Текст книги "Человек-паук: Вражеский захват"

Автор книги: Дэвид Лисс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 17

ПИТЕР был в лаборатории, когда его телефон весело зазвонил. Мэри Джейн предложила встретиться и «поговорить».

– Давай там же, в кафе, где лучшие в мире сэндвичи? – спросил Питер. – Продолжим, как будто и не уходили.

– Меня не обманешь, – улыбнулась она. – Тебе просто нравится их копченая ветчина.

– Ну, есть немного. Как прошло интервью?

– Очень хорошо, – с восторгом воскликнула Мэри Джейн. – По-моему, я ему понравилась.

«А вот сейчас надо сделать глубокий вздох и как следует подумать, прежде чем отвечать на такое заявление», – подумал Питер.

– ЭмДжей, ты играешь с огнем, – выпалил он, не утруждая себя дальнейшими размышлениями. – С такими, как Фиск, есть всего два пути: ты либо переходишь на их сторону, либо они стирают тебя в порошок.

– А еще их можно переиграть, – ответила она. – Кажется, ты обычно идешь именно третьим путем.

– У меня есть некоторые преимущества.

– У меня тоже. Питер... – Мэри Джейн умолкла на полуслове. Затем продолжила: – Знаешь, поговорим об этом после. Я не хочу с тобой ссориться.

– И я не хочу, – пожал он плечами. – Но и отпустить тебя в пасть тигра не могу.

– При чем тут «отпустить»? – вспылила она. – Твое разрешение мне не нужно!

– Я не так выразился, – ответил Питер. В этом споре ему не победить. – Пожалуйста, не надо выворачивать мои слова наизнанку и доказывать, что я неправ. Просто послушай! Ты права. Не будем сейчас об этом. Поговорим потом и не будем ссориться.

– Мы ссоримся, потому что ты говоришь глупости, – вздохнула ЭмДжей, и они договорились, во сколько встретятся. – Увидимся.

* * *

ВЛЮБИТЬСЯ в коллегу, который старше тебя, по меньшей мере глупо. Влюбиться в старшего коллегу, у которого есть подруга, – еще хуже. Аника решила, что перестанет думать о Питере. Все, решение принято, осталось его выполнить.

Но дружить-то с коллегами можно? Никто и никогда не запрещал дружить со старшими, умными, веселыми и невероятно привлекательными мужчинами. Они с Питером прекрасно понимают друг друга, можно сказать, настроены на общую волну. У них общие интересы, похожее чувство юмора, им есть о чем поговорить. И вообще, она не виновата, что у него есть подруга, которая наверняка его не ценит, не понимает и не поддерживает, когда это так необходимо.

По крайней мере, после подслушанного – невольно, конечно же! – разговора по телефону у нее сложилось именно такое впечатление. Аника как раз проверяла, когда доставят нейронный симулятор, который заказали в лабораторию, а Питер сидел за другим компьютером, напротив.

Воспитанная девушка встала бы и ушла, ведь всем известно, что подслушивать нехорошо. Однако сначала Аника замешкалась, а потом и вовсе сидела как приклеенная, впитывая каждое слово. Сделанного не воротишь, и теперь предстояло поразмыслить, что предпринять и как себя вести, раз подруга Питера совершенно ему не подходит.

Аника раздумывала над этим весь день. Работа ей досталась несложная, и мысли вертелись в голове так и сяк, иногда возвращаясь к цифрам на экране, – тогда Аника замирала в восхищении от полученных результатов.

Много лет назад ее тетя попала в автокатастрофу и лишилась ноги. Сейчас, разменяв восьмой десяток, тетушка все еще передвигалась самостоятельно, хоть и с помощью протеза, однако Аника на мгновение представила, как здорово было бы дать тете протез, который вернул бы ей легкость и свободу передвижения, будто аварии и не было. У девушки захватывало дух от счастья – ей невероятно повезло участвовать в создании необыкновенно важных изобретений.

По большей части Анике доверяли ввод данных в общую базу лаборатории и проверку некоторых фактов, а еще она помогала Питеру с экспериментами. Однажды они долго сражались с цифрами, склонившись над формулой для вычисления некоторых качеств синтетических нейронных потоков, и именно Аника заметила элементарную ошибку в вычислении, из-за которой все шло наперекосяк. К тому же она не просто наткнулась на ошибку, она вычислила, в какую часть расчетов закралась неточность, и проследила весь путь от неверного результата назад к ошибке.

Питер и Теодор внимательно следили за ее манипуляциями и были восхищены результатом.

Анике нравилось работать в лаборатории. Она с удовольствием осталась бы здесь до конца учебного года или дольше, отложив поступление в аспирантуру. Однако для успешной работы здесь нужно прежде всего установить дружеские отношения с Питером – и никакой лжи! Все совершенно ясно и понятно.

Быть может, она слишком настойчиво преследует коллегу? Возможно. Но если она сознает, что совершает нечто неприятное, не значит ли это, что на самом деле в ее поступках нет ничего слишком ужасного? Логично? Вроде да. Она просто... разбирается в своих чувствах. Да. Вот так это называется на языке психологов.

Ближе к вечеру Питер собрался уходить. Аника закончила работу и сохранила все файлы еще минут пятнадцать назад, и потому тоже потянулась за рюкзаком, чтобы выйти одновременно с Питером.

– Отлично поработали сегодня, – сказал он ей, пока они ждали лифта. – Ты нас просто спасла.

– Любой бы справился, – ответила Аника, смахивая с глаз челку.

– Не знаю. Вряд ли, – ухмыльнулся Питер. – Ты просто волшебно жонглируешь цифрами.

Аника почувствовала, что ее щеки наливаются румянцем.

– Спасибо, – пробормотала она.

Двери лифта с нежным звоном разъехались, и Аника вместе с Питером вошли в кабину.

«На колебания времени нет, – напомнила себе девушка. – Приступай сразу к главному».

– Знаешь... я тут случайно услышала... как ты спорил со своей девушкой.

– Мы не то чтобы спорили, – пожал он плечами. – Немного разошлись во мнениях, ну и вспылили. – Он принужденно рассмеялся.

Наверное, жалел, что его втянули в этот нелепый разговор.

«Ну, сказала А, говори и Б...»

– Я не хочу вмешиваться, это твое личное дело, – забормотала Аника, – но если тебе нужно выговориться... Мы ведь однажды уже говорили с тобой об искренности и так далее. Могли бы просто продолжить тот разговор... Как будто... Я умею слушать. Это сейчас я несу всякий бред, но обещаю слушать молча... если, конечно, ты захочешь со мной разговаривать о чем-то важном.

– Спасибо, Аника, – кивнул он. – Я ценю твою поддержку.

В голосе его, однако, никакой благодарности не звучало. Он явно мечтал поскорее закончить этот разговор. Когда двери лифта открылись, Питер попрощался и стремительно исчез из виду.

Ну вот. Доигралась. Теперь он станет от нее шарахаться. Аника надеялась как-то отыскать к нему верный подход, но пока не нащупала правильного пути. Нужна дополнительная информация. Надо выяснить, что у них с подругой на самом деле происходит, и тогда станет легче. Но как это сделать...

Если только...

Они же договаривались встретиться в том самом кафе, неподалеку от Таймс-сквер, где подают сногсшибательные сэндвичи. Итак – вперед! На поиски фактов!

Аника знала, что нормальные люди так не поступают. И не собиралась заводить себе такую привычку. Но ведь это только один раз и больше никогда, а значит – все в порядке. Случайную слежку можно оправдать «горячим интересом», а вот с повторной будет сложнее. Тогда-то ее и назовут «странной», и это будет еще мягко сказано.

Аника постояла несколько минут, оглядывая улицу. Ей вовсе не улыбалось догнать Питера в метро, и потому она рассчитала время так, чтобы оказаться в следующем поезде в сторону Таймс-сквер. Научный процесс сбора данных объявляется открытым!

* * *

ВСТРЕЧА с представителями ассоциации собственников прошла не слишком гладко. Новое веяние – распределять квартиры в многоэтажных комплексах среди жителей разного достатка – многим пришлось не по вкусу. Фиск с трудом сдерживался, чтобы не оторвать кое-кому из присутствующих глупые головы. Третий секретарь опаздывал или отлучился, и Фиск понятия не имел, где искать свое расписание или важные сообщения на вторую половину дня. Ко всему прочему, в кабинете его поджидал Майкл Бингам.

Наверное, не стоило удивляться, что некто, обладающий способностями Человека-Паука, спокойно минует охранников и секретарей, однако это было нарушением правил. На такое мистер Фиск никогда не соглашался. Да и если бы гость сидел в кресле и терпеливо дожидался хозяина, это одно. Но ведь Бингам без стеснения шарил по ящикам письменного стола!

– Привет, Уилсон! – воскликнул Бингам, отрываясь от своего занятия. Двойник супергероя был одет в выцветшие джинсы и тесную футболку, облегавшую его мускулистый торс. – А я-то думал, когда же вы появитесь. – Бингам выгреб из ящика письменного стола пригоршню скрепок и затолкал их в карман. – Наверное, желаете присесть за свой стол. Не знаю. У меня никогда не было стола. А людям вроде нравится сидеть за ними.

Бингам кивнул на мягкое кресло.

Фиск медленно подошел к незваному гостю. Кингпин, человек-гора, привык подавлять собеседников одним своим видом, однако этот червяк, похоже, решил бросить ему вызов. Уилсону Фиску?! Это было бы смешно, не будь Бингам действительно опасным противником.

А потому нельзя показывать страха или даже тревоги.

– Что вам нужно? – спросил Фиск, опускаясь в кресло.

– Так, ничего особенного. Решил вот заглянуть на огонек, отчитаться о проделанной работе. Мы маловато беседуем, и, наверное, это моя вина. Не очень– то я общительный. Стесняюсь людей.

Фиск молча смотрел на Бингама, не приглашая его присесть.

Однако гость уселся и без приглашения.

– У меня появились некоторые сомнения относительно нашего будущего сотрудничества, – проговорил Фиск. – Вы несколько раз действовали без моего одобрения. Возможно, пришло время пересмотреть наше соглашение.

– Пересматривайте, что хотите и как хотите, – фыркнул Бингам. – Я покажу этому самозванцу, кто здесь настоящий Человек-Паук! Не пропустите вечерние новости, Уилсон. Я приготовил вам сюрприз.

– На сегодня я не планировал никаких акций с вашим участием, – заявил Фиск. – Равно как и не давал согласия на ваше выступление в недостроенном здании. Какой смысл драться с Пауком в этом глупом черном костюме? И к чему было лезть на стройку?

Больше всего Фиск злился из-за места, где Бингам затеял схватку с Человеком-Пауком в прошлый раз. Никто не знал, что недостроенное здание принадлежало Фиску, все было оформлено на дочерние компании, однако для упорного детектива нет ничего невозможного – раскрыть, кому принадлежит стройплощадка, не составит большого труда. И как, интересно, Бингам заманил Паука на ту стройку? Как нанял громил, чтобы сидели в засаде? Вся затея с Бингамом обходилась Фиску неожиданно дорого – парень вышел из-под контроля.

– Я просто тренировался, – ответил Бингам. – Хотел убедиться, что справлюсь с этим чучелом, однако пока не время показывать всем, кто настоящий супергерой, а кто самозванец. Скоро все узнают, что настоящий Человек-Паук – это я.

– В следующий раз прошу вас заранее предоставить мне план ваших действий. Я должен его одобрить.

Бингам откинулся на спинку стула.

– Уилсон, вам отлично известно, что я так не работаю. Мне нужна свобода. И я вас предупредил об этом в самом начале. Может, вы решили, что я... несколько не в себе, чтобы помнить подробности, однако вы ошибаетесь. – Бингам подергал себя за ухо. – И что бы вы там ни думали и предполагали, я работаю так, как считаю нужным.

– Тогда что вы делаете здесь? – прорычал Фиск.

– Разве я не сказал? Зашел отчитаться о проделанной работе. – Бингам вскочил. – Соблюдаю профессиональный этикет, так сказать.

– А что, если я не выпущу вас из этого здания?

Бингам широко улыбнулся.

– Попробуйте.

Он развернулся и зашагал к двери.

– Стойте! – крикнул Фиск. – Так нельзя. – Он сделал над собой усилие и заговорил спокойно и примирительно. Угрозами Бингама не взять. Он из тех, кто ничего не боится. – Нам необходимо работать вместе, чтобы добиться успеха.

Бингам обернулся.

– А разве все идет не так? – Он пошел дальше, открыл дверь и прошествовал мимо Майи Лопез. Та замерла на месте, а Бингам заговорщицки взглянул на нее и приложил палец к губам.

– Добрый вечер, мисс! – громко, медленно выговаривая каждое слово, произнес он и, весело рассмеявшись, зашагал к лифту.

Фиск сжал кулаки и пригвоздил Майю взглядом, с огромным трудом сдерживая ярость. Она проводила этого мерзавца глазами и вошла в кабинет опекуна.

– Что он тут делал? – спросила Майя и поспешно добавила: – Кто это вообще?

– Принес кое-какие новости, – безразличным тоном сообщил Фиск, что означало: «И не надо больше об этом».

Он сжимал руки и то и дело моргал – с ним всегда так бывало в моменты особенного волнения, когда он старался не дать себе волю. Он сдерживался из последних сил.

– Не слишком-то дружелюбный у него вид, заметила Майя. – Вы уверены, что ему стоит доверять?

– Это я сам решу! – рявкнул Фиск.

Его переполнял рвущийся на свободу гнев. При ней Кингпин никогда не позволял себе приступов ярости. Время от времени он, конечно, срывался, но без катастрофических последствий. А сейчас ему казалось: еще секунда – и он разобьет кулаками стол в щепки, и девушка все это увидит собственными глазами.

Майя привнесла в его жизнь истинный свет. Она служила не просто доказательством его успеха, а символом его новой жизни. Девушка была искренне предана ему, готова помочь, поддержать, и само ее существование рождало надежду, что в будущем его ждет успех. Он многого надеялся достичь, и речь не о квартирах для бедных. Это все глупости. Рекламный трюк. Никакая благотворительность не справится с бедностью. Только сильный лидер может обновить такой большой город. И это будет не дурак вроде Озборна, а настоящий, сильный вождь.

Стремясь к заветной цели, Фиск не раз переступал невидимую черту. Однако в его жизни были две женщины, которые видели его таким, каков он на самом деле: Ванесса, его жена, и Майя, его дочь, пусть и приемная. При них он никогда не выпускал на волю свой бешеный темперамент.

И еще кое-что не давало ему покоя.

Как Бингам догадался, что Майя глухая?

Фиск взглянул дочери в глаза.

– Ты встречалась с парнем, который только что вышел из моего кабинета? – спросил он.

– Я читала ваше письмо о нем, – ответила она. – И больше ничего.

У Фиска не было причин ей не верить. И все же...

– Если ты с ним встречалась, признайся сейчас, – вкрадчиво произнес он. – Я прощу тебя, если ты мне все расскажешь честно. А будешь юлить и изворачиваться, у тебя будут... неприятности. Говори!

Он возвышался над ней, как огромная башня. А ведь не собирался подходить и пугать ее своим видом. Фиск отступил к столу.

– Скажи, – попросил он уже тише.

Майя покачала головой.

– Я не, – дрожащим голосом начала она, – ни за что бы не стала.

В ее голосе звучал страх. Ну конечно, она же не раз видела, как он избивал тех, кто ему не повиновался. И теперь боится, что он выйдет из себя и обрушит на нее всю мощь своих огромных кулаков. Какая мерзость.

Более того, как бы она ни ответила, он все равно вселил в нее страх.

– Я, пожалуй, пойду, – пробормотала она.

– Так иди, – стараясь не кричать, ответил он. – И закрой за собой дверь.

Дождавшись, когда Майя отойдет достаточно далеко, Фиск опустил взгляд на письменный стол.

Поднял кулак.

Надо успокоиться.

Нельзя давать себе волю.

А потом рациональные мысли улетучились, и его подлинное «я» взяло верх.

Глава 18

ПИТЕР мечтал о копченой ветчине.

Конечно, он беспокоился о предстоящем разговоре с ЭмДжей, но не так чтобы очень. Они всегда смогут договориться. Они так долго были вместе и научились идти друг другу навстречу, искать выход из любых ситуаций. Мэри Джейн столько лет мирилась с его далеко не обычной жизнью... вряд ли другая девушка на ее месте была бы столь добра и сговорчива. И чего бы она теперь ни пожелала, он сделает все, чтобы исполнить ее просьбу.

ЭмДжей уже ждала его в кафе и заняла очередь за сэндвичами. Питер бросил взгляд на часы и поцеловал подругу.

– Ты пришла раньше, чем мы договаривались, – сообщил он. – Опасная привычка!

– А ты почти вовремя – просто паинька.

– Я не опоздал ни на минуту! – произнес Питер, постукивая по циферблату.

Такие часы уже давно вышли из моды, однако когда-то они принадлежали дяде Бену, и Питер носил их в память о близком человеке.

Очередь выстроилась длинная, и он оглянулся в поисках свободного столика.

– Знаешь, – обратился Питер к Мэри Джейн, – может, сейчас и не лучшие время и место для разговора, но давай попробуем начать сразу.

– Чтобы потом ты мог спокойно насладиться любимым блюдом?

– Здесь подают лучшие сэндвичи на свете, – кивнул Питер. – И я не люблю, когда мне портят аппетит.

– Рада, что ты точно видишь цель.

– Как всегда, – улыбнулся он.

– Тогда слушай, – начала Мэри Джейн. – Наверное, действительно неважно, где и когда разговаривать, – главное, чтобы ты меня слушал и слышал. Я не шучу, Питер, пожалуйста, выслушай меня, не соглашайся заранее, а пойми, о чем я говорю.

– Конечно, – рассеянно пробормотал он.

ЭмДжей недовольно огляделась. И поняла, что его отвлекло. Перед ними в очереди стояли полицейские. Они как раз оплачивали заказ, но, услышав что-то по рации, поспешили покинуть кафе, забыв на прилавке сэндвичи. По улице бежали еще двое полицейских, на ходу доставая рации.

– Что-то случилось, – сказал Питер.

– Заказать тебе что-нибудь?

– Да, пожалуйста. Возьми с собой, я загляну к тебе попозже, если смогу.

– Только не слишком задерживайся, – напомнила она. – Сэндвич может тебя и не дождаться.

– Я все-таки надеюсь на встречу.

Питер поцеловал Мэри Джейн на прощанье и выбежал за дверь. Краем глаза он заметил знакомое лицо, но не остановился. Раскланиваться было некогда. А если знакомый обидится, что с ним не поздоровались, что ж – не в первый раз. Пусть спишет все на рассеянность. В конце концов, когда все знают, какой ты рассеянный, никто не удивляется, если ты не узнал его на бегу.

* * *

ЕДВА закрыв за собой дверь кафе, где подавали любимые сэндвичи Питера, Аника поняла, что совершила ошибку. Однако, взглянув на меню, она подумала, что как-нибудь переживет последствия своего ужасного поступка.

В дальнем углу справа клиенты забирали готовые заказы – некоторые были упакованы в бумажные пакеты, навынос, другие сэндвичи лежали на подносах. Аника разглядела еду, и ей совсем расхотелось уходить, не поужинав. Кормили здесь явно вкусно.

А вот и Питер. Рядом с красивой рыжеволосой девушкой. Аника надеялась, что подруга Питера будет выглядеть злюкой, но она ошиблась. И вовсе они не ссорились, а разговаривали, как близкие люди. Может, у них обычные сложности, какие бывают у всех пар.

Она решила понаблюдать за ними подольше. В последние годы она столько времени проводила за учебой, что почти забыла, как живут нормальные люди. Пожалуй, надо взять на ужин вкусный сэндвич, поиграть с любимой кошкой и как следует подумать о собственной жизни. Так... что тут в меню? Очередь двигалась медленно, но у прилавка лучше заказать все быстро, никого не задерживая.

А потом что-то произошло. Полицейские бросились к двери, рявкнув пару слов в свои рации. По улице уже бежали другие блюстители порядка. Спустя несколько секунд Питер сорвался с места. Он промчался мимо Аники, но даже не заметил ее.

«Куда его понесло? – подумала Аника. – Разве он как-то связан с полицией?» Надо будет и об этом поговорить дома с кошкой.

Аника вздохнула. Что ж, по крайней мере, теперь ее не обнаружат.

* * *

«ВОТ БЫ хоть раз спокойно посидеть в кафе с любимой девушкой и съесть аппетитнейший сэндвич», – думал Питер. Город будто ополчился против него. А ведь Питер был не на дежурстве в облике супергероя, не прослушивал полицейские рации и даже выключил мобильник.

Но нет, нечто ужасное обязательно должно было случиться именно в этот вечер, да еще прямо у него на глазах. Если пострадают люди только потому, что Питеру вздумалось поужинать в тишине с ЭмДжей, то... впрочем, о последствиях думать не хотелось. Питер давно приучил себя не тратить сил попусту.

Нырнув в сумрак переулка между высокими зданиями, он перепрыгнул через груду мусора и вскарабкался по кирпичной стене на крышу. Там Питер переоделся в костюм Человека-Паука и прислушался к переговорам полиции через рацию, встроенную в маску. К западу от Центрального парка, возле аукционного дома Роузмана, какие-то придурки взяли в заложники несколько человек с детьми. Или среди заложников, возможно, были дети. Сообщения о заложниках и преступниках приходили самые разные, даже взаимоисключающие. Один полицейский говорил, что действует вооруженный бандит-одиночка. Другой уверял, что это существо, наделенное необычайными силами.

На месте происшествия царила неразбериха.

Иметь дело с полицейскими всегда рискованно. Время от времени Питер натыкался на чересчур рьяных служителей закона, которые мечтали захватить в плен супергероя и прославиться. И все же... чтобы помочь, необходимо выяснить, что же происходит. Питер заметил в стороне полицейского, стоявшего в оцеплении. Подростки попытались пробраться за желтую ленту, и страж порядка спокойно и уверенно попросил их уйти. Судя по всему, он понимал, что ничего другого от детишек их возраста и ожидать не стоит.

Значит, к этому парню в форме стоит подойти.

Питер спрыгнул и застыл на кирпичной стене в двух шагах от полицейского.

– Очуметь! – воскликнул тот и попятился. – Ты Человек-Паук!

– Угадал, – одобрительно кивнул Питер. – А ты кто?

– Джефф Дэвис, – представился тот. – Ты знаешь, что тут у нас творится?

– Вообще-то я надеялся, что ты мне расскажешь и мы вместе придумаем, чем я могу помочь.

– Подозрительное дельце, – покачал головой Дэвис. – Сведения противоречивые. Никакой ясности. Установили инфракрасное оборудование, подключили микрофоны, но пока ничего не понимаем. Здание-то огромное, еще и склад к нему пристроен, но это ничего не значит. Честно говоря, у меня сплошные вопросы и ни одного ответа.

– А один из вопросов, наверное, кому это понадобилось брать заложников в аукционном доме и к тому же поздно вечером?

– Вот именно! – Полицейский задумчиво коснулся указательным пальцем носа. – Что-то здесь не то.

– Ясно как день, – ответил Человек-Паук. – Благодарю за помощь!

Он подпрыгнул и устремился на крышу, отталкиваясь по очереди от стен двух стоящих поблизости зданий. Сверху, с самого выгодного ракурса, Человек– Паук внимательно оглядел аукционный дом и склад. Входов в эти здания и выходов из них было несколько, включая один на крыше, и все они выглядели накрепко запертыми.

Питер мысленно поблагодарил словоохотливого стража порядка. Надо было запомнить его имя. Как же его звали? Джефферсон, что ли...

* * *

В АУКЦИОННОМ доме Роузмана стояла тишина. Внутри не осталось даже охранников – видимо, всех эвакуировали. Осмотревшись на местности, Человек– Паук вынул телефон и набрал номер Юлии Ватанаби.

– Что вам известно о происшествии в аукционном доме Роузмана? – спросил он, не тратя слов на приветствие. – Я внутри. Здесь пусто. В здании ни Души.

– Это дело о захвате заложников, – ответила Ватанаби. – Тебе там не место.

– Повторяю: здесь никого нет. Ни заложников. Ни преступников. Никто никого не удерживает. В здании пусто.

– Ты уверен? – переспросила она. – К аукционному дому стянули половину личного состава. Все уверены, что дело плохо. Вызвали даже бригаду ликвидаторов на случай техногенной катастрофы. Поговаривают, в здании – грязная бомба.

– Если только пыльная бомба, – ответил Человек– Паук, проведя пальцами по стене. – Здесь куча ящиков. В них можно спрятать все что угодно. Но «плохих парней» здесь нет. У меня ощущение, что это ложная тревога или...

Он оборвал себя на полуслове в полной уверенности, что Ватанаби закончит фразу за него.

– Отвлекающий маневр.

* * *

АНИКА не сводила глаз с Мэри Джейн, стоявшей перед ней в очереди. Интересно... Подруга Питера вовсе не выглядела раздосадованной и не злилась, что осталась одна, да еще так внезапно. У прилавка она заказала два сэндвича – один, вероятно, для Питера – и спокойно ждала, когда ее заказ будет готов. Она прислонилась к стене и то и дело касалась пальцами экрана смартфона, но не закусывала от горя губу и никому не звонила, чтобы пожаловаться. Девушка казалась очень милой и спокойной, совсем как Питер.

«Просто чудо какое-то!» – мрачно подумала Аника.

Подруга Питера забрала свой заказ, как раз когда подошла очередь Аники. Выбрав сэндвич, она встала у той же стены, где за секунду до нее стояла подруга Питера, и попыталась ощутить неприятную темную ауру, но ничего такого не обнаружила. Тогда она вынула из кармана смартфон и стала просматривать ленту новостей. Самое время отвлечься и не думать о том, что привело ее в это кафе.

А потом она услышала крики.

Аника подняла голову и увидела одного из этих, в костюмах и масках. Он вошел в кафе. И это явно был не добрый супергерой. Костюм на вошедшем был ярко-желтый, похожий на зимнюю куртку, голову скрывал желтый капюшон с ярко-оранжевой полосой посередине. На спине у нежданного гостя поблескивало хитроумное устройство, а на руках сияли металлические перчатки, скрепленные с этим прибором проволокой.

– Я зловещий Шокер! – раздалось из-под маски. – Я несу хаос и разрушения!

Он повернулся к двери, и от его пальцев в перчатках с отвратительным дребезжанием выстрелили едва заметные молнии. Металлический дверной косяк оплавился, наглухо запечатав выход из кафе.

Аника почувствовала, как в груди поднимается волна паники.

– Давайте успокоимся, – произнес какой-то мужчина, выступая вперед.

Незнакомец явно только что покинул спортзал; под футболкой бугрились мышцы. Возможно, он собирался взять на себя роль героя-освободителя, однако был не чужд осторожности, приближался к парню в желтом медленно, подняв руки ладонями вперед.

– Давайте все обсудим, – предложил он.

– Сейчас не время для беседы! – заявил Шокер.

Из металлических перчаток вырвались молнии. Мужчину отбросило назад, и он упал на спину, подергивая руками и ногами. Что ж, он жив, значит, Шокер не собирается никого убивать. Наверное.

Аника включила видеокамеру смартфона в режим записи. Полиции потребуется как можно больше информации о происходящем. Когда этот кошмар закончится, она покажет им видео. А если она не выживет, то, наверное, все скажут, что она была ответственным гражданином до самого конца.

– Готовьтесь к худшему! – завопил Шокер, как будто собираясь докричаться до последнего поваренка на кухне. Можно подумать, он раньше не разговаривал с людьми. Но разве это не всем известный злодей? – Грядет жестокая расправа! Эй, ты! – Шокер показал пальцем на подростка в куртке с капюшоном. – У тебя сердце здоровое?

«Да что он несет?» – нахмурилась Аника.

Парень закивал.

Шокер ударил мальчишку молниями из перчаток.

– Так попробуй на вкус моей силы!

События развивались на редкость странно, и, судя по лицам окружающих, так думала не только Аника. Посетители кафе недоуменно переглядывались. Однако все молчали, стараясь не привлекать внимания.

А потом появился Человек-Паук.

Он выпрыгнул из задней двери, пролетел через весь зал и ударил Шокера ногами в грудь. Злодей зашатался, отступил, при этом устройство на его спине с хрустом врезалось в стену.

– Эй! – завопил Шокер. – Осторожнее!

– Да ладно, – ответил Человек-Паук. – Я тебе сейчас покажу!

– Я взял заложников, Паук! – громко произнес Шокер. Страшные слова, однако прозвучали они пусто, как будто третьеклассник повторял реплики из школьного спектакля, которых не понимал. – Если ты нападешь на меня, я их всех убью!

– Думаешь, меня заботят эти неудачники? – спросил Человек-Паук, оглядывая сбившихся в кучки посетителей. – Среди них нет ни богатых, ни знаменитых. А если я поймаю тебя, то прославлюсь! Подумаешь, несколько трупов... Тем дороже победа!

– Ты меня не достанешь, – сказал Шокер. – Я заложил в ресторане бомбу. Только попробуй меня остановить, и мы все погибнем.

– Ну, я-то выживу, – заметил Человек-Паук. – Успею смыться. Умирай и забирай с собой на тот свет своих заложников. Мне-то что?

– Все! С меня хватит! – крикнул широкоплечий мужчина в ветровке.

Он схватил тяжелую урну и бросил ее в окно. Стекло разлетелось вдребезги, и заложники, стоявшие неподалеку, бросились наружу.

Аника подумала, что ей тоже стоит попытаться. Конечно, Шокер ее заметит, когда она метнется к разбитому окну из дальнего угла, однако, судя по всему, злодея посетители кафе больше не заботили. Он не сводил глаз с Человека-Паука – если в этом костюме под маской действительно скрывался знаменитый Человек-Паук, во что с каждой секундой Аника верила все меньше.

Она слишком много времени и сил уделяла учебе и почти ничего не знала о супергероях, появившихся в городе. Однако о Человеке-Пауке кое-что слышала, и этот парень ей даже нравился. Когда его показывали в новостях, он забавно шутил, спасая зазевавшихся детей и подростков из-под колес автомобилей. Быть может, он специально заявил Шокеру, что ему плевать на заложников? Пытается отвлечь злодея и выиграть время? И все же... что-то здесь не то.

– Смотри, твои заложники разбегаются! – заметил Человек-Паук. – Не хочешь их остановить?

Человек-Паук схватил за руку скорчившегося неподалеку мужчину и толкнул его на Шокера. Злодей увернулся и бросился на Паука.

Аника видела, как люди выбираются на улицу сквозь разбитое окно, но не спешила следовать за ними. Ей хотелось записать схватку на видео – сохранить достоверную информацию для полиции. Она привыкла к этому на работе: собирать мозаику по кусочкам, складывать картину из разрозненных фрагментов. Пока непонятно, куда пристроить эти данные, но тот, кто увидит всю картину целиком, непременно найдет для них место.

Ресторан заминирован – не стоит забывать и об этом.

Аника незаметно двигалась к разбитому окну. Она ступала медленно, записывая драку. Была ли это настоящая битва, или они притворялись? Аника все больше склонялась ко второму варианту.

Шокер внезапно задрал голову к потолку.

– Бежим! – крикнул он и бросился на кухню вместе с Человеком-Пауком.

«О нет...»

Аника опустила телефон и поспешила к окну. «Мне бы только...»

Все вокруг утонуло в ослепительной вспышке.

А потом наступила тишина.