Текст книги "Возвращение олигарха"

Автор книги: Чингиз Абдуллаев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

– Сколько времени это займет?

– Если все пройдет нормально, то около месяца. Он должен начать осторожно скупать акции, чтобы не вызвать подозрения. Я бы посоветовала ему поехать даже не в Киев, а в Харьков. Наладить там отношения, связи. Чтобы все выглядело достаточно естественно.

– То есть разыграть целый спектакль, – пояснила Тамара.

– Сумеете? – спросил Ринат.

– Всегда мечтал быть актером, – улыбнулся Данила, – попробую. Но мне нужно получить разрешение на неограниченный кредит вашего доверия, господин Шарипов.

– Считайте, что получили. Когда вы сможете поехать в Харьков?

– Завтра утром. Это будет самая интересная биржевая комбинация в моей жизни. И самая интересная игра. Если мы сумеем купить тридцать три процента акций, то контрольный пакет будет у нас. Хотя я считаю, что Надя права, простите, Надежда Анатольевна права. Конечно, первые пятнадцать или двадцать процентов не вызовут такого подозрения, как весь пакет акций, но нужно попробовать.

Тамара нахмурилась. Она знала, что Попову и ее заместителя связывают дружеские, товарищеские отношения. Она даже немного завидовала Надежде. Но для нее мужчина, не вызывающий сексуального интереса, не мог быть истинным другом. Она была уверена, что мужчину и женщину должны связывать и сексуальные отношения. Или хотя бы взаимный интерес.

– Тогда приступаем, – решил Ринат. – А как у нас положение здесь? Сумеем помочь ему отсюда и купить хотя бы несколько процентов акций?

– Мы уже сделали заявку, – сообщил Глеб Александрович, – у наших партнеров в Киеве есть трехпроцентный пакет акций. Мы уже сообщили, что готовы их купить по приемлемой коммерческой цене. Сейчас идут переговоры.

– Три процента, – нахмурился Шарипов, – очень мало.

– Много, – возразил Глеб Александрович, – это очень большая сделка, Ринат Равильевич. И нам нужно быть осторожнее, чтобы не будоражить других акционеров и не вызывать ненужный ажиотаж.

– Он прав, – подтвердил Плавник, – в таких делах важно сохранять спокойствие и не гнать волну. Иначе цены взлетят до неприличных высот, и мы ничего не сможем сделать.

– А если кто-то нарочно вызывает панику, чтобы поднять цены? – поинтересовался Ринат. – Ведь можно и таким образом поднять капитализацию компании. Или я не прав? Учтите, что я только учусь.

– Вы способный ученик, – улыбнулась Попова.

– Если наберем пятьдесят один процент, то тогда соглашусь, – закончил совещание Шарипов. – А вас, Данила, я хочу особо поблагодарить. Независимо от результатов нашей затеи. Мне просто нравится ваш образ мыслей. Вы интересный человек.

– Надеюсь, что так, – пробормотал Сергеев. – Самому интересно попробовать, что из этого получится.

Когда все вышли, в кабинете остался только Иосиф Борисович Плавник. Ринат вопросительно взглянул на него.

– Вы что-то хотите сказать?

– Да. Зачем вы все это затеяли? Или у вас опять появились какие-то планы и какие-то документы, о которых я еще не знаю?

– Ничего не появилось.

– В таком случае это настоящая авантюра, – вздохнул Иосиф Борисович. – Извините меня, но я обязан вас предостеречь и…

– Я все знаю. Не нужно тратить ваше ораторское мастерство на меня. Я знаю заранее, что именно вы скажете. Но я уже принял решение. Надежда Анатольевна и Тамара тоже пытались меня отговорить, но у них ничего не вышло.

– Понятно, – кивнул Плавник. – Я вам больше не нужен?

– Нужны. Очень нужны. Мне необходимо обсудить с вами возможную передачу части наших активов одному человеку.

– Я почему-то уверен, что знаю имя этого человека, – печально сказал Иосиф Борисович. – Вы говорите о господине Вольдемаре Леру?

– Откуда вы узнали? – нахмурился Ринат.

– Нетрудно догадаться. Все наличные активы были переданы ему еще до того, как погиб ваш дядя. И все ваши возможные личные счета были заблокированы в пользу этого неизвестного бельгийского гражданина, которого я до сих пор не видел и о котором ничего не знаю. И даже не хочу ничего знать.

– Правильно. Вы умный человек, Иосиф Борисович, и именно поэтому вы такой известный адвокат. Я думаю, нам нужно будет переговорить с вами по всем вопросам.

– Я готов, – вздохнул Плавник. – В конце концов, я уже давно забросил все свои дела и работаю только на вас, Ринат Равильевич. И все ваши дела уже целый год являются и моими делами. Хотя не скрою, вы иногда меня очень удивляете. И даже поражаете.

– Вы жалеете, что стали моим личным адвокатом? – усмехнулся Ринат. – Сколько миллионов вы получили?

– Не нужно напоминать о презренном металле, – развел руками Плавник, – ваше доверие мне наиболее ценно. А гонорар адвокатам платили во все времена, даже в Древнем Риме. Иначе на какие средства я буду содержать свою семью?

Ринат улыбнулся. Кажется, с адвокатом особых проблем не будет. Плавник давно догадался, кто именно стоит за бельгийцем Леру и почему ему перевели такие крупные суммы. Но как опытный и циничный адвокат, Иосиф Борисович ничего не спрашивал и ничего не уточнял. Он справедливо считал, что есть некоторые тайны, о которых он не должен спрашивать. И даже не имеет права высказывать свои предположения на этот счет.

Глава 9

Прошло больше трех недель с тех пор, как Диланов и его супруга перебрались в Измайлово. Это была типовая двухкомнатная квартира, которую для них снял Алик Самвелов. В первую же ночь молодая жена устроила истерику и получила пощечину от мужа, после чего проплакала до утра. На следующий день Виктор Викторович впервые вышел в город с тех пор, как покинул столицу, вынужденный отсюда сбежать. Он был прав, когда говорил Самвелову, что быстро сумеет найти нужных подельников. Так и получилось. Уже через несколько дней он отобрал для будущей работы двух сообщников. Один был бывший военнослужащий, оставшийся без работы в результате сокращения штатов в небольшой компании, где он трудился. Он рассказал о том, как воевал в Карабахе и в Чечне. Легко согласился на любую работу. Ему было тридцать шесть лет, и Диланов даже порадовался, что нашел такого опытного человека. Другой был сотрудник казино, работавший там охранником на стоянке. У него был сменный режим, он работал сутки и двое суток отдыхал. Поэтому в свободное от работы время он мог работать на банду Диланова. Учитывая, что у него было три судимости в тридцать пять лет, этот тип подходил гораздо лучше других. Самое поразительное, что когда его брали на работу, то даже не проверили его биографию. Трудовая книжка у него была чистая, а охранник на стоянке не та должность, чтобы посылать запросы в Информационный центр МВД на проверку биографии.

Диланов решил, что обоих новых членов банды нужно будет испытать в настоящем деле и повязать их кровью, как обычно бывает в подобных преступных сообществах. Он приказал Самвелову начать «прием заказов», чтобы проверить новичков в практической обстановке. Самвелов довольно быстро вышел на нужных людей и получил «заказ» на устранение молодого бизнесмена, владевшего сетью палаток на юге столицы.

У бизнесмена были маленькая дочь и молодая жена. Он жил в обычном доме, где даже не было консьержа. За выполнение работы бандиты должны были получить пятьдесят тысяч долларов, стандартную цену за убийство подобного рода. Диланов приказал своим людям приготовиться. Самвелов уточнил все детали и повез убийц на дело. Оба бандита спрятались в подъезде. Но здесь началось самое неприятное. Оказалось, что первый из них, тот самый «опытный» военнослужащий, был обычным трепачом. Он никогда не служил в спецназе, не воевал два года в Карабахе и Чечне, а прослужил в строительно-ремонтной бригаде.

На двоих у них был только один пистолет. И это их очень подвело. Вдвоем они поджидали бизнесмена, который оказался бывшим спортсменом, мастером спорта по самбо. Бывший военнослужащий, у которого был пистолет, не сумел сделать нужных выстрелов, у него просто задрожали руки. Первые две пули ушли в никуда, а третья попала бизнесмену в ногу. Тот сумел вырвать оружие из рук нападавшего и сам пристрелил дурака, который пробовал себя в роли киллера впервые в жизни. Второй бандит оказался более опытным. Он успел достать нож и даже ударить бизнесмена в плечо, но раненый сумел оттолкнуть его и поднять выпавший пистолет. Второй бандит бросился бежать, но получил пулю в руку, когда убегал. Его вычислили и арестовали буквально на следующий день. К счастью, рецидивист оказался умным человеком и не сдал ни Диланова, ни Самвелова, свалив все на своего убитого напарника. Он хорошо понимал, что сделать крайним убитого ему было выгодно. Во-первых, он оказывался на скамье подсудимых единственным обвиняемым, которого вовлек бывший военнослужащий. А во-вторых, на свободе оставались Диланов и Самвелов, которые могли помочь ему после выхода из тюрьмы.

Диланов встретился с Аликом Самвеловым через несколько дней после ареста неудачливого убийцы. От ярости он не мог разговаривать. Они встретились в кафе, усевшись за столик в углу большого зала.

– Черт бы их побрал, – яростно шипел Диланов, – откуда они взялись на нашу голову? Этот придурок, который обманул меня. Уверял, что воевал в Чечне, служил в спецназе. Наплел мне всякой ерунды. А я ему поверил. Сегодня в газетах я читаю, что он всю жизнь строил сортиры для генералов. Настоящий кретин. Поэтому не сумел даже нормально выстрелить. Ты читал, что написал «Московский комсомолец»? Два неудачливых киллера попытались напасть на бизнесмена, который их обезоружил и пристрелил. Одного убил, другого ранил. Можешь себе представить, каких кретинов мы с тобой туда послали. Первый вообще два раза в молоко попал, а третий раз только в ногу. И этот бизнесмен с раненой ногой сумел отнять у него пистолет и пристрелить его. А второй тоже хорош. Пока они дрались, успел только поцарапать ножом плечо бизнесмену. И тоже сбежал.

– Ты их сам выбирал, – пожал плечами Самвелов, – я тебе говорил, что их нужно проверять. А ты сразу пустил их в дело. Хорошо, что второй ранен и не будет ничего говорить.

– А он ничего и не знает про нас, – возразил Диланов, – я же не дурак, чтобы рассказывать ему, где я живу и как меня найти. А на него я вышел через тебя. Значит, ты должен беспокоиться больше меня.

– Он рецидивист, – напомнил Алик, – законы знает. Никого не сдаст, можешь быть уверен. Просто он был вор, а не убийца, поэтому ничего не смог сделать. А первый оказался «фуфлом». Но я так и думал, что этим все закончится. Не хотел тебя расстраивать. Когда человек много о себе говорит, всегда немного врет. А этот врал слишком много. Поэтому ничего не сумел сделать. У него даже пистолет отобрали. Так ему и нужно… Чего ты беспокоишься? Он уже убит и теперь ничего не расскажет.

– В газете могли написать неправду, – вставил Диланов.

– Зачем? Кого они хотят обмануть? Я же ждал твоих ребят в машине и сам все видел. Сначала там были слышны выстрелы, потом оттуда выбежал наш рецидивист. Я как только увидел его и понял, что он ранен, сразу дал газ и уехал. А этот дурак начал останавливать машины. У него рука была в крови, а он стоял на улице и ловил попутные машины. Так и поймал какого-то «левака». И пятна крови оставил на сиденье «Жигулей». Милиции оставалось узнать, кто и куда отвез раненого, который сразу поехал в больницу. Наверно, ранение было тяжелое. Вот его утром и арестовали. Но про меня и тем более про тебя он будет молчать. Ничего не расскажет. Он порядки знает. И будет вести себя правильно.

– Лучше бы он вел себя правильно в подъезде, когда им двоим поручили убрать бизнесмена, – зло заметил Диланов. – Два взрослых дурака с оружием ничего не смогли сделать. Даже стыдно об этом вспоминать. Нужно было самому взять пистолет и пойти вместе с ними.

– С такими ходить нельзя, – возразил Самвелов, – они могут подвести. Первый оказался просто глупым хвастуном, а второй вор. Он может ножичком порезать человека, но на серьезное убийство не пойдет. Такая порода. В общем, мы с тобой промахнулись с этими двумя. Нужно искать других…

– Промахнулись, – зло согласился Диланов, – я бы их сам удавил. Своими руками.

– И деньги вернуть нужно. Заказчик аванс обратно требует, – напомнил Самвелов, – двадцать тысяч долларов. Остальные тридцать они обещали после выполнения «заказа».

– Верну я их деньги, пусть подавятся, – согласился Диланов. – А может, самому все чисто сделать? Я точно не промахнусь.

– Нельзя, – рассудительно ответил Самвелов, – сейчас нельзя. Если на бизнесмена устроят второе покушение, то следователи сразу поймут, что в первом случае был «заказ». Тогда начнут искать, кто был заказчиком, через кого его передавали, кто послал туда нашего рецидивиста. И расколют нашего друга. Могут и на нас выйти. Нельзя сейчас трогать этого бизнесмена. К тому же он в больнице, лечится. Он теперь героем стал, про него НТВ снимает целый репортаж, в газетах пишут, как он один двух вооруженных бандитов победил.

– Хорошо, что наши два портрета не публикуют, – сквозь зубы заметил Диланов, – два самых больших фраера в Москве.

– Пока не арестовали, значит, не фраера, – успокоил его Самвелов. – Нужно других исполнителей искать. Более проверенных и надежных. Ты не верь, когда тебе лапшу на уши вешают про Чечню. Сейчас любой бывший военнослужащий тебе такие истории расскажет, просто закачаешься. Нужно настоящих специалистов искать. Может, даже стоит поехать в Дагестан или в Ингушетию. Там сейчас много разных ребят есть. И с той, и с другой стороны. Найдем настоящих специалистов, которые знают, что такое кровь. И не испугаются в решающий момент.

– Верно, – согласился Диланов, – только нам «залетные» не подойдут. Сам понимаешь, не те времена. Милиция сейчас всех проверяет, без прописки и без документов нам такие «профессионалы» не нужны. Лучше искать среди московских. Черт побери! Эти двое так подходили. Я уже думал, как мы с ними работать будем. У обоих московская прописка была, документы, один даже на стоянке в казино работал. Все так удачно совпало, и такие кретины оказались.

– Ничего, – сказал Самвелов, – это неплохо, что все так закончилось. Могло быть хуже. В решающий момент они бы нас подвели. С такими исполнителями мы против Рината Шарипова ничего сделать не сможем.

– Хорошо еще, что я им чистое оружие дал. Оно ни за кем не числится. И на нем крови не было. Хотел дать второй «ствол», но передумал. Как будто меня кто-то остановил.

– Вот видишь. Значит, у тебя нехорошее предчувствие было. Мне они тоже не нравились, но ты в последнее время психовать стал, и я не хотел с тобой спорить.

– Это не я психовать стал, а моя молодая жена. Ей не нравятся наши «хоромы» в Измайлове. Вообще-то она права. Комнаты маленькие, вонючие. Все время пахнет чужими обедами. Кухня вообще шесть метров. Как будто ты нарочно нам такую квартиру подбирал, чтобы мы мучились.

– Ты же сам сказал, что временно. Можешь купить себе любую квартиру. Деньги у тебя есть. Сейчас в новых домах такие квартиры продают, закачаешься. Позвони и купи.

– Я уже звонил. Там цены зверские. Как будто квартиры не в Москве продают, а где-нибудь в Париже или в Лондоне.

– Сейчас квартиры у нас даже дороже стоят, чем там, – рассудительно заметил Самвелов. – И не забудь вернуть мне двадцать тысяч.

– Верну я их тебе, обязательно верну. Ты помнишь, у нас был один раз контакт с Лехой Новгородским. Ты еще говорил, что он известный «вор в законе», общак держит, что-то в этом роде.

– Конечно, помню. Он человек очень серьезный. На нем крови больше, чем ты водой умывался за всю свою жизнь. Только к нему лучше не соваться, если ты хочешь с ним дело иметь или найти нужных «специалистов» через него.

– Почему? Как раз у него и будут нужные нам «специалисты».

– Ты совсем с ума сошел? – Самвелов огляделся по сторонам. – Он вор в законе. Понимаешь, что это такое? Авторитетный человек. Он просто так нам своих исполнителей не даст. Будет требовать свою долю с каждого дела. А если мы платить не станем, то его ребята с нами сразу разберутся. Тебе это нужно? В чужое ярмо лезть? Я лично не согласен. Он очень опасный человек, Виктор. Полезем к нему и сразу головы потеряем.

– Ладно, – недовольно прервал его Диланов, – я только спросил. Я тоже зарекся с этой уголовной шпаной связываться. Они ничего чисто сделать не могут. Обязательно ограбят клиента или что-нибудь возьмут на память. А потом их быстро милиция вычисляет. Нужно искать бывших военнослужащих. Или ребят из милиции, которых уволили, может, сами ушли. Такие нам нужны. Они и подготовку прошли соответствующую, и стреляют неплохо.

– Объявление в газету дашь? – насмешливо спросил Самвелов. – «Срочно ищу двух киллеров. Желательно профессионалы со стажем. Из бывших сотрудников милиции или спецназа, прошедших Чечню. Хорошие оклады гарантирую. Обращаться по адресу…» И укажи свой адрес с телефонами. Знаешь, сколько людей к тебе обратится? Только твой аппарат сразу на прослушку поставят и всех, кто тебе звонить будет, начнут вычислять. Вот такой цирк у нас будет.

– Не ори, – огрызнулся Диланов, – чего ты так разошелся?

– А ты вспомни, как ты говорил. Найду сразу людей, сейчас полно таких «специалистов». Только хороших профессионалов везде мало. Это я с тобой работаю, потому что мне некуда податься. А все профессионалы уже разобраны. Кто-то олигархов охраняет, кто-то на них за большие деньги охотится, кто-то успел себе состояние сделать и сбежать отсюда за кордон, а кто-то уже на органы работает и по их заданию стреляет. Все разобраны, Виктор.

– На наш век все равно хватит, – твердо заявил Диланов. – В общем, ты не шути. Это вопрос серьезный. Не будем обращаться к уголовникам, значит, нужно искать среди бывших военнослужащих. У меня идея есть одна, как можно найти нужных нам людей. Я думаю свою жену использовать.

– Отправишь ее на поиски киллеров? – криво усмехнулся Алик. – Не боишься?

– Да погоди ты смеяться. Мы ей документы сделаем, что она из конторы, которая опросами занимается. Может, даже деньги дадим, чтобы ее туда устроить. На несколько дней. Все должно быть законно. А потом она в школу милиции поедет и там поинтересуется, сколько людей по специальности работает. И кто был отчислен. Когда и за что. Скажет, что проводит такое социологическое исследование. Вот тебе и нужный материал. Все адреса и фамилии уволенных и обиженных сразу получим.

Самвелов молчал. По его лицу скользнула некая тень. Но это было не сомнение. Скорее удовлетворение.

– Чего молчишь? – насмешливо спросил Диланов. – Язык проглотил?

– Здорово, – признался Алик, – я о таком даже не думал. У тебя голова работает, Виктор. Ты поэтому у нас всегда в начальниках ходишь. Я бы такое не смог придумать.

– Конечно, не смог, – удовлетворенно согласился Диланов, – я давно этот вариант продумал. Устроить ее в любую социологическую службу. Или самим создать такую службу, зарегистрироваться и сразу ее туда послать. Пусть посмотрит, сколько отчисленных и куда они устроились. Представляешь, какой это нужный материал? Специалисты, которые прошли такую подготовку. Умеют стрелять, драться, ничего не боятся и дико обижены из-за несправедливых с их точки зрения увольнений. С такими профессионалами можно сделать все, что угодно. А если выяснится, что они еще и мало зарабатывают, – а так и будет, кто и зачем должен им платить? – тогда вообще вопросов нет. Это наши люди – голодные и отчаянные. Готовые на все и озлобленные на весь мир.

– Хорошая идея, – согласился Самвелов. – Только нужно будет убедить твою жену, чтобы она согласилась как следует сыграть.

– Согласится, – усмехнулся Диланов, – я ей пообещал купить новую квартиру в уже отстроенном доме. Она сама по каталогу выбирала. Четыре комнаты, почти сто восемьдесят метров. Придется отдать почти все мои деньги. Зато моя благоверная будет в восторге. И сделает все, о чем я ее попрошу.

– Это лучший вариант, – согласился Самвелов, – может, тогда действительно найдем нужных нам специалистов.

Глава 10

Данила Сергеев прибыл в Харьков и поселился здесь более трех недель тому назад. Он был человеком веселым, открытым, приятным в общении, умел завязывать отношения, щедро платил за новых знакомых – одним словом, быстро стал своим человеком в этом крупном украинском городе, который до тридцать четвертого года прошлого века был даже столицей Украинской республики.

Он поселился в центре, недалеко от памятника Тарасу Шевченко, сразу за зданием театра оперы и балета. В его большой четырехкомнатной квартире успели побывать почти все руководители областной и городской администрации, считавшие Сергеева прекрасным человеком и бизнесменом.

Данила снял офис недалеко от своей квартиры и развернул деятельность своей компании. Для начала он принял на работу племянницу губернатора области и невестку главы местной администрации. И хотя пользы от девиц почти не было, он сразу стал своим человеком для родственников обеих молодых женщин. Его «Мерседес» можно было видеть на всех городских мероприятиях. Уже через неделю он купил около шести процентов акций Харьковского металлургического объединения. К его деятельности относились настолько хорошо, что подобные покупки только приветствовались.

Во время второй недели своего пребывания в Харькове он осторожно купил еще четыре с половиной процента. У него на руках был уже достаточно крупный пакет в десять с половиной процентов акций, когда оказалось, что на рынке есть еще два крупных игрока, начавших скупку этих акций. За две недели компания «Астор» купила еще около восьми процентов акций, а братья Глущенко, находившиеся в Киеве, довели свой пакет до восемнадцати процентов. Таким образом, довольно быстро сложилось некое равновесие сил, когда у Рината Шарипова и его компании было около двадцати пяти с половиной процентов, а его соперники владели крупным пакетом в восемнадцать процентов. Цены дрогнули и начали медленно расти вверх. Уже на третьей неделе общее повышение цен было зафиксировано всеми владельцами акций. Цены росли не очень стремительно, но они росли, и на следующие десять процентов акций Данила Сергеев потратил уже гораздо больше денег, чем на первый пакет. Сказывался начавшийся ажиотаж.

К концу третьей недели было объявлено, что владелец пяти процентов акций – городская администрация Харькова – решил продать свой пакет. И продать его приехавшему бизнесмену из Белоруссии – Даниле Сергееву. Когда было объявлено о том, что подобная сделка состоится, цены на остальные акции сразу взлетели на пятнадцать процентов. Это был уже настоящий взрыв цен, и все понимали, что теперь его не остановить.

Соглашение о сделке Сергеев должен был подписать в понедельник. А уже в субботу братья Глущенко встретились для того, чтобы обсудить ситуацию. К этому времени расклад сил был уже ясен. Ринат Шарипов владел к субботе пакетом в двадцать пять с половиной процентов. За последнюю неделю его компания «Астор» не смогла приобрести ничего, сказывалось бешеное сопротивление, которое повсюду оказывали российской компании украинские бизнесмены, подстрекаемые братьями Глущенко. Даже если российская компания предлагала за акции гораздо лучшую цену, чем украинские партнеры, акции им не продавались. Оба брата Глущенко, спекулируя на опасности появления у российской компании столь крупного пакета акций, уверенно перебивали цену и довели свой пакет до двадцати шести процентов, немного опередив Шарипова и его компанию. Они настолько увлеклись борьбой с российской компанией, что совсем не обращали внимания на развернувшуюся деятельность Сергеева. Белорусская компания, которая внезапно начала столь активно скупать акции Харьковского объединения, казалась им не столь серьезной и внушающей опасения.

Однако уже в субботу они получили подтвержденные данные из Харькова, что город готовится передать свой пакет в пять процентов акций приехавшему бизнесмену. Ситуация становилась просто патовой. В случае покупки Сергеевым этого пакета акций сразу у трех игроков на руках оказывались примерно равные права на представительство в совете директоров и право голоса. У каждого из трех игроков могло оказаться примерно по четверти всех акций, тогда как у остальных мелких держателей оставалось около двадцати трех с половиной процентов. Но цены взлетели так, что после покупки Сергеевым пятипроцентного пакета все остальные акции уже продавались с превышением номинала на двадцать пять процентов, что делало их покупку просто коммерчески невыгодной без приобретения контрольного пакета акций. Даже если бы кто-то из трех владельцев крупных пакетов пошел на беспрецедентные меры, сумел бы выложить абсолютно нереальную сумму с учетом повышения цен и скупить все оставшиеся акции, то и тогда подобная сделка не гарантировала контрольного пакета. У братьев Глущенко было двадцать шесть процентов, у Рината Шарипова двадцать пять с половиной, и двадцать пять было у Данилы Сергеева. Получилось, что ни один из них не смог бы овладеть контрольным пакетом акций.

Братья Глущенко совещались недолго. Они были представителями еще той плеяды олигархов девяностых годов, которая в России постепенно сходила на нет. Крупные российские бизнесмены и олигархи уже усвоили новые правила игры, которые им предложила сильная российская власть. Нужно было проявлять «понимание» ситуации, исправно платить налоги, не вмешиваться в политику, вести себя предельно осторожно, охотно выдавать деньги на благотворительность и другие подобные проекты, скупая, например, яйца Фаберже или коллекцию Ростроповича. Одним словом, играть по правилам, написанным в Кремле.

Но подобный диктат могла позволить себе только сильная власть. На Украине и до ухода Кучмы царила неразбериха и хаос. Ради справедливости стоит признать, что в последние годы правления Кучмы его презирали все стороны. Даже не ненавидели, а презирали. И это было самым страшным итогом правления талантливого, честного человека, который был выдающимся руководителем крупного объединения, но оказался никудышным политиком и слабым организатором. После Кучмы избранный Ющенко оказался пародией на самого себя. Он проявлял непоследовательность, боялся и своих соперников, и еще более своих союзников, был слабым политиком. В результате хаос, царивший в стране, только усиливался. И в таких условиях существование олигархов «старой волны» было вполне оправданным. Оба брата Глущенко считали, что для достижения целей все средства хороши. Братья прекрасно знали, что их двоюродный брат, Владимир Глущенко, на самом деле не погиб и довольно скоро предъявит свои права на все наследство. Этого момента братья боялись более всего. С Ринатом Шариповым соперничать было возможно, выступать против «кузена» было опасно. Тот был еще более непредсказуемым, жестким и опасным соперником, чем его двоюродные братья.

Именно поэтому они считали, что все следует решить до того, как деньги перейдут к Владимиру Глущенко. Они не могли поверить, что подобную игру ведет сам Ринат Шарипов на свой страх и риск. Поэтому они перезвонили в Харьков Даниле Сергееву и предложили встретиться в Киеве, в понедельник утром. Но Сергеев объяснил, что в понедельник он подписывает соглашение и сможет прилететь только во вторник. Братья решили, что не следует так долго ждать, и объявили, что сами пожалуют в Харьков в воскресенье.

В этот день все трое встретились в ресторане, находившемся за городом. Сергеев сам выбрал это место для встречи. Он часто приезжал сюда ужинать и хорошо знал хозяина ресторана и официантов. Все трое уселись в отдельном кабинете, туда принесли заказанные закуски. Оба брата Глущенко были похожи друг на друга. С одутловатыми лицами, мясистыми щеками, немного выпученными глазами. Старший брат Юрий имел несколько более вытянутое лицо, младший Степан овалом лица пошел в мать. У него было круглое лицо и почти бабья физиономия.

– Мы внимательно следим за вашими успехами, – осторожно начал разговор старший брат, – нас радует, что из Белоруссии к нам приезжают бизнесмены, которые могут вкладывать такие крупные капиталы в экономику Украины. Насколько я знаю, ваша компания существует уже два года?

– Два с половиной, – весело подтвердил Сергеев, – мы начали работать еще с литовцами, потом переключились на вашу республику. Здесь мне нравится. Хорошие люди, есть возможности для роста…

– Именно поэтому мы и хотели с вами встретиться, – продолжал Юрий Глущенко. – Вам известно, что мы являемся самыми крупными акционерами объединенной Харьковской компании. И мы уже много лет работаем с этим объединением.

– Да, мне говорили, – беспечно заметил Сергеев. – Обожаю ваше сало. Просто обожаю. Здесь его делают по-особенному.

Он прекрасно понимал, зачем приехали эти визитеры и что именно они от него потребуют. Но намеренно тянул время.

– Мне нельзя есть много сала, – пояснил Юрий, – у меня повышенный холестерин. Давайте поговорим о наших проблемах.

– А разве у нас есть проблемы?

– Есть. Дело в том, что таким же крупным пакетом владеет и российская компания «Астор», которая довольно уверенно скупает акции у мелких акционеров. Но сегодня возникла ситуация, при которой никто не сможет больше ничего сделать. У нас двадцать шесть процентов акций, у российской компании немного меньше. А у вас почти двадцать процентов. И нам стало известно, что городская администрация готова продать вам свой пятипроцентный пакет акций. Таким образом, у всех будет примерно одинаковое количество акций. Остальные не в счет, они не имеют никакого значения. Поэтому мы предлагаем вам договориться.

– О чем? – улыбнулся Данила. – Я не совсем понимаю, о чем мы должны договариваться?

– Мы можем объединить наши пакеты и получить блокирующий пакет. Контрольный пакет. В таком случае у нас будет пятьдесят один процент. Мы сможем сами устанавливать правила и сами руководить объединением. Тогда российская компания будет вынуждена продать нам свой пакет акций. И продать уже по нашей цене. Прибыль мы поделим пополам. Я полагаю, что это прекрасное предложение. Мы привезли вам все наши расчеты. Исходя из сегодняшней цены, вы получите миллиона четыре, не меньше. Я думаю, сделка того стоит. Четыре миллиона долларов прибыли.

– Прекрасно, – он взял кусочек хлеба и начал его жевать. – А потом? – неожиданно спросил он. – Предположим, что мы сумеем объединить наши пакеты. Получим контрольный пакет, проведем своих людей в совет директоров. Даже заставим москалей продать нам их пакет. Что будет потом? К кому отойдет пакет компании «Астор»?

Братья переглянулись. Это был самый щепетильный момент в их предложении. Сергеев сразу нашел слабое место.

– Мы полагали, что вы будете работать вместе с нами, – осторожно сказал старший брат. – Пакет от российской компании перейдет к нам, но вы останетесь самым привилегированным акционером и сможете работать с нами.