355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Богумил Ржига » О самолетике 'Стриже' » Текст книги (страница 3)
О самолетике 'Стриже'
  • Текст добавлен: 22 сентября 2016, 03:13

Текст книги "О самолетике 'Стриже'"


Автор книги: Богумил Ржига



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

"Хорошо будет, – думал Войта, – если я вернусь на аэродром и покатаю Пепика или Анежку". И Войта быстро поднялся в воздух.

Минутку покачавшись на воздушных волнах, "Стриж" стрелой полетел на аэродром. Перелетел поле, большой ангар, миновал спящего дедушку Козелку и сел неподалёку от Анежки и Пепика Сламы.

– Посмотри, – сказал Пепик Анежке, – он уже здесь!

– А где Коциянек? – сразу же спросила Анежка Войту. – Ты его где-то потерял.

– Да нет! – ответил Войта и вылез из самолётика. – Коциянек уже дома. Я высадил его у нашего дома. Кто теперь полетит со мной?

– Пепик! – закричала Анежка.

Ей очень хотелось полететь, но всё-таки это удовольствие она оттягивала. Однако и Пепику лезть в самолётик не хотелось. Он посмотрел на небо и, подумав, что скоро он может оказаться где-нибудь под облаками, почувствовал, что ему становится плохо. Лучше уж он поедет на велосипеде. По крайней мере, всё время по земле.

– Пепик? Какой Пепик? – спросил он вслух.

– Да ты. Кто же иной? – воскликнула Анежка и засмеялась. – Я-то ведь не Пепик.

– Это я и без тебя знаю! – набросился на неё Пепик. Делать было нечего, и он стал проверять, все ли пуговицы застёгнуты на его куртке. Всё было в порядке. Все они были на своих местах, в своих петельках.

– Ну иди, иди, пока дедушка не проснулся, – звал Войта. – Я же тебе обещал!

Пепик медленно побрёл к самолётику и тихонько вздохнул. Он вспомнил о матери. Как бы она причитала, если бы знала, что он, её Пепичек, поднимется сейчас в воздух! "И всё это потому, что я дружу с Войтой, – подумал Пепик. Мне уже из-за него попадало, когда мы учились кататься на велосипеде. А теперь я ещё должен лететь куда-то под облака! Ну, да ладно, – решил наконец он. Если что-нибудь случится, авось выпорют не меня одного. Войте достанется тоже!" И Пепик влез в самолётик, прижавшись к креслу Войты.

– Закрой дверь! – сказал Войта и включил мотор.

– Нет, – ответил Пепик, – пусть останется открытой, вдруг мне захочется обратно!

– Ты что, с ума сошёл? – ужаснулся Войта. Долго он раздумывать не стал, наклонился и захлопнул дверки кабины сам. Мотор, как полагается, разогрелся. Пропеллеры стали рассекать воздух, и самолётик задрожал.

Пепик весь побелел. Белыми стали не только его щёки, но даже и лоб. И он задрожал тоже. Пожалуй, даже ещё больше, чем самолётик. И не только задрожал, но и вспотел от страха. А руками прямо вцепился в спинку кресла Войты.

"Стриж" поднимался в воздух. Под ним уже не было твёрдой земли, а только лёгкие воздушные перинки облаков. Самолётик тихонько раскачивался.

– Подожди, – крикнул Пепик, – я хочу вниз! Войта только усмехнулся, а "Стриж" стал набирать высоту. "Пепик привыкнет, – думал Войта, – ведь мы только ещё оторвались от земли. Заберёмся-ка повыше! "Стриж" – не какой-нибудь воробей, чтобы летать у самой земли!"

– Мне плохо! – крикнул снова Пепик и бросился к дверям.

Он хотел во что бы то ни стало вылезть. На лбу у него выступили капельки пота, руки и ноги тряслись.

– Давай обратно! – останавливал его Войта. Но Пепик всё-таки открыл дверь, быстро выскользнул и по железной перекладине соскользнул к колесикам шасси.

– Пепик, что ты делаешь? – оцепенел Войта. Он испугался, что с Пепиком что-нибудь случится. Но страх его был напрасен. Пепик крепко держался за железную перекладину. Он, собственно, вклинился между этой перекладиной и колесом шасси. Только теперь он посмотрел вниз. И сразу же понял, что соскочить, конечно, невозможно. Они забрались куда выше заводских труб. Пепик держался теперь за колесо "Стрижа" ещё крепче. Решил ни за что на свете не отпускать его. Он даже перестал чувствовать тошноту. Свежий воздух струился вокруг его лица, и скоро Пепик окончательно опомнился.

Но Войте полёты с Пепиком на шасси не нравились. Он стал спускаться. И вот самолётик уже сидел на аэродроме.

– Пепик, почему ты летаешь на шасси? – кричала поражённая Анежка.

– Мне так нравится, – ответил Пепик и, не теряя чувства собственного достоинства, слез. – Я теперь буду летать только так.

– Только не со мной, – заметил Войта, который вылез тоже. – Мне не понравилось ни капельки.

На дороге, приблизительно в получасе ходьбы, появился человек. Он был ещё еле заметен, но Войта его всё-таки увидел.

– Посмотрите-ка, – крикнул он, – это наверняка пилот Гейдук!

Все трое сразу же вскочили и помчались к ангару. Пепик на этот раз постарался не быть последним. Ему удалось обогнать Анежку. Они опять бежали гуськом. Только Коциянка на этот раз с ними не было. Но наверняка он в это время лаял где-нибудь дома на дворе и о полётах, вероятно, совсем забыл.

Не медля ни минуты, дети взяли кастрюльку, стоявшую у ног деда Козелки, который всё ещё спал, промчались мимо объявления, гласившего, что "посторонним вход воспрещён!", и поспешили подняться на холм.

– На "Стриже" мы добрались бы быстрее, – заметил Войта.

– Ладно, ладно! – ворчал Пепик. – Ты лучше при мне о нём и не вспоминай.

– А меня вы так и не покатали! – упрекала Анежка. Когда дети вернулись домой, больше всех обрадовался Коциянек. Он бегал вокруг них и весело лаял. Мать послала Войту с Анежкой за травой для кроликов, и Коциянек пошёл с ними.

Дома мать оглядела Пепика с ног до головы и сказала:

– Сыночек, тебе не плохо? Ты что-то бледный.

– Да нет, что ты!

– Ты не ездил на велосипеде?

– Не ездил.

– Как бы из твоей дружбы с этим хулиганом Войтой чего не вышло!

– А что может выйти? – спросил Пепик и при этом с ужасом подумал: а что, если бы мать видела его подвешенным к самолёту? Вот было бы крику!

"Я уже не такой хороший, как раньше", – вздохнул Пепик и побежал в сад, потому что заслышал лай Коциянка. Пёс звал его идти вместе с Войтой и Анежкой за травой.

И Пепик пошёл.

Рассказ пятнадцатый, как Войте приснился сон, будто он валит фабричную трубу и самолётик,, Стриж" падает в пруд

Ночью Войте снился сон о самолётике "Стриже". Войта сидел в самолётике и собирался лететь. Мотор уже гудел, а колесики шасси вот-вот должны были оторваться от земли.

Вдруг на аэродроме появился дед Козелка и помчался к самолету с палкой в руках. Вероятно, он хотел избить Войту. Но Войта только усмехнулся и нажал на рычажок. Пропеллеры завертелись, однако "Стриж" почему-то продолжал сидеть на земле. Войта испугался и нажал на рычажок ещё раз. Но даже и теперь "Стриж" не двинулся с места.

Войта уже видел через прозрачную стенку самолётика злое лицо деда Козелки. Губы его двигались. Дед явно ругался. А палка описывала в воздухе круги.

Войта понял, что дело плохо. Он весь сжался, как будто бы дедова палка уже обрушилась ему на спину. Но в это время подул сильный ветер, подхватил "Стрижа" и поднял его высоко в воздух. Дед Козелка остался внизу. Теперь он был похож на гнома. И толстая палка в его руках казалась уже прутиком.

– Дедушка, тебе теперь до нас не добраться! – ликовал Войта и направил самолётик подальше от аэродрома.

Но ветер словно разозлился на "Стрижа". Он подбрасывал его вверх, кидал вниз и потом снова вверх. Войта едва успевал смотреть на землю. Там качались крыши домов, улицы, сады и вдруг – о ужас! – "Стриж" наскочил па заводскую трубу. Кирпичи посыпались вниз, и она развалилась, будто карточный домик. Войта нагнулся и протянул руки. Он хотел было её поддержать, но где там! От трубы уже ничего не осталось. Войта отвернулся, закрыл глаза, ему страшно было посмотреть вниз. Но только он их открыл, как испугался снова. Теперь перед "Стрижом" была башня костёла. Красная крыша, над ней Медная луковица и наверху крест. И она тоже готова была рухнуть при встрече со "Стрижом".

"Сверни! Сверни!" – кричал Войта башне. От страха ему стало жарко.

И башня его послушалась. В последнюю минуту она наклонилась в сторону, и "Стриж" пролетел мимо неё. Войте стало легче. Он огляделся. Больше ни трубы, ни башни вокруг уже не было. "Стриж" миновал город. Ветер тоже унялся. Самолётик тихо жужжал и слегка покачивался в воздухе, как цветок колокольчика.

Теперь самолётик пролетел над прудом. Войта подумал, не спуститься ли ему вниз к воде. Он хотел посмотреть, как там плавают рыбы. Что они будут делать, когда увидят "Стрижа"?

"Стриж" летел в нескольких метрах над водой, и Войта глядел на воду. Когда же наконец он увидит карпа или щуку? Но рыбы сегодня словно вымерли. Они оставались где-то в самой глубине, а наверху волновалась одна вода.

Но подождите-ка! Что это здесь всё-таки плывёт? Войта спустился со "Стрижом" ещё ниже. На рыбу, кажется, не похоже! Косматая голова, длинные уши, мордочка вверх! Да это же собака! Коциянек!

У Войты даже заболело сердце, так он испугался за Коциянка! Как бы Коциянок не утонул! Войта не может оставить его в воде. Он должен его спасти. Но как?

Войта приоткрыл дверки кабины, и вот в его руках оказалась уже кошёлка на длинной верёвке. Он спустил кошёлку вниз и закричал:

"Коциянек! Коциянек! Лезь в кошёлку!"

Коциянек залаял. Это означало, что он Войту заметил и его приказание понял. Ведь не останется же он внизу в этой противной воде, раз Войта наверху!

Коциянек быстро забрался в кошёлку, и Войта услышал, как он заскулил от радости. Коциянек, не бойся, сейчас ты будешь в кабине!

Войта тащил кошёлку изо всех сил, но не мог её даже сдвинуть с места. Как будто бы в ней был не Коциянек, а медведь. У Войты уже гудели руки, и весь он покраснел. Тяжесть была так велика, что тянула Войту вместе со "Стрижом" вниз.

Войта испугался и начал просить:

"Коциянек, что ты делаешь? Ведь ты нас искупаешь!" Но было уже поздно. Самолётик упал в воду и булькнул, как большой камень. Брызги разлетелись во все стороны...

– Войта, Войта! Очнись! – будила мать сына. Он кричал во сне и размахивал руками, словно с кем-то дрался.

– Войта, открой глаза! Не бойся! Это тебе всё снится! – Мать трясла Войту так долго, пока он не пришёл в себя.

Он сел, протёр глаза и огляделся. Увидел сначала одеяло на постели, потом стул, на который он вчера повесил свои брюки, потом стол с клеёнкой и швейную машинку... За окном чернела тьма, а со двора доносился собачий лай.

– Кто это лает? – спросил Войта.

– Ну кто же? Коциянек, – ответила мать.

– Ага! – засмеялся Войта и снова положил голову на подушку.

Всё это ему только приснилось! Он лежит дома на постели, а Коциянек лает в своей конуре! И "Стриж" тоже наверняка спит теперь в ангаре па аэродроме!

Войта хотел было рассказать матери, как он испугался за Коциянка. И губы его, казалось, уже задвигались, но язык будто одеревенел. Глаза крепко закрылись – Войта снова уснул,

Рассказ шестнадцатый, в котором говорится о том, как дети идут с подарками к бабушке в деревню Кониклеце

У бабушки, жившей в соседней деревне Кониклеце, был день рождения. Ей исполнилось семьдесят лет! Мать испекла пирог, насыпала в мешочек маку и связала крылья одному молодому петушку. Всё это были подарки для бабушки. Войта с Анежкой должны были отнести их в Кониклеце. Пепик Слама захотел пойти с ними. Решили взять с собой и велосипед, чтобы по дороге можно было прокатиться. О своём желании пойти к бабушке заявил также и Коциянек. Он даже танцевал от радости и время от времени заглядывал в сумку, где лежал связанный петушок. Коциянку, по правде говоря, не хотелось, чтоб дети тащили с собой петушка. Он даже раздумывал, куда бы его укусить. За крылышко или за ногу?

Неподалёку от аэродрома дети встретили бабушку Козелкову, возвращавшуюся с чёрной кастрюлькой. Ноги у неё уже больше не болели, и она снова бегала с обедом, как перепёлка.

– Куда идёте? – спросила бабушка с любопытством и оглядела всех по очереди.

– Мы не идём. Мы едем на велосипеде, – сказал Войта и положил руку на руль, словно бы велосипед был его.

– Мы несём бабушке в Кониклеце пирог и мак... – сообщила Анежка, показывая на сумку.

– На одном велосипеде едете втроём? – удивилась бабушка Козелкова. – Да ещё с собакой?

– А мы по очереди. Каждый проедет немножко, а потом садится и ждёт, когда подойдут остальные. Только Коциянек идёт всё время пешком, он на велосипеде ещё не научился, – объяснял Войта и тут же хотел вскочить на велосипед, чтобы показать бабушке, как он умеет ездить.

Но Пепик его не пустил.

– Теперь моя очередь! – запротестовал он. От негодования Пепик даже весь покраснел. – И велосипед мой!

– Мне твоего велосипеда больше не надо. Поезжай на нём в Кониклеце сам, обиделся Войта.

Он взял сумку с петушком и побежал вперёд.

– Мальчики, перестаньте ссориться, – пыталась утихомирить их Анежка и поспешила за братом.

А бабушка Козелкова думала: "Какие пошли теперь дети! Пешком уже не хотят ходить, будто у них ног нет! Скоро, наверное, будут летать по воздуху, как воробьи!"

Ей, бедняжке, и в голову не приходило, что Войта уже летает на самолётике "Стриже". Правда, не как воробей. Но, скажем, как ворона. А этого, пожалуй, для обыкновенного мальчика вполне достаточно.

Войта бежал впереди со связанным петушком в руках, за ним – Коциянек, а за собакой – Анежка. Пепик остался позади. Он особо и не спешил, так как хорошо знал, что скоро их догонит. Ведь у него же велосипед, и он умеет на нём ездить!

Он приставил ладонь к губам и, как в рупор, закричал:

– Войта, кто будет в Кониклеце раньше? Войта остановился, замахал сумкой, так что петушку показалось, будто он едет на какой-то куриной карусели, и ответил:

– Не думай, что ты с твоим велосипедом!

– Он у тебя едет, как тачка, – присоединилась к брату Анежка.

Войта вспомнил о самолётике "Стриже" и заспешил прямо к аэродрому. Дед Козелка после обеда, наверное, спит, думал он, а пилот Гейдук обыкновенно в это время ходит на завод. Почему бы Войте и не слетать с Анежкой в Кониклеце? На самолёте они прилетят определённо раньше, чем Пепик приедет на своём велосипеде.

Войте с Анежкой повезло: на аэродроме на самом деле никого не было. "Стриж" стоял посреди поля, как бы ожидая Войту.

Не раздумывая ни секунды, Войта влез в кабину вместе со своей сумкой, в которой трепыхался связанный петушок. За ним втиснулась и Анежка. Она так быстро бежала за Войтой, что забыла о страхе. В одной руке у неё был узелок с пирогом, а в другой – мешочек с маком. Не хватало только Коциянка. Но этот хитрый пёс не хотел подойти к самолётику ни за что на свете. Войта его приманивал и так и эдак, Анежка его просила, оба его ругали, но Коциянек не шёл и не шёл. Он пристыженно прижал уши, убегая от детей, потом снова приблизился, но к самолёту всё-таки не подошёл. Вероятно, прошлый полёт остался у него в памяти!

– Ну, тогда беги к Пепику! – рассердился Войта на Коциянка.

– И поезжай с ним на велосипеде! – добавила Анежка, захлопывая двери кабинки.

Войта включил мотор, самолётик задрожал. Анежка побледнела, выпустила из рук пирог и мешочек с маком и схватилась за спинку кресла Войты. Мотор рычал всё сильнее, самолётик почти подпрыгивал. Наконец он оторвался и спокойно поплыл в разогретом воздухе.

Коциянек на аэродроме прильнул к траве и грустно смотрел вслед улетающим друзьям. Он теперь, видно, и сам был не рад, что испугался. Если бы этот самолёт хотя бы не рычал, как старый злой пёс!

Потом Коциянек быстро вскочил, поджал хвост и помчался догонять Пепика. Раз уж нет Войты, то хорош будет и Пепик. Коциянек любил, чтобы вокруг него обязательно были люди! Догнал он Пепика где-то уже у самой реки Орлице.

Пепик знал дорогу. Это было нетрудно. Дорога к бабушкиной деревне Кониклеце шла как раз по долине этой прекрасной реки.

Рассказ семнадцатый о происшествии, которое случилось с Войтой и Анежкой по дороге в Кониклеце, и о том, как их встретила бабушка

Самолётик "Стриж" быстро оказался над долиной. Войта расстегнул свою куртку и стал напевать песенку, – так приятно ему было лететь! Петушок в сумке, наверное, решил, что он снова попал в курятник, потому что вдруг перестал волноваться и уснул.

Анежка оправилась от испуга и стала смотреть через прозрачное брюшко самолётика вниз. Там петляла серо-голубая река с зарослями вербы на берегах. Неподалёку от неё бежала желтоватая дорога. По склонам долины чернел лес.

Анежке казалось, что и река, и дорога, и луг, и вся долина созданы для игр. Ведь всё было такое маленькое и хорошенькое.

– Ниже! – кричала она Войте на ухо. – Лети пониже!

Войта кивнул и стал спускаться вниз. Земля быстро приближалась. Уже можно было различить на деревьях каждый листок. Вода в реке волновалась, а по мели бродил аист.

Самолётик перестал спускаться и снова устремился ввысь. Анежка увидела на берегу реки рыболова в соломенной шляпе на голове. Ей показалось, что он спит, потому что он подпирал голову рукой. Услышав над собой самолёт, рыболов испугался, вскочил, и шляпа его упала в воду. Рыболов не обратил на это никакого внимания и кинулся в кусты. Наверное, он со сна подумал, что это прилетел какой-нибудь дракон из сказок.

Анежке это так понравилось, что она, начав смеяться, никак не могла остановиться. Даже слезы из глаз катились. Но самолётик плыл по воздуху всё дальше. Анежка увидела теперь высокий тополь со срубленной вершиной и на нём гнездо аиста. Она попросила Войту задержаться и подлететь поближе к гнезду. Она ещё никогда в жизни не видела сверху аистиного гнезда!

Войта стал медленно спускаться и остановился над самым гнездом. Мотор тихо гудел, но самолётик почти не двигался. Как будто бы его кто-то повесил над гнездом.

Анежка видела гнездо, широкое, как колесо от телеги. Оно было сплетено из веточек. Сидело в нём три аистёнка. Все они поднимали кверху свои клювы, словно ждали, что самолётик сбросит им какую-нибудь лягушку.

Вдруг прилетел старый аист. Он стал около гнезда, одним глазом поглядывал на самолётик, и стал зло стучать клювом. Потом он пригладил мокрые от росы перья на зобу, дал одному аистёнку клювом несколько подзатыльников и полетел посмотреть, что же всё-таки это за штука так противно гудит над гнездом.

Он подлетел совсем близко к "Стрижу". Шею он вытянул вперёд, а ноги тащились за ним, как две красные палки. Глаза его горели гневом. Войта на него почти не обратил внимания, а Анежка так перепугалась, что спряталась за кресло.

Авось там аист её не заметит. Однако, подлетев поближе к пропеллерам, аист сам испугался. От них веял такой ветер, что, казалось, начинается страшная гроза. Аист вернулся в своё гнездо, собрал в кучу всех аистят и стал ждать дождя.

Тем временем по дороге промелькнула тёмная тень, а за ней показалось что-то маленькое, на четырёх ногах. Анежка заметила и засуетилась:

– Пепик едет! Пепик едет! И Коциянек! – кричала она Войте. – Вдруг он нас обгонит и приедет в Кониклеце раньше нас!

Этого нельзя было допустить!

Самолётик снова разогнался и полетел уже, как настоящий стриж. Долина уезжала у детей из-под ног так быстро, что казалось, у неё были колесики. У Анежки не было времени смотреть на Пепика. Наверняка он, бедняга, остался где-нибудь позади, и Коциянек вместе с ним! Куда там, разве за "Стрижом" можно угнаться на обыкновенном велосипеде! Да и собачьих четырёх ног здесь недостаточно!

Самолётик летел над широким лугом. Гремел, как гроза, и всех пугал. На лугу пас коров незнакомый мальчишка. Коровы задрали хвосты и побежали к реке. Мальчишка испугался, сунул голову в копну сена и думал, что его никто не видит.

Анежка опять смеялась до упаду.

– Хорошо было бы всегда летать! – кричала она Войте на ухо.

– Сейчас уже прилетим. Вон уже виднеется Кониклеце, – отвечал Войта.

И действительно, они уже подлетали. Войта хорошо знал деревню и направился прямо к бабушкиному домику. Летел он теперь медленно. Над домом остановился и тихонько сел на бабушкин двор. Куры, конечно, разлетелись кто куда, гуси спрятались под навес, а бабушка? Та, бедняга, перепугалась до смерти. Она вышла на порог да так и осталась стоять, как статуя. Что за чудище село на её двор? Может, оно хочет унести бабушку вместе с её домом? И в довершение всех чудес из брюха этого странного зверя вдруг вывалились её внучата Анежка и Войта.

Бабушка не поверила своим глазам! Она даже не заметила, что в руках у Войты сумка с петушком, а у Анежки – узелок с пирогом и мешочек с маком. Наверняка в этот момент она совсем забыла, что ей сегодня исполнилось семьдесят лет.

– Дети! Мои дети! – воскликнула наконец бабушка и побежала к ним.

Она быстро схватила их за плечи и втолкнула в сени.

– Подождите здесь, а я сбегаю за народом! Она захлопнула за ними дверь, заперла её на ключ и выбежала на улицу.

– Люди добрые, кто где есть, пойдите-ка сюда побыстрее! – кричала бабушка. – Помогите! Пресвятая богородица, да что же это село-то у нас на дворе?

Но на улице никого не было, и из домов никто не выходил. Все ушли убирать пшеницу на кооперативном поле, и бабушка побежала туда.

Рассказ восемнадцатый, как Пепик Слама освободит Войту с Анежкой из бабушкиного домика и как "Стриж" улетит

Войта стучал в дверь, но дверь не открывалась. Ключ был в замке, да только с другой стороны. Анежка хотела в бабушкиной комнате открыть окно, но и из этого ничего не вышло. Окно, видимо, когда-то разваливалось, и бабушка прибила рамы гвоздями. Дети были как в тюрьме. И всё-таки Войта должен был вернуть "Стрижа" на аэродром раньше, чем пилот Гейдук или дедушка Козелка его хватятся! Войта также боялся, как бы кониклецкие жители не отняли у него самолётик! Но как же им с Анежкой всё-таки выбраться отсюда?

Вдруг открылись ворота, и во двор вбежал сначала Коциянек, а вслед за ним и Пепик. Коциянек высунул язык и размахивал хвостом. Было похоже, что он тоже прибежал поздравлять бабушку с праздником!

Пепик сразу же нахмурился, увидев самолётик на дворе. Всё-таки "Стриж" оказался быстрее, чем его велосипед! Он вытер пот, приставил велосипед к стене и направился к самолётику.

– Пепик! Пепичек! – звал его Войта. И он так стукнул по стеклу, что оно едва не разбилось. Анежка тоже рвалась к окну.

– Чего ты хочешь? – Пепик подошёл к окну и увидел распалённого Войту и побледневшую Анежку.

– Открой дверь!

– А зачем? – осторожно спросил Пепик.

– Бабушка нас здесь заперла! – закричала Анежка. Пепик посмотрел на ключ, минутку подумал, а потом сказал:

– Я за это не отвечаю. Бабушка вас и отопрёт.

– Но "Стрижа"-то мы ведь должны вернуть на аэродром! – негодовал Войта.

– Я полечу на "Стриже" сам! – заявил Пепик и стал застёгивать свою лёгонькую курточку.

– Пепик! Не смей! – грозил ему Войта.

– Ты разобьёшь самолёт! – сердилась Анежка.

– Я ещё даже велосипеда не разбил, – отвечал с достоинством Пепик, направляясь к "Стрижу".

– Но ты же не умеешь летать на самолёте! – визжала ему вслед Анежка.

– На велосипеде я тоже не умел, а теперь ведь умею, – ворчал Пепик себе под нос.

Он открыл дверь кабины, влез внутрь и сел на кресло.

– Да ты же боишься "Стрижа"! – кричал Войта так, что у него покраснело всё лицо.

Пепик это слышал, потому что двери кабины он, как всегда, за собой не закрыл.

– Боялся, а может, теперь и не боюсь! – гудел Пепик и медленно потянулся к рычажку управления.

Он стремительно его дёрнул и ждал, что "Стриж" сразу взлетит вверх. Для страховки он ещё раз взглянул на дверь, чтобы убедиться, действительно ли она открыта на случай, если ему вдруг снова станет плохо и он захочет сползти на колесо, как в прошлый раз.

Но "Стриж" вверх не поднялся. Он даже не тронулся с места.

Пепик попробовал другой рычажок. Но похоже было, что "Стриж" собрался на бабушкином дворе ночевать. Он не двинулся с места.

Пепик ещё немного помучился с непослушным самолётиком, но потом вылез и пошёл договариваться с Войтой.

– А ты возьмёшь меня с собой?

– Возьму, – кивнул головой Войта, едва не разбив стекло. – Только не теряй времени!

– А научишь летать?

– Научу. Всему тебя научу, – обещал Войта. Наконец Пепик открыл дверь, и дети выбежали. Коциянек залаял в знак приветствия, бросился им навстречу и лизнул Анежкину ногу. Войта вскочил в самолёт, Пепик втиснулся за ним. Но, прежде чем закрылись двери, Пепик всё же успел крикнуть Анежке:

– Привези велосипед в наш сад! И Коциянек пусть не путается у тебя под ногами.

– Я знаю, – ответила Анежка и отскочила подальше от самолётика, к самым дверям бабушкиного дома.

Пропеллеры завертелись, подул сильный ветер. Ветер рвал на Анежке фартук, а Коциянку трепал уши. Собаке это не нравилось, и поэтому она тихо выла у ног девочки.

Самолётик медленно поднимался вверх, словно взбирался по невидимой лестнице. Через минуту его уже не было видно, а ещё через минуту и не слышно.

Прошло ещё много времени, прежде чем появилась бабушка с толпой людей. Они приехали сюда на громоздкой телеге, на которой обыкновенно возят снопы. Тянула её пара гнедых лошадей.

– Ну, где это чудовище? – спрашивал бабушку высокий, здоровенный человек, почти как гора.

Это был председатель их кооператива, которого вызвала перепуганная насмерть "Стрижом" бабушка.

– Да здесь вот стояло... как раз посерёдке, – показывала бабушка, и руки у неё тряслись.

– А куда же оно девалось?

– Да это был самолётик "Стриж", – сказала чинно Анежка. – Но Войта уже улетел. Он боялся, как бы на аэродроме не хватились самолётика.

– Девочка моя! – воскликнула бабушка, которая заметила Анежку только сейчас. Она взяла её за плечи и поцеловала в лоб.

– Самолётик! Ну конечно, я сразу так и подумал! Что ещё могло пролететь? засмеялся председатель кооператива, и остальные засмеялись вместе с ним.

– Бабушка, мы тебе желаем в день твоего семидесятилетия много-много здоровья, а мама посылает тебе пирог... и мак... и петушка! – вспомнила Анежка и подала бабушке подарки.

– Дети мои, – растрогалась бабушка, – вы вспомнили о старой бабушке... пирог... мешочек маку... и петушка! Я сейчас дам ему напиться, сердечному!

– Бабушка, подождите, – остановил её председатель. – Мы тоже хотим вас поздравить. Желаем вам прожить в Кониклеце самое меньшее сто лет! Чтобы вы могли своими глазами увидеть, какие настоящие чудеса здесь ещё будут.

И все обступили бабушку и стали сердечно её поздравлять. Коциянек лаял на всех, новый бабушкин петушок кукарекал, только велосипед Пепика стоял у стены без движения.

О самолётике "Стриже" никто даже и не вспомнил.

Рассказ девятнадцатый, как Войта с Пепиком встретят по пути другого "Стрижа" и как этому удивятся

Самолётик "Стриж" с Войтой и Пепиком летел стремглав над долиной реки Орлице. Войта спешил на аэродром. Он ничего кругом не замечал, только придавал скорости. Зато Пепик смотрел во все стороны. Сегодня ему не было плохо, и поэтому Пепик видел всё: воз пшеницы, который тащили лошади, ребят, купающихся в реке, какую-то чужую бабушку, собирающую на опушке леса хворост.

– Это интереснее, чем на велосипеде! – крикнул он Войте в ухо.

– Вот видишь!

– Я тоже буду пилотом! – сказал вдруг Пепик. Войта будет летать под небесами, а Пепик должен ходить по земле? Ну нет, дудки! И сверху всё гораздо виднее! Конечно, он когда-нибудь и приземлится с самолётом, но только ненадолго!

– Пожалуйста, – ответил Войта.

Сегодня ему было безразлично, будет Пепик тоже пилотом или нет. Лишь бы быть со "Стрижом" на аэродроме раньше, чем его исчезновение кто-нибудь заметит.

– Войта, посмотри-ка! – крикнул вдруг Пепик и показал на маленький самолётик, летевший неподалёку от гнезда аиста.

Он был как две капли воды похож на "Стрижа". Войта сначала испугался, но потом успокоился.

– Да это же наш "Стриж"! – ответил он Пепику.

– Наш "Стриж"? – с недоверием переспросил Пепик. – А кто же в нём сидит?

– Ну, ты да я, – усмехнулся Войта.

– Не понимаю. Если мы сидим здесь, как же мы можем сидеть в другом "Стриже"?

– Да это нам только кажется, – спокойно и уверенно отвечал Войта. – Откуда здесь может взяться другой "Стриж", если на свете он всего лишь один?

Пепика это объяснение никак не удовлетворило. Но он притих и стал следить за новым "Стрижом". Самолётик быстро приблизился, и Пепик разглядел, что в нём сидит не Войта и даже не Пепик Слама, а какой-то взрослый мужчина. И этот мужчина к тому же им грозит!

– Войта! – испугался Пепик и снова показал приятелю на другого "Стрижа".

– Пилот Гейдук! – ахнул Войта. – Он сердится на нас! Мы должны скорее вернуться на аэродром.

И снова началось что-то страшное. "Стриж" так разогнался, что только ветер свистел у мальчиков в ушах. Долина Орлице убегала от них всё быстрее. Войте стало жарко от страха. Он думал, что, как только их самолётик приземлится на аэродроме, они с Пепиком выскочат и успеют убежать в деревню. Может быть, не придётся с пилотом Гейдуком даже и разговаривать!

Только этот другой "Стриж" за ними летел, как оса за шмелём. Никак не хотел от них отстать.

– Видишь, а ты говорил, что и в другом самолётике сидим мы с тобой, упрекал Войту Пепик. – А выходит, что там пилот Гейдук.

– Ты что говоришь под руку! – сердился Войта. Нет, не нужно было брать Пепика в самолёт. Теперь он его только задерживает!

Наконец Войта с Пепиком приземлились со "Стрижом" на самом конце аэродрома, довольно далеко от домика деда Козелки. Они чувствовали, что им сейчас здорово попадёт.

Другой "Стриж" сел совсем рядом с первым, и из кабины выскочил пилот Гейдук. Он страшно хмурился и сразу двинулся к обоим мальчикам.

– Кто вам разрешил лететь на "Стриже"? Он даже не походил сам на себя, так сердито и хмуро он смотрел.

– Мы его только взяли взаймы! – опустил голову Войта.

– Чтобы слетать к бабушке в Кониклеце, – объяснил Пепик, – на велосипеде это далеко, а пешком ещё дальше.

– А вы не подумали о том, что вы могли бы разбить самолёт? Это первая опытная машина! На заводе над ней работали два года! – Пилот Гейдук не переставал хмуриться. Даже голос у него был какой-то необычный.

– Войта летает почти как пилот, – ответил серьёзно Пепик.

Войта при этом подумал, что Пепик, собственно, не такой уж плохой товарищ и при желании, пожалуй, мог бы стать пилотом. Вместо одного пилота в их деревне было бы сразу два!

– А откуда взялся второй "Стриж"? – не удержался Войта.

Он всё время думал, что на свете всего лишь один такой самолётик, а вдруг неизвестно откуда на аэродроме оказалось два.

– Его только сегодня привезли с завода. Теперь в течение полугода мы испытаем по крайней мере штук десять. Знаете, сколько будет на аэродроме "Стрижей"! – сказал пилот уже более спокойно.

Сразу было видно, как радуется он новым самолётикам. Но потом он вспомнил, что натворили мальчики, и снова нахмурился.

– Забудьте о том, что вы летали на "Стриже"! – пригрозил он им. – А теперь идите домой, и чтоб я вас больше не видел! Дедушке Козелке я совсем запрещу пускать вас! Для того чтоб летать, у вас времени ещё хватит.

Войта и Пепик грустно посмотрели на оба маленьких самолёта, опустили головы и пошли.

Все говорили им, что у них ещё на всё хватит времени но мальчики этого не признавали. Они хотели летать на самолётике "Стриже" прямо завтра!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю