Текст книги "Научи меня любить... (СИ)"

Автор книги: Дарья Кларк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 21 страниц)

Глава 27.

Приезд домой был явно неожиданной новостью для родных. Тем более, никто даже представить не мог, что девушка вернется домой в слезах и вместо тёплых приветствий, скажет сухое «привет» и оставит их наедине, сразу же отправившись в свою комнату. Родительница была в прямом замешательстве, а вот Макс начал кое-что подозревать. И это кое-что совсем ему не нравилось.

– Можно? – он открыл двери и прошел в ее комнату, не дожидаясь согласия.

– Конечно... – Алена взяла в руки теплый свитер, купленный на вечернем рынке и, отправила его в комод. Уж теперь ему долго там придётся жить.

– Ты как?

– Хорошо, а почему ты спрашиваешь?

– Мама волнуется за тебя. Она ведь не в курсе всех твоих дел. – парень присел на кровать и вынул из дорожной сумки очередную вещь, которая досталась Алене благодаря распродаже. Да... Кажется, ее гардероб полностью стоит изменить от и до.

– Это потому что у меня нет никаких дел.

– А как же тот парень...

"Дима?"

– Ты о ком?

– Не притворяйся, что не поняла. Ты прекрасно знаешь о ком я.

– Понятия не имею, о чем ты говоришь.

– Ален, он причинил тебе боль? Как тот придурок, решил поиграть и бросить? – в его жилах вскипела кровь до неумолимой черточки, освобождая гнев наружу. И если Вадиму он хотел сказать спасибо, то его брату он бы точно еще что-то добавил... И убавил... И все равно, что он младше его на девять лет. За свою сестру он пойдет горой и всегда заступится за неё. На то ведь они и семья. Родные люди.

– Макс, это моё дело. Но если тебе станет от этого легче, то мы всего лишь решили побыть врозь несколько дней. Нам многое нужно осмыслить.

– Это твоя версия.

– Его версия ничуть не отличается от моей.

– Ну-ну, поэтому ты вся в слезах?

– Максим, давай оставим все это? Я очень устала и хочу отдохнуть, – "А ещё осмыслить и..."

– Хорошо, но мы обязательно вернёмся к нашей беседе. И ты все мне расскажешь.

– Я тебя услышала.

– Надеюсь, – брат встал с кровати и отдал ей белую кофточку, которую успел стащить из кучи белья, с которым она возится добрых полчаса.

Алена, убедившись уже в отсутствии Макса, медленно скатилась вниз на пол и запустив руки в свои янтарные волосы, шумно вздохнула, спрятав свою слабость далеко и подальше. Теперь ей нельзя быть слабой девочкой. Не сейчас, когда её подлавливают на каждом пройденном этапе и пытаются выявить причину ее беспокойства. А ведь причина-то всего одна. И имя ее – Дмитрий.

Ничего не поделаешь. Она не могла просто так быть дома, пока знала, что он находится в больнице. Совершено один. Вадим, конечно, делает все возможное для обеспечения его уходом, но ведь она понимала, что Диме этого мало. Ему нужно совершенно другое... Другой подход, разговоры, и маленькая часть любви сделали бы свое дело на отлично. И может быть вытащили бы его. А ведь она себе обещала, что сможет забрать парня домой. И что теперь? Где она и где он. Проклятая жизнь! Всегда все устроит по своим правилам и вычеркнет не нужных игроков с поля боя. Осталось узнать только один маленький нюанс. Кто из этих двоих на самом деле лишний...

Уже ближе к вечеру, в часов так пять, девушка спокойно сидела на кухне и помогала родительнице готовить вечерний ужин. Хотя, обычным ужином это не назовёшь. Такое ощущение, что ее мать решила накормить своей стряпней целую бригаду, а не обычных подростков.

– Аленочка, подай мне сковороду, – без упреков и чужих слов, девушка спокойно отдала кухонную посуду хозяйке домашнего очага и вернулась к своему занятию.

Пять минут назад ее попросили нарезать как можно больше луковиц для первых и вторых блюд их будущего лакомства. Правда вот ей казалось, что она уже целый день сидит над этим "Чиполлино" и пытается сдержать слезы, которые вызваны озверевшим овощем.

"И где только мама находит такие продукты? Вот бы ещё не заболеть... А то я чувствую, что моё выздоровление мне дорого обойдётся."

– Алена, а как там твои дела в Питере? Все хорошо?

– Конечно, – попытка улыбнуться и... Полный провал.

–Точно?

– Да.

– Ален, – Анна решила, что медлить больше нет смысла. Пора заканчивать с этим. И чем скорее, тем лучше, – Можешь не стараться, я все знаю.

– О чем? – "Только не это... Неужели Макс проболтался? Если это так, то он больше не жилец."

– О твоих приключениях и об этом парне по имени Дима. Давно вы вместе?

"Да, сегодня точно будет убийство. И его не спасут никакие извинения. Как там говорится... Казнить нельзя помиловать? Так вот, сегодня я явно поставлю запятую в нужном месте".

– Мам, я просто...

– Я хочу всего лишь узнать об этом. Не будет претензий или глупых упреков. Просто скажи, что произошло. Я пойму.

Я пойму... Сейчас это было сказано с такой любовью и заботой о собственном ребенке, что Алена просто не могла пропустить эти слова впустую. Ведь сейчас они для нее как никогда важны и выполняют роль поддержки родителя, который всегда хотел только лучшего для своих детей и старался как мог. Даже тогда, когда все шло к чёрной полосе, Анна пыталась выстоять и самостоятельно дать отпор горю, только чтобы Алена и Максим были счастливы и ни в чем никогда не нуждались.

– Я не знаю... Я правда не знаю, – ее руки задрожали и это было именно то, на что обратила внимание любящая мать, – Он просто сказал, что хочет все закончить. Что больше не желает ничего продолжать. А я... Я люблю его. Но его слова... – такое глупое состояние слабости. Она ведь даже не понимает из-за чего плачет. Виною всему обычный лук или же любовь, отравляющая ее рассудок с каждым днем все сильнее?

– О, милая, – она обняла дочку, на что в ответ получила точно такое же прикосновение к своему телу, и тихонько гладила ее по голове, повторяя о вере в лучшее и о том, что всегда в жизни для всех наступает счастливый конец. Осталось только дождаться его. И тогда все будет хорошо.

– Как ты это делаешь? Даже когда от нас ушел отец, ты все равно повторяла, что это не повод для падения. Ты всегда шла вперед только с поднятой головой и светлыми мыслями. Тогда, когда нам было очень плохо и мы все были на волоске от нервного срыва, ты продолжала говорить о силе духа. Как так?

– Вера... Вот, что важно. Без веры человек не сможет прожить и дня. Всегда нужно верить и бороться за свое счастье. Даже в самую трудную минуту в своей жизни. И тогда ты сможешь найти выход. Пусть если его нигде не видно. Ты найдешь...

Дочка сильнее прижалась к ней и закрыла глаза, вырисовывая глазами образ любимого человека. Родительница права. За счастье нужно бороться. И она будет это делать. Иначе нельзя. Ведь неизвестно что может произойти в любой момент. Нужно ценить каждый миг. И она поняла это. А значит, скоро вновь наведается к Диме. Но теперь никогда его не бросит. Если уж и бороться, то только вдвоём.

***

– Боишься? – Дима на секунду замер, но тут же встряхнулся и попросил подать ему ручку.

– Нет, – одна подпись... вторая... третья... И почему только от одних лишь этих закорючек сердце сжимается и кровоточит до неясных ощущений? Словно оно знает то, что неведомо самому парню. И от этого становится по-настоящему страшно.

– Зачем ты так с Аленой? Она ведь не виновна ни в чем.

– В том и причина. Она не виновата, что полюбила такого придурка с психическими наклонностями. Да ещё и калеку.

– Ты слишком негативно к себе относишься.

– Ты хотел сказать – реалистично?

– Нет, все именно так, как ты услышал.

– Вадим, я не могу оставить все как есть. Тем более я уже выполнил половину дел. Расстался с любимой девушкой, подписал эти чертовы бумажки, – Зачем их нужно было подписывать он так и не понял. Но сделал все так, как ему говорили. Спорить не было сил, да и смысла тоже. – Есть только еще одно незаконченное дело... Но это уже будет на твоих плечах.

– О чем ты?

– Я хочу подарить Алене на ее день рождения подарок. Я давно уже придумал это, но выполнить не мог. Да и неизвестно еще смогу ли когда-нибудь. Поэтому... Если вдруг со мной что-то случится, обещай, что подаришь его ей. Только сразу же. Я хочу, чтобы она помнила меня. Он находится в моей комнате, в полупустом шкафу, прикрытый пуховым одеялом.

– Дим...

– Скажи, что отдашь!

– Хорошо, – Вадим сдался и покорно повторил за братом, – Я обещаю. Но ничего не случится. И ты сам ей все сможешь передать.

– Я очень хочу в это верить. А, и ещё, – он много раз думал о том, что будет происходить с ней, когда его не станет. Сможет ли она вернуться к прежней жизни? Скорее всего нет. Поэтому и принял решение все сохранить в тайне. Ведь недаром он ничего не стал говорить ей о своей приближающейся операции. – Ты ничего не скажешь ей о моей смерти.

– Так, все, хватит! – он откинулся на спинку стула и нервно крутил зажигалку в своих руках. И кто только запретил курить в помещениях? Сейчас он бы с радостью нарушил этот указ. – Все пройдет хорошо. И ты снова ступишь на землю ногами.

– Я вполне себе представляю и такой расклад событий, но все же ты ничего не скажешь ей, если вдруг что-то произойдет.

– Не скажу... Но все будет удачно. И ты убедишься в этом.

Дима слегка кивнул и смотрел на брата, но уже совсем иначе. Не сравнить с тем взглядом, которым он одаривал его последние два года. Теперь там полностью проживает уважение и братская любовь. Хотя она ведь всегда там жила, просто ее запрятали в свои покои ненависть и грубость. Но теперь все пойдет по-другому. Вадим прав. Нужно верить в лучшее. И все будет замечательно. Но, а если же нет... Ну он хотя бы получил в этой жизни полноценную любовь. Без фальши и колких заморочек. А настоящую и чистую любовь от девушки, которую смог полюбить всем своим сердцем. Пусть даже и не на столько времени, как хотелось бы...

– Ну что, давай готовиться? – их старый приятель сполна наслушался таких разговоров и теперь решительно хотел начать действовать. Аккуратно и очень осторожно. Ведь на нем была ответственность за жизнь этого парня. А он уж сделает все, чтобы тот остался в живых и наконец вновь почувствовал себя свободным человеком.

Глава 28.

– Ну же, ну! Давай! – хирург руководил всем процессом и потому приказал своим помощникам сделать всё возможное, все что им под силу, но только чтобы они все же помогли парню вернуться к ним, – Разряд!

Тело молодого человека буквально подпрыгнуло на жёсткой поверхности, но это не дало никаких результатов. Наоборот, содеянное будто только ухудшило его состояние, из-за чего в операционной послышался жуткий гул, который смело можно назвать концом.

– Давай! – Константин Викторович не собирался сдаваться. Он уже один раз вытащил парня с того света и в этот раз сможет то же самое, – Давай же...

– Нет никаких результатов, – молодой парень, кажется новый стажер, попытался еще раз сделать попытку пробудить его, но все было безрезультатно. Дима словно не реагировал на все эти тщетные старания, окончательно убивая надежду врачей.

– Не может быть такого. Он должен... Давай еще раз! – операция прошла успешно. Все было просто прекрасно. Кто же знал, что загвоздка произойдет уже в самом конце. Он не выходит из наркоза уже довольно долгое время, а сейчас вообще перестал реагировать на все попытки поднять его, сокращая при этом жизнедеятельность. Такое случалось уже в практике, и не один раз, но в данном случае не помогали даже самые сложные варианты, которые были проделаны.

– Он не сможет... Слишком много времени прошло. – сотрудник похлопал Константина по плечу, пытаясь поддержать его, ведь отлично знал как он относится к своему делу и к этому парню. С каким энтузиазмом на это шел... А что теперь? Проиграл, да еще и так открыто, -

Ты

скажешь родным?

Мужчина не ответил. Всего лишь взял в руки чистую, не тронутую медицинскую клеенку и, чудесным образом сдерживая себя на ногах, малыми шагами накрывал тело Димы, чувствуя как его пальцы постепенно приобретают прохладу.

– Прости, сынок, – он ещё раз взглянул на него и зажмурившись, проклинал себя всевозможными словами за то, что снова дал ему поверить в чудо и позволил довериться, а он так подло с ним поступил.

Парень ушел туда, откуда нет возврата. И это доказывали не только все приборы, которые находились в комнате, но и сами биологические факторы, докладывающие смерть молодого человека.

– Отключай.

Вокруг вместо пронзительного писка вдруг воцарилось молчание. Словно они неожиданно переместились в подземное царство Аида, где не слышно никаких голосов и уж тем более не видно улыбок. Только тишина и смиренный покой, который смог забрать парня в свой "гостеприимный" отель.

Не до конца поняв происходящее, он покинул операционную и прошел вдаль коридора, который свел его с тем, от кого он бы сейчас с удовольствием скрылся, так ничего и не объяснив. Но это казалось чем-то нереальным. Он должен оповестить родных. Проблема в том, что мужчина даже не знал, как это сделать. Раньше такого не было с ним. Да у него и потерь ведь никогда не было. А на несчастные случаи своих коллег всегда смотрел с пугающей жалостью. Бороться за жизнь человека, который тебе доверился, а потом так глупо предать его веру. Да это подобно убийству! Но сейчас... Кто бы только знал, как ему сейчас было плохо и страшно оттого, что подвёл многих людей своим неправильным подходом. А ведь если бы он не предложил Диме рискнуть, парень до сих пор был бы жив.

– Как он? – Вадим выглядел очень напуганным и крепко сжимал ладонь своей девушки в своей. Это единственное, что могло успокоить его сейчас и поверить в лучшее, – Все же хорошо?

– Я... – в горле пересохло, кодируя голосовые связки до невероятных ощущений боли, что убивали его с каждым разом все безжалостнее.

– Что? Он пришел в себя? Я могу с ним поговорить? – он все еще верил в лучшее, поддавшись разговорам и убеждениям Елены. Она уже один раз спасла его и помогла двигаться дальше, став его смыслом жизни. Так почему ему снова ей было не довериться?

– Мне очень жаль... – мужчина потупил голову вниз и немедленно прошел вперед, пытаясь не смотреть собеседнику в глаза, у которого внутри от сказанного все оборвалось.

– Что... Что это значит?

– Вадим, ваш брат, он...

– Что?

– Извините, – из операционной вышел еще один мужчина и посмотрел на молодого человека, который постепенно начал понимать всю суть его "недорассказов".

Он резко вырвался из объятий Елены, не обращая внимания на ее просьбы, и догнав врача, прижмал того к стенке, хватая за ворот медицинской одежды.

– Что с ним?

В его глазах читалась ярость и гнев, который нельзя было успокоить ничем, кроме как положительных слов о состоянии брата.

Но если бы всегда так можно было вернуть людей, которые нас покинули... Ведь тогда человечество не знало бы таких слов, как: боль, горе и полное уничтожение будущего, которое у всех выстроено по своим особым полочкам.

– Он... Что-то пошло не так...

– Что вы хотите сказать...

– Мы сделали все, что могли, но он не смог выйти из наркоза... Извините, но... Мне нужно идти... – он воспользовался шансом и выскользнул из рук Вадима, сбегая от напряженной обстановки, чтобы хоть немного привести себя в чувство после двухчасовой борьбы, которую он впервые покинул проигравшим. Набрать в руки холодной воды и умыться, пытаясь таким методом возвратить свое сознание.

– Нет... Это не так, – Вадим медленно скатился вниз по стенке, пронзая своим взглядом рядом стоящую девушку и отрицательно мотал головой, – Такого не может быть. Я же обещал ему, что все будет хорошо. Этого не может быть, – он напоминал сейчас сломленного парнишку, каким был несколько лет назад, когда Дима по его вине отправился в больницу. Но тогда все кончилось хорошо. Почему же такой исход не может повториться вновь?

– Вадим, – Лена села рядом с ним и уткнувшись ему в плечо тихо заплакала. Как ей успокоить парня, когда ей и самой нужно успокоиться? Что сказать в такой ситуации? Как быть на этот раз, когда её любимый потерял последнего, родного человека, за жизнь которого боялся больше, чем за свою.

– Он... Он же только подписывал эти чертовы бумажки. Постоянно говорил о чем-то, просил... – схватив себя за волосы, он позволил дикому крику вырваться из своей груди, ощущая объятия любимой девушки, – Лена, он был жив. Если бы не я не сказал ему про заманчивую возможность, он никогда бы даже не подумал о таком. Лена... Он был бы жив!

– Вадим...

– Я не хочу здесь больше оставаться, – он всегда терпел всю боль, которая попадалась ему на жизненном пути. Но сегодня... Сегодня он сломался. Окончательно. Вадим мысленно прокрутил у себя в голове все возможные варианты его утешений. Он может покинуть город, страну... Только уехать от себя не получится. Где бы он ни был, он всегда будет помнить этот момент, который смог сломить его, отняв у него родного брата. И в этот раз навсегда. – Пожалуйста... Давай уедем...

***

Терпения девушки хватило всего-то на три дня. После она начала понимать, что больше просто так сидеть дома она не может. Она должна поехать к нему. Пусть кричит и говорит всякие глупости, она готова это стерпеть. Только бы увидеть его хоть одним глазком и понять, что вот оно счастье. Хмурое, ворчливое, но такое ее...

Анна поддержала ее в данном случае и даже спросила, не может ли она чем-нибудь помочь ей. Но если от помощи родительницы девушка еще смогла отказаться, то от настырного брата ей просто так уехать не удалось. Прицепился словно клещ и сказал, что отпустит ее только в том случае, если она возьмёт его с собой. Делать было нечего. Пришлось брать.

Больница встретила их довольно холодно. И не потому, что там постоянно витает странный запах лекарственных препаратов и медицинских изделий, а потому как при разговоре с любым работающим здесь человеком, он лишь безразлично пожимал плечами и говорил, что ни разу о таком пациенте не слышал.

Добиться здесь правды им так и не удалось. Поэтому не долго думая, Алена подумала, что должно быть его отпустили к себе домой и теперь он находится в своей теплой кровати и вовсю уплетает какое-нибудь вкусное лакомство. От одного только представления на губах промелькнула улыбка, а в глазах появилась искорка счастья. Вот же она сюрприз ему устроит. И пусть пыхтит. Ему придется ее принять. Не выгонит же он ее. Не может...

Добравшись до знакомого адреса, она быстро пробежала в нужный подъезд и пропуская брата вперед, говорила ему номер квартиры, чтобы он смог ориентировочно двигаться в нужном направлении.

Поднявшись к нужной квартире, девушка несколько раз позвонила в дверной звонок и затаив дыхание, ждала, когда он предстанет перед ней. Ну или же дверь откроет его брат и проводит к нему в комнату, где она сможет увидеть его сонные, но такие любимые, глаза. Тонуть в которых она готова всю свою оставшуюся жизнь.

– Девушка, вы кого-то ищете? – позади послышался грубый мужской голос. Не свойственный Диме и Вадиму. Странно, столько прожила в квартире, а до сих пор так и не познакомилась с другими обитателями дома.

– Да, мне нужно поговорить с хозяином этой квартиры. Не знаете где он? – "Возможно этот мужчина в курсе, где я могу найти Диму и Вадима".

– Так нет его...

– А когда он вернется? И вообще, где он сейчас находится? – на секунду девушка подумала о том, что было бы прекрасно устроить им сюрприз. Попасть в квартиру, приготовить ужин, а вечером собраться дружной компанией на кухне и наконец познакомить ребят со своим младшим братом. Все должно быть как в настоящей семье. Не этого ли Дима хотел?

– А вы разве не знаете?

Что-то в этом вопросе было не чисто. Слишком низким басом он это спросил. Дело идет не к доброму... А может это все лишь выдумка? Ну не каждом же шагу теперь будет неудача. Счастью тоже место быть в ее жизни. Когда-то же должен быть конечный итог.

– Не знаю чего?

– Так погиб он. Уже два дня прошло с тех пор как похоронили, – женская сумка выпала из рук на холодный бетонный кафель, куда следом отправилась и девушка, царапая свои колени до кровавых царапин.

– Алена! – Максим быстро оказался рядом с сестрой, крепко схватив ее за плечи, – Такого не может быть.

– Он...

– Мы сейчас позвоним Вадиму и все узнаем. Хорошо? Только не плачь. Это какая-то ошибка... Вот увидишь.

– Да не ответит он. Выставил на продажу две квартиры и только вчера вечером покинул город. Вы слегка опоздали...

"Слегка опоздали". Как же эта фраза поедает разум. Опоздали... Разве такое возможно?

Помимо слез, из ее груди вырвался громкий крик, опустошенный болью и предательством. Она практически свернулась пополам от режущих мук, заглушить которые теперь было невозможно. Увы, но настал конец. Дима умер... Но вместе с ним умерла и она...