332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Дарья Калинина » Папа Карло из Монте-Карло » Текст книги (страница 6)
Папа Карло из Монте-Карло
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 01:53

Текст книги "Папа Карло из Монте-Карло"


Автор книги: Дарья Калинина






сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

А старик продолжал говорить:

– Как ребята прописку получили, они сюда частенько наведывались. Нравилось им тут, шашлыки жарили, вино пили. Больших компаний с ними никогда не бывало. Девушки, одна-две, да они сами. Или кто-то один приезжал. Тихо себя вели, так чего бы я протестовать стал? Небось меня в известность не ставят, кто и что продает. А потом претензии получаются. А разве же я виноват? Ни в чем я совершенно не виноват, без вины виноватым получаюсь.

Пока дед говорил, выгораживая себя, как только можно, подруги вместе с Ваней уже шагнули в дом и теперь недоуменно морщились. Внутри было сыро, пахло плесенью. И пол под ногами так угрожающе прогибался, что сразу становилось ясно, еще чуть-чуть и доскам придет каюк. Мебель тут стояла самая задрипанная, занавески на окнах пожелтели от многолетней грязи. И все вместе выглядело неопрятно и мерзко.

Совершенно ясно, что братья за эти «хоромы» их бывшему владельцу не собирались отваливать большую сумму, которой к тому же у них и не было.

А Инга не удержалась и ахнула:

– Как же ваш отец тут жил?

– А чего? – безразлично откликнулся мужичок. – Он привычный. Всю жизнь в деревне. В город его к себе забрал, он там и помер. А тут бы небось еще бы лет пять протянул.

– И то правда, – вмешался Николай Семеныч. – В лесу или в поле не будешь жить. Крыша над головой нужна. А тут какое-никакое, но все же жилье.

Но для Рустама с Хасаном этот дом не представлял ценности в плане проживания. Они хотели купить развалюху, не удалось, просто прописались в ней и едва наскребли денег даже на такую услугу. Но потом дела у ребят неожиданно сильно поперли в гору. Они выписались из этого дома, обустроились в Питере. Но в деревню Гладь продолжали наведываться.

– Места у нас тут чудные. Река, озера. А уж леса какие! Дом можно подремонтировать, как новый будет.

Николай Семеныч рассуждал так, словно друзья собирались этот дом покупать. Но их интересовало совсем другое.

– И неделю назад братья, говорите, тут были?

– Ага. Вон и продукты оставили.

На столе валялись колбасные обрезки, хлебные корки и крошки сыра.

– Специально оставили, чтобы мышей приманить?

Но дед не торопился осуждать Рустама и его брата:

– Бабы не прибрались, с них и спрос.

А самим мужчинам разве трудно было прибраться? Всего-то и надо было, что смахнуть остатки пищи в пакет, а потом выкинуть его подальше от дома. Для такого дела много сил и ума не нужно. Но, видимо, Рустам с Хасаном подобными вещами свои мозги и руки никогда не утруждали. Дома за ними ухаживали мать и сестры. А теперь эта почетная обязанность досталась Светлане с Наташей.

– Действительно странно, почему же девушки тут не прибрались?

– Может быть, не успели?

– Или даже не смогли?

Инга с Аленой прошлись по дому и быстро убедились, что женщины в этом доме были. У зеркала лежала кем-то явно забытая расческа с несколькими волосинками в ней.

– Похоже на волосы Наташи, – заключила Алена, осмотрев находку.

А в комнате под кроватью нашлась даже женская брошка в форме стрекозки. Качественная бижутерия, но выглядевшая очень мило и симпатично.

– Ну, тут больше ничего интересного нету, – с явным облегчением произнес хозяин. – Все в порядке.

– Может, еще в баню заглянуть? – предложил дед. – Они баню топили, я видел.

Хозяин сверкнул в сторону старика сердитым взглядом. Но тот и в ус не дул.

– Пойдемте, я покажу.

И самая главная находка ожидала сыщиков в тот момент, когда они заглянули в баню. Едва они туда вошли, как сразу же уловили неприятный запах. Это была не плесень, не гниль, а что-то совсем другое.

Пол в бане был испачкан какими-то бурыми пятнами. И увидев их, старик начал неожиданно часто и суетливо креститься.

– Никогда бы не заподозрила вас в религиозности, – хмыкнула Инга.

– Так ведь кровь это, детонька, – как-то жалобно произнес старик. – Засохшая кровь.

Все сыщики уставились на пятна. Хозяин вновь вытер вспотевший лоб. А Ваня, как самый опытный, наклонился и, немного послюнив палец, потер одно из пятен с самого краю.

– Похоже, действительно кровь.

– А чья?

Но тут же у Инги прервалось дыхание. Она догадалась, чья кровь может быть на полу. Баня состояла из трех помещений. Сеней, где посетителям предлагалось раздеться. Помывочной комнатки. И собственно парной, где можно было хлестать себя веником. Но в парной не было никаких веников, зато там стоял топор, лезвие которого было испачкано все теми же бурыми пятнами с прилипшими к ним волосами. Ваня поднял свою страшную находку над головой, и Инга вскрикнула:

– Ай! Убери это!

– Так! – решительно произнесла Алена. – Ваня, заканчивай тут все заляпывать своими отпечатками. Что ты, как мальчишка, все в руки хватаешь?

– Понять хочу, что тут произошло.

– Лично мне все ясно! – отрезала Алена. – Надо вызывать полицию.

– Полицию? – уставился на нее хозяин дома. – Зачем же сразу полицию?

– Тут произошло что-то ужасное! Разве вам это не ясно? Ваня, немедленно положи топор на место. Горе ты мое, все топорище своими отпечатками заляпал. Следователь тебя за это не похвалит.

– Но я же не знал, – виновато пробубнил Ваня.

– Должен был знать. Иди сюда и ничего больше тут не трогай! Ты и так уже достаточно здесь наследил.

Ваня вышел из бани и попытался успокоить Алену:

– Тел девушек не видно.

– Они их уже похоронили!

– И земли разрытой на участке не видать.

– Мы еще не все тут осмотрели. И потом… они могли вывезти тела жертв на машине в лес и закопать уже там.

Дед, который не сводил глаз с Алены, слушая ее речь, неожиданно возмутился:

– Вы что же это? Рустама с братом в убийстве подозреваете?

– В двойном убийстве, если быть точными. Братья убили своих гостий. Обеих, я так полагаю!

– Не могло такого быть! Тихо у них всю ночь было. Никаких криков я не слышал.

– Можно убить так, что и без шума дело обойдется. Заманили девушек в баню, потом двери прикрыли, рты закрыли и порубили обеих бедняжек на части.

От нарисованной Аленой картины содрогнулись решительно все. Инге было хуже всех. Ее впечатлительная натура готовилась либо упасть в обморок, либо придумать какой-то безболезненный выход из ситуации.

– А может, – робко предположила она, – ребята живность какую-нибудь с собой привезли? Курицу там живую или барашка?

Все уставились на старика.

– Был у братьев с собой кто-то в этом роде?

Ничего такого старик не приметил. Но повторил, что никаких криков он не слышал. Ни люди, ни животные в ту ночь не кричали. Однако бурые пятна на полу не оставляли никаких сомнений в том, что тут пролилась чья-то кровь. И сыщикам было позарез необходимо точно выяснить, чья же это кровь.

– Звоним в полицию, – повторила Алена. – Другого выхода просто нет.

И она набрала номер, который дала ей Альбина Григорьевна, как говорится, на всякий случай. Алена еще тогда мысленно взмолилась к небесам, чтобы этот номер ей никогда не пригодился, а сестры бы нашлись целыми и невредимыми. Но, видно, небеса ее мольбы не услышали. Или же ее мольба сильно запоздала.

Прибывший по вызову полицейский не был тем самым следователем, которому звонила Алена. Уважаемый господин Тихомиров не захотел мчаться в деревню Гладь из-за таких сомнительных, как он сказал, улик. Вначале он и вовсе попытался оставить Алену ни с чем. Но она настаивала. И следователь, поняв, что ретивая дамочка от него добром не отстанет, был вынужден уточнять:

– Пятна? Бурые? Но вы даже не уверены, что это действительно кровь?

– Очень уж похоже на кровь. И пропавшие девушки тут были, сомнений нет. Мы нашли свидетеля, который их видел.

Услышав про свидетеля, Тихомиров немного повеселел.

– Свидетель – это хорошо, – пробормотал он. – Сейчас позвоню своим коллегам, пусть они пришлют вам кого-нибудь.

Этот кто-нибудь оказался совсем молоденьким мальчишкой, но очень старательным и дотошным. Узнав, что Ваня трогал топор и слюнявил пятна на полу, он сделался очень серьезным и заявил:

– Вам придется проехать с нами. Эксперт у нас один. Топор я возьму с собой. Тогда эксперт сможет снять ваши отпечатки пальцев и потом отделить их от тех, что еще окажутся на топорище. Ну и надо будет занести в протокол, что вы трогали вещи на месте преступления.

После этого парень соскреб немного бурого порошка на полу в бане. Причем сделал он это не в одном месте, а в нескольких. И каждый раз складывал новую пробу в новый пакетик.

– Зачем вы столько берете? – не удержалась от любопытства Инга. – И из разных мест?

– Пропавших девушек ведь было двое, так?

– Да.

– Тогда вполне возможно, одну из них зарубили в одном углу бани, а другую в другом. Тогда их кровь могла и не смешаться. В одном углу возьму, а там будет кровь только одной жертвы. Разве это хорошо?

– Нет, совсем не хорошо, – прошептала Инга, сильно пожалевшая, что вообще задала этот вопрос.

А парень продолжал занудливо объяснять:

– Возникнет недоумение, одну убили девушку или обеих? Работа не полностью будет сделана. Появятся ненужные вопросы. Надо этого всего избежать.

Одним словом, несмотря на молодость и крайнюю степень занудства, парень показался сыщикам толковым. И они были почти разочарованы, когда их передали маленькому и пузатенькому капитану, который не скрывал своего неудовольствия оттого, что они оторвали его от сытного ужина. Он сразу же набросился на них с вопросами:

– Кто вы такие? По какому праву ведете расследование? Частные сыщики? И где ваши документы?

И не успокоился, пока все тот же молоденький парнишка не переписал все данные друзей и не запротоколировал каждое слово сыщиков, хозяина дома и старика соседа. Капитан сидел рядом и наблюдал, иногда неодобрительно бурча толстым брюхом. Когда все оформление закончилось, он не стал скрывать своего облегчения.

– Вот и все, можете быть свободны.

– Как же так? – растерялись друзья. – Но вы будете искать преступников?

– Мы передадим все материалы вашему Тихомирову. Не обещаю, что это случится сегодня, может быть, завтра. Или даже послезавтра. Да еще эксперт у нас в отпуске. Ну, как выйдет, мы ему улики передадим. Он экспертизу быстренько сделает и… Венька, когда у нас Старостин из отпуска выходит?

– На той неделе.

– Ну, вот видите! – обрадовался капитан. – Уже на следующей неделе будет сделана экспертиза.

Но друзья на фальшивую бодрость капитана не поддались.

– У вашего эксперта к тому моменту, когда он из отпуска выйдет, куча работы накопится. Пока он доберется до наших улик, может еще неделя пройти.

– Это, конечно, слишком долго. Но мы будем искать возможность сделать и переслать готовое заключение экспертизы к вам в Питер побыстрее.

– Есть гарантия, что это произойдет?

– Нет, – честно ответил капитан.

– А нельзя ли сразу же отправить улики этому Тихомирову?

– Как вы себе это представляете? Не могу же я вам их доверить!

– Нам – нет. Но вашему помощнику можете?

Капитан задумчиво взглянул на паренька. Чувствовалось, что, по большому счету, капитану все равно, кто будет заниматься этим делом. Даже еще и лучше, если удастся его сплавить с рук прямо сейчас. Тогда он сможет вернуться к прерванному ужину. Дело это ни наград, ни прибыли не обещало. Зато проблем, как предчувствовал капитан, может быть масса.

– Ну что, Венька, – почти весело поинтересовался он у помощника. – Прокатишься в Питер?

Друзья, затаив дыхание, уставились на парня. Если он откажется, то придется звонить Тихомирову, требовать, чтобы он прислал своих людей за уликами. Потому что в этой глуши, да еще под руководством такого работника, как этот капитан, с уликами может случиться все что угодно. К примеру, их могут просто потерять. Это в самом худшем случае. Или, что куда более вероятно, о них могут забыть.

Но к величайшему облегчению, Веня кивнул в знак согласия:

– Дело-то срочное. Не какая-нибудь там пьяная драка, тут настоящее убийство. Я поеду!

– Отлично!

И, повернувшись к друзьям, капитан еще раз уточнил:

– Значит, отвезете парня?

– Да.

– И обратно доставьте.

Друзья пообещали, что одного Веню не оставят. И совершенно успокоенный капитан, сочтя, что он свое дело сделал, отправился домой ужинать. А друзья, загрузившись в машину и бережно устроив в багажнике улики, покатили обратно в Питер. Туда, где их с нетерпением дожидался эксперт, уже предупрежденный Тихомировым о предстоящей ему внеплановой работе.

Работа эксперта заняла сутки. И по истечении этого времени все были в курсе открывшейся ужасной правды. Волосы на расческе в доме принадлежали Наташе. А бурые пятна на полу в бане действительно оказались кровью. И что самое скверное, это была кровь двух молодых женщин. И группы крови у этих неизвестных потерпевших совпадали с данными, взятыми из медицинских карт пропавших сестер.

Следователь Тихомиров оказался настолько любезен, что держал сыщиков в курсе дел. И результаты экспертизы им довелось узнать одними из первых. Вот только сами сыщики никак не могли решить, хорошо это или плохо для них. Не так-то легко осознавать, что две молодые девушки, которых они искали столько времени, теперь, скорее всего, мертвы.

Но Тихомиров, не обращая внимания на их чувства, невозмутимо перечислял дальше:

– Топорище тоже все измазано кровью обеих жертв. А волосы, которые прилипли к нему, явно принадлежат старшей из них – Светлане.

– Вы уверены… Насчет волос?

– Мы нашли дома у сестер на подушках кроватей достаточно материала для сравнительного анализа. Сомнений нет, волосы принадлежат старшей сестре.

– Какой ужас! Значит, все-таки убийство?

– Очень похоже, что так и есть.

– Вы объявите Рустама с братом в розыск? – поинтересовалась Алена.

– Объявлю, конечно. Также мы сообщим властям по месту жительства отца и матери братьев Гусейновых. Возможно, они что-то знают.

– Если и знают, то никогда не скажут. Это их сыновья, а Наташа со Светланой всего лишь неизвестные им русские девчонки. Они не станут разбираться, кто прав, а кто виноват. Просто попытаются защитить своих сыновей.

– Да, если молодчики добрались до дома своих родителей, они для нас потеряны. Родственники будут их прятать столько, сколько нужно.

– Но что же делать?

– Однако есть шанс, что преступники к своим родителям и не поехали. Не очень-то сладко им будет прятаться под юбкой матери и за спиной своего старика отца.

– Куда же они могли еще податься?

– Вот этот вопрос нам с вами и надо решить.

При этом Тихомиров взглянул в сторону Инги. У всех создалось впечатление, что это «нам с вами» относилось только к ним двоим.

– Я дал команду своим людям, они проверят записи камер контроля скоростного режима. У меня есть данные о Рустаме. Он лихой гонщик. Парень не жалеет денег на штрафы. Только за прошлый год он получил и оплатил почти два десятка уведомлений со штрафами за превышение скорости и ряд других дорожно-транспортных нарушений. Выезд на встречную полосу, езда по обочине, много всего за ним числится.

– Значит, гоняет молодчик очень шустро?

– Думаю, что после совершенного убийства чувства у него были накалены. И он гнал как бешеный. С помощью камер видеонаблюдения у нас есть неплохой шанс узнать, куда именно братья поехали, покончив с девушками.

Но к удивлению Тихомирова, который очень надеялся на эти записи, ни одна из камер на дорогах в прилегающих к деревне Гладь областях не зафиксировала машины с нарушителями. Убийство сестер произвело на Рустама обратное действие. Из бедового водителя он заделался законопослушнейшим шофером.

– Видимо, специально остерегался гнать быстро. Осторожный, дьявол!

Алена с Ингой только головами покачали. Если так, почему «осторожный дьявол» не прибрался в бане? Почему оставил им и полиции такое количество улик? Не ожидал, что в баню кто-то сунет нос? Но это же глупо. И ведь даже просто пятен крови на полу было бы достаточно для того, чтобы заподозрить братьев Гусейновых в совершении особо тяжкого преступления. А тут еще и топор.

– Немного странно, ты не находишь?

Но Инга считала, что в некоторых мужчинах принципиальность может граничить с идиотизмом. К примеру, ее собственный любимый мужчина с самого начала поставил ее перед фактом, что мусорное ведро он выносить не будет. В чем угодно другом он готов ей помочь по хозяйству. Даже посуду помоет после ужина или пол протрет, особенно если при этом она ему выдаст швабру, нальет в ведро теплой мыльной воды, а потом весь инструмент снова спрячет обратно.

– Но вот к помойному ведру не прикоснусь. Даже и не проси! Никогда этого не делал и не буду!

И напрасно Инга пыталась объяснить своему Залесному, что у них в доме нету мусоропровода, а нужно выносить мусор регулярно, чтобы не появился дурной запах и не завелись насекомые, и что лучше это сделать ему, потому что утром он все равно идет на работу и проходит как раз мимо мусорки. А ей для этого нужно встать, привести себя в порядок, взять мусор, дойти, вернуться, подняться, снова раздеться… одним словом, целая эпопея и ненужная возня.

– Ты просто прихватываешь с собой еще один пакетик, очень маленький и аккуратный, – умоляла его Инга.

Все было бесполезно. Залесный твердо стоял на своей позиции. И даже когда Инга подвернула ногу и несколько дней ей было больно ходить, она все равно была вынуждена скакать до мусорки на одной ноге или просить кого-то из соседей об этой услуге.

Поэтому Инга отнеслась равнодушно к тому факту, что братья Гусейновы не пожелали убраться на месте преступления.

– Никогда этого не делали и тут не стали.

– Но это же глупость.

– Для нас с тобой действительно страшная глупость, а для них – дело принципа.

Запрос, посланный по месту жительства родителей братьев, также не дал никакого положительного результата.

– Родители ни сном ни духом. Когда им сообщили, что Рустам с братом разыскиваются по подозрению в убийстве двух девушек, мать в тот же день слегла в больницу с сильнейшим сердечным приступом. К тому же наши коллеги любезно поставили возле дома родителей братьев наружное наблюдение, которое ничего подозрительного также не выявило.

– А как отреагировала мать девушек, когда вы сообщили ей о том, что обе ее дочери, скорее всего, мертвы?

– Вы говорите об Альбине Григорьевне?

– Да.

– Так она девчонкам не мать, а мачеха.

Это была удивительная новость. И сыщики не смогли сдержать своего изумления. До сих пор никто из близких пропавшим сестрам людей ни разу не упомянул о том, что их воспитывала чужая женщина. Особенно удивлена была Алена. Ей лично пришлось пообщаться с Альбиной Григорьевной, и она отлично помнила, как сильно плакала женщина, горюя о своих пропавших дочерях.

– В самом деле? Мачеха?

– Отец женился на этой Альбине, когда его старшей девочке было четыре года. А младшей, соответственно, не исполнилось еще и трех. Думаю, что женщина воспитывала малышек как своих собственных дочерей. А о том, что их родила когда-то другая, и не вспоминала.

– А что случилось с родной мамой девочек?

– Я не выяснял, – нетерпеливо бросил Тихомиров. – У меня же не сто рук! И потом, я не думаю, что это имеет отношение к нашему делу.

Видя, как болезненно реагирует следователь на любое отступление от интересующей его темы, подруги постарались исправиться как можно быстрее.

И Алена произнесла:

– Значит, братья не у своих папы с мамой. А где же они в таком случае?

– Может, у кого-то из приятелей?

Эту версию требовалось проверить в первую очередь. Собственно говоря, никакого другого выхода у следствия и не оставалось. Но тут возникла очевидная проблема. Если друзья Рустама и Хасана укрывают преступников, то они не захотят общаться с полицией.

– Придем к ним, а они в глухой отказ, – сетовал Тихомиров. – И что тогда делать?

– Только если проследить! – предположил Ваня.

– Беглецам кто-то должен носить еду, снабжать их развлечениями, выпивкой и другими необходимыми вещами.

– Если кто-то из друзей Рустама взвалил на себя такую ношу, это легко можно выяснить с помощью наружного наблюдения за этим человеком.

– Все это так, – признал Тихомиров. – Но…

– Так проследите. В чем ваше «но»?

– А как проследить-то? Как проследить, если дружков-приятелей у того же Рустама, чтобы сосчитать, не хватит пальцев на руках и ногах у всего нашего отделения. И у его брата, я думаю, тоже не меньше. Около сотни близких друзей, готовых оказать братьям такого рода услугу, точно наберется. Организовать слежку за ними всеми решительно невозможно. Сил не хватит.

– Но что же делать?

– Есть у меня одна мыслишка. Только не знаю, как вы к ней отнесетесь.

– Ну, говорите! – заинтересовались подруги.

Тихомиров помялся немного, но, так как выхода у него другого все равно не было, сказал:

– Я могу познакомить вас с одним человеком, который занимает большое место в жизни обоих братьев.

– Что это за человек?

– О! Он вас не разочарует. Любимец дам и публики. Успешный предприниматель. Владелец нескольких ночных клубов в нашей стране, а также и за рубежом. У нас в городе ему принадлежит один закрытый клуб с бесплатным членством.

– Ого! Интересно.

Насколько были осведомлены подруги, попасть в такой клуб с улицы никак невозможно. Для того чтобы стать членом клуба, нужны рекомендации других членов клуба.

– Мы выяснили, что братьев Гусейновых частенько видели в обществе этого человека.

– Неудивительно, раз он владеет несколькими увеселительными заведениями, а Гусейновы просто не вылезали из клубов и ресторанов.

– Да, – почему-то нахмурился Тихомиров. – Узнать бы нам еще, на какие шиши братья так шиковали. Но сейчас не об этом! Человека, с которым вам предстоит познакомиться и в доверие к которому одна из вас или даже вы обе должны втереться, зовут Ганнибал.

– Он что, негр?

– Нет, Ганнибал, наверное, потому, что на самом деле зовут этого человека Ибрагим… Ибрагим Ахметов. Ну, вы же понимаете, почему Ганнибал?

И прежде, чем подруги успели ответить, он воскликнул:

– Ибрагим Ганнибал – знаменитый дед знаменитого внука!

Подругам не было нужды напоминать генеалогию Александра Сергеевича Пушкина и его деда, прозванного арапом Петра Великого. И если бы следователь только захотел, подруги могли бы запросто перечислить ему всю родословную великого поэта, а также назвать имена его потомков. Они обе так прямо и сказали об этом следователю.

– Так вот, – явно удовлетворенный их ответом, продолжал свой рассказ следователь, – Ибрагим Ахметов по прозвищу Ганнибал.

Со своих клубов он имеет весьма приличный доход. И вот с ним-то вам и предстоит подружиться.

– Интересно, и как вы себе это представляете? Чем мы можем его заинтересовать? Мы обе уже не девочки. А возле этого мужчины должны постоянно толочься самые первые красотки.

– Ганнибал слывет утонченным ценителем женской красоты. Причем молоденькие глупенькие девочки – это не для него. Он ценит в женщине не только ее красоту, куда более важно для него умение поддержать беседу на любую тему. А для этого нужна не столько красота, сколько ум, эрудиция и всесторонняя образованность. Думаю, вы обе вполне придетесь ему по вкусу.

Может, оно и так, но подруги все же не понимали, под каким предлогом они смогут продемонстрировать Ганнибалу эти три столь ценимые им качества. Красота – вещь заметная. А вот ум, образованность и эрудиция на лбу у них не проштампованы.

– И вообще, как мы к нему подберемся?

– Как вы с ним познакомитесь, это моя забота, – тут же разрешил их сомнения следователь. – Вы пойдете на маскарадный вечер, который организует господин Ганнибал в своем клубе.

– Как это пойдем? Клуб, вы говорили, закрытый.

– Во всякое закрытое помещение можно найти лазейку. Вечер должен быть маскарадным. Лица у всех присутствующих окажутся закрытыми. Кроме вас двоих, там будет еще много народу.

Похоже, следователь все предусмотрел. И все же подруги пытались сопротивляться.

– Но как мы попадем внутрь?

– Вход на вечер, конечно, только по пригласительным билетам. Но так уж получилось, что эти билеты у меня есть.

И Тихомиров помахал в воздухе двумя очень красивыми и даже издалека дорого выглядевшими билетами.

– От вас требуется лишь ваше принципиальное согласие. Отвечайте быстро: вы согласны пойти и очаровать господина Ганнибала?

– Но мы в некотором роде обе заняты, – окончательно смутилась Инга. – Алена вообще замужем. Да и у меня… у меня есть мужчина, которого бы я не хотела терять из-за какого-то там Ганнибала.

– Про вашего мужчину мне уже все известно, – лукаво взглянул Тихомиров на Ингу. – Ваш Залесный уже несколько раз звонил мне, чтобы напомнить, как вы лично ему дороги и что я должен оберегать каждый волосок в вашей прическе.

Инга от удовольствия даже порозовела. Любимый мужчина уже давненько не заглядывал к ней, неизменно отговариваясь прямо-таки катастрофической занятостью на службе. Голос у него и впрямь был усталый и какой-то безрадостный. Да и ночевал он неизменно у себя дома. Инга звонила ему на домашний, проверяла. Залесный смеялся над ней, но приезжать не разрешал.

– Хочу, чтобы у тебя сохранились относительно меня хоть какие-то иллюзии. А сейчас я откровенно не в форме.

Все это было очень мило, но у Инги все равно роились насчет своего мужчины всякие там нехорошие сомнения. И теперь ей было вдвойне приятно узнать, что Залесному она отнюдь не безразлична. Что он, узнав о той истории, в которую Инга впуталась по вине Алены, постарался как мог обезопасить свою подругу.

– Значит, Залесный знает, что вы придумали для меня и… и Алены?

– Ваш мужчина полностью в курсе того, чем вам предстоит заняться.

Что же, если так, то Инга была и дальше совсем не против помогать своей подруге в затеянном ею расследовании. Убедившись, что его слова произвели правильное впечатление на одну из сыщиц, Тихомиров повернулся к Алене и продолжил:

– А что касается вашего мужа… То он ведь сейчас далеко?

– В общем-то да.

– И может ничего не узнать?

– Если я и Ваня промолчим, конечно, он не узнает.

– А раз не узнает, значит, ему это и не повредит. И к тому же Ганнибал не насильник и не извращенец. Он знаток философии, истории и религии. На эти темы он обожает поговорить. И будет вам искренне благодарен, если вы сумеете удивить его каким-нибудь историческим анекдотом из жизни высшего сословия прошлых эпох. До такого рода анекдотов он большой любитель. Ну, что скажете? Хотите познакомиться с умным, начитанным и интересным во всех отношениях человеком? Хотите пройти в закрытый клуб, окунуться в его атмосферу?

Подруги больше не колебались. Если этот Ганнибал так изыскан и хорошо воспитан, им будет самим интересно пообщаться с таким человеком.

– Значит, вы согласны?

Подруги кивнули, и следователь просиял. Но тут же лицо его вновь сделалось озабоченным.

– Да, и еще одно, забыл сказать: вам совсем не обязательно рассказывать о том, что вы знакомы с братьями Гусейновыми.

Тихомиров мог бы и не говорить этого. Подруги сами прекрасно понимали: пусть это открытие произойдет как можно позднее. И пусть оно станет для Ганнибала своего рода сюрпризом. Так будет лучше в первую очередь для самих подруг.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю