Текст книги "Незабываемый отпуск"

Автор книги: Бриттани Янг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 9 страниц)

– Это всего лишь вынужденная самозащита. Попробуй только проявить слабость, и тебя мгновенно слопают живьем.

О том, что приближаются Хильда и Берти, можно было догадаться еще до их появления. Когда они вошли в комнату, сестры удивленно переглянулись. На лице у Хильды сияла довольная улыбка. Кэра привстала с дивана, собираясь уступить им место, но Хильда замахала на нее рукой:

– Сидите, сидите. Мы с Берти найдем, где пристроиться.

– Вы хорошо провели время? – поинтересовалась Кэра.

– О, это было просто как в сказке, – ответила Хильда, плюхаясь в кресло. – Боюсь, вы лишились массы удовольствия, не поехав с нами на сафари. Джо оказался потрясающим гидом. Он безукоризненно выполнял свои обязанности.

– Значит, стоило терпеть неудобства? – улыбнулась Кэра.

– Ну, пускаясь в столь рискованное путешествие, вряд ли следует рассчитывать на хороший, комфортабельный отель. Тут уж ничего не поделаешь, приходится мириться с обстоятельствами…

В дверях показался Крейг и, чуть усмехаясь, оглядел присутствующих.

– Извините за опоздание. Что вам предложить?

Кэра приподняла стакан.

– Я уже себе налила, спасибо.

Хильда, начав говорить, просто неспособна была остановиться. Она во всех подробностях поведала им о каждом увиденном ею животном, о каждой особенности ландшафта, не забывая упомянуть, какое они произвели на нее впечатление, и сопровождая свои описания обрывками сведений, почерпнутых из объяснений экскурсовода.

Вскоре появился Лукас и, ни слова не говоря, направился к письменному столу в дальнем конце комнаты.

Кэра пыталась заставить себя не смотреть в его сторону, но ее глаза тянуло туда, будто магнитом.

Квинн, сжав рот, украдкой наблюдала за ними.

На ужин была подана традиционная американская еда – гамбургеры и обжаренный во фритюре картофель. Вместо того чтобы собраться за общим столом, все разбрелись по комнате и расселись где попало с тарелками на коленях, за исключением Лукаса, который предпочел остаться в своем углу.

Хильда продолжала тараторить.

Незаметно подкрался вечер, и в гостиной зажгли огни. Крейг включил музыку.

– Потанцуем? – обратился он к Квинн.

Она изумленно уставилась на него.

– Простите?

– Я пригласил вас на танец, – сказал он, беря ее за руку и вынуждая подняться.

– Но я не…

– Что еще за «не»? Не хотите доставить всем нам удовольствие? – Он, отступив на шаг, заставил Квинн сделать стремительный поворот и снова притянул к себе. – Обманщица. Вы превосходно танцуете.

Квинн засмеялась и покачала головой. Не так-то просто было устоять перед обаянием Крейга.

Несколько минут спустя Хильда и Берти последовали их примеру. Они представляли собой странную пару, но каким-то образом им удавалось подлаживаться друг к другу.

Кэра в очередной раз посмотрела на Лукаса. Он все так же, не притрагиваясь к еде, сидел за своим столом, спиной к остальным, и что-то писал. Она поставила тарелку на низкий кофейный столик и молча вышла. София последовала за ней.

Вместе они направились к каменистой гряде, но на этот раз Кэра решила не взбираться наверх. Она просто встала у подножия и устремила взгляд на узкий серп луны. Из дома до нее доносились негромкие звуки музыки. Прикрыв глаза, она тихонько закружилась им в такт.

Вдруг уверенная рука обхватила ее за талию.

Кэра, распахнув ресницы, встретилась взглядом с Лукасом.

Он молча смотрел на нее, а их тела, подчиняясь музыкальному ритму, слились в едином движении. Боясь разрушить колдовское очарование момента, молчала и Кэра. Казалось, скажи она хоть слово – и Лукас растворится в ночи так же внезапно, как и возник.

Одна его рука лежала у Кэры на талии, а другой он прижимал ее ладонь к своей груди.

В свете луны, под взглядом горящих глаз Софии, они, соприкасаясь телами, медленно покачивались в такт музыке.

Кэра приникла щекой к его плечу, а Лукас, отпустив ее руку, погрузил пальцы в рыжий водопад волос, разметавшихся у нее по плечам.

Глаза гепарда завороженно следили за медленно кружащейся парой, озаренной бледным светом луны.

Музыка оборвалась.

А Лукас продолжал смотреть Кэре в лицо, белевшее в ночном сумраке. Ей хотелось понять, о чем он думает в эти мгновения.

Потом он осторожно прошелся пальцами по бархатистой коже ее лица. Затем руки его опустились, и Лукас исчез в темноте так же безмолвно, как появился.

Кэра глядела ему вслед, не предполагая, что увидит его снова только через две недели.

И не подозревая, что ее сестра всматривается с веранды сквозь ночную мглу в их туманные силуэты и что сердце Квинн сжимается от тревожного предчувствия.

Кэра, сложив руки на груди и прислонившись спиной к теплому валуну, смотрела на простиравшуюся перед ней бескрайнюю саванну, в которой скрылся Лукас. Раньше ей никак не удавалось понять своего отношения к нему и это мучило ее. Он возбуждал в ней чувство, какого прежде ей никогда в жизни не приходилось испытывать.

Но теперь все сомнения разрешились. Она твердо знала, что любит его. И то, как он держался с нею сейчас, доказывает, что и он ее любит.

Нежная улыбка тронула ее губы. Ведь где любовь, там и надежда.

Глава девятая

Кэра, одетая в бело-голубую полосатую рубашку, которую она даже не потрудилась заправить в шорты, сбежала с крыльца и направилась прямо в зверинец. Она делала это каждое утро вот уже в течение последних двух недель.

Сначала она навестила щенка дикой собаки. Колючка – так окрестила ее Кэра за острые, как иголки, зубы – сразу же выбежала ей навстречу, лишь только Кэра вошла в просторный, защищенный от солнца вольер, целиком принадлежащий щенку. Она опустилась на колени и позволила Колючке всласть напрыгаться около нее.

Крейг, перегнувшись через загородку, с улыбкой наблюдал за ними.

– Вид у нее хоть куда, – заметил он.

– Просто милашка!

– Сейчас она очень ласковая и забавная, но с возрастом будет все больше дичать.

Кэра изумленно взглянула на него.

– Вы на самом деле так думаете? Даже несмотря на то, что она растет здесь, среди людей?

– Сложность в том, что ее поведение невозможно предсказать. Никогда не удастся полностью одомашнить дикую собаку.

– А как же София? Гепарды ведь более опасны, чем собаки.

– Гепарды – это совсем другое. Они отличаются даже от прочих особей породы кошачьих. От льва, например. Вы ни при каких условиях не добьетесь от него такого же поведения, как у Софии. У них совершенно разные темпераменты. То есть я хочу сказать, можно держать льва в качестве домашнего любимца, но, в отличие от гепарда, в его присутствии следует быть всегда настороже. Льву никогда нельзя доверять целиком.

– А как насчет малыша носорога?

Крейг усмехнулся.

– Вы имеете в виду Норманна? Трудно сказать. Хотя я не думаю, что решусь повернуться к нему спиной, когда он станет взрослым.

– Какая досада, что ему не удалось поладить с самкой, которую мы нашли…

– Такое случается.

– Просто трудно представить, что все они когда-нибудь вырастут. Как бы мне хотелось быть здесь, чтобы это увидеть!

– А что вам мешает? Оставайтесь в Сараджи.

Кэра почесала щенка за ухом и встала.

Крейг пристально смотрел на нее.

– Так что же?

Она сосредоточенно возилась с дверцей, пытаясь ее запереть.

– Ничего.

– Если судить по вашему лицу, за этим «ничего» явно что-то кроется.

Кэра устремила невидящий взгляд в сторону вольера.

– Крейг, могу я вам задать один вопрос?

– Сколько угодно.

– Две недели назад Лукас уехал, чтобы доставить носорога в безопасное место. Когда он возвращается?

На мгновение Кэре показалось, что Крейг почувствовал неловкость.

– Ну, у него были еще кое-какие дела.

– Понятно.

– Мне очень жаль, Кэра.

Ей с трудом удалось улыбнуться.

– Все в порядке. Вам не о чем сожалеть.

– Если это может послужить хоть в какой-то мере утешением, то, должен заметить, я никогда не сомневался, что вы идеально ему подходите, и он будет круглым дураком, если откажется от вас.

Краска бросилась ей в лицо.

– Я и не предполагала, что для вас это так очевидно.

– Может, вы и старались скрыть свои чувства, но ваши глаза их выдали. Именно потому я и говорю, что вы ему подходите.

– Кто знает, – сказала она тихо. – Только я тоже так думаю…

– Тогда скажите ему.

– Это несколько затруднительно, когда его здесь нет.

– Дождитесь.

– Не могу.

– Почему?

– Потому что мы с Квинн собираемся завтра уезжать.

– Пусть Квинн едет одна.

– Нет, так нельзя. Она нуждается во мне.

– Ну, опять вы за старое, – произнес Крейг с коротким смешком. – Допустим, вашей сестре какое-то время необходима была поддержка, но сейчас-то она в полном порядке. Она гораздо сильнее, чем вы полагаете. Перестаньте за нее беспокоиться и подумайте лучше о себе. – (Кэра молчала.) – И вот что я вам еще скажу. Думаю, причина, по которой Лукас так долго не возвращается, заключена в вас.

– Каким образом?

– Лукас всегда старался избегать осложнений во всем, что имеет отношение к чувствам, но никогда прежде это не принимало такой острой формы. До вашего приезда. Предполагаю, он плохо представляет, как можно совместить свою жизнь в Африке с женщиной, детьми и тому подобным.

– Великолепно, – заметила она сухо. – Только я-то в таком случае что могу поделать?

– Не знаю, – ответил Крейг мягко. – Что касается меня, то я считаю так: вы должны сесть вместе и все как следует обсудить. Сложность только в том, что Лукас может и не вернуться до вашего отъезда. – (Кэра вздохнула.) – Но тут уж вы не виноваты.

– Мне надо повидать слонят, – вдруг сказала она и повернулась, чтобы уйти.

Крейг молча последовал за ней.

Когда они дошли до загона, оба малыша, которые теперь, должно быть, принимали Кэру за мать, шумно ее приветствовали. Она открыла воротца и выпустила их наружу.

– Мы пойдем к реке, – пояснила Кэра. – Через час вернемся.

– Как здорово, что у нас теперь поблизости настоящая полноводная река!

– Просто невероятно! А меня еще особенно удивило то, что вода поднялась словно по волшебству… Быстро… И вокруг все так зазеленело!.. – Один из слонят слегка ткнул Кэру в бок. Она засмеялась. – Хорошо-хорошо, иду.

– Ну, счастливо, увидимся за обедом. Не забудьте потом поделиться со мной размышлениями на тему, как вам здесь задержаться.

– Не забуду. Спасибо, Крейг.

И она направилась к реке, а слонята бежали чуть впереди. Обогнув дом, Кэра вдруг заметила стоящий у веранды «рейнджровер».

Остановившись, она смотрела, как Лукас вылезает из машины.

Он, повернув голову, тоже ее увидел.

– Привет, Кэра.

– Привет. Как носорог?

– Отлично. Он успешно привыкает к новой среде обитания.

– Замечательно.

Лукас кивнул в сторону слонят, которые, заметив, что Кэра отстала, вернулись к ней.

– Вы, как я погляжу, завели себе новых друзей?

– Я умею дружить. Жаль только, что мне нельзя забрать их с собой. – (Лукас на это ничего не ответил.) – Я, пожалуй, пойду.

Они обменялись долгими взглядами.

Кэру снова ощутимо толкнули в бок.

– Вы еще побудете здесь? – торопливо спросила она.

– Да.

– Это хорошо. Может, попозже нам и удастся поговорить.

Лукас снова ничего не ответил. Он только смотрел, как она уходила, сопровождаемая своими подопечными.

Когда они добрались до воды, слонята бросились вниз с берега, поднимая тучи брызг. Кэра зашла за ними в неглубокую реку и, зачерпывая воду горстями, принялась обливать им спины, в полном неведении, что Лукас, шедший за ней следом, стоит теперь, опершись плечом о дерево, и наблюдает за ними.

Слонята резвились довольно неуклюже и частенько сбивали Кэру с ног, но всякий раз помогали ей подняться, протягивая хоботы. Один из них, казалось, испытывал особое наслаждение, когда, набрав в хобот воды, окатывал Кэру будто из брандспойта.

Спустя минут двадцать малышам надоело играть, они выбрались на берег и затрусили к дому.

Тогда Кэра и увидела Лукаса.

– Вы вымокли до нитки, – сказал он, выходя из-за дерева.

– Так всегда и бывает, но я не возражаю. Играя с ними, получаешь такое удовольствие!

Он пошел с ней рядом.

– Мы должны поговорить.

– Да, должны. – Она, опустив глаза, мельком оглядела свою насквозь промокшую одежду, досадуя, что ее в очередной раз застали врасплох.

– Я многое передумал за эти две недели.

Сердце у Кэры упало.

– Вы очень красивая. – Лукас посмотрел ей прямо в глаза. – Немножко недотепа, но сердце у вас золотое. – Она улыбнулась, и он улыбнулся в ответ. – Но это место не для вас, Кэра.

– Откуда вы…

– Дайте мне закончить. Может, вам и будет тут хорошо – несколько месяцев, пусть даже год, но в конце концов вам здесь станет невмоготу и вы уедете. Мне ни к чему лишние страдания. Тут их и без того хватает. Я не могу позволить вам войти в мою жизнь, в мою душу только затем, чтобы потом вас потерять, ибо вы просто здесь долго не выдержите.

– Неправда.

– Не спорьте, Кэра! Что до меня, то я живу в этих краях, не поступаясь ничем. Я не собираюсь уезжать отсюда через год или два. Я тут насовсем. Это мой дом, моя жизнь. Но она не для вас, и вы никогда не будете здесь счастливы.

– Предоставьте мне решать, в чем мое счастье.

– Вы говорите так потому, что руководствуетесь чувством, а не разумом.

– Иногда это наилучший путь.

– Только не в данном случае.

Кэра посмотрела на него долгим взглядом.

– Вы любите меня, Лукас?

– Это ничего не значит.

– Нет, значит. В этом все дело.

Он покачал головой.

– Значение имеет лишь то, что такая жизнь не для вас. Я видел, что происходит здесь с другими людьми. Я испытал на себе, насколько сурова африканская действительность. Не нужно, чтобы и вы это узнали. Ваше нежное сердце заслуживает гораздо большего, чем я могу вам предложить.

– Я хочу остаться с вами.

– Нет.

– Я люблю вас.

Он снова покачал головой.

– Сожалею.

Кэра изо всех сил старалась сдержать слезы.

– Лукас, не обманывайте меня. И сами не обманывайтесь. Вы знаете, что я вам небезразлична. Я вижу это по вашим глазам. Не гоните меня только из превратно понимаемых рыцарских побуждений.

– Я не хочу, чтоб вы были здесь.

– Но…

Его взгляд прожег ее насквозь.

– Вы не нужны мне.

Она почувствовала, как внутри у нее словно что-то оборвалось.

– Прощайте. – Лукас повернулся и пошел прочь.

Кэра осталась стоять, провожая его взглядом. Ей хотелось броситься за ним вдогонку, но гордость взяла верх.

Ни она, ни ее любовь не нужны ему.

Тяжкий вздох вырвался у нее из груди. Разве так должно было случиться? Когда встречаешь того, кого ждешь всю жизнь, почему-то кажется, что этот человек непременно должен в тебя влюбиться. Но на самом деле все бывает не так.

Что-то теплое ткнулось ей в колени. Она опустила глаза и увидела Софию.

Кэра присела и обняла гепарда за шею.

– Как же мне теперь быть, киска? – спросила она.

Глава десятая

На следующее утро Крейг подвез сестер к самолету. Джо был уже там, готовил машину к отправке. Молча загрузили багаж.

Джо сел за штурвал, и Крейг помог Квинн забраться в салон. Потом, прежде чем подсадить Кэру, он положил ей руку на плечо и посмотрел в глаза.

– Вы делаете ошибку, – сказал он тихо. – Знаю, Лукас далеко не лорд Байрон по части выражения чувств, но я вижу, каковы они, каждый раз, когда он на вас смотрит.

– Он сказал, что я ему не нужна. Выразился предельно ясно, не так ли?

– Дорогая, Лукас желает вам только добра. К несчастью, он думает, что для вас самое лучшее – это вернуться в Штаты, чтобы быть как можно дальше от него. Вы знаете, что он заблуждается.

Глаза Кэры наполнились слезами.

– О, Крейг, я больше ничего не знаю. Потом еще Квинн. Когда мы вчера говорили с Лукасом, я даже о ней не вспомнила. Если я останусь здесь, кто же о ней позаботится? Она будет так одинока.

– Ваша сестра, – понизив голос, произнес он, – гораздо сильнее, чем кажется. Если вы предпочтете ее, то совершите просто-таки непростительную ошибку. Вас с Лукасом – неважно, признает он это или нет, – ждет любовь, которая бывает только раз в жизни.

– Кэра, не задерживайся, – послышался голос Квинн. – Если мы сейчас же не взлетим, то опоздаем на пересадку.

Крейг взял Кэру за руку.

– Не уезжайте.

Кэра прикоснулась ладонью к его расстроенному лицу.

– Вы очень хороший человек и замечательный друг. Но Лукасу, а не вам следовало бы просить меня здесь остаться. – Она отвернулась и стала взбираться в самолет.

Как только Джо запустил двигатель, Крейг захлопнул дверцу и отошел. Кэра, наблюдая за ним сквозь стекло, помахала ему рукой. Он стоял и махал ей в ответ, кляня в душе ослиное упрямство своего друга и напарника.

Кэра, откинувшись на сиденье, закрыла глаза, но спустя некоторое время выпрямилась и выглянула в иллюминатор, следя, как самолет сначала развернулся, а потом, подпрыгивая на покрытой травой взлетной полосе, набрал скорость и, оторвавшись от земли, взмыл над саванной.

Наклонившись вперед, Кэра смотрела вниз. Они были в воздухе уже минут десять, как вдруг она заметила машину Лукаса. Но сколько ни напрягала зрение, его самого ей рассмотреть не удалось.

Снова откинувшись на спинку, Кэра глубоко вздохнула.

Квинн легонько похлопала ее по коленке.

– Все это к лучшему, поверь мне.

Ответом ей было молчание.

Лукас стоял под деревом, когда услышал рокот самолета. Он, сощурив глаза от яркого солнца, следил за ним до тех пор, пока тот не скрылся из виду.

– Прощай, Кэра, – тихо сказал он.

Полет продолжался два часа. Кэра всю дорогу молчала. Рассудок и гордость говорили ей одно, сердце – совсем другое.

При высадке Джо помог выбраться из самолета сначала ей, а потом Квинн. Кэра несла дорожные сумки, Джо тащил чемоданы, и все трое, пройдя по бетонированной площадке, вошли в небольшое здание аэровокзала, где Квинн и Кэре предстояло дожидаться самолета до Момбасы, чтобы оттуда уже улететь домой.

– Вам сюда, – сказал Джо, ставя чемоданы в конец очереди, выстроившейся за билетами к единственной кассе.

– Благодарю вас за все, Джо, – сказала Кэра с грустной улыбкой.

– Берегите себя и приезжайте к нам снова. – Он повернулся к Квинн: – И вы тоже.

– Спасибо, Джо.

Кэра смотрела, как он уходит.

– Ну не надо так. – Квинн, взяв сестру под руку, сжала ей локоть. – Ты забудешь и Лукаса Пирсона, и Сараджи, как только мы доберемся до дома.

– Нет, – возразила тихо Кэра.

– Уверяю тебя. Все это приключение – не более чем эпизод в нашей жизни. Следствие кратковременного помрачения ума. Нам не надо было сюда приезжать.

Кэра взглянула на сестру.

– Мы приехали сюда ради тебя, и ты не можешь отрицать, что результат превзошел все ожидания. Ты почти совсем оправилась.

– Не согласна. Я нуждаюсь в тебе, как прежде.

Очередь постепенно продвигалась.

– Ты слышала, что я тебе сказала? – спросила Квинн, потому что Кэра молчала.

– Да.

– Без тебя я ни за что бы не смогла пережить смерть Стивена.

– Но он умер уже больше года назад. Пора тебе встать на ноги и идти по жизни самой.

– Что ты такое говоришь!

– Я просто хочу сказать, что не в состоянии до конца дней быть ответственной за твое самочувствие.

Подошла их очередь. Кэра поставила чемоданы на площадку рядом с кассой.

– Два билета до Момбасы, пожалуйста, – сказала она. Оттуда им предстояло лететь дальше на другом самолете.

– Из нас двоих ты всегда была сильнее. После того как умер отец, я во всем привыкла полагаться на тебя и на маму. А теперь, когда нет ни мамы, ни Стивена, ты – это все, что у меня осталось в этом мире…

Кэра смотрела, как служитель привязывает ярлык к ручке ее чемодана.

– Я не могу это сделать, – вдруг произнесла она.

– Что? – переспросила Квинн, уже предчувствуя недоброе.

– Не могу вот так уехать.

– Но как же…

Кэра, чмокнув Квинн в щеку, заглянула ей в глаза.

– Ты моя сестра, и я очень люблю тебя. Так будет всегда, но и Лукаса я люблю тоже. Всем сердцем. Я просто не в силах его покинуть.

– Кэра, этот человек в тебе не нуждается! Он сам тебе так сказал.

– Да, я знаю.

– Тогда почему?..

– Пожалуйста, прошу тебя, не заставляй меня выбирать между вами.

Выражение лица у Квинн внезапно смягчилось.

– Догадываюсь, что лучше мне этого не делать, потому что тогда я окончательно тебя потеряю. – (Кэра промолчала.) – Хорошо. Иди к своему Лукасу. Только, когда он разобьет твое сердце, не говори, что я тебя не предупреждала. – Ответом было крепкое объятие. Квинн ласково погладила сестру по плечу. – Я тоже люблю тебя. Поторопись, а не то упустишь самолет Джо.

– Прости меня, – пробормотала Кэра, выхватывая свой чемодан из рук слегка испуганного служителя, который как раз собрался его унести.

– Напиши мне! – крикнула Квинн ей вдогонку. – Дай знать обо всем, что случится!

Кэра, замешкавшись у выхода, обернулась и посмотрела на сестру. Они обменялись прощальными взглядами, потом лицо Кэры вдруг озарилось счастливой улыбкой, и она выбежала из дверей.

Джо был уже в самолете. Он как раз начал выруливать к одной из двух дорожек на взлетной полосе, когда краем глаза заметил какое-то движение.

– Джо! – крикнула Кэра, отчаянно махая ему рукой. – Подожди!

Он, прежде чем остановиться, развернул самолет и направил его в ее сторону. Кэра бросилась к распахнутой дверце и, добежав, встала, пытаясь отдышаться.

– Мне нужно вернуться в Сараджи. Вы довезете меня?

Симпатичное лицо Джо расплылось в улыбке.

– Уж будьте уверены! – Он спрыгнул вниз и взял у нее чемодан. Спустя мгновение Кэра уже сидела на пассажирском месте. – Готовы? – спросил Джо, усаживаясь за штурвал и застегивая на себе ремень. Она, взглянув на него, торопливо кивнула. – Тогда поехали.

Когда крохотный аэродром остался позади, Кэра устроилась поудобнее в своем кресле. Ею овладело удивительное спокойствие. У нее не осталось никаких сомнений, что она поступает правильно.

Конечно, Лукас вряд ли будет так же рад их встрече, как она. Но постепенно все переменится.

Все два часа полета Кэра провела, целиком погрузившись в свои мысли. Джо не делал попыток с ней заговорить. Он, казалось, интуитивно чувствовал, что не стоит ее трогать.

– Уже Сараджи, – сказал он только, когда они должны были приземлиться.

Кэра, выглянув в иллюминатор, увидела знакомый приземистый дом, над которым они, снижаясь, пролетали, и ощутила, как душа у нее переполняется радостью. И в этот момент она поняла, что он стал ей родным, со всеми его архитектурными причудами и прочими неожиданностями.

Когда самолет, совершив круг, пошел на посадку, ее сердце забилось так, что едва не выпрыгивало из груди. Она знала, что ее появление вызовет отпор, но была полна решимости бороться.

Никто не вышел их встретить. Кэра и Джо направились к дому. Джо внес ее чемодан на веранду и дружески подмигнул.

– Желаю удачи.

– Спасибо.

Кэра на минуту задержалась перед дверью, чтобы собраться с духом. Потом, глубоко вздохнув, приоткрыла ее и вошла в гостиную.

Крейг, оторвавшись от газеты, уставился на нее, как на привидение. Потом, отшвырнув газету в сторону, подскочил к Кэре и заключил ее в объятия.

– Я так и знал, что вы останетесь.

– В таком случае вы знали больше, чем я сама. – Она оглядела комнату. – Где Лукас?

– К сожалению, он уехал.

– Куда?

– Он появился пару часов назад, побросал вещи в машину и сказал, что вернется, когда сочтет нужным.

Кэра медленно опустилась в кресло.

– О, нет…

– Ничего, ничего. – Крейг похлопал ее по плечу. – Самое главное, что по возвращении его ждет невероятный сюрприз.

– Уверена, ему и без того неплохо, – сухо заметила Кэра.

– Если б вы видели, с каким лицом он уезжал, то не стали бы так говорить. – Крейг взглянул на часы. – Будете обедать? Мы уже ели, но наверняка удастся отыскать что-нибудь на кухне.

– Я не голодна, спасибо. Пожалуй, пойду немного пройдусь.

– Хорошо. Только попрошу вас быть поосторожнее, хотя бы до приезда Лукаса.

– Постараюсь.

– Имейте в виду, я говорю совершенно серьезно.

Кэра поднялась с кресла и направилась к двери.

– Да, Кэра, а как Квинн восприняла ваше бегство?

Кэра ответила не сразу:

– По-моему, с ней все хорошо.

– Так и будет.

– Надеюсь на это.

Кэра вышла на веранду и всей грудью вдохнула предвечерний воздух саванны, наполненный только одному ему присущим ароматом.

Она улыбнулась про себя. Ее не было здесь всего несколько часов, а казалось – миновали долгие месяцы.

Кто-то неслышно встал рядом с ней. Ощутив ногой теплое прикосновение, она опустила глаза и, увидев Софию, потрепала ее по голове.

– Привет, моя кисонька, видишь, я дома.

Гепард сошел со ступенек и направился к валунной гряде. Через несколько шагов он остановился и, обернувшись, посмотрел на Кэру, словно зовя ее за собой.

И Кэра пошла за ним.

Она легко взобралась на камни и села на знакомый выступ, собираясь полюбоваться закатом. София удобно расположилась рядом.

– Лукас, – прошептала Кэра, – вернись домой. Вернись домой, ко мне.

Лукас лежал на земле у костра, подложив руки под голову. Ночное небо мерцало мириадами звезд. Потрескивал огонь. Воздух полнился криками ночных животных.

На протяжении многих лет он бывал в саванне бессчетное число раз, обретая здесь утешение и душевный покой.

Но сегодня все было по-другому.

Еще никогда он не чувствовал себя таким одиноким.

Каким образом женщина, с которой он был знаком не так уж долго, смогла полностью изменить его привычный мир?

Как удалось Кэре настолько прочно утвердиться в его сердце, что он знал: она останется в нем навсегда?

И как ему прожить оставшуюся жизнь с мыслью, что Кэра существует где-то на земле, но без него?

Лукас тяжело вздохнул, и этот вздох вырвался словно из глубины его души.

Прежнего уже не будет.

До появления Кэры он жил только работой. Она занимала все его помыслы, поглощала все его внимание. Помимо нее его мало что волновало.

Но теперь жизнь словно распалась надвое: до Кэры и после.

И все, что не касалось Кэры, теряло свое значение.

Лукас ни на минуту не сомневался, что поступил правильно, вынудив ее уехать. Он слишком любил ее, чтобы позволить ей остаться.

Тогда почему было не уехать вместе с ней? Ответ напрашивался сам собою, стоило только оглядеться вокруг.

На свете есть вещи настолько важные, что принесенные ради них жертвы не в счет. Он должен употребить все силы, чтобы попытаться спасти окружающий мир. За годы, проведенные в Серенгети, ему посчастливилось добиться некоторых результатов, но как много еще предстоит сделать и как мало тех, кто способен действовать! Выживание целых видов животных зависит от того, удастся ли в течение ближайших двадцати лет сохранить в неприкосновенности девственную природу Африки хотя бы на ограниченных пространствах. Кто-то ведь должен быть ответственным за это…

Он любит Кэру, и до встречи с ней даже не представлял, что можно так любить.

Ему хотелось бы, чтобы все сложилось по-иному.

Но действительность такова, какова она есть.

Только потому, что он сам избрал эту жизнь, было бы жестокостью заставлять так жить Кэру.

И вот он здесь один, смотрит в ночное небо, страстно желая того, что могло бы быть, и безнадежно скорбя о том, чего не будет никогда.

Кэра сидела на камне, любуясь закатом, как делала это каждый вечер со дня своего возвращения, и София была рядом с ней.

Уже неделю она находилась в Сараджи, а Лукас все не возвращался. И поэтому Кэру не раз охватывало чувство тревоги.

Когда совсем стемнело, она спустилась с камня вниз и пошла к дому. Крейг сидел на веранде, раскачиваясь в плетеном кресле.

– Он должен бы уже вернуться, – проговорила Кэра, усаживаясь на верхнюю ступеньку крыльца и оглядывая равнину.

– Лукас вернется, когда покончит с делами.

– Его когда-нибудь не было так долго?

– Нет.

– И вас это не тревожит? Может, стоит послать отряд на поиски?

– Что пользы переживать? Он появится, когда освободится, и не раньше. – Крейг встал с кресла и приблизился к Кэре. – Сегодня был длинный день. Пора на боковую. – Он поцеловал Кэру в макушку. – Да и вам время ложиться.

– Сейчас пойду. Спокойной ночи.

– С ним все в порядке, Кэра.

Она кивнула.

Оставшись одна, Кэра вслушивалась в ночные звуки. Не раздастся ли рокот мотора или любой другой шум, который возвестил бы о появлении человека?..

Но ничего похожего не было слышно.

Она поднялась и направилась в комнату Лукаса. Ей пришло в голову переночевать там, чтобы не пропустить момента его приезда, если он вернется, когда она будет спать. София увязалась за ней и улеглась на коврике перед дверью.

Кэра сняла одежду и вместо пижамы натянула одну из рубашек Лукаса. Ей захотелось всей кожей ощутить вещь, принадлежащую ему.

Она легла на краю широкой двуспальной кровати, обхватила руками подушку и прижалась к ней щекой. Однако уснуть никак не удавалось. Если Лукас завтра не вернется, она не посмотрит на то, что говорит Крейг, и отправится его искать. Суди и Аджани ей помогут…

Спустя час, когда Лукас подъехал к дому на своем «рейнджровере», Кэра его уже не услышала.

Выйдя из машины, он прошел по веранде к своей комнате. В дверях мимо него прошмыгнула София.

– А ты еще тут зачем? – пробормотал Лукас.

Гепард исчез за углом.

Не зажигая света, Лукас швырнул панаму на комод и, не раздеваясь, лег на кровать. Через несколько секунд он понял, что находится в комнате не один: слышалось чье-то легкое дыхание.

Лукас протянул руку и включил настольную лампу. Рядом с ним, в ореоле рыжеватых локонов, спала Кэра.

Сердце у него замерло.

– Кэра, – прошептал он чуть слышно и, повернувшись на бок, коснулся ее щеки, едва веря своим глазам. – Кэра, проснись.

Ресницы ее дрогнули. Несколько мгновений ей понадобилось, чтобы осознать реальность происходящего, но, когда она окончательно очнулась ото сна, лицо ее озарилось такой безудержной радостью, что вопрос, готовый сорваться у Лукаса с языка, замер у него на губах.

– Ты здесь! – с восторгом воскликнула она и обвила его шею руками. – Тебя не было так долго!..

Он крепко стиснул ее в объятиях, погрузив лицо в копну рыжих волос. Их запах, казалось, проникал ему в самую душу.

Но постепенно Лукас овладел собою. Отпустив Кэру и опершись на локоть, он склонился над ней, всматриваясь в ее черты, словно проверяя, таковы ли они, какими он их помнил.

– Как ты тут очутилась? Тебе надо быть уже в Чикаго.

– Я передумала ехать.

– Да уж вижу. Но почему?

– Потому что я люблю тебя и могу быть только здесь.

Лукас убрал у нее со лба завитки волос.

– Но, Кэра, разве я не говорил, что все это не для тебя?..

Она посмотрела ему прямо в глаза.

– Я буду с тобой, где бы ты ни оказался. Как ты мог предположить, что я просто уеду и стану жить по-прежнему, так, будто нашей встречи и не было?.. Ты для меня всё в этом мире. И не пытайся убеждать себя, что не испытываешь никаких чувств по отношению ко мне. Я знаю лучше.

Лукас притянул ее к себе.

– Мне так хорошо чувствовать тебя рядом! – выдохнул он.

Кэра погрузила пальцы в его густые волосы и уткнулась лицом ему в грудь.

– Я люблю тебя, – прошептал он ей в самое ухо.

Она откинулась на подушку и испытующе посмотрела на него. В глазах у нее сверкали слезы.

– Это значит, что мне можно остаться?

Уголки его губ дрогнули.