Текст книги "Мастер Рун. Книга 4 (СИ)"
Автор книги: Артем Сластин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
– Это их ненадолго задержит, – буркнул Гаррет. – Они обойдут или проломятся.
– Где обойдут? – спросил сержант. – Сейчас я тут устрою им пробку, хер пролезут.
Сержант убил еще троих, но толи проклятые были поумнее, или их командир понял нашу задумку, так как мертвые тела тут же оттаскивались внутрь и твари пытались атаковать по-разному.
Мы бросились в левый туннель. Он действительно шёл вверх, под крутым углом. Пол был скользким, покрытым какой-то влажной плёнкой. Я поскользнулся, едва не упав, но Алекс подхватил меня за локоть.
– Держись, Кор.
– Свет дайте! – скомандовал Стейни.
Мы бежали, спотыкаясь на каждом втором шаге. Фонарики мелькали, высвечивая каменные стены и низкий потолок. Сзади донёсся вой, протяжный, злобный. Проклятые преодолели препятствие и начали выбираться в коридор.
– Быстрее! – Стейни задавал темп, его силуэт мелькал впереди.
Туннель раздвоился. Гаррет не колебался, нырнул в правый. Мы последовали за ним. Воздух стал теплее.
– Здесь недавно был огонь, – бросил Гаррет через плечо.
– Живые люди? – спросил Леви.
– Или те, кто когда-то были живыми.
Туннель вывел нас в ещё одну пещеру, побольше предыдущей. В центре лежала куча обугленных костей, явно принадлежащих человеку. Сожгли его живым, судя по позе.
Стейни присел у трупа, провёл рукой над пеплом.
– Холодный. Прошло уже дня три, может больше.
Вой за спиной стал ближе. Они настигали.
– Выход! – Гаррет указал на противоположную стену, где виднелся узкий проход.
Мы ринулись туда. Проход оказался ещё более узким, чем предыдущий лаз. Приходилось протискиваться боком. Копьё я тащил за собой одной рукой, вторая упиралась в стену впереди.
Камень Бурь на груди внезапно потеплел. Не обжигающе, а приятно, будто грелка. Этер. Где-то рядом был источник этера.
– Впереди что-то есть, – сказал я. – Много энергии.
– Хорошо это или плохо? – спросил Алекс, протискиваясь следом.
– Без понятия.
Проход вывел нас в зал. И я замер на пороге.
Снова, явно не природное образование. Стены были идеально ровными, покрытыми теми же рунами, что мы видели перед залом, который был с нишами. Но здесь их было меньше, и они не светились. Мёртвые руны, обесточенные уже тысячи лет назад. В центре зала возвышалась платформа, а на ней – пьедестал. Пустой.
– Здесь что-то хранилось, – Стейни медленно подошёл к платформе. – Что-то важное.
– И кто-то забрал, – добавил Гаррет, указывая на следы на полу. – Свежие. День, от силы два.
Гаррет присел, изучая отпечатки.
– Один человек. Или что-то человекоподобное. Обутое. Шло уверенно, без спешки.
– Те же, кто в роскошной комнате? – предположил Алекс.
– Возможно. Или их убийца.
Вой раздался у входа в зал. Проклятые добрались до нас.
– Другого выхода нет, – Гаррет завершил быстрый осмотр. – Только откуда пришли.
– Значит, держим оборону, – Стейни развернулся к проходу. – Узкое место играет нам на руку. Алекс, Корвин, вы сзади. Подстраховываете. Леви, Гаррет, со мной.
Мы выстроились полукругом перед проходом. Из узкого отверстия показалась рука, потом голова. Проклятый протискивался медленно, застревая в узком пространстве.
Стейни не стал ждать. Копьё метнулось вперёд, пробило череп. Тварь обмякла, её тело застряло, блокируя проход.
– Отлично, – Леви выдохнул. – Теперь они не пролезут.
Но я видел, как мёртвое тело дёргается. Другие проклятые тащили его назад, освобождая проход. Через минуту останков не осталось, и в проход полезла следующая тварь.
Стейни снова ударил. И снова. Проклятые лезли один за другим, и каждого встречал смертельный удар. Но их было слишком много.
– Долго так не продержимся, – пробормотал Леви, добивая очередную тварь.
Я оглянулся по сторонам, ища хоть что-то, что могло бы помочь. Взгляд упал на руны на стенах. Мёртвые, обесточенные. Но…
Камень Бурь на груди пульсировал. Он впитывал этер из воздуха, накапливал его. А что если…
– Лейтенант! – я шагнул к стене. – Дайте мне минуту!
– Действуй! Но лучше поторопись, мало ли, что случится.
Я прижал ладонь к ближайшей руне. Это был символ Печати, один из базовых. Мёртвый, холодный камень. Я закрыл глаза, сосредоточился. Камень Бурь откликнулся, и я почувствовал, как этер течёт сквозь меня, из артефакта в руну.
Линия вспыхнула тусклым голубым светом. Слабо, едва заметно, но вспыхнула. Соседняя руна откликнулась, потом следующая. Цепная реакция пошла по стене, руны одна за другой загорались, словно кто-то зажигал свечи.
– Что ты делаешь? – крикнул Алекс.
– Не знаю! Просто делаю!
Руны разгорелись ярче. Пол под ногами задрожал. Из стен донёсся гул – низкий, вибрирующий, такой же, как в зале с Вратами. Платформа в центре засветилась.
И тут я понял.
Это не хранилище. Это был ещё один узел системы. Как кристалл наверху, как Врата внизу. Часть огромной сети, опутывающей всё подземелье. Просто этот был давно заброшен, так как Первые люди значительно расширили структуру этой огромной подземной базы, даже не заю как ее правильно назвать, а то место, где мы сейчас находимся, оно оказалось в итоге далеко от основных источников этера.
Проклятые в проходе завыли. Голубой свет заполнил зал, стал ослепительно ярким. Твари отшатнулись, попятились назад. Их вой перешёл в визг.
– Они отступают! – Леви не мог поверить своим глазам.
Проклятые исчезли в проходе, их топот удалялся. Свет начал угасать, руны одна за другой гасли, возвращаясь в мёртвое состояние.
Я рухнул на колени. Камень Бурь был пуст, весь этер ушёл и тот жадно сжирал остатки моего, стараясь быстрее наполнить себя. В груди зияла пустота, голова кружилась так, что я едва не потерял сознание.
– Корвин! – Алекс подхватил меня, не дав упасть. – Ты как?
– Нормально, – прохрипел я, хотя нормально было далеко не всё. – Просто… устал.
Стейни медленно подошёл ко мне, опустился на корточки. Его лицо было нечитаемым.
– Что это было?
– Защита, – я с трудом фокусировал взгляд. – Древняя. Она была настроена против проклятых. Я просто включил её.
– Надолго?
Я покачал головой.
– Уже нет, весь этер потратил, нужно зарядить вот этот камень. – я указал на Печать. – от него всё работает.
Лейтенант поднялся, оглядел зал. Руны уже практически погасли, только самые крупные еще слабо мерцали тусклым голубоватым светом. Он подошел к стене, провел ладонью по холодному камню, задержавшись на руне Печати, которую я указал.
– Сколько нужно? – спросил он, не оборачиваясь.
– Не знаю точно, – я с трудом поднялся на ноги, опираясь на Алекса. – Много. Больше, чем у меня было. Гораздо больше.
– И насколько хватит?
Я попытался прикинуть. Но понимания не было, то, что огромно для меня, может оказаться слишком малым для лейтенанта.
– Дня на три, может четыре, – сказал я неуверенно. – Если зарядить полностью. Но это если залить много этера, лейтенант, я не знаю, сколько он потребит.
Стейни кивнул, снимая перчатку с правой руки. Под ней, на тыльной стороне ладони, я разглядел тонкие шрамы, образующие сложный узор. Выжженный прямо на коже. Такое я видел первый раз. И это точно были не руны, а скорее потоки этера. Интересно.
– Лейтенант, – Леви сделал шаг вперед, его голос был встревоженным. – Вы же не собираетесь…
– Собираюсь, – Стейни приложил ладонь к стене, точно к руне Печати. – У нас нет выбора. Если не сделать это сейчас, то через час они вернутся. И тогда точно конец.
– Но это выжжет вас изнутри!
– Не выжжет. Я знаю свой предел.
Лейтенант закрыл глаза, и я увидел, как руны на его ладони вспыхнули бледно-голубым светом. Воздух вокруг него задрожал, стал плотнее. Этер. Он выдавливал из себя энергию, направляя ее в древнюю систему защиты.
Руна под его ладонью засветилась. Сначала тускло, затем ярче. Свет пополз по стене, одна руна за другой загоралась, как цепь фонарей вдоль улицы. Гул усилился, пол снова задрожал, но на этот раз мягче, без той агрессивной вибрации, что была раньше.
Стейни стоял неподвижно, только его челюсти были сведены, а на лбу выступила испарина. Я видел, как напряглись мышцы на его шее, как побелели костяшки пальцев. Видимо это было больно. Очень больно.
– Сержант, – прохрипел лейтенант, не открывая глаз. – Засеките время.
Леви молча кивнул, доставая небольшие песочные часы из кармана. Перевернул их.
Минута. Две. Три.
Свет рун разгорался всё ярче, заполняя зал холодным сиянием. Платформа в центре тоже засветилась, и я понял, что она работает как усилитель, распределяя энергию по всей системе.
Четыре минуты. Пять.
Лицо Стейни стало серым. Капли пота стекали по вискам, падали на камень. Его дыхание было тяжелым, прерывистым.
– Лейтенант, хватит, – Леви шагнул к нему. – Вы уже на пределе.
– Ещё… немного, – выдавил Стейни сквозь стиснутые зубы. – Я уже понимаю и чувствую. Корвин, дай накопитель! Я смогу его подключить!
Я передал из сумки один из накопителей, но лейтенант не спешил его использовать. Заодно взял другой в руку и попробовал сам, ага. Хрен там плавал, даже Камень Бурь не чувствовал там этер. Может они разряжены?
Тем временем руны вокруг загорелись ровным, ярким светом. Вся стена была покрыта светящимися линиями, переплетающимися в сложнейшие узоры. Это было красиво и жутко одновременно.
На восьмой минуте Стейни дрогнул. Его колени подогнулись, и он бы упал, если бы Леви не подхватил его за плечи.
– Хватит! – сержант силой оторвал руку лейтенанта от стены. – Вы убьете себя!
Стейни осел на пол, тяжело дыша. Его лицо было бледным, почти прозрачным, губы посинели. Но руны продолжали светиться. Система работала. Он буквально воткнул накопитель в Печать и тот присосался к стене так словно там и был. И с этого момента всё вокруг заработало как должно, в штатном режиме.
– Охренеть вот это мощь! – единственное что я мог сказать.
– Корвин, – Леви повернулся ко мне, поддерживая лейтенанта. – Сколько продержится защита?
Я подошел к стене, приложил ладонь к одной из рун. Теплая, пульсирующая и живая. Энергия в ней текла по системе ровно, без сбоев. Я закрыл глаза, попытался почувствовать, насколько заполнены резервуары и понял, что максимально. Накопитель работал и его хватит надолго.
– Дня на три, не меньше. – сказал я неуверенно. – Может, десять. Я не могу сказать точно. Но лейтенант справился.
Леви выругался вполголоса, усаживая Стейни к стене. Лейтенант не сопротивлялся, просто сидел, прислонившись спиной к камню, и пытался отдышаться. Его руки тряслись, на ладони, где были выжжены, кожа покраснела, местами вздулась волдырями.
– Гаррет, – хрипло позвал Стейни. – Карты. Нам нужно понять, где мы.
Разведчик молча кивнул, опускаясь на пол и разворачивая большой свиток, который успел прихватить из роскошного зала. Рядом с ним устроился Алекс, а я опустился с другой стороны, стараясь не думать о том, как кружится голова и как хочется просто вырубиться и проспать сутки.
– Смотрите, – Гаррет провел пальцем по карте. – Здесь отмечен зал, где мы нашли эту карту. Вот Врата, вот основные туннели. А здесь, – он указал на небольшую метку в стороне, – вот этот зал. С пустым пьедесталом.
– Как далеко до поверхности? – спросил Леви, растирая руки Стейни, пытаясь вернуть в них тепло.
Гаррет измерил расстояние пальцами, прикинул масштаб.
– Километра два по прямой. Но прямой не будет. Туннели петляют, есть обвалы, тупики. Реально – километров пять, может больше.
– Пять километров, – пробормотал Алекс. – С проклятыми на хвосте и вверх. Весело.
– Проклятые сюда не сунутся, – я указал на светящиеся руны. – Защита же их отпугивает. Видели же, как они отступили.
– Ага, – добавил Леви мрачно. – А потом? И я не про защиту. До засеченного времени осталось меньше полутора суток, потом парни уйдут без нас.
– А потом будем разбираться, – Стейни открыл глаза, его голос был слабым, но твёрдым. – Гаррет, есть на карте проходы, ведущие к поверхности?
Разведчик склонился над картой, изучая мелкие детали.
– Есть. Несколько. Вот этот, – он указал на линию, уходящую вверх от нашего зала, – ведёт к старым выработкам. Если верить карте, они должны выходить где-то в предгорьях Пасти Дракона. Тут отмечено, что это вентиляция. И лестницы.
– Вентиляция, – повторил Стейни. – Значит, там есть выход наружу. Или был когда-то.
– Может быть завален, – предупредил Гаррет. – Прошли тысячи лет. Но попробовать стоит.
Стейни кивнул, закрывая глаза.
– Отдыхаем здесь. Дежурство по два часа. Гаррет первым, потом Леви, потом вы, – он указал на нас с Алексом. – Я освобожден.
Никто не стал возражать. Лейтенант выглядел так, будто его пропустили через мясорубку. Ему нужен был отдых больше, чем кому-либо из нас.
Мы расположились по углам зала, используя собственные плащи как подстилки. Пол был холодным, твёрдым, но после всего, через что мы прошли, казался раем. Алекс устроился рядом со мной.
– Ты как? – спросил он тихо.
– Как выжатый лимон, – признался я. – Камень высосал всё до последней капли. Сейчас потихоньку восстанавливается, но медленно.
– У меня тоже не густо, – Алекс потёр виски. – Голова раскалывается. И этот голос, он стал тише, но всё равно не заткнулся.
– Что он говорит?
Алекс помолчал, глядя в потолок.
– Что мы все умрём здесь. Что нужно убивать, пока не убили тебя. Что слабость – это смерть. Что нужна сила. Весёлые такие мысли.
Я не знал, что ответить. Просто лежал рядом, слушая, как Гаррет ходит по залу, проверяя периметр и осматривая руны, словно посетитель музея. При этом периодически разведчик цокал языком, тыкал пальцами везде и покачивал головой.
– Кор, – вдруг сказал Алекс. – Если мы выползем отсюда, хрен я пойду в какую заваруху, а ты можешь мне прямо по уху выездить.
– Угу, – перебил я его. – Я и так могу, с удовольствием.
– Не, я на будущее, если пойду куда добровольцем, – он повернул голову, посмотрел на меня. В его глазах мелькнул золотой отблеск. – Обещай, что остановишь меня. Четверо мне свидетели, я устал от всей этой херни.
– Думаю мы просто поменяем порядок – ответил я. – Если я соглашусь, то ты идешь, а не наоборот. А я точно больше никуда не соглашусь.
Алекс выдохнул, закрыл глаза.
– Договорились.
Глава 12
Моё дежурство началось после Алекса, и мне вполне хватило времени выспаться и почувствовать себя по настоящему живым. Я обложился картами и записями, которые Гаррет оставил на видном месте и сидел, изучая их до конца своего дозора. Следить за проходом смысла не было, древняя магия отогнала тварей далеко, а если полезет кто новый, то скорее всего будет достаточно сильно шуметь, чтобы я успел всполошиться.
Судя по меткам, Леви и Гаррет нашли способ вернуться на поверхность и если следовать их логике, то воспользовавшись древней вентиляционной системой, мы вполне способны меньше чем за сутки подняться наверх. Вот только для меня тут вопросов было еще больше. Потому что нарисованный на карте подъем, не показывал ни лестницы, ни ступеней. Как бы не получилось в итоге так, что, придя к нужной точке, и подравшись по дороге с проклятыми, а они явно нас не бросят и учуют, и оказавшись в нужном месте мы останемся ни с чем. Это я хотел обсудить с сержантом. Его очередь дежурить была следующая.
– Сержант, время. – растолкал я мгновенно подскочившего Леви и показал, что всё нормально.
– Хорошо. Отдыхай. – ответил тот, усаживаясь рядом. – Карты и бумаги собери в сумку.
– Сержант, а если там мы не сможем подняться? – осторожно начал я задавать вопросы. – Нас же загонят в тупик.
– А мы и не будем смотреть, есть там лестница или нет. – сказал Леви, массажируя шею и морщась. – Гаррет прикинул место, где мы выходили в коридоры, через щели, мы попробуем повторить маршрут и вернуться к начальному плану отхода. Так что сейчас попробуем оттянутся немного назад, проскочить прямо перед мордами и залезть в те самые дыры, откуда мы тут вылезли.
Я кивнул, соглашаясь с сержантом, что возможно так проще, а затем, стараясь вести себя тихо и не мешать ему, принялся ковыряться в сумке в поиске еды, там оставалось пара полос мерзкого вяленого мяса, завернутого в тряпку. Рука наткнулась сначала на накопители, а потом и на шкатулку, которую нашел убитый Кир, а следом и на мясо.
– Спать не будешь? – спросил Леви.
– Нет сержант. Могу еще подежурить. – сказал я разматывая тряпку и обнюхивая мясо. Вроде есть можно.
– Нет, все равно я уже проснулся, да и через два часа подъем.
Я достал шкатулку, и открыл ее, рассматривая руны внутри. Интересное дерево, разобраться бы как оно называется. Внутри шкатулка была словно пуста и не пуста одновременно, я сначала подумал, что у меня в глазах двоится, а потом засунул туда палец, собираясь потрогать стенки изнутри. Но неожиданно рука нащупала ткань, и я одернул руку. Ткани внутри не было. Это что за чертовщина?
Эксперимент продолжился, так как никакого отклика от висевшего на груди артефакта я не получил, значит это всё совершенно не опасно. Рука в шкатулку не помещалась, только несколько пальцев, настолько она была небольшой, и я засунул их туда, трогая ткань, свернутую в рулон, а потом мои пальцы наткнулись на бумагу, судя по ощущениям.
– Да что за хрень! – прошептал я, выдергивая руку и привлекая внимание сержанта. – Шкатулка. Она странная, если смотреть, то внутри ничего нет, а если туда пальцами залезть, то есть.
– Ну-ка дай! – тут же отозвался сержант, сел рядом со мной и открыл шкатулку, а затем достал оттуда сверток ткани, который раз в пять превосходил саму шкатулку размером. – Ого! Вот это улов! Прав был лейтенант! Да ты смотри, тут что-то написано.
Ткань оказалась не простой, а вся исписана неизвестным нам с Леви языком, но настолько мелко и подробно, что мы с ходу согласились что скорее всего это записи Старших. Следом Леви достал и несколько свитков бумажных и весьма потрёпанных, один из них привлек моё внимание больше чем другие, так как там были руны, а точнее узор построен на одной руне – руне Очищения.
– Сержант, это что такое? – спросил я, показывая на шкатулку и теребя свиток в руках.
– Пространственная формация. – ответил тот. – Древнее и утерянное искусство прятать в малом большее. Знаешь сколько такая вещь стоит? Сотни золотых. Так что мы сорвали неплохой куш, Корвин.
Я уставился на шкатулку, пытаясь осознать услышанное. Сотни золотых. За кусок дерева размером с мою ладонь. Это было безумие.
– Сотни золотых? – переспросил я, не веря своим ушам. – За эту штуку?
– За эту штуку, – подтвердил Леви, аккуратно укладывая ткань обратно. – Пространственные артефакты – это один из самых редких видов магических предметов. Их делали Первые Люди. А сейчас технология утеряна, никто не знает, как создавать формации такого уровня. Рунмастера даже близко приблизиться к таким штукам не могут.
Он провёл пальцем по резным узорам на крышке шкатулки. Руны были микроскопическими, переплетались друг с другом так плотно, что казалось, будто это просто декоративный орнамент.
– Видишь эти линии? Это не просто украшение. Каждая черта – часть огромной формации, которая искривляет пространство внутри. Снаружи шкатулка маленькая, а внутри может поместиться целый сундук с вещами. Может, даже больше. Наша маленькая, но легенды рассказывают, что можно целый замок поместить в такое место и древние великие маги умели это делать.
– А много таких вещей осталось? – спросил я.
– Единицы, – Леви покачал головой. – Большинство было уничтожено или потеряно. Те, что остались, хранятся в сокровищницах знатных домов или у магистров высшего ранга. Простому солдату такое и в руки не попадёт. А мы вот нашли просто так, в проклятых подземельях, и Бездна пусть поцелует мою задницу, если эта штука не была сворована Старшими из людских рук.
Он усмехнулся, но в его глазах читалось что-то ещё. Беспокойство, может быть. Или опасение.
– И такую дорогую вещь они использовали для этого? – спросил я, кивая на свёрнутую ткань. – Это ведь тоже не простая ткань и записи. Да и свитки?
– Вот именно, – Леви нахмурился. – Зачем? Если они жили здесь постоянно, то хранить вещи в обычных сундуках было бы проще. Пространственные артефакты используют, когда нужно что-то спрятать. Или быстро перенести. Что-то важное и опасное.
Я взял шкатулку обратно, повертел в руках. Лёгкая, почти невесомая. Но теперь, зная, что внутри может скрываться чёрт знает что, она казалась тяжёлой как камень.
– Может, там ещё что-то есть? – предположил я. – Кроме ткани и свитков.
– Нет, я всё достал. Давай сложим всё обратно, как вернёмся в башню, изучим их получше, мне тоже интересны древние вещи, а уж как лейтенант будет рад.
Я согласился, хотя любопытство разрывало меня изнутри.
– А про формации вообще что-то известно? – спросил я, откладывая шкатулку в сторону, как только сержант сложил всё обратно, правда свиток с рунами я оставил себе. – Как они работают? Почему их больше не делают?
Леви потёр переносицу, собираясь с мыслями.
– Легенды говорят, что Первые Люди владели магией на уровне, который нам сейчас и не снился. Они могли искривлять пространство, останавливать время, создавать целые миры внутри артефактов. Пространственные формации – это лишь малая часть того, что они умели.
Он замолчал, глядя куда-то в пустоту.
– Но потом что-то произошло. Никто толком не знает, что именно. Говорят, что Первые Люди разозлили богов и те выкинули их с берегов Колыбели в Великую Степь. Одним махом, миллионы людей, без ничего, оказались перенесены сюда, буквально имея только то, что несли в руках. И отсюда от степи, они начали путь дальше. Новый путь, потеряв практически всё.
Я слушал, затаив дыхание. А Леви говорил серьёзно, почти благоговейно. Ведь если исходить из его слов, то при этом Первые люди построили и Башни и повозки, и летающие левиафаны и кучу всего остального и только потом сгинули, теряя технологии и знания.
– Так почему сейчас никто не может повторить? – настаивал я. – Ну, понятно, знания утеряны. Но если есть артефакты, можно же их изучить? Разобрать, понять, как работают?
Леви усмехнулся, но без юмора.
– Пробовали. Сотни раз. Знаешь, что происходит, когда пытаешься разобрать пространственную формацию?
Я покачал головой, но предположил:
– Судя по моим скудным навыкам рун и рунного мастерства, то скорее всего взрывается в руках.
– Она взрывается. – подтвердил Леви. – Бабахает так, что твои бомбы, просто детская шалость.
Я проверил шкатулку, оценил количество рун. Всего пара сотен, многократно повторяющихся. Так почему бы не переписать себе, а то заберут у меня богатство, а вдруг я с помощью Системы смогу повторить. И я принялся быстро записывать кусками рунный код, стараясь не пропустить не одной мелкой детали. При этом количество связок на некоторые руны, было предельно максимально, то есть четыре, а больше я и не находил. О чем это говорило? Что это максимум обвязки. Вот еще одно знание в копилочку.
– Хочешь попробовать повторить? – усмехнулся сержант.
– Ну хотя бы научиться чему. – ответил я, перерисовывая следующую руну. – Мне нравятся руны, и я очень хочу научиться с ними работать.
– Нет, – успокоил меня Леви. – Главное не пытайся быть умнее Первых Людей.
Я согласился, уж тут даже спорить не буду. Но сержант не сдавался и вовсю мне мешал заниматься делом.
– А что насчёт свитка? – он взял лежащий рядом лист с руной Очищения. – Думаешь может быть полезно?
Леви, развернул свиток, изучая узоры.
Пришлось откладывать шкатулку в сторону и свои листы.
– Это руна Очищения, одна из базовых и сильных. – начал я объяснять сержанту. – Используется для очистки воды, воздуха, иногда для изгнания слабых проклятий или болезней. Но здесь она изображена в усиленном виде. Это из-за вот этих дополнительных линий. Я с таким еще не сталкивался, но для людей она безвредна и даже полезна.
– Прямо в свитке? – удивился Леви.
– Нет. Если нанести руну в таком состоянии на бронзу, создать уже проверенный мной механизм запуска и зарядить этером, ну… – я показал на свою пластинку рунного щита на перчатке. – Сделать типа такое, то мне интересно что будет.
– Думаешь проклятые могут среагировать?
– Нужно проверять, сержант. – я забрал у него виток. – И, пожалуй, в Бездну шкатулку, попробую-ка я действительно соорудить нечто подобное. Вдруг поможет.
Я достал из сумки одну из оставшихся бронзовых пластин и кисточку. Затем обратил внимание как сержант внимательно изучает мои действия. Тот видимо понял, что меня смущает и отвернулся, закрывая глаза. Тогда я не стал придумывать ничего нового, пользуясь всё тоже связкой что использовал для фонаря и щита написал начало слова, и затем принялся аккуратно переносить руну Очищения со свитка. Затем взял готовую рунную заготовку, и немного подождав, начал закачивать туда этер, стараясь делать это максимально бережно. За часы отдыха восстановилась где-то треть от объема, но ее хватило чтобы сделать всё как надо.
– Вот теперь готово. Только одна, на вторую у меня этера не хватит. – Сознался я, привлекая внимание медитировавшего сержанта. – Теперь нужно проверить.
– Только не здесь, – быстро сказал Леви. – Чтобы не получилось, как с твоим первым фонарём, когда ты вызвал штурм толпы скелетов нашей крепости.
– Ага. – согласился я. – Во время похода проверим, а если что и взорвем. Сержант Леви? А почему лейтенант сразу не использовал накопитель?
– Это ты у него спроси. – проворчал тот. – Лейтенант гораздо лучше меня знает, как протекает этер и видимо накопители ему держать тоже доводилось, так как я бы тоже попробовал использовать артефакт сразу.
– И был бы не прав. – открыл глаза лейтенант и сел рядом. – Я знать не знал, можно ли тут применить эту штуку или нет, только когда погрузился в закачку полностью пришло понимание как это работает и что накопитель можно использовать. Не знаю как, просто понимание.
Я кивнул, убирая свои записи обратно в сумку. Пластинку с руной Очищения аккуратно завернул в тряпку и положил отдельно в карман. Как она работает очень хотелось проверить, но придется немного подождать. А вот что она будет работать, я был уверен на сто процентов, схема, которая была мной придумана, была почти универсальной. Наверное. Я улыбнулся сам себе, всё атки нихрена я толком еще не знаю о рунах.
– Корвин, – окликнул меня лейтенант. – Я слышал, как вы обсуждали с Леви шкатулку и руны. Продолжай ими заниматься, у тебя неплохо получается, и когда мы выберемся я похлопочу о том, чтобы тебя направили на обучение к настоящему мастеру рун, возможно даже не армейскому. Потому что те, кроме как клепать зажигательные заряды для катапульт ничего толком и не умеют.
Я кивнул, не веря своим ушам. Обучение у мастера? Я надеюсь, что он забудет об этом со временем. Связываться с рунмастером я вообще не собирался.
– Лейтенант, я… спасибо, – выдавил я. – Я постараюсь не подвести.
– Не подведёшь, – он открыл один глаз, посмотрел на меня. – Иначе бы я не предлагал. А теперь оба заткнитесь и дайте мне подремать ещё немного.
Леви усмехнулся, но промолчал. Мы сидели в тишине, каждый погружённый в свои мысли. Я вернулся к шкатулке, и срисовал всё что могло пригодиться, поэтому последний час отдыха пролетел быстро. Леви поднялся первым, начал будить остальных. Гаррет вскочил мгновенно, его рука инстинктивно потянулась к копью. Алекс проснулся медленнее, потирая глаза и морщась.
– Время? – спросил он хрипло.
– Время, – подтвердил сержант. – Собираемся.
– Гаррет, веди, – скомандовал лейтенант, поднимаясь. – Мы идём тем же путём, каким пришли. Обратно к лазу, которым спустились. Оттуда попытаемся выйти на основные туннели и подняться к поверхности. Если не получится, то идем к вентиляционным шахтам.
Проклятые словно забыли о нашем существовании, и мы неспешно, прислушиваясь к каждому шороху добрались сначала до лаза, а потом и огромной комнаты, где были убиты Старшие, так же спокойно прошли ее и дошли до коридора. Тел там не было. И никого на пути, очень долго никого не попадалось. Выход в нужный коридор тоже оказался спокойным как ни в чем не бывало, и Гаррет резко ускорился, ведя нас к нужному месту.
– Стоп, – Разведчик замер, подняв руку.
Мы остановились. Тишина. Потом, откуда-то спереди, донёсся знакомый шаркающий звук. А вот и твари.
– Они здесь, – прошептал разведчик. – Много.
– Сколько? – Стейни подошёл ближе, всматриваясь в темноту.
– Не вижу. Но слышу. Десяток, может больше.
– Может, обойдём? – предложил Алекс.
– Некуда обходить, – Гаррет покачал головой. – Это единственный путь обратно к основным туннелям. Если пойдём другой дорогой, заблудимся. Или выйдем не туда. До нужной нам трещины откуда мы пришли, меньше сотни шагов.
Стейни выругался вполголоса.
– Значит, прорываемся. Быстро и жёстко. Не останавливаемся, не ввязываемся в затяжной бой. Просто бежим сквозь них. Понятно?
Мы дружно кивнули. Было страшно, но деваться все равно было некуда. Если парни сверху уйдут с лошадьми, бросая нас, то пешком мы не выберемся, поэтому рисковать все равно придётся.
– Корвин, – лейтенант обернулся ко мне. – Твоя пластинка с Очищением. Она готова? Если что ты можешь использовать ее как бомбу?
Я кивнул, доставая её из-за пазухи.
– Готова. Но я не знаю, что она делает. Может, вообще ничего. Но я постараюсь закачать этер, чтобы взорвать.
– Узнаем на практике, – Стейни усмехнулся мрачно. – Активируешь когда прикажу, бомбу позже попробуешь. Посмотрим, сработает или нет.
Мы продолжили подъем, по заворачивающемуся коридору. Звуки становились громче и отчётливее. И очень скоро фонарь Гаррета выхватил перекачивающиеся фигуры проклятых. Штук двадцать, может больше. Стояли полукругом, перекрывая выход. Голубой огонь в их глазницах горел ярче обычного, словно они радовались предстоящей бойне.
И я инстинктивно поднял руку, активируя рунный барьер. Голубое свечение вспыхнуло вдоль локтя. Алекс сделал то же самое.
– Корвин, пластинку! – крикнул лейтенант, метнувшись вперёд и атакуя первого врага.
Я схватил пластинку второй рукой, и активировал ее. Руны вспыхнули, гораздо ярче, чем я ожидал. И следом нам всем пришлось зажмуриться, так как пластина выпускала яркий желтый свет во все стороны, моргая с секундной задержкой. И проклятые завыли.
По счастью, не от ярости, а от боли.
Они шарахнулись назад, прикрывая лица руками. Те, что были ближе, просто рухнули на пол, корчась и дёргаясь. Их кожа, серая и мёртвая, начала дымиться, словно её жгли изнутри.
– Работает! – заорал Алекс. – Бездна, она работает!
– Вперёд! – Стейни не стал ждать.
Он ринулся через строй корчащихся проклятых, копьё в руках мелькало, добивая тех, кто ещё шевелился. Леви и Гаррет следом за ним. Мы с Алексом побежали последними, я держал пластинку перед собой, как щит. Свет заливал пещеру, и проклятые разбегались, визжа и воя.
Мы прорвались. Без потерь, без единой царапины. Выскочили в туннель, где воздух был теплее, а стены шире.
