Текст книги "Игра Саида (СИ)"

Автор книги: Ая Кучер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 7 страниц)

Глава 21. Ника

Против воли жмусь к Саиду, стоит выйти из машины. Мне не нравится место, куда мы приезжаем. С виду обычный ресторан или клуб, но без слишком громкой музыки. Парковка забита машинами, возле входа курят несколько охранников. Ну, скорее всего это они – черные костюмы, даже не прикрытое оружие.

Даже на улице атмосфера давящая, нагнетает. Я уже представляю, что будет дальше. Шагаю, словно приближаюсь к самому центру криминального мира. Раз или два я была здесь.

Но днем, с Назаром. Его вызывали в выходной, и он заезжал со мной. Я ждала мужа в машине или возле бара, никуда не ходила лишний раз. Боялась, что если сделаю лишний шаг – увязну в этом навечно.

Только ночью всё отличается. Не классическое место для бандитов, элитное заведение. Вокруг горят маленькие лампочки, украшение девушек переливается на свету.

В основном тут одни девушки. Сидят за столиками, кто-то курит кальян. Бегают официантки на огромных шпильках, сохраняя равновесие и прямую спину. Ещё охрана за угловыми столиками.

Чувствую себя неуместно, лишней. Любимое платье с выпускного кажется совсем дешевым на фоне остальных. Простенькое, без изысков, только небольшой вырез на спине. Созданный словно специально для Саида. Его ладони, которая поглаживает между лопаток, толкает вперед.

На мне нет ни одного украшения, а гостьи ресторана увешаны ими. Даже обручальное кольцо осталось в квартире. Саид приказал его снять, а мне хотелось этого же.

Сколько раз я мечтала, что поступлю так. Сброшу кольцо, оставлю возле выхода. И навсегда закончу разрушительные отношения с Назаром. Только знала, что муж вернет обратно, а кольцо приклеит к коже, чтобы не смела так делать.

– Не вылезай и не привлекай к себе внимания, – киваю на слова Саида, когда мы двигаемся дальше. – Помалкивай. Обращение ко мне напомнить?

– Господин Саид, – шепчут, едва переставляя ноги. Внутри всё подрагивает, я сильнее прижимаюсь к мужчине. Моя единственная защита. Слепая уверенность, что он не даст причинить мне вред. – К остальным так же обращаться?

– Да. Но лучше…

– Молчать, я поняла.

– Мои приказы выполнять без вопросов.

Напоминаю себе болванчик, часто кивая. Глушу в себе надежду на побег, заставляю следовать за мужчиной. Здесь никто не поможет. Поймают и вернут Саиду.

А мне не хочется его злить. После того, что было в квартире… После его настойчивых поцелуев, грубых касаний… Это не перемирие, не хрупкая надежда, но внутри что-то нашептывает.

Вести себя смирно, следовать указаниям. И тогда всё будет хорошо, спокойной. Если я буду вести себя правильно, то ничего плохого не случится. Саид мог взять меня где угодно. Жестоко наказать за побег по лесу или то, что я путаюсь с «ты» и «вы».

Но он не сделал того. Не герой, не заслуживает благодарности. Но меня вырвали из моей жизни, запихнули в центр разборок. И всё могло быть намного хуже.

– Наконец-то, брат. Я думал, что тебя уже подстрелили и закопали. Нехорошо заставлять Цербера ждать.

Один шаг в закрытый зал, и я оказываюсь среди гула голосов. Взгляд бегает по незнакомым мужчинам, цепляясь за говорящего. Сглатываю, рассматривая копию Саида.

Они похожи, даже слишком. Словно… «Брат» не просто красное словцо, а действительно семейные узы. Мужчина лишь немного шире в плечах, выше. Борода у него гуще и длиннее. И глаза темные.

Но с первого взгляда… Не отличить!

– Цербер ведь не приехал, – Саид усмехается, незаметным жестом притягивая меня чуть ближе. Впивается пальцами в кожу, не позволяя остановится. – Прости, Халид, возникло важное дело.

– Ничего, твоя правая рука нас развлекал. Мы обсудили главные условия поставки. Хотя не скажу, что меня устраивает безопасность груза. Последний заезд был проблемным, не так ли.

Саид ничего не отвечает, усаживаясь в кресло. Хлопает ладонью по подлокотнику, поторапливая меня. Задерживаю дыхание, стараюсь, чтобы ладони не дрожали.

Не показывать своего страха. Так ведь нужно вести себя с дикими зверями? Саид защитит – кручу как мантру в голове. Никому нет до меня дела, заняты своими делами.

Встречаюсь взглядами с ещё одно девушки, которая точно так же сидит на подлокотнике возле другого мужчины. Она улыбается мне краешком губ, и это придает уверенности. Я не буду выделятся на фоне других, поэтому аккуратно присаживаюсь возле Саида.

– Именно поэтому здесь посредник, чтобы никаких вопросов, – по тону не похоже, что они семья. Словно… конкуренты. – А со своими проблемами, Халид, я решаю вопрос сам.

– Полагаю, со срывом поставки тоже решил? Решил Назаром?

– Да, и со всеми остальными, – Саид жмет плечами, пока меня трясёт от упоминания мужа. – Ты беспокоишься, Халид?

– Просто интересуюсь. А это, если не ошибаюсь, жена Назара?

И все взгляды в комнате прикованы ко мне.

Глава 22. Ника

Мне кажется, что температура в комнате подскакивает на несколько градусов. Спина покрывается испариной, не получается вдохнуть. Воздух разжаренный, плотный.

От взглядов остальных мне не по себе. Что они думают? Я пришла с Саидом, пока мой муж непонятно где. Я жена предателя – это ведь клеймо, вина без вины.

– Не твоё дело, – Саид отвечает просто, откидываясь на спинку кресла. Тянет меня к себе, от чего я едва не съезжаю на его колени. – С каких пор тебя интересуют чужие жены?

– Просто хочу знать, что всё пройдёт без проблем.

– Здесь посредник, Халид. Он решит все проблемы, если что-то случится. Мой товар, твои деньги – всё в безопасности. Не так ли, Тим?

– Естественно, – мужчина, даже парень скорее, усмехается. – Я всё подготовил. Кстати, по поводу поставки…

Я медленно отключаюсь от разговоров. Не слушаю ничего, скольжу взглядом по людям. Рассматриваю декор комнаты, сосредотачиваюсь на ладони Саида. Теплая, огромная. Мужчина её и не убрал с моей спины. Поглаживает, словно автоматом, не прекращая разговора.

Чувствую себя декором, и это немного цепляет. Вещью, как называл меня Саид в начале вечера. Есть и есть, никто не обращает внимания. Это хорошо, да. Правильно.

Меня вопросов, спокойнее дышать.

Но всё равно… Что-то царапает под ребрами, кусается до жжения в глазах. Часто моргаю, радуясь, что не нанесла макияж. Сейчас бы из-за туши щипало глаза, наверняка, осыпались бы черные комочки…

– Иди с остальными, – голос Саида приводит в чувство. Он кивает на других девушек, которые уже направились к выходу. – Не светись. Поняла меня.

– Да. Господин Саид.

Едва выдавливаю, рывком поднимаюсь. Кажется, слышу смешок в спину, от того самого Халида. Что-то ещё говорит, за покладистую, а после разговор уходит куда в сторону.

На секунду встречаюсь взглядом с Халидом. Он сканирует меня, как это делает Саид. А после отворачивается, теряя интерес. А я прирастаю к полу, понимая, что царапало всё время.

Халид.

Цербер, который не приехал.

Двигаюсь за девушками просто потому, что так нужно. От меня ждут подчинения, сейчас не готова спорить. Халид и Цербер. О них я тоже слышала, но не от Назара.

Дура, какая я дура.

Нужно было слушать всё, каждую делать, каждое слово. Всю подноготную выучить, зазубрить. А после, когда всё закончится, рассказать обо всём Аде. Подруга копала как могла на Цербера, искала.

Не для судебного процесса, ради мести. Именно он убил её родителей, отправил в детдом. А Халид был правой рукой, важной частью системы. И Ада так искала способы подобраться…

А я могла помочь ей, хоть немного отплатить за её доброту. Подруга мало рассказывала о своих делах, не хотела втягивать. Но ей ведь нужна была информация! Мне бы только вернутся и услышать что-то!

– Ты в порядке? – блондинка тормозит, дожидаясь меня. – Пошли, эти разговоры надолго.

– Ты часто здесь бываешь?

– Бываю, – жмет плечами, падает за свободный столик. Следую её примеру, понимая, что несколько других девушек так же разбрелись. Просто ждут, когда позовут обратно? Жутко, словно собачек. И я такая же. – Я Мира, кстати. Ты…

– Ника.

– Приятно познакомиться. Не против? – трясет электронной сигаретой и тут же затягивается. – Ты впервые, да? Это заметно, привыкнешь, – выдыхает дым, улыбается… Как-то просто, по-доброму. Хотя секунду назад растягивала красные губы в подобии хищной улыбки. – Со временем спокойней будет.

– Не привыкну. То есть… Не важно.

– Как скажешь. Закажи себе что-то, тебе явно надо расслабиться. Для нас – бесплатно, как гостьям Хаджиева.

Больше Мира ничего не говорит. Мы погружаемся в тишину, и это хорошо. Раскладываю все переживания по полочкам, успокаиваю дрожащие пальцы. Сжимаю ткань платья, вокруг стоит запах табака.

Только сейчас понимаю, что платьем тоже выделяюсь среди остальных. Даже не его простотой, стоимостью. Оно слишком закрытое, длинное на фоне других девушек. И в моем шкафу были другие, более открытые. Но Саид не сказал, что не подходит.

Почему?

Они были не лучше и не хуже.

Скоро мозги закипят, взорвутся.

Тело покрывается мурашками, когда какой-то мужчина просто присаживается за наш столик. Падает рядом со мной, не слушая возмущений.

– Не против познакомиться?

– Против, – Мира и бровью не ведет, делая глоток вина. – Нашим мужчинам это не понравится.

– А они не узнают.

Узнают. Уверена, что Саид даже о взгляде моём узнает, если захочет. И в мысли проберётся. И виноватой посчитает меня.

Глава 23. Ника

– Случай, – Мира широко улыбается, холодно. Наклоняется ближе. – А ты как любишь?

– Как? – мужчина пьян, явно. Или под чем-то. Говорит вяло, глаза затуманены. Господи, почему охрана не подходит? – О, люблю…

– Да, как? Жить любишь?

– Не понял.

– Если любишь жизнь, то лучше тебе пересесть. Смотри как всё будет. Я позову охрану, они тебя спровадят. Потом мой мужчина спросит, какие проблемы будут. А я на тебя пальчиком покажу и… И потом проблемы будут у тебя. Не красиво получается, да?

– Слушай, мне твои угрозы не упали. Ты таксу назови, знаю я таких.

– Милый, я для тебя слишком дорогая. Хватит только посмотреть.

– А ты не…

– Я бы поверил, мужик. Дорого обойдётся.

Вздрагиваю от ещё одного мужского голоса, поднимаю взгляд. Рядом останавливается мужчина. Коренастый, темноволосый. Я не видела его в кабинете Саида, но он тоже не кажется простым посетителем.

Или это моя паранойя? Каждый кажется опасным, несет угрозу. Впервые мне хочется обратно к Саиду. С ним я хотя бы знала, чего ожидать. А здесь вздрагиваю от каждого звука.

– Мы сами разберемся. Иди куда шел.

– К тебе шел, – мужчина дергает за шиворот, поднимая из-за стола. Отталкивает подальше, укладывая ладонь на кобуру. – Тебе проблемы с кем больше нужны? Со мной или с хозяином заведения?

– Ой, Царёк, всё веселье портишь, – Мира держится отстраненно, с приклеенной улыбкой, когда тот мужчина уходит. – Мы бы сами справились.

– Не сомневаюсь. По хуям прыгать не так уж и сложно, да?

– Именно. А ты переживаешь?

– Жалко стало?

– Меня?

– Мужика. Из-за шлюхи пострадать.

Они буравят друг друга взглядами, а я чувствую себя лишней. Хочется уйти, да только мужчина – Царёк? – остановился с моей стороны. Облокотился ладонью на диван, не пройти.

Приходится делать вид, что меня здесь нет. Не замечаю их переглядок. Как Мира едва вздрагивает, расправляя плечи. Улыбается широко, играет с трубочкой в бокале.

– Пока-пока, – машет рукой, когда мужчина быстро удаляется. – Бывший мой. Правда, сущая прелесть?

– Эм… Не очень вежливо. Я…

– Забей. Это ещё милый и доброжелательный разговор был.

Не хочу даже думать, какие у них другие бывают. Но знаю, что похожий ждёт и меня. Про шлюху, изменщицу и дрянь. Назар не пожалеет выражений, всё выскажет.

А я…

Я просто хочу, чтобы это закончилось. Заснуть и проснуться спустя месяца, когда нас развели, а мужчины больше нет в моей жизни. Только он ведь просто так не отпустит.

Не примет обратно, не простит за эту ночь. Но и не даст уйти спокойно, вернутся к матери. Нет, он найдёт способ вытравить всю душу, окончательно добить.

А мне… Мне просто нужно найти вариант. Единственный верный путь к спасению. Чтобы мужчина не приближался, не трогал. Забыл о моем существовании.

– Дыши, Ника, не твоя вина, – Мира выглядит куда серьезней, бросая взгляд за мою спину. – Хаджиеву так и скажешь, ты ничего не решала. А лучше сразу в ответ бей, что его охрана плохо справляется. Запомнила?

– Да, но… Не думаю, что это важно.

– Важно.

Мира кивает, заставляя меня обернуться. Ловлю взгляд Саида, крайне недовольный. Он приближается ко мне, а я тут же поднимаюсь, допивая приторно-сладкий коктейль. Надеюсь, что алкоголь даст сил и терпения на этот разговор.

Мужчина ничего не спрашивает. Просто сжимает руку выше локтя, ведёт за собой. Быстро, едва поспеваю в этих туфлях. Они жмут, непривычные. Кажется, что сейчас упаду. Но, кажется, Саид бы даже этого не заметил.

– Что за мужик? – рычит практически, толкая меня в пустое помещение. Кабинет, где включены только боковые светильники. – Не слышу, пташка.

– Он просто подошел, пьяный. Я причем? Почему если твоя охрана…

– За мою охрану я сам решу. Сейчас вопрос с тобой.

Я не понимаю причины гнева, такой реакции. В голове вертятся оправдания, но язык прилипает к нёбу. Выдавливаю только писк, когда мужчина сжимает руками бляху ремня.

Расстёгивает, быстро, без показухи. Вытаскивает ремень из шлевок брюк, складывает пополам. Характерным жестом, от которого всё подрагивает внутри. Отступаю, хватаясь пальцами за стол. Перед глазами всё плывёт.

Он же не будет…

Нет.

Я не…

Сердце колотится, спазмами сжимает горло. Хриплю, когда мужчина приближается.

– Будем разбираться и учить тебя, Ника.

А я вижу только кожаный ремень, блеск железной пластины.

Господи, Саид ведь не будет меня бить.

Правда?

Глава 24. Саид

Ни на секунду нельзя оставить. Отправил с Мирой, единственной нормальной девкой среди всех. Шлюховатый образ, но не душа. Должна была присмотреть.

А стоило вернуться, как рядом с пташкой вертелся какой-то мужик. Сидел рядом, руку закидывал. Хорошо, что Царь раньше подоспел. Иначе гостью был бы пиздец.

Хотелось рвать каждого, кто был рядом с девчонкой. Смотрел на неё. Едва хватило мозгов не сказать ничего брату. Тот тоже Нику рассматривал. Не пожирал глазами, как некоторые.

Но легче не становилось. Притащил девчонку сюда, думал снять напряжение. Не дело, когда так рвет. Член в брюках удержать невозможно. Хочется её, везде.

Пометить, присвоить. С того самого момента, как впервые увидел.

Наваждение, порочное, жуткое. Мне не нравится, а Ника тем более не оценит. Насколько у меня далеко планы забегают. Как много всего собираюсь сделать.

– Саид.

Голос девчонки дрожит, когда я приближаюсь. Резко, быстро. Собираюсь взять то, что мне принадлежит. По факту, девчонка моя. Забрал её на всех правах, могу делать что хочу.

Теплая кожа ремня согревает руку. Подкидывает дров к желанию. Намекает, что дальше делать надо. Для профилактики, лечения. Чтобы Ника не сидела с другими за столом, блядь.

Близко не подпускала.

– Саид, пожалуйста, – тянет тихо, когда вжимаю девку в стол. – Не надо.

Не слышу её, кровь шумит. Ревность жгучая, которую нужно под контролем держать. Не выпускать, не сейчас. Повода нет, а всё равно изжогой внутри сидит.

Сжигает быстро, вспыхивает за минуту. Стереть с неё чужие прикосновения, подчинить. Доказать право собственности, оставить миллион меток.

Мысли мечутся, бросая перед глазами разные фантазии. Рвет сознание.

– Саид.

Повторяет, будто поможет. Но в этот раз застываю. Словно окатили холодной водой, швырнули в прорубь. По мозгам бьёт током, когда тяну ладонь к лицу девчонки.

А Ника прикрывается, дёргается.

Слишком характерным жестом.

– Ты чего надумала, – сжимаю подбородок, заставляя посмотреть на себя. – На кого ты смотришь, когда я говорю с тобой.

– На тебя.

– Ну?! – рявкаю, потому что не нравится её реакция. Как кислотой по внутренностям – неприятно, свербит под кожей, разъедает. – Ника!

– Смотрю. Только не надо…

– Чего не надо? Ты говори, озвучивай. Нет? – получается слишком зло, девчонка дергается. Отшвыриваю ремень подальше, сгребая Нику двумя руками. Прижимаю крепко к себе, не выпуская. Касаюсь губами подбородка, скул. – Я жду.

– Ничего не надо. Я не…

– А теперь, пташка, рассказывай.

– Что?

Ника молчит, только дрожит. Вжимает лицо в мою грудь, пачкает слезами рубашку. Но сейчас поебать, этих тряпок миллион куплю. И себе, и ей. Больше догадка тревожит.

Тяну девчонку за собой на диван, усаживая к себе на колени. Сжимаю хрупкое тело. Злюсь на дурацкое платье. Идеальное: закрытое, почти не показывает тела, никакого повода для ревности. Словно для меня выбирала заранее, знала, как угодить.

Но сейчас бесит всё. И длинный подол, и невозможность задрать его повыше. Приходится через плотную ткань поглаживать ноги и бедра. Ждать, когда Нику немного отпустит.

– Ну, пташка? Я жду. Когда я спрашиваю – ты отвечаешь. Без вариантов.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ – Я не хочу, – хрипит, сильнее вжимаясь. – Просто ты… И ремень… И…

– Не собирался я тебя лупить.

– Но ты говорил, угрожал. Что отшлепаешь. И… – всхлипывает, ловит влажными от слез губами воздух. Едва отстраняется, смотря на меня. Помнит закон, умница. Легко с ней будет, если начнет включаться. – Я…

– Не лупить, а отшлепать. Сама сказала. Пройтись ладонью по упругой заднице, раззадорить. В итоге ты сама начнешь поддаваться, просить большего. И к этому мы вернемся. И тебе понравится. Но ты испугалась.

– Ты видел себя злого? Кто угодно испугается…

– До этого ты пугалась совсем не так. Поэтому вопрос открыт.

– Какой ублюдок на тебя руку поднимал? Это он, твой муж?

Если он, то могилу сам себе выроет.

Этой же ночью.

Глава 25. Ника

Я не могу выдавить ни слова. Рыдания душат, а я жмусь сильнее к Саиду. Он меня напугал, довёл до такого состояния. И в нём же я ищу утешение, поддаваясь непонятным импульсам.

Обхватываю руками его шею, втягиваю запах табака. От Саида он нравится. Терпкий, сильный. Как те крепкие сигареты, которые он курил. Дышу, пытаясь собраться.

– Ника, кончай истерику.

Мужчина сжимает мои бедра, задирает платье. Не понимаю в какую секунду, но он разворачивает лицом к себе. Оказываюсь верхом, колени упираются в диван по бокам от ног Саида. А платье неприлично задрано до талии, позволяя сесть удобнее.

Часто моргаю, тру пальцами глаза. Ресницы влажные, слипшиеся из-за слёз. А я совсем не понимаю, как всё дошло до этого. До такой откровенной позы. Саид ведь не будет…

Но мужчина только ведёт пальцами по щекам, вытирая влажные дорожки. Касается мягко. Нежно, если бы такое слово существовало для Саида. Давит на шею сзади, не позволяя отстраниться.

– Я не тот, кто будет утешать, пташка. Поэтому выкладывай, кто тебя обидел, и я с ним разберусь.

– Никто. Не…

– Не терплю ложь. Поэтому подумай и говори правду.

– Это не Назар. Не из-за него страх. Я просто не хотела боли, очень не хотела. И я не знала, что у тебя в голове. И ты…

– Такой страх не появляется просто так, Ник. Я видел его, знаю. Это не то, как реагируют на случайную угрозу.

– Зачем тебе это? Это мои… Мои проблемы. Ты ведь забрал меня на эту ночь, так? Угрожал сделать всё, что захочешь. С моим телом, но точно уж не моей душой. Может, как ты там говорил, я и принадлежу Назару. И вещь, пусть. Как хочешь. Но душа… Моя душа принадлежит только мне и Богу. И я не обязана пускать тебя туда.

Закусываю губу, ушиб на щеке пульсирует. Я знаю, что подписываю себе смертный приговор таким тоном. Отпором, которого не должна позволять. Ответить, придумать ложь.

Только Саид копает слишком глубоко, пробирается в самую душу. Я не готова открываться так. Зачем? Это всего одна ночь, несколько часов. Я смирилась, готова стрепеть многое.

Тем более, что касания Саида не вызывают неприязни, только странное тепло внутри. Оно растекается вслед за ладонями, вибрирует в груди. То, как мужчина ласкал в квартире, что со мной творил…

Совсем не противно, не ужасно. Я ведь даже не думала, что может быть настолько хорошо с мужчиной. Больно, нестерпимо, а после взрывами и пеплом садится внутри.

Вкусом свободы, легкости.

И на это я готова. Где-то в глубине мне этого хочется. Провести пальчиками по его плечам, прочувствовать мощь мускул. Забраться под рубашку, очертить каждую клеточку.

Касаться, изучать. Делать то, что никогда не делала. Позволить себе всё, хотя Саид не из тех, кто позволит вести в постели. Но… Мне хочется, так много хочется этой ночью.

Только не пускать в душу, не туда. Саид всё выпотрошит, перевернет. Узнает то, о чём я ни с кем особо не говорила. А потом что? Как мне утром справиться с этим?

– Вероника, – сжимаюсь от полного имени, жду новых угроз. Шантажа. Что сейчас мужчина плюнет на всё и просто разложит на диване. Но он только сильнее сжимает в объятиях. – Расскажи мне. Душу я тоже найду как заполучить.

– Я… Это из детства.

– Мать?

– Нет! Она бы никогда! – распахиваю глаза, не веря, что Саид мог такое подумать. – У меня самая лучшая мама!

– Я лишь предположил, пташка. Тогда кто?

– Папа. Ты не подумай, он не злой и не плохой. Он… Пил, слишком много. И это не… Не то, чтобы он избивал меня постоянно или каждый день. Так просто получилось, – выпаливаю, видя, как играют желваки на лице мужчины. Он прищуривает глаза, крепче сжимает меня в объятиях. – Этот шрам он оставил. Вот тут, на брови.

Дрожу, когда мужчина очерчивает лицо, находит пальцами старый рубец. Терпеть его не могу, каждый раз в зеркале вижу только его. В детстве плакала, что совсем не красивая, никому не понравлюсь. А со временем шрам побелел, скрылся за бровью.

Саид гладит, но взгляд его не теплеет. Лишь в касаниях чувствую непривычную нежность. Никто так никогда не касался, не чертил линию пальцами. Назар предпочитал вообще его не замечать.

– И как это произошло?

– Я маленькая была, а папа выпивал. Я пыталась забрать бутылку, а он разозлился, просто швырнул в меня. Не думал, что попадет. Сам очень испугался, правда, – не знаю почему, но продолжаю выгораживать отца. Внутри сидит та любовь ребенка к родителям, которую ничем не вытравить. – Крови было море, мы поехали зашивать. Мама не знала, что папа поднимает на меня руку, я никогда не жаловалась. А когда мне наложили швы – она сразу ушла, забрала меня.

– Но страх остался.

– Я не знаю, почему так. Просто опасаюсь людей в гневе и пьяных, особенно когда это сочетается.

– Я не пьяный, Ника.

– Ты пил, это же…

– Проведем как-то эксперимент. Проверишь, что меня от пары бокалов не развозит. Не берёт. И так я тебя никогда не трону. Никто больше не тронет.

Мне так хочется верить в это, верить Саиду. Что просто киваю, а после сама подаюсь вперед. Касаюсь его сухих, шероховатых губ. Не знаю, как правильно, как ему нравится.

Но Саид сам направляет, перехватывает контроль, углубляя поцелуй.

Он не говорит, как Назар, что я сама виновата. Что не стоило отца трогать, никому такое не понравится. И надо было рассказать раньше, а не жаловаться.

Саид просто целует. И позволяет мне забыться.