Текст книги "Фригидная для оборотня многоженца (СИ)"
Автор книги: Айза Блэк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
Глава 31
Полет длился часа два. Все это время Рэймонд сидел неподвижно. Как будто в самолете осталась лишь оболочка, а душа отправилась блуждать по просторам вселенной. Я не решалась нарушить тягостное молчание. Сидела, опасаясь лишний раз пошевелиться.
Размышляла. О прошлом, настоящем, о будущем, которое виделось мне сплошной беспросветной темнотой. Как бы я ни хотела, я не могу ничего изменить. Не могу вернуться назад. Я понимаю оборотней. Осознаю, как выгляжу в их глазах. И любое мое оправдание, даже извинение, будет выглядеть жалко и ничего не изменит.
К концу полета я уже склоняюсь к мысли – лучше бы он прекратил все это тогда. Зря спас. Быстрая смерть куда желаннее, нескончаемой мучительной агонии.
Самолет приземлился. Рэймонд очнулся. Вышел из своего странного транса. Окинул меня изучающим взглядом. Вздохнул. На губах вновь заиграла снисходительная улыбка. Она могла означать вся что угодно и ничего конкретного.
Оборотень галантно подал мне руку. Мы сошли на землю. Воздух. Он тут был иной. Вкусный. Пьянящий. Такой кристально чистый, что я невольно покачнулась. А небо. Никогда не видела настолько чистого синего цвета. Казалось – это все ненастоящее. Как картина, созданная неведомой рукой непревзойденного художника.
– Где мы? – спросила еле слышно.
– Там, где море омывает небосклон, – бархатный голос прошелся по коже.
Мы миновали маленький уютный аэропорт. Сели в ожидавший нас автомобиль. Оборотень рядом. Поднимает перегородку. Отрезая нас от водителя. Достает мобильный. Делает несколько звонков. Односложные слова, из которых не понять суть. Он четко и коротко отдает приказы.
До сих пор не понимаю, где мы. Судя по открывшемуся виду из окна – горная местность. Витиеватая дорога уносит нас прочь от цивилизации. За черту маленького городка.
– Рэймонд… давай обсудим… – делаю еще одну попытку достучаться до него.
– Что? – выгибает бровь. Замечаю отблеск боли в глазах.
– Ты понимаешь… что заключать брак при сложившихся обстоятельствах – настоящее безумие?
– Вопрос решен, – отрезает мрачно.
Он сейчас не в духе. Ощущаю скрытые вибрации ярости. Держит себя в руках, вида не показывает, а внутри зреет вулкан. И он может взорваться в любой момент.
– Ненави… неприязнь не лучшая причина для свадьбы.
– О, Вивьен, поведай мне о своей ненависти, – наклоняется ко мне. Дьявольский шепот льется прямо мне в губы. – Как омерзительно для тебя человека, связать свою жизнь с монстром.
– Ты перекручиваешь мои слова, – он так близко. Горячее дыхание оставляет ожоги на губах. – Я говорила лишь о событиях прошлого. О том, что всегда будет незримо присутствовать рядом. Мне жаль, действительно жаль, Рэймонд. Но ошибок не исправить, – Делаю, прежде чем успеваю подумать, провожу пальцами по колючей щеке. Мне нравится ощущения. Огненного, согревающего покалывания, – У меня нет к тебе ненависти, – одергиваю руку. Опускаю голову. – Она есть у тебя… и этот брак… ты наказываешь нас всех… продлеваешь муки. Когда нужно жить дальше… отпустить…
– Ты еще слишком мало знаешь о муках, – говорит мягко, скользит бархатными звуками по коже. – Хочешь свободу? Так к ней тянешь ручки? У тебя она была. Полная свобода действий. И к чему это привело? Чего ты достигла? Чем можешь удивить? Вивьен, столько лет безграничной свободы, вперед я слушаю, перечень твоих побед, – бархат превращается в сталь, режет мастерски, безошибочно находя самые болезненные точки.
– Хочешь, чтобы я признала – моя жизнь не сложилась? Я потерпела крах? Раздавить? Размазать? Вперед Рэймонд, – закусываю губу. Больно. Лучше бы избил. Растерзал.
Он прав. Ничего у меня нет в жизни. Все что я считала достижением – иллюзии. Я барахталась как рыба на берегу. Так и не смогла добраться до воды.
– Браво, Вивьен, делаешь успехи, – ухмыляется, – Начинаешь прозревать.
– Но даже невзирая на все, я верю, что смогу изменить жизнь. Я еще молода, и у меня все получится.
– Ах, да и я, единственное препятствие к достижению твоих грандиозных планов, – издает издевательский смешок.
Машина останавливается. Мы покидаем салон. Оглядываюсь по сторонам. Нас привезли к подножию горы. Тут воздух еще чище. Природа околдовывает своим великолепием. Бескрайнее небо, горы, сочность красок.
– Вперед, – бодро поднимается. Он тут в своей стихии. Ощущаю ликование оборотня, лихорадочный блеск глаз. Меньше всего ему сейчас хочется разгуливать в человеческом облике, зверь просится на волю.
Иду за ним. Выхода нет. Не пускаться же мне наутек от него в горах. Глупо. Только получается у меня все куда хуже. Я то и дело спотыкаюсь. Останавливаюсь. Боюсь поскользнуться.
– Дитя каменных джунглей, – смеется, и нечто проскальзывает в этом смехе мальчишеское, озорное, искреннее. – С твоим темпом мы и до ночи не доберемся.
Подходит, с легкостью поднимает меня на руки. Также грациозно скользит вверх. Поднимается, словно я вообще ничего не вешу.
– А ночью… ты хочешь провести этот… ритуал? – сглатываю ком в горле.
– Верно.
– А для бракосочетания по вашим законам, разве не нужны гости, стая? Или хотя бы тот, кто будет проводить обряд?
– О нет, Вивьен, брачный ритуал подразумевает абсолютное уединение, – урчит. Телом ощущаю вибрации внутри. Там происходят какие-то процессы. Неведомые мне. Пугающие. Оборотень меняется. Пока только внутренне.
– И как они поймут… ну что все… свершилось? – я спрашиваю и сама не верю, что стану женой оборотня. Во мне еще теплится надежда на чудо. Вдруг судьба дарует мне шанс избежать подобной участи.
– Учуют, – в глазах притаился зверь. Он уже выглядывает, ожидая своего звездного часа.
Глава 32
День в самом разгаре. Ласково светит солнце. Оно согревает, дарит умиротворение. Кажется, еще немного и можно будет дотронуться до облаков. На время я забыла о прошлом, настоящем, будущем. Причинах, по которым мы здесь оказалась. Все осталось где-то там, у подножия гор. Тут природа полновластная царица. Она радушно принимает нас в своих владениях.
Никогда прежде я не ощущала всласть природы настолько остро. Никогда воздух не казался мне нектаром. Это особенное место. Пропитанное первобытной магией. Голоса птиц, шум деревьев, легкие порывы ветра, все это складывается в удивительную успокаивающую симфонию.
Рэймонд преобразился. Кожа словно светится изнутри. От него исходит сила. Только сейчас я могу прочувствовать ее в полной мере. Она проходится по моей коже, стремительным теплым потоком. Кружит, окутывает, раскрывает меня саму, позволяет на короткие мгновенья увидеть мир глазами оборотня.
Он несет меня всю дорогу. Я не задаю вопросов. Не пытаюсь что-то выяснить. Сейчас слова могут разрушить магию. Разбить хрупкий миг единения.
Рэймонд вынес меня на вершину горы. К маленькому домику, который, казалось, парит в небесах. Огромные окна, пропускают солнечные лучи. Он сверкает, переливается, ослепляет, завораживает. Игра света творит волшебство на наших глазах. Это что-то нереальное, сказка. Сейчас до меня, как никогда доходит смысл фразы: «Парить в небесах». Именно это в данный момент происходит наяву. Только руку протяни, и можно потрогать облака. Небо так близко, что касается нас своей синей прохладой. А внизу плескаются волны. Горы омывает море. Шум воды смешивается со звуками леса и песней ветра.
Я смотрю на все и не верю. Если рай существует, то мне кажется, он выглядит именно так. Я подошла к обрыву, взглянула вдаль. Морские волны ласкают небеса. Вода и небо сливаются в одну линию божественного, завораживающего танца.
С трудом отрываюсь от невероятной картины. Совершенство природы во всем его великолепии. Подхожу к оборотню. Он замер в стороне. В глазах грусть и боль, что совсем не вяжется с этим местом. Тут в этом райском уголке не должно быть страданий. Нет. Только не тут. Мне хочется стать волной, которая навсегда смоет грусть из его глаз.
– Чей это дом? Что это за удивительное место? – от него исходит жар. Никогда прежде я не ощущала его настолько явственно. Словно внутри оборотня разгорается костер, и пламя норовит вырваться наружу, его не удержать в тесных оковах тела.
– Мой… я его построил давно… – запинается, смотрит на небо, – До тех событий…
– Так вы же жили в Долине грез. Ты хотел покинуть стаю?
– Нет. Я хотел создать особое место для истинной. Только наш уголок на земле, – сейчас я отчетливо вижу, как золотые искры осыпаются колючим дождем прямо в душу. Как они терзают его, ранят. И это привычное состояние. Волк привык к боли. Она стала его неотъемлемой частью. Вечной спутницей.
– Ты так сильно ждал истинную?
– Ждал… всю жизнь, – закрывает глаза. Делает глубокий вдох. Загоняет боль в глубину сердца. С силой. Нанося себе очередные раны. – Пойдем, покажу твою комнату, – голос вновь стал спокойным. Нарочито небрежным. Боль снова под замком, бьется в сердце, режет его изнутри. Но снаружи порезов не видно. Он мастерски прячет их.
Рэймонд приводит меня в светлую комнату. Окна от пола до потолка. Пол под ногами не ощущается. Кажется, я хожу по небесам. И каждый мой шаг озаряет солнце.
– Отдохни, – бросает тихо. Уходит бесшумно, оставляя отчетливый шлейф грусти.
Стеклянный стол. Прозрачные стулья. Тут все создано, чтобы впитывать и отражать свет. Невесомое легкое. Белоснежная широкая кровать. Мягкая перина. Тут можно утонуть. Тут хочется встречать рассветы и закаты. Я бы осталась тут жить навечно. Забыла о городской суете, проблемах. И растворилась в этом оазисе чистоты и спокойствия.
С окна я вижу бескрайний горизонт и море. Непорочный танец страсти, единение двух стихий. Невероятная картина, в ее первозданном великолепии.
Рэймонд позаботился обо всем. В шкафу одежда. Горничная приносит обед. Молчаливая. Тихая. Незаметная. Только сейчас осознаю, насколько голодна. За несколько минут съедаю все дочиста. Откидываюсь на перину и проваливаюсь в сладкий сон. Тело расслабляется. Впервые за долгое время позволяю себе дышать спокойно. Тревоги отходят. Растворяются в райских ощущениях покоя и дивного душевного умиротворения.
Просыпаюсь на закате. Когда солнце окрашивает горизонт в розовый цвет. Небо – полночная синева. Ни одна кисть художника не способна передать красок природы. Сочных, насыщенных, искренних. Волны омывают солнце, убаюкивают, отправляя на покой. Морская гладь приобретает розовато-золотой оттенок.
Замечаю фигуру Рэймонда. Он сидит спиной к дому. Голая спина. Прощальные лучи солнца играют в его волосах. Словно языки пламени создают на них неповторимый узор. Его фигура отбрасывает тень, и это зверь. Отчетливо вижу очертания волка. Он напряжен. Ждет своего звездного часа, чтобы вырваться на волю.
Надеваю голубой сарафан и спускаюсь к оборотню. Не знаю почему, но во мне стойко растет чувство – сейчас я должна быть рядом. Меня тянет к нему, как магнитом, непреодолимой силой. Пугающей и в чем-то прекрасной.
Подхожу. Рэймонд не двигается. Продолжает смотреть вдаль. Провожает солнце. В глазах отражается розовый закат. Золото во взгляде озаряется волшебным маревом. Сажусь рядом. Не прикасаясь. Ощущаю его жар. Мне горячо. Кажется, еще немного и мы вместе сгорим. Рассыплемся пеплом по земле, и ласковый ветер подарит нас морю.
Каждый мускул оборотня напряжен. Он сидит в позе лотоса. На нем лишь шорты. Ноздри раздуваются. Дыхание шумное. Рэймонд молчит, словно даже не замечает моего присутствия. Полностью погружен в себя. В свою борьбу. У себя в сознании я слышу вой зверя. Отчаянный. Надсадный.
Его волк зовет меня. Просто понимаю. Осознание приход свыше. Он хочет разорвать человеческую оболочку Рэймонда. Когтями и зубами выгрызть себе путь на волю, ко мне. Он жаждет меня с какой-то неистовой, звериной одержимостью. Мне должно быть страшно. Я должна испугаться. Нет. Я не боюсь зверя. Он меня не тронет. Протягиваю руку, провожу по плечу волка. Жидкий огонь. Чувствую, как под кожей растекается лава, его кровь. Кожа под моими пальцами, становится мягкой, податливой, пропускает меня внутрь. Прямо к зверю. Я глажу рукой по шерсти зверя. Мне хочется успокоить его. Усмирить.
Сейчас я ощущаю свою власть. Могу дать зверю свободу. Отпустить его. Навсегда. Так что он забудет про людскую форму. Вернется к первобытным истокам. А могу усыпить на время. Даровать успокоение.
Во мне клубится непонятна сила. Я ощущаю ее прикосновение. Сильное, оглушающее, манящее. Сейчас впервые связь, о которой говорил оборотень, осязаема. Ее можно потрогать руками, ощутить на вкус.
Я могу помочь зверю обрести свободу. Он меня не тронет. Убежит навеки прочь. К своему вечному одиночеству. Или я могу остаться, сделать шаг навстречу и погасить его жар. Дать ему необходимую прохладу.
Кажется, у меня есть выбор. Но выбора нет. Есть единственно верное решение, и я принимаю его. И впервые в жизни на сто процентов осознаю – я поступаю правильно.
Глава 33
– Рэймонд, – шепчу, – Сделай… проведи ритуал… если это поможет обуздать зверя. Я хочу помочь… готова…
Легкое движение головы в знак согласия. Небрежное скольжение черного золота по моему телу. И снова взгляд устремлен к горизонту, где небеса сливаются с морем.
На миг сомнения прокрадываются в душу. Что дальше? Что за странная реакция? Или внутри уже давно зверь установил контроль, и Рэймонд даже не понял смысла сказанных слов? Оглядываюсь по сторонам. В душе неспокойно, то, что казалось верным всего минуту назад, сейчас кажется безумием. Лучше уйти, оставить его.
Делаю попытку подняться. И сразу же опускаюсь назад. Я не хочу уходить. Совсем. Ни капли. Сомнения падают с обрыва прямо в море. Их уносят волны, прочь от нас. Успокаиваюсь.
Смотрю на оборотня, неподвижно сидящего рядом. Рассматриваю золотистую кожу. Рельеф мышц. Впитываю исходящий от него жар. Не отталкиваю, вбираю в себя. И тут приходит голод. Странный. Непонятный. Завораживающий. Я хочу испить его, впитать энергию сквозь кожу, слиться, дотронутся до него там, внутри. Непонятные странные желания только усиливаются. Во мне пробуждается что-то звериное. Словно я неполноценная единица, лишь половина, и мне сегодня жизненно необходимо обрести себя. Дыхание учащается, сердце бьется о грудную клетку в ритме странного призыва. Будто зовет зверя. Хочет подпустить его ближе, ощутить прикосновение меха, согреться.
Это не похоть, не возбуждение. Нечто более глубокое интимное. Словно во мне пробуждается то, о чем я понятия не имела.
Рэймонд наклоняется ко мне. Подхватывает на руки, и усаживает между своими вытянутыми ногами. Спиной прижимаюсь к его груди. Горячо. Жарко. Кажется, ткань платья сейчас сгорит, на коже останутся ожоги. Волк носом зарывается в мои волосы. Дыхание на затылке порождает огненные вибрации во всем теле. Мне хорошо и слишком горячо. Огонь не ранит, он призван пробуждать, воспламенять, подводить к неведомой черте.
– Слушай песню, – бархатный голос ласкает слух, губы легким касанием проходятся по уху.
– Какую песню? – пробую повернуться, посмотреть на него. Не позволяет.
– Природы, – руки поглаживают мои плечи, спускаются ниже, к локтям, сплетают наши пальцы. Каждое движение пропитано невероятной чувственностью, грацией.
И вместе с Рэймондом меня касается его зверь. Проходится мехом по разгоряченной коже. Ластится. Признает меня. И меня тянет к этому волку. Сейчас я в полной их власти. И это правильно. Так должно быть. Ничего сейчас не имеет значения, кроме его прикосновений. Кроме близости его тела. Я хочу чувствовать и гладкость кожи и касание шелковистого меха. И я получаю это в избытке.
А еще я слышу песню. Природа поет ее для нас. Только для нас. Волны, бьющиеся о скалы, легкий прохладный ветер, шум листвы, они поют о единении. В голове отчетливо приходит осознание – свадебная мелодия. Так сама природа благословляет нас на брак. В небе зажигаются звезды, они сияют, освящая наш путь.
И вместе с радостным воем волка на небе появляется луна. Серебристая, яркая, она отбрасывает блики на морскую гладь. Вода светится, искрится. Лунная дорога настолько отчетливо видна, что хочется, взявшись за руки пробежаться по ней.
Вода и небеса сейчас переплетаются. Уже не различить границ. Они словно два неистовых любовника предаются страсти. Природной. Дикой. Необузданной. Первобытной. И это поистине прекрасно. И все их действо освящает луна. Дарует силу, наполняя их танец красками. Окрашивая дивным серебристым маревом.
Я ощущаю толчок в спину. Хотя Рэймонд сидит неподвижно. Это зверь рвется к своей владычице. Луна взывает к нему, призывает слиться с природой. Отдаться на волю инстинктов. Я прижимаюсь к спине оборотня сильнее. Хочу прикоснуться к зверю, успокоить, приласкать. Остудить его порывы. Остановить. Приручить.
В спину мне упирается твердая плоть. Желание Рэймонда. Он пульсирует. Тянется ко мне. И это приятно. Это не пугает. Не отталкивает. Я готова принять все, что он способен мне дать. С еще большей силой во мне поднимается неведомый голод. Впитать его. Принять. Испить.
Одним рывком, удерживая меня за талию, оборотень поднимается. Он также находится сзади. Легко приподнимает меня над землей и подводит к обрыву. Тут еще отчетливей виден танец природных стихий. Луна ослепляет серебром. Она так близко, что можно прикоснуться к магии. Ощутить ее силу.
Рэймонд скользит пальцами по платью. Легко и непринужденно снимает его. Расстегивает лифчик, груди падают в его ладони. Тепло. Приятно. Хорошо. Правильно. Откидываю голову назад. Выгибаюсь. Большой и указательный палец играют с соском. Язык проходится по шее, оставляя огненную дорожку. Его движение неспешные. Очень медленные. Волк урчит. Звук голоса, как дополнительная ласка. Он прикасается острее, смелее, наглее. Пробирается под кожу, подкрадывается к душе. Туда где все давно покрыто толстой коркой льда. И я сама забыла туда дорогу. Он находит. Раскрывает меня.
Трусики. Одно движение пальцев и их больше нет. Я обнажена. Перед природой, луной и Рэймондом. И никогда ранее я не ощущала себя настолько гармоничной, цельной. Сама расставляю ноги. Неосознанно. Инстинктивно. Позволяя ловким пальцам проникнуть к сокровенному. Туда где, нет жизни. Все было мертво. Всегда. Сколько себя помню. Оборотень зарождает там жизнь. Еле ощутимую. Пугливую. Трепещущую.
Волк исследует меня очень нежно. Изучает складку за складкой, уткнувшись носом мне в затылок. И пусть желание, в прямом смысле слова не пронзает меня. Я ощущаю иную потребность, гораздо более важную. Самую необходимою. Потребность в нем. Быть рядом. Принять волка. Почувствовать его внутри. Сейчас есть нечто гораздо важнее секса. Сильнее любой похоти.
Оборотень прижимает меня к себе. Впечатывает. Наклоняет веред. Смотрю на луну и вижу там отражение его глаз. Отблеск черного золота на поверхности ночного светила. Он входит. Плавно. Сильно. Ощущаю, как волк прыгает в меня. Как внутри все содрогается от касания меха. Невольный вскрик срывается с губ. Мне так хорошо, так приятно. Чувство безграничной наполненности. Рэймонд скользит во мне. Пробирается все глубже и глубже. Кожа расплавляется. Мы вплавляемся друг в друга. Его волк исследует новую территорию – меня. Обвивается вокруг сердца. Отчетливо ощущаю шелковистое касание, как мех согревает покрытые вечным льдом запретные участки. Он хочет моей прохлады, а я впитываю такой необходимый мне жар.
Я вижу нас в отражении луны. Слышу триумфальную симфонию природы. Наше единение. Я выгибаюсь, пускаю его еще дальше. Хочу сильнее. Глубже. Чтоб пронзил меня. Тепло. Жарко. Горячо. Волшебно. Руки скользят по моему телу. Нет. Они уже внутри. Завладевают мной без остатка. Я пью его силу, через кожу. Впитываю аромат. Утоляю непонятный голод. Становлюсь сильнее. Слияние двух оболочек, зверь питает меня, а я укрощаю волка. Мы нужны друг другу. Просто необходимы. Цельные. Единые. Неразделимые.
– Будет больно, – шепот над ухом, и его язык блуждает по моей шее. Губы ловят пульсирующую жилку. Оборотень вбирает в себя мой пульс.
В следующий миг зубы разрывают плоть на шее. Он вонзает в меня клыки. Руки на моих плечах превращаются в лапы, рассекают кожу, оставляя кровавые борозды. Я отрываюсь от земли. Впившись мне в шею, слившись с моим телом, Рэймонд срывается с обрыва.
И мир застывает. Словно кто-то нажал на паузу. Мы висим в воздухе. В мгновение ока совершаем полет на луну и обратно. Теперь волк бежит в моей крови. Стучит в висках. Дурманит. Наркотический экстаз. Опьянение. Я отдаю ему свою кровь. Себя. И ощущаю, как растет моя собственная сила. Как я парю в небесах. Обретаю крылья. И мы ведь действительно парим. Только вниз. Летим прямо в море. Нереально высоко. Не выжить. Мы разобьемся. И нет. Мне не страшно. Мы вместе. Небеса благословили нас. Вселенная обвенчала. Луна одарила силой.
Его клыки все еще во мне. Рэймонд во мне. Обхватил руки и ногами, вобрал в себя всю целиком. Он окутал меня своим пламенем. Я горю. Мне не больно. Я хочу и дальше пылать вместе с ним. Хочу ощущать его в себе. Зубы. Плоть. Руки. Я готова принять от него все. Его самого целиком и полностью. Энергия оборотня стала целительным бальзамом. Силой, которая наконец утолит мой голод.
Мы падаем в воду. Стремительно погружаемся на самое дно. Сцеплены. Едины. Прохлада не гасит нашего пламени. Только сильнее распаляет. Вода становится нашим мягким ложем. Его движения внутри, сильные толчки. Глубже. До души. До нутра. Больше нет кислорода. Я дышу Рэймондом. Он заменяет мне все. На эти мгновения – он моя вселенная.
Мы плаваем, потеряв земную оболочку. Сгораем заживо. Умираем, чтобы возродиться. Приняв иную форму. Нечто прочнее стального каната, проходит сквозь нас. Связывает тела, сердца, разум, плоть. Его зверь стал моим собственным. И нет границ. Нет запретов этому единению. Единство стихий бурлит в нас. Наполняя энергией космоса. Открывая мир, доступный только нам. Я кричу, без слов, и слышу его ответ у себя в крови. Оборотень во мне. Сейчас. Всегда. Навеки.
Он набух в лоне. И взорвался. Впечатывая меня в себя. Еще сильнее вонзая клыки. Наполняя своим дурманом кровь. Мой наркотик. Волк, подаривший головокружительное путешествие к центру вселенной.
Мы вынырнули на поверхность. Воздух обжег легкие. Я делаю вдох. Как заново родилась. И воздух наполнен только его ароматом. Я дышу Рэймондом и не могу надышаться. В небе звезды горят еще ярче. Вспыхивают все новые огоньки. Салют и поздравления небес в нашу честь. Луна освящает серебром нашу дорогу. Окутывает нас незримой магией. Шепчет: «Теперь вы едины!».
Оборотень выплывает на берег. Все еще сжимает меня. Не выпускает из объятий. Мы лежим на теплом песке. Я улыбаюсь. Счастливо. Безмятежно. Он зализывает мои раны. Слизывает кровь. А я мурлычу от блаженства.
– Ты солгал. Больно не было…
