Текст книги "(Не) тот ребенок (СИ)"

Автор книги: Артелина Грудина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 22. Алена

Жара стояла невыносимая. Зря я решила пройтись к больнице пешком. Нужно было согласиться, чтобы Антон отвез меня в клинику. Он хотел, а я чувствовала себя неуютно. Последнее время мужчина делал слишком много для нас. На прошлой неделе привез огромные мягкие буквы, из которых легко складывалось имя дочери, а ведь я лишь раз упоминала о них, и то мимоходом. Антон помнил все! Он так напоминал Дениса, что иногда мне казалось, что это он и есть. Мимика, жесты и улыбка… Как я раньше не замечала этого?

Мне хорошо и плохо рядом с ним. Я чувствую себя защищенной, окруженной заботой, но Антон одним своим присутствие бередит во мне старые раны. Вчера я чуть не поцеловала его! Просто забылась!

Мы стояли на кухне, готовили пасту, смеялись, и мне показалось, что я перенеслась в прошлое. Когда-то с Денисом мы так же готовили ужин. Антон подошел ближе, открыл дверцу, потянулся за специями и прикоснулся к моей спине. Знакомый аромат, такое манящее тепло мужчина, я сама не поняла, как повернула голову и открыла губы. Я остановилась за секунду до поцелуя.

Так стыдно мне давно не было, а Антон сделал вид, что не заметил ничего. Мужчина целый вечер смешил меня и утащил на диван смотреть молодежную комедию. Мы сидели так близко, и этот вечер так сильно походил на наши с Денисом, что я уже начала путаться в прошлом и настоящем. Антон, Денис – границы размывались с каждым днем и это пугало до чертиков!

Я не должна тянуться к брату мужа. Он дядя Снежки, он не может стать моим мужчиной, а я его женщиной, потому что принадлежу другому. Или уже нет?

Тряхнув головой, я отбросила волосы назад и решительно вошла в клинику. Прямо в холле меня ждал мой лечащий врач. Странно, неужели произошло что-то ужасное? Рука сама легла на живот в защищающем жесте.

– Алена Сергеевна, добрый день. Рада видеть вас. Отлично выглядите. Пойдемте?

Женщина, улыбаясь, указала на лифт. Я чувствовала себя пациентом с душевным расстройством. Со мной обращались чересчур услужливо. Это не просто настораживало, в памяти всплыли самые ужасные варианты из тех, которые я прочла в интернете. Но сильнее всех билась в голове мысль о раке. Неужели моя малышка больна?

Я еле дошла до кабинета. Первые несколько минут я слушала врача, не понимая, к чему она ведет: какая-то медсестра, какой-то однофамилец, ЭКО в один день…

– Мне очень жаль, но отец вашего ребенка не ваш муж. Наша клиника приносит вам свои извинения и готова выплатить компенсацию, а так же неудобство за то, что сперма вашего мужа была утилизирована. Ему придется сдать ее повторно, наши врачи проведут вам повторную процедуру ЭКО абсолютно бесплатно, как только вы будете готовы к такому событию. Если вы решитесь отказаться от ребенка, которого носите сейчас, больница поможет вам оформить все документы. Роды, обслуживание, юридическое сопровождение, все бесплатно для вас.

Я слушала врача и не могла осознать ужаса всей ситуации. Это ребенок не Дениса? Они уничтожили его биоматериал? Руки тряслись, а внутри все заледенело. Я больше не чувствовала жару. Мне стало невероятно холодно.

Я сорвалась, что-то кричала, а затем поняла, что все бесполезно! Ни мои слезы, ни грубые слова – ничего не изменят случившегося. Я опять беспомощна, раздавлена обстоятельствами, которые не в силах изменить!

Не помню, как вышла из кабинета, как спустилась на первый этаж и вышла из клиники. Я шла, не разбирая дороги. Не важно куда, не важно как… Из этого состояния меня выдернул мужчина.

Незнакомец перегородил путь и стал что-то говорить. Я ничего не поняла, кроме одного. Он и есть отец моего малыша. Это из-за него моя жизнь пошла под откос! Он что, не мог выбрать другую клинику? Какого дьявола!

– Давайте выпьем с вами сока в этом кафе? – он показал на рядом стоящее здание. На первом этаже которого висела яркая вывеска “Шоколадный рай”. Я горько усмехнулась, но последовала за мужчиной.

Постепенно я возвращалась в реальность. Даже стала изучать мужчину. Высокий, спортивного телосложения, добрый мягкий взгляд, правильные черты лица, никаких уродств. Только он абсолютно не походил на моего Дениса! Блондин с пухлыми губами, и цвет глаз другой и нужной мне родинки нет. Все не то! Как бы не был хорош собой этот незнакомец, ставшим донором моего малыша, он не Денис! Я даже не смогу сделать вид, что этой ошибки не было, если Снежана будет похожа на него.

– Как вас зовут?

– Алексей. Я уже представлялся.

– Простите, мне нехорошо.

– Что, где у вас болит? – мужчина вмиг подлетел ко мне и тут взял за руку и внимательно заглянул мне в лицо. В его глазах плескался ужас и страх. – Живот ноет? Давайте вернемся в клинику!

Я даже растерялась от его напора.

– Нет, с малышкой все хорошо. Просто новости поразили меня. Я до сих пор не могу поверить, что вы, а не…

– Ваш муж, – подсказал мужчина и мягко улыбнулся. – Понимаю. Для меня это тоже потрясение. Мы с женой ждали малыша, но на раннем сроке у Юли случился выкидыш.

– Мне жаль.

– Спасибо. Этот малыш, которого вы носите под сердцем, просто чудо. Я невероятно счастлив, что совсем скоро он родится.

– Она, – машинально поправила я, а затем решила открыть все карты. – Снежана. Снежка.

Отчество язык не повернулся произнести, лучше вообще не упоминать, опустить столь важную деталь. Я не готова к разговору. Не сейчас.

– Простите, мне пора, – я подскочила со стула и бросилась к выходу.

Мужчина задержался, оплачивая непринесенный заказ. Этой форы мне хватило, чтобы выскочить на улицу и поймать частника.

Ехать домой, чтобы остаться один на один с проблемами, я не хотела, как и беспокоить родителей. Софа была в другом городе с Гришей и его дядей, поэтому я и назвала адрес офиса.

Мне нужно поговорить с Антоном. Он поможет мне со всем разобраться!

Глава 23. Юля

Юля

Поезд мерно покачивался увозя меня в прошлое, такое дальнее, что казалось произошло уже и не со мной и не в этой жизни. Стук колес навевал дремоту, но спать не хотелось. Я сидела в купе, смотрела, как за окном пролетают деревья. Мир вокруг меня менялся каждую секунду, а я застыла в исходной точке без изменений.

Конечно, у меня появились морщинки на лице и тело уже не как у угловатого подростка, но по сути я вся та же девочка-бунтарка-максималистка. Если любить, то наплевал на все запреты, если жить, то на полную катушку, а если стремиться к успеху, то не обращая внимание ни на что. А вот если падать вниз? То конечно вдребезги разбивая все: сердце, мечты, душу.

Однажды мне удалось после такого падения не просто встать, а взлететь, но смогу ли я повторить такой трюк еще раз?

Люди часто говорят, что успех это его личная заслуга. Ложь все. Всегда рядом есть те, кто помогли. Не важно как сильно и как много. Порой хватет одного доброго слово, чтобы открылось второе дыхание, одного вовремя принесенного кофе или совета. Правда в том, что нам помогает каждый человек, который находится рядом. Даже враг, особенно он. Благодаря ему мы движемся вперед быстрее, пытаясь доказать ему, себе, всем, что мы лучше, сильнее, счастливее.

Тогда рядом со мной было там много людей: тренера, друзья, Лешка. Сейчас я одна. Это пугает по настоящему, до дрожи в коленках, но я уверена в своем решение.

Мне необходимо отпустить Лешу в новую жизнь, пусть наша любовь приобрела болезненную форму, но он самый дорогой и близкий мужчина в моей жизни. Я желаю ему добра и понимаю, что со мной рядом он не станет счастливым. Больше нет.

Именно в этой правде я черпаю силы и сбрасываю раз за разом его звонок. Мы поговорим позже, когда он смирится с моим решением. Через неделю или месяц.

Я оторвала взгляд от окна и провела пальцем по экрану. На заставки мы: молодые, счастливые, влюбленные. Нужно удалить снимок, стереть, спрятать. Это напоминание о былом счастье, как кинжал в сердце.

Пальцы плохо меня слушались и все удалось даже не знаю с какого раза. У меня даже на лбу испарина выступила, а ведь кондиционер работал исправно. Положив телефон на столешницу откидного стола, я оперлась спиной об панель купе и прикрыла глаза. Справилась. Я молодец.

Стоило перевести дыхание, как дверь в купе открылась и во внутрь зашли мои попутчики. Маленькая девочка с большим белоснежным зайцем и высокий брюнет в темных солнечных очках.

Стоило ему их снять, как мое сердце ухнуло куда-то в пропасть. Рома?

Наши взгляды встретились и в глазах мужчины я увидела злость, ненависть и презрение. За что? Разве я сделала ему что-то плохое? Нет, скорее наоборот! Это он исчез перед самими родами. Не позвонил, не пришел, ничего не передал мне. Я осталась один на один с мамой, которое не упускала возможности уколоть сильнее, со страхом, как мы будем жить с дочкой, а затем и с болью потери. Я сама хоронила нашего ребенка, давилась слезами и жила в этом аду! Я ни он! Так какого хрена?

Я была готова взорваться, высказать все ему в лицо, особенно, когда Рома удержал за руку девочку и обратился к проводнику с просьбой поменять купе!

Видите ли он брезгует ехать со мной! Конечно, это не было сказано прямо, но ощущалось очень явно.

– Как это поменять купе? – тучная женщина повнимательнее присмотрелась ко мне. Словно я скрытая наркоманка или не в адекватном состояние, а она этого сразу и не заметила. – Ладно бы пьяница какой или компания шумная, а тут девушка приличная! Да и купе у меня свободное только одно и то до Пятигорок.

– Ксюш, пошли. – он взял девочку за руку и решительно направился прочь. – Пусть хоть до Пятигорок.

Ну, все это слишком! Я подскочила на ноги и вылетела вслед за Романом. Мне хотелось высказать ему все, но слова застыли в горле, когда я слышала тонкий голос:

– Папа, а почему мы не остались с той красивой тетей?

Папа? Папа! Как?! В меня словно бомбой кинули. Я вся разлетелась на кусочки, атомы, молекулы! Мир вокруг закружился и если бы не поручень у окна поезда точно бы упала.

Значит все правда, а я верила ему, как последняя дура! Как он мог врать мне в лицо?

Кое-как я вернулась в купе и упала на свое место, как подкошенная. У меня даже сил сидеть не было, я свернулась в позу эмбриона и обняла себя за плечи.

Перед глазами всплыли события давно минувших дней. Я дуюсь и требую объяснений, а Ромка смеется и целует мои губы.

– Юльчик, ну ты чего? Это все просто детские шалости. Я Настю с трех лет знаю, мы с ней все детство вместе провели, пока родители не развились. Она мне как младшая сестренка, а рассказы про невесту – это так, просто треп.

– Точно? – я жмурюсь от солнца, но все равно пристально вглядываюсь в лицо парня.

– Точнее не бывает! – улыбается он широко, открыто, искренне. – Я когда в прошлый раз к отцу ездил она с парнем встречалась. Ну, хочешь мы ее страницу в соцсетях откроем и ты сама увидишь?

Тогда я замялась. Не хотелось высказывать свое недоверие, к тому же Рома говорил убедительно.

– Не хочу, я тебе верю!

Я нырнула в такие любимые объятия и парень поцеловал меня в висок.

– Мне кроме тебя и малышки никого не надо. Моей женой будешь только ты и невестой тоже!

Парень уже целовал мои ладошки, а я тяжело вздыхала. Сколько не прячься от проблем, все равно нагонят.

– Думаешь наши родители смогут это принять?

– Придется, скоро твой животик подрастет и у них не останется выбора.

Я погладила пока еще плоский живот и тяжело вздохнула, представляя какой скандал нас ждет.

Наши мамы ненавидят друг друга. Не знаю, где и когда между ними пробежала кошка, но как только они узнали о наших отношениях обе словно с ума сошли. Они на удивление были едины в своих притензиях и ультиматумах. Сколько раз мы слышали, что не пара друг другу не сосчитать!

Вот глупая, поверила тети Зои, что у Ромы есть другая, к тому же невеста! – смеясь думала я много лет назад.

Теперь же, смахивая слезы с щек поняла, что действительно была слишком глупой и наивной.

Я плохо рассмотрела девочку. Не до нее мне было, но она явно старше, чем должна была бы быть. Значит Роман встречался с этой Настей. Возможно мы обе почти одновременно забеременели.

Теперь он счастливый отец, муж, а я? Что есть у меня? Могила на кладбище и невидимые шрамы от каждой потери, от каждого не рожденного мною малыша.

Правда раздавила меня, я не хочу видеть Рому и его дочку, наблюдать за его счастьем.

В Пятигорки мы прибудем через полчаса, значит пора собираться. Дальше я поеду в вагоне ресторане. Тем более ехать недолго, час всего.

Побросав вещи в сумку, не дожидаясь остановки в небольшом городке, я направилась в другой вагон. Подальше от Ромы и прошлого.

Кусок в горло не лез и я пила кофе. Черный, без сахара. Кружка за кружкой. Только бы согреть руки и запить невыплаканные слезы. Мне нельзя сейчас раскисать. Папа не должен видеть меня такой разбитой.

К черту Романа! Пусть будет счастлив и не попадается мне на глаза! Главное сейчас успокоиться и собрать свою жизнь по кусочкам. Может даже вернуться на лед. Ведь он единственный, кто меня ни разу не предал. Я знаю, он терпеливо ждет меня назад. Хватит беречь свое тело для малыша. Надоело жить будущем.

До прибытия поезда оставалось минут десять. Пересечься на перроне или у остановки таксистов с Романом совершенно не хотелось, поэтому я залезла в приложение и вызвала такси.

Выходила из вагона в числе первых, почти бегом дошла до парковки и смогла перевести дыхание, только когда села в машину и мы поехали.

В порыве чувств, я все таки оглянулась и увидела их: малышку с тонкими светлыми косичками и своего первого мужчину в модных джинсах и светлой футболке, которая обтягивала торс Ромы. Благодаря ей, я поняла что бывший парень изменился. Раньше он почти не занимался спортом, все время сидел за компьютером, изучал какие-то языки, программы, а теперь явно не брезгует спортзалом. Надеюсь, его Настя довольна.

Мысленно дав себе оплеуху, я набрала номер папы. Пора сказать, что я еду домой.

Глава 24. Алена.

Алена

Утром я проснулась бодрая, с улыбкой на губах. Правда она тут же спала, стоило вспомнить вчерашний день. Жаль, что он мне не приснился. Уж лучше кошмар во сне, чем наяву.

Натянув халат, я босиком поспешила в душ, нужно привести себя в порядок перед встречей с юристами.

Антон прав, нельзя слепо верить словам клиники. Мы должны сами разобраться. Возможно, и нет никакой ошибки, если у них там такой беспорядок, то существует вероятность, что медсестра как раз принесла верный био-материал.

Я уткнулась лбом в прохладное стекло душевой кабины, выравнивая дыхание. Паника вновь накатила на меня. Не может моя жизнь сделать такой крутой вираж! Это просто нечестно по отношение к нам всем: ко мне, к Денису, к Антону.

Я только стала собирать осколки и склеивать их, кусочек к кусочку. Смирилась, с тем, что мне осталась лишь память о любимом мужчине, решилась родить от него малыша, придушив страх, пошла на ЭКО, нашла еще одного близкого нам с малышом человека – родного дядю. И что? Одна случайность уничтожит все мои маленькие достижения? Нет! Не верю!

Когда дышать стало больно, только тогда я поняла, что рыдаю, бьюсь в истерики, свернувшись клубком в душе.

Сильные, теплые руки кого-то выхватили меня и прижали к себе.

– Тише, малышка, тише! – шептал такой знакомый голос с небольшой хрипотцой.

Меня била нервная дрожь и я прижалась к горячей груди, слышала гулкое сердцебиение мужчины, вдыхала аромат его духов.

– Денис, – позвала я своего спасителя.

Ответом мне послужил лишь тяжелый вздох и махровое полотенце, которым укрыли мое обнаженное тело. А я ведь до этого момента и не вспомнила о своей наготе, но да, так теплее и уютнее в коконе из полотенца и в плотном кольце сильных рук.

Нет, слишком живым был мужчина рядом, чтобы так крепко держать меня.

Медленно подняв глаза я встретилась взглядом с совершенно другим мужчиной. Антон.

– Побоялся оставлять тебя одну. Спал на диване. – отчитался он, все еще удерживая меня в своих объятиях.

– Спасибо. – прикрыв глаза, я прижалась теснее. Мне нужно его тепло, стук живого сердца, мне надоело храбриться. Я не сильная и не храбрая, я такая, как есть.

– Спасибо, – повторила я, когда Антон подхватил меня на руки и вынес из душной ванной. Дышать там и вправду было не легко, слишком много пара я напустила.

Опустив меня на кровать Антон не отодвинулся. Он остался нависать надо мной и смотреть в лицо. Мужчина словно с духом собирался, а затем прошептав “прости” наклонился и поцеловал.

Никто не целовал меня после Дениса, никому не позволяла этого, а сейчас вместо того, чтобы оттолкнуть, я застыла. Мягкие губы бережно накрыли мои, Антон не пытался всунуть язык мне в рот, не давил напором. Он терпеливо ждал, когда я оттаю и либо влеплю ему пощечину, либо приоткрою сама губы, подпуская ближе.

Антон обозначил свой мужской интерес и предоставил мне право выбора. Вчера я оттолкнула бы, еще вечером возмутилась бы, а сейчас я так отчаянно нуждаюсь в ком-то, кому могу доверять.

За последние месяцы Антон стал для меня таким человеком. Я сделала робкую попытку и приоткрыла губы, позволяя углубить поцелуй.

– Не закрывай глаза, пожалуйста. Я хочу знать, что ты со мной…

Антону не нужно продолжать свою мысль. Он боится стать заменой Дениса, мужчина не знает, что и я страшусь того же.

Взгляд Антона не отпускаел, а его язык кружил у меня во рту, он то нежно посасываел мою губу, то врываелся и чуть ли не брал меня языком. Внезапно я ожила, впервые почувствовала острое желание. Не могу поверить, но я хочу его! Конечно, я не готова заняться сексом, но мое тело жаждет Антона! Это невероятно. Мне казалось, что я стала фригидной, не способной больше получать удовольствие. Однако, мой психолог оказалась права, я наказывала себя, не позволяла себе чувствовать, жить полноценной жизнью, потому что в ней нет Дениса. Мой разум считал, что я не заслуживаю на такие удовольствия, что этим предам Дениса.

Антон вдруг остановился у уткнулся своим лбом в мой.

– Я безумно тебя хочу, настолько, что если продолжу, то уже не остановлюсь. – его голос охрип, но от этого стал еще секусуальнее, он словно ласкал меня.

– Я…

– Знаю, поэтому я пойду готовить нам завтрак, а ты одевайся и приходи в кухню.

Мужчина отстронился и мне резко стало холодно. Я хотела удержать его рядлм, но не посмела играть с чувствами близкого мне человека. Я не готова перенести наши отношения из дружеских в… нет, не любовные. Вряд ли я смогу когда-то вновь испытать это чувство, речь идет лишь о сексуальном удоволетворение.

Антон стремительно вышел из спальни, а я прикрыла глаза. Мне хотелось, чтобы он не останавливался. Часть меня требовала рискнуть, вернуться к полноценной жизни. Другая, более осторожная, просила не спешить, а мой малыш шевельнулся и все печали ушли на второй план.

Кем бы не был отец моей дочки, я уже ее люблю и жду. Все равно какой цвет волос или глаз будет у Снежки, она мое маленькое чудо, которое дало мне силы двигаться дальше. Я не предам ее. Никогда!

Глава 25. Юля

Юля

Отец встречал меня у подъезда, переминаясь с ноги на ногу. Стоило такси остановиться, как он поспешил ко мне. Сильные, заботливые объятия папы настолько расчувствовали меня, что на глазах выступили слезы. Я словно почувствовала себя опять маленькой девочкой, у которой есть большой, сильный защитник.

– Ты дома, – прошептал отец и чмокнув меня в макушку, принял у водителя мои чемоданы. – Пошли, мама уже ждет тебя. Она хочет кое-что тебе показать.

Войдя в квартир, я заметила маму на кресле. Она ждала меня. Она улыбалась! Она сказала мне “привет”!

Теперь я не скрывала слезы, обнимая маму и целуя ее руки.

Дом ждал меня, город скучал за мной, я вернулась, как странник, прошагав полземли, чтобы в родном краю найти то, что так искал в пути – смысл жизни, секрет счастья, план жизни.

– Я позвонил, Мае Алексеевне, рассказал, что ты в городе, – признался папа после второй кружки чая с пирогом.

Мама улыбнулась и медленно, но решительно сжала мою руку.

– С-хо-ди, – еле выговорила она короткое слово.

– Обязательно!

– Сегодня юниоры откатывают программу перед областным соревнованием. Она пригласила тебя к пяти.

Я посмотрела на настенные часы. Через час. Папа, хитрый лис, специально тянул до последнего, заставляя меня спонтанно принимать решение! Я улыбнулась ему, ведь еще в поезде решила попробовать встретиться со своими верным другом – льдом. Примет ли он назад, заблудшую душу?

– А у вас случайно нет моих старых коньков?

– На лоджие лежат, – улыбнулся отец.

Я зашла и засмеялась. Коньки не просто лежали, их явно подготовили! Я сняла мягкие чехлы и не увидела даже маленького пятнышка ржавчины, значит папа следил за ними, протирал. Я аккуратно пальцами обхватила лезвие указательным и большим пальцами и плавно провела. Ни одной зазубрины! Наточены, хоть сейчас на лед становись.

– Спасибо! – поблагодарила родителя, прижимая коньки к груди.

– Держи! – папа протянул мне ключи от своей машины. – И телефон не забывай, если будешь поздно – отзвонись.

Я улыбнулась, как будто на десять лет назад перенеслась.

На тренировку я ехала, крепко сжимая руль и постоянно одергивая себя, чтобы не увеличить скорость. Внутри зажегся тот самый огонь, который казалось давно погас.

Войдя во внутрь спортивного комплекса, а ощутила забытый драйв. Вокруг так много детворы, шумной, спешащей на тренировку, это приятный гам, он заполняет пустоту.

– Юля! – я обернулась на голос и увидела направляющуюся ко мне Майю Алексеевну. Женщина раскинула руки для объятий и я, как в детстве с радостью нырнула в них. И ерунда, что раньше я обнимала ее, держась за талию, а сейчас пришлось немного наклониться. Тренер оказалась такой хрупкой и низенькой. Я была выше нее на полголовы.

– Приехала! – улыбаясь заметила она. – Вовремя-то как! Через неделю областные соревнования. Нужно подтянуть ребят, могу разгрузить себя, перекинув на тебя малышню. Подмогнешь? Не откажешь?

– С радостью!

Не думала, что все так быстро и легко обернется. Майя Алексеевна словно почувствовала меня и дала именно то, в чем я нуждалась.

– Вот и хорошо, пошли смотреть моих птенчиков!

Хлопнув два раза в ладоши она привлекла внимание всех присутствующих, в холле тут же стало тихо.

– Через десять минут начало тренировки. Приготовиться всем! Разминка на левой стороне катка, а на правой – будете выступать по очереди. Я буду смотреть, как вы откатаваете номера. Сегодня вам повезло. Со мной будет олимпийская чемпионка Юлия Воробьева! Она тоже оценит ваше выступление. Надеюсь мне не придется краснеть за вас!

Тренер внимательно посмотрела на каждого, встретилась глазами и затем слегка кивнул головой, отпустила ребят.

– Я давно не Воробьева, – заметила и тут же стушевалась, носить фамилию Лешки мне недолго осталось. – Хотя вы правы, золото я взяла Воробьевой, значит ей и останусь.

– Ты вернулась, мой воробышек?

– Да. – не стала увиливать.

– Я ждала тебя. – улыбнулась тренер. – Знала, что вернешься.

– Я не становилась на лед больше трех лет. Последний раз был на Олимпиаде. Больше ни разу.

– Крайний, – поправила собеседница и, поймав мой обеспокоенный взгляд, который я бросила на каток, спросила: – Боишься, что лед не примет?

– Боюсь, – как на духу созналась и как заколдованная подошла к бордам и посмотрела на поверхность катка. Сердце пойманной птицей затрепетало в груди.

– Он примет тебя. Пошли на скамью, подождем пока мои птенчики разомнут свои крылышки, может кто-нибудь из них взлетит так же высоко, как и ты.

Я смотрела, как юные, амбициозные спортсмены совершали прыжки, с каким энтузиазмом откатывали номера и чувствовала не зависть, а восторг! В их глазах, я видела такую же жажду победы, как когда-то в своих. Я словно возвращалась сама к себе. К той, которую откинула за ненадобностью, решив надеть на себя новую, увлекательную роль.

Я не должна была открещиваться от самой себя. Прав был Леша, когда предлагал мне вернуться на лед.

– Завидуешь их молодости? Мечтаешь отмотать все назад?

– Нет и нет. – улыбаясь ответила, продолжая смотреть на ребят. – Я достигла той цели, что ставила, я состоялась, как спортсменка. Единственное, о чем жалею, так это о том, что сразу не остановила тренировок, когда поняла, что беременна. Возможно тогда, я бы сейчас на лед ставила своего ребенка.

С моих глаз сорвалась одинокая слеза и я поспешила смахнуть ее.

– Все еще будет, Юль.

– Нет, не будет. – я замотала головой и сама не ожидала, что скажу. – Четыре попытки ЭКО, два выкидыша. Я больше не могу, не хочу, нет сил.

– Сдалась? – женщина заломила светлую бровь, а в ее серых глазах вспыхнул вызов.

– Да.

– Брось, Юля, ты не умеешь сдаваться. Помнишь, как все говорили, что ты загубила карьеру беременностью? И что? Ты всех уделала! За три года взяла золото!

– Это было легче, чем родить ребенка. – горько усмехнулась я.

– Тебе нужно найти внутренний стержень, свою точку опоры. Ты ведь за этим здесь. Поэтому вернулась к истокам. В то место, где когда-то нашла то, что сейчас потеряла.

Я осмотрела знакомый с детства ледовый комплекс и, почувствовав душевный отклик, согласилась:

– Вы правы. Мне нужна точка опоры.

– Завтра в десять тренировка у малышей. Возьмешься?

– Да, спасибо.

– Вот и хорошо. – тренер тепло улыбнулась мне и повернулась к своим птенчикам.

– Маша, еще раз финальную часть! – хорошо поставленным голосом громко сказала Майя Алексеевна и девчушка в красном костюме, кивнув, выехала на центр катка.

