![](/files/books/160/oblozhka-knigi-sekrety-girudoterapii-173156.jpg)
Текст книги "Секреты гирудотерапии"
Автор книги: Денис Жаров
Жанр:
Здоровье и красота
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)
Образ жизни и поведение медицинской пиявки
Медицинские пиявки могут обитать как на суше, так и в водоеме. Естественно, вода является для них излюбленной стихией, к существованию в которой они приспособлены полностью. Пиявка заселяет главным образом неглубокие болотца с густо заросшими (камышом, рогозом и т. п.) берегами.
Однако пиявка может селиться и в любых других стоячих водоемах – прудах, озерах, даже в арыках и на заливных рисовых полях. Некоторые формы медицинской пиявки адаптировались к жизни в реках, однако здесь пиявки обживают исключительно тихие заводи. Проточная вода для них неблагоприятна.
Пиявки стараются держаться ближе к берегу. Они зарываются в ил, укрываются под камнями и корягами, прячутся среди водной растительности. Так пиявки проводят большую часть времени на протяжении всего теплого сезона (весны и лета). Одновременно укрытие служит для пиявки местом засады.
Подвижность медицинских пиявок напрямую зависит от погодных условий. С ухудшением погоды активность пиявок снижается, повышаясь вновь в солнечные и безветренные дни. Пиявки любят теплую погоду и даже неплохо переносят жару. В Западной Грузии, где влажность воздуха в жару бывает весьма значительна, медицинские пиявки способны длительное время пребывать на суше. Они либо прячутся в наземной растительности в поисках добычи, либо двигаются прочь от пересыхающего или бедного пищей водоема.
Засухи пиявки не боятся, потому что способны впадать в необычайно длительную суховую спячку. Едва уровень воды в период сильного зноя начинает понижаться, пиявки быстро закапываются в ил и пребывают в состоянии оцепенения. Когда процесс высыхания временного водоема становится необратимым, пиявки временно пробуждаются лишь для того, чтобы закопаться в ил поглубже.
Когда засуха закончится, а водоем вновь заполнится водой, пиявки "оживут" и вылезут из своих норок. Однако нередко в состоянии оцепенения пиявкам приходится пережидать все засушливое лето, а затем и осенне-зимний период. Сказанное относится преимущественно к персидской разновидности лечебной пиявки, населяющей Закавказье. Этот вид адаптирован к местам своего обитания, где часты засухи.
Климатические условия предопределяют и ритмичность размножения пиявок. Если позволяет погода, половозрелые пиявки спариваются во второй половине лета. При неблагоприятных условиях спаривание откладывается на более позднее время или происходит значительно раньше. Коконы откладываются преимущественно в последние 2 недели августа и в начале сентября. По завершении откладки коконов черви закапываются в донный ил и береговые грунты, чтобы укрыться от наступающих холодов. Суровая осенняя и зимняя погода отрицательно воздействует на пиявок. Они впадают в зимнюю спячку, подобную суховей.
Молодые пиявки, выходящие из коконов, нападают исключительно на лягушек, головастиков и рыб. Также и многие половозрелые особи добывают пищу, паразитируя на этих водных животных, когда нет возможности найти настоящего хозяина. Настоящими хозяевами взрослой медицинской пиявки являются крупные теплокровные животные, в особенности приходящие на водопой копытные. Пиявки охотно поглощают кровь диких и домашних млекопитающих, а при случае присасываются к человеку.
Может показаться, что пиявки большую часть времени голодают, сидя в своих укрытиях на дне. Отчасти это соответствует действительности. Подходящая добыча появляется сравнительно редко. Однако пиявки привыкли к такому режиму питания и спокойно переживают вынужденную голодовку, расходуя запасы свежей крови, отложенные в желудке и кишечнике.
Собственно, у пиявки нет потребности отсасывать кровь ежедневно. Переваривание запасов крови длится по меньшей мере около 2 недель. Нормальная длительность голодовки для пиявки не превышает в среднем 5–10 недель, но может увеличиваться и до полугода. Максимальная продолжительность вынужденной голодовки, в продолжение которой пиявка сохраняла жизнеспособность, была точно замерена. Этот срок составляет 1,5 года.
Впрочем, не следует думать, что черви так уж часто голодают в естественных условиях. Теплокровные животные постоянно забредают в водоемы или появляются вблизи. Есть наблюдения, свидетельствующие о том, что многие звери намеренно глубоко заходят в воду и позволяют облеплять себя пиявкам, поскольку чувствуют улучшение своего состояния.
Эти наблюдения не проверены, но если животные действительно ведут себя подобным образом, то можно предположить, что человек открыл гирудотерапию, ориентируясь по поведению "братьев меньших". Давно известно, что первобытные люди открыли для себя лекарственные растения, наблюдая за повадками диких зверей. Нельзя исключить, что и кровососущие черви вошли в арсенал медицины аналогичным путем.
Как уже упоминалось выше, медицинские пиявки способны совершать миграции в поисках новых территорий, богатых пищей. В пределах больших водоемов подобные миграции довольно часты. Пиявки регулярно совершают перемещения от одного участка побережья до другого, меняя зону кормежки.
Ошибочно было бы думать, что в дикой природе медицинской пиявке никто не угрожает. У нее имеются многочисленные естественные враги, не принимая уже в расчет человека, проводящего осушение болотистых водоемов и сокращающего тем самым места обитания пиявки. Из мира животных угрозу для пиявки представляют мелкие млекопитающие, обживающие берега рек и озер и активно промышляющие охотой на водных беспозвоночных (водяная крыса, выхухоль, кутора). Гораздо реже пиявок ловят водоплавающие птицы. Зато довольно часто гирудинеи становятся жертвами хищных водных насекомых, а также их не менее опасных личинок. Главные противники пиявки – личинка стрекозы и клоп, известный под названием водяного скорпиона. Эти "пираты" способны атаковать даже наиболее сильных и крупных обитателей пресноводных стоячих водоемов.
Как все начиналось
Лечение пиявками зародилось в глубоком прошлом, поскольку человеку, активно промышлявшему в древности рыболовством, часто приходилось сталкиваться с этими червями. Вероятно, еще доисторические люди совершенно случайно заметили положительный эффект, который иногда следует за укусом пиявки. Упоминания о пользе пиявок встречаются в персидских, древнееврейских и древнеиндийских текстах. Поскольку на протяжении тысячелетий наиболее популярным способом лечения многих болезней являлось кровопускание, то гирудотерапия первоначально оформилась как одно из направлений этой медицинской методики.
Самостоятельным лечение пиявками в те времена еще не стало, поскольку целители считали, что пиявки необходимы только для удаления избытков крови. Применение же червей вместо ножа считалось более удобным, т. к. процедура была абсолютно безболезненной. Тогда не были известны свойства слюны пиявки, хотя опытные медики прошлого догадывались, что использование червей при кровопускании полезнее, чем применение ножа и прочего инструментария.
Древнеримский естествоиспытатель Плиний Старший, живший в I в. н. э., в своей "Естественной истории" описал немало животных с указанием их значения для человека. Составил он и подробное описание кровососущих пиявок, первым из античных авторов обратив внимание на положительные изменения в организме человека, возникающие вследствие применения этих червей. Ученый-энциклопедист утверждал, что пиявки помогают при "ломоте и всякой лихорадке".
Вслед за Плинием изучал возможности медицинского использования кровососущих пиявок крупнейший римский врач Клавдий Гален (131–200 гг.). Положительно отзывался о кровопускании посредством прудовых червей и другой известный врач Древнего Рима Аэций (335–454 гг.).
Уделяли внимание бделлотерапии и прочие светила медицины. Таджикский медик и философ Ибн Сина, больше известный как Авиценна, считается одним из величайших светил средневековой восточной медицины. Его труды оказали огромное влияние на медико-биологические представления жителей стран Востока и отчасти Европы.
В строгом смысле слова Авиценна не был врачом. Из 274 трудов этого мыслителя проблемам медицины посвящены только 20, однако вклад ученого в развитие именно этой науки оказался наиболее существенным. В самом значительном из своих сочинений, "Каноне врачебной науки", Ибн Сина подробно рассматривает вопросы гирудотерапии. По праву можно сказать, что это одно из первых глубоких изысканий в области лечения пиявками.
Впрочем, гораздо более значительным оказалось влияние на средневековую европейскую медицину работ римлянина Галена. Этот человек своими трудами по анатомии и патологии определил развитие медицинских знаний в течение всего периода средневековья, включая и методы гирудотерапии. Однако, несмотря на авторитет Галена и Авиценны, большой популярностью деллотерапия в Европе не пользовалась, и причиной тому служило непостоянство отношения к кровопусканию.
Первоначально кровопускание считалось весьма действенным методом лечения. Но когда медицинская практика, особенно в больницах, перешла в руки монахов и других священнослужителей, этот вид лечения был запрещен. Разумеется, запрет распространялся и на деллотерапию. Пиявками в ту пору лечили исключительно цирюльники, знахари и пастухи, хранившие старинные традиции.
В эпоху Возрождения медики вернулись к приемам гирудотерапии. Уже в XVI столетии лечение пиявками утвердило свои позиции в Великобритании, отчего английских врачей в те времена называли leeches, что приближенно можно перевести как "пиявочники". Расцвет данного метода лечения приходится на конец XVIII – начало XIX вв., когда многие полагали, что кровоизвлечение (в т. ч. посредством пиявок) может спасать от неминуемой смерти.
Деллотерапию в нашей стране тогда поддерживали и развивали видные деятели отечественной медицины, главным образом И. Е. Дядьковский и М. Я. Мудров. Дядьковский с большой осторожностью подходил к методам лечения болезней пиявками. Он утверждал, что "одна и та же вещь, без сомнения, может быть для нас и полезною, и вредною", а потому в терапии не существует абсолютного целительного средства.
Клиницист Мудров придерживался мнения о необходимости индивидуального подхода к лечению больного и применения большого количества различных средств, а не только какого-то одного. Мудров добился значительных успехов, занимаясь лечением с применением пиявок даже очень тяжелых случаев.
Бделлокультура
В первой половине XIX столетия происходит другое значимое событие в истории применения медицинских пиявок в лечебных целях – возникновение пиявководства. Это было связано с почти полным исчезновением червей в естественных водоемах вследствие перепромысла. Пиявколовство к тому времени приняло невиданный размах, поскольку потребность лечебных и научных учреждений в этих червях была невероятно высока.
Ловля пиявок проводилась специалистами, которые много лет посвятили этому занятию. Однако, несмотря на профессионализм ловцов, с экологической точки зрения методы пиявколовства оставались в целом хищническими, крайне нерациональными.
Неразумная эксплуатация данного ресурса привела к массовому вымиранию медицинских пиявок в естественной среде, а потому в целях сохранения вида и удовлетворения растущего спроса на них некоторые предприниматели открыли хозяйства по искусственному разведению червей. Пиявководство смогло обеспечить бесперебойное снабжение червями общественных больниц, частных клиник, медицинских и зоологических факультетов высших учебных заведений.
Многочисленные частные пиявководческие хозяйства быстро росли, но зачастую слабо применяли наукоемкие технологии и методы выращивания червей. Один из крупных пиявководов И. Гржимайло выпустил в 1859 г. при поддержке Московского общества сельского хозяйства (комитет акклиматизации животных и растений) работу, где описал результаты 20-летнего труда по разведению пиявок.
Большую работу проделал пиявковод И. Брыков, который еще в 1856 г. составил и издал пособие по бделлокультуре и правилам использования пиявок. Это руководство включало в себя принципы разведения червей, а также сохранения живых пиявок, пригодных для проведения сеансов гирудотерапии, и употребления червей в медицинских целях.
Однако это были единственные солидные работы, и бделлокультура в ту пору носила столь же стихийный характер, как и некогда пиявколовство, т. е. не имела под собой рациональной основы. Поэтому перспективы данной отрасли сельского хозяйства вовсе не были радужными. Рано или поздно примитивно организованное пиявководство должно было угаснуть, а медицина бы полностью отказалась от применения пиявок, переключившись на бурно развивающиеся направления биологии.
Реорганизация пиявководства началась лишь в конце XIX столетия вследствие прогрессивного развития бделлологии. На основе достижений бделлологии были созданы некоторые принципы разведения, кровососущих червей в искусственных условиях. Завершился процесс становления бделлокультуры в ее современном виде только в 1920–1930-х гг., когда в нашей стране была создана первая в мире бделлологическая лаборатория. Благодаря проводившимся в ней изысканиям ученые разработали систему правил, до сих пор применяемых в пиявководстве. С того же времени берет начало бделлотехника.
Очевидно, что развитие бделлокультуры и бделлотехники зашло бы в тупик, если бы натуралистами и медиками не проводились специальные исследования, посвященные биологии пиявок и терапевтическому эффекту от применения этих беспозвоночных при лечении ряда заболеваний. Начальным этапом формирования теоретического базиса бделлологии по праву считаются первые книги и журнальные публикации, вышедшие в свет в 1850-х гг. и обобщающие результаты многолетних наблюдений.
Подводя итоги сделанному в области изучения пиявок, авторы данных научных работ намечали пути проведения дальнейших изысканий. Первыми работами такого рода, предвещающими появление целой волны трудов по бделлологии, были сочинения Ш. Л. Гласса, в которых рассматривались вопросы кровопускания (1840 г.). Эти сочинения были опубликованы в виде статей в нескольких номерах журнала "Друг здравия". Естественно, работы отражали уровень знаний той эпохи, когда в гирудотерапии видели всего лишь разновидность кровопускания.
В 1859 г. А. Воскресенский написал монографию, посвященную "врачебным пиявкам", как тогда называли этих кровососов. Автор монографии, доктор медицины, рассмотрел вопросы "месторождения и способов ловли пиявок, особенно в России, искусственного разведения их, воспитания, содержания, сохранения от болезней, лечения". В качестве дополнительного материала Воскресенский снабдил свою монографию обзором по устройству "пиявочных болот", прудов, сажалок и резервуаров. Отдельной темой были выделены экономические аспекты пиявководства и торговли этим товаром.
Несмотря на то что в последующие годы интерес к гирудотерапии значительно снизился, середина XIX в. была отмечена всплеском активных изысканий в области биологии этих червей. Постепенно гирудотерапия наряду с кровопусканием стала применяться фактически при любом заболевании. Различали общее и местное кровопускание посредством пиявок.
Кровоизвлечение любого вида всякий раз делалось больному перед приемом какого-нибудь препарата. Тогда врачи предвосхитили возможность излечения методами гирудотерапии большого числа заболеваний или их осложнений, включая такие недуги, как болезни суставов, гонорея, воспаление мозга, истерия, туберкулез, эпилепсия, а также заболевания печени и почек и многое другое.
К сожалению, эти смелые действия не всегда имели под собой достаточные основания. Техника гирудотерапии при ряде заболеваний была разработана неверно. Противопоказаний к применению пиявок медицина тогда вообще не знала. Не были выработаны приемы лечения в зависимости от возраста и пола, состояния здоровья пациента и его индивидуальных особенностей. Оттого эффективность лечения снижалась, нередко оно приносило явный вред.
Положение усугублялось еще и тем, что большинство врачей того времени выступали за обильные кровопускания. Вышеупомянутый Гласе назначал своим пациентам по 60 пиявок, а нередко доводил это число до 80. Он оправдывал столь большое Кровоизвлечение и даже приводил случай, когда больному за все время лечения было поставлено 1800 пиявок. Неудивительно, что столь "активное" лечение закончилось смертью пациента.
Один из основоположников традиций отечественной хирургии Н. И. Пирогов (1810–1881 гг.) тоже поддался веяниям моды и применял пиявок даже тогда, когда без них можно было обойтись. В своей работе "Начала общей военно-полевой хирургии" великий хирург писал: "Даже в простых переломах, где только замечалась значительная опухоль, тотчас же ставились пиявки". Пирогов рекомендовал ставить от 100 до 200 пиявок. Чрезмерное увлечение пиявками сменилось горьким разочарованием, за которым пришло недоверие.
Имелись и другие причины, по которым во второй половине XIX в. гирудотерапия была обречена на временное забвение. В их числе введение в медицинскую науку понятий асептики и антисептики, произошедшее благодаря открытиям Л. Пастера, обнаружившего микробиологическую природу инфекционных заболеваний. Многие врачи сочли применение пиявок недостаточно гигиеничным методом лечения, при котором якобы больному передается зараза. В червях видели источник разнообразных инфекций.
Однако одной из главных причин послужила смена парадигм в теоретической медицине. Начало второй половины XIX столетия было отмечено крахом гуморальной теории, вытесненной из науки новой, целлюлярной теорией Вирхова. Согласно гуморальной теории (лат. humor – влага, жидкость) в здоровом теле пребывают смешанные в равновесии физиологически активные жидкости – кровь, желчь, черная желчь и др. Смешение этих "соков" в неверном соотношении влечет за собой болезнь.
Кровеносная система выполняет в организме роль анатомического центра, который руководит балансом жидкостей. Вернуть здоровье посредством кровопускания можно в силу того, что так из тела выводятся излишки крови и баланс "соков" восстанавливается. До XIX в. такие воззрения на сущность болезни, восходящие к учениям Гиппократа и прочих античных мыслителей, были доминирующими в медицине.
Немецкий биолог-антидарвинист Р. Вирхов отвергал гуморальную теорию, но создал в противовес ей в 1858 г. целлюлярную теорию (лат. cellula – клетка), опирающуюся на разработанное в то время Т. Шванном клеточное учение. Клетки в то время называли ячейками. Вирхов утверждал, что человек – это клеточное государство без анатомического центра. Он противопоставлял "грубые механические и химические направления в науке", связанные со смешением жидкостей, .тонкой механике и химии ячейки.
Прогрессивное значение учения Вирхова нельзя отрицать, однако бделлотералия не была подготовлена к дальнейшему развитию и применению в рамках целлюлярной патологии. Поэтому большинство медиков сочло применение пиявок безнадежно устаревшим, изжившим себя способом лечения болезней. В дальнейшем научные работы по применению пиявок начали появляться только в конце века. Именно тогда был заложен фундамент бделлологии в ее современном виде.
Так, одной из первых работ, воскрешающих традиции бделлотехники, была статья замечательного медика-клинициста, профессора Г. А. Захарьина "О кровоизвлечении" (1891 г.), где применение челюстных червей рассматривалось как вид кровопускания с отвлекающим действием. Захарьин добился выдающихся результатов. Классическим примером его работы, освещенным в знаменитых "Клинических лекциях" (1894 г.), является случай с остановкой обильного носового кровотечения у 40-летней женщины.
Захарьин применял пиявок непрерывно в ходе своей 45-летней практики. Во многом именно благодаря его стараниям бделлотерапия в нашей стране не была окончательно забыта. Профессор, воспитавший новую школу врачей, доказал полезность правильного применения "врачебных червей" тогда, когда еще не было известно о веществах, выделяемых головными и боковыми железами медицинской пиявки.
ДРУГОЙ значительной работой, где упоминались достижения бделлологии, следует считать труд Г. Хагера. Сборник представлял собой объемное руководство по прикладной фармакологии и вопросам медико-химической практики. Автор не побоялся включить в столь солидную работу внушительный по объему раздел, где освещались некоторые аспекты применения пиявок. Этот раздел помещен в третьем томе издания.
Пристальное внимание к пиявкам в то время объясняется еще и тем, что некоторые исследователи предположили присутствие в слюне этих червей особого химического компонента, благодаря наличию которого укус кровососущего червя обладает таким удивительным действием.
В ходе медико-биологических экспериментов врачам удалось обнаружить, что человеческая кровь в желудке медицинской пиявки в течение длительного времени не сворачивается. Более того, сама ранка от укуса червя, смоченная его слюной, кровоточит около шести часов, а иногда и значительно дольше (свыше суток). Это наводило на мысли о необычных свойствах пиявочной слюны.
Впервые наличие в слюне пиявки вещества, которое препятствует свертыванию крови, предположил профессор К. Дьяконов в 1868 г. Свою гипотезу ученый обосновал результатами исследований крови, всосанной пиявкой. Дьяконов изучал кровь из желудка червя, пребывавшую там в течение длительного времени – от 1 дня до 2 месяцев. Для каждого нового эксперимента брался новый образец крови. Изменения жидкой ткани тщательно фиксировались.
В результате профессор заметил, что неспособность крови к свертыванию и быстрое растворение кровяных сгустков ("шариков") явно свидетельствуют о наличии в кишечнике животного "какого-то растворяющего деятеля". Гипотеза профессора К. Дьяконова, изложенная им в статье "Изменение человеческой крови в пиявках" (1868 г.), блестяще подтвердилась в 1884 г. В этом же году исследователь Дж. Хайкрафт получил из тела пиявки, точнее, ее головных концов активный экстракт, из которого впоследствии был выделен чистый антикоагулянт.
Уже начальные опыты Хайкрафта с экстрактом показали, что его действующее начало замедляет свертывание крови. Секрет пиявки блокировал превращения белковых молекул человеческой крови. Когда некоторое количество экстракта добавляли к крови, набранной в пробирку, полученная смесь не только не сворачивалась, но и не подвергалась гниению.
Спустя некоторое время после обнаружения и описания химического вещества, выступающего в качестве антикоагулирующего компонента слюны медицинской пиявки, этот препарат получил свое научное название – гирудин. Оно, как видим, произведено от родового латинского названия медицинской пиявки.
Первичные сведения об экстракте, известные на 1893 г., были включены в справочник Хагера. Новые данные и принципиально иные подходы встречаются в статьях И. В. Мурашова, опубликованных им в журнале "Терапевтическое обозрение" в 1912 г. Мурашовым было открыто кровоостанавливающее действие пиявок, поэтому он рекомендовал при легочных и носовых кровотечениях гирудотерапию в качестве "энергичного кровоостанавливающего средства".