Текст книги "Опасный Kiss клиент (СИ)"

Автор книги: Дарина Вэб

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)

9 глава

Владимир Ильин

– Я того, пригляжу за печкой. А ты поспи. – отказывается от моего предложения.

Что-то в ней неуловимо знакомое. Не могу понять, что. Вглядываюсь в неё, но за комбезом и шапкой непонятно кто скрывается. А эти очки, которые она напялила, стоило только войти в избу, мешают рассмотреть её глаза.

– Она забита доверху дровами, мы успеем отдохнуть. – уговариваю как маленькую.

И чёрт же меня погнал спасать её. Давно бы уже был в отеле и отзванивался адвокату. Вот как теперь отследить статью? Вся надежда на Прохора.

Приходится встать, доковылять до Розы, взять её за руку и тащить за собой.

– Я не трону. Нам просто надо отдохнуть. Понимаешь? – убеждаю её.

Не могу я один улечься, пока девчонка стоит, подпирает печку из последних сил. Джентльмен, мать её! Жуть, как устал, да и нога болит.

– Ладно. – делает мне одолжение. – Но руки держи при себе. И ноги тоже! – стреляет в меня серьёзным взглядом и ложится к стене.

– Да боже упаси! – иронизирую я. – Тебе хоть восемнадцать – то есть?

Ни грамма косметики, естественные, красивые черты лица. Ну не тянет она на взрослую тётю.

– Серьёзно? – удивляется она. – Спасибо за щедрый комплимент. – и поворачивается спиной ко мне.

– Так, а если серьёзно, сколько тебе лет? – укладываюсь рядом на спину.

– Однозначно больше восемнадцати. А вообще, про возраст спрашивать девушек, это дурной тон. – бубнит в стену.

Хоть не малолетка уже радует. На спине лежать не вариант, нога падает на пол, не помещаюсь. Поворачиваюсь спина к спине, тоже не комфортно. Коленки свисают. Присаживаюсь, беру одеяло и тяну на себя. Поворачиваюсь к спине Розы, накрываю нас обоих и слегка обнимаю. Вот так удобно.

– Руки! – рявкает на меня.

– Неудобно, копец! Потерпи, а? Я ж не маньяк какой-то. Да и мы в куртках, чего боишься? Лапать точно не буду. – укладываю голову поудобнее.

Долго я тут не протяну. Кости уже начинают болеть от лёжки на твёрдом.

– Если что, полетишь на пол без разговоров, понял? – предупреждает.

– Понял. Спи уже. – усталость берёт верх, и я отрубаюсь, пригревшись под тёплым одеялом.

Просыпаюсь от жары и не только. Эта мелочь пытается через меня перелезть и не разбудить.

– Это ты зря. – сказал вроде тихо, но как-то умудрился напугать.

– А-а-а-а-а… – кричит она.

Я успеваю сориентироваться и поймать её за бёдра. Сантиметр не долетела лбом до пола. Вовремя я.

– Говорил же зря. – подтягиваю обратно на кровать.

– Спасибо. Но если бы не ты, я бы не полетела вниз башкой. – раскрасневшаяся вся, щёки горят.

– Ага, ты полоротая, а я виноват. Шикарный расклад! – скидываю с себя одеяло.

Печка натопилась, в избушке жара и влажность. Точно! Снег растаял на печке.

– Печка тухнет, хотела подложить дров. – пучит на меня глазёнки без очков.

Ну точно где-то видел. Смотрю пристально, разглядываю:

– Сними шапку.

– Зачем? – округляет глаза.

– Жарко уже и комбез тоже снимай. – командую на правах старшего.

Сам иду на улицу, по очень важному делу. Аж в ушах булькает. Окропляю белый снег золотом и валю скорее обратно. Мороз, однако! Да и темнеет уже, надо поискать, может свечи есть или фонарик. Попутно набираю охапку дров, захожу в избу, закидываю дрова в печь, в которой дотлевают дровишки, и прикрываю поддувало.

Поворачиваюсь и вижу одинокую свечу посреди стола. Роза шебуршится в бочке, и несёт что-то к столу. Она сняла комбез, под ним оказалась красивая, миниатюрная фигурка, а под шапкой длинные русые волосы.

– Набери снега в тазик, вскипятим и чай попьём. – показывает мне пачку чая и пачку рафинада.

Смотрю на неё и вижу привлекательную девчонку. Но чем-то неуловимо знакомую.

Беру пустой тазик с печки:

– Твою мать! – взвываю от ожога, и тазик падает к ногам. – А, бля! Что за херь, последнее время творится! – срываюсь я. – Что ни день, то жопа!

– А говорил, что я полоротая. – угорает надо мной. – 1:1!

Натягиваю рукав на руку, поднимаю тазик и молча иду за снегом. Нам ещё как-то коммуницировать, а то сказал бы я пару ласковых.

Сидим за столом друг напротив друга, пьём горячий чай, заедаем шоколадом. Блики света от печки и от свечи попадают на Розу. И всё-таки знакомое лицо.

– С кем отдыхала в отеле? – решаю завести разговор.

Она поднимает на меня глаза, странно смотрит:

– Одна. – спокойно отвечает, но я не верю.

– Одна, перед Новым годом? Почему? – допытываю её.

– Разве отдыхают только в компании? Я просто устала от города, вот и решила отвлечься. И вот что вышло. – пожала она плечами.

– Обычно, да. На горнолыжки приезжают с хорошей компанией друзей, чтобы повеселиться. – продолжаю рассуждать, разглядывая её, удивительно интересное лицо.

– А если друзей нет? – прячет губы за кружкой.

– Это значит, что либо друзья – говно, либо ты, как человек – говно, третьего не дано. – без ужимок, как думаю, так и говорю.

Завтра свалим отсюда, и больше я её никогда не увижу. Обидится, значит, так тому и быть.

– Вот тут поспорю. – азарт проснулся в её глазах. Необидчивая, плюс ей в карму. – Бывают жизненные ситуации, когда нет времени заводить друзей. А знакомые на роль друзей мало тянут.

– Например? – вывожу её на более личный разговор.

– Например, когда завален работой с утра до вечера, без выходных. – пока никакой конкретики не рассказывает.

И нахрена мне это? Зачем я тащу из неё личное? Праздное любопытство? Наверное, просто надо чем-то мозг занять, чтоб не свихнуться. Хрен знает, когда нас найдут. И найдут ли вообще?

– Зачем столько работать молодой, красивой девушке? Найди себе папика и пусть обеспечивает. – сарказм полез из меня.

Нервы ни к чёрту. Надо же было так встрять!

– Ага, старого, лысого и пузатого? – поймала мой настрой. – Не мой варик. Вот найду любовь всей своей жизни, нарожаю ему детишек и сяду на шею. Вот с таким папиком и в такой ситуации, я готова быть на обеспечении. И то вряд ли, у меня работа на удалёнке, так что не судьба.

– Серьёзная барышня значит. – прищуриваюсь, разглядывая её ещё детальнее.

Мне нравятся её мысли, если это не игра, конечно. Обычно встречаются пустышки, готовые в первый день, прыгнуть ко мне в кровать. Точно! Она же не знает кто я.

– А у тебя как дела на личном фронте? – подоспели и ко мне вопросы.

– Всё отлично. Закоренелый холостяк! – гордо отвечаю.

– Даже женат ни разу не был? – удивляется она.

– Не, это не про меня. – и задумываюсь.

И правда, тридцатник уже, ни жены, ни детей, даже внебрачных.

– А что про тебя? – задаёт странный вопрос.

– Работа на первом месте. – опять начинается волнение.

– Где работаешь? Наверное, что-то интересное, если столько времени отдаёшь ей. – ставит кружку на стол и внимательно смотрит мне в глаза.

– Ты откуда такая любопытная. – смеюсь. – Как на допросе.

Она вдруг теряется, её глаза начинают бродить в разные стороны. Я думаю, что обидел её, но не тут-то было:

– А ты думал, только тебе можно вопросы задавать? – лучшая защита, это нападение, и она ей прекрасно пользуется.

– Обычно так и бывает. На чужие вопросы не люблю отвечать. – ставлю границы нашего общения.

– Тогда расскажи сам, что угодно. Нам всё равно здесь заняться нечем.

Тут она права, либо языком чесать, либо панику наводить, либо…

– Давай лучше попробуем, что-то приготовить? Голодно, как-то. – перевожу тему я.

– Ты умеешь? – спрашивает у меня.

Круто, кажется, она не сильна в готовке. Ну что ж, сдохнем с голоду. Тоже неплохо.

10 глава

Сима (Kiss)

Серьёзно? Он хочет, чтобы я приготовила? Это будет что-то из ряда вон!

Смотрю на него и не знаю, с чего начать.

– Ну и…? – спрашивает меня.

Чего и…? Я последний раз готовила лет в шестнадцать. Ну как готовила, салатик резала.

Глазками хлопаю и молчу.

– Ясно. – встаёт из-за стола. – Вот скажи, зачем я спас тебя, такую бесполезную? – идёт к заветной бочке, достаёт кастрюлю, крупу и тушёнку.

Выкладывает на стол и опять смотрит на меня.

– Мог не спасать, я не просила! – надулась я.

– Ладно, буду учить тебя готовить. Вдруг летом пойдёшь за грибами и потеряешься. Найдёшь избушку лесника, а меня рядом не будет. – берёт тазик и переливает воду в кастрюлю.

– Пффф, я не хожу за грибами. – складываю руки в замок.

– Сыпь крупу в кастрюлю и ставь на печку. – командует.

Командир, хренов. А что делать?

– Слушаюсь и повинуюсь! – язвлю я.

Вот чего он? Всё ж нормально было. Общались миленько. А теперь что? Ну поцапаемся, я ж не смогу долго терпеть пренебрежение пернатого.

Насыпаю крупу и как послушная девочка, ставлю на печь.

– Крышкой накрой, пыль летит. – опять командирский тон.

– А соль? – вспоминаю о такой важной мелочи.

– А ты не безнадёжна. – лыбится и подаёт соль с ложкой.

– Сколько сыпать-то? – стопорюсь на этом моменте.

– Чуть меньше половины ложки. И размешать не забудь. – продолжает угорать.

– Очень смешно, ха-ха-ха! Ты такой душка! – бесит.

– А теперь рассказывай, как ты докатилась до такой жизни. – спрашивает, когда я усаживаюсь за стол.

– До какой, такой? – подкладываю руку под подбородок и прожигаю его ненавидящим взглядом.

– Ты из золотой молодёжи? Кто твои родители? – у него взгляд настороженный становится.

– Это допрос? – фигею от его гонора.

– Пока нет, но всё может быть. – пристально разглядывает, хмурится.

– Ты чего пристал ко мне? Обычная у меня семья… была, среднестатистическая. – не хочу я душу ему раскрывать, наоборот, хочу из него побольше инфы вытащить.

– Почему была? – в нём проснулся хищный охотник.

– Да потому что! – срываюсь я. – Потому что отца не стало, мама больна, а я зарабатываю, как умею, и обеспечиваю остатки семьи. Всё? Допрос окончен? – подрываюсь с места и иду к печке, размешать кашу.

– Извини. Везде враги мерещатся. – выдыхает он.

– Есть кого бояться? – присаживаюсь обратно.

– У меня свой крупный бизнес. Приходится быть осторожным. – начинает он хоть что-то рассказывать о себе.

– Расскажешь? Тебе кто-то угрожает? Конкуренты копают? Ну чего? Интересно же. – корчу из себя дурочку.

– Конкуренты всегда копают. Без криминала обхожусь, своими силами. Ничего интересного. – отделывается общими фразами.

Конечно, так я ему и поверила. Если Прохор занимался распространением запрещёнки в своём баре, то и у него должно быть рыльце в пушку.

Ладно, не буду вызывать подозрений. Сменю тему:

– Вов, что делать-то будем? – этот вопрос интересует меня ещё больше, чем его грязное бельё.

– Рассветёт, схожу на разведку, может, где связь поймаю или выйду на деревушку какую. Что-нибудь придумаем, не переживай. – пытается успокоить меня.

– У меня мама будет переживать. Она, конечно, под присмотром, но боюсь, что ей станет хуже. – запричитала я.

Он взял меня за руку:

– Обещаю, что мы найдём выход отсюда.

И столько тепла в его глазах, очень хочу поверить. И смотрит как-то странно. И я таю под его глубоким взглядом.

– Кажется, что-то горит. – чую гарь.

– Твою мать! – подрывается с места и хватает кастрюлю. Ставит на край печки, заглядывает в неё. – Не страшно, и так сойдёт.

Закидывает тушёнку в кашу, перемешивает, немного томится на печке.

– Давай кружки. – опять командный тон.

Я споласкиваю кружки и подаю ему. Вован накладывает в них кашу и ставит на стол.

– Шикарный ужин для бизнесмена. – смеюсь я, ковыряясь ложкой в каше.

– Ешь пока горячая, потом будет не так вкусно. – уплетает он за обе щёки.

Да, мужику много нужно еды, а я малоежка. Попробовала, что мы накашеварили. А не плохо. Есть можно. Вован пошёл за новой порцией, а я доедала эту. В принципе очень сытно. Не та еда, к которой я привыкла, но на безрыбье и рак рыба, как говорит моя мама.

– Идём спать. – зовёт Вован, когда я домываю кружки в тазике.

– Не хочу пока, выспалась. – уже спокойно отношусь к тому, что нам придётся спать вместе.

– Полежим, поговорим. – а вот это можно.

– Ты ничего толком о себе не рассказываешь. – жалуюсь я.

– Спрашивай, только иди сюда, ты меня успокаиваешь. – хлопает по кровати рядом с собой.

– Даже так? – смеюсь я.

– Ага, спал как младенец. – улыбается в ответ.

Ставлю чистые кружки на стол, ложки кладу рядом и иду к кровати. Ложусь рядом, он хватает меня и перекидывает через себя к стене.

– Ты чего? – смеюсь я.

– Упадёшь во сне, а я останусь виноватым. Спрашивай. – подложил под голову ладошку и уставился на меня с горящими глазами.

– Ну… – задумалась я. – Ты женат? – начала издалека.

– Нет. И ты не замужем, кольца нет. – сам ответил на незаданный вопрос.

Приподняла брови в удивлении:

– А ты внимательный.

– Угу. Парень? – продолжает меня спрашивать, хотя обещал сам рассказывать.

– А если скажу что есть? – решаю флиртануть.

– Скажу, что обманываешь. – без лишних раздумий отвечает.

– Почему? – удивляюсь его проницательности.

– Ты ни разу не сказала о парне, и был бы парень, ты бы не приехала одна на горнолыжку. – перечисляет факты.

– У тебя девушка? Нет, не похоже. – сама отвечаю.

– Их много, но толку от них никакого. Вечер скоротать, да пар спустить. – будто с другом разговаривает.

– А ты любил когда-нибудь? Так, чтобы, как в книгах пишут? – может, хоть тут что-то узнаю, в статью вставлю.

11 глава

Владимир Ильин

– Наверное, любил, или думал, что влюблён. – вспоминаю прошлое.

– А сейчас что думаешь? – её глаза горят как два огонька, любопытная до ужаса.

– Не знаю. Наверное, если б любил, любовь бы не прошла. А так, значит, сильно нравилась. Просто до неё, я не встречал таких. – погружаюсь всё глубже в воспоминания.

– Каких таких? – смотрит с интересом, и я снова вижу, что-то неуловимо знакомое в её взгляде.

– Дерзких, своенравных, бесстрашных. Она говорила, что думает, плевать ей было на чужое мнение. – выныриваю оттуда, не хочу так глубоко погружаться в воспоминания.

– Почему расстались? – продолжает проявлять интерес к моей личной жизни.

– Да мы толком и не встречались. Как оказалось, она всего лишь хотела позлить моего друга, которого любила и не могла быть с ним вместе. А тут я подвернулся. Стерва была каких, поискать. – даже улыбнулся, вспоминая её натуру.

– Нехорошо она поступила. И ты решил больше не зацикливаться на девушках, правильно я поняла?

За непринуждённым разговором почувствовал, как начали слипаться глаза:

– Так и есть. Ладно, ты засыпай, я печку накидаю, чтобы нам под утро не замёрзнуть, и вернусь. Грей место.

Быстро сделал все дела и завалился рядом. Роза лежала ко мне спиной. Накрыл нас одеялом, пристроился сзади, обнял и уткнулся в её волосы лицом.

Вдыхаю и понимаю, что даже аромат её волос мне знаком.

Карамель! Дюшес, сука!

Сопоставляю в голове две внешности и дурею от догадки. Вот откуда она, мне кажется, знакомой. Какая ж ты нахрен Роза⁈ Сима Kiss, собственной персоной! Только без тюнинга. Вот же зараза! Закидывает меня вопросами, чтобы потом слить всё в своей статье, значит. Как? Нахрен я её спас?

Стоп! Если она здесь, со мной… Мозг работай! Она уехала ночью с липовыми бумажками. Охранник проследил за ней до самого дома. И зачем она вернулась? Дошло, что ей подсунули липу?

Ну не специально же она вызвала лавину и кинулась помирать, чтобы меня спровоцировать. Значит, совпадение. Нехилое такое совпадение. Она знает, кто я. А теперь и я знаю кто она. Ну, что, рыбка моя, зубастая? Научу тебя, как жить надо по совести!

Резко притягиваю её мягкое тельце к своего твёрдому.

– Ты чего? – занервничала.

– Ничего, спи, рыбка! Утро вечера мудренее. – улыбаюсь своим мыслям.

– Рыбка? – не поняла моей аллегории.

– К слову пришлось, спи.

Всё спокойствие, которое испытывал рядом с ней, испарилось. Теперь я продумывал свои дальнейшие действия. Каждое слово, сказанное ей до этого, прокручивал на десять раз. Вроде ничего не успел выболтать. Но это же Сима, она может перевернуть мои слова так, что я сам их не узнаю.

Сон уже не шёл, а она, судя по мерному дыханию, засыпает или уже заснула. Надо срочно валить из этого места, иначе я её прикопаю в сугробике и никто и не чухнет.

Сима (Kiss)

Сквозь сон чувствую дикое желание секса. Низ живота заламывает от возбуждения. Сжимаю бёдра и понимаю, что что-то не так. Открываю глаза и чувствую руку воробушка между моих ног. Через джинсы он массирует клитор, доводя меня до желания кинуться на него.

Его губы целуют мою шею, а в попу упирается внушительное достоинство. Чёрт! Я не знаю, как реагировать! Меня распирает от желания, хочу поддаться и получить то удовольствие, которое он обещает своими действиями. А в голове проскакивает мысль, что это воробушек, мне про него статью писать. Какой нахрен секс? Но мысль быстро затухает под умелыми действиями его руки. И первый стон срывается с моих губ.

Его пальцы умело расстёгивают пуговку моих джинс, затем ширинку. А я замерла, не двигаюсь вообще. Чего жду? Дура! Убери его руку, устрой истерику! Но его рука уже скользит по ткани трусиков, массируя лобок. Приятный укус в шею, затем мочка уха, самое эрогенное место. Мурашки табуном по телу и меня прошибает конкретно. Самопроизвольный стон с моих губ. Его пальцы на влажной ткани трусиков. Отступать некуда, и всё же пытаюсь с собой бороться, но его рваное дыхание на моей шее, не даёт прийти в себя.

– Давай, рыбка, повернись ко мне. – шёпот в ухо, и я повинуюсь.

Как под гипнозом слегка отклоняюсь назад, его губы уже целуют уголок моего рта. Тянусь к губам, его язык проникает в мой рот… Крах! Крах Симе Кисаевой! Она гибнет от нежности его губ, от вкуса его поцелуя! Да плевать! Могу ж я хоть раз расслабиться и не думать о том, что будет завтра. Тем более что секса сто лет не было. А тут такой экземпляр. Хоть и воробушек, но в душе и ниже пояса орёл! Ага, нащупала рукой и натираю по ткани штанов.

Он стягивает мои джинсы, приподнимаюсь, чтобы помочь. Горю от желания, почувствовать его внутри себя. У воробушка получается справиться с моими джинсами и даже трусиками.

Отстраняется от моих губ на мгновение:

– Тебе понравится, рыбка, обещаю.

Быстро стягивает с себя штаны и трусы. Снова целует меня жадно, глубоко, с такой неимоверной страстью, от которой голову сносит к чертям.

Подставляет головку к половым губам. Водит по ним, растирая смазку по стволу. Натирает членом клитор и подставляет головку к входу. Я приподнимаю ногу, чтобы легче было войти, насколько позволяют джинсы, спущенные до колен. Чуть отклянчиваю попу и чувствую, как стенки дырочки расходятся под напором широкой головки.

– Какая ты узкая. – шепчет мне в губы и снова целует, сплетая наши языки.

Твёрдый член слегка проталкивается в меня и сдаёт назад. Ещё чуть-чуть вперёд, наполовину входит и мелкими толчками заходит до предела, выбивая стоны из нас двоих. Так, приятно, чувствовать его внутри. Он так глубоко во мне. Его пальцы плавно натирают клитор, а член начинает размеренные движения. Он не торопится, будто смакует ощущения внутри меня. Медленно входит, и также медленно выходит, не забывая стимулировать возбуждённую горошину.

Я цепляюсь рукой за его шею, сильнее притягиваю его губы к своим. Это нереальное наслаждение даёт мне именно этот мужчина. Он заботливо, медленно доводит меня до дикого желания подмахивать ему. Хочу быстрее, сильнее. Он принимает правила игры и начинает сильнее вколачиваться в меня. Шлепки наших потных тел раздаются на всю избушку. О боже, как же с ним хорошо! Ещё чуть-чуть, совсем чуть-чуть, подмахиваю свой темп, он понимает без слов и ускоряется на полную мощь. Меня взрывает как никогда ранее. Искры, звёзды перед глазами. Мой бывший профан в сравнении с воробушком, – мелькает мысль. Тело само вздрагивает от получения желаемого. Он быстро вынимает член и трёт между моими бёдрами. Кончает так же феерично, как и я.

Последний раз целует, смотрит пронзительно в глаза, расплывается в милой улыбке:

– Ты была великолепна, Сима Кисаева.

12 глава

Сима (Kiss)

– Ээээ… – тяну я как идиотка.

А он смотрит так нежно, нацеловывает мою нижнюю губу, покусывает.

– Тыыыы… – продолжаю тупить.

– Яяяя… – пихает свой язык мне в рот.

И я за неимением мыслей, тупо целуюсь с воробушком, который раскрыл мою скрытную натуру, как нефиг делать.

Его рука ползёт к моей груди, и я начинаю, наконец-то, бунтовать. Перехватываю его руку, но продолжаю целовать. Идиотка!

Он поднимает мою руку к голове, держит второй своей рукой и всё-таки лезет под кофту и страстно сжимает грудь.

– Поздно сопротивляться, рыбка моя. – отстраняется от губ и проводит по ним языком. – Владимир Ильин поимел тебя. – в глазах кострище.

– Зачем? Если ты знал, кто я. Тебе не стрёмно было? – начинаю приходить в себя.

– Нисколько! Более того, теперь я буду трахать тебя, когда захочу и где захочу. Только представь! – целует в шею и мнёт грудь. – Сама Сима (Kiss) подстилка Владимира Ильина, и чтобы она не написала про него, все её статьи будут подвергаться сильнейшей критике. – топит мою карьеру.

– Хм, вряд ли кто-то узнает, что между нами было. – натягиваю улыбку. – А когда мы выберемся отсюда, больше никогда и нигде не пересечёмся. Поэтому все свои дикие фантазии оставь при себе. – что-то я чувствую неладное, но стараюсь не показывать.

– Думаешь? – улыбается хитро, поднимает кофту и оголяет мою грудь.

– Уверена. – он облизывает сосок и втягивает в себя. – Прекрати! – попой чувствую, что хочет продолжения.

– Не, я ещё не насладился видом сзади. – переворачивает меня на живот, стягивает джинсы, я сопротивляюсь. – Не стоит, хуже будет. – предупреждает и ставит раком.

– Ты беспринципный индюк! – шиплю как змея, когда он скручивает мои руки на спине и умещается между моих ног.

– Ага, только течёшь как сучка ты! – размазывает пальцами обилие соков по влагалищу. – Хочешь меня, продажная журналюга?

– Нет, мошенники не привлекают! – злюсь я от своего неудачного положения.

– Да ну! – ржёт и невесомо гладит пальцем клитор. – Не верю, твоё тело само за себя говорит. Чувствуешь, как желание разливается внизу живота? А я чувствую, как дрожит твоё тело, как оно ждёт моего члена в себе.

– Я посажу тебя за износ, понял! – продолжаю сопротивляться.

– Серьёзно? А я скажу, что было обоюдно. Моё слово против твоего, сама понимаешь…

И всё! И я больше не могу нормально соображать. Этот упырь, даже воробушком не могу назвать! Упырь! Его пальцы… Мама дорогая! Это по-любасу какой-то трюк. Я ни разу так не хотела мужика. Он вытворяет что-то такое, что глаза закатываю. Натирает, пощипывает, гладит, по какой-то только ему известной схеме.

– Хочешь, я сделаю тебе приятно? – проводит пальцами по щелке.

Я двигаю бесстыдно тазом, так чтобы ещё раз провёл:

– Нет. – на выдохе получается стон.

– Нет так нет. – лёгкие шлепки ладонью по клитору.

– О чёрт! – меня уже колбасит от желания, а он всё издевается.

– Красивый вид, это я удачно тебя спас. – смачный шлепок по ягодице.

– Ауч! – но боли не чувствую.

Хочу этого упыря! Между ног всё пульсирует! Держусь до последнего.

Он кладёт член на влагалище и начинает имитировать толчки. Водит стволом по влажному желанию, доводя меня до безумия. Я сама двигаюсь навстречу ему и тяжело дышу. Он тоже начинает издавать мужские звуки наслаждения.

– Чёрт бы тебя подрал, трахни уже меня. – рычу на него.

– О да, рыбка! Как тебя трахнуть? Хочешь медленно или прям отодрать? – продолжает издеваться.

Подводит головку в щелке и убирает. Снова подводит и снова убирает. Если бы были свободные руки, прибила бы!

– Второе. – давлю из себя.

Какая же я жалкая!

– Медленно, значит. – чуть дальше ныряет головкой и снова выходит.

– Отдери уже меня, сволочь! – прихожу в бешенство от его издевательств.

Он резко входит до упора, даже дыхание перехватывает.

– Ааа, да, рыбка! Отдеру как последнюю сучку! – выныривает полностью и резко входит.

Мощные шлепки на огромной скорости, вот чего мне не хватало. Толчков до упора! Когда кажется, что головка достаёт до самой чувствительной точки! Когда чувствуешь рельефность твёрдого ствола и не в силах сдержать громкие стоны.

Он давно отпустил мои руки и держит меня за бёдра. Я упираюсь руками в душку кровати, чтобы не свалиться и не потерять ощущение кайфа.

Удивляюсь его скорости и дыхалке. И тут же ныряю обратно в охрененное чувство эйфории. Низ живота скручивает, пульсация возрастает, мощнейший спазм пробирает моё тело, трясёт как в лютый мороз. И я бы упала, если бы воробушек не держал меня за бёдра. Улетаю в свои миры, где получаю очередной охренительный оргазм. Там хорошо, возвращаться не хочу. На краю разума чувствую, как он кончает мне на ягодицу и слегка шлёпает головкой.

Это пипец! Это позор! Это как так, может быть? Самый охренительный любовник, тот самый мошенник для моей разгромной статьи.

Я всё-таки сваливаюсь на живот, воробушек сбоку от меня. Лежим, пыхтим, молчим. Я вообще не понимаю, что делать дальше. Надеюсь, что он тоже.

– Рыбка, повернись. – не просит, приказывает.

– Ага, ща, шнурки поглажу. – лежу, отхожу от скачет.

И твою мать слышу свой стон. Какого хрена? Резко поворачиваюсь и вижу в руках воробушка телефон, показывающий видео, порновидео в главной роли со мной и воробушком.

Этот упырь пялится, то на меня, то на телефон:

– Ну актриса! Все овации тебе, рыбка!