Текст книги "Когда она ушла (ЛП)"

Автор книги: Блейк Пирс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 17

Завернув на парковку у вытянутого здания с плоской крышей, Райли выругалась себе под нос. Около здания уже стояло трое человек в куртках с надписью ФБР среди нескольких местных полицейских.

– Это плохо, – сказала Райли. – Жаль, что мы не добрались сюда прежде, чем эта толпа.

– Это верно, – согласился Билл.

Им рассказали, что из этой провинциальной поликлиники сегодня рано утром похитили женщину.

– По крайней мере, в этот раз мы узнали об этом раньше, – сказал Билл. – Возможно, у нас есть шанс вернуть её живой.

Райли молча кивнула. В предыдущих случаях никто не знал, когда или где была похищена жертва. Женщина просто исчезала, а через какое-то время оказывалась мёртвой в окружении зашифрованных знаков, отражающих философию убийцы.

«Возможно, в этот раз всё будет иначе», – подумала она.

Её порадовало, что в этот раз у них даже есть свидетели, которые и позвонили в 911. Местная полиция была предупреждена об угрозе в лице похитителя и убийцы, поэтому они вызвали ФБР. Все были уверены, что это орудует всё тот же маньяк.

– Он всё ещё нас опережает, – сказала Райли. – Если это действительно он, то я не ожидала, что он будет похищать кого-то из такого места.

Ей казалось более вероятным, чтобы убийца прокрался на закрытую стоянку или подкараулил свою жертву на уединённой алее в парке во время пробежки. Возможно, даже в плохо освещённом районе.

– Почему в бесплатной больнице? – спросила она. – Да ещё при свете дня? Почему он решил рискнуть пробраться в здание?

– Это точно не случайно, – согласился Билл. – Надо выяснить.

Райли припарковалась так близко к отгороженному защитной лентой участку, как только смогла. Выбравшись из машины, они с Биллом увидели старшего специального агента Карла Волдера.

– Это очень плохо, – пробормотала Райли Биллу, пока они шли к зданию.

Райли была невысокого мнения о Волдере – мужчине с детским веснушчатым лицом и кудрявыми рыжими волосами. Ни Райли, ни Билл не работали с ним лично, но у него была плохая репутация. Другие агенты говорили, что он относится к наихудшему типу боссов – тому, кто не понимает, что делает, но от этого только ещё больше любит раздавать указания и давить авторитетом.

Ещё хуже для Райли с Биллом было то, что Волдер по рангу превосходил их собственного начальника – Брента Мередита. Она не знала, сколько лет Волдеру, но была уверена, что он вскарабкался вверх по служебной лестнице ФБР слишком быстро, что пошла во вред как ему, так и всем остальным.

По мнению Райли, это был классический пример работы принципа продвижения посредственностей – принципа Питера: Волдер успешно поднялся до уровня своей некомпетентности.

Волдер сделал шаг вперёд, чтобы поприветствовать Райли и Билла.

– Агент Пейдж и Джеффрис, рад, что вы смогли добраться, – сказал он.

Без лишних любезностей Райли перешла к делу и задала Волдеру мучивший её вопрос:

– Почему вы решили, что это тот же преступник, который похитил тех трёх женщин?

– Вот почему, – сказал Волдер, вытаскивая прозрачный пакет, в котором лежала дешёвая искусственная роза. – Она лежала на полу прямо возле входа.

– Чёрт, – сказала Райли.

Бюро достаточно тщательно позаботилось о том, чтобы эта деталь его почерка – оставлять розы рядом с телом – не просочилась в прессу. Это не был подражатель, не был и новый убийца.

– Кто на этот раз? – спросил Билл.

– Её зовут Синди Маккиннон, – сказал Волдер. – Она медсестра. Её похитили, когда она пришла сюда рано утром открывать клинику.

Волдер указал на двух других агентов – молодую девушку и ещё более молодого парня.

– Возможно, вы уже знакомы с агентами Крейгом Хуангом и Эмили Крейтон. Они помогут вам в расследовании.

Билл внятно проворчал:

– Какого…

Райли ткнула его в ребро, чтобы заставить замолчать.

– Хуанга и Крейтон уже ввели в курс дела, – добавил Волдер. – Они знают об убийствах столько же, сколько и вы.

Райли молча кипела от негодования. Ей хотелось сказать Волдеру, что нет, Хуанг и Крейтон не знают столько же, сколько она. И даже не столько же, сколько Билл. Они просто не могут знать столько же, ведь они не провели столько же времени на сценах преступления, не потратили бесчисленные часы в размышлениях над уликами. В них не наблюдалось и малой доли тех профессиональных усилий, которые они с Биллом уже вложили в это дело. И она была уверена, что никто из этих малолеток никогда не пытался примерить на себя разум убийцы, чтобы понять, что тот испытывает.

Райли глубоко вдохнула, чтобы заглушить свою ярость.

– Со всем уважением, сэр, – сказала она. – Агент Джеффрис и я отлично справляемся и нам нужно работать быстро. Лишняя помощь… не поможет. – Она чуть было не сказала, что лишняя помощь лишь замедлит их, но вовремя себя остановила. Зачем обижать детей?

Райли заметила усмешку на детском лице Волдера.

– Со всем уважением, агент Пейдж, – ответил он. – Сенатор Ньюбро не согласен с вами.

У Райли оборвалось сердце. Она вспомнила свой неприятный разговор с сенатором и то, что он сказал: «Вы, возможно, не в курсе, но у меня есть хорошие друзья в высших эшелонах власти агентства».

Конечно же, Волдер один из этих друзей.

Волдер поднял подбородок и заговорил с преувеличенной важностью:

– Сенатор считает, что вам не удаётся полноценно оценить дело.

– Боюсь, что сенатор позволяет себе увлечься эмоциями, – возразила Райли. – Это понятно и я ему сочувствую. Он убит горем. Он считает, что убийство его дочери было политическим или личным, или тем и другим. Очевидно, что это не так.

Волдер скептически прищурился.

– Очевидно? – сказал он. – Мне кажется очевидным, что он прав.

Райли с трудом могла поверить собственным ушам.

– Сэр, дочь сенатора было третьей женщиной, которую похитили, теперь их четверо, – сказала она. – Временные рамки преступлений превышают два года. Это простое совпадение, что его дочь стала одной из жертв.

– Не могу согласиться, – сказал Волдер. – Как и агенты Хуанг и Крейтон.

Как по команде в разговор вклинилась агент Эмили Крейтон.

– Разве такое не случается периодически? – спросила она. – Я про то, что иногда преступник совершает другие преступления, прежде чем убить свою истинную жертву. Просто для того, чтобы убийство выглядело серийным, а не личностным.

– Последнее похищение могло преследовать именно такую цель, – добавил агент Крейг Хуанг. – Обманка.

Райли с трудом удалось не закатить глаза от наивности детей.

– Это старая, старая история, – сказала она. – Из книжек. В реальной жизни такого не случается.

– Ладно, – авторитетным тоном сказал Волдер. – Но в этот раз случилось.

– У нас нет на это времени, – бросила в ответ Райли. Её терпение подошло к концу. – У нас есть свидетели?

– Один, – сказал Волдер. – Грета Тедроу позвонила в 911, но она почти ничего не видела. Она сидит внутри. Администратор тоже там, но её не было, когда всё это произошло – когда она пришла в восемь часов, тут уже была полиция.

Через стеклянные двери клиники Райли видела двух женщин, сидящих в приёмной. Одна из них была стройной девушкой в одежде для пробежки, рядом с ней на поводке сидел кокер-спаниель. Вторая была крупная женщина средних лет, похожая на испанку.

– Вы уже опрашивали мисс Тедроу? – спросила Райли Волдера.

– Она была слишком взвинчена для опроса, – ответил Волдер. – Мы собираемся опросить её в Бюро.

В этот раз Райли всё-таки закатила глаза. Почему невинный свидетель должен чувствовать себя подозреваемым? Зачем делать вид, что от этого она не станет волноваться ещё больше?

Игнорируя жест протеста Волдера, она распахнула двери и вошла в здание.

Билл последовал за ней внутрь, но предоставил Райли беседовать одной, пока он осматривал пару соседних офисов и приёмную.

Женщина с собакой встревоженно посмотрела на Райли.

– Что происходит? – спросила Грета Тедроу. – Я готова ответить на вопросы, но никто меня до сих пор ни о чём не спросил. Почему мне нельзя пойти домой?

Райли села в кресле рядом с ней и погладила её по руке.

– Вы пойдёте домой, мисс Тедроу, и очень скоро, – сказала она. – Меня зовут агент Пейдж, и я прямо сейчас задам вам несколько вопросов.

Грета Тедроу нервно кивнула. Кокер-спаниель лежал на полу и дружелюбно смотрел на Райли.

– Хорошая собачка, – сказала Райли. – Очень воспитанная. Сколько ему лет – или это она?

– Это он. Его зовут Тоби. Ему пять лет.

Райли медленно подняла руку, собираясь погладить собаку. С молчаливого согласия животного, она легонько почесала ему голову.

Женщина благодарно на неё посмотрела. Райли достала карандаш и блокнот.

– Теперь хорошо подумайте, не торопитесь, – сказала Райли. – Расскажите своими собственными словами, что произошло. Постарайтесь вспомнить всё, что сможете.

Женщина начала медленно рассказывать, то и дело делая паузы, чтобы вспомнить.

– Я гуляла с Тоби, – она показала на улицу. – Мы как раз выходили из-за угла за оградой, вон там. Клинику только стало видно. Мне показалось, что я что-то услышала. Я повернулась на звуки. В дверях клиники была женщина. Она колотила по стеклу. Мне кажется, у неё был заткнут рот. Затем кто-то оттащил её назад и больше ничего не было видно.

Райли снова погладила руку женщины.

– Вы отлично справляетесь, мисс Тедроу, – сказала она. – Вы вообще не видели нападающего?

Женщина сражалась со своей памятью.

– Я не видела его лица, – сказала она. – Я не могла видеть его. В клинике горел свет, но…

По лицу женщины Райли видела, что она вспоминает.

– О, – сказала женщина. – На нём была тёмная лыжная маска.

– Очень хорошо, что произошло потом?

Женщина взволновалась ещё больше.

– Я не раздумывая достала телефон и позвонила 911. Казалось, что прошло очень много времени, прежде чем я услышала голос оператора. Я разговаривала с оператором, когда из-за здания выехал пикап. У него взвизгнули шины, когда он выезжал с парковки, затем он повернул налево.

Райли быстро записывала. Она видела, что Волдер и два его молодых любимчика вошли в комнату и стоят рядом, но не обращала на них внимания.

– Какой это был пикап? – спросила она.

Женщина потёрла лоб.

– Додж Рам, я думаю. Да, всё верно. Очень старый – возможно, года девяностого. Он был очень грязный, но я думаю, что он очень тёмного синего цвета. И у него было что-то сверху на кузове. Такая алюминиевая штука, с окнами.

– Съёмная крыша? – предположила Райли.

Женщина кивнула:

– Думаю, именно так они и называются.

Райли была довольна и восхищена памятью женщины.

– Как насчёт номера? – спросила Райли.

Женщина выглядела немного ошеломлённой.

– Я… Я не запомнила его, – сказала она, как будто, разочарованная самой собой.

– Ни одной буквы или цифры? – недоверчиво спросила Райли.

– Мне жаль, но я даже не видела его. Не знаю, как я могла пропустить.

Волдер наклонился и с надрывом прошептал Райли в ухо.

– Мы должны отвезти её в Бюро, – сказал он.

Он отстранился, когда Райли встала.

– Спасибо, мисс Тедроу, – сказала Райли. – Пока на этом всё. Полиция уже взяла ваши контактные данные?

Женщина кивнула.

– Тогда идите домой и отдохните, – сказала Райли. – Мы скоро с вами свяжемся.

Женщина вывела собаку из клиники и направилась домой. Волдер выглядел так, будто сейчас взорвётся от ярости и раздражения.

– Какого чёрта происходит? – закричал он. – Я же сказал, что мы отвезём её в Бюро.

Райли пожала плечами.

– Не вижу для этого повода, – сказала она. – Нам нужно заниматься расследованием, а она рассказала всё, что могла.

– Я хотел, чтобы с ней поработал гипнотизёр. Чтобы она вспомнила номер машины – он где-то у неё в голове.

– Агент Волдер, – сказала Райли, стараясь не дать воли своему нетерпению. – Грета Тедроу – одна из самых наблюдательных свидетелей, с кем мне приходилось разговаривать за долгое время. Она сказала, что не видела номер машины, не заметила его. Ни одной цифры. Это её обеспокоило. Она не понимала, как могла его пропустить. Судя по тому, насколько остра у неё память, это может значить только одно.

Она помедлила, давая Волдеру возможность самому догадаться, что это может значить, однако по его отсутствующему виду она увидела, что у него нет никаких идей.

– Что не было никакого номера, – наконец сказала она. – Похититель сам снял его, или же он загрязнился и стал нечитаемым. Она увидела пустое пространство на том месте, где должен был быть номерной знак. Если бы там был разборчивый номер, эта женщина запомнила бы хотя бы его часть.

Билл восхищённо хмыкнул. Райли хотела шикнуть на него, но подумала, что это сделает только хуже. Она решила сменить тему.

– Вы связались с родными жертвы? – спросила она Волдера.

Волдер кивнул.

– С мужем. Он приехал на несколько минут. Но не смог справиться. Мы отправили его домой. Он живёт всего в нескольких кварталах отсюда. Я пошлю агентов Хуанга и Крейтон опросить его.

Двое молодых агентов стояли в стороне, оживлённо что-то обсуждая. В этот момент они повернулись к Райли, Биллу и Волдеру. Они выглядели довольными собой.

– Эмили… э, агент Крейтон и я всё поняли, – сказал Хуанг. – Здесь нет никаких следов взлома, ничто не говорит о насильственном проникновении. Это значит, что у преступника были здесь связи. Он знает кого-то, кто работает в этой клинике. Возможно, он сам здесь работает.

– Каким-то образом ему удалось раздобыть ключи, – встряла Крейтон. – Возможно, он их украл или взял и сделал копию, что-то в этом духе. И он знал код охраны. Он забрался внутрь и вышел, не побеспокоив их. Мы будем опрашивать персонал с учётом этого.

– И мы знаем, кого именно нам искать, – добавил Хуанг. – Кого-то, кто затаил злость на сенатора Ньюбро.

Райли сдержала бешенство. Эти двое делали поспешные, необоснованные выводы. Конечно, они могли быть правы. Но, может быть, они чего-то не учли? Она оглядела приёмную клиники и соседний коридор, и в голове её родилась другая идея. Она повернулась к испанке-администратору:

– Perdóneme, señora, – сказала она женщине. – Dónde está el cuarto de provisiones?

– Allá, – ответила женщина, указывая на дверь в коридор.

Райли подошла к двери и открыла её. Она заглянула внутрь, затем повернулась к Волдеру и сказала:

– Я могу точно рассказать, как он проник в здание. Он вошёл здесь.

Волдер выглядел раздражённым. Билл же, напротив, был далёк от раздражения – он выглядел очень радостным. Райли знала, что Билл не любит Волдера так же сильно, как и она. Он, без сомнения, надеялся, что Волдер получит хороший урок по детективной работе.

Двое молодых агентов уставились на открытый дверной проём, затем повернулись к Райли.

– Я не понимаю, – пожаловалась Эмили Крейтон.

– Это всего лишь кладовая, – эхом отозвался Крейг Хуанг.

– Посмотрите на эти коробки у стены, – сказала Райли. – Только ничего не трогайте.

Билл и Волдер присоединились к группе людей, разглядывающих большую кладовую с медикаментами. На широких полках лежали бинты и вата. В одном конце висели врачебные халаты. А вот несколько больших коробок на полу выглядели неуместно. Всё в подсобной было аккуратно расставлено, а коробки стояли под странными углами и за ними было видно пространство.

– Коробки отодвинули от дальней стены, – прокомментировал Билл. – Кто-то легко мог за ними спрятаться.

– Вызовите сюда команду по сбору улик, – бросил Волдер молодым агентам. Затем он спросил Райли: – Какова ваша теория?

Она на секунду задумалась, и перед её глазами быстро вырисовался возможный сценарий. Она начала излагать:

– Он прибыл в клинику вчера, – сказала она. – Скорее всего, вечером, в самый занятый час. В толпе пациентов он попросил администратора о какой-то простой услуге. Давление измерить, например. Возможно, именно она сделала это – Синди Маккиннон, женщина, которую он выслеживал, которую он пришёл похитить. Он был рад.

– Вы не можете быть уверены, – сказал Волдер.

– Нет, – согласилась Райли. – И, конечно, он не назвал своё настоящее имя, но пусть кто-нибудь проверит врачебные записи о том, кого она обслуживала из незнакомых другим сотрудникам людей. Вообще, проверьте всех вчерашних пациентов.

Она знала, что это займёт время. Но им нужно использовать любую возможность настолько быстро, насколько это возможно. Его нужно остановить.

– Он был здесь, – сказала Райли, – в толпе других пациентов. Надо узнать, возможно, кто-то заметил что-то странное. И когда никто не видел, он проник в эту подсобку.

– Здесь не хранятся лекарства, и я не видел ничего важного, что можно было бы украсть, – добавил Билл, – так что, скорей всего за ней следят не очень тщательно.

– Он просочился вот сюда, прямо под полки и спрятался за коробками, – сказала Райли. – Персонал даже не подозревал, что здесь кто-то есть. Клиника закрылась как обычно и все пошли домой, ничего не заметив. Когда преступник убедился, что все ушли, он отодвинул коробки, вылез и обосновался здесь. Он прождал ночь. Я думаю, что он крепко проспал.

Пришла команда по сбору улик и агенты вышли, чтобы позволить им заняться поиском волос, отпечатков пальцев или ещё чего-нибудь, что могло дать им ДНК преступника или какую-то зацепку.

– Возможно, ты права, – пробормотал Волдер. – Значит, нам нужно проверить все места, где он мог быть за ночь. То есть все.

– Это самое простое решение, – сказала Райли. – И самое лучшее.

Она надела одноразовые перчатки и пошла по коридору, заглядывая в каждую комнату. Одной из них была ординаторская с удобным на вид диваном.

– Здесь он провёл ночь, – сказала она с уверенностью.

Волдер заглянул внутрь.

– Никому не заходить в эту комнату, пока здесь не закончит работу команда, – сказал он нарочито деловитым тоном.

Райли вернулась в приёмную.

– Он уже был здесь, когда Синди Маккиннон пришла утром ровно по расписанию. Он схватил её.

Райли показала на конец коридора.

– Затем он вытащил её через задний выход. Его пикап уже ждал там.

Райли на секунду закрыла глаза. Она почти видела его в уме, смутное изображение, на котором никак не могла сфокусироваться. Если он чем-то выделяется, кто-то заметил бы его. Значит, в его внешности нет ничего необычного. Не толстый, не непривычно высокий или низкий, без странных стрижек, без странных татуировок, с естественным цветом волос. Он будет одет в поношенную одежду, никак не связанную с какой-то работой. Старая повседневная одежда. Ему в ней удобно, подумала она. Так он обычно одевается.

– Как он связан с этими женщинами? – пробормотала она. – В чём причина его ярости?

– Мы выясним, – твёрдо сказал Билл.

Волдер молчал. И Райли знала, почему. Высосанная из пальца история его протеже о том, что похититель имеет с ним скрытую связь, теперь казалась совершенно абсурдной. Когда Райли снова заговорила, её тон граничил с покровительственным.

– Агент Волдер, я ценю молодой дух ваших агентов, – сказала она. – Они учатся, и однажды они станут хороши в этом деле. Я правда в это верю. Но я думаю, что вам лучше оставить опрос мужа пострадавшей на нас с агентом Джеффрис.

Волдер вздохнул и легко, еле видно кивнул.

Без лишних слов Райли с Биллом покинули сцену похищения. У неё были важные вопросы к мужу жертвы.

Глава 18

Выехав по адресу, данному администратором клиники, Райли как обычно была в ужасе от необходимости разговаривать с семьями или супругами жертв. Отчего-то она чувствовала, что сегодня всё будет ещё хуже, чем обычно, хотя похищение только-только состоялось.

– Возможно, на этот раз мы найдём её раньше, чем он её убьёт, – сказала она.

– Если команда по сбору улик найдёт что-то на этого типа, – ответил Билл.

– Почему-то я сомневаюсь, что он окажется в нашей базе, – образ, который сформировался в голове у Райли, не был похож на образ обычного преступника. Всё это был глубоко личным для убийцы, но почему – она не могла понять. Она разберётся, она в этом уверена. Только нужно сделать это достаточно быстро, чтобы остановить ужас и муки, которые Синди испытывает прямо сейчас. Никто не должен терпеть боль от ножа… или темноты… или обжигающего пламени…

– Райли, – резко сказал Билл, – это вот здесь.

Райли резко вернулась в реальность. Она остановила машину у тротуара и осмотрелась. Район был немного обветшалым, но от этого только более тёплым и уютным. Здесь в основном было дешёвое жильё, где молодые люди без денег могли жить и осуществлять свои мечты.

Конечно, Райли понимала, что район не останется таким, его облагораживание без сомнения вот-вот должно было начаться. Но может быть, это пойдёт на пользу картинной галерее. Только бы девушка вернулась живой домой.

Райли и Билл вылезли из машины и подошли к маленькой витрине галереи. В ней стояла красивая металлическая скульптура, а спереди висела табличка: «ЗАКРЫТО».

Квартира пары располагалась сверху. Райли позвонила в дверь, и они с Биллом подождали несколько минут. Райли гадала, кто им откроет.

Когда дверь открылась, она с облегчением увидела приветствующее её сочувствующее лицо специалиста по помощи жертвам ФБР Беверли Чаддик. Райли и раньше работала с Беверли – специалист занималась этой работой уже двадцать лет и прекрасно справлялась с безутешными жертвами и их семьями.

– Нам нужно задать несколько вопросов мистеру Маккиннон, – сказала Райли. – Я надеюсь, он готов к этому?

– Да, – ответила Беверли. – Но вы на него сильно не давите.

Беверли отвела Билла и Райли наверх в маленькую квартирку. Весёлая, украшенная множеством прекрасных картин и скульптур Райли она показалась душераздирающей. Люди, которые здесь жили, любили жизнь во всём её многообразии. Неужели этому конец? У неё заболело сердце за юную пару.

Натаниель Маккиннон, мужчина лет под тридцать, сидел в комнате, которая одновременно являлась спальней и гостиной. Его долговязая фигура, разбитая горем, выглядела особенно тоскливо.

Беверли мягко окликнула его:

– Натаниель, пришли агенты Пейдж и Джеффрис.

Парень выжидающе посмотрел на Билла и Райли. Он проговорил хриплым от отчаяния голосом:

– Вы нашли Синди? С ней всё хорошо? Она жива?

Райли понимала, что должна как-то обнадёжить его и была очень благодарна Беверли, что та была рядом, и уже нашла с убитым горем мужем общий язык.

Беверли села рядом с Натаниелем Маккинноном.

– Пока ещё никто не знает, Натаниель, – сказала она. – Они пришли, чтобы помочь.

Билл и Райли сели неподалёку.

Райли спросила:

– Мистер Маккиннон, говорила ли ваша жена в последнее время, что ей кажется, что ей угрожают или что ей страшно?

Он молча помотал головой.

Билл вклинился в разговор:

– Это сложный вопрос, но я должен его задать. Есть ли у вас или у вашей жены какие-либо враги, кто-то, кто желает вам зла?

Муж, казалось, не понял вопроса.

– Нет, нет, – пробормотал он. – Слушайте, в моей работе иногда случаются конфликты. Но это просто мелочи, ссоры между художниками, это не те люди, которые бы могли…

Он остановился посередине предложения.

– И все они… любят Синди, – закончил он.

Райли отметила его беспокойство и неуверенность в правильности использования настоящего времени. Она почувствовала, что расспрашивать этого человека бессмысленно и, возможно, даже бестактно. Наверное, им с Биллом следует закругляться и оставить ситуацию в надёжных руках Беверли.

В то же время Райли оглядывала квартиру, стараясь наткнуться хоть на малейшую зацепку.

Ей не нужно было говорить, что у Синди с Натаниелем Маккиннон не было детей. Квартира была слишком маленькая, а окружающие предметы искусства никак не были защищены от детей.

Впрочем, она подозревала, что их ситуация отличалась от того, что было у Маргарет и Роя Герати. Райли чувствовала нутром, что Синди и Натаниель по собственной воле не заводили детей, и это было лишь временно. Они ждали правильного времени, когда у них будет выше доход, больше дом, более размеренный образ жизни.

«Они думали, что у них полно времени», – думала Райли.

Она вернулась к мысли о своём предыдущем умозаключении, что убийца выбирает матерей, и снова задумалась, как могла так ошибиться.

Что-то ещё прояснилось для неё в этой квартире. Они не увидела нигде фотографий Натаниеля или Синди. Это не было особенно удивительным: будучи парой, им было более интересно творчество других, нежели изображения самих себя. Они ни капли не были зациклены на себе.

И всё же Райли хотелось получше узнать Синди.

– Мистер Маккиннон, – спросила она осторожно, – у вас не найдётся недавних фотографий вашей жены?

Он безучастно посмотрел на неё. Затем его выражение прояснилось.

– А, конечно, – сказал он. – У меня есть последние на телефоне.

Он открыл фотографии на мобильном и передал его Райли.

У Райли сердце подпрыгнуло в груди, когда она увидела это: Синди Маккиннон сидела с трёхлетней девочкой на коленях. Как она сама, так и ребёнок светились от радости, держа в руках красиво одетую куклу.

Райли снова смогла дышать только через несколько секунд. Похищенная женщина, ребёнок и кукла – здесь не может быть ошибки. Между убийцей и куклами должна быть связь.

– Мистер Маккиннон, кто этот ребёнок на фотографии? – спросила Райли так спокойно, как только могла.

– Это племянница Синди, Гейл, – ответил Натаниель Маккиннон. – Её мать – сестра Синди, Бекки.

– Когда была сделана фотография? – спросила Райли.

Мужчина задумался.

– Думаю, Синди отправила её мне в пятницу, – сказал он. – Да, точно тогда. Тогда был день рождения Гейл. Синди помогала сестре организовать вечеринку. Она отпросилась с работы пораньше ради этого.

Райли сражалась со своими мыслями, не будучи уверенной какое-то время в том, какой вопрос задать следующим.

– Эту куклу Синди подарила племяннице? – спросила она.

Натаниель кивнул.

– Гейл пришла в восторг. Это очень порадовало Синди. Она любит видеть Гейл довольной. Эта девочка ей почти как дочка. Она тут же позвонила мне, чтобы рассказать. И тогда же послала фотографию.

Райли с трудом могла говорить спокойно.

– Очень красивая кукла. Я понимаю, почему Гейл в таком восторге.

Она снова заколебалась, уставившись на изображение куклы, как будто та могла рассказать ей всё, что ей хотелось знать. Безусловно, эта нарисованная улыбка, эти пустые голубые глаза знают ответ на её вопросы. Но она даже не знает, что спросить.

Уголком глаза она видела, что Билл пристально на неё смотрит.

«Почему жестокий убийца садит своих жертв как кукол?»

Наконец, Райли спросила:

– Вы знаете, где Синди купила куклу?

Натаниель выглядел искренне изумлённым. Даже Билл удивился. Без сомнения, он гадал, к чему ведёт Райли. Но правда была в том, что Райли сама не знала этого точно.

– Не знаю, – сказал Натаниель. – Она мне не говорила. Это важно?

– Я не уверена, – призналась Райли. – Но думаю, что может быть и важно.

Натаниель заволновался ещё больше.

– Я не понимаю. К чему это всё? Вы думаете, мою жену похитили из-за куклы?

– Нет, я этого не говорила, – сказала Райли, стараясь звучать спокойно и убедительно. Конечно, она понимала, что именно это она и сказала. Она подумала, что его жена могла быть похищена из-за куклы маленькой девочки, хотя это и не имело никакого смысла.

Натаниель был заметно подавлен. Райли увидела, что специалист по работе с жертвами, Беверли Чаддик, сидящая неподалёку, тревожно на неё смотрит. Едва заметным кивком головы Беверли попыталась донести до Райли, чтобы та была поосторожней с расстроенным мужем. Райли снова вспомнила, что разговоры с жертвами и их семьями не были её сильной стороной.

«Мне нужно быть аккуратней», – сказала она себе. Но она также ощущала крайнюю необходимость торопиться. В плену находится женщина. В клетке она или связана – неважно, жить ей осталось недолго. Разве можно сейчас воздерживаться от любого способа узнать информацию?

– Есть ли какой-то способ выяснить, где её купила Синди? – спросила Райли, стараясь говорить мягче. – Просто на всякий случай, если нам это понадобится.

– Мы с Синди сохраняем кое-какие чеки, – сказал Натаниель. – Для расчёта вычета налогов. Я не думаю, что она стала бы сохранять чек на семейный подарок. Но я поищу.

Натаниель подошёл к шкафу и достал коробку из-под обуви. Он снова сел, открыл коробку, которая была битком набита разными чеками. Он стал проглядывать их, но его руки дрожали.

– Думаю, я с этим не справлюсь, – сказал он.

Беверли мягко забрала у него коробку.

– Всё нормально, мистер Маккиннон, – сказала она, – давайте я посмотрю.

Когда Беверли стала перебирать содержимое коробки, Натаниель был уже готов расплакаться.

– Ничего не понимаю, – сказал он убитым тоном. – Она просто купила подарок. Это могло быть что угодно. Откуда угодно. Я думаю, что она рассматривала разные варианты, но в конце концов остановилась на кукле.

Райли стало плохо. Каким-то образом то, что Синди Маккиннон выбрала куклу, привело к трагедии. Была бы она сейчас дома, живая и счастливая, выбери она мягкую игрушку?

– Пожалуйста, объясните мне, что значит вся эта история с куклой? – настаивал Натаниель.

Райли знала, что он заслуживает объяснений, но не могла придумать мягкого способа их изложить.

– Я думаю, – начала она сбивчиво, – что похититель вашей жены может быть помешан на куклах.

Она заметила реакцию всех присутствующих в комнате. Билл покачал головой и уставился в пол. Беверли в шоке закачала головой. Натаниель уставился на неё с видом безнадёжного отчаяния.

– Почему вы так думаете? – спросил он сдавленным голосом. – Что вы о нём знаете? Почему вы не рассказываете мне?

Райли пыталась найти обнадёживающий ответ, но она уже видела зарождающееся осознание в его глазах.

– Он делал так и раньше, верно? – сказал он. – Были и другие жертвы. Это как-то связано с…?

Натаниель изо всех сил пытался вспомнить.

– О боже, – сказал он. – Я читал об этом в новостях. Серийный убийца. Он убил других женщин. Их тела были найдены в парке Мосби и в национальном парке у Даггетта, и ещё где-то под Белдингом.

Он согнулся пополам и начал бесконтрольно всхлипывать.

– Вы думаете, что Синди его следующая жертва, – плакал он. – Вы думаете, что она уже мертва.

Райли настойчиво помотала головой.

– Нет, – сказала она. – Мы так не думаем.

– Тогда как вы думаете?

У Райли в мыслях была суматоха. Что она может ему рассказать? Что, вероятно, его жена ещё жива, но до смерти испугана, и что скоро её будут жестоко мучить и калечить? И что её будут резать ножом до тех пор, пока Синди не будет спасена или мертва, смотря что окажется раньше?

Райли открыла рот, но не смогла произнести ни слова. Беверли наклонилась и положила руку на ладонь Райли. Лицо специалиста излучало добродушие и дружелюбие, однако пальцы были довольно цепкими.

Беверли медленно, как будто с ребёнком, заговорила:

– Я не могу найти чек, – сказала она. – Его здесь нет.

Райли поняла, что хотела сказать Беверли. Одними глазами Беверли говорила ей, что опрос вышел из-под контроля и что им пора уходить.

– Я всё сделаю, – едва различимо проговорила Беверли.