колдуньи. Почувствовав, что согрелась, и, считая, что выглядит под одеялом глупо, Инос сбросила его и рассмеялась. Как глупо пугаться видения – настолько бесплотного, что меч Азака прошел сквозь него!

Должно быть, Рэп и вправду мертв, но не стал призраком. В конце концов, все люди смертны. Конец Рэпа был трагическим, но Инос смирилась с ним, как и со смертью отца. Оба они присоединятся к Добру, и она не позволит Раше убедить ее поступить иначе.

Элкарас усмехнулся и начал вставать. Азак вскочил и помог ему. Даже Кэйд улыбалась.

Теперь нечего было и думать о побеге из каравана шейха. Впереди лежала пустыня, их ждали приключения и дорога в Алакарну.

Тревога утихла.

Несколько минут Рэп просто лежал, стараясь собраться с мыслями. Удар об пол вызвал у него дрожь и боль в костях. В шатре Инос оказался мужчина! Два твердых приземления за одну ночь – это уж слишком. Вместе с предыдущей ночью их будет три, но колдовство помогло залечить последствия первого падения. Но даже в этом случае ему следует заботиться о себе. Не всегда же рядом окажется колдун! А лицо фавна еще горело от оплеух Блестящей Воды, он лежал, уткнувшись в вытертый ковер, вонючий от ветхости и пыли. Из носа струилась кровь. В ее шатре мужчина!

Вокруг валялись сухие листья. Еще минуту назад они отбрасывали тени на выцветший ковер, а теперь тени исчезли. Значит, волшебное зеркало больше не показывало Зарк, в нем уже не виднелся рассвет, пальмы, песок, шатры и Инос. И крики верблюдов утихли.

Значит, спешить незачем. В шатре Инос мужчина. Блестящая Вода что-то сказала. Затем гном. Оба рассмеялись. Должно быть, Зиниксо полностью уверен в себе, если способен смеяться. Может, они смеются над ним, глупым конюхом, растянувшимся на полу. Что это стряслось с храбрым героем, который собрался отправиться в Зарк и найти Инос – потому, что пообещал спасти ее и хотел сдержать обещание? Несколько крепких ударов, и он повержен.

Рэп поднял голову, и его никто не остановил. Не его дело, если Инос делит шатер с мужчиной. Волшебница о чем-то болтала с Оотианой, называя ее другим именем. Затем она повернулась, замурлыкала песенку и каким-то образом приблизилась к волшебному ковру. Об этом стоило задуматься: Блестящая Вода двигалась кругами, но оказывалась там, где хотела. Вместе с драконом на плече волшебница поблекла и исчезла.

Так выкупила ли она его у гнома или нет? Купил ли Зиниксо Инос? Последует ли Инос совету Рэпа? Он ничем не мог помочь ей, кроме как прокричать предостережение. Он надеялся, что Инос его поймет.

Фавн попытался приподняться, но сесть ему так и не удалось. Опираясь на руки, он заморгал, пытаясь восстановить зрение. Прошло не больше месяца с тех пор, как Инос покинула Краснегар, а может, и еще меньше. У Рэпа гудело в голове.

– Ладно, дядя, – произнес волшебник. – Иди и забери их!

Мнимый гоблин шагнул в волшебную дверь. Рэп ощутил вонь прогорклого жира, когда гоблин проходил мимо. Разумеется, Инос всегда имела успех и легко заводила новых друзей, но месяца слишком мало, чтобы стать близкими друзьями. Более чем близкими.

– Скажите мне, что я должен делать, всемогущий? – спросил Распнекс.

– Быть осторожным, дядя.

– Племянник, ты любого заставишь быть осторожным.

Молодой гном рассмеялся, но его веселье было притворным.

– Отправляйся на север и держись поближе к импам, когда они покинут Краснегар. Если заметишь силу, отмечай тех, кто пользуется ею. Не выдавай себя. Служи мне, как считаешь нужным.

– Разумеется, до самой смерти?

– Конечно. Забери с собой приемный коврик.

Старший из гномов пожал плечами и встал на блестящий ковер. Он закрыл глаза, словно сосредоточиваясь.

Рэп с трудом поднялся на колени, вспоминая недавние события. Волшебница закричала, Инос вышла из шатра, Рэп испугал ее, она завизжала, и появился мужчина. Огромный. Молодой. Умеющий владеть мечом. Вышел из того же шатра.

Распнекс и волшебный ковер исчезли.

Волшебник торжествующе вскрикнул и затанцевал подобно Блестящей Воде, грохоча башмаками по полу. Протянув руку Оотиане, он закружил ее, крепко обхватив за талию.

– Теперь Восток будет делать то, что я захочу! Отныне он перестанет медлить, отдавая приказы легионам!

Рэп с трудом встал на ноги и отошел подальше от двух волшебников. Но шатер Инос не так уж велик. Двоим в нем довольно просторно, там могут жить и другие люди – например, тетя Инос.

Зиниксо остановился, сжал лицо Оотианы обеими ладонями и пригнул ее к себе, чтобы поцеловать. Выпустив ее, он повернулся лицом к овальному стеклу, которое вновь стало зеркалом.

– А теперь займемся девчонкой!

В голове Рэпа послышался тревожный гул. Этот коротышка не собирался упускать Инос! И его никто не сможет остановить – ни Рэп, ни этот великан с мечом. Должно быть, он – телохранитель, а в шатре ночуют и другие люди. Королевы не путешествуют по пустыне в одиночку.

Но прежде чем Рэп сумел заставить мозг работать, некто или нечто остановило волшебника. Он повернулся и хмуро взглянул на Оотиану.

– Ты согласна? – спросил он, хотя она молчала. Оотиана покачала головой.

Очевидно, гном дорожил ее мнением. Пристально вглядываясь ей в глаза, он потребовал:

– Объясни!

– Волшебница сказала, что чародей Юга похитил ее у Олибино…

– Она сказала – «у колдуньи».

– Да, прежде чем колдун Востока успел похитить ее у колдуньи, это сделал эльф. И притом во владениях Олибино. Почему?

– Ты хочешь сказать, они союзники?

– Да, ваше всемогущество. А этот прислужник… что-то в нем не то, даже для эльфа.

– По-твоему, старуха солгала? – Серое лицо потемнело.

Проконсул кивнула. Она расслабилась и теперь выглядела усталой и опустошенной. Даже изнуренной.

– Сегодня она оказала тебе услугу, но может попытаться и навредить. Если ты похитишь девушку из владений колдуна Востока, ему это не понравится.

Зиниксо фыркнул.

– Да я посажу его на муравьиную кучу! И потом, он пытался убить меня, – сердито добавил гном. Не дождавшись ответа, он спросил: – Скажи, о чем ты думаешь?

Колдунья провела ладонью по волосам, приглаживая их. Минуту она собиралась с мыслями. В голове у Рэпа прояснялось. По-видимому, Блестящая Вода получила то, что хотела – Маленького Цыпленка, но не отдала ничего взамен, просто позволила шпионить за волшебником Олибино. Одновременно и она могла следить за ним вместе со своими прислужниками, так что она ничего не теряла, а гном об этом не подумал. Неужели Оотиана все поняла?

– Ты сделал одолжение волшебнице Севера, – начала она, – ибо дело того стоило. Эльф – твой самый серьезный противник и навсегда останется им. По-моему, тебе следует расположить к себе волшебника Востока. Ты узнаешь его прислужников, по крайней мере некоторых из них. Он самый слабый из Четверки, верно? – И когда волшебник кивнул, она продолжила: – Так, значит, он станет дорожить союзом с тобой, поскольку ты сильнее любого из них. Не раздражай его. Заключи с ним сделку!

– Оставить Юг в одиночестве? – Гном обнажил зубы. – Отлично. И потом, мы еще не знаем, зачем этот ублюдок подарил старухе дракона. Думаешь, она сказала волшебнику Востока, где находится девчонка?

– Вряд ли. Может, скажет потом. Он пообещал Иносолан императору, так что наверняка охотится за ней. Подожди, посмотрим, что будет дальше. Выясним, у кого в руках она оказалась. Если Литриан и вправду похитил ее из владений Олибино, тогда их союзу придет конец! Выжди время. Знание – это сила.

Зиниксо задумался, а затем нехотя кивнул.

– Ладно, мы подождем и посмотрим. – Неожиданно он направился к волшебной двери.

– Господин! – окликнула его Оотиана. – Что мне делать с пленниками?

Фавн и гоблин переглянулись. Ответ на этот вопрос интересовал их обоих.

Волшебник хмуро взглянул на Маленького Цыпленка, а затем на Рэпа.

– Мы должны отправить их на материк.

– Заплатить за них капитану корабля? Зиниксо злорадно покачал головой.

– Зачем зря тратить деньги? На вид они вполне здоровы. Отправь их утром на пристань и продай хозяину галеры. За каждого ты должна выручить не меньше десяти золотых империалов. А что будет дальше, это их дело.

С этими словами волшебник Зиниксо шагнул в открытую волшебную дверь и оказался в Хабе. Дверь за ним захлопнулась.

Остальные расслабились, громко вздохнув.

Усталость навалилась на Рэпа, как лавина. Что и говорить, ночь выдалась бурной!

И в конце концов ему предстоит оказаться рабом на галере.

И вернуться на материк. Но зачем? Чтобы всю жизнь просидеть прикованным цепью к веслу? Или попасть в племя Ворона и дождаться ужасной смерти? Или очутиться в Зарке, рядом с Инос?

Там, где она делит шатер с мужчиной.

Прохладный морской бриз утих. Спертый воздух Мильфлера забивал горло, и хотя солнце едва поднялось над высокой крышей Бельведера, оно уже раскалило камни пристани. К полудню здесь ожидался сущий ад. Матросы и рабы, купцы и грузчики едва волочили ноги, направляясь по делам. Все чертыхались, обливались потом, смахивали капли со лбов и задыхались. Даже чайки прекратили свою ежедневную охоту. Никому не хотелось торопиться.

Рэп тоже не спешил. В железных наручниках, ошейнике и ножных кандалах, соединенных цепями так, что ему пришлось согнуться пополам, он брел, свесив руки до колен. Фавн был почти наг. Солнце опаляло его голую спину, булыжники жгли босые ноги, а ножные кандалы с каждым шагом все сильнее натирали кожу. Теперь рядом не было Оотианы, чтобы позаботиться о нем. Отправив его обратно в тюрьму, она залечила раны и синяки, а вскоре наступил рассвет. Кроме того, она наложила на Рэпа заклятие, чтобы он больше не пытался сбежать, и Рэп не мог винить ее в этом. Оотиана нравилась ему. Она заслуживала лучшей участи, чем быть рабыней и игрушкой волшебника.

И потом, она отговорила Зиниксо от похищения Инос.

Наконец-то у Рэпа появилась возможность осмотреть корабли в гавани Мильфлера. Он проплелся мимо почти половины причалов и, видимо, должен был дойти до самого конца, а затем проделать еще полпути обратно. Шагая слишком быстро, он в кровь стирал себе ноги, а помедлив, заработал бы удар плашмя мечом.

Но ему повезло больше, чем Маленькому Цыпленку. Легионеры еще не забыли о погибших товарищах, а на Феерии гоблин был единственным. Каждые несколько минут они резко подталкивали свою жертву или просто сбивали ее с ног, и гоблин валился на землю, грохоча цепями. Затем двое легионеров принимались пинать его, пока он не поднимался. Молодой, туповатый на вид командир не просто поощрял своих подчиненных в этом развлечении, но и сам принимал в нем участие наравне с другими. Каждый раз сердце Рэпа уходило в пятки, ибо, если Маленький Цыпленок потеряет терпение, он разорвет цепи, как паутину, и устроит очередную резню. К счастью, ему не терпелось попасть на корабль, и ради этого он даже готов был смириться с позором. Физическую боль гоблин вообще воспринимал как честь.

У причала стояли не только галеры, но и парусные корабли. Последние имели внушительный вид, ибо начался прилив, и борта парусников вздымались высоко над причалом. Некоторые из судов размерами напоминали плавучие крепости, подобных им Рэп никогда не видывал в Краснегаре: обширные, покрытые резьбой, многоцветные, сложные и странные. Роскошные каюты этих кораблей с честью могли принять монархов. На большинстве судов менее высокопоставленные пассажиры ютились в тесноте, а вид помещений для экипажа вызывал тошноту.

Но в настоящий момент Рэпа гораздо больше привлекали галеры. Это были суда поменьше, узкие и низкие, обычно довольно чистые, поскольку путешествовали на них только богачи. При таких размерах галерам требовался огромный экипаж, каждый из членов которого отличался отменным аппетитом. Галеры могли увезти совсем немного груза, но были самыми безопасными судами в штилевой полосе у Ногидского архипелага.

Большинство галер, какие удалось повидать Рэпу, представляли собой открытые громадные лодки с рядом тесных пассажирских кают вдоль осевой линии. Они выглядели тяжелыми и, должно быть, неуправляемыми при встречном ветре. Гребцам приходилось спать на скамьях или на палубе.

Осматривать гавань с помощью ясновидения было гораздо интереснее, чем пялиться на булыжники мостовой или собственные грязные, кровоточащие ноги и тем более – на ноги Маленького Цыпленка или сапоги легионеров. Каким бы ни было его будущее, Рэп не жалел о том, что покидает гибельную Феерию. Даже рабство могло стать приемлемым, если благодаря ему он окажется ближе к Инос.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю