Текст книги "Шаманка. Песнь воды (СИ)"
Автор книги: Айлин Лин
Жанры:
Классическое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава 17
К шапке было решено пойти сразу после того, как охотники вернутся. Отцу непременно хотелось меня сопроводить, впрочем, как и Газисе. И Рону тоже было страсть, как любопытно, что такого произойдёт, когда его старшая сестра-сказочница, наденет на голову волшебную хатэ.
Мне бы, конечно, хотелось примерить шапку как можно быстрее дабы получить доступ к знаниям. Но отказывать отцу в его просьбе не стала, после Великой охоты, значит, так тому и быть.
Обо всём этом я думала, сидя внутри вместительной корзины, висевшей на одном из боков высокого и сильного вьючного животного. На бактриане. Иными словами, на двугорбом верблюде.
Колючка, так звал верблюдицу её хозяин, сразу почувствовала, что в таре, которую ей предстоит тащить по жаркой пустыне, не еда вовсе и даже не плед для ночёвки под открытым небом. Умное животное, стоило корзине с необычным содержимым оказаться справа от его брюха, изящно изогнуло длинную, сильную шею и ткнулось носом в короб.
– Пфр-пфф! – возмутилась Колючка, привлекая ко мне ненужное внимание.
– Тише, красавица, – прошептала я, буквально одними губами, – обещаю, с меня сушёные яблоки, – услышав знакомое слово, верблюдица фыркнула ещё раз, подумала немного и наконец-то отвернулась.
Я же облегчённо выдохнула. Прислушалась к голосам мужчин, что находились неподалёку. Вроде ничего не заметили. Иначе уже рассекретили моё местонахождение. Жаль было только, что не смогла попрощаться с Рондгулом: как закончился завтрак, мальчишка, не оглядываясь, куда-то умчался, а мне так хотелось с ним поговорить перед тем, как отправиться в авантюрное путешествие. Привыкла я к Рону, мальчонка оказался вовсе не плох, просто недолюблен и тянулся ко мне, как цветочек к ясному солнышку. А всего-то и надо было – уделить ребёнку немного внимания, проявить искреннюю заботу и интерес к его делам. Ладно, привезу ему с поездки необычной формы камень, сочиню по этому поводу какую-нибудь эпичную сказку, пусть мальчик порадуется.
Совсем близко от меня послышались шаги. Напряглась, пытаясь даже дышать через раз. Корзину толкнули, затем ещё раз и крышка распахнулась.
– Я сюда тогда закину, она, оказывается, наполовину заполнена, – крикнул Зок. Да-да, наездником Колючки был мой незадачливый телохранитель. Мужчина не обладал даром заклинателя, но всё же был отменным воином и всегда ходил с караваном на охоту вглубь пустыни.
Прижав к груди коленки, замерла, притворившись одним из многочисленных свёртков, лежащих внутри корзины.
Сверху что-то взяли, потом положили, затем ещё что-то накинули, утрамбовали чуток, и плетёная крышка вернулась на место. Дышать стало сложнее, но пока шевелиться никак нельзя было, придётся некоторое время потерпеть, по крайней мере, караван не тронется в путь.
Не знаю, как долго я просидела, свернувшись калачиком, не скажу, что тело онемело, в последнее время оно было весьма гибким и устойчивым к физическим нагрузкам, но неприятные ощущения всё же были: неудобная поза и недостаток свежего воздуха причиняли некий дискомфорт, без коего я всё же жить не могла, поскольку после неведомой мне трансформации осталась живым человеком.
Потерев кончик носа об свою острую коленку, сдержала чих.
Через некоторое время послышалась команда главного в караване, и всё вокруг пришло в движение, в том числе и Зок, стоявший поблизости. Мужчина легко оседлал Колючку, после чего своеобразно свистнул и животное покорно встало на ноги.
Поход за мясом и ценными ингредиентами начался. Посчитав, что десяти минут плавного хода верблюдицы, вполне достаточно, чтобы у Зока несколько притупилась бдительность, позволила себе расслабить члены.
Вынула маленький ножичек и, подстроившись под движение животного, принялась ковырять дырочку в плотном плетении корзины. Я никуда не спешила, что я там не видела? Бескрайнюю пустыню? П-фе. Мне просто нужен приток воздуха, а что там, снаружи – не интересовало вовсе, во всяком случае, пока.
Закончив с делом, облегчённо выдохнула. Потянула носом. Но почувствовала всё тот же аромат сушёного хлеба, коим по идее должна была быть забита тара. Душно, пот градом, неудобно. Но тут уж ничего не поделаешь. Обнародовать своё нахождение в караване пока не собиралась, слишком недалеко мы отошли от Зэлеса. С отца станется повернуть назад. Боялась ли я наказания? Нет, но отчаянно не хотелось огорчать папу. И одновременно с этим остро кололо чувство тревоги: нутром ощущала – я должна принять участие в этом походе.
Через несколько часов неспешного хода мой желудок недвусмысленно напомнил о себе.
Почесав кончик носа, оценила окружающие свёртки. Вот этот, самый, на мой субъективный взгляд, маленький. Пожалуй, начну с него. Отогнув холщовую ткань, с удовольствием уставилась на небольшой округлый серый хлебушек, кем-то заботливо нарезанный. Вынула подсушенный кусочек и тихо захрустела, стараясь сильно не шуметь. Во рту взрыв специй и непередаваемая солоноватость. Вот как они делали хлеб настолько необыкновенно вкусным? Ни разу в той своей жизни в самых лучших ресторанах, я не пробовала ничего и близко похожего на это с виду простое угощение.
Хрумкала недолго, только чтобы утолить первый голод. О своём нахождении в группе собиралась объявить на третьи сутки. Зок находился в средней части каравана, а значит, до его снеди доберутся аккурат к этому времени. Я убрала из короба не так уж и много, лишь бы пролезть самой, и поэтому не сильно переживала, что кому-то не достанется пищи. К тому же знала, что в пути охотники спокойно добывали свежее мясо – змеи пустыни. Наннури, впрочем, как и все остальные кланы, вовсе не боялись помереть от их яда. Они умели обрабатывать тушку так, что мясо кобры, или мерзкой гадюки становилось наинежнейшим деликатесом. Умерщвлённой змее отрезали голову, затем сцеживали кровь и потом снимали шкуру. После нарезали на порционные куски. По вкусу змеиное мясо было сильно похоже на куриное, но всё же немного иное. А ещё тут любили и умели использовать специи, и не только подсушенный хлеб тому подтверждение.
А ещё наннури были способны отыскать воду в песке, если их собственные запасы вдруг закончатся.
Но такое навряд ли возможно, поскольку в караване были верблюды без всадников, их задачей являлась перевозка кувшинов с драгоценной жидкостью.
Первый привал случился аккурат через час после полудня. В этих краях вечер наступал очень быстро, можно сказать, молниеносно, и чтобы успеть приготовиться ко сну в ледяной ночной пустыне, требовалось разбить лагерь заблаговременно.
Кроме того, мне отчаянно хотелось сбегать по нужде. Этот момент тоже был обдуман. В течение дня я ничего не пила, только заточила маленький кусочек хлеба. Моё тело стало выносливее в несколько раз, ему не нужно было столько воды и еды, по сравнению с другими людьми.
Зок, как я и думала, оставил своё животное стреноженным в отведённом для верблюдов месте. Корзины были сняты с крупа Колючки и уложены в стороне. Мне осталось лишь дождаться, когда все отправятся к кострам и на время забудут к "загону" дорогу.
А пока ждала удачного момента, обдумывала странности в местной системе магов, эту иерархию построила интуитивно, полагая, что нахожусь недалеко от истины. Получалась интересная картина: высшая каста – маги и их умения управлять стихиями, затем шли шаманы, коим для ворожбы требовалось тратить внутренние, жизненные силы. И были заклинатели. Способные управиться с монстрами, но не способные противостоять ни шаманам, ни тем более истинным магам. Это всё условно, вероятно, в иной стране другая градация, и шаманы там зовутся иначе, а заклинатели вовсе не существуют, либо так же носят отличные от песчаных народов названия…
Мои размышления прервало странное шуршание, быстро примкнув к дырочке в стенке корзины, поглядела наружу. Одна из тар шелохнулась, затем ещё раз и ещё. Под моим обалделым взором соседняя корзина напоследок качнулась ещё раз и-и-и… рухнула на золотисто-белый песок. Отлетела плетёная крышка и…
– Рондугл, ах ты, хулиган! – выдохнула я, то ли восхищённо, то ли осуждающе.
– Шаризка! – шикнул мелкий, заполошно осматриваясь, – ну, вылезай, я знаю, ты где-то здесь!
И как он догадался, что я собралась в поход? В уме и проницательности Рону точно не откажешь. Поглядев по сторонам, вздохнула, надо выбираться и отчитать братишку, а потом думать, как быть.
Глава 18
– Ты чего тут забыл? – шипела я рассерженной гадюкой, держа братишку за покрасневшее ухо.
– А-ай! Пусти! Больно же! – кричать он не смел, ибо понимал, что тогда нас быстро обнаружат. Терпел, пыхтел и трепыхался, пытаясь вырваться, но высвободиться из моего захвата так и не смог. Лицо Рона раскраснелось, мелкий злился, иногда матерился, весьма витиевато, должна заметить, и где только поднабрался?
– Мальчишки научили, те, что на рынке воруют, – шикнул он на прозвучавший вопрос.
– Ясно, – вздохнула я и отпустила многострадальное ухо. – Садись, поговорим, – велела, плюхаясь на остывающий песок. Я благоразумно отвела братишку за небольшой бархан, находившийся по соседству с верблюжьей стоянкой и уже тут накинулась на него, как коршун на полевую мышь.
– Сильная стала. Управы на тебя нет, – обиженно бухтел мальчуган, но приказу последовал – рухнул напротив меня, прижимая раскрытую ладонь к опухшему уху.
– Дай сюда, – потянулась я к нему.
– Не дам, оторвёшь ещё, – шарахнулся в сторону шкет.
– Не бойся, – вздохнула я, отвинчивая крышку со своей фляжки. – Облегчу страдания.
– И ничего я не боюсь, – фыркнули в ответ, и рука неохотно отлипла от уха.
Я поманила тонкую струйку воды из бутылочки и она, послушно откликаясь на зов, змеёй скользнула наружу, и по воздуху метнулась к широко распахнувшему тёмные очи Рондгулу.
– Вау! – воскликнул он, копируя мои интонации, когда я рассказывала ему свои сказки. Тем временем лопоушко оказалось в плену водного пузыря, и мальчонка с облегчением выдохнул. – И как долго оно сможет так… ммм, зависать? – уточнил он мгновение спустя.
– Пока солнечные лучи его не испарят, – пожала плечами я, – я ещё не знаю, как продлевать жизнь воде на солнце. Не ведаю, как получать её из земли. Я вообще мало, что знаю.
– Придётся тебе всё-таки напялить хатэ на черепушку, – со знанием дела покивал брат, а я закатила глаза, это всё моё влияние! Впредь надо быть поосторожнее со словами. – Я знал, что ты пойдёшь в этот поход. Подслушал твой разговор с папой в тот вечер, помнишь, он у камина сидел, а ты к нему пошла, меня не позвала, – надул щёки Рон.
– Ну, уж конечно, тебе бы отец точно не отказал, – тихо рассмеялась я.
– Не в том дело. Вдвоём всяко ж интереснее, веселее, – пожал плечами Рондгул. И почесал кончик носа. С недавних пор мальчонка многое что копировал, беря меня, как пример для подражания. Забавно. В той жизни у меня не было ни братьев, ни сестёр. А в этом есть. И я не хотела рисковать его жизнью. – После завтрака, когда отец с нами простился, я рванул в своё убежище и уже оттуда следил за тобой. Видел, как ты появилась на заднем дворе, после осталось убедиться, что ты пошла в сторону хозяйственных построек, где собирают снедь и иное для странствия. А дальше ерунда – пробраться туда же и залезть в одну из корзин. Раз-два и готово!
– Тебе нужно пойти к отцу, – вернув на лицо серьёзное выражение, начала я, – он отправит тебя домой с воинами. А я поеду дальше.
– Нет, – набычился сорванец, – я тогда и тебя сдам.
– Ах ты мелкий… шантажист, – я не знала, как мне быть. – Ты не понимаешь, насколько охота – опасное дело. Погибнешь ни за грош! А я не желаю потом всю жизнь мучиться чувством вины.
– Вот и постарайся, чтобы я выжил, – каков наглец! Но его заявление отчего-то заставило меня улыбнуться.
– Теперь помолчим, мне нужно подумать, – вздохнула я, скрещивая ноги и выпрямляя спину. Прикрыла веки.
– Ага, – шмыгнул носом Рон и уставился на меня не мигая. Наверное, боялся упустить ещё что-нибудь магическое.
Мальчику было семь лет, но уже в этом возрасте ему не были чужды ни зависть, ни злоба, и иные недобрые чувства. И я прекрасно видела на его личике эту самую зависть к моим сверхъестественным способностям, обладательницей коих я стала.
– Любая сила – большая ответственность, – не размыкая век, сказала я. – Я могу на всю жизнь остаться одинокой. Пережить тебя, маму с папой. Не заиметь детей, не понянчить внуков. Понимаешь меня?
– Пф-ф! Это не самое страшное! – даже не видя, я точно знала, что мальчонка небрежно передёрнул плечами, явно со мной не согласный.
– Это самое страшное, друг мой. Это бремя и мне его нести, покуда держат ноги. За полученный дар придётся заплатить. Впрочем, я уже плачу, ты даже не представляешь, как было больно, когда во мне поселилась магия. Меня корёжило и выворачивало наизнанку, кости трещали.
– Ну, ты же выдержала, значит, и я сдюжу, – не поверил брат.
– Знаешь, я, наверное, смогу тебе помочь, – открыв глаза задумчиво посмотрела в его симпатичное личико. Рондгул был очень похож на отца и обещал вырасти в статного красавца, покорителя женских сердец. – Уверена, что в моих силах сделать твоё тело сильнее, выносливее. Укрепить кости. Помочь твоему дару заклинателя стать мощнее.
С каждым моим словом зависть, проступившая в уголках его губ, исчезала, а в тёмных озёрах бездонных глаз разгорался огонёк надежды, жажды стать "выше, сильнее, быстрее".
– Это возможно? – одними губами уточнил Рон, вглядываясь в меня.
– Да, – я была уверена в своих силах. Когда-то одними тренировками смогла добиться многого и развить своё тело до состояния "идеальная машина для убийства". Увы, работка моя была таковой, что либо ты, либо тебя. – Но придётся много трудиться, откровенно скажу, пахать, чуть ли не камни таскать, больше тебя в два-три раза и настолько же тяжелее.
– Я готов! – выпятил грудь колесом мелкий и важно расправил узкие плечи. Такой милый, ути-пути. И щёчки ещё есть, так и хотелось его обнять. Но нельзя портить сей торжественный момент всякими нежностями.
– А теперь слушай сюда, – серьёзно выдохнула я. – Продолжаем прятаться в корзинах. Кстати, а куда ты нужду справлял? – вырвалось против воли. Щёки мальца полыхнули огнём, шея покраснела, как и до того бледное левое ухо. – Ясно. Значит, твоя тара скоро начнёт попахивать. Надо её почистить. Пусть люди покрепче уснут, я отмою.
Эх, ну вот и первые рутинные дела. Не думала, что они будут такими.
– То есть ты позволишь мне остаться? – неверяще выхватил из моей речи важное для него.
– Будь рядом со мной. И не забывай, ты прирождённый Заклинатель. Твари будут тебя опасаться и без повода не нападут. Просто наблюдай за охотой издали и не лезь на рожон. Я ясно выражаюсь?
В голос добавила металла, чтобы точно впечатлился.
– Рондгул Наннури, обещай мне! – рыкнула, грозно нахмурив брови.
– Да, сестра, – склонил он голову. – Обещаю быть осторожным.
Глава 19
– И не лезть на рожон, – надавила я голосом.
– И никуда не полезу… – вяло повторил братишка, ковыряя пальцем в песке.
– Вот и помни о данном обещании, – весомо кивнула и поднялась. – Давай подглядим, что там творится на стоянке.
На самом деле, ежели Рон пойдёт к отцу с повинной и даже если не скажет обо мне, всё равно все корзины и тюки перевернут, в поисках таких же, как Ронгул искателей приключений. А коли меня удалят из отряда, я не смогу помочь, когда случится то, что давит мне на грудь, и не даёт спокойно спать.
Забравшись на бархан, распластались на его склоне и выглянули наружу. За время нашего с братом разговора воины успели разбить лагерь и поставить специальные тканевые палатки. Уже дымили костры с казанками, подвешенными на хитро сделанных треногах. Подул ветерок, донеся до нас мелкие песчинки и запахи еды.
– Есть охота, – мечтательно вздохнул брат, жадно вглядываясь в содержимое котлов, но, естественно, с нашей позиции что-либо рассмотреть не представлялось возможным.
– Терпи до ночи, украдём что-нибудь.
– Так часовые стоят же, – покачал головой Рон, – придётся терпеть ещё сутки, потом объявить отцу, что мы тут… Да и мама переживать будет, – вдруг вырвалось из его уст.
– Я записку оставила, что чувствую беду и нужно помочь папе, – призналась, понимая, что мальчику так будет немного спокойнее.
– Это хорошо. Но ты же только о себе писала, а обо мне нет.
– Мама у нас умная, поймёт, что ты со мной. Надеюсь, мы с тобой после возвращения домой, сможем сидеть.
– А почему ты думаешь, что не сможем? – на автомате уточнил Рондгул, а потом до него дошло. – Да, получить плетей по мягкому месту совсем не хочется. Я, когда шёл за тобой, не думал об этом.
– Тебе голова для чего дана? Чтобы маты коллекционировать? Или тюрбан носить задом наперёд?
– Колле… что? – нахмурился шкет, забавно наморщив нос, после чего повернул свою шапку, чтобы она села как надо.
– То-то же.
– Всё, прячемся и ждём.
Холод пустыни беспощаден. Стоило ночи вступить в права, как песок уже не согревал наши спины, а зло холодил.
– По-ку-ш-шать и в п-палат-к-ку бы, – простучал зубами Рондгул, прижимаясь ко мне как можно плотнее.
– Еду раздобудем, а о палатке остаётся только мечтать. Пора вернуться в загон с верблюдами, там корзины с провизией, кувшины с водой и животные, их бока нас отогреют.
– Х-хорошая идея.
Мы двигались на четвереньках, где-то и вовсе по-пластунски, стараясь, чтобы под нами не скрипел песок. Я видела часовых. Двое у отдыхающих верблюдов, парочка у палаточного лагеря.
Первая пара, устало привалившись к боку одного их самых крупных бактрианов, о чём-то негромко переговаривалась. Мы обогнули их по дуге и подошли к стоянке с другой стороны.
– Тише-тише, Колючка, не шуми, – шептала я, поглаживая округлые плюшевые бока прекрасного животного. Колючка лежала на самом краю верблюжьего стада и мерно что-то жевала. – Мы с братом хотим пить и есть. И, если позволишь, прямо рядом с тобой, ты же не будешь против?
– Пф-ф! – пренебрежительно.
– Будем думать, что не против, – усмехнулась я, – Рон, вон моя корзина, там есть сухари.
– А в моей вяленое мясо, – тут же оживился малой и рванул к своей таре.
– Надеюсь, ты не испортил там всё, – вспомнив, куда именно справлял нужду хулиган, пошла следом, – погоди. Сначала надо всё почистить.
И снова ручейки прозрачной воды метнулись из узкого горлышка моей маленькой фляжки наружу, и оплели корзину, а я прикрыла веки, сливаясь со своей стихией, чтобы "видеть", как она очищает дно просыревшей корзины, а потом стенки и промасленную бумагу некоторых свёртков с мясом, таких "попорченных" кулёчков было совсем немного, только те, что лежали на дне, но и упакованы они были замечательно и навряд ли что-то лишнее просочилось внутрь.
– Так, доставай, – закончив с этим непростым делом, отправила грязные струи воды в жаждущий влаги песок и пошла за сухариками.
Прислонившись к тёплому боку Колючку, молча ели, жмурясь от удовольствия. Магия забирала у меня прорву сил, и их требовалось чем-то восполнять, пища – идеальный вариант. Желательно пожирнее.
– Какие же умельцы на кухнях Зэлеса, такое вкусное вяленое мясо я никогда не пробовала, – пробормотала я, едва проглотив плохо прожёванный кусок – так торопилась забить желудок.
– Угум-с, – покивал малой и потянулся к раскрытому мешочку с сухарями.
Утолив голод, прибрались, чтобы ничего заметно не было.
– До рассвета тебя разбужу, – прежде чем разойтись по своим "убежищам", проинструктировала Рондгула, – сбегаешь по нужде и постараешься дотерпеть до вечера. Потом уж можно будет явиться пред папины очи, – представив, какая гроза разразится, поёжилась. Вот вроде душа моя взрослого человека, а трушу пред родительским гневом, словно мне и правда восемь лет.
– Понял-понял, – вяло откликнулся мальчишка, его глаза сами собой закрывались, точно пора на боковую.
– Полезай в корзину, – вздохнула я, чувствуя себя няней в детском саду.
Мальчик кивнул и нырнул в тару. Выложенные на песок свёртки, вернула на место: уложила вокруг Рона, чтобы не сильно ему мешали. Да, спать сидя – не самый приятный из возможных способов отдохнуть. Но он маленький, кровь циркулирует быстро, нигде не задерживаясь, конечности от неправильного расположения тела в пространстве не станут неметь, так что как-нибудь переночует. И я тоже.
Взяв плетёную крышку в руки, забралась к себе и прикрыла ею вход.
И, увы, утро проспала. Благо, если судить по деловитым голосам мужчин вокруг, Рона не нашли, значит, мелкий благоразумно остался сидеть на месте.
Караван тронулся, и я, укачанная плавным ходом Колючки, снова задремала. А ближе к полудню резко очнулась. Сердце билось где-то в горле, желая порваться наружу, виски ломило… Я слышала их, как же их было много!
Сцепив зубы до боли в челюсти, отдышалась и прижалась глазом к дырочке мною же сделанной.
Из-за шума крови в ушах первые мгновения ничего не понимала, но чуть успокоившись, различила крики, какие-то приказы, а выглянув наружу увидела, что там происходит.
Верблюды сгрудились в кучку, бедные животные жались друг к другу, а снаружи шла битва.
Сражались с людьми в странных одеждах и иным оружием в руках. И восседали они на необычных ящероподобных двуногих животных, я никогда не встречала таких особей ни в нынешней жизни, ни в своей прошлой, даже в Красной книге не видела никого подобного, хотя… на динозавров похожи. Точно! Чем-то на велоцираптора, но крупнее и передние конечности мощнее.
Но не эти противники столь сильно меня напугали, вовсе нет. Кто-то ещё двигался в нашу сторону. Их было немного, но они страшили своей аурой, острыми когтями, полосующие саму душу.
Гаури. К месту схватки в нашу сторону шло небольшое стадо огромных монстров, почуявших кровь и опасность своему существованию. Единственные, кого гаури боялись и ненавидели – это люди. Двуногие, приходящие к ним и безжалостно их истребляющие.
