Текст книги "Сваха для монаха"

Автор книги: Дарья Калинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Это муж.

– Чей?

– Ее. Ирочки.

Глаза Светки загорелись боевым задором.

– Ага! – завопила она. – Муж, значит! Что? На пару действуете? Жена чужих мужиков соблазняет, а потом вы их вдвоем грабите? Так? Так я вам покажу, где раки зимуют! Если не хотите неприятностей, живо верните мне мою собственность!

– Какую собственность?

– Которую мой муж тебе подарил! Не за так, разумеется! За так из него и медной полушки вытянуть не удалось бы. Уж я-то знаю!

Сенечка помрачнел и устремил на жену испытующий взгляд:

– О чем говорит эта женщина? Кто она такая?

– Не знаю. В первый раз ее вижу.

– Еще бы! Небось знать не знала, что у ее любовника законная жена имеется!

– У чьего любовника? – неожиданно сильно заинтересовался Сенечка.

Кто бы мог подумать, что он проявит интерес к столь ничтожной теме. Что там супружеская измена по сравнению с мирозданием. Но поди же ты! Заинтересовался. Еще как заинтересовался!

– Милый! – бросилась к нему Ирочка. – Я тебе все объясню! Ничего между нами не было. Эта женщина на меня наговаривает!

Но Сенечка не пожелал принять жену в свои объятия. Он строго отстранил ее, прислушиваясь при этом к Светкиным словам. А та разошлась не на шутку.

– Было, не было! Устроили тут ромашку! Верните мне мое добро, и плевать мне на остальное! – надрывалась обозлившаяся до крайности Светка.

– Ваш муж вам изменил? – спросил Сенечка.

– Плевать мне на его измены! Небось у Вовки бы не убыло даже после того, как он всех баб в этом захолустье перетрахал! Верните мне мою собственность!

Сенечка устремил на жену пронзительный взгляд. Та потупилась и отвела глаза. У Сенечки при этом новом доказательстве вины его супруги даже зубы заскрипели. Да так громко, что скрип услышали и подруги, и Светка. А уж Ирочка та и вовсе затрепетала, словно осиновый листочек. Похоже, видеть мужа разгневанным ей еще не приходилось.

– Ты мне изменяла? – страшным голосом произнес Сенечка. – Когда? И с кем?

На взгляд подруг, это был самый несущественный вопрос. Но Сенечку переклинило именно на нем. Он желал знать, с кем жена наставила ему рога.

– Ты его знала? – обратился он к Светке.

– Еще бы! С моим мужем она хвостом крутила!

– Я его убью! – взревел Сенечка и в лучших традициях драмы схватил с земли деревянную палку, выпавшую из забора. – Убью! Где он?

Вопрос вызвал некоторое смущение в зрительских рядах. Даже у Светки мигом поубавилось задору. Она вспомнила, что муж давно мертв, и снова загрустила. Ирочка тоже принялась утирать медленно текущие по ее лицу слезы. Видя такое мокрое дело, Сенечка слегка растерялся.

– В чем дело? – спросил он у жены, но уже гораздо тише.

Ирочка не ответила. Она убежала в дом. За ней следом поспешила Светка, которая вдруг почувствовала в былой сопернице подругу по несчастью. И теперь мчалась за Ирочкой, крича, что покойник был такой кобель, плакать по нему совершенно нечего.

А на долю подружек выпало разъяснять Сенечке, что произошло в деревне, пока он отсутствовал в своей нирване. По мере того как до мужика доходило, сколь много он пропустил, он бледнел, синел, зеленел и начал даже снова скрипеть зубами. Но напрасно подруги испугались, что он снова разъярится. Совсем даже наоборот.

– Какой же я был дурак! – неожиданно воскликнул Сенечка. – Ирочка! Малышка! Иди же сюда!

На его зов из дома появились сразу две заплаканные физиономии. Ирочкина и Светкина. Ирка бросилась на грудь мужу. И тот, гладя ее по голове, растроганно говорил:

– Как же ты должна была страдать, чтобы решиться на измену!

Ирочка рыдала. Светка выла. И даже ее подружки принялись хлюпать носами, видя такую трогательную картину. Как ни странно, не проняло одну лишь Катьку. Вместо того чтобы лить слезы умиления вместе с остальными, она о чем-то сосредоточенно думала. А потом спросила:

– Так, а где же та вещь, которую Сухоручко оставил Ирочке?

Сенечка тут же отстранил от себя жену.

– Ирина! – строго произнес он. – Нужно отдать чужое!

– Но я... Хорошо!

Ирина скрылась в доме. Обратно она вернулась через минуту, держа в руках какой-то кулек. Развернув его, она извлекла толстую книгу в покоробившемся кожаном, очень толстом переплете. И золотой крест с несколькими тщательно отшлифованными камнями – красным, зеленым и двумя синими.

Светка протянула свои хваткие пальчики к этому добру, как внезапно Катька шагнула вперед.

– Эти вещи твой муж украл у мертвеца из могилы!

Светка испуганно пискнула и так торопливо отдернула руку от сокровищ, словно их хозяин мог внезапно материализоваться и укусить ее за пальцы. Ирочка, которая держала эти предметы, смертельно побледнела и зашаталась. Да так, что ее мужу пришлось поддержать свою супругу.

– Ирочка!

– Ничего такого про могилу и покойников не знаю, – пролепетала насмерть перепуганная Ирочка. – Владимир просил, чтобы я подержала у себя эти вещи. Он говорил, что это будет один, два или от силы несколько дней!

– Как ты могла?

– Сенечка! Честное слово, я не знала! Разве я бы осмелилась держать в доме украденные у покойника вещи? Да я бы с ума сошла от страха!

– Ты меня разочаровала, – горько произнес Сенечка. – Мало того, что ты мне изменила. Это я бы еще мог тебе извинить, так как сам повел себя глупо. Но, оказывается, ты еще участвовала в осквернении могил. И, предаваясь блуду, одновременно еще и мародерствовала со своим любовником!

– Сенечка!

– Я женился не на той женщине!

Видя, что супружеская жизнь Ирочка снова вошла в кризисную фазу, Мариша поспешила вмешаться.

– Ваша жена могилы не грабила! Для этих целей у Владимира был совсем другой сообщник. И этот сообщник был мужчиной. Я точно знаю. Так что ваша Ирочка вне подозрений.

Как ни странно, но, услышав это, Сенечка мигом успокоился. Похоже, он был человеком доверчивым. И готов был поверить любому, как хорошему, так и плохому, о своей жене. Лишь бы это исходило со стороны. Мариша затруднялась с определением, здорово это или, наоборот, совсем скверно. Но пока что было определенно ясно – пролетевшему тайфуну снова не удалось потопить семейную лодку Ирочки.

Ее муж торжественно забрал поднятые из могилы вещи из рук жены. И так же торжественно передал их в Маришины руки. Последняя этой рокировке совсем не обрадовалась. Потому что, во-первых, была суеверна. А во-вторых, просто не знала, что ей теперь делать с этим имуществом. Вернуть покойнику? Или все же отдать в милицию, пусть там сами разбираются?

Глава 8

Старинную Библию и крест Мариша, хорошенько поразмыслив, все же отдала капитану. Тот неприятно удивился сюрпризу. И пожелал выяснить подробности. Шумиха от этой находки в деревне поднялась страшная. Честно говоря, даже смерть художника не наделала такого переполоху, как эти поднятые из могилы драгоценности.

– Покойник разрывал чужие могилы? И грабил их!

Взревев, капитан тут же устремился на старинный погост. А за ним следом – добрая половина обитателей монастыря и просто деревенских жителей. Всем было любопытно взглянуть на могилу неизвестного богача, захороненного на заброшенном кладбище.

Евгения подруги углядели в общей толпе сразу же. Он сам приблизился к ним. Выражение его лица было испуганное и виноватое одновременно.

– Немедленно сделай лицо попроще! – приказала ему Мариша. – Иначе тебя просто можно брать и начинать допрашивать!

– Так вы меня не выдадите?! – обрадовался Евгений.

Честно говоря, Мариша бы со спокойной совестью сдала горе-мародера. Поделом ему! Нечего по чужим могилам шастать! Но Катька... Катька положила глаз на этого недотепу. А предать подругу, отправив ее женишка за решетку, Мариша не могла. И если уж говорить совсем честно, то из двух приглянувшихся Катьке кавалеров Евгений был не самым худшим. Борода в качестве потенциального жениха для подруги смущал Маришу гораздо сильнее. Он был такой странный. А с Евгением, по крайней мере, все было ясно и понятно.

– Не выдадим, – заверила она перепуганного модельера. – Но при одном условии!

– Сделаю все, что угодно!

– Все не надо. Только пообещай, что не станешь больше копаться в чужих могилах.

– Никогда в жизни!

– Вот и чудесно, – проворчала Мариша. – Покажи еще раз перстеньки.

На самом деле заинтересовал ее только один из них. С печаткой в виде большеголовой совы, которая держала в клюве то ли ключ, то ли отмычку.

– Что тебе и Владимиру было известно о покойнике, прах которого вы потревожили?

Увы, мародеры действовали наугад. И никаких предварительных справок о тех господах, чей покой собирались потревожить, не наводили. Во всяком случае, Евгений точно не наводил.

– Скверно, – произнесла Мариша с укоризной. – Совсем скверно. Перстень, если не возражаешь, я пока что беру себе.

Евгений был готов на все.

– Берите оба!

И, буквально силком впихнув в Маришину руку перстни, он торопливо отошел в сторонку, явно радуясь тому, что, во-первых, дешево отделался, а во-вторых, что нашелся человек, который теперь будет расхлебывать за него всю ту кашу, которую он и его покойный приятель заварили.

Мариша посмотрела ему вслед и вздохнула:

– Кать, ты хоть уверена, что этот малахольный тебе точно нужен?

Но у Катьки, кажется, сомнений на этот счет не было.

– Конечно! Нынче женихи дороги! Разбрасываться ими не следует!

И, сама толком не понимая зачем, Мариша опустила в карман оба перстня. Катька это заметила, но промолчала. А вот Светка, которая тоже примчалась на кладбище, молчать не стала. Она уже и раньше, устраивая драку с Ирочкой, успела изрядно наклюкаться коньяка из серебряной фляжки, которую всюду таскала с собой. Теперь у Светки фляжки не было, но состояние ее от этого не улучшилось.

– Что он тебе там передал? – подозрительно глядя на Маришу, спросила она. – Не отпирайся. Я видела. Какое-то кольцо!

– Да! Кольцо! Замуж меня позвал!

– Прямо на кладбище? Среди могил? – изумилась глупая Светка, но от Мариши отстала.

Зато к Марише подошла Алина.

– У меня к тебе просьба, – произнесла она, косясь на покачивающуюся Светку, которая в этот момент пыталась охмурить какого-то бедного оперативника, который краснел, бледнел, потел и твердил, что он женат. Светку это не смущало. И она буквально повисла на парнишке, объясняя, что жена не стенка, ее можно и подвинуть. А сама она вдова и совершенно свободна, несмотря на наличие у нее любовника Костика. Оперативник весь извелся, пока того не спас капитан.

– В чем дело? – спросила у Алины Мариша.

– Понимаешь, Светка, она напилась.

– Вижу. Но я тут ни при чем.

– Я тебя и не виню! – испугалась Алина. – Просто я Светку знаю немножко получше, чем остальные девчонки. И несколько раз мы с ней даже ночевали под одной крышей.

– И что?

– Когда она трезвая, тоже храпит, но все же не очень, – продолжала говорить Алина. – А когда пьяная, то просто караул!

– Ну и...?

Мариша недоумевала, не понимая сути рассказанного. Ей что, прикажете, теперь Светку от храпа лечить?

– Можно я эту ночь переночую у вас в комнате?

Только-то и всего!

– Конечно! – кивнула Мариша. – Располагайся, как тебе будет удобно.

– У нас есть две совершенно свободные кровати.

– На одну из них лягу я, а на вторую, я уверена, попросится Зина. Она тоже уже ночевала со Светкой. И знает, каково это.

Алина оказалась права. Не прошло и десяти минут, как Зина помрачнела и поглядывала на продолжавшую хулиганить Светку со все большим и большим сомнением. А затем она сделала то, что и предсказывала Алина. Подошла к Марише и договорилась, что одну ночь переночует в их комнате. Ключ Мариша дала Алине, потому что та стонала, как она страшно устала за сегодняшний день и как ей хочется лечь и заснуть.

Получив ключ, Алина повеселела и убежала. А Мариша и Катька еще задержались. Осмотр, который затеял капитан на заброшенном кладбище, велся при свете фонарей. Но так как последних катастрофически не хватало, то вскоре в ход пошли факелы. Так что зрелище копошащихся в земле среди старых крестов и замшелых могильных плит людей, чьи неровные тени колебались в дрожащем свете факелов, было пугающим и завораживающим одновременно.

За время осмотра погоста было выявлено девять могил, которые подверглись осквернению со стороны мародеров.

– Но лишь одна могила находится в относительно неплохом состоянии, – заметил капитан. – Остальные совсем старые.

Настоятеля монастыря на погосте не было. Он отсутствовал по делам. А вместо него выступал брат Илия. Выглядел он растерянным. И никак не мог объяснить, откуда на старом заброшенном кладбище взялась относительно новая могила без имени ее хозяина и других опознавательных примет.

Услышав, что тело похороненного тут мужчины опознать не удастся, Мариша неожиданно ощутила в груди томление. Мертвеца похоронили тайно! Даже имени его на могиле не указали. И единственным опознавательным знаком мог служить перстень с печатью.

И снова Мариша задумалась, отдать перстень капитану или пока что не отдавать? Если отдать, то как объяснить, почему отдала не сразу? Про Евгения она упоминать не может. И значит, у капитана обязательно возникнут подозрения, что она просто хотела утаить находку. А вызывать подозрения в собственной честности, при том что над ней и Катькой все еще висело обвинение в убийстве, Марише не хотелось.

– Сама разберусь, потом расскажу, – прошептала Мариша самой себе и на этом успокоилась.

Она уже наметила себе на завтрашний день план неотложных дел. Как совершенно точно знала Мариша, в монастыре была обширная библиотека. В том числе там хранились старинные книги, которые сберегла семья верующих, живших неподалеку. У них же долгое время хранилось и несколько икон из монастыря. После его закрытия в тридцатых годах многие иконы и ценности отправились в музей религии и атеизма, где благополучно растворились под инвентарными номерами.

Но часть церковных ценностей удалось спрятать. И все эти годы семья хранила их, чтобы вернуть в обитель, едва в ней затеплится жизнь. Эту трогательную историю еще в первый день поведал подругам гид, проводивший экскурсию по монастырю. Мариша историю запомнила. И теперь считала, что в монастырской библиотеке она может найти ответ на загадку, что за человек был похоронен тайно на старом кладбище.

И самое главное, она собиралась выяснить, а не связана ли смерть Владимира с осквернением могилы покойника?

На погосте подруги пробыли почти до рассвета. Но потом усталость все-таки взяла свое.

– Нам после завтрака еще в монастыре предстоит трудиться, – напомнила Катька Марише. – Раз мы живем за их счет, то нельзя совсем совесть терять.

Мариша согласилась с подругой. В самом деле – безобразие. Сегодня они целый день провели со Светкой и ее подружками, болтаясь по деревне и округе. Дело, безусловно, для их расследования полезное. Но ведь они сами попросились поработать в монастыре. Выходит, обманули? Допустить этого Мариша никак не могла. К тому же под дальним прицелом она держала монастырскую библиотеку и компьютер с выходом в Интернет, который, как она знала, находился при ней. И потому ссориться с братом Илией, который тоже находился на старом погосте, они не собирались.

– Приходите часам к десяти, – сказал им монах, когда они подошли к нему. – Машину починили. Поедете в Ильичевку, как вчера и собирались. Там сестрам поможете.

Ну, до десяти часов была еще куча времени. И подруги решили, что немного отдохнуть им точно не помешает. Алина и Зина ушли гораздо раньше. Да и Светки что-то не было ни видно, ни слышно. Возня на погосте тоже подходила к концу. И подруги рассудили, что делать им тут больше нечего. Все самое интересное они уже увидели.

Подходя к гостинице, девушки едва волочили ноги от усталости. У Катьки еще хватало сил, чтобы кликать окончательно загулявшую и потерявшую всякую совесть Маруську. А вот Мариша уже не в силах была даже языком пошевелить. То есть ей так казалось, но ровно до того момента, как она увидела Алину, вылетевшую из дверей гостиницы.

– Ой! – вырвалось у Мариши.

Сердце у нее застучало часто-часто. И было от чего. Алина выглядела странно. Волосы у нее разметались и вроде бы даже местами встали дыбом. Глаза дико вытаращились. А рот открывался и закрывался, не издавая ни единого звука. В полной тишине девушка промчалась мимо подруг, круто развернулась и подбежала к ним.

– Что случилось?

Но говорить Алина не могла. Она только тыкала пальцем в сторону гостиницы и шептала:

– Там! Там!

– Что там?

– Зинка! – прохрипела Алина. – Зинка! Ах!

И, издав это восклицание, девушка внезапно побледнела, глаза у нее закатились, а сама она рухнула на пыльную землю. Случилось это так внезапно, что подруги даже не успели ее подхватить. Алина упала словно подкошенная. Подняв ее, подруги убедились, что девушка находится в глубоком обмороке. И приходить в себя не собирается.

Пара пощечин заставила ее открыть глаза, но говорить она по-прежнему не могла.

– Что случилось? – в который раз повторила вопрос Мариша.

На этот раз Алина все же сумела выдавить из себя несколько слов, прежде чем вновь лишиться сознания.

– Зинка! Там! У вас в комнате!

И Алина снова закатила глаза и потеряла интерес к окружающему. Что же, для подруг и имеющейся у них теперь информации было достаточно, чтобы начать действовать. Оставив бесчувственную Алину лежать там, где она упала (авось не замерзнет!), подруги поспешили в гостиницу.

В свою комнату они не смогли попасть сразу.

– Ключ не поворачивается! – стонала Катька.

При этом она с силой налегла на дверь. И та внезапно отворилась.

– Тут было не заперто! – осенило Катьку.

Мариша только фыркнула. И, оттеснив подругу в сторону, первой шагнула в комнату.

– Ох! Мама моя родная! – вырвалось у нее.

Лежащая на кровати Зина выглядела ужасно. Все лицо у нее было залито кровью. Кровь была также на постельном белье, полу и стенах. И при этом окровавленная Зина стонала. Едва слышно, но все же достаточно, чтобы подруги начали суетиться.

– Раз стонет, значит, жива!

– А раз жива, ей нужен врач!

И подруги помчались вниз. Собственного врача в деревне не было. Только фельдшер, который по большей части бывал пьян. А когда трезвел, то мог зашить несложный порез или прописать слабительное, но с более серьезными травмами дела старался не иметь и сплавлял всех сложных пациентов в районную больницу.

– Это почти за тридцать километров! Не успеем!

– Я вспомнила, в монастыре есть врач! – воскликнула Мариша.

– Откуда там врач?

– Я вспомнила, женщины говорили, что он кого-то вылечил!

– Тогда беги за ним!

– А ты?

– А я останусь с Зиной! Поторопись!

Мариша опрометью вылетела из номера. Наверное, и Алина перед тем, как рухнуть без сознания, тоже собиралась бежать за врачом. Выбегая из гостиницы, Мариша с удовлетворением убедилась, что Алина уже пришла в себя. И нашла силы, чтобы добраться до обочины и сесть там на плоский валун.

– Я в монастырь! – крикнула ей на бегу Мариша. – За врачом!

К счастью, в монастыре еще никто не спал. Случившееся на монастырском погосте взволновало всю обитель. Несмотря на то что кладбище было давно заброшено, монахи восприняли его разграбление очень близко к сердцу. И то, что это гнусное деяние сотворил один из тех, кому они дали кров и пищу, особенно волновало умы.

Так что ворвавшаяся в первую попавшуюся ей на пути монастырскую келью Мариша никого не разбудила.

– Кто тут у вас врач? Тут ведь есть врач?

Девушка обвела взглядом бородатые лица. На нее смотрело семь пар глаз. Но никто не спешил встать.

– Умоляю! Скорей! Там девушку в гостинице порезали! Она истекает кровью!

Один из монахов резво подскочил. И поспешил за дверь. Вернулся он через несколько секунд вместе с невысоким белобородым старичком.

– Где девушка? – обратился старичок к Марише. – Травмы тяжелые?

– Не знаю! Она вся в крови! Доктор, я даже не уверена, что она еще жива!

Старичок кивнул и куда-то исчез. Но не успела Мариша испугаться, как он вернулся обратно с небольшой сумкой.

– Я готов. Идемте!

Несмотря на преклонные годы, старичок оказался очень шустрым. Мариша с трудом поспевала за ним. А возле гостиницы и вовсе отстала.

– Второй этаж! – едва дыша, крикнула она ему. – Там вас встретят!

Старичок пулей взлетел наверх. А Мариша поплелась за ним, клянясь самой себе, что с сегодняшнего дня начинает вести здоровый образ жизни. Никаких сигарет, никакого спиртного. Только здоровая пища, свежий воздух и праведная жизнь. И тогда, глядишь, лет через сорок она будет так же бодра и крепка, как старый доктор.

Алину Мариша обнаружила на лестнице между первым и вторым этажами. Она сидела, закрыв лицо руками, и рыдала. И когда Мариша дотронулась до ее плеча, Алина дико вскрикнула и дернулась.

– Не бойся! Это я!

– Ой! – снова заревела Алина. – Это ужасно!

– Зина?! Она умерла?

– Нет, не знаю. Наверное.

– Что это значит? – рассердилась Мариша. – Почему ты не с подругой?

– Я не могу! До смерти крови боюсь. Как вижу кровь, сразу же в обморок падаю.

– Она же твоя подруга!

– Никакая она мне не подруга. Просто знакомая!

– Все равно, ей нужна твоя помощь!

Но Алина лишь ревела и трясла головой. В конце концов Марише надоело возиться с этой дурехой. И она поспешила к Зине. Возле той уже хлопотал старичок, давая короткие указания Катьке и суетящейся рядом девушке-администратору Верочке. Всех остальных он из комнаты выставил, чтобы не мешались.

– Полотенца! Тряпки! – командовал доктор. – Несите что угодно! Лишь бы были чистые и хорошо впитывали влагу. Еще кипяченую воду и спирт.

– Спирт?

– Что угодно. Можно водку или коньяк.

Ничего такого ни у Мариши, ни у Веры, ни у Катьки в запасе не было. К счастью, Мариша вспомнила про Светкину фляжку. Она бросилась в соседнюю комнату. Тут было совершенно тихо. И сначала Мариша заподозрила, что увидит на кроватях еще два трупа. Но оказалось, что ничуть не бывало. За тишиной последовал внезапный взрыв. Маришу буквально подбросило кверху, под самый потолок.

– Г-р-рхах! Р-р-ры-а-а!

– Ой, мамочки! – вырвалось у Мариши. – Кто тут?

– Хр-а-ах! Гр-гр-р-гр!

Мариша вытерла со лба холодный пот. Она все поняла. Светка и последняя ее приятельница просто дрыхли, мертвецки пьяные. И во сне жутко храпели. Им и дела не было до суеты, которая царила за стеной и во всей гостинице. И до того, что Зина, может быть, именно в этот момент прощается с жизнью.

Засветившаяся Светкина серебряная фляжка оказалась пуста. Но зато под кроватью у Светки Мариша нашла бутылку абсента. Там еще осталось достаточно, чтобы свалить с ног десяток таких Светок. Схватив трофей, Мариша кинулась назад. Конечно, абсент – это вам не коньяк, а гораздо крепче. Сгодится ли он? Но выбирать было не из чего.

Доктор тоже привередничать не стал. Он ловко влил абсент в рот Зинке, отчего та закашлялась и едва не задохнулась. Дождавшись, когда спирт подействует, доктор стал зашивать раны на теле девушки. Подруги лишь выполняли его указания, давая воду, тряпки или инструменты, которые он принес с собой. Больше они поделать не могли ничего. И со страхом глядели на совершенно бледную Зинку, которая после выпитого абсента лежала словно покойница, не шевелясь. И даже не стонала.

Наконец доктор закончил работу. Он протер кровь на теле у Зины и озабоченно покачал головой.

– Как она, доктор? – спросила Верочка.

– Жить будет?

– Организм молодой, – ответил старый доктор. – Все в божьей власти. Но ее нужно везти в больницу. Тут я ничего больше поделать не могу. Пусть дадут ей антибиотики. И переливание крови, если удастся, сделают. Она потеряла ее очень много.

– Я позвоню в больницу! – метнулась Вера вниз к телефону.

Но доктор ей этого не позволил.

– Сами отвезем, – строго сказал он. – Приготовь нам в дорогу воду для питья и раствори в ней немного соли.

Подругам ехать с ним вместе он не позволил.

– Не нужно перегружать машину. Только я, шофер и больная. Это уже достаточно. Быстрей доедем.

К тому времени, когда возле гостиницы появилась монастырская машина, подруги уже поговорили с почти пришедшей в себя Алиной и поняли, что вновь влипли в очередную историю.

– На Зинку напали, пока я зубы ходила чистить, – рассказала Алина подругам. – Понимаете, не могу лечь спать, когда зубы грязные. Если бы не это, то меня бы, наверное, сейчас в больницу везли.

С Зиной Алина столкнулась, когда сама шла вниз в баню, которая была открыта круглые сутки и в которой сегодня был женский день. Алина хотела поплескаться в теплой водичке. А Зина поднималась по лестнице и заявила, что тоже напросилась четвертой в комнату к Марише и Кате.

Нельзя сказать, что Алину это сильно порадовало. Она в своих жизненных принципах отталкивалась от одной простой истины: «Меньше народу, больше кислороду». И к тому же Зина ей совершенно не нравилась. Она общалась с ней только потому, что Зина дружила со Светкой. А саму Алину Зина бесила своей глупостью, ленью и нечистоплотностью.

– Вот пошла бы со мной умыться и зубы на ночь почистить, ничего бы с ней и не случилось, – заявила Алина. – А то взяла манеру с грязными зубами и ногами в постель ложиться. А нам потом всю ночь ее амбре нюхать!

Но какие бы претензии ни предъявляла Алина к своей знакомой, их было недостаточно, чтобы покуситься на ее жизнь.

– А все равно-о-о! – рыдала Алина. – Теперь ск... скажут, что я ее ненавидела-а-а!

– И что?

– И как только подвернулся удобный случай, захотела убить! О-о-о!

Как ни странно, но капитан сказал именно так, как и опасалась Алина. Честное слово, подруги были о его умственных способностях куда более высокого мнения. Но, видимо, следующие одно за другим преступления стали слишком тяжелым испытанием для головы бедного капитана. Она не выдерживала. И капитан сделал глупость. Он приказал арестовать Алину.

– Ничего, посидишь у нас, умнее будешь! – заявил он рыдающей девушке.

Мариша хотела заступиться за Алину, но вовремя одумалась. С разъяренного капитана станется и ее арестовать. И Катьку. Тем более что поглядывал капитан в сторону подруг с большим сомнением.

– И как это все время получается, что вы у меня под ногами крутитесь? – спросил он у подруг. – То художника отравили, теперь его жену порезали.

– Это не его жена, а всего лишь приятельница его жены.

– Все равно! Объясните мне, почему вы все время рядом с трупами оказываетесь?

Этого подруги не знали. Так же, как они не стали говорить капитану, что Зина еще жива. И называть ее трупом пока что не стоило. Тем не менее, задержав Алину, капитан распорядился объявить план перехвата в районе.

– Преступник должен быть весь в крови, – заявил он. – Будем искать следы.

И, задумчиво посмотрев на подруг и уже уходя, он напоследок еще больше испортил им настроение:

– И еще парень этот из службы безопасности пропал, будто бы его и не было. Как его? Вениамин, сдается...

– Уехал он, – сказала Мариша. – Машины его на стоянке нету. Мы выясняли.

– Куда уехал, если из города звонят и его спрашивают?

Пока капитан искал следы порезавшего Зину преступника возле гостиницы, подруги осмотрели свой номер. Разумеется, крови и тут было предостаточно. Но подруг интересовало, не оставил ли преступник после себя какой-нибудь еще улики. В поисках ее они исследовали каждый сантиметр пола. И наконец нашли!

– Пуговица! – воскликнула Мариша. – У меня такой нет!

Катька осмотрела найденную подругой пуговицу.

– У меня тоже, – заявила она. – И вообще это мужская пуговица.

В самом деле пуговица была большая, темно-синяя и круглая. Совсем даже на первый взгляд неинтересная пуговица. Без украшений, потертая и скучная. Она была достаточно большой, чтобы подруги ее не заметили. И потому можно было с большой долей вероятности предположить, что пуговица принадлежит убийце.

От одной этой мысли подруги похолодели. Мариша положила пуговицу в услужливо подставленный Катькой пакетик. И обе девушки наконец вздохнули с облегчением.

Но капитан к их находке отнесся с прохладцей. Его занимало другое.

– В округе видели незнакомого парня, – произнес он, хмуро поглядев на подруг.

– Кто видел?

– Разные люди. Девки по грибы в лес ходили за озеро, по дороге напугались. Потом рыбаки видели костер на мысу, причалили и тоже успели увидеть этого мужчину. В обоих случаях приметы достаточно похожи, так что, думаю, это был один и тот же человек.

– И как он выглядел?

– Худой, бледный, хромает, – принялся перечислять капитан.

– И одет этот тип в полосатый свитер? – перебила его Мариша.

Капитан с неподдельным изумлением уставился на нее.

– Точно, – подтвердил он. – Что? Тоже ваш знакомый?

– Вот еще! Просто его видели, как он крутился у мусорных баков нашей гостиницы.

– И что?

– А там в это время лежал наш пакет с пустой бутылкой от сухого вина, в котором вдруг оказалось полусладкое да еще с примесью поганок. Понимаете?

Капитан почесал в затылке и задумчиво кивнул.

– Думаете, этот парень в полосатом свитере, бродя по лесу, сварганил отвар поганок, каким-то образом напоил им художника, а после подлил остатки в пустую бутылку? Чтобы навести на ложный след?

– Вот именно.

– Хм, хм! – Капитан потеребил себя за ухо, словно бы размышляя.

Но было сразу видно, что версия с неизвестным хромым и полосатым злодеем пришлась ему по сердцу. Поймать негодяя, и все проблемы будут решены.

– Нужно поднимать войска по тревоге, – предложила Катька.

Услышав это, капитан крякнул.

– Экая вы шустрая, девушка! А ну как этот парень ни в чем не виноват? Может быть, турист-натуралист. Или этот... как его... любитель экстремального туризма! Их сейчас столько развелось, что и не сосчитать! На море им, видите ли, ехать скучно. Им подвиги подавай. То в тайгу заберутся, то на необитаемый остров, скорпионами питаются.

– Они скорпионами, а этот парень объедками гостиничными? – ехидно предположила Мариша. – И в чем тут экстрим?

– Не знаю, может быть, ему так нравится. Может быть, у него дом – полная чаша. Холодильник икрой и белорыбицей забит. А человеку скучно. Жирный кусок в горло не лезет. Вот и придумал себе развлечение.

Подруги молчали. Лично им такое развлечение, чтобы питаться на помойке и жить в осеннем, по ночам уже холодном лесу, казалось весьма сомнительным. Но, с другой стороны, ведь этот в полосатом свитере – он же мужчина. А мужчины, как известно, все с хорошим приветом.

Вот сегодня он нормальный, ты ходишь и тихо радуешься, что тебе достался счастливый билет – нормальный мужчина. А он берет и мчится куда-нибудь прыгать в бочке с Ниагары. Или отправляется в Мексику добывать золото инков. Или не так романтично, но тоже вполне жизненно идет и просаживает в рулетку вашу с ним общую дачу, машину и в придачу квартиру вашей мамы.

И уж вполне нормально взять палатку и тусоваться в ней все лето до самых холодов, питаясь подножным кормом, и самому кормить комаров и прочий гнус.

– Тогда нужно этого полосатого туриста подкараулить.

– И где?

Тут мнения подруг и капитана разошлись. Мариша считала, что ловить его нужно на приманку.