Текст книги "Мастер Рун. Книга 4 (СИ)"
Автор книги: Артем Сластин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 7
Вопль часового, заметавшиеся туда-сюда тени, и топот десятков ног, разорвали тишину спящего лагеря мгновенно. Хорошо хоть лошади были приучены и от них столько шума не было.
– Где? Сколько их? – раздался голос лейтенанта, уже стоящего на ногах и готового к бою.
– Лезут из подвала! – отрапортовал один из часовых. – Много, скелеты!
– Бездна! – выругался Леви. – Подвалы же проверяли?
– Лично проверял. – ответил Гаррет. – Там была только дыра, уходящая вниз метров на двадцать, просто так не подняться, я выставил там удвоенный пост, дыру нечем было закрыть.
– Занять оборону по периметру. Копейщики из ветеранов, остальные приготовить арбалеты. – скомандовал лейтенант, и мы принялись занимать позиции подчиняясь приказу.
Дыра находилась в небольшом помещении, где по краям с трудом помещались пять человек, и лейтенант выбрал единственную верную стратегию, ждать, когда твари сами полезут наверх. Часовые всё это время пытались стрелять в тьму внизу, но судя по доносившемуся из дыры скрежету, это было как капля воды в огне. Тварей было много.
– Как они ползут?
– По стенам. – коротко ответил капрал Рик. – Мы их сразу услышали, они не скрывались.
У меня сразу возникла сюрреалистическая картина скелетов, вонзающих костяные пальцы в землю и стыки и карабкающаяся вверх. Я мотнул головой, отбрасывая её и стал готовиться к драке. Мало ли, не получится сдержать напор.
Драться в узком проёме было неудобно. И лейтенант отобрал пятерых копейщиков и столько же арбалетчиков, для закрытия узкого места, остальные встали дугой чуть позади. При этом лейтенант удвоил караулы на других позициях, опасаясь, что враг полезет и в других местах.
Мне не досталась роль в первых рядах, поэтому я мог только смотреть в спины товарищей, стоящих впереди. Когда раздалась команда Стейни.
– Копья наготове! – и сразу же. – Коли!
Лейтенант с Леви стояли в первых рядах, работая копьями как машины.
– Какие-то не такие скелеты. – пробормотал Дарн, стоявший рядом, мы прикрывали лейтенанта.
– Ты видел?
– Немного. Они без брони, и какие-то задохлики. Если бы не страшные глаза, то я бы их пинками разогнал. А я, между прочим, туда срать ходил на дежурстве. Может это их обидело?
Беда, как говорится не приходит одна. Тревогу тут же подняли часовые у входа, и Лейтенант, оставшись на месте проёма, отправил Бейрена командовать отражением атаки с главного входа. Вход в древние развалины был широк, тут две телеги спокойно бы разъехались и еще место осталось. Поэтому основные силы были отправлены туда.
Первая волна вылезла из дыры быстро, слишком быстро. Костлявые твари карабкались по стенам проёма, цепляясь за камни пальцами, в которых не было ни грамма плоти. Они были мелкими, метр двадцать, не больше, хрупкими на вид, но их было чертовски много.
– Стреляй! – рявкнул капрал Рик, отдавая команду арбалетчикам и я машинально дёрнул спуск.
Болт ушёл в темноту, ударил во что-то с глухим хрустом. Одна тварь сорвалась вниз, но на её место тут же полезли ещё две. Я перезаряжал арбалет, стараясь не думать о том, сколько их там внизу. Руки действовали сами, натягивали тетиву, вставляли болт, прицеливались в грудную клетку или черепушку. Выстрел. Перезарядка. Выстрел. Ритм боя захватывал, не давая думать ни о чём, кроме следующей цели.
Лейтенант и копейщики в первом ряду работали без остановки. Стейни бил точно, каждый удар разбивал одного скелета на части, при этом он не двигался, даже создавалось впечатление что ему было скучно, но его копьё мелькало так быстро, что я едва успевал уследить за ним.
– Меняемся. – скомандовал лейтенант и тут же отступил вместе с первой пятеркой назад, давая возможность второй линии занять своё место. Леви отошел вместе с ним, передавая управление боем капралам.
Бой превратился в мясорубку. Хотя в скелетах же нет мяса? Рядом кто-то выругался, когда у него лопнула тетива арбалета, и парень схватил копьё, встав в ряды копейщиков.
– Арбалеты отставить, берегите болты. – скомандовал сержант. – Приготовиться к замене по команде. Капрал Рик, отвечаешь за эту дыру головой, понял? С тобой пятнадцать человек, если что, отправишь курьера. Думаю вы должны тут удержать.
– Да сержант! – ответил Рик, разбивая очередную черепушку точным ударом.
Очень скоро стало понятно, что врагу тут делать просто нечего, вылезти и накопиться они не могут, слишком мало места, а атаковать, когда в тебя целятся пять острых наконечников и при этом им помогают арбалетчики – просто бесполезно. Даже после приказа сержанта, противнику легче не стало. Копий стало больше.
– Они кончаются! – крикнул один из ветеранов, стоящий в первой линии. – Поток редеет!
И правда, скелетов становилось меньше. Теперь они лезли не сплошной волной, а по одному-два. Капрал добил последнего, вонзив копьё ему в позвоночник, тот, перерубленный сильным ударом, рассыпался на две части и упал вниз, в яму.
– Проём мы не закроем, – сказал он. – Тащите камни и всё что найдете тяжелое, забаррикадируем саму дверь.
Капрал отобрал пятерых, пока мы таскали камни к проёму, и закрывали его на половину.
– Хватит, дальше мы сами, идёте к Леви и поступаете в его распоряжение, бегом. Не думаю, что у ворот враг сдастся так же легко.
Мы выбежали в главный зал башни и увидели картину побоища. Вход был завален телами, точнее, останками скелетов. Практически никто не сражался, кроме Алекса, который словно на потеху публике, яростно дрался в самом центре в окружении полутора десятков тварей. При этом двигался он стремительно, как хищник, и в полумраке, золотые глаза светились так ярко что трудно было представить, что видит сам друг с таким свечением.
Мы хотели броситься на помощь, но Леви молча приказал остановиться, выставляя руку с копьем в запрете идти дальше.
Вспыхнул мой рунный щит, Алекс наконец его активировал, отбивая удар короткого кривого копья из рук костяной твари. Затем друг ударом кулака просто раздробил врагу голову и снова пошел в атаку, раздавая удары и плюхи тяжелого кулака направо и налево. Один скелет получил удар в грудь, второй лишился головы, третий был раздроблен ударом древка. Алекс крутился, уклонялся, бил, словно танцевал какой-то безумный танец смерти, пока копье не застряло в одном из противников.
– Прикройте его! – рявкнул Леви, и тотчас большая часть врагов Алекса сложилась на каменный пол, под ударами со всех сторон. Оставшихся троих он добил кулаками и ногами, буквально втаптывая их в каменный пол.
Наконец, последний скелет был повержен. Алекс стоял среди обломков, тяжело дыша, судя по всему, он даже ранен не был, если не считать мелких порезов. Золотой свет в глазах медленно угасал, оставляя лишь усталость и пустоту.
– Всё, – сказал Леви, подходя к нему. – Кончились.
Алекс кивнул, но не ответил. Он просто опустился на колено, выдергивая застрявшее копье из врага, и только потом устало опустился на каменный пол.
– Молодец! Алекс Дейвик. – раздался в тишине голос лейтенанта. – Это было достойное завершение боя, мои поздравления. Сержант, очистите тут всё, займитесь делом.
Раздав короткие приказы, лейтенант с группой ушел обратно, а мы остались в числе тех, кто сгребал остатки тварей в кучу, закрывая широкий проход. Среди отряда даже погибших не было, только пара раненых, зато мы каждый как минимум взяли по паре врагов.
– Что это вообще было? У них мозгов совсем нет, так что ли? – возмущался Серг, перетаскивая очередную кучу костей в общую. – Они даже как мертвяки не воняют, кости очень старые.
– Откуда там мозги? – спросил Талир, вытаскивая череп и стуча по нему кулаком. – Сплошная кость и пустота.
– И пустота. – согласились мы.
– Но ведь кто-то должен ими командовать. Это древняя магия, я слышал про этих тварей легенды, от бабушки. – Не унимался наш товарищ, забирая черепушку у Талира и кидая ее в стену, от чего древняя кость развалилась на части.
– В бездну их. – ответил Дарн. – Если бы они были все такие, мы бы дошли до Цветка как на параде. Это просто худшие из худших. Слабаки в общем.
– А лучшие?
– Надеюсь с ними мы не столкнемся.
– Так, отставить разговорчики. Всем отдыхать, – приказал торчащий тут с нами Леви. – Дозоры будут стоять двойными, а вы валите спать.
Я вернулся к своему месту, плюхнулся на пол и прислонился спиной к стене. Алекс упал рядом.
– Ты как? Цел?
– Да, так. – ответил товарищ. – Выматывает жутко, устал. Сильно страшно со стороны выглядит?
– Да я бы не сказал. Непривычно. Золотой цвет этера, у тебя в глазах, очень яркий, а так, ты круто дрался.
Алекс уже не ответил, вырубившись сразу, как и большинство парней вокруг.
Перед рассветом мы снова были в сёдлах.
Алекс ехал молча, его взгляд был устремлён куда-то вдаль, за горизонт, словно он видел там что-то, чего не замечали мы. Казалось, он за короткий промежуток времени постарел лет на десять. Видимо, цена за те способности, что он продемонстрировал, была слишком высока. Или он просто осознал что-то, что предпочитал не знать раньше.
Дальнейший путь до предгорий оказался на удивление… никаким.
Шесть проклятых дней в седле, с постоянно напряжёнными нервами и ожидании атаки врага. От Сломанного Шпиля мы шли без приключений, что уже само по себе было подозрительно. Я всё ждал подвоха, как и все мы, даже мрачные шутки закончились давно. Но ничего не было. Только бескрайняя серая пыль под свинцовым небом, и мы, пыльные, уставшие, но всё ещё живые, словно назло этому миру. Скучно и однообразно.
Лейтенант, не повел нас по плану, пошел прямо, и каждый день Леви учил нас кормить лошадей этером, воды еще хватало для людей, по минимуму в несколько глотков в сутки, а вот травы не было и в помине. Кормить лошадь с помощью энергии, оказалось делом не сложным, но не сильно приятным. Считай, что это твой друг, который тебя спасет и вытащит на себе, а ты приговариваешь его к смерти. Пусть отсроченной, но к смерти.
– Это не война, а херня какая-то. – сказал в один из пустых дней похода Алекс, когда мы раскладывались на ночевку прямо среди холмов, беззащитные перед открытым пространством.
В первую такую ночевку не спал весь отряд. Правила Великой Степи написаны кровью. И Серая Пустошь имела право взять своё во тьме. Но она отказала нам в смерти от ночных тварей, и вторую ночь отряд спал, вповалку, видя хорошие сны и уже не переживая ни о чем.
– Ну, как по мне так лучше так, чем сдохнуть самим. – ответил Дарн, делясь энергией с животным.
– Зато потом мы доскачем до Башни гораздо быстрее. – невесело добавил Рик, едущий с нами, как нянька и командир нашей десятки.
– А потом пешком.
– А что будет потом, ты думать не должен. Приказ выполняй и будет тебе счастье полные штаны.
– Вот этого то я и боюсь. Полных штанов такого счастья. – Мрачно ответил степняк.
К концу шестого дня путь привёл нас к предгорьям, которые местные окрестили Пастью Дракона. И я, честно говоря, не удивился. Черные, зубчатые пики устремлялись в низкие, рваные облака, как клыки с нижней челюсти какого-то доисторического чудовища. Даже те Проклятые Клыки, что мы видели перед приездом в Степной Цветок, казались тут детским лепетом.
Ни единой травинки, ни кустика, только голый камень, да редкие клочки жесткого бурьяна, пробивающиеся сквозь трещины.
– Красиво, хоть и холодно. – сказал Серг первым, когда мы наконец достигли места отдыха. – Хотя, пусть будет холодно, тогда костяшки не смогут двигаться и замерзнут к Бездне, а мы награбим много золота и вернемся героями! Ну или нас хотя бы просто быстро убьют, без пыток и мук.
– Оптимист, – хмыкнул Талир, разглядывая мрачный пейзаж. – Настоящий источник надежды.
– Я реалист, – поправил Серг, спешиваясь с лошади и потирая затёкшую спину. – А реализм в этих краях – это когда ты понимаешь, что тебя уже почти наверняка убьют, и просто выбираешь, как умрешь – скуля или посылая всех к Бездну или к Четверым, кому, как угодно.
– Ты всегда так жизнеутверждающе настроен? – спросил Дарн, вытаскивая из седельной сумки последний сухой паёк.
– Только по праздникам, – огрызнулся Серг. – А сегодня как раз праздник. Мы дожили до гор смерти.
Я слез с кобылы, чувствуя, как ноги радостно встречают землю. Шесть дней в седле превратили задницу в один сплошной синяк. Лошадь под седлом дрожала мелкой дрожью, её глаза были мутными, шерсть взмокшая. Этер, которым мы её кормили, давал энергию, но забирал жизнь. Ещё неделя такого издевательства, и она просто рухнет замертво.
– Короткий привал, – объявил лейтенант Стейни, спрыгивая с седла. – Час отдыха, затем движемся к руинам. Гаррет, твои люди вперёд, проверьте местность.
Следопыт кивнул и жестом отправил двоих разведчиков вперёд. Сам же он присел на корточки, изучая землю. Его лицо было напряжённым.
– Что-то не так? – спросил Леви, подходя к нему.
– Следы, – Гаррет провёл пальцем по едва заметной царапине на камне. – Много следов. Орда прошла тут, это точно. Но не только она. Тут что-то ещё было. Недавно.
– Что именно?
– Не знаю, – честно признался разведчик. – Но судя по отметинам… что-то тяжёлое. Очень тяжёлое. И двигалось не по поверхности, а… словно ползало.
Мы настороженно начали оглядываться, пытаясь понять что тут такое огромное могло ползать, но ничего похожего обнаружено не было.
– Руины впереди, – доложил один из вернувшихся разведчиков, тяжело дыша. – Километрах в трёх. Старые, очень старые и странные.
– Что странного? – уточнил лейтенант.
– Там тихо. Слишком тихо. И ещё… там что-то светится. Глубоко под землёй.
Стейни переглянулся с Леви. Оба выглядели озабоченными.
– Идём, – решил лейтенант. – Но осторожно. Всем держать оружие наготове. Идёт моя группа.
Мы двинулись дальше, оставляя лошадей парням с основного отряда. Животные нервничали, фыркали, косили глазами. Моя кобыла то и дело пыталась развернуться, словно чуяла опасность впереди.
– Успокойся, дурочка, – пробормотал я, поглаживая её по шее и передавая поводья дежурному. – Нам всем страшно, не только тебе.
Руины показались внезапно, словно выросли из серой пыли. Массивные каменные блоки, почерневшие от времени, частично погружённые в землю. Стены были испещрены трещинами, но всё ещё держались, несмотря на тысячелетия забвения. И здесь тоже не было рун. Просто древняя, мёртвая кладка.
– У подножия, – указал Гаррет. – Видите? Там вход. Арка, ведущая вниз.
Действительно, среди развалин виднелся проём, зияющий чернотой. Каменные ступени уходили в глубину, теряясь во мраке.
– Не нравится мне это, – пробормотал Серг. – Совсем не нравится.
– Мне тоже, – согласился Дарн. – Но выбора нет. Приказ есть приказ.
– Приказ, – фыркнул Талир. – Этот приказ нас в могилу загонит. Но хоть компания подобралась хорошая. Парни, я рад что знаком с вами.
Правда, ему никто не ответил. Слишком уж все устали.
Мы расположились у входа в руины, выставив дозорных. Я присел на холодный камень, доставая флягу с водой. Сделал маленький глоток, смакуя каждую каплю. Вода была тёплой и мерзкой, даже кипяченой.
– Сколько у нас ещё осталось? – спросил Алекс, кивая на флягу.
– Дня на два, может три, если экономить, – ответил я. – Потом придётся искать источник или… ну, ты понял.
– Или сдохнуть, – закончил он. – Весёлая перспектива.
– Всегда можно пить кровь врагов, – предложил Серг с кривой усмешкой.
– У скелетов её вообще нет, дебил, – огрызнулся Талир. – А других мне тут не надо.
– Ну, тогда придётся пить свою, – не сдавался Серг.
– Заткнитесь оба, – буркнул Дарн. – Голова и так раскалывается.
Последние несколько дней, были откровенно плохими. Мы постоянно ругались и огрызались на команды капралов и сержантов. У каждого уже в списке висело по паре дней карцера, по прибытию в город, но всем было плевать. Мы были словно тени, от тех кто вышел из Башни неделю назад. Когда не ясно, вернёшься ли ты живой – угрозы воспринимаются иначе.
Я отвернулся, стараясь не начинать свару, разглядывая арку. Тьма внутри казалась плотной, почти осязаемой. Словно она ждала, когда мы войдём. Камень Бурь вдруг нагрелся сильнее, и я инстинктивно сжал его в кулаке.
«Что ты чувствуешь?» – мысленно спросил я у артефакта. Конечно, он не ответил. Но пульсация стала ритмичнее, словно сердцебиение. Много этера, очень много.
– Корвин, – окликнул меня Леви. – Иди сюда.
Я поднялся и подошёл к сержанту. Рядом с ним стоял лейтенант и Гаррет, разглядывая что-то на земле.
– Смотри, – Леви указал на камень у входа. – Видишь? Знаешь, что такое?
Я присмотрелся. На поверхности камня были едва заметные царапины, образующие странный узор. Не руны, но что-то похожее. Геометрические линии, пересекающиеся под острыми углами.
– Это… – я нахмурился, вспоминая метки из катакомб, которые когда-то показывал Тинг – это похоже на знаки контрабандистов. Доводилось видеть подобное. Они помогают идти по правильной тропе.
– Или предупреждение, – мрачно добавил Гаррет. – Такие знаки встречаются на старых могильниках.
– Отлично, – вздохнул Стейни. – Значит, мы точно идём туда, куда надо? Вопросы есть?
Вопросов не было, я привычно достал свою потрёпанную кипу листов и быстро зарисовал узор. Может, позже пригодится. Камень Бурь продолжал пульсировать, и я кожей чувствовал, как этер в воздухе сгущается.
– Готовьтесь, – объявил лейтенант, обращаясь ко всему отряду. – Через полчаса спускаемся. Берём с собой только необходимое. Арбалеты, копья, фонари. Провизию и воду оставляем с лошадьми под охраной пятерых человек.
– Кто остаётся? – спросил капрал Рик.
– Выберете сами.
– Лейтенант, пятеро слишком мало. Полсотни лошадей, и дозор, нужно человек десять оставить.
– Твои предложения?
– Идем малой группой в этом же составе – Леви показал на сосредоточенных и настороженных нас. – Остальные пусть ждут тут. Незачем отправлять весь отряд.
– Ладно. – кивая согласился лейтенант. – Сделаем как ты сказал. Тогда, Гаррет, прикажи своим найти укромное место подальше отсюда, пусть сидят там и присматривают за входом.
– Да, лейтенант. – кивнул разведчик.
Отряд зашевелился, проверяя снаряжение. Я достал свои рунные фонарики, раздавая их ветеранам и командирам. Алекс проверил свой щит на перчатке, несколько раз активируя и гася его. Талир нервно постукивал пальцами по колену, чем меня раздражал.
– Боишься? – спросил я у него.
– А кто не боится? – ответил он. – Только дураки не боятся. А я дураком быть не хочу.
– Мудро, – кивнул я.
Полчаса пролетели быстро. Слишком быстро. Когда Стейни подал сигнал, мы выстроились у входа. Шестнадцать человек вместе с Стейни, готовых спуститься в неизвестность. Хотя если бы меня спросили, я бы лучше остался с лошадьми. Гаррет с двумя разведчиками шёл первым, за ним лейтенант с Леви, затем основная группа, замыкали Рик с ветеранами.
– Включить фонари, – скомандовал Стейни.
Я накачал этером свою пластину, и яркий луч света пробил тьму. Десятки других лучей последовали за ним, освещая каменные ступени, уходящие вниз.
– Вперёд, – тихо сказал лейтенант.
Мы начали спуск.
Ступени были скользкими, стены покрыты странными наростами, похожими на окаменевший мох. Воздух становился холоднее с каждым шагом, и вскоре я увидел собственное дыхание, выходящее белым паром.
– Глубоко, – пробормотал Серг позади меня. – Очень глубоко.
– Заткнись, – прошипел Дарн. – Нам и так страшно.
Мы спускались минут двадцать, может больше. Ступени петляли, уходили в стороны, затем снова возвращались к основному направлению. Наконец, впереди показался слабый свет. Не наши фонари, что-то другое. Холодное, голубоватое сияние.
Гаррет остановился, подняв руку. Мы замерли.
– Впереди зал, – тихо доложил он. – Большой. И там что-то есть.
– Что именно? – спросил Стейни.
– Не знаю. Но оно светится.
Лейтенант кивнул и жестом приказал двигаться дальше. Мы вышли в огромное подземное пространство, и я невольно замер, разинув рот.
Зал был просто невероятен. Высотой метров в пятьдесят, если не больше, с колоннами, поддерживающими потолок. Стены были покрыты рунами, тысячами рун, переплетающихся в сложные узоры. Но главное было в центре.
Там, в самом сердце зала, возвышалась каменная платформа, на которой стоял кристалл. Огромный, метра три в высоту, пульсирующий холодным голубым светом. Руны на стенах тускло мерцали в такт его биению, словно они были частью единого механизма.
– Бездна… – выдохнул Леви. – Что это?
– Это устройство, которое генерирует этер, – объяснил лейтенант, не отрывая глаз от кристалла. – Огромное количество этера. И оно всё ещё работает. Тысячи лет спустя. Либо его недавно запустили…
– И что оно делает? – спросил сержант.
– Не знаю, – признался Стейни. – Но чувствую… оно что-то питает. Что-то огромное.
Вдруг земля под ногами дрогнула. Слабо, едва заметно. Затем снова. И ещё раз.
– Что это? – Серг схватился за стену.
– Землетрясение? – предположил Дарн.
Но это не было похоже на обычное землетрясение. Толчки были ритмичными, усиливающимися, в так мерцанию, звучащие словно удары гигантского зверя, пытающегося выползти из скалы.
– Все на возвышенность! К стене! – внезапно прокричал Гаррет, указывая на край зала, где была небольшая каменная платформа.
Мы бросились туда, толкая друг друга. Толчки усиливались, камни начали осыпаться с потолка.
– Быстрее! – рявкнул Леви, подталкивая отставших.
Мы запрыгнули на платформу, прижимаясь к стене. Места чтобы укрыться едва хватило на всех, пришлось лежать практически в два ряда. Земля под нами содрогалась всё сильнее, и вдруг раздался оглушительный рёв, не человеческий, не звериный, а какой-то механический, словно разрывалась сама основа скалы.
Пол в центре зала треснул. Трещина пошла от кристалла, расширяясь, разветвляясь, превращаясь в целую сеть разломов. Из них вырвался столп пыли, вони и раздали крики. Крики из тысяч глоток, мучительных, злобных, и явно нечеловеческих, потому что люди так причать не могут.
Каменная основа раскололась окончательно, открывая гигантскую расселину, уходящую в бездонную тьму. И оттуда, из этой тьмы, начали выползать существа.
Скелеты, сотни скелетов, карабкающиеся по стенам разлома. Проклятые, мутировавшие звери с гниющей плотью и светящимися глазами. Что-то ещё, бесформенное, ползущее, хватающее когтями за край пропасти.
– Они бегут, – хрипло сказал Гаррет, его лицо было белым как мел. – Видите? Они не атакуют. Они бегут. Их что-то выгоняет изнутри!
И правда. Твари выползали хаотично, сталкивались друг с другом, давили слабых, разбегались во все стороны. Это была паника.
– От чего они бегут? – прошептал Алекс.
Как в ответ на его вопрос, из разлома вырвалось холодное голубое сияние, яркое, ослепляющее. Оно поднялось вверх, образуя пульсирующий столп света, бьющий в потолок зала. Руны на стенах вспыхнули одновременно, залив всё пространство мерцающим светом.
Я зажмурился, прикрывая глаза рукой. Камень Бурь на груди обжигал кожу, и я услышал его голос, не словами, а ощущениями, образами, которых я совершенно не понимал.
Землетрясение достигло пика. Разлом расширился, и из него вырвались всё новые и новые тысячи тварей, первые бегущие в панике, сменялись отрядами в сотни дисциплинированных бойцов, спешащих подняться наверх.
И над всем этим – холодное голубое сияние, перекачивающее огромные объемы этера.
Землетрясение длилось час. Может, меньше, может, больше, я потерял счёт времени. Когда оно наконец стихло, все твари ушли на поверхность. Мы остались одни и смогли нормально смотреться, и увидели, что все камни на полу исчезли, словно ничто с верху не падало. Всё провалилось вниз, сквозь эти огромные врата.
Магия не иначе, и если бы не длинные трещины на полу, никто бы и не догадался о том, что твари поднимаются из глубин.
– Это не природное явление, – произнёс Стейни глухим голосом, глядя на разрушения. – Кто-то специально открыл эти… что это вообще?
– Туннели, – ответил Гаррет, находившийся выше других и видевший больше. – Древние туннели. Они тянутся на километры. Может, на сотни километров вниз – в Нижний Мир. И там… там полно этих тварей.
– Или что-то пробудилось, – мрачно добавил Леви. – Что-то старое и злобное.
– Я видел руны в том свечении, – тихо сказал я, разглядывая кристалл, который всё ещё пульсировал, хотя и слабее. – Похоже это был какой то ритуал. Но зачем? Зачем кому-то выпускать орду на поверхность?
– Мы не сможем его уничтожить. – лейтенант показал на кристалл. – Даже отсюда я чувствую опасность этого камня, он убьет любого, кто приблизится.
Повисла тишина. Все смотрели на разлом, из которого по-прежнему доносились звуки. Мы смотрели на затянувшуюся рану в скале и на всех у нас была одна мысль. Нужно валить отсюда, бежать как можно быстрее, сообщая эту информацию тем, кто может принять решение и обладает силой. Нам не справиться.
– Нам нужно возвращаться, – твёрдо сказал капрал Рик, озвучивая общее желание. – Докладывать. Что орда лезет из-под земли с какой-то целью. Что кто-то или что-то управляет ей.
Лейтенант медленно повернулся к нему. Его лицо в холодном свете кристалла казалось высеченным из камня.
– Нам совершенно него докладывать, Рик. – ответил горько лейтенант. – Что мы видели дыру в скале? Что там что-то есть и нужно взорвать кристалл? А если это не поможет? И станет еще хуже. Насколько глубоко тянутся те тоннели? Одна ли точка выхода? Раз здесь нет охраны, не думаю, что одна. Да и не смогла бы такая орда пройти через такие врата. У нас нет ответов. Только страшилки для старейшин.
– Но, лейтенант, нас всего лишь шестнадцать. – ответил Рик за всех, – а там… там… Здесь нужна армия.
– Нам нужно спуститься, – вдруг сказал Стейни.
– Что⁈ – хором воскликнули несколько голосов.
– Не в эпицентр, – уточнил лейтенант. – Но нам нужно узнать, что там. Что скрывается в этих туннелях. Иначе мы вернёмся с пустыми руками, и города погибнут, не зная, откуда пришла угроза.
– Но это самоубийство! – запротестовал капрал Рик.
– Мы – глаза и уши тех, кто остался дома, – поправил лейтенант. Он обвёл взглядом всех нас. – Я не буду приказывать. Это будет добровольно. Сойду вниз только с теми, кто сам решит. Остальные поднимутся наверх, будут ждать у входа трое суток. Если мы не вернёмся, то уходите и докладывайте обо всём, что видели.
Леви медленно кивнул.
– Я с тобой, лейтенант.
– И я, – добавил Гаррет.
Алекс посмотрел на меня, его глаза снова горели золотом. И я понял, что он хочет, и еще я понял, что мне нужно туда сходить, Камень на груди звал туда.
– Ну что, – усмехнулся он. – Пойдём в бездну?
– Куда ж нам деваться, – вздохнул я. – Раз уж начали.
– Ладно, чёрт с вами, – прохрипел Дарн, плюнув. – Умирать так в компании.
Добровольцами оказались шестеро, остальных лейтенант не взял, только тех, кто кивнул первым, и половина нашей кампании оказалась разделенной. Сам лейтенант, Леви, Гаррет с парнем из его отряда Киром, а так же мы втроём. Семь отморозков. Если бы не Алекс, хрен бы я согласился.
– Тогда решено, – Стейни выпрямился. – Ищем боковой туннель. Не главный разлом, а что-то менее опасное. Гаррет, вперёд, ты наши глаза и уши. Найди проход. Рик, выведи парней. Ждите нас трое суток.
Мы не прощались, просто похлопали друг друга по плечам и разделились молча, без лишних слов.
Разведчик кивнул и начал обследовать края зала. Вскоре он нашел что-то показавшееся ему интересным.
– Здесь! Узкий проход, уходит вниз! И оттуда идёт теплый воздух.
Мы подошли. Действительно, в стене зияла трещина, достаточно широкая, чтобы пролез человек. Стейни подошёл, бросил взгляд в чёрную пасть и обернулся к нам.
– Ну что, – его голос был спокоен и пугающе обыден, как будто он не командовал отрядом самоубийц. – За мной. И не отставать.
Он первым шагнул за край. Леви следом. Я сделал глубокий вдох, в последний раз посмотрел на голубой свет кристалла, на призрачные руны на стенах, последний отсвет иного мира и шагнул в темноту.
