Текст книги "Петербург как предчувствие. Шестнадцать месяцев романа с городом. Маленькая история большого приключения"

Автор книги: Дарья Макарова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Комментарий Руслана

Чтобы разнообразить путешествие, можно, опять же, воспользоваться экстравагантным транспортом – крылатым катером «Метеор». Как объяснил один знакомый моряк, катер является чудом инженерной мысли. Движением он напоминает прыгающий по воде камешек. Очень быстро и комфортно. Стоимость такого аттракциона около 25 долларов.

Кстати, доминантой в сегодняшнем «послепетергофском» ужине является замечательная курочка в кисло-сладком соусе. Рецепт прост и незамысловат, зато результат потрясающий.

Ингредиенты: куриное филе, ананасовый сок, соевый соус, томатная паста, чеснок. Филе нарезаем небольшими кусочками, солим и обжариваем на сковороде в некотором количестве подсолнечного масла; в кастрюле смешиваем пасту, сок и соус, причем пропорции определяем по вкусу – кому-то больше нравится, чтобы превалировал томатный вкус, кому-то – вкус сладковатого ананаса. В готовую смесь выкладываем курицу, и все это тушится, булькает в кастрюле до полной готовности курицы. А затем выключаем огонь и – вуаля! – добавляем, опять же по вкусу, нарезанный мелко чеснок. Можно сделать это и раньше, но я лично присоединяю его в конце, чтобы не успел потерять во время варки своих ароматно-волшебных свойств.

Этим блюдом (на гарнир идет картофельное пюре) мы сегодня заедаем наши впечатления о Петергофе. Вкусно необыкновенно! Я имею в виду курочку… и Петергоф, конечно же.

P.S. Первый летний месяц в Петербурге оправдывает наши ожидания на двести пятьдесят процентов: интересные события в городе дополняются замечательной погодой и неуемным желанием познавать все больше и больше. Мы явно вошли во вкус. Продолжим в том же духе.

Июль

Сарская мыза

После Петергофа мне не терпится посетить и другие замечательные пригороды Петербурга. Руслан со мной солидарен, поэтому легко уговариваю его пуститься в новое путешествие в первую же субботу июля.

К сожалению, погода оставляет желать лучшего: небо куксится, хмурится, сереет и набухает дождливыми тучами. Мы, однако, не отступаем. Это же Северная столица… В фильме «Питер FM» хорошо сказано: «Погода в Питере меняется с космической скоростью…» Так что уповаем на смену погоды, но прихватываем с собой зонт – как обычно.

Маршрут уже другой – более простой: по «синей» ветке метро едем без всяких пересадок до метро «Московская», а там снова маршрутные такси в большом количестве. Дорога по широкому и стремительному Пулковскому шоссе занимает минут двадцать.

Кстати, о дорогах. Питерские дороги – просто эталон совершенства в сравнении с тем, что мы на родном Урале называем «дорогами». Там жителям привычны ямы и ухабы, езда «сорок километров в час» и покореженные низы легковых автомобилей. Здесь же дороги в большинстве своем гладкие, в независимости от того, где они проходят – в центре города или на пригородных направлениях.

Царское Село, или город Пушкин (мне больше нравится первое, историческое название), – чистенький, зеленый и не особенно примечательный городок со стандартными постройками советского периода и магазинами. Прелесть и волшебство его начинаются на Оранжерейной улице: здесь стоят двухэтажные старинные уютные домики приятных цветов. На балкончике одного из домов мы замечаем настоящую оранжерею из цветов и вьющихся растений. Оранжерейная улица упирается в Садовую, на которой, собственно, и располагается знаменитый Царскосельский парк.

Парк огорожен узким каналом, и, перейдя мостик, мы изучаем ценник возле кассы. Радует стоимость осмотра парка – по сто рублей на брата, и слегка ошарашивает отдельная цена экскурсии во дворец – триста целковых. Мы в целях экономии легко и быстро отметаем дворец, на ходу сообразив, что и парка нам сегодня будет достаточно для удовлетворения наших эстетических потребностей. Получаем на руки карту парка, чтобы совершить свою собственную экскурсию.

Небо, к сожалению, все же поливает нас дождем, хоть и не ливнем, но и не мелкой моросью, и мы начинаем осмотр парка, надежно спрятавшись под зонтом, закрывающим, правда, часть обзора. А посмотреть здесь есть на что: ряды ровно постриженных деревьев, аналогично им облагороженные кусты кубообразной формы и бесчисленные белые скамейки с завитушками на спинках.

Первой достопримечательностью на нашем пути становится павильон «Верхняя ванна», или, как называли его в XVIII веке, «Мыльня их высочеств». «Мыльня» – довольно симпатичное сооружение в классическом стиле, увенчанное парапетом с балюстрадой. Расположенное на самом берегу Зеркального пруда, оно практически полностью отражается в его водной глади, создавая эффект упоминаемого ранее «зазеркалья». Неподалеку от Верхней ванны располагается Нижняя ванна («Кавалерская мыльня»).

Напротив Зеркального пруда обустроен его собрат – пруд, созданный словно отражение в зеркале первого. В паре они образуют гармоничное водное пространство перед Екатерининским дворцом. Дворец в стиле барокко выглядит довольно пышно, но его бело-голубо-золотистое великолепие слегка портится из-за массового скопления людей, желающих пройти внутрь. Ощущение, что находишься не в сердце поэтического Царского Села, а где-нибудь, увы, на турецком рынке.

Мы вновь тихо радуемся тому, что решили сегодня ограничиться лишь осмотром парка, и движемся на берег Большого пруда – к павильону «Грот». «Грот» по стилю архитектуры схож с дворцом, но, в отличие от него, наглухо закрыт. Мы внимательно вглядываемся сквозь ажурную решетку из кованого железа, закрывающую высокое окно, и видим по центру почти пустого павильона одинокую белоснежную статую какой-то, видимо, богини.

Говорят, в «Гроте» Екатерина ΙΙ любила вкушать утренний кофе, любуясь открывающимся видом.

На пруду полно уток и голубей. Среди местных уток замечаем подвид, ранее нами не встречаемый – утка черная, с желтыми глазками. Пернатые шумно воюют за туристский хлеб и периодически изображают из себя торпеды, летящие по воде с громким шумом и брызгами.

Покинув пруд, мы берем вправо и осматриваем прелестную лестницу с ажурной решеткой, поднимающуюся к колоннаде второго этажа Камероновой галереи. Затем восхищаемся примыкающим к галерее Фрейлинским садиком с роскошными художественными клумбами и идеально ровными кустами. Обходим стороной соседнюю «Холодную баню» (я смотрю, недостатка в помещениях для мытья у царственных обитателей этих мест не было!) и оказываемся возле Пандуса – широкого спуска в римском стиле, украшенного вазонами и высеченными из грубого темного камня древнегреческими ликами. Тяжеловесный на вид Пандус соединяет Камеронову галерею и Собственный садик, с клумбами, изящными белоснежными статуями и красивым фонтаном. Впечатляет зеркальная беседка, представляющая собой две пары расположенных симметрично друг относительно друга дорических колонн, увитых виноградом. По центру беседки находится Кагульский обелиск.

Постепенно парк перестает быть регулярным и превращается в уютный лес с полянами, густо поросшими травой, и птичками, порхающими по ветвям деревьев. То тут, то там, однако, словно драгоценности в шкатулке, перед нами вырастают павильоны. Скажем, Вечерний зал – павильон в классическим стиле, украшенный античными статуями. Или экзотическая «китайская» Скрипучая беседка, увенчанная изогнутой кровлей и флюгером.

Из беседки по красивым округлым ступеням мы спускаемся к Верхним малым прудкам, где при нашем появлении немедленно появляется пара уток-торпед с целью выпросить хлеба. Хлеба нет, потому грустно разводим перед пернатыми руками и смущенно удаляемся.

Особенно нас поражает расположенная недалеко «Кухня-руина» – розовато-белый павильон с античными мраморными капителями и намеренно поврежденными барельефами, придающими павильону вид разрушенного памятника древности. Такая имитация была в моде в XVIII веке. Несколько раз в восторге обходим «Кухню», рассматриваем покрытые трещинами стены, обезглавленную статую и крохотного купидона, укрепленного над дверью. Потрясающе!

Комментарий Руслана

Вообще Царское Село (Пушкин) является классическим музеем, в котором множество экспонатов – только вот дороги между экспонатами довольно длинные, поэтому заранее убедитесь в том, что вы в форме и готовы прогуляться 10-15 км.

Далее мы поворачиваем направо и через мокрые кусты и тропинки выходим к Гранитной террасе, сооруженной из темного гранита и украшенной античными статуями. Здесь на соседнем дереве замечаем юркую рыжую белку и пытаемся ее быстренько сфотографировать. Белка, помахивая загнутым хвостом, выполняет различные пируэты, экспериментируя с ветвями дерева, поэтому ее портрет выходит довольно смазанным.

С высоты террасы оглядываем с удовольствием пейзаж: пруд, широкие поляны, купы вековых деревьев. Воздух звенит чистотой, напоен влагой, запахом душистой травы и близостью памятников старины. Дождь мягко шелестит о купол зонтика, и на душе уютно и хорошо, несмотря на слегка промокшие ноги.

Под усиливающимся дождем мы спускаемся к Большому пруду. Здесь плавает выводок маленьких пушистых утят во главе с серо-коричневой неприметной мамой-уткой. Папа-селезень, в оперении которого присутствует яркий изумрудный цвет, стоит на ступеньках небольшой пристани и важно позирует нам – начинающим папарацци. У него такие смешные оранжевые лапки с перепонками…

Посреди пруда расположен Большой остров с «Залом» – павильоном, где проводятся различные музыкальные концерты. Рядом высится величественная мраморная Чесменская колонна – символ побед России в Русско-турецкой войне; вершину колонны венчает огромный орел. Добраться до острова можно лишь на пароме и при условии, что в наличии есть билеты на очередной «островной» концерт.

Поколебавшись, мы идем вдоль пруда и за ручьем, красиво поросшим какими-то папоротникообразными кустами, находим знаменитый фонтан «Девушка с кувшином», созданный по мотивам басни Ж. Лафонтена: печальная дева, сидя на камне, грустно склонила голову, а рядом лежит разбитый кувшин. Из кувшина тоненькой струйкой течет ключевая вода, стекающая по ступенькам в ручей. Композиция очень трогательна и собирает вокруг себя толпу невесть откуда взявшихся туристов, желающих «сфоткаться с кувшином».

Следующий пункт нашего маршрута – мост Палладио, представляющий собой мраморную голубовато-серую колоннаду на гранитном основании. Между прочим, как утверждает путеводитель, детали моста были вытесаны на Екатеринбургской гранильной фабрике. Мост соединяет проток между Большим прудом и несколькими небольшими Лебедиными прудиками. Вода здесь затянута тиной, и нам позирует очередная гостья – чайка, картинно выписывающая пируэты.

Идем дальше – в сторону дворца – попутно умиляясь встречающимся то там, то тут белым скамейкам, установленным в густой траве, на полянах или под кронами деревьев. Так и тянет присесть и отдохнуть, глядя в царскосельское небо. Но дождь неумолимо заливает все вокруг, в том числе и сиденья скамеек. Поэтому, спрятавшись под зонтиком, мы вскоре осматриваем художественное сооружение – Красный каскад – увенчанные по бокам красными кирпичными башнями ступени, уходящие в воду. Руслан, оставив зонтик, обхватывает руками левую башню и перелезает на ступени, где я его и фотографирую.

Вскоре разглядываем еще одну достопримечательность – стилизованную под древность аналогично «Кухне-руине» «Башню-руину» – оригинальное желто-красное сооружение. На этом месте мы долго думаем, куда податься: если следовать этой дорогой, то вернемся туда, где уже побывали – в Собственный садик. Судя по карте, с противоположной стороны Большого пруда, оставленной нами без внимания, есть еще много интересных павильонов. Поэтому поворачиваем обратно, мимо Красного каскада и моста Палладио, и натыкаемся на чугунные Готические ворота, тоже, судя по путеводителю, отлитые в Екатеринбурге и являющие собой образчик готической архитектуры.

Слегка взгрустнулось: Урал во все времена служил для Российской империи этакой рабочей лошадкой, где и ворота отлить для забавы, и украшения царского парка, и мост из мрамора соорудить для тех же целей – дело-то «житейское», для этого и существует сия кузница…

Следующая достопримечательность – Пирамида – слегка пугает своим грустным назначением: здесь якобы похоронены любимые собачки Екатерины ΙΙ. Бррр… Вспоминается неуместный здесь Стивен Кинг и его «Кладбище домашних животных».

От Пирамиды быстро двигаемся в сторону Большого пруда, и вот мы вновь здесь: осматриваем «Турецкую баню» – белое сооружение с золотистым куполом и минаретом, напоминающее турецкую мечеть. По сути, это еще один своеобразный памятник победе в Русско-турецкой войне, внешне являющий собой копию турецкой мечети и содержащий внутри детали отделки бани некой турецкой султанши.

С крохотного полуостровка, на котором расположена баня, очень красиво смотрятся пруд, Большой остров и Чесменская колонна.

Далее по нашему личному экскурсионному плану идет Адмиралтейство, построенное в английском готическом стиле из красного кирпича.

Завершается поход осмотром роскошного павильона Эрмитаж, выдержанного в едином стиле с Екатерининским дворцом. Выстроен павильон крестообразно на искусственном острове, соединенном с «землей» мостиками. Он служил для отдыха и обедов царственных особ, поэтому недалеко расположена Эрмитажная кухня… Самое интересное, что еда в Эрмитаже подавалась с помощью подъемных столов: так сохранялось ощущение приватности, дабы никто не мешал уединению хозяев.

Мы прощально оглядываемся на Большой пруд и парк, а в голове моей крутятся не сформулированные до конца мысли. После осмотра сегодняшних достопримечательностей можно сделать вывод: царственные особы окружали себя исключительно изяществом, гармонией и красотой. Утонченные, наверное, были люди, с прекрасным вкусом. Неважно, во сколько все это обходилось казне… Главное – исполнение прихотей, забав, капризов! Мы, кстати, не добрались в этот раз до значащегося на карте «Большого каприза» – симпатичного, судя по всему, мостика. О нем существует легенда: Екатерина ΙΙ, подписывая довольно дорогую смету на строительство моста, якобы произнесла: «Пусть это будет мой каприз».

Теперь мы смотрим на их «капризы» и наслаждаемся прекрасным, ведь, если вдуматься, этого «прекрасного» в современной жизни так мало. Благодарим тебя, «капризная» Екатерина…

Мечтательные и промокшие под непрекращающимся дождем, мы покидаем парк и напоследок подходим к Пушкинскому лицею, чтобы посмотреть на Дежурные конюшни. Рядом старинные уютные особняки, памятные тем, что в них часто бывали Пушкин и прочие лицеисты. В одном из окон видим смешного котенка, играющего со стеклом. Интересно, живет ли здесь дух Пушкина? Стоит выяснить. В следующий раз. Тем более что нами еще не осмотрен соседний Александровский парк, и поводов вернуться предостаточно.

P.S. В допетербургские времена места эти назывались Сарской мызой по имени некой «госпожи Сарры», к которой Петр Ι якобы наведывался угоститься свежим молоком. Потом – короткое время – село называлось Сарским, и лишь затем его стали именовать Царским.

Работа не волк, дубль два

Руслан уезжает на поезде в командировку в Нижний Новгород, и я провожаю его на Московском вокзале. Величественное здание вокзала полукругом фасада выходит на площадь Восстания. При постройке здания архитектор использовал мотивы ратуш западноевропейских городов, над главным входом – башня с часами.

Я не люблю вокзалы. Не люблю шум, гам, грязь, толпы незнакомых людей непонятного рода, цыганок – любительниц подобных мест. Я всегда чувствую себя на вокзалах неуютно, и мне хочется побыстрей сбежать: неважно как – на поезде или пешком. Однако Московский вокзал приятно поражает чистотой, немноголюдностью и каким-то «невокзальным» уровнем комфорта. Цыган здесь тоже не наблюдается.

На платформе я – дремучий человек – впервые вижу актуальное для Москвы и Питера (и особенно для связи этих городов между собой) средство передвижения – «Сапсан». Он своим заостренным носом напоминает обтекаемую стальную стрелу.

Интересно слушать объявления: «нумерация вагона такого-то… со стороны Санкт-Петербурга… нумерация вагона такого-то… со стороны Москвы». Мы-то привыкли слышать о нумерации «с начала» или «конца состава». Но этот способ кажется удобней: даже я со своей топографической придурковатостью уж точно могу определить, с какой стороны у нас находится Санкт-Петербург.

Комментарий Руслана

Вокзалов в Питере множество, поэтому всегда внимательно смотрите, с какого именно вы едете. К слову, главный вокзал (а именно такое обозначение указывается в ж/д билетах) – это Московский. Как это ни странно, но даже справочная служба по телефону не всегда ответит Вам на этот вопрос. Будьте внимательны.

Руслан отбывает, и я, смахнув прощальную слезу, направляюсь к выходу, на площадь Восстания. Цель у меня, как всегда, неоригинальная: пополнить запас конфет в магазине фабрики Крупской.

С картой в руке (еще одна приобретенная в Питере привычка!) и приятным предвкушением прогулки по городу я двигаюсь по улице Восстания, а затем сворачиваю в Ковенский переулок. Здание из красного кирпича в романском стиле с башней-колокольней, увенчанной граненым куполом, привлекает мое внимание. Оказывается, это римско-католическая церковь – храм Лурдской Божией Матери. Как я узнала потом, в советское время он оставался единственной действовавшей католической церковью в Санкт-Петербурге. Романтичный, европеизированный вид храма внушает некий трепет. Запертый в небольшом переулке среди «обыкновенных» домов исторической части города, он смотрится пришельцем из другого мира.

Из переулка я «ныряю» на симпатичную, с ровными рядами газонов, деревьев и домов улицу Маяковского.

Потом следуют Манежный переулок и уютная Преображенская площадь, на которой высится классического вида Спасо-Преображенский собор, спрятавшийся в зелени окружающих его деревьев. Площадь плавно переходит в улицу Пестеля с вожделенным конфетным магазином.

Вскоре я здороваюсь со знакомой продавщицей, выбираю любимые шоколадные конфеты (стратегический запас) и соблазняюсь грейпфрутом в шоколаде. Забавная вещь, особенно вкусна бывает, кстати, при прогулке по питерским улицам. Грейпфрут я грызу, стоя на своем любимом мостике возле Чижика-пыжика и любуясь прогулочными катерами, скользящими по серебристой от солнечных бликов Фонтанке.

Дома я в глубоком одиночестве прячу конфеты в холодильник и захожу в Интернет: посмотреть, как продвигаются дела с моим резюме на hh.ru. Обновила страницу я не так давно: успела погулять с Русланом по Питеру и немного передохнуть. Поиск работы провожу, как и в прошлый раз: Интернет, Интернет и еще раз Интернет… Пока пусто, предложений никаких. Я слегка вздыхаю и иду на кухню крошить свой любимый салат: помидоры, вареные яйца, репчатый лук и майонез. Очень вкусно (хотя и не очень полезно!).

Через пару дней Руслан возвращается из Нижнего Новгорода, а меня приглашают на собеседование в лингвистический центр недалеко от площади Восстания. Должность опять связана с работой с клиентами.

На улице идет дождь, и я, промокшая и прячущая мокрый зонт в любимый теперь пакет из Дома книги (такие узкие пакетики специально для зонтов выдавали там как-то на днях, когда на улице шел дождь), сижу в оранжевой переговорной комнате и пытаюсь отвечать на скабрезные вопросы двух мужчин, проводящих собеседование. Вопросы ставят меня в тупик, хотя некий тайный смысл в них все же проглядывается. Например, бывала ли я за границей? Турция и Египет считаются таковыми, надеюсь. Или нет? Просьба помножить в уме трехзначное число на однозначное. Справляюсь с этим, хотя и со скрипом. Как выглядит приемная в этом центре, надо описать точно. Ну… Что-то оранжевое, и люди сидят за стойкой. Одни девушки, вспоминаю я. Мужчины смотрят на меня устало и с легким отвращением, как профессора, принимающие экзамен у нерадивого студента. Видимо, способности моей памяти оставляют желать лучшего. Чувствую себя одновременно двоечницей и цирковым тигром, не прыгнувшим, как было велено дрессировщиком, в горящее кольцо, за что тигра (то бишь меня) лишат мяса (то бишь должности). Ухожу с противоречивыми чувствами…

Для разнообразия договариваюсь по телефону с Русланом встретиться в Михайловском саду. Добираюсь туда пешочком по шумному, мокрому Невскому проспекту.

В Михайловском саду с его вековыми деревьями, газонной травкой, нарциссами и анютиными глазками шелестит мягкий дождь, и воздух напоен вкусом свежести. Прохожу к павильону-пристани Росси, что выходит на речку Мойку, бегло осматриваю установленные напротив павильона бюсты художников Иванова и Брюллова. Последний нравится особо из-за своих буйных кудрей. В беседке двое подростков – мальчик и девочка – репетируют какой-то танец, судя по всему, бальный. Они кружат, кружат в интерьере красивого классического строения и выглядят очень романтично.

Вскоре ко мне присоединяется Руслан, и мы делаем круг по саду. Затем через Инженерную улицу выходим на площадь Искусств и делаем круг по скверику. Потом круг по Невскому. Заканчиваем нашу «кружную» прогулку под дождем в метро: пора домой, сушить одежду, зонтики и есть вкусный ужин.

Следующее собеседование мне вскоре назначает по телефону некто «Олег, менеджер по персоналу», представляющий одну небольшую телекомпанию: ему требуется ассистент в отдел продаж. Указанные обязанности вкупе с обещанной зарплатой, выраженной в твердом окладе, без всяких процентов, выглядят многообещающе. Офис расположен недалеко от метро «Чкаловская»: район, судя по карте, не самый красивый и старинный, но это уже неважно.

Я еду по «синей» ветке, затем пересаживаюсь на «фиолетовую» и выхожу на «Чкаловской». Это то самое место, где Максим в фильме «Питер FM» поджидал Машу в первый раз, чтобы вернуть ей телефон. Я радостно узнаю знакомые ступени и бюст Чкалова и почти прыгаю от восторга.

Времени до собеседования у меня навалом, и я не спеша и с воодушевлением двигаюсь по Чкаловскому проспекту влево, разглядывая довольно красивые доходные дома начала прошлого века. Эти строения с угловыми башнями очень похожи на дома возле метро «Василеостровская». Узкие, рассчитанные, видимо, на одного пешехода тротуарчики, кофейни, магазины… Примечателен дом в стиле эклектики, обозначенный по проспекту под № 9, – нежно-голубое здание с барельефами в виде женских лиц.

На пересечении с улицей Пионерской расположено также довольно заметное строение: дом под № 4, глухая стена которого расписана на темы авиации и космонавтики. Идентифицирую изображения Петра Ι и Юрия Гагарина. (Для справки: подобные глухие стены, коих в Петербурге встречается огромное количество, называются брандмауэрами. Предназначались они для воспрепятствования распространению огня на соседние помещения или здания). Возле дома расположен крохотный скверик со скамейками и еще одним бюстом вездесущего Чкалова.

Вскоре я упираюсь в улицу Красного Курсанта, которую тут же переименовываю в «улицу военных». Похоже, здесь располагаются военные училища: кругом курсируют люди в форме. По правому борту остаются краснокирпичные здания фабрики «Красный Октябрь»: на одном из домов виднеются цифры «1855» – похоже, дата основания фабрики.

Офис телекомпании располагается в современного вида кирпичном здании со спутниковыми тарелками на газоне. На ресепшене сидят ухоженные блондинки. Вскоре появляется мой «собеседник» – полноватый молодой парень в розовой рубашке. Мы беседуем в просторной «переговорке», и он, похоже, не против моей кандидатуры. Собеседование заканчивается, он обещает перезвонить, я довольна.

На обратном пути присаживаюсь на скамейку в сквере возле бюста Чкалову. Сижу, разглядываю изображенную на стене дома карту звездного неба. Вскоре я оказываюсь в местном «Севере», покупаю эклеры и еду на метро домой.

Олег перезванивает через день и сообщает, что теперь меня ждет собеседование с коммерческим директором. Правда, она – директор! – сейчас в командировке, а потому, как вернется, сразу созвонимся.

С чистой совестью рассказываю об этом по телефону маме, переживающей, что я сижу без работы и «пинаю воздух». Я на самом деле сплю до двенадцати, на обед лопаю горячие бутерброды, смотрю «Мисс Марпл» с неподражаемой Джоан Хиксон в главной роли и проявляю какую-либо активность лишь тогда, когда с работы приходит Руслан. Я вновь наела щеки и похожа на хомяка. Счастливого хомяка.

Собеседование с коммерческим директором – светловолосой женщиной средних лет – проходит неплохо. Я довольно ловко вставляю нужные обороты речи и вообще стараюсь выглядеть компетентной. Напоследок она спрашивает меня, побывала ли я на «Алых парусах». Потом еще кое-что из театральной жизни Петербурга. Говорит, что я, похоже, человек ответственный и потому, скорее всего, самый вероятный кандидат на должность. Ответственный человек? Я? От важности надуваюсь, словно шар. Но это не конец: директор упоминает о третьем – последнем! – собеседовании, которое проводит служба безопасности головной организации. Интересно, в НАСА отбор проводится на таких же условиях? Снова договариваемся созвониться.

Через день голос Олега в трубке сообщает, что служба безопасности ждет меня. Я даже слегка нервничаю, и щеки мои сдуваются: как будет проходить встреча? Меня посадят в темной комнате, направят в глаза лампу и будут задавать скабрезные вопросы? Возьмут кровь на анализ? Проверят на детекторе лжи? Мамочки…

Все оказывается не так страшно: ни детектора, ни лампы. Светленькая ехидная девушка всего лишь задает и задает вопросы, проливающие свет на мою темную для них личность. Я добросовестно, аж вспотев от напряжения, отвечаю. Она обещает, что через неделю мне перезвонят: столько времени будет идти подтверждение полученной от меня информации.

На улице подставляю пылающее лицо начинающемуся дождю. Во дворе соседнего дома, с виду похожего на школу, прогуливается толстая кошка. Она тут же устремляется ко мне, выпрашивая еды. Но угостить мне ее нечем.

Уже вечереет, а мы договорились с Русланом встретиться в центре, потому еду туда. Много времени проводим в Доме книги и наконец выбираем роман Глуховского про метро.

Комментарий Руслана

Если вы хотите сэкономить на покупке книг, рекомендую заказывать их через интернет-магазин этих же самых крупных магазинов. Причем сделать это можно прямо оттуда – увидели книгу на полке, подключились к беспроводной сети, сделали заказ и через часик тут же купили на кассе через пару метров от вас – но дешевле на 10%. Особенно актуально при больших покупках.

На кассе небольшая очередь, стоим, наслаждаемся запахом книг и шелестом бумаги. Вдруг в нос ударяет невыносимая вонь, и чья-то вежливая рука слегка отодвигает меня и еще нескольких покупателей от кассы. Все поднимают глаза и таращатся на охранника магазина, который пытается провести к кассе – вне очереди – мужчину явно без определенного места жительства. Гражданин, находящийся за гранью социума, тем не менее, к моему изумлению, не только выражает желание приобрести (!) недешевую книгу, но при этом еще и книгу об истории Петербурга. Покупатели смиренно уступают ему место, и охранник вскоре вежливо возвращает его к выходу.

Мы с Русланом в некотором шоке. В Петербурге, равно как и в любом большом российском городе, довольно много подобных людей: на улицах, в метро, возле кафе. Людей, чье благополучие осталось где-то далеко в прошлом. Мимо них всегда проходишь, опустив глаза, потому что стыдно, хотя и непонятно, за что. И тем не менее это так.

Однако Петербург – удивительный город, раз человек, которому, возможно, сегодня нечего есть, идет в магазин и на последние деньги покупает книгу. О Питере. Респект и уважение этому человеку. И этому городу, конечно же.

Через обещанную неделю мне звонит руководитель Олега из отдела персонала – довольно экспрессивная, судя по голосу, женщина – и сообщает, что служба безопасности рассмотрела мою биографию вдоль и поперек и не нашла изъяна.

Теперь меня ждут работа и новый, неизвестный мне коллектив. Как там сложится – ума не приложу. Но надеюсь на лучшее.

В назначенный день и час (десять утра, кстати) привычно жду Олега на ресепшене. На нем теперь фиолетовая рубашка. С помощью электронной карты он проводит меня через турникет и будочку с охранником, и из здания мы выходим во двор, направляясь в другое, более обшарпанное на вид, сооружение. Поднимаемся по темной, аварийного вида лестнице, где я страшно боюсь споткнуться. Вскоре надежно сижу на одном из стульев в крохотной комнате отдела персонала и читаю два здоровенных талмуда, призванных просветить меня в области моих прав и трудовых обязанностей. В боковой комнате меня приветствует уже знакомая мне девушка, коммерческий директор. Сидящая за соседним с ней столом высокая платиновая блондинка с голубыми глазами, в голубом же платье и с голубыми серьгами в ушах сражает меня своим внешним видом наповал.

Вскоре я перебираюсь на второй этаж, по пути разглядывая вырезанные из бумаги сердечки на двери общего туалета. В отделе продаж находится лишь одна сотрудница – полноватая девушка в сарафане, со стрижкой «под Клеопатру». Сам отдел продаж напоминает оранжерею, в которой по случайности оказались столы, компьютеры и принтер. Море комнатных цветов, рисунки и гербарии из листьев на стенах… Я приятно удивлена. Появляется еще одна темноволосая девушка – Катя, которую я буду замещать по причине того, что она скоро станет матерью. Руководитель отдела и еще один менеджер, по совместительству – его жена, оказывается, находятся в отпуске. Надеюсь, с ними мы в будущем подружимся.

Работы пока никакой нет, все более-менее значимое, касающееся будущих обязанностей, мне успевают объяснить в течение получаса. Теперь сижу, читаю журналы, посвященные телевидению, и иногда кошусь на «Клеопатру».

Всю последующую неделю я читаю на работе журналы, иногда клею марки на конверты и отчаянно скучаю. Офис между тем живет дружной жизнью: довольно молодые и веселые сотрудники – редакторы, операторы, ведущие на каналах – собираются вместе выпить кофе, рассказывают друг другу новости и выглядят как одна большая счастливая семья. Я завистливо вздыхаю поверх журналов.

В пятницу у темноволосой Кати последний рабочий день, и она угощает коллектив арбузом. Помимо вернувшихся из отпуска руководителя Александра и его жены Люды в «оранжерею» прибывают сотрудники из соседних отделов. Арбуз идет на «ура». Я с облегчением вздыхаю, видя задорные добродушные лица, и уже мечтаю подружиться абсолютно со всеми. Прямо как Чебурашка, который искал друзей. Так, на этой мажорной ноте, заканчиваются поиски моей второй работы.