Текст книги "День, когда приходит ночь (СИ)"

Автор книги: Дарья Вознесенская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 5 страниц)

Я не отвела взгляд. И не отводила его, пока расстегивала пуговицы своего пальто, и скидывала на подставленные руки слуги.

Максир моргнул.

А потом побледнел еще больше. Его губы поджались, а скулы заострились, когда он пробежался взглядом по моей фигуре, а потом снова посмотрел мне в глаза.

Зло, отчаянно, просяще…

Хорошая девочка внутри меня даже захотела его пожалеть.

Плохая победно вздернула подбородок.

Да, платье я выбрала на грани. Откопала в таких далеких кладовых местного магазинчика готовой одежды, куда, как мне кажется, не добирались со времен его основания. Ну и переделала немного.

Точнее, просто отпорола все, что было сверху и снизу, оставив лишь основу, напоминающую яркую, синюю бабочку.

Нет, мой наряд не был самым откровенным в зале. Но ничего откровеннее я никогда не носила. И вряд ли надену еще.

Мне просто захотелось сойти немного с ума. Или свести с ума кого-то.

Я почувствовала себя почти отомщенной, когда блондинчик судорожно сорвал с себя камзол и шагнул ко мне с хриплым возгласом:

– Прикройся!

Ну-ну.

Вздернула одну бровь, спокойно развернулась и двинулась вглубь залы.

Сзади выругались.

А плохая девочка довольно улыбнулась.

Голова немного кружилась, будто я выпила вина, а внутри поселились те же бабочки, что порхала на мне.

– Эрта Лили – подскочил молодой человек, смутно мне знакомый по гонке. – Позвольте вас угостить горячим напитком и может быть первый танец…

– Уже занят, – Шер подхватил меня под локоть, улыбнувшись моему потенциальному кавалеру, и повел – да ладно, потащил – в сторону столов, на которых стояли огромные хрустальные чаши с бодрящими и алкогольными напитками. – Ты что творишь? – прошептал он мне.

– Развлекаюсь? – я улыбнулась. А рыжий хмыкнул.

– А ты молодец. Но сильно рискуешь. Кое-кто может не выдержать, и тогда не поздоровится любому, кто окажется рядом с тобой.

– Кое-кто уже сделал свой выбор, – я делано-равнодушно пожала плечами.

– Он еще даже не начинал, – покачал головой рыжий и налил нам в три бокала чего-то оранжевого и упоительно пахнущего.

Молодые люди встали по бокам от меня, будто притворяясь стражами, но я не роптала. В обществе мне доводилось бывать не часто и сегодня было вполне достаточно прогулок между искусственными деревьями и пунша, чтобы наслаждаться вечером. Конечно, одних нас не оставили. Подходили и организаторы, и писаки, мы сами разговаривали с другими экипажами – точнее, разговаривал, в основном, Шер, обсуждая те или иные куски дороги, а блондин напряженно и многозначительно стоял рядом, недобро глядя на тех, кто обращался ко мне по тому или иному поводу.

Странно, что меня это даже не злило.

А может и не странно. Без них я бы чувствовала себя неуютно, а на вечер пришла больше из любопытства и женской досады, нежели ради того, чтобы познакомиться с кем-то. Поэтому, когда начались танцы, в отличие от многих девушек из самых разных слоев общества не подалась в сторону танцевального круга, чтобы быть приглашенной.

Шер открыл было рот, чтобы предложить мне руку, но запнулся под взглядом Ира. Руку убрал. И просто остался рядом.

Язакатила глаза. Блондинчик вел себя странно. Он ведь ясно дал понять, что мы всего лишь попутчики – так почему поступал как ревнивый жених?

Но удивительно, что я будто внутренне наделяла его этим правом. Несмотря на обиду. На боль, которую он мне причинил. На то, что у нас не было ни прошлого, ни настоящего, ни будущего.

Задумываться над этим не хотелось.

Хотелось продолжать любоваться роскошным убранством, наслаждаться шутливыми разговорами, в которые меня время от времени вовлекал Шер, и… мужским вниманием. Я понимала, что оно больше было связанно с откровенностью наряда и необычным составом и возрастом нашего экипажа, но все равно было приятно.

Очередную беседу и танцевальную мелодию прервала торжественно-струнная музыка. На балкончик на боковой стене на механической карусели начали выезжать куклы в человеческий рост и в разной одежде. Я узнала костюм городского стража, мага – целителя, горожанина, крестьянки, водителя магмобиля… Последней выехала довольно румяная седовласая кукла в сюртуке и котелке с регалиями городской головы. Замерла… И вдруг улыбнулась и помахала рукой.

Все разразились аплодисментами, оценив шутку. Да и за подобный праздник стоило рукоплескать.

А глава Аза тем временем поприветствовал собравшихся, поздравил с окончанием гонки, отдал дань смелости и мастерству победителей и объявил:

– Совсем скоро часы начнут новый отсчет. У меня для вас несколько подарков. Мне бы хотелось, чтобы каждый из находящихся в этом зале стал весел и даже счастлив – ну а лучшим залогом будут танцы и знакомства, не так ли? Наши маги подготовили замечательное заклинание: сейчас я выпущу разноцветных светлячков, которые найдут свободных парней и девушек и приведут их друг к другу…для того чтобы станцевать следующий танец.

Многие снова восторженно захлопали.

Я зачарованно смотрела, как от центральных часов отделяется целое облако света, которое потом превращается во множество крохотных точек, разлетевшихся по залу. Это было немного смешно и замечательно, когда они опускались на протянутые ладони и будто настойчиво тянули куда-то тех, кто им доверился.

И немного страшно, когда один завис перед моим лицом.

Я дала ему приземлиться на свои чуть дрожащие пальцы.

Странно…

Меня светлячок никуда не вел. Мне стоять на месте?

Рядом откашлялся Шер.

Я с недоумением посмотрела на него, и он подергал бровями, а потом ткнул пальцем за мое плечо.

Резко развернулась.

И наткнулась на горящий синий взгляд. Взгляд Максира, который держал такую же искорку. И никуда не торопился.

Стало обидно. Ну не хочет танцевать – и не надо. Понятно же, хотел бы, пригласил бы без всяких там магических трюков, а тут…

Уж не знаю, что он прочитал на моем лице, но в глазах его вспыхнули молнии – ой-ой, я ведь иногда забываю, чей он сын – а рука уверенно обожгла талию и подтолкнула в сторону уже спешащих к танцевальному кругу пар.

Мы встали друг напротив друга.

Я покраснела.

Великое Око, я же не танцевала уже пару лет! Учеба, практика, исследования не оставляли мне ни времени, ни желания – я даже на домашних вечерах отсиживалась в углу, а приглашенные отцом кавалеры были больше увлечены моей сестрой и ее подругами, нежели нелюдимой заучкой…

Ну и ладно, отдавлю ему ноги – сам будет виноват!

Первые такты вызвали у меня чувство облегчения.

Танец "нуну" был простейшим, даже дети его знали, и в основном заключался в том, чтобы кружить, подхваченной партнером, а время от времени останавливаться и оборачиваться вокруг своей оси. Я положила одну руку принцу на плечо – самые кончики пальцев – а вторую вложила в его ладонь.

Замечательный танец, совершенно незамысловатый, абсолютно приличный и…

Ой.

Про приличный я, кажется, погорячилась. Потому что в первом же повороте мужчина прижал меня к своему горячему телу так плотно, что я, фактически, распласталась по нему. Попыталась отстраниться, но блондин только поджал губы и прижал еще сильнее.

А я еще сильнее покраснела.

Вот чего он? Мы же все выяснили!

В том смысле, что и выяснять нечего!

А он…

А он горел. Обжигал. Плавил мою внешнюю, отстраненно-ироничную оболочку, лавой стекал в сердце и область живота и высекал там настоящие искры.

Его взгляд, от которого я не могла оторваться, проникал, кажется, в саму душу.

Как я могла считать его ледышкой, неживым? В его глазах, сжатых до обескровления губах, подрагивающих, сильных пальцах было столько жизни…

Я крутанулась, оторвав от него взгляд только на мгновение, и снова оказалась прижата к жесткому мужскому телу.

На меня будто смотрели Око, Свет и Буря. Меня будто клеймили – раз и навсегда. Меня больше не отталкивали и… любили?

Снова шаг назад.

Поворот вокруг своей оси.

Мое удивление – его нежность.

Мое недоверие – его отчаяние.

Мое непонимание – его просьба о прощении.

Разве могут глаза столько сказать? Разве можно им верить? Даже словам нельзя верить. Верят поступкам. А его поступки на протяжение всего нашего знакомства говорили об одном…

В синих глазах появилась требовательность и желание; и я забыла, о чем только что думала…

Шаг назад. Разворот.

Мы снова в общем потоке, чуть задеваемые чужими одеждами, и снова будто одни на целом свете. В собственной реальности. В собственных надеждах, которые поднимались в моей душе.

Нет-нет… Я почти прошептала это.

– Да, – отчетливо сказали его губы. – Лили…

Музыка закончилась. Мы застыли друг напротив друга и вздрогнули от шквала радостных хлопков и криков.

Я накрыла дрожащими пальцами горячие щеки и опустила веки. На глаза навернулись слезы.

Ну зачем он так?! Зачем играет?

Надо вернуться… Нет, надо уходить! Прочь отсюда, в гостиницу, переодеться и с первым дилижансом уезжать и…

Максир что-то рыкнул, а потом схватил меня за руку и потащил в сторону. Куда то за деревья, в полумрак и тиканье гигантских часовых механизмов, там где было меньше людей, и никто на нас не смотрел…

Сердце колотилось в такт этим часам, а в горле пересохло.

А он вдруг остановился, нежно обнял меня за плечи и горячечно прошептал на ухо:

– Лили…Девочка… Прости меня, прости… За все что сделал и сказал… А еще больше за то, что не сказал и не сделал… Не могу без тебя, понимаешь? Я боролся с этим, я не со зла боролся…Я уже однажды обжегся, поддался чувствам, в которых был только я и не капли магии – да нет у меня этой истинности, это долгая история, но нет! – а та, кто должна была стать моей женой, потом стала эленэ для другого. И тогда я сказал себе, что не посмею больше любить, что если и буду с кем, то только по расчету, пусть даже Семья выбирает, чтобы выгодней было… – Мне вдруг стало горько. Значит, уже была у него невеста? Значит, любил кого-то настолько, что ее уход отравил все его существование? Но следующие его слова заставили сердце сначала замереть, а потом неистово забиться. – Но это я только думал, что любил… Я ничего не знал о любви, пока не встретил тебя. И теперь боюсь – боюсь, что ничего не выйдет. Но если я не попробую, если не постараюсь, тогда ведь точно не выйдет, да? Лили, пожалуйста, прости меня и позволь быть рядом с тобой, ухаживать за тобой, любить тебя… Я тебе обещаю, что… – его голос пресекся и он продолжил через силу. – Если вдруг понадобится… я сделаю все, чтобы ты была счастлива – я ведь помню, с каким ты восторгом говорила про истинные пары… Так вот, я отпущу тебя, и ты сможешь уйти – но давай сейчас будем вместе.

Я медленно подняла голову и спросила хрипло:

– Почему я должна буду…уйти?

В синих глазах мелькнула тьма:

– Ты ведь можешь встретить еще своего… истинного.

– То есть… ты заранее сдаешься? – я не сдержалась от легкого ехидства. Ну а как еще, если меня распирало от ощущения восторга? Нежности? Его монолог прояснил многое – пусть и не все, но на это у нас будет время. Конечно, я могла бы вспомнить все то, что он сделал, раскрыть все свое недовольство, обиды, но…

Иногда стоило просто забыть.

Максир хмыкнул. И осторожно привлек меня ближе. И сказал твердо и уверенно:

– Я не сдаюсь. Но для меня твое счастье всегда будет важнее моего.

Я с преувеличенной грустью вздохнула:

– Жаль, что я не могу дать такого обещания.

– Ты о чем? – пальцы на моих плечах напряглись.

– Я вот не собираюсь отпускать тебя так просто, если ты вдруг встретишь свою истинную, – отстранилась и улыбнулась, стараясь не засмеяться, глядя на его ошеломленное выражение лица. – И не собираюсь сдаваться. И ты не услышишь пожеланий счастья на вашей свадьбе – я, скорее, взорву ваш свадебный торт, – уже откровенно хихикала.

– Лили, – он покачал головой и прижал меня к себе, да так, будто хотел засунуть под кожу. – Никаких свадеб с другой.

– Но твоя семья может потребовать…

– Я сумею отстоять свое мнение, не волнуйся, – и сказано это было так, что мне стало понятно – и правда сумеет.

– Значит… мы вместе? – уточнила я.

– Вместе. Всегда. Но при одном условии…

– Это каком? – я нахмурилась.

– Я сожгу это платье, – Максира перекосило.

– Хорошо, – я хмыкнула. – Но еще одна девка на твоих коленях – и ты останешься без них.

– Что ж, печально, – Ир лукаво улыбнулся. – Но я попрошу одного знакомого лекаря, чтобы он сделал мне механические.

Я стукнула наглеца кулачком по плечу.

– Кстати, о лекарях. Я буду работать! – сурово посмотрела на него.

– Кто бы сомневался… – пробормотал мужчина и зарылся лицом в мои уже изрядно растрепанные волосы.

Наш диалог прервала знакомая торжественная музыка.

Мы развернулись и увидели, что на балкон снова вышел глава Аза.

– Скоро мы начнем обратный отсчет, – его усиленный то ли магией, то ли механизмами голос проникал даже в дальние уголки залы. – Но я ведь вам обещал несколько сюрпризов, не так ли? Один маг, имени которого я, к сожалению, не могу назвать, подарил городу удивительное устройство, которое можно задействовать раз в год. Практически, благословение богов. В тот момент, когда Око, Свет и Буря сойдутся в одной точке, а Время начнет свой новый бег, Проявленные Линии станут как никогда более… проявленными. И истинные зажгутся сиянием; те же, кто давно не могли решить какой-то вопрос – найдут ответ. А те, кто страстно чего-то желают, получат шанс на исполнение мечты… Ну а теперь давайте считать. Десять… девять…восемь…

– Семь… – подхватил весь зал.

– Шесть… – улыбнулся Ир и сжал мои пальцы, а потом притиснул к боку.

– Пять… – в зале потемнело, а часы заметно вздрогнули.

– Четыре… – возникло ощущение, что весь мир задрожал…

– Три… – я счастливо улыбнулась и закрыла глаза.

– Два… – прошептали в едином порыве все и каждый.

– Один.

Едва слышимый щелчок.

Как-будто отпустили тетиву.

Как-будто лопнула струна.

Как-будто жуткое напряжение, которое владело каждой частичкой внутри меня исчезло в один миг.

Я, не открывая глаз, чуть повернулась и уткнулась Иру в район подмышки. И тут же вздрогнула от удивленного шепота:

– Лили… Посмотри…

– Что? – вскинулась.

И сначала не поняла, что такого, а потом…

Великое Око! Мы светились! Сияли, будто наша кожа превратилась в магическую лампу!

Сияние продержалось несколько мгновений и вдруг исчезло…

Как и все звуки. Как и все окружение.

Ведь это означало…

Я всхлипнула, а Максир прерывисто вздохнул, притянул меня за затылок и впился в рот поцелуем. Ошеломленным. Ошеломляющим. В котором было столько счастья, что его хватило, чтобы затопить меня до кончиков пальцев.

Я застонала и обвила его шею руками.

Я погружалась в его любовь. Тонула в его желании.

Я сама любила и желала так, что готова была утопить в этих чувствах всю Джандарскую империю!

Тем сложнее было вынырнуть, услышав краем сознания радостное «Ну я же говорил, мы их найдем!» и изумленное «Лили?!!».

Мы оторвались друг от друга и ошалело уставились на стоящих рядом с нами мужчин.

– Шер! – прорычал Максир.

– Папа? – пролепетала я.

Шерон широко улыбался, а вот отец хмурился. Я потрясла головой – откуда он взялся тут? И тут же радостно взвизгнула и бросилась ему на шею:

– Папочка! Я так скучала!

– Я тоже… – меня стиснули в объятиях. – Я так беспокоился… Ну куда ты бросилась, глупышка?! Разве ж можно так со своей семьей…Я так люблю тебя! Ну все, все, – ответил он на мой всхлип. – Вернемся домой, поговорим… Ну хочешь, работай, даже в этой своей… больнице… Только не сбегай так больше, ладно?

– Угу.

– И твое платье отвратительно…

– Угу, – я уже почти смеялась.

– Что до твоего поведения с этим молодым человеком…

– Женихом, – услышала я жесткий голос.

– Жени… что?

Отец оторвал меня от себя и изумленно уставился на Максира. А потом на меня:

– Лили… ты что… замуж собралась?!

– Ну… как бы… вообще-то мне еще предложения не делали… – я неуверенно глянула на блондинчика, но тот только покачал головой и посмотрел прямо на моего отца.

– Разве после всего, что вы увидели, я не обязан на ней жениться, эр Шот?

– Э-э… – кажется, папа был в шоке. Я тоже. Только младшим принцам, похоже, было весело. Глаза Ира смеялись, а Шер так и вовсе трясся. – Конечно, обязаны, молодой человек… Обязаны предложить! – собрался с мыслями, наконец, глава семейства. – Но вот принимать это предложение никто не обязан!

Какая прелесть!

Молодые люди, кажется, сейчас потеряют свои челюсти.

– Люблю тебя, папа, – прошептала ему. И тут же повернулась к Максиру.

– Ну и?

– Что? – ощетинился тот, все еще не прийдя в себя от удивления.

– Предлагать-то собираешься?

– Естественно, мы пожен…

Кажется Шер наступил ему на ногу. И ткнул в бок, отчего блондин скривился.

– Я хотел сказать, – принц откашлялся. – Лили, ты выйдешь за меня?

– Ну… – я сделал вид, что раздумываю.

Максир застыл.

А я получила тычок в бок от отца. И удивленно повернулась:

– Ты чего? – прошептала, впрочем, не особо скрываясь. – Разве настолько уверен, что мне стоит согласиться? Ты же совсем его не знаешь!

– Зато знаю свою дочь, – он пожал плечами. – Ты бы точно не стала целоваться посреди была с кем-то, кто не был бы тебя достоин.

Я снова повернулась к застывшему столбом Максиру. Рыжий рядом уже почти сложился пополам от смеха.

– Ладно, – я мило улыбнулась.

– Что ладно? – проорал блондин так, что люди неподалеку замерли.

– Да все ладно, – развела руками. – Будет…Наверное.

Угу, если меня не прибьют.

– Ли-ли… – а-а, какой он милый, когда злится!

– Да.

– Да. Что?

– Я выйду за тебя, – сказала весело и подмигнула. И ту же была подхвачена настоящей бурей, закружившей меня с бешеной скоростью.

Я расхохоталась и счастливо закрыла глаза.

И только совсем чуть-чуть вздрогнула, когда услышала голос папы:

– А теперь может быть скажешь мне имя своего жениха, Лили?

Эпилог

– Ты сделал…что?

Стася эр Джан-Ари поперхнулась и в изумлении уставилась на мужа.

Их ужины наедине были редкостью и отдушиной для обоих, с учетом того, что у них было четверо детей, сложная работа, минимум пятьдесят «ближайших» родственников и вся Джандарская империя впридачу.

Поэтому такие посиделки были наполнены удивительными новостями, попытками рассказать за один раз про всю предыдущую неделю, объятиями, поцелуями, смехом, спорами, вином, планами и тихим счастьем.

Поэтому они проходили строго за закрытыми дверями, поздно, в приглушенном свете камина и свечей – и все обитатели дворца, даже их младшенькие, знали, насколько чревато отвлекать наследника Бури и его жену в эти моменты.

– Отвез в Аза этот твой маго-иллюзион… или как вы ее со Стэризи назвали? – терпеливо повторил Бежан, и, как ни в чем не бывало, отрезал себе кусочек мяса.

– Он же экспериментальный! – возмутилась женщина.

– У вас есть еще один.

– Он же толком пока ничего не делает – разве что иллюзии накладывает!

– Но истинных ведь на самом деле проявляет? – спокойно уточнил наследник.

– Ну да…

– Остальное люди сами додумают, – улыбнулся ее мужчина и подмигнул.

Стася покачала головой:

– Максу и в самом деле это было… нужно?

– Угу. Разве я хочу для своего сына повторения собственной судьбы?

– Эй! – она швырнула в него салфеткой. – Ты так говоришь, будто я десять лет от тебя бегала.

– Нет. Я ждал тебя всего лишь сто семьдесят один день… И всю жизнь впридачу.

Бежан сказал это легко, но у нее замерло сердце от его слов. И запершило в горле.

Она выдохнула и спросила чуть хрипло:

– А ты увидел связь сразу?

– Я не то что бы увидел связь… Я просто увидел их глаза. И решил, что стоит поддержать решение сына. А Максир молодец – рискнул без всякой уверенности, – наследник Бури улыбнулся и продолжил ужинать.

Стася кивнула:

– Да, он писал об этом.

Она раз двадцать перечитала подробное письмо, где старшенький в красках рассказал про свои приключения, знакомство с потрясающей девушкой, работавшей в городской больнице, о том, что чуть не упустил ее, но вовремя пришел в себя. И как он счастлив, что она оказалась его эленэ, на что он даже не рассчитывал.

И в заключении сообщил, что они "еще немного отдохнут вдали от любопытного двора, но через несколько дней приедут знакомиться и обустраиваться на новом месте".

Первым её порывом было немедленно разыскать Максира и выяснить вживую, что, как и зачем; и познакомиться с этой Лили – ведь надо было понять, так уж ли она хороша?

Но Стася подавила в себе это неуместное желание. Как и желание тут же начать организовывать свадьбу, а еще – отомстить мужу, который скрывал от нее такие новости целых два дня.

Вот всегда она последняя узнает о мальчишеских проделках!

А покушение? Перерожденцы? Все эти гонки?!

Эх…

Но чего еще ждать от мальчика, которые за первый год своей жизни в этом мире испытал столько, сколько люди не испытывают за всю жизнь?

Она дождется Макса и его Лили дома. И тогда всё будет – и знакомство, и свадьба.

Она – надеется – станет для девочки поддержкой при дворе. Той это понадобится.

А вот радоваться за них начнет уже сейчас.

Стася очень переживала из-за истории трехгодичной давности. Злилась. Ей тоже вся эта истинность немало крови попортила – ну или ей так казалось раньше – и когда от Максира ушла невеста, она вспомнила свои собственные обиды и неуверенность. И испугалась, что из-за того, что Макс не был рожден в этом мире, он сможет найти свое личное счастье – такое, как нашла она сама.

Обошлось.

Она отставила тарелку и сделала большой глоток вина.

Откинулась на кресле, расслабляясь, закрывая глаза. Празднование Дня темной Ночи растянулось в столице на двое суток – были и народные гуляния, и детские, императорский бал, какие-то приемы, слившиеся все в один, фейерверки, подарки, встречи.

Было замечательно. Только очень уж она устала. Хорошо, что впереди спокойный цикл, когда даже во дворце жизнь немного замирает.

– Я тут подумал…

– М-м?

– Они поженятся и первый внук, вполне возможно, появится у нас уже через несколько лет…

Внук?

Она об этом не думала. Но уверена, это будет замечательный опыт.

– И знаешь, ведь это не очень будет, если внук окажется старше ребенка? – последние слова она даже не услышала, а почувствовала на своих губах.

– Что? – изумленно открыла глаза.

Бежан наклонился над ней.

Его взгляд потемнел, а дыхание сделалось частым.

Он осторожно убрал выбившуюся из её прически прядь и нежно провел по щеке:

– Ты же не против?

– Чего? – спросила она завороженным шепотом.

– Еще одного малыша? Не внука?

Еще один кроха в их семье?

Продолжение их истории.

Маленький отпечаток души.

Голос их песни…

Стася мягко покачала головой и приподнялась, обхватывая любимого за шею:

– Я даже не против приступить к его созданию прямо сейчас…