Текст книги "Дерзкая подруга сестры, или Проучить тебя (СИ)"

Автор книги: Ася Сергеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

Глава 22

Лиза

Евсей не торопится дальше говорить. Всматривается в мое лицо, прищуренными глазами скользя до самых кед. Едва заметная улыбка на его плотно сомкнутых губах настораживает, как оскал опасного зверя. И почему я рядом с ним посреди большого стадиона чувствую себя так, словно я с этим зверем в одной тесной клетке?

Ладно бы в первый раз. Но так всегда со мной, когда братец подруги близко. Сколько хотела эту связь в себе оборвать, перестать реагировать на Евсея. Не поддаваться желанию его дергать, когда он ко мне равнодушен. Ничего не получается.

Нам приходится видеться из-за Арины, родителей. Я взрослела год за годом. И только из-за него продолжаю вести себя, как малявка, в постоянной попытке сбежать, чтобы снова вернуться и чем-нибудь выбить внимание.

У меня есть надежда, что Илья мне поможет. Отвлечет от зависимости Евсею вредить. Только где сейчас Мошкин? Я не знаю.

Зато и думать не надо, где Сомов. Он там, где и я.

– Я тут подумал и решил, что тебе устрою…

Тянет паузу, гад, добивает нещадно.

– И? Говори уже, Сомов!

– Ты все равно ко мне пристаешь, Лизок, – Евсей опять о своем продолжает, вроде я к нему сюда прибежала. – Отцепляться не хочешь, мечтаешь обо мне. Так я дам тебе такую возможность.

Чего-чего?

У Евсея новый приступ щедрости?

– Какую возможность? Ты на тренировке головой ударился?

Я бы вскочила со ступеньки, но нахалюга держит. Предусмотрительный гад. И скоро контуженным станет, уж я позабочусь о нем.

– Дослушай сначала! – еще и прикрикивает. – Лизок, с сегодняшнего дня ты становишься на целый месяц моей… девушкой.

– Ке-ем? – слух от шока барахлит.

– Девушкой, что непонятного? Будешь развлекать меня, вести себя, как девочка, а не бандитка.

А, ну теперь ясно.

Люди, ау! Бегите с носилками.

Пора транспортировать психа. Сам просится.

– Ты вообще подумал, что мне предлагаешь? – осторожненько переспрашиваю, вдруг он очнется.

– Что-то я не помню, когда бы ты мне предлагала сделать ответку. Считай, что я назвал тебе свое условие за то, что вы устроили в логове. Иначе так и будем друг друга доставать, а ты – моих девушек отпугивать. Месяца нам хватит, чтобы надоесть друг другу окончательно и навсегда порвать с ответками.

Хм-м… Вроде бы и есть в его словах смысл.

Кто знает нас, тот поймет. Вместе быть не можем. Для меня Евсей – бабник, я для него – малявка надоедливая. Зато вредить все время тянет. Ненавижу эту з – зависимость.

Возмущение захлестывает совсем от другого. Да так, что Сомова вместо мяча на поле хочется закинуть.

– Это что ж получается… Ты хочешь меня сделать новой рыбиной? Евку на меня сменить?

Вот что я поняла для себя кроме слова «ответка».

– Называй как хочешь, – разрешает добрейший. – Только учти, это я твою мечту воплощаю. Помочь тебе, малявке, хочу. Дарю заветное желание!

Ага… Вот оно что.

А я-то думаю, куда звонить, бежать, когда прибью нахала.

Оказывается, сначала «спасибо» надо сказать.

– Сомов, какую мечту?! – ору на него так, что аж охрипла. – Хватит на паркур ходить, ты это… завязывай. И в клубах не пей. Плохо дело с тобой.

– Начинается! – перебивает возмущенно. – Минута, как стала моей девушкой, а уже претензий у нее целый вагон.

– Какой еще девушкой? Я не соглашалась!

– Напомнить о твоем желании из шара? Ты же сама там мечтала обо мне.

Опупеть, опупеть… дайте провалиться.

Там было не совсем так, сто раз пожалела, что вообще писала. И двести раз, что писала искренне…

Мне не хотелось это обсуждать, но, видимо, придется. Пока без свидетелей.

– Я написала, что хочу нормального парня себе и серьезного.

– Эу, ты забыла важную деталь, – он машет ладонью у меня перед носом. – В твоем желании было: «Хочу встретить похожего на Евсея Сомова, только нормального и серьезного парня». То есть меня!

И бьет себя в грудь.

– Нет! Где ты и нормальность? Где ты и серьезность?

Под микроскопом даже не найду.

– Вот и будет у тебя целый месяц это во мне поискать, – не теряется Сомов.

Нетушки!

Я не соглашаюсь ни на что.

Что еще за ответка такая – сделать меня заменой рыбине?

Я его и пару дней не выдержу, какой там месяц?

Хотя знаю, что именно мне приходится терпеть Евсея десять лет. Но девушкой, хоть и временной, я же ему не была.

– Игра началась, – Евсею тормошить меня приходится. В шоке нахожусь! – Здесь остаемся, или поведешь нас на другие места? Сегодня ты занимаешь.

– Вернемся, где были, а то подозрительно будет, – тяну теперь невыносимого парня обратно.

Мне не хочется вызывать ложные мысли у девочек и братьев нахала.

Перед поворотом на наш ряд я приостанавливаюсь от стрельнувшей мысли в висок…

– Только попробуй меня доставать при Арине. У нас договор, что я никогда с ее братьями не буду встречаться.

– Тебя тоже это касается, – Сомов возвращает мое же условие. – В течение месяца мои братья знать ничего не должны. Встречаемся, но тайно.

Фр-р! Я еще не согласилась, а он уже не сомневается, судя по виду.

– Учти, я против! – шепчу, когда мы доходим до наших сидений.

– О’кей, Лизок. Учел. Твой месяц начался с сегодняшнего дня. Самой потом будет мало, а дольше я не соглашусь.

Ничего-ничего. Сейчас выжду момент, а потом самоуверенного идиота покусаю.

Евсей

Третью четверть матча Лиза сидит насупленная. Майя с Амелией охают и причитают. А мы с братьями ругаемся и рвемся настучать мячом безруким мазилам на поле. Счет потек не в нашу пользу. Само собой, что «нашими» стали по умолчанию игроки команды Арины. Не за левых же из другого универа болеть.

– Тьфу ты, опять мимо! – я уже психую и собираюсь на поле бежать на подмогу к сестре. Сейчас она в защите, до сетки далеко.

Моя чуйка все же подсказывает, что будет победа за нами.

– Думаешь, проиграют? – расстроенно хмурится Лиза.

– Скоро узнаем, – отвлекаюсь от поля. – Ты еще мнешься или уже настроилась на счастье – целый месяц побыть моей девушкой?

– Какое это счастье, Сомов? Ты для меня весь сплошное наказание, – огрызается малявка.

– Вот тут ты верно подметила. Моя ответка не только твое заветное желание, но и наказание. Лучше соглашайся, пока я похуже ответку не выдумал.

– Куда еще хуже? – она возводит к небу глаза.

Да просто девчонка воображает много. Выделываться для Лизы – почти как меня доставать. И то и другое выдает постоянно.

– Значит, так, – мне надоедает упрашивать. Не мое это, в принципе. – Выполнять ответку будешь в любом случае. Но если наши победят, тогда с сегодняшнего дня. Как тебе, Лизок?

– Тебе дословно сказать – как? Со всеми ругательствами?

Эх, как мы бесимся, машем руками.

Весело сидим. Уж точно не скучаем.

– У меня тоже есть тогда условие, – молчать дольше минуты малявка не выдерживает.

– И?

Подставляю ухо ближе.

– Если наши проиграют, то ты ко мне никогда не приблизишься.

– То есть мне нельзя, а ты же сама будешь лезть?!

В чем-чем, а в этом я не сомневаюсь.

Лизка спит и видит, чем меня достать и отомстить. Только притворяется бедненькой жертвой. Ага, видел я и чувствовал на себе делишки хитрые.

– Нам реально нужно пройти эту проверку. Лизок, я жертвую своим временем, если что. Зато потом свобода от ответок и всего. Представь, как будет, а?

Лично мне хотелось не только начать жить без дурацких ответок.

Такая идея задумана неспроста. В последнее время меня особенно тянет к малявке. Как помешался, ей-богу. Раньше тоже не мог пройти мимо нее. Уже вошло в привычку хоть чем-то зацепить вредную подружку сестры.

Никому не признаюсь, конечно. Но поцелуи с Лизой превратились в навязчивый кошмар. Уже молчу про хвост, на других перестал реагировать. Гордей прав, все мои мысли крутятся и вертятся вокруг дерзкой девчонки. Она будто преследует повсюду и дразнит. А белобрысого хочется нахрен прибить.

За месяц мне надоедают девушки. Бывает, и раньше. Иногда чуть дольше могу продержаться, если на другую облом заменять. Лучшего способа нет избавиться от зависимости. Будем чаще видеться, и Лиза мне точно надоест. Это мой проверенный срок. Все под контролем!

– Мне все равно не нравится идея, – она произносит уже задумчиво, не целится мне в глаз. – И у меня же есть Илья. Ты забыл о моем парне?

Угу, только и думаю о нем. Кудряшки расправляю.

– Пошлешь его на месяц в отпуск, вообще не проблема. Потом возвращайся к нему, мне и дела не будет.

– Вот какой же ты жестокий, Сомов! Конечно, у тебя все легко. Хочу с одной, хочу с другой…

– Ревнуешь уже?

– Ничего подобного! – девчонка румянцем вспыхивает, а я получаю от нее по лбу рюкзаком.

Значит, ревнует. Так я и знал.

Заканчивается третья четверть на проигрыше наших. У Лизы загорается хитрый огонек в глазах. Дергается туда-сюда по сиденью, губы кусает. Снова же что-то придумала. И долго ждать не приходится, чтобы узнать.

– Раз ты все равно не отстанешь, тогда при проигрыше твоя ответка продлится неделю. Мне хватит, чтобы надоесть.

– Мое условие с выигрышем нашей команды ты слышала, – киваю, будто соглашаясь.

На самом деле я буду решать, сколько наш тайный срок продлится. Лиза не договаривалась со мной, когда в мое логово лезла и мешала ее забывать.

Братья слабо верят в победу. Остался последний тайм на четвертую четверть матча. После короткого перерыва команды я становлюсь самым главным болельщиком. Чуйка не должна подвести.

Ору на всех. Соперникам обещаю расправу. Сестру прошу метко попадать, как мне когда-то в фару.

Баскетбольная схватка накаляется. Вижу, что Лиза то кидается болеть за команду сестры, то глянет на меня и потом с ужасом за табло наблюдает. Очки скачут вверх-вниз.

– Наконец-то!

Хоть немного выдыхаю я, когда наши сравняли счет.

Арина принимает мяч и несется к сетке. Успевает не попасться игроку из команды соперников. Весь стадион затаил дыхание на последних минутах игры.

Сестра подпрыгивает и делает бросок.

– Есть! – я подскакиваю и радуюсь победе нашей команды.

За такое сестре прощаю нападение на логово. Ладно уж, потом за что-то другое получит. Братья выкрикивают слова поддержки. Девочки визжат от радости. Лиза и думать забыла, что для нее это значит. Я вижу, что она счастлива за подругу. И первой бежит к полю Арину поздравить с победой.

Студенты, продолжая гудеть, постепенно расходятся. Наш универ довольный, соперники злые. Пока я с братьями и их девушками добираюсь до сестры, в ушах стоит гул из кричалок: «Чемпионы» и «Лузеры». Радует, что первое относится к нам, а не наоборот, как раньше могло показаться.

Вместе со всеми поздравляю сестру. Та еще вредина, но мы ей гордимся.

– Давайте отметим победу в моем кафе? – предлагает Майя, называя свое прошлое место работы.

– Я хочу! Хочу! – прыгает наша баскетболистка.

Остальные девочки тоже поддерживают. Лиза только подальше держится от меня.

– Победу точно отпраздновать надо, – Гор соглашается, за ним и Плат.

Я уже просто киваю. Вечер для нас всех продолжается. И кому-то уже не отвертеться от моего условия…

Глава 23

Лиза

До кафе нас с Ариной везет Евсей. Я могла и пешком пробежаться, заикнулась даже об этом. Во мне столько эмоций клокочет после студенческого баскетбола, что я бы и быстрей машины разогналась.

– Ух, даже не верится, что это мой бросок стал решающим, – подруга под впечатлением светится от счастья. – Ну вы представляете? Тренер так и сказал, что Сомова Арина дала нашим победу.

– Это было самым ярким моментом! Ты всю команду спасла! – часть меня радуется с гордостью за лучшую подругу.

Вторая часть в обалдевшем состоянии находится…

Арина ведь не только мячом попала в корзину. Она же и меня туда забросила. В самую ловушку ее брата-гада. Так бы у меня хоть оставалось право на условия. Евсей, конечно, сопротивлялся бы. Отстаивал свое. Но не на ту напал, я не очередная рыбина.

– Я верил в вашу победу, сестренка, – спокойно, в отличие от меня, говорит наш водитель.

Встречаюсь с ним глазами через водительское зеркало. Сразу видно, что в одной машине со мной – два победителя. Разница в том, что поздравлять их хочется по-разному:

Подругу – со всей душой.

А ее братца – лопатой по рогам.

Надо найти лопату, потом подкрасться, потом… Ой, опять меня понесло новую ответку придумывать. Да что ж эта зависимость со мной делает?! Сплю и вижу, как на гада нападу. А в другое время жду, что он…

Вдруг Сомов прав? Нам месяц поможет приесться друг другу? Вот я как-то полюбила кокосовое печенье. Почти месяц его грызла, перестать не могла. И потом от одного его вида тошнило. Вообще не тянуло нисколечки.

С другой стороны, бананы моя слабость давно. И не приелись за месяц, год, даже сейчас бы один пожевала.

Короче, пусть Сомов станет для меня кокосовым печеньем. Главное, не бананом. Иначе наш месяц насмарку пройдет.

Арина, не замолкая, делится всеми подробностями игры. А ее брат своим насмешливым взглядом напоминает, во что я попала.

Мне пока сложно представить, во что превратится наш тайный месяц. Стыдно скрывать от подруги. Но и объявлять тоже не о чем. Мы же несерьезно будем встречаться. И если получится раньше друг другу надоесть, тогда и тянуть не придется.

Еще меня беспокоит, что Сомов себе надумал о моем желании из шара. Нет, я не хочу и не буду раскрывать перед ним всю правду записки. Хватит с него короны на три этажа. Но в случае чего, он может проболтаться. Этого особенно боюсь, заранее сгорая от позора.

Евсей – он не тот, кому бы я доверила: тайну, пароли, готовить еду и выгуливать Генри. Из всех братьев он самый ненадежный, болтливый и шустрый. Но и самый обаятельный, это не отнять.

Возле входа в кафе мы останавливаемся. Нас уже ждут там две парочки, весело затягивая внутрь. Наедине пока не получается с Евсеем еще поговорить. А у меня есть для него набор из угроз с пожеланиями.

– Лиз, ты выбрала, что будешь? – за столом теребит меня Арина, когда я пытаюсь сосредоточиться на папке меню.

– Там есть блюдо с названием «Месяц». М-м-м… наверное, кто-то об этом мечтал, – подсказывает Евсей и облизывается.

Скорей бы острые предметы принесли! Нельзя сидеть без вилки, когда гад-брат подруги снова рядом развалился. Так и почесала бы его за ухом острыми зубцами.

– Давай, что и тебе, – откладываю безнадежные попытки, пытаясь сохранить лицо перед подругой и всей нашей компанией.

Братья ведут себя шумно. На все кафе спорят, кто верил в победу, а кто нет. Конечно же, Евсей самый громкий. И кто бы сомневался?

– Ой, да ничего. Нас уже тут знают и привыкли к Сомовым, – Майя хихикает, обнимая своего близнеца.

– Разве с ними можно куда-то сходить незаметно? – подхватывает Амелия, показывая на другие столики. Мы снова стали центром внимания.

– Ага, мои братья умеют себя показать, – со всеми смеется Арина, – в школе директор прослезился от счастья два раза. На выпуске Платона, потом на спасении школы от близнецов.

И как мне, спрашивается, тайно встречаться с одним из них?

Амелия с Майей уверены, что братьев быстро запоминают везде. Где не по шуму, там по чаевым. Часто знакомых встречают или паркурщиков из клуба. В общем, надоедать нам придется с особой осторожностью. Если спалимся, тогда я таку-ую ответку нахалу подкину, чтобы шарахался от меня за версту.

Ай! Сама себя кусаю за язык. Невыносимая зависимость во мне снова просится с местью к Евсею.

Ненадолго переключаю кровожадные мысли на тосты за победу Арины. Мне нравится быть среди Сомовых, подружилась с Амелией и Майей. Вот все хорошо, но парень на месяц… зачем-то своей лапой провел мне по коленке…

Какая вероятность, что он наши ноги перепутал? Вдруг это у него зачесалось? А если нет, то, значит, приставал? Обалдеть же…

– Лиза, у тебя все в порядке? – Майя уточняет после моего прыжка на стуле.

– Да-а-а, мне просто какая-то мошка села на ногу, – нахожусь с оправданием я.

Рядом со мной раздается недовольное хмыканье. Надо же, обиделись. Царя назвала мошкой.

В середине вечера братья принимаются к новым соревнованиям. В этот раз на радость сестре. Хоть сегодня к ней с заботой ринулись.

– Арина, мы тебе с Амелией дарим набор фирменных мячей, – обещает Платон.

Подруга не успевает завизжать, тут же следует и от Гордея подарочек:

– А мы с Майей тебе дарим обновленный корт. Закажу новые баскетбольные щиты, будет у тебя где тренировки устраивать. Только не в мои окна! Смотри мне!

Дальше все, как по команде, к Евсею поворачиваются.

– Самое нормальное назвали, – ворчит он, заметно напрягаясь, что выдумать.

– Мне и так уже хватит, ого, сколько подарков. Не день рождения все-таки, – не настаивает подруга, заранее довольная мячами с новым кортом.

– Что значит «хватит»? – Евсей не сдается. – Мой подарок будет самый значимый. Ты из кроссовок выпадешь, когда его увидишь. Но пока не скажу, подготовиться надо.

Арина переглядывается со мной, обмениваясь пониманием…

Врет он все! Ничего не придумал. Лишь бы перед братьями не сесть задом в лужу.

В этом весь Евсей. И не моргнет, показывая себя самым-самым. Понятно, что для рыбин он такой и есть, красавчик, мажор да еще и веселый. Но для меня важнее, чтобы парень мог слово держать.

После десертов собираемся по домам. Платон с Гордеем предлагают меня подвезти. Но я понимаю, что им в другую сторону. Со всеми прощаюсь. Без происшествий в такси сажусь и с ветерком до своего подъезда доезжаю.

Выхожу с облегчением.

Фух.

Месяц мучений начался, и хоть сегодня отделалась легким испугом. Вдруг и завтра пронесет? А на выходных я могу чем-то заразным о-о-очень заболеть.

– Лизок, тебя пока дождешься, замерзнуть можно!

– Е-мое! – спотыкаюсь, чуть ли не падая.

Кажется, у меня бред разыгрался. Оглядываюсь по сторонам – никого.

– Ты бы меня еще в рюкзаке поискала!

Глюки не уходят, громче подзывают. Свести с ума хотят голосом Евсея.

Теперь внимательней глазами веду не по земле, где нормальные люди ходят. Там смотрю, куда способен забраться Сомов: деревья, балконы, крыши. Попадается в поле зрения светящийся козырек магазина. И в этот момент оттуда со свистом слетает не птица, а мой, чтоб его, парень на месяц. Точно приземляясь за шаг от меня.

– Думала, не провожу свою тайную девушку?

Мне надо перестать икать от ужаса, потом ему отвечу.

Евсей

Мой трюк ее ошарашил. И значит, будет беситься. Надо почаще устраивать, тогда Лизке быстрей надоем. Ничуть не сожалею я.

– Сомов, ты… ты, – она захлебывается от возмущения. Жду крика, как я ее напугал. – Ты бы еще на бордюре попрыгал! Подумаешь, козырек магазина. Туда все школьники двора уже залазили.

Фыр-р-р!

Мелкая. Вредная. Зараза.

Взяла и мой трюк опустила до школьников.

– Вообще-то, я не успел подняться выше, ты подъехала. А так бы и с крыши помахал, – оправдываюсь, чтобы не чувствовать себя полным кретином.

– Теперь стой тут и жди, когда я тебе из окна своей спальни махну.

– Эй, девушка на месяц. Ты слишком торопишься?

Лиза гордо несется к подъезду, я спокойно иду сзади. Далеко не сбежит. Ее капюшон от куртки в моей руке. Провожать, так с доставкой.

На первом этаже малявка сдается.

– Ладно, я не буду сбегать. Евсей, отпусти, ну отпусти.

– Смотри, я иду тебе на уступки, – оставляю ее куртку в покое. – Лиза, нам серьезно надо решить, как будем надоедать. А то получится, что я только стараюсь.

– Ой, как же. Лучше меня никто надоедать не умеет, – девчонка оживляется на нашей теме. – Знаешь, как я старшую сестру достаю? Пять минут – и готово. А ее мужа Ваню? Сбегает через минуту под вежливым предлогом.

– Почему-то кузен Евы до сих пор с тобой…

На этом я подлавливаю мастерицу по надоеданию.

– То же самое могу сказать о твоей рыбине, – тычет в меня указательным пальцем. – Ее же колючей метлой от тебя не отгонишь.

– Твоими стараниями Ева и так пострадала.

– А из-за тебя мой Илья боится по универу ходить!

Взаимные обвинения получаются одновременно. Хлопает одна из дверей в подъезде с проверкой. Соседи бы точно были на моей стороне.

Я запрещаю Лизе проводить время с белобрысым. Она мне бросает в лицо: почему только ей? И тут мне приходится вспомнить о том, что тайные отношения не должны вызывать подозрений.

Последнее свидание с Евой превратилось в облом и решение: с ней пора завязывать. Вот на ком четко случилось, что надоела за месяц. Ну и запах «собачьего дерьма» от Евы ускорил процесс.

– Получается, что нам невыгодно полностью быть одинокими, – продумываю, как поступить правильней. – В универе не будем показывать вида и резких перемен. Но только там! Если увижу, что намылилась с белобрысым куда-то…

– Сам-то за собой присмотреть не забудь. Бабник! – Лиза перебивает с гневным ворчанием.

Мы отвлекаемся от важных обсуждений. И вместе замолкаем, прожигая друг друга пытливыми взглядами. Нам нужно срочно надоедать, а не продумывать, как устранять кузенов.

– Ты первый говори, что тебе особенно не нравится, – выдавливает Лиза из себя.

– Будто сама не знаешь? Кто мне подкидывал зефир? – напоминаю о своей нелюбимой сладости.

Бр-р-р… с детства его терпеть не могу.

– Тогда и ты будь для меня кокосовым печеньем, – разрешает малявка.

– Самым-самым кокосовым стану, – обещаю с размахом.

Еще немного стоим, перечисляя, что не хотелось бы пробовать, куда идти, чем заниматься. Половину мы и так знаем, и почему-то больше она обо мне. Так и знал, что малявка все годы следила!

Возле своей двери Лиза тормозит, облизывая губы. Нервно трет ладошки, будто ждет чего-то.

И что ей надо? М?

Думать не выходит. Мой хвост подсказывает версии – одну озабоченней другой. Стараюсь не вестись, но ближе двигаюсь к девчонке.

– Евсей, у меня для нас еще есть серьезное правило, – Лиза отвлекает нас с хвостом на лишнюю болтовню.

– Хватит правил, – бурчу я и медленно наклоняюсь.

– Нет, это важно. Не вздумай меня больше целовать. Вообще о приставаниях не думай!

– Чего? – отшатнулся от нее. – Сама об этом думаешь, раз вспомнила. Мне и в голову не приходило, что в наш «месяц для надоедания» вдруг захочется тебя целовать. И даже не надейся, малявка!

– Было бы на что там надеяться, Сомов.

С раздраженным хмыканьем мое наказание на месяц залетает в квартиру и хлопает дверью у меня перед носом.

Спускаюсь на улицу злой на вредную девчонку. Сама думает, ждет поцелуя, а я не должен приставать. Хуже заразы никогда не встречал. И вовремя предупредить успела, еще б чуть-чуть – и я напасть готовился.

Ну а что я могу сделать, если рядом с Лизой весь контроль теряется?

С наваждением бороться. Точно! Вот и буду. Через месяц начну жить с большим облегчением без всяких дерзких малявок.

***

На следующий день я приезжаю в универ с подготовкой. И в столовку вхожу не с пустыми руками.

Близнеца понесло к Майе на перемене. Амелии не видно. Зато две подружки сидят и болтают, дружно хихикая.

Ну что ж. Будет вам от меня доброта и внимание.

– Что-то вы скромно заказали, – заботливо разглядываю подносы у девочек. – Сэндвичи, салаты. А как же десерт?

– С каких пор интересуешься, брат?

Арина сразу в штыки принимает. Ждет подвоха, оно и видно.

– Неужели угостить собираешься? – подкалывает вторая вредина, ее подружка.

– Да вот, думаю, с кем поделиться. Угощайтесь, девочки.

Достаю из рюкзака две пачки с кокосовым печеньем. Одну пачку сестре на поднос подкидываю. Вторую к Лизе пододвигаю.

– Спасибо, брат. Ну вообще не ожидала! – сестра скорей хватает печеньку и тянет в рот. – Лиза больше любит все с банановым вкусом.

– Ничего, обойдусь, – малявка кривится на мое печенье. – Зато у меня есть другое угощение для вас обоих. Как хорошо, что ты подсел к нам, Евсей. Там хватит на всех.

И достает из своего рюкзака две упаковки с зефиром. Открывает одну и подсовывает мне, заставляя попробовать.

– Зря ты не любишь зефир, Сева, – сестра, облизываясь, радуется и второй вкусняшке.

Вроде бы проверка прошла удачно. Теперь я так и буду месяц кормить тайную девушку кокосовым счастьем. А она меня радовать зефирной тошниловкой.

Уже собираюсь встать и уйти, как вдруг к нам подходят кузены – Ева с мерзким белобрысым.

– С вами можно сесть? – не дожидаясь ответа, Ева прыгает рядом со мной.

Осматриваю ее и принюхиваюсь…

Дерьмом не воняет, но на затылке зеленоватый оттенок волос еще поблескивает.

– Илья, присаживайся возле меня, – Лиза приглашает белобрысого.

Так, значит… Ну ладно.

Протягиваю руку к подносу девушки на месяц и забираю пачку с кокосовым печеньем. Все равно же есть не будет.

– Угощайся, Ева.

Передариваю печенье, наблюдая за врединой.

– Ой, котик! Это же мое любимое! – взвизгивает девушка.

Только попробовать ей не дают.

– Не тебе принесли, а мне! Я не разрешала забирать.

Лиза выхватывает упаковку из рук вечно голодной Евы с дынями. Достает печеньку и яростно начинает хрустеть.

Моя сестра, как всегда, выступает в поддержку. Тычет Еве фигу из пальцев под нос.

– Илья, а ты любишь зефир? – отвоевав свой подарок для надоедания, Лиза пристает к гадскому однокурснику.

– Да, мне нравится. Особенно тот, что в пачке.

И этот недоделанный ботан показывает на то, чем меня угостили.

За такое и руки можно лишиться!

Лиза разрешает белобрысому отобрать у меня, мол, все равно мне не нравится, ничего такого.

Вот это было его последней ошибкой.

У меня нельзя ничего отбирать! Никогда! Особенно тому, кто Илья Мошкин.

– Ты что творишь, Евсей?

– Брат, ты взбесился?

На меня набрасываются сразу две злюки за своего однокурсника. Но я раньше успеваю вывернуть белобрысому загребущую лапу.

Торт Харитоновича я ему не простил, если что.

Еще и зефир мой захотел?

Хрен ему в бубен!

– Меня угостили, пусть не лезет.

Я рычу и жую сахарное гадство.

Пока непонятно, насколько угощения нам помогают для надоедания. Но я давлюсь третьей зефириной и мстительно думаю, куда приглашу свою тайную девушку. Хе-хе. Там она не сможет мое же против меня применить.