Текст книги "«Шерхан» ложится на дно"

Автор книги: Борис Рябинин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)

Глава 17

После часовой беседы Смолянского с Либерманом последний несколько повеселел. Ему было твердо обещано, что, следуя указаниям адвоката, он, несомненно, избежит наказания, связанного с лишением свободы. Хотя со страховой компанией придется рассчитаться. Но тоже не сразу. Сам Смолянский брался вести его дело бесплатно. В заключение разговора Смолянский спросил:

– Вам придется некоторое время побыть в подполье. У вас есть, где остановиться?

– Найду, – подумав, ответил Либерман. – Есть у меня одна.., один приятель. Думаю – приютит.

– Сообщите, как вас можно будет разыскать в случае необходимости.

– Я вам перезвоню и оставлю свой телефон.

Но как долго мне придется скрываться?

– Это во многом, если не в основном, будет зависеть от нашего сыщика.

Смолянский посмотрел на Крылова.

– Я постараюсь управиться побыстрей, – твердо ответил тот.

После того как, распрощавшись, Либерман ушел в свое подполье, Крылов спросил Смолянского:

– А где Валентин?

– Здесь, в соседней комнате. Я не хотел, чтобы они встречались. Пока, во всяком случае.

– Разумно.

– Рад, что мне удалось заслужить ваше одобрение. Но давайте подведем итоги.

– Давайте.

– Показания Либермана значительно упрочат позиции Валентина…

– Но ведь Либерман может только засвидетельствовать участие милиционеров в краже его машины, а отнюдь не машины Котова.

– На самом деле это не столь важно. Наша задача – бросить тень на личности обоих милиционеров, а эта цель достигается и в этом случае. Как говорится – единожды солгав, кто тебе поверит? Тут скорее проблема в другом.

– В чем же?

– А в том, что, пока этот Сева на свободе, мы не можем вытащить Либермана из подполья, а пока Либерман в подполье, он не может полноценно включиться в процесс. А без этого я не могу осуществить явку Валентина с повинной.

– Что же делать?

– Попробуйте помочь уголовному розыску в поисках этого Севы. Кое-что вы о нем уже знаете.

– Боюсь, что начиная с сегодняшнего дня меня уголовка будет разыскивать интенсивнее, чем этого Севу, о существовании которого они даже и не подозревают, – уныло заметил Крылов.

– Ну, Сергей, придумайте что-нибудь, вы же хороший сыщик, – льстиво закончил Смолянский подведение итогов.

Ему очень не терпелось блеснуть, возможно на всю Россию, в суде присяжных своим ораторским искусством.

Вздохнув, он взял толстый фолиант и пошел перечитывать любимые места из подборки судебных речей адвоката Плевако.

* * *

Сев в машину и не заводя двигателя, Крылов попытался собраться с мыслями. По-хорошему, конечно, следовало обратиться к Иванову. Но все рассказывать ему пока нельзя: Смолянский еще не дал Лемешеву команду на явку с повинной. А частичный рассказ Иванова вряд ли устроит. Может еще хуже получиться. И Либермана можно подставить. Нет, от общения с Ивановым пока лучше воздержаться.

Нужно попробовать как-нибудь самому выйти на этого Севу.

Тут Крылову пришла в голову счастливая, как ему показалось, мысль. Если гора не идет к Магомету, то, может быть, Магомет пойдет к горе? Нельзя ли каким-либо образом привлечь внимание этого Севы к нему, к Сергею Крылову?

Заведя двигатель, он направился в редакцию одной из местных газет. По дороге он сочинил объявление, которое оставил для срочной публикации в этой, а также в трех других редакциях.

Это объявление гласило:

«Господину по имени Сева, не имеющему возможности носить обручальное кольцо на общепринятом месте и ставшему невольным свидетелем начала неприятного инцидента, происшедшего десятого июня, в то время как он проезжал мимо на автомобиле „ВАЗ-21099“ вишневого цвета в обществе ее хозяина, просят позвонить по тел. (далее следовал номер телефона „Шерхана“) частному лицу, заинтересованному в доказательстве его непричастности к исходу данного инцидента».

Особенно надеяться на то, что Сева клюнет и как-то откликнется на эту наживку, не приходилось, но попытаться стоило. Вполне возможно, что запаниковавшие бандиты каким-то образом проколятся, пытаясь получить по указанному телефону столь необходимую в их сложном положении информацию.

Заручившись в редакциях обещанием опубликовать объявление в завтрашнем номере, Крылов решил, что на сегодня он потрудился вполне достаточно, и отправился домой.

Утром, собираясь на работу, Крылов с грустью обнаружил, что правое переднее колесо житковской «шестерки», которую он почти уже привык считать своей, было спущено. Дополнительный драматизм ситуации придавало то обстоятельство, что три дня тому назад с ним уже случилось нечто подобное, и тогда он поставил запаску. Отремонтировать проколотое колесо он, естественно, забыл.

К счастью, удалось одолжить запаску у соседа. Но только на полчаса. Пришлось срочно ехать на станцию техобслуживания, ремонтировать два колеса и возвращаться домой.

В контору, таким образом, он попал только к половине двенадцатого.

В вестибюле здания, где располагалась контора «Шерхана», у парнишки-лоточника Крылов приобрел все газеты, редакции которых посетил вчера вечером, и с удовольствием, не отходя от лотка, прочитал свой опус, представлявший собой уникальный пример использования эзопова языка в газетных объявлениях.

У лоточника не оказалось сдачи, но Крылов не стал ждать, сказав, что заберет ее, когда пойдет назад.

В конторе, еще раз прочитав каждый экземпляр по два раза, он решил, что, несомненно, зарывает в землю огромный писательский талант. Но сумел успокоиться тем, что обещал сам себе в самое ближайшее время начать работу над личными мемуарами.

После этого он решил прослушать автоответчик. В контору ворвался громоподобный голос капитана Иванова:

– Ах ты, хренов сыщик! Я, конечно, понимаю, что зря сейчас надрываюсь, потому что даже у такого идиота, как ты, не хватит наглости припереться в контору. Иначе я бы выслал за тобой туда наряд милиции, который не обнаружил тебя дома, и тебя приволокли бы наконец ко мне в наручниках. Но я надеюсь, что когда-нибудь, через много-много лет, когда тебя выпустят из тюрьмы, которая по тебе плачет сейчас горючими слезами, твои состарившиеся друзья дадут все-таки послушать тебе эту пленку. Сейчас передо мной лежит газета с твоим идиотским объявлением. И теперь я понимаю наконец, какой ты негодяй. И зачем вдруг понадобились старику Лемешеву лыжные палки. Ты с самого начала сунул свой длинный нос в это убийство, и скоро я тебе его прищемлю. Ты сделал еще большую глупость, удрав с места убийства твоего клиента Котова. И скоро я узнаю, зачем ты это сделал. Если у тебя все-таки хватит наглости и глупости заявиться в контору, то выслушай внимательно мой совет, который я делаю в непонятном мне самому припадке слюнявого гуманизма и гнилого альтруизма: сломя голову беги к ближайшему постовому милиционеру и слезно проси его надеть на тебя наручники и отвести в отделение. Потому что те сотрудники милиции, которые, как, например, я, имеют сомнительное удовольствие знать тебя в лицо, откроют огонь без всякого предупреждения, как только увидят на горизонте твою наглую борода, тую физиономию. До скорой и радостной встречи!

– Правильно я все-таки сделал, что не обратился к нему за помощью, – вслух похвалил себя Крылов, выслушав эту если не самую эмоциональную, то уж наверняка самую длинную речь в жизни капитана Иванова. – Такое впечатление, что он на меня за что-то сердится.

– Что вы сказали? – внезапно услышал он мелодичный, низкий, очень чувственный женский голос.

Глава 18

Подняв глаза, Крылов увидел, что в полуоткрытую дверь конторы просунулась очаровательная белокурая женская головка с широко открытыми, по-видимому от удивления, васильковыми глазами.

– Простите? – удивленно воскликнул он.

– Это вы меня простите, – смущенно улыбнулась головка, обнаружив при этом, что за пухлыми, аккуратно накрашенными не слишком яркой помадой губами скрывался полный комплект жемчужно-белых зубов безупречной формы. – Я постучала, но никто не ответил. Я еще раз постучала, и мне показалось, что это вы мне…

– Да-да, входите, пожалуйста, – с энтузиазмом воскликнул Крылов.

Дверь плавно отворилась и впустила в помещение конторы «Шерхана» все то, что венчала описанная выше головка. И это, несомненно, было одним из самых великолепных экземпляров нерукотворного произведения искусства, именуемого женским телом. Во-первых, что всегда особенно привлекало Крылова, его было много – девушка была довольно крупная; во-вторых (чего никак не могло скрыть коротенькое, больше похожее на длинную майку с бретельками, сиреневое платье), его пропорции идеально удовлетворяли тем требованиям, которые он сформулировал для претенденток на должность секретарши фирмы «Шерхан».

– Проходите, присаживайтесь, пожалуйста, – вскочив со стула, стал он энергично приглашать неожиданную гостью.

– Я не знаю, может быть, я обратилась не туда.., это ведь частное розыскное бюро «Шерхан»? – Ее изумительного цвета глаза вопросительно остановились на Крылове.

– Да, вы совершенно правильно обратились, это именно «Шерхан».

– Как удачно, что я встретила здесь именно вас, – девушка кокетливо и смущенно улыбнулась, – я такая непрактичная, вечно попадаю не туда, куда нужно. Все на меня за это ужасно сердятся, говорят, что я попусту отрываю их от дела. Меня это всегда так смущает.., но вы такой симпатичный.., я надеюсь.., я думаю, что вы не станете на меня сердиться…

– Да что вы! – совершенно искренне возмутился Крылов. – Разве на вас можно сердиться?

Девушка смущенно опустила глаза и прижала к великолепной по форме груди маленькую сиреневую, в тон платью и босоножкам на высоких каблуках, сумочку на длинном тонком ремешке.

– Садитесь же, прошу вас, – еще раз предложил Крылов.

– Спасибо.

Она села на предложенный стул и непринужденно закинула ногу на ногу, мимолетно сверкнув перед глазами Крылова последней, не описанной еще микроскопической частью своего туалета, которая тоже, естественно, оказалась сиреневой.

– А почему же вы не присядете? – робко спросила она увлеченного этим зрелищем Крылова.

– Пардон, – очнулся он, хлопнув себя по лбу ладонью и усаживаясь прямо напротив, – забыл.

– Меня зовут Светланой, а вас?

– Сергей Крылов.

Он опять вскочил со стула, испытывая неодолимое желание щелкнуть каблуками наподобие поручика Ржевского. Не имея возможности сделать этого ввиду полного отсутствия таковых – он был обут в летние туфли с открытой пяткой, – сконфуженно сел на место.

– Какой счастливый случай привел вас в это скромное служебное помещение? – игриво поинтересовался он.

И позорно попал впросак. Ее васильковые глаза потемнели и наполнились слезами, уголки рта задергались, а рука потянулась в сумочку за сиреневым кружевным платочком.

– У меня большое несчастье, – всхлипнула она и приложила платочек к глазам.

– Что случилось?

– Пропала Мими, – сквозь слезы простонала она.

– Простите, кто пропал?

– Мими! – в отчаянии выкрикнула она и разрыдалась.

– Это ваша родственница? – растерянно уточнил Крылов.

Она отрицательно покачала головой. Всхлипывания, доносившиеся из-под платочка, усилились.

– Выпейте воды, – воскликнул Крылов, хватая графин.

Увы, сосуд был пуст.

– Я сейчас, – крикнул Крылов, выбегая с графином из помещения.

Ближайший источник водоснабжения находился в конце коридора, в туалете. Крылов вихрем промчался туда и обратно. К тому времени, когда он вернулся, в кабинете ничего не изменилось. Расплескивая воду по полу, он торопливо наполнил стакан и протянул его посетительнице:

– Вот, выпейте, пожалуйста.

Она взяла стакан и молча поблагодарила Крылова смущенной заплаканной улыбкой. С трудом сделав несколько глотков, она восстановила способность говорить и вернула ему стакан, сдавленно прошептав:

– Спасибо, Сергей.

Остаток воды он допил сам.

– Светлана, – обстоятельно начал он, – давайте с самого начала. Кто пропал, когда это случилось, при каких обстоятельствах. В общем все, что вы об этом знаете. Хорошо?

Она с готовностью кивнула, но все еще подергивающиеся уголки рта свидетельствовали о том, что кризис еще не миновал. Крылов решил помочь ей:

– Насколько я понял, вы сказали – Мими.

Верно?

Она утвердительно кивнула головой.

– Это что? Фамилия? Имя? Прозвище?

На все эти предположения следовало отрицательное покачивание белокурой головки.

– Тогда что же это?

– Это моя собачка, – наконец сумела она выговорить страшную правду.

– А-а! Значит, это собачья кличка такая, Мими?

– Да.

Крылов озадаченно почесал в затылке. Собак ему сейчас только и не хватало.

– Понимаете, Светлана, собаки – это.., как бы вам сказать.., это.., не наш профиль…

Платочек опять проследовал к глазам, всхлипывания возобновились. Крылов испугался.

– Нет, нет, Света! Я не хочу сказать.., то есть я хочу сказать, что я, конечно, попробую, но.., я не знаю, что получится…

– Сергей, я вас умоляю! Найдите Мими!

Я уверена, что вы сможете. Вы такой сильный и добрый…

Крылов приосанился, сидя на стуле, и пожалел, что здесь нет шефа. Убедился бы лишний раз в том, что он умеет, как никто другой, производить хорошее впечатление на клиентов.

– Ну хорошо. Я попробую. Но вы должны мне помочь.

– Я буду делать все, что вы скажете, – охотно согласилась Светлана.

– Давайте сначала. Когда она пропала?

– Сегодня утром, часов в девять. Во время прогулки.

– Где вы гуляли?

– Недалеко от нашего дома.

– А где вы живете?

– У нас с отцом дом в Поливановке.

– А-а, – с пониманием протянул Крылов.

В Поливановке находился район застройки, который облюбовали для себя наиболее состоятельные граждане города Желтогорска.

– А кто ваш отец, если не секрет?

– Он бизнесмен, – незатейливо ответила Светлана, – чем-то торгует. Чем точно – я не знаю.

– Понятно.

– Его часто не бывает дома.

– А сейчас?

– Тоже нет. Позавчера он уехал в Данию недели на две-три.

– Значит, вы остались одна?

– Теперь – одна.

Ее губы опять задрожали, платочек был оперативно приведен в состояние повышенной готовности.

– Ну-ну, не надо плакать. Будем искать вашу Мими. Так, говорите, вы с ней гуляли?

– Да, как обычно. Она убегала, прибегала.

Я сидела на лавочке, читала, а потом…

– Что потом?

– Она не вернулась…

– Вы ее звали?

– Очень долго. Везде ходила, звала… Потом пошла домой, ждала ее там.., но, увы…

Крылов опять задумался. Ему пришло в голову, что сидеть в конторе при данных обстоятельствах просто глупо. Чего доброго, этот неуравновешенный капитан Иванов и правда пришлет сюда своих держиморд. Единственная видимая причина, по которой следовало здесь находиться, это – объявление в газетах. Не зря же, в самом деле, он его давал? Но, во-первых, положа руку на сердце, он мало верил в успех этого предприятия, а во-вторых, существует автоответчик. Если Сева решит с ним связаться, то оставит какую-нибудь весточку. А он будет время от времени сюда наведываться и проверять, что появилось новенького. Вряд ли Иванов оставит здесь постоянную засаду. Если бы он имел подобные намерения, то оставил бы засаду с утра пораньше. А вот по дороге заскочить вполне может.

– Я думаю, Света, нам необходимо срочно осмотреть место происшествия, – решительно заявил он терпеливо ждавшей его решения посетительнице.

– Конечно, я тоже так думаю.

Она вскочила на ноги. Крылов тоже встал.

– Тогда поехали, Света, – он взял со стола ключи от машины.

– Вы на чем собираетесь к нам ехать?

– На машине.

Он покрутил перед ней на пальце ключи.

– Может быть, лучше – на моей?

Она тоже предъявила вытащенные из сумочки ключи на фирменном брелке «Тойоты».

Крылов был несколько озадачен.

– А как я назад доберусь?

– Я вас с удовольствием отвезу туда, куда вы пожелаете.

– Возможно, мне придется много ездить по городу. Посетить собачников, может быть – давать объявления в газетах, еще что-нибудь…

– Я вас буду возить. Папа недавно купил мне новую машину, и мне еще не надоело на ней кататься. Потом, на улице – жара. В моей машине есть кондиционер, а в вашей «шестерке» – вряд ли.

– Это верно, – вынужден был согласиться Крылов.

Он положил ключи туда, где они обычно лежали, в ящик стола Житкова, и повернулся к выходу, где его уже ждала очаровательная спутница.

* * *

Проходя по вестибюлю рядом со Светой, Крылов не без самодовольства ловил на себе завистливые взгляды встречных мужчин.

– Эй, господин-товарищ! – услышал он окрик паренька-лоточника.

Оглянувшись, Сергей увидел, что тот знаками усиленно подзывает его к себе.

– Идите, Света, я вас сейчас догоню, – сказал он и свернул к газетному лотку.

– Чего тебе? – спросил он у паренька.

– Сдачу возьмите, – сказал тот и, скабрезно улыбнувшись, добавил, доверительно понизив голос:

– Классная телка у вас, ничего не скажешь.

– Но-но, – забирая деньги, строго осадил его Крылов, польщенный в глубине души, – попрошу без фамильярностей. В школе учишься?

– Да, в десятый перешел, – струхнул лоточник.

– Как учишься-то?

– На тройки, – честно признался тот.

– Вот и нечего без толку таращиться, а то глаза выскочат. Имей в виду: такие женщины спят только с отличниками.

Глава 19

Шикарная спортивная «Тойота» была припаркована прямо напротив входа в здание на противоположной стороне улицы. Что более всего поразило воображение Крылова, так это то, что она была сиреневого цвета.

«Интересно, она платье подбирала под цвет машины или наоборот?» – подумал он, усаживаясь на роскошное кожаное сиденье.

Сила, с которой он был вдавлен в кресло при разгоне, показала, что количество лошадиных сил под капотом «Тойоты» значительно превышает пределы разумной достаточности. Это был тот самый случай, когда автомобиль был не средством передвижения, а вопиющей роскошью.

Средством передвижения была его «шестерка».

Подумав это, он почувствовал какой-то дискомфорт. Что-то произошло сегодня, связанное с его машиной, чего произойти вроде бы не должно было.

– Как я полагаю, ваша Мими – сучка? – спросил он, чтобы поддержать светскую беседу.

В машине с плотно закрытыми затемненными стеклами было действительно прохладно.

– Девочка, – несколько обиженно ответила Светлана, беспардонно подрезая черную «Волгу».

– Что вы сказали? – переспросил Крылов, ошеломленный смелостью этого маневра.

– Я про Мими говорю, что она – девочка, – пояснила Светлана, сняв правую руку с руля и доставая из «бардачка» пачку сигарет.

При этом ее и без того короткая юбка задралась еще выше. Внимательно наблюдавший за этой сценой Крылов окончательно утерял нить беседы.

– Вы хотите сказать, что ваша сучка – девочка? – стараясь придерживаться светского тона, спросил он.

Света, ничего не ответив, с удивлением посмотрела на него. Озадаченный ее молчанием, он внезапно осознал двусмысленность своего вопроса и очень смутился.

– Простите, я не это имел в виду.

– А что? – холодно поинтересовалась она, доставая сигарету из пачки.

В самом деле, что? Он забыл, с чего, собственно, начал эту беседу.

– Вы не дадите мне прикурить?

Ее то ли упрек, то ли вопрос окончательно выбил его из колеи. Он стал лихорадочно искать по карманам зажигалку. Нашел и дал ей прикурить. Они опять замолчали.

– Какой она породы – ваша Мими?

Он решил поговорить на более нейтральную тему, оставив половой вопрос в покое.

– Болонка, – коротко ответила Света.

– Какой масти?

– Светленькая.

– Как вы? – попытался он пошутить.

– Светлее.

Она слегка улыбнулась.

– Особые приметы?

– Красный бантик на голове.

Ему пришло в голову, что она отвечает на его вопросы как-то рассеянно. Словно она в какой-то мере утратила интерес к поискам этой чертовой собаки. Странно, не из-за его же неудачного вопроса?

– Ну вот, мы почти приехали, – сказала Светлана, сворачивая с шоссе на узкую асфальтовую дорожку, ведущую к высоким кованым воротам. Выходить из машины не пришлось; она нажала кнопочку на пульте, и ворота медленно открылись.

– Может быть, сразу пойдем на то место, где вы ее потеряли? – предложил Крылов.

– Сначала давайте зайдем в дом.

– Зачем?

– Я вам покажу ее фотографию. Заодно можете выпить чего-нибудь холодненького.

Выйдя из прохладного салона машины на жару и солнцепек, они поднялись на крыльцо.

Достав из сумочки ключи, она отперла дверь и впустила Крылова в полумрак здания.

Он вошел, ощущая смутное, но все усиливающееся беспокойство.

Ключи, что-то связанное с ключами. Да! Действительно, ключи!

Он внезапно понял, что его смущало. Показывая ему свои ключи, она сказала, что в ее машине есть кондиционер, а в его «шестерке» он скорее всего отсутствует. Откуда она узнала, что он ездит на «шестерке»? По ключам это определить невозможно. Значит, она что-то о нем уже знала? И это при ее, как она выразилась, непрактичности? Что-то здесь не клеится. Кажется, он попал в ловушку.