Текст книги "Мастер меча"

Автор книги: Дэвид Чейни

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 33 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

Глава 30

Утром десятого дня шестого месяца стаи черных дроздов кружили в безоблачном небе цвета меди. Воздух был раскален и неподвижен. Утомленных всадников не освежало ни малейшее дуновение ветерка, до слуха их не доносилось ни одного постороннего звука, кроме криков ошалевших от зноя птиц. В горах Кисо уже неделю не было дождя, дороги рассохлись, и трава местами на корню превратилась в сухое бурое сено.

Доспехи Сантаро были покрыты толстым слоем бурой пыли. Командир отряда более двух часов покачивался в седле во главе передового дозора колонны, прежде чем был остановлен часовыми Кисо. Сантаро тут же узнали и повели через лагерь к палатке военачальника.

После однообразных дней монотонного неторопливого перехода Сантаро был ошеломлен переменами, происшедшими в лагере. Обозленный поражением Юкийе в бою у реки Суноматы, Кисо измучил своих солдат учениями. Он понял, что без военной дисциплины армия никогда не станет боеспособной.

Несмотря на ранний час, жару и давящую духоту, оружейники и кузнецы лихорадочно суетились вокруг дымных костров, изготавливая в походных кузнях все виды оружия от наконечников стрел до боевых топоров.

Окраина лагеря была превращена в стрельбище, на пустом высохшем поле самураи упражнялись в стрельбе из лука, поражая мишени со спин несущихся галопом коней. Воздух гудел от ударов копыт.

Обнаженные по пояс, новобранцы, обливаясь потом, сражались учебными деревянными мечами. Рядом с ними воины повыше рангом проделывали упражнения с настоящими клинками – вынь! ударь! отбей и вложи в ножны! И лишь в палаточном городке армии Кисо царило непривычное запустение и стояла звенящая тишина.

Палатка Кисо ничем не отличалась от походных жилищ простых воинов. Она выделялась из них только размерами и была разделена ширмой на две неравные половины. В малой жили Томое и Кисо, в большой собирались военные советы. Здесь на голом земляном полу стоял низкий столик, а вокруг него были разбросаны одеяла. С опорного столба свисали два меча, под ними был укреплен боевой шлем с широко расставленными позолоченными рогами. Других украшений в палатке не было.

Сантаро предупредили, что в лагере введена строгая дисциплина и панибратские отношения, к которым он привык, больше не допускаются. Эти новшества ему не понравились, но, памятуя об уроке, данном ему Йоритомо, офицер решил соблюдать формальности.

Когда Сантаро вошел в палатку Кисо, вождь горцев восседал за столиком на одном из одеял. Возле Кисо никого не было, но Сантаро услышал шум за ширмой и решил, что там находится Томое. Он поправил свои мечи и опустился на колени напротив Кисо.

– Окабе-но-Сантаро, начальник охраны, прибыл с докладом о своей поездке к Йоритомо, – объявил самурай.

Кисо кивнул. Он ничего не ответил, но долго и внимательно рассматривал Сантаро. Его военачальник, побывав у Йоритомо, научился правилам хорошего тона – добрый признак, подумал Кисо.

Предводитель горцев сгорал от желания скорее узнать о результатах поездки Сантаро, но усилием воли сдерживал свое нетерпение: Кисо знал, что его считают слишком порывистым, и теперь старался вести себя как государственный деятель. Под руководством Томое он готовился стать властителем империи. Честолюбие Кисо не знало границ: он желал в будущем добыть себе титул сегуна – военного правителя Японии, что было почти немыслимым делом. За всю историю Поднебесной этого звания смогли удостоиться только три полководца.

– Мы ждали, что ты вернешься раньше, – начал Кисо.

– Князь Йоритомо задержал меня, – объяснил Сантаро.

– Да, с ним трудно иметь дело, – сказал Кисо и подумал, что когда-нибудь ему со своим двоюродным братцем придется схватиться, чтобы решить, кто из них возглавит род Минамото.

Кисо устал сохранять видимость спокойствия. Резким, отрывистым голосом, похожим на лай, он спросил:

– Людей и оружие он прислал?

– Тысячу человек на конях и еще пятьсот вьючных лошадей. Они в дороге, Я обогнал их на два часа.

– Хорошо, очень хорошо, Сантаро, Теперь мы почти готовы к боям. Как только этот новый отряд вольется в наши ряды, мы встанем на боевую тропу и не остановимся до самого Киото.

– Йоритомо поставил одно условие.

– Условие? – голос Кисо понизился до зловещего издевательского шепота.

– Он прислал вместе с отрядом советника – своего эмиссара.

– Пошел он к Эмме-О, не нужен мне его проклятый советник!

– По требованию Йоритомо его советник должен всегда находиться рядом с тобой.

– Советник – или, иначе сказать, «лазутчик»!

– Может быть, и так, но этим войскам отдан приказ не выполнять твоих распоряжений, если их не одобрит посланник Йоритомо.

– Этот сын греха заходит слишком далеко. Мы можем перебить его отряд и захватить оружие и продовольствие. В конце концов, мы сможем воевать и без этой тысячи самураев.

Томое молча вышла из-за ширмы.

– С твоего разрешения, Кисо, я скажу кое-что. Ее смуглое лицо казалось совершенно спокойным, резко очерченный нос и волевая челюсть были словно высечены из гранита. Даже в свободной рубахе воина и штанах-хакама женщина выглядела соблазнительной: здоровая чувственность светилась в ее смелом взгляде и в том, как она держала свое небольшое крепко сложенное тело.

– Не сейчас, – запретил Кисо.

– Именно сейчас, – твердо заявила Томое и поздоровалась с Сантаро: – Доброе утро.

– Охае годзаймасу, – вежливо ответил Сантаро тем же приветствием.

Томое кивнула.

– Сантаро, сейчас, когда, кроме нас троих, здесь нет никого, будем говорить без околичностей. Ты один из наших ближайших помощников. После меня и «четырех царей» – Имаи, Тедзуки, Дзиро и Таро – ты имеешь самую высокую должность в нашей армии. Я предложила послать тебя к Иоритомо. Ты часто бываешь упрямым и заносчивым, но я думаю, что у тебя есть все способности, чтобы стать прекрасным полководцем.

– Хватит! Что ты хочешь сказать? – прервал ее Кисо.

– Именно то, что сказала. Я доверяю мнению Сантаро. Он проделал вместе с эмиссаром Иоритомо путь от Камакуры сюда, и у него сложилось представление об этом человеке. Подослан ли он как разведчик? Поможет он нашему делу или повредит?

Сантаро медленно поклонился и заговорил, обращаясь к Кисо и старательно подбирая слова:

– Этому генералу я обязан жизнью. Из-за собственной глупости я мог погибнуть и заслужил бы такой конец. Этот человек спас меня, напав на вооруженного самурая, когда сам был без оружия. Я говорю это тебе для того, чтобы ты понял меня. Моя жизнь принадлежит генералу, но ты мой предводитель. Я поклялся в верности твоему делу и буду служить ему до конца дней.

– Хорошо, продолжай, – нетерпеливо перебил Кисо.

– Этот человек – разведчик. Он ставленник самого Иоритомо. Его произвели в генералы только поела того, как он дал согласие отправиться сюда. Мы должны смириться с этим необходимым злом. Говорят, что эмиссар Йоритомо – хороший тактик и не ищет славы для себя. Ему можно верить, он станет верно служить тебе, но лишь до тех пор, пока будет считать, что ты служишь Йоритомо. Томое снова вступила в разговор:

– Я думаю, не так уж страшно, что советник предан Йоритомо.

– Только до тех пор, пока мне выгодно служить Йоритомо. В тот день, когда наши интересы разойдутся, этот генерал, – тут Кисо усмехнулся, – умрет.

Сантаро поклонился. Он ни за что не позволит Йоши умереть от руки Кисо. Он поклялся в дружбе и сдержит клятву. Когда придет роковой день, Йоши будет предупрежден и получит возможность бежать.

Через два часа отряд самураев из Камакуры вступил в лагерь Кисо. Воины Йоритомо расчистили себе отдельную площадку и уже ставили палатки, когда подъехали Йоши и Нами и привели последних вьючных лошадей. Еще через час для лошадей был огорожен загон, а сами лошади развьючены и отпущены пастись в поле.

В два часа дня – время овцы – Сантаро ввел Йоши в палатку Кисо.

– Тадамори-но-Йоши, генерал армии Минамото Йоритомо, – представился советник.

Кисо сидел напротив Томое и прихлебывал саке из бутыли. Он взглянул на советника. Узкое лицо Кисо покраснело, на висках набухли серые вены.

– Ты?!! – прорычал он.

Глава 31

Йоши опустился на колени и коснулся лбом пола. Он держался как положено генералу, который делает доклад своему полководцу, – спокойно и почтительно, но непринужденно. Ничто не показывало, что он узнал Кисо.

– Я представляю командование Камакуры, Князь Йоритомо назначил меня генералом войск Минамото. Я доставил сюда тысячу воинов с полным снаряжением и пятьсот лошадей, нагруженных оружием и доспехами. Это дар князя Йоритомо Минамото Йошинаке, известному как Кисо.

Во время этого доклада Кисо был не в силах произнести ни слова.

Наконец, задыхаясь от ярости, он сумел выговорить:

– Хикума… Ты! Ты посмел явиться сюда… Ты… Кисо от бешенства не мог справиться со своим голосом настолько, чтобы его можно было понять. Он оглянулся на столб, где висели мечи, и потянулся к ним. Но Томое, успокаивая, взяла его за руку, и этот жест удержал его на месте, Внутренний голос шепнул Кисо, что неразумно убивать этого человека сейчас, не разобравшись, чего он хочет! Кисо перевел дух и постарался взять себя в руки.

– Ты ставленник Йоритомо! Почему я должен терпеть твое присутствие в моем лагере? – отрывисто проговорил он.

– Потому что я предлагаю вам людей и оружие, которые нужны вам для выполнения ваших планов.

– Я могу убить тебя и получить их.

– Может быть, но в таком случае вы получите их как пленных, но не как солдат, желающих сражаться под вашим знаменем.

– Все равно, я заберу их оружие и его будет достаточно, чтобы выполнить мою задачу.

– Вы получите это оружие, но потеряете расположение вашего двоюродного брата и расторгнете союз с ним.

Томое по-прежнему крепко держала Кисо за рукав и беспокойно вглядывалась в его лицо. Оно снова приобрело обычный цвет, а вздувшиеся вены опали. Было похоже, что он снова овладел собой. Томое решила, что пока за ним можно не приглядывать.

Женщина задумалась. Она вспомнила, какое лицо было у Кисо, когда она сняла его с дерева. Разобрав среди гневных выкриков Кисо слово «Хикума», Томое поняла, что это стоящий перед ними человек опозорил его в ту ночь. Она знала, что Кисо никогда не забудет и не простит ему этого. При первой же мало-мальски подходящей возможности он убьет представителя Йоритомо, чего бы это ни стоило ему политически.

Мужчины как дети, подумала Томое. Из-за отвлеченных понятий вроде чести и мести они могут отказаться от целого царства. Что ж, именно для этого она и нужна Кисо: напоминать ему, когда необходимо сдерживаться. Если советник из Камакуры должен умереть, пусть умрет, но место и время для этого выберет она.

Томое почувствовала, что Йоши пристально смотрит на нее, прочла немой вопрос в его взгляде и ответила ему тем же. Когда ее темные глаза встретились с глазами советника, Томое почувствовала к нему невольную симпатию, а это случалось с ней редко. Она отвела взгляд и представилась:

– Я Томое Годзен, правая рука князя Кисо. Йоши своим ответом признал ее право на это звание.

– Я много слышал о ваших подвигах, живя в Камакуре. Ваше имя широко известно.

– Тогда вы знаете, что меня надо принимать всерьез, – отрезала она, а потом добавила с некоторым раздражением: – Генерал Йоши, вы явились в наш лагерь один. Конечно, вы понимаете, что мы запомнили вас после нашей недавней встречи. Вы либо очень смелый, либо глупый человек.

– Я ни то и ни другое, Томое Годзен. Я служу императору и моему вождю Йоритомо, Я прибыл без оружия и не представляю для вас угрозы. Я положился на волю богов и надеюсь, они позаботятся обо мне, потому что я поклялся не служить злу. Я достаточно уважаю ваш ум, чтобы доверить вам свою жизнь.

– Если вы не чрезмерно отважны и не слишком глупы, то остается одно: вы повредились в уме.

Томое слегка покачала головой, выражая этим свою неспособность понять причины такого странного поведения Йоши. Может быть, этот генерал не так прост, как кажется, подумала она. Может быть, он поставил где-то рядом отряд солдат, готовых в любую минуту прийти к нему на помощь.

Она надеялась, что это так: Томое нравился этот человек, и ей не хотелось считать его сумасшедшим.

– Вы прибыли к нам один? – спросила она.

– Со мной еще один человек, Кисо ворвался в разговор.

– Еще один шпион! – рявкнул он. – Кто он такой? Почему не представился мне?

– Князь Кисо, мой спутник ждет моего распоряжения, чтобы появиться здесь. Пошлите кого-нибудь за ним в мою палатку, и вы получите возможность увидеться с нами обоими.

Кисо повернулся к Сантаро, который все это время стоял на коленях в стороне.

– Ступайте в палатку генерала и немедленно приведите сюда его спутника.

Кисо умолк, злобно глядя на Йоши из-под насупленных бровей. Томое Годзен попыталась продолжить вежливый разговор.

– Вы до самого недавнего времени находились в столице. Какова политическая обстановка при дворе?

– Та же, что обычно, – не вдаваясь в подробности, ответил Йоши.

– Вы присутствовали на похоронах Тайра Кийо-мори?

– Да.

– Как Го-Ширакава относится к Мунемори, новому главе рода Тайра?

– Мунемори слабый и безвольный человек.

– Каким образом Тайра рассчитывают победить нас без сильной руки в своем клане? Они же не так глупы, чтобы позволить кому-нибудь отнять у них империю?

– Вы совершенно правы, Томое Годзен. Кисо нетерпеливо вмешался.

– Мунемори – пустое место. Его брат Шигехира молод, но он настоящий солдат. Шигехира, видимо, и возглавит род Тайра. Он их единственная надежда.

– Возможно, вы правы, генерал Кисо, – согласился Йоши.

– Конечно, я прав. Соотношение сил меняется. Духовенство уже не имеет большого значения. Сейчас в империи есть три силы: я, Йоритомо и семья Тайра. Если Тайра ослабнут из-за Мунемори, борьба за влияние на императора пойдет между мной и Йоритомо.

– Прекрасный анализ, – похвалил Йоши.

В этот момент Сантаро отодвинул дверную занавеску. Выражение его бородатого лица было каким-то странным, и представил он нового посетителя как-то неуверенно, почти извиняющимся тоном.

– Слуга генерала Йоши просит разрешения войти. Кисо кивнул своему военачальнику, приказывая ввести слугу.

То, что они увидели в следующий момент, поразило даже Йоши. Нами успела сбросить грубую одежду слуги и переодеться в свой лучший наряд. Ее напудренное лицо было белым и гладким, как луна, ложные брови – две плавных дуги – были нарисованы кисточкой выше настоящих, длинные волосы, разделенные четким пробором, элегантно блестели; они свободно падали вниз, и у бедер их перехватывала лента розовато-лилового цвета.

Точеную фигурку Нами изящно облегало сиреневое платье с узором, изображавшим иву. Его цвет выгодно контрастировал с бирюзовыми тонами нижних одежд, крайчики которых пышными слоями охватывали запястья гостьи. Она распространяла вокруг себя изысканный запах духов – опьяняющий, но чистый. Куда делся щуплый мальчик-слуга в лохмотьях, который недавно въехал в лагерь Кисо?

Глава 32

В начале восьмого месяца в одном из павильонов поместья Рокухара состоялась тайная беседа, имевшая далеко идущие последствия.

В беседе принимали участие трое: Первый министр Имперского совета князь Тайра Мунемори, его вдовствующая мать Нии-Доно и единовластный правитель Этиго и прилегающих в нему провинций князь Дзо-Сукенага.

На третьем часу переговоров стороны стали приходить к согласию.

– У меня в Этиго четыре тысячи воинов, – сказал Сукенага. – Нужно отправить гонца, чтобы предупредить их. На это уйдет время. Мой сын встанет во главе моих самураев и начнет действовать, как только получит известия от меня, но ему также понадобится несколько дней, чтобы поднять воинов в поход и привести их на юг.

– Мы отдаем под ваше начало четыре тысячи имперских охранников, – перебил его Мунемори. – Они полностью вооружены и хорошо обучены. Через час после получения приказа эти войска будут готовы к выступлению.

– Мне ясен мой долг! Я остановлю Кисо в Этидзене! – произнес Сукенага.

– У каждого есть свой долг, – напыщенно произнес Мунемори. – Ваш долг не тяжелее нашего. Люди чести не выбирают – они принимают и исполняют.

Тут заговорила Нии-Доно – в первый раз с начала беседы.

– Хорошо сказано, сын! – похвалила она, потом обратилась к Сукенаге и прошипела голосом, от которого у того мороз пошел по коже: – Добудьте нам голову Тадамори-но-Йоши! Это самая важная часть вашей задачи.

Дзо-Сукенага встал с колен и поклонился. Лицо его было спокойным. Но внутренне он содрогался от отвращения и зловещих предчувствий. Князь отогнал от себя эти ощущения и, почтительно пятясь, вышел из павильона. Тайра правы. Надо признать, Кисо действительно с некоторых пор успешно разворачивается у него под носом. Сукенага сам виноват, что слишком долго не обращал внимания на очевидную опасность. Теперь он должен бороться с ней. Как только Сукенага пришел к этому заключению, он успокоился и повеселел. В уме его возник хорошо рассчитанный план войны. Он лично поведет против Кисо четыре тысячи воинов имперской охраны. Они оттеснят армию Кисо на север. Тем временем гонец прибудет в его замок в далеком краю Этиго и передаст сыну приказ отвести его, Сукенаги, собственные войска навстречу армии горцев. Кисо будет раздавлен, как орех между молотом и наковальней. Если правильно рассчитать время – победа в кармане. Операция будет простой и блестящей.

Глава 33

В начале девятого месяца армия Кисо стояла на северном берегу реки Хино в провинции Этидзен. Погода была сухая и жаркая. Посевы засохли, и урожай злаков погиб. Рисовые поля превратились в большие обезвоженные пустыри. Если не будет дождей, северные провинции еще до конца года станут огромной пустыней.

Уже две недели небо днем походило на чашу с расплавленным металлом. Все это время армия Кисо передвигалась по пыльным дорогам северных провинций, пополняясь умирающими от голода крестьянами.

Кисо объявил, что теперь у него под началом более десяти тысяч человек. Йоши знал, что на самом деле их меньше пяти тысяч, часть из которых простой необученный люд.

Лагерь армии беспорядочным нагромождением палаток и навесов тянулся от северного берега реки Хино до отвесной скалы, находившейся на западном краю отвесной площадки, омываемой причудливым изгибом реки.

Кузнецы уже установили свои наковальни и разожгли костры, которые добавили к духоте еще больше жары и чада. Лошади бродили в кустах, скребя зубами землю в поисках корма.

Кисо восседал на коленях в совещательной половине своей палатки лицом к расположившимся по кругу офицерам своего войска, шел военный совет. Томов сидела слева от вождя горцев, Имаи, Тедзука, Дзиро и Таро – справа. Эти четыре отважных воина – «четыре царя», как их прозвали воины, – знали Кисо с детства и были готовы умереть за своего вождя. ^

Йоши и Сантаро также находились здесь, сидя плечо к плечу, как раз напротив Кисо. Кроме уже названных военачальников на совете присутствовали князь Юкийе и еще четыре офицера-самурая.

Кисо заговорил:

– Наши лазутчики сообщают – Сукенага ведет из Киото большое войско. Известно, что он получил приказ выбить нас из этих мест и уничтожить.

– Сколько людей под началом Сукенаги? – спросил Йоши.

– Около пяти тысяч человек: в основном это имперские охранники и с ними немного крестьян, которых Сукенага добрал по дороге.

Кисо помолчал и добавил:

– Они сейчас в двух днях пути от нашего лагеря. Князь Юкийе беспокойно задвигался, его жирное тело дрожало. Он вытер пот с бровей надушенным платком и спросил:

– Можем ли мы избежать столкновения с ними? Можем ли мы продолжать двигаться на север, пока они не ослабнут от нехватки пищи?

– Дядя, – холодно глядя на него, ответил Кисо. – Они получили императорский приказ. У Дзо-Сукенаги запасов больше, чем у нас. Наши войска два месяца в походе. Нам нужен отдых и время, чтобы пополнить запасы продовольствия. Это достаточные причины, чтобы не отходить, но важнее то, что мне не нравится мысль о бегстве.

Юкийе отвел глаза от сердитого лица Кисо. Его губы прыгали, голос шепелявил больше обычного:

– Племянник, у Дзо-Сукенаги больше, людей, чем у нас. Ты сам сказал, что наши воины устали и голодны. Иногда сдержанность бывает мудрее отчаянной храбрости.

– На тебя действует поражение у Суноматы! – отмахнулся Кисо. – Не беспокойся, мы не полезем в ловушку.

Кисо обвел глазами почтительно молчавших офицеров.

– Имаи, скажи свое мнение!

Имаи, все это время не сводивший глаз с Йоши, переключил свое внимание на совет. Он заговорил, сперва медленно, но постепенно голос его стал громче и речь быстрее.

– Ты прав, Кисо. Генерал Юкийе слишком поспешно предлагает нам удариться в бегство. Мы должны остаться здесь и сразиться, хотя бы ради нашей чести и славы. Чем дальше мы двигаемся на север, тем больше становится наша армия, но те, кто присоединился к нам, сбегут, если решат, что мы слабы! – теперь Имаи почти кричал. – Наша мощь, наша сила! – вот что привлекает, к нашему делу!

– Значит, ты советуешь остаться на месте?

– Больше того, – глаза Имаи заблестели. – Я говорю – покажем им наше истинное лицо. Повернем назад и нападем на войска Сукенаги, пока они еще находятся в пути!

Тедзука, Дзиро и Таро захлопали в ладоши, одобряя слова Имаи, и через какое-то мгновение многие члены совета восклицали, перебивая друг друга:

– Вот слова настоящего самурая!

– Да здравствует Имаи! Да здравствует Кисо!

– Смерть Тайра! Прогоним Дзо-Сукенагу!

– Сразимся с ними – лицом к лицу, меч против меча!

Кисо кивал. Он был счастлив: его командиры, под стать их вождю, – прирожденные воины! Вдруг глаза его сузились, лицо приняло жесткое выражение: два участника совета молчали – Юкийе и Йоши. Странная пара, между ними так мало общего… хотя, возможно, не такая уж странная. Кисо подумал, что, может быть, в советнике от Йоритомо гораздо меньше мужского начала, чем кажется. Ему хотелось верить в это. Если так и окажется, красавица Нами когда-нибудь увидит это и поймет, что настоящий воин, то есть он, Кисо, сумеет сделать ее гораздо счастливее, чем ее боязливый избранник. Кисо решил выжать все возможное из сложившейся ситуации. Йоши на глазах у всех праздновал труса!..

Он поднял руку и подождал, пока его военачальники успокоятся.

– Среди нас находятся двое людей, которые не согласны с Имаи, – усмехаясь, объявил Кисо. – Вон они сидят, эти две старухи, которые пугаются блеска меча, боятся сразиться с врагом и предпочли бы битве трусливое отступление.

По толпе советников Кисо пробежал ропот. Сантаро покраснел, отстранился от Йоши и посмотрел на него с укором.

Томое чувствовала нездоровую подоплеку этого выпада. Подземный гул вражды к посланнику Йоритомо не стихал с момента появления Йоши в лагере. Кисо и Имаи не упускали случая выказать ему свою неприязнь. Кисо при всяком удобном случае посылал Нами нежные взгляды. Имаи, преданный своему молочному брату, всеми способами вынуждал Йоши пойти на поединок. Томое понимала, что, если бы не она, Кисо уже убил бы Йоши и забрал Нами себе. Она решила не допустить этого. Хотя Томое полюбила Нами – первую и единственную женщину среди своих друзей, Кисо принадлежал только ей, и она не собиралась ни с кем делить его. Ум военачальницы работал с бешеной скоростью, она пыталась придумать, как избежать ссоры.

Юкийе побагровел: слова Кисо больно задели его. Оскорбительные выходки племянника были непростительны, но Юкийе хорошо знал, на чьей стороне сила. Он не мог открыто враждовать с Кисо и только весь передернулся с несчастным видом.

На Йоши оскорбление словно не подействовало. Его лицо осталось спокойным, словно он не слышал Кисо.

– У меня нет необходимости доказывать свое мужество, – медленно заговорил он в давящей тишине, нависшей над столом совета. – Я представитель князя Йоритомо. Моя обязанность – помочь вам разбить врага.

Йоши замолчал и посмотрел на собравшихся. Он увидел, что завладел вниманием всех, сосредоточился и продолжил:

– Я приветствую отважный замысел генерала Имаи, но мне кажется, что лучше обеспечить победу обдуманными действиями, чем проиграть сражение из-за необоснованного пренебрежения к противнику. Дзо-Сукенага одаренный военачальник, воин, известный смелостью и умом, Послать наших людей против его превосходящих сил для нас верная гибель. Дзо-Сукенагу можно победить только умом и тактикой.

Йоши замолчал.

Кисо внимательно смотрел на него.

Имаи не выдержал:

– Мы солдаты! Нам не нужны бабьи уловки и «тактика», – это слово он произнес как грубое ругательство, – чтобы побеждать. Я считаю…

Кисо недовольно прервал его:

– Тихо! Пусть советник выскажется!

Имаи взглянул на молочного брата так, словно тот его предал, и удивленно открыл рот.

– Я…

– Я сказал, подожди!

Кисо сердито посмотрел на Имаи, чтобы заставить его замолчать, потом кивнул Йоши.

– Продолжайте. Что вы предлагаете?

– Дзо-Сукенага ведет сюда из Киото солдат Мунемори. Но не забывайте – он является еще и князем Этиго. Там у него под началом еще пять тысяч воинов. Разведчики сообщают, что Сукенага сейчас в двух днях пути от нас. Я предполагаю, что он изо всех сил поторапливает свои войска. Если мы побежим на север, как предлагает генерал Юкийе, мы попадем в ловушку – окажемся между силами империи и самураями из Этиго. Уверен, что гонцы Сукенаги уже предупредили воинов Этиго, что мы движемся в их сторону. Дзо-Сукенага задумал раздавить нас между молотом и наковальней – между людьми Мунемори и личной армией.

Йоши обвел взглядом участников военного совета, изучая каждого по очереди, и сказал:

– От нашего лагеря до Этиго не менее пяти дней пути. Если мы двинемся на север, мы встретимся с вражескими войсками как раз тогда, когда Сукенага нас догонит.

– Мы согласны, что план моего дяди бежать на север неудачен, но в предложении генерала Имаи, по-моему, есть свои достоинства, Что вы можете предложить вместо него?

– Не бросаться слепо на юг к своей гибели. Я предлагаю извлечь урок из поражения генерала Юкийе на Суномате. Если вы помните, в двадцать пятый день четвертого месяца Юкийе попал в засаду. Он вел свой отряд в атаку, которую считал внезапной. Но кто-то предупредил воинов Тайра, и они засели в сумерках у реки, получив приказ убивать каждого солдата в мокрых доспехах. Юкийе бежал, бросив своих людей на произвол судьбы. Позор был еще большим оттого, что генерал Кисо запретил ему вступать в бой с врагом…

Юкийе терпел оскорбления от Кисо, но этот выскочка не имел никакого права совать нос в чужие дела. Незадачливый генерал покраснел от стыда, потом побагровел от гнева. Казалось, его толстое лицо вот-вот лопнет.

– Как вы смеете?! – с силой выкрикнул Юкийе.

– Веди себя спокойно, дядя, – одернул его Кисо, в глубине души довольный, что его родственник попал в неприятное положение. – Ты потерпел поражение от более слабого противника потому, что из-за своей глупости не выполнил приказ.

Юкийе неуклюже поднялся, поправил одежду, пытаясь сохранить достоинство.

– Ты заходишь слишком далеко, племянник, – прошипел он и быстро вышел из палатки своей переваливающейся походкой.

Один из самураев фыркнул, не сумев сдержать смех, но тут же замолчал, похолодев под суровым взглядом Кисо. Командующий расправил плечи и суровым тоном заявил:

– Юкийе – мой дядя. Что бы он ни говорил мне и что бы ни делал с ним я, неуважения к нему я не прощу.

Все скованно молчали, пока Кисо не кивнул Йоши:

– Мы стоим лагерем на северо-западном берегу Хино, – продолжил советник. – Река делает петлю вокруг нас и создает с трех сторон естественный ров. За нашей спиной крутые непроходимые скалы – эта стена защищает наш тыл. Прежде чем Дзо-Сукенага успеет добраться сюда, мы должны перенести к скалам палатки, и, прежде чем к нему присоединится его северное войско, мы должны подготовить несколько ловушек, используя выгоды нашего положения.