Текст книги "Академия пламени. Невеста (СИ)"
Автор книги: Дана Данберг
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Глава 18
Уже придя в комнату, я задумалась над тем, что произошло на свидании. С одной стороны, мне было даже приятно, что лорд Деонт изменил свое поведение, с другой, я этого не понимала. А все, чего я не понимаю, как минимум подозрительно.
И пусть у них обоих, у жениха и у папы, были причины так поступить, но ведь я тоже не бессловесное животное! А может, пора повзрослеть, может, пора перестать так эмоционально на все реагировать? Противен ли мне декан – однозначно нет. Нравится ли он мне как человек? Тоже нет. Но ведь я его совсем не знаю. К тому же перед глазами всю мою жизнь были родители, которые могли за день даже парой слов не перекинуться. Образцовая семья, где каждый занят своим делом. Словом “любовь” у нас можно было обозначить разве только наши отношения с Нортом, и то, когда я была помладше и виделись мы почаще. Хотя нет, преувеличиваю, меня мама с папой любили, баловали, особенно отец. Но между собой они не то чтобы не ладили, просто были друг от друга очень далеки.
Может, это и нормально? Нужно следовать своему долгу, быть хорошей женой, родить маленьких дракончиков, заниматься благотворительностью, в конце концов. Это, конечно, печально, но у меня даже особого выбора нет. Надеяться, что я смогу изменить взрослого мужчину, как минимум не слишком умно. Думать, что он в меня влюбится без памяти по – настоящему, вне зависимости от ритуала, наивно.
Да, ритуал… Когда он завершится и мы станем мужем и женой, мы будем друг для друга центром мира, нас свяжет божественная воля, но это не будет добровольным выбором, и каждый из нас будет об этом знать. Пусть подсознательно, но не доверять своим чувствам.
Грустно это, даже плакать захотелось. Но нужно держаться, не позволю никому так на меня влиять. Да и соседка только делает вид, что спит.
Я постаралась откинуть тяжелые мысли и по прошествии некоторого времени все же забылась тревожным сном, в котором мне виделись полеты. Огненной молнией я летела над стенами академии, скалами, горными хребтами. Это было так прекрасно, что я проснулась в слезах. И, кажется, я была там, в воздухе, не одна.
В последнее время сны про полеты, про оборот снились мне очень часто. Может, подсознание подсказывало, что я готова? Ведь вполне может статься, что магия немного сбалансировалась и теперь это не так уж и опасно. Впрочем, я за это не поручусь и жизнь свою и других не поставлю.
А утром объявили общий сбор. Не такой, как на присяге, где толпа магов просто стояла вокруг и радостными криками или подколками приветствовала новобранцев. Теперь, сразу после завтрака, нас построили на плацу по факультетам и по курсам. Строгими шеренгами мы стояли, вытянувшись во фрунт сообразно команде, и чего-то ждали.
И дождались. Где-то минут через двадцать, когда все уже начали позевывать и тихо переговариваться, на ступеньки главного здания вышли трое: ректор Тог, декан Деонт и еще один мужчина в черном, очень узнаваемом мундире Корпуса.
После обычных в этом случае приветственных речей и политесов наш глава перешел к делу.
– Кадеты! – разнесся над площадью голос ректора. – В связи с последними событиями в академию Пламени прибыл представитель Корпуса драконов. Он будет расследовать происшествие.
По рядам студентов прокатился гул, но очень быстро затих. Человек в черном мундире Корпуса – это действительно очень серьезно. Таких людей не присылают просто так, и такие люди не уезжают без добычи. Если расследование поручили ему, можно быть уверенным, что он выяснит все досконально и накажет виновных.
Корпус драконов – столп нашего королевства, с него все началось тысячелетие назад, когда первые огненные маги Шалайи постигли тайну перерождения, обрели боевую форму. Тогда же их начали ловить и сжигать в божественном пламени. Огненный маг погибал в огне – очень символично.
В наших учебниках этот период называется Темным. Многие из наших товарищей погибли, но большинство казненных были невинными стихийными магами огня.
Тогда же среди драконов было принято решение уйти далеко в горы и создать там свое государство, не подчиняющееся законам Империи. Вот только у той сил было гораздо больше и нашим предкам грозило полное истребление, если бы мы не набрели на странную природную аномалию – барьер.
Говорят, его построили настоящие драконы, урожденные, те, что не принимают боевую форму, а оборачиваются как оборотни. Вот только достоверных сведений об этом у нас нет, поскольку по какой-то непонятной причине эти драконы больше не могут вернуть человеческую форму, навечно остались в чешуйчатых телах с хвостами и крыльями. Почему так случилось, никто не знает, но произошло это приблизительно за несколько тысячелетий до того, как в забарьерье, пространственный карман, по сути, пришли мы. То есть мы тут ни при чем. Честно!
Тогда первыми за призрачный барьер ушли сильнейшие и могущественные маги, позже сформировавшие Корпус драконов. По-сути, именно он правил королевством, а не король. Ведь если Корпусу что-то не понравится в действиях короля… ну, значит, у нас будет другой король.
В общем, прибытие их человека не могло не взволновать кадетов. Тем более что многие из них, уверена, мечтали попасть туда на работу.
Я же впервые, кажется, осознала, кем и где работал мой жених. Вчера так много новостей на нас свалилось, что я не особо задумывалась, но сейчас.
Может, я и наивная девчонка, но вроде как нельзя быть бывшим специалистом Корпуса, тем более если ты не простой работник, а занимаешься особыми, явно секретными поручениями.
Ой, а ведь что получается: его отправляли на секретную, возможно смертельную миссию, когда я была еще совсем малышкой. И весьма вероятно, что шрам у него на лице – это память с тех времен. Вот об этом я бы послушала, но ведь не расскажет.
Я так углубилась в свои мысли, что не сразу заметила изменившуюся обстановку на площади. Шепотки стихли, студенты стали слушать напряженно и внимательно. Похоже, я пропустила что-то очень важное.
– Итак, – продолжил вещать ректор, – каковы последствия у закрытия учебного заведения? Какого еще закрытия? Нас планируют распустить по домам? Нет, я не то чтобы против…
– Все просто: стационарный барьер не позволит никому войти на территорию академии или выйти с нее. Пока в таком режиме мы будем работать месяц, потом будет принято решение о снятии щита. Какие вас ждут неудобства? Во-первых, вы не сможете в выходные портироваться в другие места. Более того, все отпуска и увольнительные отменены до особого распоряжения. В свою очередь обещаю, что потом это будет компенсировано. Во-вторых, возможны и даже вероятны перебои в работе артефактов связи. Точнее, внутри периметра все работать будет, но вот с внешним миром связаться окажется сложнее.
Ректор еще что-то говорил, но я уже особо не слушала. Всю важную информацию он сказал и теперь пытался успокоить недовольный ропот среди кадетов. И я их понимаю. Это мы, первокурсники, пока не заработали увольнительные, а вот старшекурсники как раз этого и ждали, только об этом и говорили. По крайней мере, за нашим целительским столом.
Когда нас распустили по занятиям, ко мне тут же с одной стороны пристроилась Кирис, с другой Рониг. Зыркнули друг на друга недовольно, но ругаться сразу не стали.
– И что ты обо всем этом думаешь? – спросила соседка.
– А что я могу думать? – делано удивилась я. – Если инцидентом занимается Корпус – дело серьезное. Более того, локальное. Я раньше думала, что что-то случилось с большим барьером, но была, видимо, неправа.
– Почему это?
– А какой тогда смысл присылать именно сюда представителя Корпуса? Отсюда до барьера не меньше тысячи километров.
– Ну да, – задумчиво протянула Кирис. – Но я, вообще-то, про закрытие академии спрашивала. Айя с ним, с корпусником, нам все равно никто ничего не расскажет.
– Что думаю про закрытие? Что надо родителям письмо написать и отправить до вечера. Сегодня вряд ли щит успеют установить, а вот завтра уже могут начаться проблемы, – пожала плечами я.
– То есть тебе совсем неинтересно, что происходит и почему?
“Интересно, конечно, только, в отличие от некоторых, я могу об этом узнать напрямую у декана Деонта. Ха-ха”, – подумала я, про себя ухмыляясь. Но и это еще не все. На моей памяти пару раз отец приказывал закрыть нашу усадьбу щитами, и всегда это делалось в целях безопасности. Поэтому не могу сказать, что меня как-то сильно возмущают подобные решения. Надо – значит, надо, значит, что-то нехорошее происходит.
И пусть лучше оно происходит где-нибудь в другом месте, а мы уж как-нибудь под щитом посидим – целее будем.
Жаль только, что с Нортом так и не удалось связаться. Волнуюсь. Но ему тоже еще одно письмо нужно написать, хотя бы предупредить, что временно со мной не будет связи.
Глава 19
На следующее утро бурление кадетов не утихало, особенно напряжение ощущалось в столовой. Если до этих событий все старались говорить потише, то теперь чуть ли не кричали, выражая свое недовольство и возмущение.
Мне же было интересно совсем другое. Если раньше не отвечал только Норт, то теперь ответ не пришел и от родителей. Обычно мама писала сразу, но уже утро, а отправила письмо я вчера не так уж поздно, так что хоть кто-то из них должен был прочитать и ответить.
Не хотелось бы думать, что они решили меня игнорировать, но либо так, либо что-то случилось.
Может, лорд Деонт и прав и Норт на каком-то задании? Впрочем, какие такие задания могут быть у пространственника на границе? Сиди, контролируй натяжение барьера – да и все.
Всегда немного завидовала брату, работка-то у него непыльная. Не то что у меня намечается.
– Чего грустишь? – спросил Рониг, когда я практически нырнула носом в варево, по недоразумению именуемое кашей.
– Да так… Понимаешь, я уже некоторое время пытаюсь связаться с братом, он служит у барьера, но он почему-то не отвечает на письма. А теперь и родители не отвечают. Не знаю, что и думать.
– Уверен, что все в порядке. Мой отец тоже служит у барьера, если хочешь, я могу ему написать. Может, они даже знакомы.
– Спасибо, но уже вряд ли успеем. Подозреваю, что формировать купол начнут скоро или даже первые приготовления уже делают.
– Я пока ничего не чувствую, – покачал головой парень.
– А ты и не почувствуешь, – влезла Кирис, – это пока только пространственники могут, и то не младшекурсники. Мы все почувствуем, когда он захлопнется, а до этого, думаю, еще несколько часов. Все же его, как я поняла, монтируют с нуля – это не усадьбу прикрыть.
– Угу, – согласилась я, – активировал артефакт, и все. Но я все же думаю, что начнут основные мероприятия после завтрака, когда все студенты будут на занятиях. В момент установки щит очень уязвим, так что магистры не захотят, чтобы мы пользовались в это время артефактами или серьезной магией.
– Откуда ты знаешь? – удивился парень.
– Брат и мама пространственники, плюс барьер вокруг усадьбы. Не то чтобы я в этом сильно разбиралась, но кое-что по верхам нахватала.
– Я тогда не понимаю, почему ты пошла на целителя, могла бы по стопам родителей.
– А я, Пилс, пошла куда взяли. Это если говорить грубо. В Крыльях я собиралась на рунологии учиться, готовилась именно к ней, а тут такой специальности нет.
– Так ты говоришь, что родители тоже не отвечают?
– А ты подслушивала?
– Не-а, – Кирис недовольно фыркнула, – просто слышала. И видела, как ты в почтовый артефакт каждые две минуты заглядываешь. Кстати, знаешь, я ведь тоже вчера маме написала. И, что самое смешное, она не ответила. Нет, ничего удивительного в этом нет, графиня Паак все делает с чувством, с толком, с расстановкой и чрезвычайно медленно, если вообще не забывает. Но то, что и твои не отвечают, тенденция тревожащая.
– Ты меня напугать решила?
– А что, если так? – Соседка в очередной раз ухмыльнулась и упорхнула за другой стол к старшекурсникам. Отношения налаживает.
– Как думаешь, она врет?
– Сложно сказать, – задумчиво протянул Рониг. – С одной стороны, она всегда следует каким-то своим интересам и к тому же прекрасная актриса. С другой, подобная ложь может испортить ваши отношения навсегда, а я сомневаюсь, что тут принято переселяться в случае конфликта.
Что ж, в словах старосты был смысл.
– Ты уже поел? – Парень кивнул. – Тогда я могу тебя все же попросить написать отцу?
– Да, конечно. Только… – Он замялся. – Понимаешь, у меня нет артефактов связи, я пользуюсь тем, что в академии.
– Уверена, что там сейчас тьма народу. Но ты ведь помнишь оттиск? Можем отправить через мой. Пошли!
До начала занятий оставалось еще полчаса, и мы теоретически должны были успеть. Но и времени терять не стоило, так что забег по коридорам и лестницам академии нам был обеспечен.
Влетев в гостиную, где в этот момент сидела Син с каким-то древним на вид талмудом, мы попытались прошмыгнуть в комнату.
– Эй! Парням сюда нельзя!
– Син, пожалуйста! – взмолилась я, когда боевичка заступила дорогу. – Это всего на минуту и очень важно. Я все потом объясню, обещаю.
Посмотрев на мое жалостливое лицо, она сдалась.
– Дверь не закрывать, чтобы я видела, чем вы там занимаетесь! Кстати, как там тебя?
– Кадет Пилс Рониг, факультет целителей, первый курс. Староста.
– Ладно, давай только быстро, староста. А то добежать до корпуса целителей не успеете, – проворчала Син, усаживаясь обратно на диван. Везет все-таки боевикам, им никуда нестись сломя голову не надо, только спуститься в аудиторию.
Мы вошли в комнату, и я кивнула на свой стол с письменными принадлежностями.
– Пиши. Брата зовут Норт Мерек, граф. Служит на центральном посте барьера.
– Ты ведь не против, если я отцу пару слов от себя добавлю? – уточнил Рониг.
– Нет, конечно. Как ты мог подумать, что против?
– Ну, знаешь.
– Пиши давай! Времени мало, – ответила я. И тоже принялась строчить письмо. Еще одно. Вдруг до родителей предыдущее по каким-то причинам не дошло.
Артефакт оказался предсказуемо пуст, а я надеялась, что хоть кто – то ответит. Зато письма удалось отправить без проблем. Я боялась, что уже ничего не получится. Вдруг я ошиблась и пространственники уже начали работу?
А дальше был обратный забег. В аудиторию мы ввалились на последних секундах перед началом занятия. Очень повезло, потому что декан Сквирай был уже на месте.
В обед я опять сходила проверить артефакт, но он был пуст. Ответ от отца Ронига тоже не пришел. Впрочем, это-то вполне объяснимо: он сейчас на службе, а личные артефакты связи в таких местах под запретом. Придется ждать вечера.
– Объяснишь, что у вас произошло? – В дверях меня встретила, такое ощущение, вездесущая Син.
– Да вот, – я пожала плечами, не видя смысла скрывать, – у кадета Ронига отец служит на границе, как и мой брат.
– А он все еще не отвечает? – догадалась соседка.
– Об этом что, вся академия знает?
– Ты на это несколько раз жаловалась Кирис. Так и что?
– Попросила уточнить насчет брата, вот и все.
– И дала ему воспользоваться твоим артефактом? – Я пожала плечами, признавая очевидное. – Ну и дура. Иди проверяй теперь, не навесил ли он тебе что-то лишнее.
– Это просто почтовый артефакт.
– И с помощью некоторых рунных конструкций можно перлюстрировать письма.
– Но зачем ему это?
– А я откуда знаю? Может, и незачем. Просто проверь.
Возможно, Син и права, хотя это попахивает паранойей, но я решила все проверки отложить до вечера. Сомневаюсь, конечно, что Рониг способен на что – то подобное, но у меня и правда в письмах может быть пусть и не секретная, но все же не для широкой общественности информация. О том же женихе, например.
Честно говоря, я стала после слов соседки переживать все больше и больше. Точнее, обеих соседок. И Син со своей заботой о безопасности, и Кирис, у которой мать не отвечает на письма, наводили на очень нехорошие подозрения.
Хотя, с другой стороны, если бы что-то случилось, все бы уже об этом знали. Глупо, конечно, думать, что лорд Деонт поделится со мной секретными сведениями, но ведь не только я регулярно переписываюсь с родителями, почти все первокурсники с личными почтовыми артефактами так делают. Уж кому-нибудь из них что-то да написали в случае глобальных проблем. Другое дело, если проблемы только у моей семьи…
Нет, папа, конечно, видный политик, но ведь первым перестал отвечать брат, до которого не так-то просто добраться. Он в хорошо охраняемом гарнизоне, и он сильный дракон.
С ним ничего не могло случиться, просто не могло!
Впрочем, мысли о брате пришлось отодвинуть на задний план, поскольку нас опять перевели на усиленный режим обучения и было просто некогда думать о чем – то, кроме занятий. Не то чтобы отменили перерывы, да и по общественным пространствам академии можно было шататься, сколько вздумается, до отбоя, но расписание забили максимально.
А учитывая то, что я очень посредственно разбираюсь в целительстве и не имею к этому явного таланта, мне пришлось еще после занятий идти в библиотеку.
Рониг составил мне компанию, но ему нужно было лишь взять брошюру, а мне вот пришлось окопаться в читальном зале. Парню очень быстро стало скучно, поэтому в итоге я осталась одна.
Странно, но целительская рунология меня действительно увлекла. По крайней мере, та книга, которую мне советовал прочитать декан Сквирай, была написана очень интересно. Первоначальная мысль специализироваться именно в этом направлении науки теперь стала обретать более реалистичные очертания. Хотя рано еще говорить, конечно.
В этом был только один несомненный минус: увлеклась я настолько сильно, что чуть не пропустила отбой. А возвращаться одной по пустым, а все кадеты уже разошлись по комнатам, и полутемным коридорам академии – то еще удовольствие.
Я, конечно, большой и страшный дракон, но, вообще-то, не такой уж большой и совсем не страшный. Особенно если сравнивать с местными обитателями. М-да…
В общем, шла я с замиранием сердца, хотя понимала, что бояться глупо. Ну что тут, в академии, может случиться?
Я как раз над этим раздумывала, когда из небольшого бокового коридора ко мне метнулась черная смазанная тень – это единственное, что я смогла заметить. Почувствовать я успела лишь молниеносную вспышку боли в шее. А потом наступила темнота.
Глава 20
Деонт
О пропаже студента декану боевого факультета сообщили в час ночи. Сначала тревогу забила непосредственная соседка Кирис Паак, когда увидела, что Ларин все не возвращается. Потом уже боевичка из смежной комнаты доложила дежурному, а тот, в свою очередь, ему, Деонту.
Каково же было его удивление, когда выяснилось, что пропал или загулял не кто-нибудь, а невеста.
Сначала мужчина даже подумал, что она решила сделать это назло – спряталась где-нибудь или вообще сбежала. Все же девушку он знал не очень хорошо, хотя сомневался, что она способна на такие сумасбродные поступки. Да и воспользоваться телепортом с ее нестабильным даром она вряд ли сможет, а больше бежать тут некуда.
Но вне зависимости от подозрений нужно выяснить, что случилось, и срочно. Поэтому сейчас они все: соседки пропажи, следователь, помощники декана с боевого и сам Деонт – сидели в его кабинете. Точнее, пытались воссоздать все подробности происшествия, ведь даже где девушка пропала, и то неизвестно.
– Кадет Паак, значит, вы говорите, что она никак не могла связаться с родственниками и из-за этого сильно расстраивалась? – спросил очень не вовремя появившийся следователь Корпуса.
– Да, именно так. Она даже попросила кадета Ронига, нашего старосту, написать письмо его отцу. Тот служит у барьера, как и брат Ларин.
– Вызовите этого Ронига, – кивнул Деонт помощнику.
– Но она не говорила, что собирается сбежать или навестить родных?
– Нет, не говорила. Она волновалась, да, но ничего такого. Кроме того, она знала, что если сегодня сбежит, то уже не сможет вернуться – купол.
– Ну так, может, в этом и дело? – обернулся к декану следователь Шарис. – Девушка подумала, что это ее последний шанс улизнуть?
– Да не собиралась она!
– Я согласна с кадетом Паак, – неожиданно поддержала ту Син. – Я говорила сегодня днем с кадетом Мерек, она не выглядела нервной или напряженной. Волновалась за родителей, но не более.
В этот момент в кабинет вошел в сопровождении сотрудника службы безопасности академии заспанный парень.
– Кадет Рониг по приказанию прибыл, – неуверенно проблеял он.
– Отлично. Кадет Рониг, вы сегодня общались с кадетом Ларин Мерек?
– Ну… да. А что случилось?
– Отвечайте на вопросы, кадет, а не задавайте их! – мягко отчитал его лорд Шарис. – Итак, где и при каких обстоятельствах? Как можно подробнее, пожалуйста.
После окончания доклада мужчины переглянулась.
– В библиотеке оставил, значит? Ну что ж, придется библиотекаря будить. И проверьте дорогу от библиотеки до комнаты, – отдал команду Деонт.
Она, конечно, могла куда-то еще по дороге зайти, но есть шанс, что что-то случилось именно на этом маршруте и они найдут какие-то следы.
Есть вероятность, что Ларин просто привлекает к себе внимание и где-то спряталась, но все же она выглядела разумной девушкой. Обиженной слегка, но разумной. Тем более что они начали процесс примирения.
– У нее был с кем-то конфликт? – Неожиданно Деонту пришло в голову, что красивая девушка уже могла нажить врагов. Кому-то отказала, кто-то приревновал, мало ли…
– Да нет. – Кирис и Рониг одновременно покачали головами. – Прямо вот про ссоры я не слышала. Но она с кем-то встречалась, вроде бы со старшекурсником. Ну, с ее слов. Но имени я не знаю, не интересовалась.
– Да, я тоже слышала, – подтвердила Син. – Она пару раз довольно поздно уходила и возвращалась перед самым отбоем. Но никогда не опаздывала.
Деонт про себя ухмыльнулся. Вот, значит, что она подружкам нарассказывала. Умная девочка! Другое дело, что теперь Шарис потребует этого старшекурсника найти и придется ему все рассказать. Но это детали, в данном случае несущественные.
Только коллега из Корпуса собрался что – то спросить или сказать, как в кабинет ввалились два сотрудника службы безопасности.
– Что-то нашли? – декан нахмурился.
– Да, вот, лорд Деонт. – Мужчина протянул сумку, такие носили все кадеты академии. – Нашли как раз по пути в комнату девушки, на пересечении главного коридора восточной башни с седьмым боковым валялась. А рядом книга из библиотеки. Библиотекарь подтвердил, что кадет Мерек сидела допоздна и ушла минут за десять до отбоя.
– Ясненько, понятненько. – Лорд Шарис побарабанил пальцами по столешнице и кивнул в сторону стоящих тихо, как мыши, учеников. – Наверное, нужно отпустить кадетов. Единственное что – изымите почтовый артефакт, пожалуйста. На всякий случай.
– Проводите студентов, – отдал приказ Деонт помощникам. – Не хватало, чтобы мы еще кого-то недосчитались. Да, о происшествии пока стоит промолчать. Вы меня поняли?
Дождавшись утвердительных кивков от учеников, декан указал помощникам, чтобы те выполняли приказ. А сам повернулся к коллеге по Корпусу.
– Ну, что думаешь, старый друг?
– Давай так: я скажу, что думаю, а ты скажешь, что тебя с ней связывает, – тонко ухмыльнулся один из самых сильных драконов Корпуса. Хотя об этом почти никто не знал.
– Заметил, значит?
– Ты бы не стал столь резко реагировать на ситуацию с любым другим студентом. Дождались бы утра, допросили бы друзей. Я же помню, как мы учились, помню, что зачастую потеряшки находились в комнатах своих. гм. близких друзей. А в данном случае ты почти с самого начала был уверен, что она не у кого-то в постели.
– Не то чтобы уверен, но это действительно маловероятно. Во-первых, она первокурсница и тут пока мало кого знает. Во-вторых, она леди и ей нет необходимости срочно искать покровителя. Ну а в третьих, она моя невеста.
– Вот с этого и надо было начинать, друг. И вы не ссорились?
– Ссорились, но сейчас отношения стали налаживаться. Кроме того, Ларин девушка ответственная, умная, но, как бы это сказать… немного трусливая. Не стала бы она сбегать или прятаться, чтобы мне досадить, испугалась бы последствий.
– А что насчет писем?
– Да, она меня тоже просила выяснить, что там с ее братом. Да вот только центральную заставу закрыли на учения уже месяц как, связи нет – сам знаешь.
– А родители?
– Уверен, что с ними все в порядке. Это же Мерек, что с ним может случиться? – Деонт, прищурившись, посмотрел на Шариса. – Или ты что-то знаешь?
– Не то чтобы знаю… Еще четыре дня назад, как раз после инцидента в академии, поместье Мерек в столице закрылось барьером второго уровня. Почему – я не в курсе. Но вроде как уже дня два с ними нет вообще никакой связи.
– И что, неужели барьер не могут вскрыть?
– Могут, но Сам запретил. Там что-то происходит, но, что конкретно, знают только Его Величество и руководство Корпуса.
– Как думаешь, могла ли единственная доступная в данный момент Мерек из-за этого пропасть?
– Знать бы еще, из-за чего из-за этого, было бы проще ответить на твой вопрос, – скривился Шарис. – Но думаю, исключать этого нельзя, что бы это ни было. Поздравляю с помолвкой, кстати.
– Ты немного припозднился с поздравлениями. Ладно. Считаю, что нужно начинать поиск по всей академии. Барьер активировали еще во время последнего занятия, так что за пределы нашей территории ее утащить никак не могли.
– Все равно у пространствеников надо уточнить. Но, думаю, ты прав.
– Тогда стоит разбудить ректора и декана Сквирая – все же она его студентка, будет странно, если его не поставить в известность.
А дальше все закрутилось с огромной скоростью. Шарис остался прояснять ситуацию с руководством академии, а Деонту пришлось возглавить поиск. Территорию предстояло обыскать не то чтобы очень большую, хотя и это тоже, но дело осложнялось огромным количеством всяких укромных местечек.
Здание академии много раз перестраивалось, сносились старые корпуса и возводились новые, менялась планировка, заделывались и прорубались выходы. А главное, не все из этого было отмечено на планах.
Декан в основном занялся координацией. Нет, конечно, можно было поучаствовать в поиске и самому, но смысла в этом особого пока не было. Так что уже очень скоро, определив направления поиска и раздав указания, мужчина вернулся в свой кабинет.
Думать о том, что сейчас могут делать с Ларин, не хотелось, хотелось то ли выпить полный стакан бурбона, то ли со всей силы садануть его о стену, чтобы темная жидкость растеклась некрасивым пятном.
Но посидеть в тишине и понакручивать себя ему не дали.
– Ну и что ты об этом думаешь? – спросил ректор Тог, единственный, кто еще остался в кабинете. Остальные, видимо, разбрелись кто куда.
– Не знаю я, что думать. Девочка еще не успела никому здесь досадить настолько сильно.
– Может, случайность? Схватили одиноко бредущую младшекурсницу, да и все.
– Тогда мы бы ее уже нашли, прошло больше трех часов. Нет, вряд ли случайность. Может, с графом Мереком как-то связано?
– Возможно… или с тобой, – предположил ректор. – А что ты на меня так смотришь? Думаешь, не могли выяснить, что ты с ней встречался?
– С шен Висол я тоже встречался, – недовольно пробурчал декан.
– Да, вот только шен Висол может тут почти любого студента в тонкое блюдечко раскатать. Что она пару раз и демонстрировала особенно приставучим. А вот студентка первого курса целительства – не может.
– Думаешь, кто-то мог узнать, что она моя невеста?
– Знали трое, как ты сказал: ты, я и Жани, – пожал плечами Тог. – Я не говорил, ты тоже, а Жани – обиженная женщина, она могла.
– Обиженная – не обиженная, а она знает, что на кону. Так что я не думаю, что это она. Есть еще два варианта: письма, если кто-то смог их перехватить и прочитать, и утечка от самих супругов Мерек. И это кажется более вероятным.
– Может, ты и прав, – не стал спорить ректор. – В любом случае отсюда она никуда деться не могла – это существенно облегчает поиск.
– Но осложняет дело. Если бы ее похитили где-то еще, речь могла бы идти о выкупе. Сейчас же есть вероятность, что ее решили просто убить, – вот он это и произнес. Деонт подсознательно старался отодвинуть тот момент, когда придется сказать вслух столь очевидную вещь.
Как это ни ужасно для всех и в первую очередь для него, но Ларин, скорее всего, уже мертва.
