Текст книги "Вояж на Кудыкину гору"

Автор книги: Дарья Калинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– В мире существуют и другие письменности, кроме кириллицы, – возразила Мариша. – И вообще, мне кажется, что я что-то подобное уже видела.

– Тогда я уж и не знаю, что это может быть, – пробормотала Юля.

Мариша тем временем осмотрела стол и даже подергала его ящики. Письменным столом, стоящим в квартире Мариши, мог бы по справедливости гордиться любой его владелец. Он был огромный, сделанный из натурального дуба, с множеством ящиков, дверок, потайных отделений и прочих интересных мест для хранения бумаг, документов и канцелярских принадлежностей. Впрочем, все они закрывались и открывались одним-единственным ключом. Но ключа не было, а все ящики и дверцы в данный момент оказались заперты.

– Хм, – произнесла Мариша. – Похоже, я дала Смайлу слишком много воли. Смотри, что делается. Стол-то заперт.

– Ну и что? – не поняла Юля.

– А от кого, спрашивается, ему было запирать стол, если в квартире живем только мы с ним? – взвилась Мариша. – Выходит, запирал он эти ящики от меня! А значит, у него были какие-то тайны! И появились они только в последнее время!

– Почему? – недоуменно спросила Юля.

– Потому что еще месяц назад я спокойно лазила в этот стол в поисках какой-нибудь писчей бумаги или хотя бы чистого блокнота, – пояснила ей Мариша. – И все ящики были открыты. Отлично помню, что я прямо вся обыскалась, прежде чем нашла бумагу. Упаковка ее лежала в самом последнем отделении, куда я догадалась заглянуть. Так что сама понимаешь, если тогда хоть малюсенькая дверца была закрыта, я бы это мигом обнаружила.

– Предполагаешь, что, взломав письменный стол, мы сможем прояснить тайну этих загадочных записок? – обрадовалась Юля, голова которой упрямо продолжала трудиться над разгадкой витиеватых строчек.

– Что-то мы точно проясним! – заверила ее Мариша и как была, в длинной развевающейся кружевной сорочке отправилась за клещами, молотком и стамесками.

Минут через пять все необходимые инструменты были найдены. И вооруженные ими подруги в нерешительности остановились перед столом.

– Может быть, не стоит прямо сразу его ломать? – нерешительно произнесла Юля. – Жалко. Хорошая вещь. Сколько он стоил?

– Дорого, – даже зажмурилась Мариша. – Очень. Может, и правда, поищем ключ? Или подберем подходящий из старых?

И побросав рабочие инструменты, подруги разбрелись по Маришиной квартире в поисках ключей. Увы, в эту квартиру Мариша со Смайлом переехали сравнительно недавно. Всего пару лет назад. Поэтому старого хлама, в том числе и ключей, у них завелось не так уж много. В результате поисков подруги принесли по две собственные связки ключей и несколько ключиков от других шкафов. И еще пару ключей, которые Мариша нашла на улице и все не могла решить, кому бы их отдать.

– Жалкое зрелище, – резюмировала Мариша. – Вряд ли что-то из этого подойдет.

Но все же выбрав несколько ключей, подходящих по размеру, подруги принялись самозабвенно ковырять замки.

– Ничего не выходит! – первой сдалась Мариша, отбросив в сторону ключи. – Предлагаю позавтракать, а потом со свежими силами взяться за работу.

Отправившись на кухню, подруги с огорчением обнаружили, что вчера вечером в магазине, покупая продукты на ужин, они как-то совершенно упустили из виду следующий день. А также тот немаловажный факт, что любой день обычно начинается с завтрака. Конечно, в холодильнике стояло несколько йогуртов, сыр и лежали яйца, из которых можно было бы приготовить отличный омлет. Но... Но подругам не давала покоя мысль о том, чей же все-таки желудок лежал у них в холодильнике.

– С этим нужно что-то решать, – задумчиво пробормотала Юлька. – Столько хороших продуктов пропадает из-за нашего суеверия. В конце концов, может быть, это был вовсе и не человеческий желудок.

В Марише голод тоже из последних сил боролся с брезгливостью.

– У нас в машине есть курица, – вспомнила она. – Мы ее вчера купили, но так и не съели.

– Это же выходить надо, а я даже еще не умывалась, – возразила Юля.

Мариша в сомнении посмотрела в окно. Появляться перед соседями в неприбранном виде ей тоже не хотелось.

– Я позвоню Жене! – наконец решила она. – И прямо у него спрошу, чей это желудок. Может быть, эксперты уже выяснили это.

Женя Маришиному звонку обрадовался. И не преминул напомнить, что жаждет видеть ее и Юлю сегодня у них в отделении. Мариша обещала быть и наконец задала тот вопрос, ради которого и позвонила.

– Желудок? – удивился Женя. – Да на что он вам сдался? Я отдал его экспертам, так они его еще долго не хотели брать. И я их могу понять, у них и без свиной требухи полно работы.

– Так желудок все-таки был от свиньи? – обрадовалась Мариша. – Точно?

– А вы что подумали? – хихикнул Женя. – Что он человеческий? Конечно, от свиньи. Если бы человеческий, тогда другой разговор. Экспертов бы долго уговаривать не пришлось. А тут...

Но Мариша уже не слушала рассуждений Жени. Она бросила трубку и обрадованно повернулась к Юльке, замершей возле холодильника.

– Живо готовь омлет! – воскликнула она. – И йогурты доставай! Желудок был свиной!

– Ура! – закричала Юля, радостно меча из холодильника все продукты. – Наконец-то наедимся!

У Мариши даже молоко нашлось. И хотя оно стояло открытым уже третий день, но на его качестве это нисколько не отразилось.

– Вот некоторые возражают против модифицированных продуктов, а я считаю, что это предрассудки, – разглагольствовала Юлька, взбивая яйца и заливая их молоком. – Вот если бы у тебя тут стояло обычное молоко из-под коровы, то оно бы уже точно превратилось в простоквашу. И нам бы вместо замечательного легкого омлета пришлось бы жарить оладьи. А от них полнеют.

И вылив на зашипевшую сковородку яйца с молоком, Юля присела к столу и отправила в рот ложку йогурта.

– Или вот этот йогурт, – продолжила она свои рассуждения. – Срок хранения у него полгода. Конечно, если подумать, какой химии они туда напихали, чтобы он столько хранился, то страшно становится. Но когда хочется есть, то и не такое слопаешь.

И в доказательство своих слов Юля отправила в рот еще одну ложку густого йогурта, пахнущего малиной.

– Объедение! – зажмурилась она от удовольствия. – Хоть и вредно, но как вкусно.

– Одного не пойму, – пробормотала Мариша с набитым ртом, – откуда все-таки у меня в холодильнике взялся этот свиной желудок. Неужели его все-таки притащил Смайл. Но зачем?

В ответ Юля только пожала плечами. После того, как с омлетом, получившимся у Юльки удивительно воздушным, было покончено, а кофе с горячим молоком и крошками шоколада, обнаружившимися в том же холодильнике, тоже был выпит, перед подругами встал вопрос: как же все-таки вскрыть письменный стол.

– Когда я вышла замуж за того подонка... – начала Юля, но Мариша тут же скорчила гримасу.

– Я тебя умоляю, говори поточней! – воскликнула она. – Кого из своих мужей ты имеешь в виду? И когда это ты выходила замуж за других?

– Можно подумать, тебе самой везет, – фыркнула Юля. – Между прочим, хочу тебе напомнить, что сейчас мы ищем именно твоего мужа!

– Потому что твоего мы уже искали! – гордо парировала Мариша. – И нашли в Африке. Забыла?

– Но в данном случае я вспомнила про другого своего мужа, – деликатно поправила ее Юля. – У него тоже был письменный стол, в котором оказалась куча брачных свидетельств. И тот стол тоже был заперт. И вот Инна, она подобрала отмычки.

– У меня нет отмычек, – грустно произнесла Мариша. – И Инна с Бритым укатили на Мальдивы праздновать свой очередной медовый месяц. Если даже мы ей туда дозвонимся, то фиг она вспомнит, где у нее лежат эти отмычки. Нет, придется ломать.

– Давай хотя бы позовем слесаря! – возмутилась Юля.

– Еще слесаря впутывать, – засомневалась Мариша.

– Зато стол сохранишь!

– Не известно еще, как он сделает, – возразила Мариша.

– Да уж получше, чем мы с тобой! Только вот где его искать, этого слесаря?

– Это как раз не проблема, – вздохнула Мариша. – Наш дом перешел на самоуправление. Мы выбрали домашний комитет, который и занимается решением всех проблем. А обслуживается наш дом специально нанятыми домашним комитетом специалистами, которые обязаны по первому требованию жильцов ликвидировать в доме любую неисправность. Нужен тебе электрик, звонишь и объясняешь, какого рода услуги от него ждешь и когда тебе будет удобно его принять. А то ведь обычно в РЭУ вызовешь мастера и ждешь его целый день. Да еще не факт, что явится. Хорошо, у кого бабушки или дедушки дома неработающие есть.

– Так у вас при доме и слесарь есть? – позавидовала Юлька.

– Кажется, – кивнула Мариша, направляясь к телефону.

Уже через десять минут в квартире появился средних лет симпатичный мужчина, который без лишних слов прошел в комнату, не забыв при этом снять уличную обувь. И весело насвистывая, принялся ковырять замки. И при этом он не дышал перегаром! А закончив работу, отказался взять деньги, напомнив Марише, что она и другие жильцы дома платят ему четко фиксированный вполне приличный оклад, за который он и работает. А разного рода подарки и подношения в виде бутылок он не приемлет.

– Фантастика! – пробормотала Юлька, когда за слесарем захлопнулась дверь. – Лично я такое у нас в России вижу впервые.

Мариша только рукой махнула, ее больше интересовало содержимое письменного стола, чем взаимоотношения со слесарем. Кинувшись к столу, она принялась лихорадочно опустошать ящики один за другим, просматривая бумаги и откладывая их в сторону.

– Ничего не понимаю, – бормотала Мариша. – Вроде бы самые обычные документы. Зачем ему понадобилось запирать от меня стол? Да еще не один ящик, а весь стол? Вот, к примеру, что секретного в этом ящичке, где я храню трафареты вышивок, которые одно время собирала по просьбе мамы?

– Может быть, Смайл специально запер все ящики? – высказала догадку Юля, просматривая папку с какими-то старыми счетами за свет и воду, а также телефонными квитанциями за междугородные разговоры и тоже не находя в ней ничего загадочного или таинственного.

– Специально? – замерла на месте Мариша. – Что ты имеешь в виду?

– Ну да, – кивнула Юля. – Запертый стол сразу же бросился тебе в глаза, так?

– Так? – переспросила у нее Мариша. – Ну, вообще-то не сразу, но бросился.

– Вот, а мы с тобой знаем, что после своего исчезновения Смайл приходил сюда. Он оставил этот свиной желудок и взял свои документы. Но вдруг Смайл приходил за документами и деньгами не один? Допустим, Смайл действительно попал в беду. Его ни на минуту не отпускают из-под конвоя. Но разрешили зайти домой за документами и деньгами и зачем-то заставили положить в холодильник этот желудок. Зачем, мы пока не знаем, но это и не важно. Сейчас мы говорим о другом. Смайлу нужна помощь. Возможно, уже уходя из дома в первый раз, он понимал, что может и не вернуться. Допустим, его опасения оправдались. Его взяли в оборот, и теперь он может делать только то, что ему дозволено. Ты вспомни, письменный стол был уже заперт, когда деньги и документы Смайла еще находились дома?

– Да, – кивнула Мариша. – Я еще удивилась, потому что обычно он их как раз хранит в письменном столе. А они лежали на секретере.

– Вот! – обрадовалась Юля. – Он запер весь письменный стол, а ключ забрал с собой, потому что где-то в этом столе среди прочего барахла находится та вещь, которая подскажет нам, где его искать!

– Гениально! – прошептала Мариша. – Теперь бы еще узнать, где находится эта самая вещь, а главное, что это такое!

И подруги с новым рвением принялись за разбор корреспонденции, документов, старых журналов и прочих бумажных залежей. Наконец Юльке повезло. Она вскрикнула и вытащила длинную полоску бумаги.

– Смотри! – протянула она находку Марише.

Та нехотя оторвалась от очень занимательного письма, написанного такими неровными каракулями, что ей пришлось взять лупу. И с ее помощью продираться сквозь кривые строчки, пытаясь понять, что же сообщает Смайлу неизвестная незнакомка. Судя по тем строчкам, которые Марише удалось прочесть, незнакомка была очень юна и совсем дурочка. Потому что она признавалась в любви Смайлу в таких выражениях, что Маришу даже затошнило. Тем не менее наличие в жизни Смайла юной и влюбленной в него особы стало для Мариши неприятным открытием. Увы, конверта на письме не было, поэтому Мариша не могла узнать адрес этой нахалки, а главное, дату, когда письмо было отправлено.

– Да смотри же, что я нашла! – нетерпеливо повторила Юля и для верности ущипнула впавшую в странную задумчивость Маришу.

– А! – очнулась Мариша.

А когда у нее перед носом возникли странно знакомые значки и закорючки, написанные ровными строчками и словно бы держащие друг друга за руки, она не удержалась и воскликнула: «Ой!»

– То-то и дело, что ой! – кивнула Юля. – Их мы впервые увидели в записке на теле Кураева, затем на стене в квартире Валеры и вот теперь в письменном столе Смайла! Ты понимаешь, что это значит? – не смогла сдержать ликования Юля.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

– Что же это выходит? – прошептала Мариша. – Смайл, и Кураев, и Валера – все связаны между собой? Но каким образом? Что общего может быть у Смайла и хирурга? И что общего у этого хирурга с каким-то проходимцем, окучивающим домработницу его бывшей жены?

– Не знаю, что там у Смайла с Кураевым за дела и что там у любовника Верки с этим же Кураевым за делишки, а только между собой они связаны.

– Кто? – не поняла Мариша.

– Все, – отрезала Юля. – Но это пока нам и не очень важно. Важно другое, что связующее звено между ними всеми – это Кураев, который, между прочим, убит, а мы до сих пор не выяснили, кто его убил. И еще эти таинственные записки. Ты, Мариша, как хочешь, а за них нужно вплотную взяться.

– Да что мы можем? – вздохнула Мариша. – У меня знакомых шифровальщиков нет. И вообще, я не уверена, что это шифр. Вполне может оказаться каким-нибудь языком. Например, иранским или турецким. А что? Ни того, ни другого мы с тобой не знаем.

Юля, которая внимательно разглядывала таинственные послания, теперь тоже пришла к тому же выводу, что и Мариша. А именно: все записки написаны разными людьми. Хотя, бесспорно, пользовались эти люди одним и тем же шифром или языком.

– Но все равно, язык это или шифр, без посторонней помощи нам с этими посланиями не разобраться, – сказала Юля, оторвав наконец глаза от загадочных строчек.

– Куда податься? Инна с Бритым уехали. Так бы мы к Бритому могли обратиться, у него в фирме каких только личностей не ошивается. Хотя зачем нам Бритый. Мы бы и к Крученому могли обратиться! Ты с ним как?

– Мы в ссоре! – надулась Юлька.

Крученый был другом и компаньоном Бритого, который в свою очередь являлся директором охранного агентства. Так что в штате его сотрудников и в самом деле подчас встречались личности преоригинальные. Да и сам Крученый, получивший свое прозвище за умение выкручиваться из самых, казалось бы, безнадежных и безвыходных ситуаций, тоже был колоритным типом. До тридцати пяти лет он слыл неисправимым бабником, спокойно не пропускавшим ни одной девушки, не поинтересовавшись хотя бы номером ее телефона. И вдруг после тридцати пяти его переклинило на мысли, что на самом-то деле единственной девушкой, которая достойна его любви, верности и поклонения, является Юлька. И недолго думая, он сделал ей предложение, а потом еще одно и еще.

Сама Юлька вначале не слишком обрадовалась такому повороту событий. Зная способности Крученого дурить головы всем лицам женского пола в радиусе ста метров, она с подозрением отнеслась к его предложению и отказалась. Однако Крученый не привык сдаваться. И чем упорней Юлька твердила, что она еще не уверена и вообще ей нужно подумать, тем сильней был его натиск. Впрочем, время от времени натура Крученого давала о себе знать, и он срывался, отправляясь в театр или ресторан с какой-нибудь юной курочкой. И с завидным постоянством каждый раз натыкался там на Юлю. После этого Крученый мигом терял интерес к случайной пассии и мчался вымаливать прощение у Юли, неся в зубах какую-нибудь драгоценную безделушку.

– И что он подарит тебе в знак примирения в этот раз? – не удержалась от ехидного вопроса Мариша.

– Дай подумать, – наморщила лоб Юля. – Кольцо уже было, серьги и кулон тоже. Браслет и ожерелье он мне подарил в прошлом и позапрошлом месяцах. Теперь даже и не знаю. Может быть, потребовать у него чехол для мобильника? Я видела такие в журнале, выглядели очень стильно. Знаешь, такой золотой или платиновый чехольчик, сплошь усыпанный рубинами или брильянтами. Его еще можно заказать с инициалами владелицы.

– Интересно, какие инициалы закажет Крученый? – хихикнула Мариша, на миг отвлекшаяся от своих мыслей. – ЮП – Юлия Пернатых. Или Ю... Кстати, как там фамилия Крученого?

– Да, – осознала скрытую опасность Юлька. – Пожалуй, с чехольчиком я пока подожду. А то и в самом деле закажет со своей фамилией. Зачем мне такая ответственность?

– А что Крученый сотворил на этот раз? – спросила Мариша.

– Да, в общем-то пустяки, – отмахнулась Юля. – Это когда в первый раз случайно застаешь его в ресторане нежно воркующим с какой-то змеей, то злишься. Во второй раз уже воспринимаешь как недоразумение, а в третий – и вовсе как шутку. Но вот в четвертый и последующие разы начинает казаться, что шутка несколько затянулась.

– Одним словом, ты обращаться за помощью к Крученому не хочешь? – уточнила Мариша.

– Если честно, то предпочла бы обойтись без него, – призналась Юля.

– Ну и пожалуйста, – в свою очередь надулась Мариша. – Вижу, какая ты подруга. Сама же сказала, что Смайла похитили и держат в плену, может, даже мучают его, пытают.

– Вообще-то про пытки я ничего не говорила, – поспешно возразила Юля. – Но уж ладно, ради тебя и Смайла я поговорю с Крученым. Только учти, если потом выяснится, что Смайл все это время провел у любовницы, то я ему этого никогда не прощу.

– Я бы и сама не простила, только чувствую, что он не у любовницы, – грустно сказала Мариша.

Крученый звонку Юли немного удивился.

– А разве ты на меня больше не обижаешься? – осторожно спросил он у нее. – Хотя, честное слово, это я должен бы на тебя сердиться.

– Ты? – мигом обозлилась Юля. – С какой это стати?

– А тебе бы самой понравилось, если бы на тебя вывернули тарелку с супом-харчо? А он, между прочим, был очень горячий. У меня до сих пор ожог не прошел!

– Пусть твоя гиена тебе лысину залижет! – гневно ответила Юля, вошедшая в раж и не обращающая внимания на знаки, которые подавала ей Мариша, заламывая в отчаянии руки.

– Лысина?! – всполошился Крученый. – У меня лысина? Юлька, ты что, серьезно? И где она?

Его испуг был так неподделен, что Юля не выдержала и рассмеялась.

– Нет, в самом деле, у меня появилась лысина? – допытывался у нее Крученый. – Чего ты смеешься? Нет, посмотрите на эту женщину! У меня, можно сказать, вопрос жизни и смерти, а она веселится!

– На тебя положительно невозможно долго злиться, – заявила ему Юля, у которой и в самом деле вся злость куда-то испарилась. – Так и быть, я тебя прощаю. Условно. Но учти, если я еще хоть раз засеку тебя с какой-нибудь стервой, то одной тарелкой супа ты не отделаешься. Всю кастрюлю на голову нахлобучу! Не поленюсь на кухню сбегать.

– И что я должен сделать, чтобы ты меня окончательно простила? – спросил Крученый.

– Выполни одну мою просьбу, – сказала Юля. – Тут у нас с Маришей возникла одна проблема. Понимаешь, нас обвиняют в убийстве.

– О, нет! – взвыл Крученый. – Юля! Опять вы нашли труп?! И как вы с Маришей умудряетесь это делать? При моей работе, казалось бы, на трупы я должен натыкаться каждый день. Так нет же! А все трупы поступают ко мне исключительно от вашей милой девичьей компании. Говори, несчастная, зачем вы с подругами прикончили этого бедолагу?

– Ты меня перебил, а я как раз хотела тебе сказать, что мы этого дядьку не убивали, – возмутилась Юля. – Просто он последний, кто видел Смайла перед тем, как тот пропал.

– Маришин муж пропал? – заинтересовался Крученый. – Так она теперь свободна? Знаешь, у меня есть для нее на примете парочка женихов. Из конкурирующей фирмы. А что? – оживился он. – Мариша – девушка видная. А о том, что возле нее трупы словно осы роятся, можно и не упоминать. Походит этот красавец у нее в женихах пару месяцев, глядишь, и тоже в ящик сыграет. Все нам на руку.

– Ты совсем не о том думаешь! – возмутилась Юлька. – С человеком беда, а ты шутки шутишь. Вообще-то Смайл не умер, а только пропал, предположительно взят в плен, – сказала Юля.

– У вас там прямо война, что ли, идет? – не понял Крученый. Вы сейчас где? У Мариши?

– А как ты догадался?

– Всю ночь тебе домой звонил, – признался Крученый. – И даже приезжал. А у тебя в окнах света нет. Вот я и понял, что ты к кому-нибудь из своих подруг усвистала. А так как Инна с Бритым отдыхают, Анька ваша снова по заграницам мужика себе на голову ищет, мало ей тех бедолаг, которых она уже на тот свет отправила, значит, остается Мариша.

Юлька передала разговор с Крученым, разумеется, опустив его бестактные замечания.

– Он будет через двадцать минут, – сказала вместо этого Юля. – И мы всучим ему эти записки. Пусть его ребята голову поломают.

– Ой! – воскликнула Мариша. – Он уже едет, а мы с тобой в таком виде! Да еще записки эти треклятые нужно скопировать. Ой, не успеем! Да еще рисовать я нисколько не умею!

– Дай мне! – велела ей Юлька.

– А что ты будешь с ними делать? – спросила у нее Мариша, протягивая бумажки.

– Сейчас положу эти записки вон на ту стеклянную столешницу у твоего компьютерного столика, снизу настольную лампу поставлю, на стекло – записки, а сверху – лист чистой бумаги. И всю эту непонятную вязь я как по трафарету на новом листе обведу. Лучше ксерокса получится. Уж ты мне поверь! Сколько раз я в школе так чертежи копировала! На пятерочки!

– Только бы успеть! – волновалась Мариша, мечась по квартире в поисках бумаги, карандашей и подходящей настольной лампы.

Но они все успели. Когда Крученый позвонил в дверь, обе девушки уже были причесаны, тщательно одеты и надушены, а в сумке Мариши на самом дне лежал лист бумаги со скопированными на нем странными значками. Крученый появился с двумя букетами белых хризантем, которые тут же вручил Марише и Юльке.

– Ну, что у вас случилось, говорите толком! – велел он подругам. – У меня есть ровно пятнадцать минут. Потом я должен бежать!

Решив, что они вполне уложатся за пятнадцать минут, подруги, перебивая друг друга, принялись посвящать Крученого в подробности. За многие годы общения Крученый уже успел привыкнуть к их манере говорить хором, он не перебивал, а просто слушал.

– Стойте, стойте, – остановил он подруг наконец, кинув на часы нетерпеливый взгляд. – Значит, первую загадочную записку вы нашли на теле убитого хирурга, смерть которого менты хотят повесить на вас?

Подруги переглянулись и тоскливо кивнули. Судя по тому, с какой настойчивостью Женя требовал их присутствия в своем кабинете, события могли принять самый неожиданный оборот.

– Если вас арестуют, я найму адвоката, – ласково пообещал Крученый подругам. – Так что отделаетесь минимальным сроком. А там досрочное освобождение по состоянию здоровья. Глядишь, лет через пять вас и выпустят.

– Ты издеваешься, да? – дрогнувшим голосом спросила у него Юлька.

– Ничего, ничего, – невозмутимо покивал Крученый. – Не волнуйся, я тебя обязательно дождусь.

– Крученый! – взвыла Юля.

– Конечно, жизнь в тюрьме – не сахар, но зато это научит вас в следующий раз думать, прежде чем отравляться ночью на встречу с трупом в какие-то подозрительные дома.

– Он не был трупом, когда мы с ним договаривались о встрече! – заныла Мариша.

– Это вы обсудите со следователем, – отмахнулся Крученый. – Теперь что касается второго эпизода. Вы проникли в чужую квартиру, где учинили обыск с погромом, в результате которого нашли вторую записку? Но могу вас утешить, проникновение в чужое жилище в данном случае вашу судьбу не слишком отяготит. У нас до сих пор в суде используется гуманное правило, самый большой срок поглощает все менее крупные преступления. Так что вы вполне могли не только вломиться в квартиру, но и прихватить оттуда что-нибудь на память. Нечто не совсем уж бесполезное.

– Вовсе мы не вламывались! – хором закричали подруги. – Дверь была открыта! И ничего мы там не обыскивали и не ломали! Все уже обыскали до нас! А странная надпись была сделана на стене! В кухне!

– Это вы тоже следователю объясните, – невозмутимо ответил Крученый. – А мы с вами перейдем к третьей записке. Ее вы нашли в столе Смайла? Так? Слава богу, хоть тут обошлось без криминала. А теперь давайте мне все эти записки, и я побежал.

– А мы? – растерялись подруги. – Что нам говорить следователю?

– Лучше всего побольше плачьте, – посоветовал им Крученый. – И косите под дур. Слава богу, этому вас учить не надо.

И отпустив это более чем странное замечание, он испарился.

– Вот сволочуга! – разозлилась Юлька. – И зачем я послушалась тебя и позвонила ему? Он же над нами просто издевается!

– Некогда! – покачала головой Мариша. – Потом обсудим, а сейчас мы к следователю опаздываем.

Обувшись, Юля вдруг спохватилась:

– Мариша, а нужно нам с собой взять что-нибудь из вещей? Вдруг нас действительно отправят в камеру?

– Типун тебе на язык! Мы же ничего такого не делали! – испугалась Мариша.

– Вот как раз сделали мы очень даже много, – возразила Юля. – Только пока все без толку.

К назначенному часу подруги не опоздали. Но, как и следовало ожидать, их почти полчаса промурыжили в коридоре, пока знакомые им по ночной вылазке в Ольгино опера то и дело шмыгали мимо них из одного кабинета в другой. Впрочем, держались они с подругами дружелюбно, что несколько подняло боевой дух подозреваемых. Похоже, их арест несколько откладывался. Наконец их пригласили в кабинет к следователю.

Кроме знакомого им усатого Жени, приветливо помахавшего им рукой, в кабинете сидел еще какой-то угрюмый тип, деловито строчивший что-то в своих бумагах. При виде подруг он коротко кивнул им, указывая на два колченогих стула, стоящих возле его стола, мол, присаживайтесь и подождите еще немного. Впрочем, на этот раз ожидание не затянулось. Закончив свою писанину, следователь по-кошачьи потянулся и уставился своими светлыми водянистыми глазками на девушек.

– И кто же мы такие? – противненько ухмыльнувшись, поинтересовался он у них.

При этом вид у него был до того хитрющий, словно он сейчас бог весть какую тайну выведать собирался. Мариша открыла рот, и следователь тут же радостно схватился за ручку. И лишь после того, как он подробно и в очередной раз записал имена, паспортные данные и место жительства подруг, он немного успокоился, но счастливым отнюдь не выглядел. Удовлетворение разливалось по его бледному невыразительному лицу лишь в те минуты, когда он, склоняясь к листу бумаги, сосредоточенно что-то строчил.

По мнению подруг, они имели дело с классическим образчиком следователя-бюрократа, считающего своей наипервейшей обязанностью представить начальству пространно изложенные протоколы допросов. А что уж он там в этих протоколах напишет, не так и важно.

Из тех вопросов, которые задавал следователь, которого звали Константин Супков, подруги сделали вывод, что убийцы Кураева у ментов до сих пор нет и не предвидится. А между тем время поджимало. И хоть какого-нибудь подозреваемого нужно было добыть – кровь из носа. В связи с этим подруги снова ощутили неприятное покалывание в области груди.

– Какие отношения у вас были с вашим пропавшим мужем? – задал вопрос следователь Марише.

– Обычные, – пожала плечами Мариша. – Даже хорошие.

– А вот соседи говорят, что вы с ним постоянно ссорились!

Упоминание о соседях совсем не понравилось Марише. У них в доме живет тьма-тьмущая разновозрастных сплетниц. Одному богу известно, что эти скучающие от безделья дамочки и старушки способны наговорить следователю.

– Так как? – поинтересовался следователь. – Были у вас ссоры?

– Разумеется, – огрызнулась Мариша. – А как же иначе? Вы что, со своей женой никогда не ссоритесь?

– Я не женат, – с совершенно непонятной подругам гордостью сообщил следователь.

Нашел тоже, чем гордиться! Когда человеку уже сильно за сорок и выглядит он как белесая моль, кичиться отсутствием жены просто глупо. Небось, ни одна уважающая себя женщина в его сторону и не посмотрела. А то ходил бы он в холостяках. Как же!

– Мы с мужем ссорились, но все по пустякам, – сказала Мариша, но Супков выслушал ее с таким видом, словно не верил ни одному ее слову.

– И кстати сказать, вы уже подали заявление в милицию о его исчезновении? – снова вцепился он в Маришу.

– Нет.

– Почему? – оживился следователь.

– Не знаю, – замялась Мариша.

Не говорить же в самом деле, что она не доверяет милиции. И не считает их способными найти даже такой пустяк, как пропавшая детская коляска, а что уж там говорить о муже.

– Так все же?

– Ну, я как-то раз обратилась в милицию, когда у меня украли кошелек, так мне его так и не нашли, – сдалась Мариша. – А тут все-таки родной муж. Мы решили его сами поискать.

– И зря! – заверил ее следователь и, напыжившись от собственной значимости, добавил: – Всегда нужно обращаться к профессионалам. А кстати говоря, кто это мы?

Тут наступил черед Юли. Следователь отчитал ее почем зря. А потом снова перешел к личности Кураева.

– Значит, ваш пропавший муж общался с этим человеком? – спросил он Маришу. – Дружил с ним? А теперь ваш муж таинственно исчез, а господин Кураев убит. Вам не кажется такое совпадение странным?

– Еще как кажется! – горячо воскликнула Мариша. – Лично я думаю, что люди, которые похитили моего мужа, они же убили и Кураева.

Следователь недовольно покачал плешкой и поцокал языком.

– Лично у меня совсем другая версия, – произнес он. – Ваш муж что-то не поделил с господином Кураевым, убил его и пустился в бега. А вы, его жена, отлично об этом осведомлены. И для того, чтобы запутать следствие и пустить его по ложному следу, все время путаетесь под ногами у наших оперативных работников, мешая им делать их работу и даже попросту вредя их здоровью. Да еще и подругу свою подключили к своей неблаговидной деятельности!

– Да что вы выдумываете? – возмутилась Мариша. – Никого мы не путаем.

Она еще хотела добавить, что опера и сами без посторонней помощи способны запутаться в трех соснах. Но из-за появившейся в ней неизвестно откуда деликатности промолчала.

– Вас видели на квартире у бывшей жены пострадавшего Кураева, – сообщил подругам Супков и, проявив неплохую осведомленность, добавил: – И вы же под видом работников туристического агентства явились к любовнице этого Кураева. В связи с этим я хочу у вас спросить, чего вы надеялись добиться от этих бедных женщин?

– Мы просто хотели найти Кураева, чтобы спросить у него, где мой муж! – выкрикнула Мариша.