Текст книги "Дао - путь без пути. Том 2. Беседы по книге Ли-цзы"

Автор книги: Бхагаван Шри Раджниш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 28 страниц)

Глава 5.
ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЙ ПРИНЦИП

1 марта 1977 года, Пуна, Индия

У господина Пьяна из Чена был сын, который был умным ребенком, но страдал от ненормальности, когда вырос. Когда он слышал пение, то думал, что это плач; когда он видел белое, то думал, что это черное; на всякое благоухание думал, что это зловоние; на сладкое думал горькое; на неправильные действия думал, что они правильные. Все, что ни приходило ему на ум: земля и небо, четыре стороны света, вода и огонь, горячее и холодное – все он переворачивал вверх дном.

Некий господин Ян сказал его отцу: «Господа из Лу обладают многими искусствами и навыками, может быть, они смогут вылечить его. Почему бы не обратиться к ним?»

Отец отправился в Лу, но когда он проезжал через Чен, ему повстречался Лао-цзы, и у него появилась возможность поговорить с Лао-цзы о симптомах сына.

«Откуда вы знаете, что ваш сын ненормальный? – сказал Лао-цзы. – Сейчас каждый в мире заблуждается относительно правильного и неправильного, и путается в пользе и вреде. Поскольку многие больны этой болезнью, никто не воспринимает её как болезнь. Кроме того, ненормальности одного человека недостаточно, чтобы ниспровергнуть его семью; одной семьи – чтобы ниспровергнуть общину; одной общины – чтобы ниспровергнуть государство; одного государства – чтобы ниспровергнуть мир. Если весь мир ненормален, как может ненормальность ниспровергнуть его? Предположим, что ум каждого на земле подобен уму вашего сына, тогда, наоборот, вы были бы ненормальным. Радость и печаль, музыка и красота, запахи и вкусы, правильное и неправильное – кто может упорядочить все это? Я даже не уверен, что эти мои слова не являются ненормальными для любого из этих господ из Лу, которые ненормальнее всех. Кто они, чтобы лечить ненормальность других людей? Вам бы лучше отправиться прямо домой вместо того, чтобы понапрасну тратить деньги».

Дао обладает уникальным видением. Это видение, это даршан, это не философия. Это ясность, прозрачность, но не идеология. Оно не предлагает никакой системы мышления – оно не предлагает вообще ничего. Оно не предлагает ничего и не предполагает ничего. Это не система мышления, это просто способ непосредственно смотреть в реальность, в то, что есть.

Оно не представляет, не воображает ничего из ума, оно не позволяет уму вмешиваться, сравнивать, интерпретировать, это ву-вей – невмешательство в реальность. Все, что ни есть, есть, и не может быть изменено, не может быть переделано. Все, что ни есть, есть, и все, чего нет, нет. Все должно оставаться нетронутым, как оно есть. В тот момент, когда входит человек и пытается исправить или улучшить, возникает путаница.

Дао – это великое восприятие, Дао – это потрясающее восприятие, Дао – это безусловная татхата. Все, что ни есть, есть – и с этим ничего нельзя сделать.

И нет нужды что-либо делать. В тот момент, когда вы начинаете делать, вы создаете вред; делатели – это вредные люди. Неделатели – это настоящие люди; через неделание познается то, что есть. Когда вы начинаете делать что-то, вы вносите в это свой ум, и в тот момент, когда входит ум, возникает путаница, теряется вся ясность. Постарайтесь понять это как основу, фундамент Дао.

Тогда сегодняшнюю притчу будет очень легко понять. Эта притча потрясающе красива. Она может открыть новую перспективу, она может открыть новую дверь в вашем существе, она может дать вам новое видение реальности. Но фундаментальный принцип такой: не вмешивайся. Это настоящее ненасилие.

Если вы идете к Лао-цзы и говорите, что кто-то – вор, он скажет: «Ну и что! Кто-то вор. Пусть так будет». Лао-цзы не обеспокоен реальностью. Если кто-то сумасшедший, Лао-цзы скажет: «Ну и что! Пусть так будет. Если целое желает, чтобы было так, значит должно быть так. Кто вы такой? Кто дал вам право изменять что-либо, преобразовывать что-либо? Предоставьте реальность самой себе, и все будет идти прекрасно, ритмично. Вмешайтесь, и все будет нарушено».

Вы слышали о ненасилии Махавиры, вы слышали о ненасилии Будды, но они ничто в сравнении с Лао-цзы. В их ненасилии еще есть слабое насилие – насилие вмешательства. Добро должно быть внесено, зло должно быть разрушено; аморальное должно быть заменено моральным, неправильное должно быть переделано в правильное. Они еще не пребывают в состоянии ву-вей, в состоянии невмешательства. Насильник пытается изменить реальность насильственно, ненасильник пытается изменить реальность ненасильственно, но и тот и другой пытаются изменить реальность. А изменить – значит совершить насилие. Принимать вещи, как они есть, принимать их совсем без ума – вот понимание Дао.

Если у вас есть ум, вы не можете воспринимать. Вы будете судить, вы будете сравнивать; вы будете говорить, что так быть не должно, не может быть так; вы будете говорить, что это может быть исправлено, это может быть изменено и сделано лучше.

Сама идея, что мир можно сделать лучше, является корнем всех ложных шагов эго. Мир совершенен; нет способа сделать его лучше. Если вы пытаетесь сделать его лучше, вы сделаете его хуже. Все находится в совершенном ритме – нет ничего плохого, нет ничего хорошего. Хорошее и плохое – концепции, созданные человеком. Нет ничего правильного, нет ничего неправильного – это наши концепции. Реальность просто нейтральна, ни хорошая, ни плохая, ни красивая, ни безобразная. Она просто есть. Это свойство быть, и есть Дао.

Теперь проследуем в эту притчу. Мы пойдем очень медленно. Ощутим её вкус шаг за шагом – она может стать откровением.

У господина Пьяна из Чена был сын, который был умным ребенком...

Каждый ребенок рождается умным. Ни один ребенок не рождается идиотом. Чтобы стать идиотом, нужно образование. Чтобы сделать из людей идиотов, нужны школы, колледжи, университеты. Это большое достижение. Идиотия неестественна; её надо выучить, она должна быть заработана. Чтобы стать глупым, нужно большое усилие. Будда, Лао-цзы, Иисус – это люди, которые как-то избежали общества, которые как-то умудрились сделать так, что общество не превратило их в глупцов. Они кажутся редкими, потому что все общество стало глупым, иначе они были бы нормой. Быть умным, разумным – естественно, как естественно дыхание, как естественно здоровье.

Посмотрите на ребенка, любого ребенка, черного, белого, индийского, китайского, немецкого, – да, даже немецкого! Посмотрите на любого ребенка. Все дети разумны, все дети прекрасны. Видели ли вы когда-нибудь безобразного ребенка? Такого явления вовсе не существует. Видели ли вы когда-нибудь глупого ребенка? Их разумность потрясающа.

Но общество начинает уродовать ребенка, потому что оно не может допустить так много разумности. Так много разумности опасно. Разумный ребенок – опасный человек. Общество немедленно бросается на ребенка, с самых первых дней. Ребенку не позволяют даже самому дышать – доктор шлепает его по заду, и началось общество. Ребенку не позволяют даже самому дышать. Вам бы подождать. Нет нужды шлепать ребенка.

Пойдите и посмотрите в родильный дом. Когда ребенок рождается, доктор берет его за ножки, держит его вниз головой и шлепает его по попке, чтобы помочь дышать. Так, словно природы недостаточно и ей необходима ваша помощь. Никто не шлепает животных – и они дышат, дышат прекрасно. Не нужно никаких докторов, не нужно никаких сестер, не нужно никаких акушерок.

Подождите! Но общество не может ждать. Секунды жизни – и уже входит общество. Общество должно шлепнуть ребенка. А теперь люди, изучившие явление шлепанья ребенка, говорят, что первый шлепок – это как шок, ведь ребенок очень тонок, деликатен. Девять месяцев он жил в очень защищенной среде – этот шлепок, как огромный шок. Его жизнь начинается с шока.

Далее, есть еще более жестокие люди. Евреи будут делать обрезание – огромный шок удаления крайней плоти. Вы начали насилие, вы начали безжалостно портить ребенка. Общество на своем пути.

И немедленно все должны навалиться на ребенка. Теперь матери говорят, когда кормить ребенка грудью и когда не кормить, после трех часов, так, как если бы каждый ребенок был автомобилем Форда, очередным автомобилем Форда. Каждый ребенок индивидуален. Его потребности различны. Один ребенок начинает чувствовать голод через два часа, другой не чувствует голода через четыре. Это среднее трехчасовое значение опасно. Один ребенок не будет голоден, но мать будет заставлять его, потому что три часа прошло, другой ребенок будет голоден, и будет кричать и плакать, но мать будет ждать и смотреть на часы, ведь трех часов еще не прошло, как она может кормить его?

Это тонкие уловки для разрушения деликатной разумности, деликатной жизни ребенка. Он должен быть натренирован во всем. От туалета до Бога, он должен быть натренирован во всем. Ему не разрешено никакой самопроизвольности. А разумность расцветает в естественности, разумность умирает в дисциплине. Чем более дисциплинирован ребенок, тем более глупым он будет; чем более ребенок разумен, тем более бунтарским он будет. Бунтарство и разумность – синонимы; глупость и дисциплина – синонимы. Если вы преуспели в том, чтобы заставить ребенка подчиняться и соответствовать вашим понятиям, то вы преуспели в убийстве его разумности.

Ваши школы, ваши колледжи, ваши университеты – все учат чепухе, потому что все они против чувства. Нигде не учат чувствительности – нигде. На самом деле, чувствительность должна быть разрушена. Опасно позволить ребенку быть чувствительным и разумным, потому что если ребенок останется чувствительным, то общество не сможет заставить его на протяжении жизни делать глупые вещи.

Например, человек всю свою жизнь остается клерком, просто подшивает бумажки. Чтобы делать это, надо быть очень нечувствительным. Если вы обладаете некоторой чувствительностью, вы захотите вырваться из этой ерунды, вы захотите уйти в леса, в поля. Вы можете захотеть стать садовником, вы можете захотеть стать фермером, рыбаком, или плотником, или скульптором, или поэтом – но вы не захотите остаться клерком в учреждении. Ради чего можно хотеть быть клерком? Солнце так ярко, цветы расцвели, поют птицы, а вы вот делаете работу клерка! Это будет невозможно. Чтобы заставить вас делать любую работу, общество должно убить вашу разумность, вашу чувствительность. Если вы тупы, легко заставить вас идти в любом направлении. Тогда человека можно удержать на любой бессмысленной работе. А когда всю свою жизнь вы делаете бессмысленное, естественно, постепенно вы теряете все возможности быть разумным.

Человека можно послать в армию. Если бы все люди были разумными, кто пошел бы в армию? Ради чего они убивали бы других и их убивали бы? Жизнь есть жизнь, она не для того, чтобы убивать или быть убитым. Жизнь – это наслаждение; это божественный дар. Но миллионы людей – в армии, готовые просто безжалостно убивать или быть безжалостно убитыми. И вся их жизнь – с утра до вечера – в парадах, чистке оружия, следовании приказам некоторых глупцов: нале-во, напра-во. Делают это они всю свою жизнь! И даже ни на один момент они не задумываются о том, что они делают, что они делают всю свою жизнь. Разве жизнь предназначена для этого? Разве в этом предназначение жизни?

Если вы танцуете и поете, это имеет смысл, но делать повороты направо и налево, одинаково маршировать каждый день, готовиться к смерти... Как жизнь может быть просто подготовкой к смерти?

Жестокости, насилию, нечувствительности обучают – только так миллионы людей могут быть превращены в рабов. Вы думаете, что вы свободные люди? Просто рабство стало гораздо более изощренным, вот и все. Рабство всё еще существует. Ни одно общество до сих пор не было свободным. Все общества были обществами рабов.

Да, одно является определенным: рабство меняет свои формы. Раньше оно было очень заметным, сейчас оно является очень тонким. И запомните: тонкое рабство гораздо опаснее заметного, большого рабства, ведь против большого рабства можно восстать, оно так очевидно, так наглядно, но когда рабство очень тонко, вы не осознаете его. Если вы мусульманин, если вы индуист, если вы христианин, если вы джайн, то вы раб. Ваш ум сформирован быть индуистом, быть мусульманином, быть христианином, и вы стали им.

И вы никогда не задумывались об этом. Почему вы должны быть христианином? Почему вы должны быть мусульманином? Вы родились не как христианин, не как мусульманин, вы родились с чистым сознанием. Зачем эти ограничения? Кто наложил эти ограничения на вас? Вы родились как чистое человеческое существо. Кто сделал вас индийцем, кто сделал вас китайцем? Вы рабы. Если вы индиец, или китаец, или англичанин, вы раб. Рабство очень тонко.

И вы раб, если делаете вещи, которые другие хотят, чтобы вы делали, и не делаете вещей, которые всегда хотите делать сами. Вы продолжаете любить человека, которого не любите, вы продолжаете спать с человеком, которого не любите, вы продолжаете жить в связи, которая просто разрушительна, ужасна, является адом, но вы продолжаете. Вы раб, вы не свободный человек.

Свободный человек – это тот, кто востребовал назад свою разумность, кто востребовал назад свою чувствительность. Для меня это то, чем является санньяса: востребовать назад свою разумность, востребовать назад свою чувствительность, стать снова чувствующим, живым, снова стать разумным, снова стать ребенком.

У господина Пьяна из Чена был сын, который был умным ребенком...

Все дети умны. Никогда не рождался ребенок, который не был бы умным. Даже если вы иногда думаете, что ребенок неумный, то это только вы так думаете.

Я слышал о мальчике, который сидел на заборе и смотрел, как его отец работает в поле. На отца мчался бык.

Ребенок закричал: «Папа, бык бежит!»

Отец отпрыгнул и спасся.

Но он был удивлен больше, чем бык, потому что ребенок не говорил семь лет – столько ему и было. Он не говорил ни единого слова.

Поэтому отец сказал: «Забудь о быке. Ты удивил меня больше! Почему ты до сих пор не говорил? И вдруг сказал: «Папа, бык бежит!»

Мальчик сказал: «А не о чем было говорить, не было смысла говорить».

Даже если ребенок кажется вам глупым, остерегайтесь выносить приговор. Это может быть лишь из-за вашей глупости. Потому что вы сравниваете с той точкой, которой достигли сами. Если ребенок не силен в математике, вы думаете, что он глупый. Но возможно общество, где математика не имеет ценности, а может быть ценной музыка, и ребенок будет иметь огромные способности в музыке. Тогда в этом обществе его оценят как разумного. В вашем обществе ценится мальчик, хорошо успевающий в математике, и никто не беспокоится о его музыкальных способностях. Он может быть абсолютно немузыкален. Это зависит от ситуации. То, что ценит общество, не является естественной ценностью, это избранная ценность.

В некоторых обществах ценным является молчание – там быть молчаливым, значит быть разумным. В некоторых обществах ценится разговорчивость, поэтому разговаривать значит быть разумным. Это зависит от ситуации. В некоторых обществах очень ценится танец, и тот, кто не может танцевать, кажется глупым. В другом обществе о танцах вовсе не думают. Никто не беспокоится, умеете ли вы танцевать или нет. Если вы хорошо успеваете в математике, в чтении, письме и арифметике, то вы разумны.

Но тысячи лет человек жил без этих чтения, письма и арифметики – и люди были разумными, иначе они бы не выжили. На самом деле выжить сегодня очень просто, проблемы почти исчезли. Выжить в джунглях, когда нет крыши над головой, нет поставок пищи, нет службы безопасности и вы постоянно в опасности... человек должен был быть очень и очень разумным, иначе для его выживания не было бы никакой возможности. Человек – не очень сильное животное, все другие животные гораздо сильнее, но человек выжил благодаря своей разумности, своей чувствительности. Он может больше чувствовать, он может стать более осознанным, более бдительным.

Запомните, вы также родились умными, талантливыми – гениями. Бог никогда не создает меньшее, Бог всегда создает гениев. Это прекрасное целое создает совершенных людей – как несовершенное может родиться из совершенного? Думали ли вы об этом?

В Упанишадах говорится: «Совершенное происходит от совершенного. Совершенное рождается от совершенного». Бог рождается от Бога – ничего другого не может родиться от Бога. Вы боги и богини, потому что вы произошли от этого источника бессмертия.

Каждый ребенок вновь приносит небеса в мир, но мы набрасываемся на него и разрушаем его, разрушаем его небеса, его рай. Снова и снова каждый ребенок теряет свой рай, вот почему мы все время ищем и разыскиваем его. Если бы мы не знали его, как мы могли бы его искать и разыскивать? Мы можем искать только то, что уже знали ранее. Каждый ребенок знал что-то, что потерялось, поэтому снова мы начинаем искать. Мы потеряли наши собственные внутренние способности, мы потеряли наше собственное внутреннее царство.

...но страдал от ненормальности, когда вырос.

Каждый становится ненормальным. Очень трудно найти взрослого, который был бы нормален, потому что то, что вы называете процессом становления взрослым, является процессом превращения людей в ненормальных.

Например, человек одержим деньгами, он ненормальный. Почему нужно быть одержимым деньгами? Вы не можете есть их, вы не можете любить их, вы не можете быть любимыми ими. Они не могут дать вам жизнь, они не могут дать вам красоту, они не могут дать вам радость. Но в мире есть миллионы людей, безумно любящих деньги, – это их Бог, их единственный Бог. Они ненормальные люди.

Когда устанавливается эта ненормальность, тогда возникает ненормальность другая: некоторые люди отрекаются от денег и становятся великими Махатмами. Первые одержимы деньгами, и из этой одержимости возникает другая одержимость: люди становятся одержимыми страхом перед деньгами. Если вы дадите деньги для Виноба Бхейва, он не дотронется до них. А что плохого в том, чтобы трогать деньги? Бедная банкнота – просто бумага – почему вы так боитесь касаться её? Есть некоторый глубокий страх. И этот страх – не что иное, как вожделение, глубоко внутри еще есть некоторое желание. Этот страх таков: «Если я дотронусь до этих денег, я могу снова заинтересоваться ими».

Человек, свободный от денег, будет использовать их и никоим образом не будет одержим ими, он будет ни за ни против. Он будет жить в мире, он не будет отрекаться от мира – в этом нет нужды.

Вы не можете отбросить одно безумие путем создания другого – вы просто смените свое безумие. Ваши так называемые помешавшиеся на деньгах люди – безумны, а ваши махатмы – другая крайность того же безумия. Они не различимы друг от друга. Те, кто сходит с ума из-за престижа, власти, привлекательности, ненормальны. Сидение на очень высоком кресле не сделает вас счастливым. Вы можете стать президентом, вы можете стать премьер-министром, но это не сделает вас счастливым. А жизнь – для того, чтобы быть счастливым, жизнь надо праздновать.

Чем больше власти будет у вас, тем менее и менее счастливым вы будете становиться, ведь чем больше власти вы будете иметь, тем больше у вас будет постоянных беспокойств, постоянных конфликтов. Вы не можете быть спокойны, поскольку другие будут рваться на ваше место; они будут готовы сбросить вас, поскольку тоже метят на это кресло, хотят такой же власти. Власть в дефиците, и каждый хочет власти. Так что вы будете как в сумасшедшем доме.

Если вы действительно хотите посмотреть на сумасшедший дом, отправляйтесь в Нью-Дели. Это величайший сумасшедший дом в Индии. И особенно сейчас, когда приближаются выборы. Вы можете увидеть, как много в этой стране сумасшедших.

Очень трудно, очень редко можно найти взрослого человека, который еще был бы разумен. Вы можете стать разумным только в том случае, если хорошо осознаете, что было сделано с вами, как была разрушена, или прикрыта, ваша разумность. Вы должны будете снова раскрыть её.

И помните, когда я говорю эти вещи, я говорю их не только о других, я говорю о вас. Посмотрите на свое собственное бытие, посмотрите на свое поведение, на то, что вы делаете со своей жизнью, и вы найдете множество безумных навязчивых идей. Эти навязчивые идеи были внедрены в вас обществом. Вас сделали амбициозными, а амбициозность разрушает разумность. Вы были поставлены на неправильный путь, вас сделали соперничающими, вас сделали ревнующими к другим, вас учили только одному: конкурировать и быть первыми.

Но жизнь не имеет ничего общего с тем, чтобы быть первым. Вы можете наслаждаться ею, где бы вы ни были. Вы можете наслаждаться ею вот в это самое мгновение, нет нужды откладывать это. Откладывать жизнь – это становиться неразумным. Вы говорите: «Завтра я буду жить», – то есть завтра вы будете разумными. Разумность приходит только тогда, когда вы живете; разумность – это функция жизни. Когда вы живете в полной мере, вы становитесь интенсивно разумными; когда вы откладываете жизнь, пыль собирается на зеркале вашего бытия.

А вы откладываете. Вы говорите «завтра», всегда «завтра». Ко мне приходят люди и говорят, что хотят принять санньясу, но не сегодня – завтра. Они говорят, что придут снова. Но почему? Зачем ждать? Для чего вы ждете? И кто знает? Завтра могут прийти, а могут и не прийти. Это мгновение может быть последним вздохом, может быть, вы не вздохнете снова. Так почему бы не прожить этот момент так полно, как это возможно?

Человек становится разумным, когда начинает жить от момента к моменту полностью, так, как будто это его последнее мгновение. Тогда есть великая страсть и великая напряженность. Начинаешь пылать жизнью. В этом пылающем состоянии сознательности вы разумны, иначе вы тупы, отравлены. Вы собираетесь жить завтра, послезавтра – какая нужда быть разумными сегодня? Сегодня вы можете позволить себе быть глупыми; завтра, когда вы постараетесь жить, вы можете стать разумными.

Но если вы глупы сегодня, вы создаете тенденцию глупости, и весьма вероятно, что завтра не будет отличаться от сегодня, потому что завтра будет продолжением этого сегодня.

У господина Пьяна из Чена был сын, который был умным ребенком, но страдал от ненормальности, когда вырос. Когда он слышал пение, то думал, что это плач; когда он видел белое, то думал, что это черное; на всякое благоухание думал, что это зловоние; на сладкое думал горькое; на неправильные действия думал, что они правильные. Все, что ни приходило ему на ум: земля и небо, четыре стороны света, вода и огонь, горячее и холодное – все он переворачивал вверх дном.

Так делает каждый. Всмотритесь в вашу жизнь и вы увидите, что вы все переворачиваете вверх дном. То, что ценно, стало ничего не стоящим, а то, что ничего не стоит, стало ценным.

Посмотрите на свою жизнь и будьте при этом очень искренними и честными; если вы обманете, вы обманете только себя и никого другого. Посмотрите прямо на свое собственное бытие и вы будете удивлены. Что вы сделали с собой? Все стало вверх дном. Вы живете ради несущественного и забыли существенное. Вы живете ради вещей, а вещи заберут, когда придет смерть. Деньги, власть, престиж – ничего не останется с вами, когда придет смерть.

Только тот живет, кто живет так, чтобы смерть не могла ничего разрушить; кто создает свое внутреннее бытие так, чтобы смерть ничего не могла забрать у него; кто живет в бесконечном, которого смерть не может коснуться; кто живет в сознательности, – только такой человек разумен. В противном случае все переворачивается вверх дном: белое вы видите черным, а черное белым; на благоухание вы думаете – зловоние, сладкое ощущаете как горькое. Вы остановились на искусственном. Пластиковые цветы – да, вот на чем вы остановились.

Вместо любви вы остановились на браке; вместо поиска настоящей религии вы остановились на исламе, христианстве, джайнизме. Вместо поиска Бога вы остановились на словах о Боге. Вместо того чтобы смотреть в существующее, вы носите мертвые книги. Вместо того чтобы жить настоящей жизнью, вы лишь имеете идеи, как жить. Только идеи. Ничего другого.

Вы не жили совсем, вы лишь несете несколько идей. Вот что я имею в виду, когда говорю, что вы взяли меню вместо обеда. Этим меню можно назвать Веды, или Коран, или Библия, но это меню, не пища, оно не может насытить вас.

Поэтому, если вы чувствуете, что не насытились, если вы чувствуете себя слабым, если вы чувствуете себя, как при смерти, то это естественно. За это некого винить.

...он переворачивал вверх дном.

Некий господин Ян сказал его отцу: «Господа из Лу обладают многими искусствами и навыками, может быть, они смогут вылечить его. Почему бы не обратиться к ним?

Помните последнюю историю? Она тоже касалась господ из Лу. Этот город Лу был городом Конфуция. Он был почти как Варанаси. В Индии, если вы пришли из Варанаси, если вы говорите, что пришли из Варанаси, вы уже великий ученый. Это создает вам престиж. Варанаси – цитадель индуизма. Город Лу был в точности как Варанаси. Там жили конфуцианские ученые. Это был род конфуцианского университета, где жил Конфуций со своими учениками и создал много школ, воспитал много ученых и браминов. Город стал очень знаменитым.

Некий господин Ян сказал его отцу: «Господа из Лу обладают многими искусствами и навыками, может быть, они смогут вылечить его. Почему бы не обратиться к ним?»

Отец отправился в Лу, но когда он проезжал через Чен, ему повстречался Лао-цзы, и у него появилась возможность поговорить с Лао-цзы о симптомах сына.

В этом месте притчи нужно вспомнить одну вещь: ум всегда ищет конфуцианца. Он встречается с Лао-цзы лишь случайно. Ум в основном является конфуцианцем. Ум ищет структуру, идеологию. Ум ищет принцип. Ум ищет некоторую технологию, чтобы стать более могущественным в контроле. Ум ищет власти. Лишь случайно вы встречаетесь с Лао-цзы; на самом деле вы не искали Лао-цзы, вы искали Конфуция.

Например, вы пришли сюда. Вы искали не меня, вы искали махатму. Вы повстречались со мной случайно. Вы могли искать гуру, махатму, но случайно повстречались со мной. Вы искали не меня, ум не может искать меня. Для ума искать меня – все равно, что совершать самоубийство. Ум ищет чего-то, что поможет ему стать сильнее.

Отец отправился в Лу... Он был в поиске конфуцианца, который смог бы вылечить его сына. Отцу ясно одно – сын болен. Он не подумал, не поразмышлял над тем, действительно ли сын болен, действительно ли он является ненормальным. Он просто воспринял идею, что тот ненормален. Он не знает ничего: что такое нормальность или что такое ненормальность.

Делая такие предположения, будьте немного более осознанны. Вы думаете, что кто-то сумасшедший? Не надо так спешить. Может быть, он не сумасшедший; напротив, может быть, вы сумасшедший. Не судите. Вы немедленно предполагаете, что кто-то преступник, а он может не быть им. Напротив, может быть, вы преступник. Преступник может не быть преступником – преступником может быть судья. Осужденный может не быть преступником – преступником может быть осуждающий. Все очень сложно – не делайте предположений. Не становитесь жертвами простых предположений.

Отец принял только одну вещь как данное: его сын ненормальный. Остерегайтесь принимать все как данное. Никогда и ничего не принимайте как данное. В тот момент, когда вы принимаете что-либо как данное, вы выходите из разумности. Разумность никогда и ничего не принимает как данное. Она смотрит в это и остается открытой. Она никогда не создает предубеждений. Кто знает?

Вы, должно быть, слышали историю о женщине, которую привели к Иисусу, потому что она совершила грех. Осуждавшие были готовы убить её, потому что старый закон говорил, что если женщина совершила грех, прелюбодеяние, то она должна быть побита камнями; она должна быть забита камнями до смерти.

Они пришли к Иисусу. Это была также хорошая возможность осудить Иисуса: последует ли он старому закону или пойдет против него.

Они спросили: «Что нам делать?» И Иисус сказал: «Сначала подумайте. Те, кто никогда не совершал никакого греха, те, кто даже не думал о прелюбодеянии, пусть они возьмут камни в свои руки. Им дозволяется побить камнями эту женщину». Люди начали исчезать. Не осталось никого – не было ни единого человека, кто не совершал бы прелюбодеяния, пусть даже только в уме.

В минуту толпа рассеялась, и Иисус остался с женщиной. Женщина начала плакать. Она чувствовала огромное уважение к этому человеку, спасшему её. Она сказала: «Я виновата. Я поступила неправильно. Накажи меня». И Иисус сказал: «Кто я, чтобы наказывать тебя? Кто я, чтобы называть тебя грешницей? Это между тобой и твоим Богом. Я никто, чтобы судить».

Иисус сказал: «Не судите, да не судимы будете». Всякое осуждение глупо. Только глупые люди судят быстро. Чем более вы разумны, тем меньше осуждений вы выносите. Если вы действительно разумны, все осуждения исчезают. Тогда вы вдруг видите все, что есть. Но вы не осуждаете, вы не говорите: «Этот человек плохой, а этот человек хороший». Вы не говорите: «Этот человек грешник, а этот человек святой». Это все ваши суждения. Кто вы, чтобы судить? Кто дал вам право судить?

И когда вы никого не осуждаете, когда вы отбрасываете все осуждения, внезапно вся жизнь выглядит так прекрасно, так безмерно прекрасно, так божественно. Дьявол исчезает в тот момент, когда исчезают ваши осуждения.

Этот человек повстречался с Лао-цзы случайно, поэтому у него появилась возможность поговорить с Лао-цзы о симптомах сына. Он не осознавал, с кем он говорил.

Лао-цзы великолепен, не превзойден. Не превзойден ни до, ни после. Никогда не было такой ясности в человеке, никогда и нигде. Такое полное понимание, такая абсолютная прозрачность! Даже в Будде, даже в Махавире, даже в Кришне вы найдете маленькое осуждение – но не в Лао-цзы.

«Откуда вы знаете, что ваш сын ненормальный?» – сказал Лао-цзы.

«Откуда вы знаете, что ваш сын ненормальный?» Он поднимает самый фундаментальный вопрос. Кто нормальный? Что такое норма? И как вы решаете? Толпа, множество людей, похожа на то, что является нормой? Но вся толпа может быть сумасшедшей.

Вот история Халиля Джебрана.

В город пришел чародей и бросил в городской колодец некоторое лекарство. Он сказал, что всякий, кто будет пить из этого колодца, сойдет с ума.

В городе было только два колодца: один для простых людей и один для короля.

К вечеру весь город сошел с ума. Они вынуждены были пить из колодца, хотя и знали, что сойдут с ума, потому что это был единственный доступный колодец. А был жаркий летний день, они пытались не пить, но как долго можно терпеть? Постепенно они сдались. К вечеру весь город сошел с ума.

Король был очень счастлив. Стоя на террасе своего дворца, он смотрел вокруг и говорил своему премьер-министру: «Мы благодарны Богу за то, что у нас разные колодцы, иначе мы тоже сошли бы с ума. Весь город стал сумасшедшим». Люди танцевали, пели, прыгали, кричали, ревели. Весь город был в невероятном состоянии. Что случилось? Это был ночной кошмар. Люди делали такие вещи, которых не делали никогда.