355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Артем Скоров » Фрагмент вечности (СИ) » Текст книги (страница 7)
Фрагмент вечности (СИ)
  • Текст добавлен: 17 ноября 2020, 17:30

Текст книги "Фрагмент вечности (СИ)"


Автор книги: Артем Скоров



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 7 страниц)

Ожидая ответа, Юля поднимает взгляд на зеркало и с ужасом видит в отражении позади себя Влада. Он стоит в дверном проёме и с интересом наблюдает за маленькой семейной ссорой. Влад ничуть не удивлён случившимся – Айа всегда бойко отстаивала своё желание быть с ним, даже если это означало громкие ссоры с родными. Сам он никогда не одобрял такого. Он и сейчас недоволен, но решает не вмешиваться в семейный разговор. Всё ещё раскатывая шарик, осторожно подходит к Юле сзади, на ходу замечая на тумбочке пустой футляр.

– Понравился? – наклонившись к свободному от телефона уху, шепчет Влад и ловит в отражении горящий взгляд. Он бы сейчас с радостью откинул волосы Юли назад и поцеловал заманчивую шейку, но считает подобное неуместным в данный момент.

– И когда ты планируешь вернуться домой? – неожиданно спокойно спрашивает Надежда, никак не комментируя её маленькую тираду, будто тех слов и вовсе не было.

– Я могу отвезти тебя домой в любое время, – услышав вопрос, осторожно шепчет Влад. – Машина не сломана, – улыбаясь, поясняет он на вопросительный взгляд Юли, который быстро превращается в осуждающий, вот только ему ни капельки не стыдно за маленький обман.

– Юля? – так и не дождавшись ответа, требовательно и одновременно взволнованно напоминает о себе Надежда.

– Знаешь, я тут подумала, – Юля смотрит на кулон в ладони, а затем на заинтересованного её вердиктом Влада, – наверное, я останусь у него на ночь, если он позволит. Так что, скорее всего, не жди меня сегодня, – заявляет она, даже не спрашивая разрешения матери.

Телефон снова затихает, и Влад понимает – не он один сейчас в лёгком шоке от услышанного. Конечно, он всем своим естеством «за» подобную идею, в голове уже продумывая кампанию для досуга Юли. Вот только он совершенно не хочет, чтобы ради него любимая опять портила отношения с родителем, а та объявила его кровным врагом всего рода, что телепатически передаёт Юле через взгляд в отражении. Когда она делает шаг назад и прижимается к нему, все тревоги Влада рассыпаются в пыль, а идеи отступают на второй план. К собственному стыду, Влад с трудом узнаёт этот жест, ведь умудрился подзабыть о нём. Именно так все прошлые жизни его любимая подчёркивала единение между ними и принятие правды об их прошлом. Влад обнимает Юлю за талию и сильнее притягивает к себе, прижимаясь щекой к растрёпанным волосам. Нежная, полная любви улыбка обезоруживает его, и он первым принимает капитуляцию перед озвученным ранее решением, отвечая коротким кивком.

– Он согласен! – довольная собой, тут же заявляет Юля матери.

– Согласен, значит, – расстроенно вздыхает Надежда. – Эх, ладно. Утром хоть позвони, пожалуйста.

– Хорошо, – Юля обрывает звонок. Она чувствует как с её плеча стягивают рубашку, а обнажённую кожу согревает лёгкий поцелуй.

– Не стоит так поступать со своей семьёй, – недовольно замечает Влад, но девушка в ответ лишь фыркает.

Перед лицом Юли появляется готовый шарик, и она с озорной улыбкой съедает десерт, удерживая руку парня у своего рта.

– Сгущёнка и миндаль? Ты сам сделал?

– Да. Тебе нравится?

– Очень… – через отражение заглядывая в глаза Владу, Юля осторожно слизывает оставшийся на его пальцах крем, – …вкусно. Чем займёмся?

Влад задумывается над её вопросом. На краткосрочный вариант у него уже есть ответ, а вот долгосрочный… Влад вспоминает недавние фантазии о любимой в сексуальном зелёном купальнике под солнышком на тропическом берегу и теперь уже сам хитро улыбается.

– Хочу наконец-то исполнить одно твоё сокровенное желание, – с нотками загадочности шепчет Влад в самое ухо, а то моментально становится бордовым. Владу даже становится любопытно, что же такое Юля себе напридумывала. Парень молчит, не желая портить момент.

– Это какое? – Неотрывно глядя на него через отражение, Юля ещё плотнее прижимается к нему.

– М-м-м… – мечтательно тянет Влад, – тебе понравится.

***

– Шах, – переставив фигуру, знаменует парень в белом. Откинувшись на спинку лавочки, он с улыбкой рассматривает округу. Он и его оппонент сидят в парке, прямо там, где несколько дней назад подросток познакомился с Владом. В отличие от того дня, сегодня массивные серые тучи больше не заслоняют небосвод – солнце немного греет и ослепительно сияет, отбрасывая мириады искр на нетронутый снежный покров. Всё именно так, как и желал Влад. – А теперь рассказывай, зачем ты всё это устроил?

– Хитро́, очень хитро́. – Разглядывая шахматную доску между ними, старик в чёрном пальто задумчиво скребёт костлявым пальцем по острому подбородку. Последний ход подростка сильно поменял ситуацию на шахматном поле – чёрные фигуры лишились королевы, а белые загнали вражеского короля и его скромную свиту почти в угол. У старика остаётся лишь два хода: подставить под удар последнюю пешку или же передвинуть короля, что он и выбирает после пары секунд размышлений.

– Я жду, – сделав ход, нетерпеливо напоминает парень об обещанной в случае победы награде.

– Ты ещё не выиграл, Пятнышко, – с усмешкой произносит старик, желая подразнить подростка.

– Ну хватит, а… – тут же стонет тот и делает ход наугад. – Ну подумаешь, назвали меня так разок, это не повод уже который год издеваться! Ты смерти моей хочешь?

Пешкой съедая последнего белого слона, так удачно подставленного под удар, старик широко улыбается. Не от удачного хода, а от последней услышанной фразы, абсурдность которой понятна только им двоим. Он и есть Смерть, о которой слагают легенды и часто изображают как лишённую плоти старуху с косой и в чёрной мантии с глубоким капюшоном. Вот только, сколько старик себя помнит, никогда так не выглядел. Да и зачем ему коса? И Смерть, и Пятнышко знают, что старику никогда не дождаться гибели своего оппонента по шахматам. Они оба будут жить вечно, дополняя и уравнивая друг друга, как белое и чёрное, жизнь и смерть, день и ночь, инь и ян.

– Я – Свет, – склонившись над доской, настаивает парнишка. – Только так меня и зови. И на заметку – тебе совершенно не идёт подражать людям с этими их фразочками и прозвищами.

Свет мстит за потерю слона, лишая старика последней пешки и шанса вернуть королеву в игру. Теперь исход сегодняшней партии предрешён – с оставшимися у Смерти фигурами ему ни за что не победить.

– Рассказывай уже, зачем ты меня привлёк к этим двоим?

– Я ещё не проиграл, – глядя прямо в глаза, напоминает Смерть и нагло угрожает конём белой королеве.

– Первый шах – уже почти мат, – со знанием их прошлых игр замечает Свет. Он плавно сдвигает свою королеву на клетку в сторону, нацеливая её сразу на две фигуры. – Шах. Ну. Сдались тебе эти двое?

– Они уже больше века не видятся.

– Я в курсе, – чеканит Свет, пока старик обдумывает свои скудные возможности. – И я не дурак, чтобы не понять смысл этой игры – ты просто хочешь, чтобы я выиграл у тебя ответ, а не получил просто так. Знаешь ли, тут как-то сомневаться не приходится, – парень красноречиво кивает на доску.

– Ты прав. – Смерть опять ходит конём и закрывает своего короля от удара королевы. – Я просто просчитался, когда делал их такими.

Надув щёки, Свет ненадолго застывает, обдумывая услышанное. Проблемой со слухом он не страдает, на его памяти Смерть никогда не шутил. Поэтому подросток принимает его слова как есть, но всё равно не понимает их. Как Смерть может просчитаться? Он ведь Смерть – самое могущественное и непостижимое из всех известных Свету существ. Старик как математика – дай ему какую-либо задачку, и у него всегда найдётся на неё ответ. А тут такое. Просто в голове не укладывается.

– За прожитые годы Урум так и не понял, что чем ближе они рождаются, тем позже в Айе пробуждается чувство привязанности, пока оно не созреет само или не будет спровоцировано его появлением, – продолжает Смерть, пока Свет выдвигает свою ладью на одну линию с чёрным королём. Снова шах, но на этот раз ловушка захлопывается. Конец партии уже близок, и оба оппонента прекрасно видят последние ходы. Что бы Смерть ни делал, ему не победить. Он отодвигает короля от коня, делая последнего полностью беззащитным. – В пред-предыдущую их жизнь девушка оказалась парализована из-за травмы позвоночника, а потому так и не смогла добраться до него. А двадцать пять лет назад её сбила машина всего в паре кварталов от парня. Не смотри на меня так – я тут ни при чём, – переставляя короля на соседнюю линию, заявляет Смерть в ответ на полный укора взгляд.

– Так зачем тебе я, если ты сам вмешался? – пока его фигуры, словно королевские гончие, шаг за шагом загоняют свою добычу в угол, Свет напоминает о недавней встрече Юли со стариком, ведь тот только по особенным и действительно важным случаям приходит в материальный мир. Вот как их игры в шахматы, например. А тут какая-то лодыжка.

– Если бы не я, девушка подвернула бы ногу. А ведь ты это проглядел, – с усмешкой заявляет Смерть и машет перед Светом указательным пальцем, будто самый обычный старик отчитывает правнука. – Совсем на тебя не похоже.

Свет мнётся, поджимает губы и отводит взгляд, не желая признавать собственную ошибку. Просчёты бывают в его деле. Редко, но всё же бывают. И сейчас парень даже думать не хочет о своём проколе, а старик будто бы специально давит на больную мозоль, чем демонстрирует важность встречи бессмертных влюблённых. Важность для кого – и так ясно, но почему?

– Если бы она упала, весь твой план обрушился, подобно башне из домино. А ты никогда не берёшься за одно желание дважды. Поэтому я и вмешался. Поддержал её. – Смерть безразлично загоняет собственного короля ещё дальше в ловушку. Они могут больше не переставлять фигуры по доске, ведь в этом нет никакого смысла – он уже проиграл, а Свет в очередной раз выиграл и уже получает обещанную награду. Но каким бы ни казался результат, игра не остановится, пока не прозвучит «мат». Да и просто отдать фигуру на съедение врагу слишком скучно, к тому же неправильно – если и сражаться, то только до самого конца, словно на кон поставлена сама жизнь.

– Мог бы тогда и сам свести их вместе, раз такой заботливый, – фыркает Свет. – Зачем меня-то просить об услуге? Да ещё и расплачиваться шахматами, ты же их ненавидишь.

– Никто не справится с подобной работой изящнее тебя. Да мне бы и в голову не пришло подстроить всё как одно большое совпадение. А ты смог!

– Мат.

Наигранно вздохнув, Смерть демонстративно роняет короля, зажатого в угол двумя фигурами. Партия окончена, в сто шестьдесят четвёртый раз подряд за победой Света. Старик ничуть не расстроен такой разницей. Напротив, он улыбается, ведь на самом деле даже не стремился выиграть – он просто играл, в приятной компании убивая время посреди живописного, заснеженного парка. Пожалуй, приятная компания и есть сокровенное желание Смерти, и Свет раз за разом исполняет его, сам того не ведая. И, разумеется, старик никогда не признается ему.

– Представь, что они и в этой жизни не встретятся, то что тогда? – для затравки говорит Смерть и без спешки убирает оставшиеся шахматы с доски.

– Они бы опять прожили целые жизни впустую.

– Верно.

– Ты вот только скажи, зачем тебе вообще возня с этой влюблённой парочкой?

– Они первые в истории влюблённые, – лаконично заявляет Смерть. – И пока они любят друг друга, они будут жить вечно.

– Да ты чёртов романтик, аж мурашки по коже. – Свет кривится от услышанного.

– Кто знает, кто знает… – с улыбкой тянет Смерть. До Айи и Урума он никогда прежде не задумывался о людях, о причинах их поступков, самого существования. В те времена для него всё было просто: жизнь, смерть, души. Но гибель этих двоих заставила старика поближе взглянуть на всё, что он делал. Нет, это не изменило всё его фундаментальное представление о мире, напротив, лишь дополнило глубиной. Именно любовь стала первым узнанным стариком чувством. И до сих пор для него она остаётся самой непостижимой загадкой. По недовольному лицу подростка Смерть видит – тому мало такого ответа. – Даже сейчас, когда людей стало так много, мало кто может сравниться с их верностью друг другу. Знаешь, эта связь между ними напоминает мне саму жизнь: она неосязаема и нерушима, бессмертна – даже время не в силах разорвать притяжение между ними, как ты сам уже должен был заметить. А потому их перерождения – мой дар им за то, что они открыли для меня это чувство и до сих пор не утратили его. Любовь. Вот почему я сделал их такими.

– А как же бессмертная память и чуйка?

– Как бы тебе сказать… Я хотел, чтобы Урум помнил тот свой поступок, пережитые эмоции, чувства. Ведь иначе он бы всё забыл: страх, боль, одиночество… любовь. Все те чувства, что бушевали в нём, когда он приставлял клык к своей груди. Без памяти об этом их перерождения обесценились бы для него. А с помощью чутья Айи я лишь подталкиваю их друг к другу, направляю. Всё остальное делают они сами, из жизни в жизнь, каждый раз, – с гордостью заканчивает Смерть. Он улыбается, вспоминая свои наблюдения за этой парочкой.

– Не могу не согласиться, – Свет кивает и складывает только белые фигуры в коробку.

– Вот и вся история. Согласись – за ними ведь правда интересно наблюдать. Мир меняется, они меняются, но их связь остаётся неизменна. И в будущем, если с ними опять что-то случится, я снова обращусь к тебе. Ты ведь не против? С оплатой, разумеется.

– Что ж ты сразу не сказал мне правду? Я бы тебе и за так помог.

Смерть поражённо смотрит на него. Сколько они знакомы, Свет ни разу ничего не делал для него «за так».

– Да шучу я, – закрывая коробку с шахматами, подросток смеётся. – В следующий раз, как и всегда, играем на душу – второй раз ты меня своими любовными историями не купишь.

– Уже уходишь?

– В отличие о тебя, я слишком занятой – телефон так и разрывается, – Свет красноречиво хлопает себя по карману куртки и встаёт на ноги. – Бывай! Если что, ты всегда знаешь, где меня найти, – бросает он уже через плечо.

На прощание махнув рукой, Свет закидывает на голову капюшон и мерзло прячет руки в карманы. Ответа он так и не дожидается и через пару шагов достаёт смартфон. Оборачивается, а лавочка уже пуста – ни старика, ни его любимых шахмат, осталось только расчищенное от снега сидение. Хмыкнув, Свет всматривается в экран. Желание Смерти, свести двух очень необычных влюблённых, исполнено. Однако впереди у подростка ещё много неисполненных желаний. Парень идёт дальше, и вскоре его силуэт белёсым пятном растворяется на фоне парка, а тропинка из следов обрывается, будто Света никогда и не было вовсе…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю