Текст книги "Сокровища погибших кораблей"

Автор книги: Арсений Рагунштейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

«Эль Пресиадо»

С 1500 года в дельте Ла-Платы произошло около 1200 кораблекрушений, из них 300 в период до 1800 года.

Причиной этого являются различные географические и исторические причины. Ла-Плата формирует одну из трёх крупнейших речных систем Южной Америки и имеет длину 280 км. Устье реки представляет собой огромные наносы грязи с верховьев, формирующих опасные мели.

Эта река создавала серьёзные проблемы навигаторам вследствие нескольких факторов: недостаток глубоких каналов, мутные воды в устье, опасные песчаные мели и подводные скалы, сильные внезапные ветры и мощные приливно-отливные течения. Кроме того, дельта постоянно смещается, создавая дополнительные помехи навигации. В начале периода испанского колониального владычества незнание этих особенностей часто становилось причиной кораблекрушений. Только после 1526 года устье Ла-Платы стало ареной постоянной торговли, принимая участие в транспортировке ценностей в Испанию. До середины XVIII века Монтевидео и Буэнос-Айрес оставались маленькими провинциальными городками. После набега адмирала Вернона на Портобелло, во время войны 1739—1748 годов, система флотов была нарушена, и колониальные власти в Перу получили приказ транспортировать добытые ценности через мыс Горн. Таким образом, Монтевидео и Буэнос-Айрес стали обязательными портами для захода судов Армады Южного моря. В 1767 году была установлена постоянная почтовая линия, получившая название буэнос-айресский маршрут.

В 1778 году испанский король Карл III ввел свободную торговлю с американскими колониями, включая Буэнос-Айрес и Монтевидео. Это послужило началом формирования вице-королевсгва Ла-Плата и военно-морской базы в Монтевидео, для контроля путей в Южной Атлантике, вплоть до Антарктики.

Перенос транспортных путей ещё не означал установления полной безопасности испанских галеонов. Во второй половине XVIII века английские пираты и приватиры всё чаще заходили в южноамериканские воды именно для охоты за проходившими здесь испанскими парусниками.

Испанский галеон «Эль Пресиадо» был потоплен английскими пиратами возле Монтевидео в 1792 году. Согласно легенде, ирландский канонир по прозвищу Литл Ред запустил ядро прямо в его пороховой погреб, в результате чего галеон взорвался и ушёл на дно, оставив англичан без законной добычи. В гневе пираты казнили всех спасённых испанцев и высадили Литл Реда на острове Исла-де-Флорес с бутылкой пресной воды и несколькими рабами для компании.

О количестве погибших сокровищ ходили различные легенды. Одна из них гласила, что среди прочего груза на галеоне была статуя Девы Марии в натуральную величину из золота.

В 1935 году подводный спасатель МакКол заявил свои права на подъём ценностей с «Пресиадо», однако не добился результата. Вслед за ним попытки достать сокровища предприняли и другие кладоискатели, однако все они потерпели неудачу.

Только в 1992 году подводный исследователь Рубен Колладо и его команда нашли судно, схожее по своим габаритам с легендарным «Эль Пресиадо». Известие об этой находке вызвало серьёзный резонанс в обществе.

В результате подводных исследований со дна было поднято множество золотых монет, отчеканенных не позднее 1751 года, среди которых большинство было датировано 1748 годом. Это сделало теорию об обнаружении «Эль Пресиадо» несостоятельной, поскольку не соответствовало грузовым манифестам затонувшего судна по характеру груза и датировке. Оказалось, что подводные исследователи имеют дело с другим галеоном, потерпевшим крушение в более раннее время с грузом золота большой стоимости. Предположительно это была «Нуэстра Сеньора де ла Лус», погибшая в 1752 году в том же районе.

Таким образом, местонахождение сокровищ «Эль Пресиадо» до сих пор остаётся загадкой.

Пропавшая «Юнона»

Одно из тех кораблекрушений, которые все еще остаются тайной, – это гибель «Юноны».

15 января 1802 года из мексиканского порта Веракруз вышли два испанских фрегата – «Амфитрина» и «Юнона». Их главной целью была перевозка ценного груза серебра в слитках и монетах, которые предназначались испанской казне. День выхода из порта был выбран явно неудачно. Оба парусника попали в сильнейший шторм, в результате которого «Амфитрина» лишилась всех парусов, а у «Юноны» была сломана мачта. Оба фрегата были вынуждены остановиться в Сан-Хуане на острове Пуэрто-Рико.

Во время ремонта власти получили известие о том, что в Пуэрто-Рико направляется испанское военное судно, которое должно было доставить солдат и их семьи в Испанию. Путь в Испанию через Карибское море был долгим, однако позволял испанским кораблям, направлявшимся из Африки, избежать встречных течений и ветров, которые господствовали вдоль африканского побережья. «Юноне» и «Амфитрине» предстояло забрать этих дополнительных пассажиров и доставить их в Кадис.

1 октября, спустя почти десять месяцев после выхода из Веракруз, фрегаты вновь взяли курс к родным берегам. К тому моменту у них на борту располагалось более тысячи пассажиров. Однако очередной выход в море снова оказался неудачным. Непогода препятствовала благоприятному плаванию. Через неделю южнее Бермудских островов два фрегата потеряли друг друга из виду. «Амфитрина» продолжила свой путь на восток, а «Юнону», под командованием капитана Хуана Игасио Бустильо, отнесло на северо-запад, к побережью США.

День за днем «Юнона» оказывалась перед лицом жестких северо-восточных ветров. В трюме открылась течь, и моряки изо всех сил откачивали воду ручными помпами, выбрасывая за борт ненужный груз, чтобы облегчить судно. Фрегат продолжал следовать вдоль восточного побережья Северной Америки, чтобы найти удобную и безопасную бухту для ремонта. Однако волнение на море не позволяло приблизиться к берегу, а сильный ветер и волны ломали такелаж и рангоут судна.

Утром 24 октября появилась надежда. Американская шхуна «Фаворит» ответила на призыв о помощи, заметив флаг бедствия на мачте «Юноны». Американцы согласились сопровождать её.

В течение следующих двух дней два судна дрейфовали к северу вдоль восточного побережья. Ночью 27 октября погода ухудшилась, и «Фаворит» потерял из виду «Юнону».

На рассвете следующего дня капитан и команда американской шхуны не смогли найти никакого следа «Юноны». 425 человек, находившихся на борту, и ценный груз исчезли навсегда. Как выяснилось позднее, «Юнона» во время своего фатального рейса перевозила от 10 до 23 тонн серебра.

Сегодня место крушения «Юноны» по-прежнему остаётся тайной, хотя известно, что приблизительный район гибели располагается к востоку от залива Делавэр.

Последние манильские галеоны отправляются в путь

В начале XIX века морская торговля Испании в Тихом океане и Карибском море переживала упадок, вызванный резкой конкуренцией со стороны Англии, Франции, Голландии, Соединённых Штатов и других стран. Тем не менее перевозки на линии Манила – Акапулько продолжались.

В 1802 году неповоротливое торговое судно «Ферроленьо», нагруженное предметами роскоши, направилось в Мексику. «Ферроленьо» принадлежало к классу «урка». Судно вышло из Манилы в начале сентября и направилось вдоль южного берега Китая. Спустя несколько недель, в ночь на 15 сентября, тайфун бросил «Ферроленьо» на рифы Каучи в сотне миль от Гонконга и разнёс в щепки.

29 моряков погибли, оставшиеся в живых попали в руки китайских властей, которые передали их на британское судно. Несмотря на то что спасение пришло быстро, 850 тысяч серебряных песо пошли на дно в прибрежных водах Китая.

Одним из последних манильских галеонов, погибших на пути в Новую Испанию, был «Эсперанса».

В июне 1806 года очередной галеон – «Магеллан» отправился в Акапулько. Это было довольно старое и изношенное судно, что немедленно отразилось на его состоянии. Не успел «Магеллан» достичь пролива Сан-Бернардино, как в корпусе образовалась течь, настолько сильная, что о продолжении плавания не могло быть и речи. Капитан принял решение возвращаться для ремонта в Манилу.

Понимая, что задержки с получением грузов не вызовут особого восторга у короля и в Торговой палате Испании, губернатор Манилы приобрёл за 50 тысяч песо у дона Педро Уета галеон «Эсперанса», который спешно был переоборудован в торговое судно.

14 ноября 1806 года «Магеллан» с трудом вошёл в манильскую бухту. На нём немедленно были начаты ремонтные работы, а практически весь груз перемещён на борт «Эсперансы».

11 декабря, после завершения погрузки, «Эсперанса» вышел из манильской бухты и взял курс на юг, чтобы зайти на Замбоанг. Изначально плавание проходило успешно, но 14 декабря возле острова Панагатан-Кейс галеон на полном ходу налетел на не отмеченный на картах риф, который просмотрели впередсмотрящие. Получив пробоину, корабль быстро затонул.

Немедленно после получения известия о трагедии было начато судебное разбирательство. Суд установил, что причиной гибели фрегата были плохие условия навигации и неточность карт. Это не позволило торговцам, чьи товары находились на борту, требовать компенсации ущерба. Тем не менее в июне 1807 года они обратились к испанскому королю с просьбой возместить им ущерб. Несколько петиций не получили положительного ответа. Это вызвало волну возмущения среди манильских торговцев и в конечном итоге способствовало возникновению в 1811 году так называемой «торговой революции». Монополия испанской короны на транстихоокеанские перевозки была разрушена. Купцы стали самостоятельно снаряжать корабли для перевозки своих грузов.

В 1815 году последний манильский галеон «Магеллан» отплыл в Акапулько, положив конец традиции, существовавшей 250 лет.

О судьбе «Эсперансы» снова вспомнили только в 1981 году, когда Демпси Паган занялся поисками в архивах сведения о точном месте крушения этого судна. Результатом исследований стало создание в 1999 году компании «Эсперанса Компани Лимитед», которая, совместно с Национальным музеем Филиппин, начала исследование затонувших кораблей в районе Панагатан-Кейс, с целью обнаружения и подъёма груза «Эсперансы». В настоящее время этот проект находится в стадии разработки.

Глава II.
На дно под всеми парусами и с трюмами, полными золота…

На океанские просторы выходят торговые компании

 Крушение Испанской империи в Европе после гибели Непобедимой армады и победы буржуазной революции в Нидерландах не могло не сказаться на роли Испании в мировой торговле. На мировые океанские коммуникации вышли представители новых морских наций – англичане, французы, голландцы. Даже скандинавские страны, такие как Дания и Швеция, включились в торговлю со странами Востока, стремясь отхватить свой кусок от общего пирога.

В XVII веке начался грандиозный передел колониальных владений. Каждая из крупнейших европейских стран стремилась закрепиться на неосвоенных пространствах Америки, Азии и Африки. В течение двух столетий Голландия, Англия и Франция отстаивали своё право на владение морями, а значит и всеми богатствами, которые приносила океанская торговля.

В условиях жёсткой конкуренции купцы быстро осознали, что без объединения усилий будет невозможно добиться успеха. Так были созданы одни из крупнейших и могущественных торговых компаний в истории – английская и голландская Ост-Индские компании, получившие от своих правительств широкие торговые привилегии для торговли с Индией и Китаем. Несколько позднее, подобные компании появились во Франции, Дании, Швеции и других государствах.

Прежде всего европейцев привлекали восточные специи, которыми с большой прибылью в течение нескольких столетий единолично торговали португальцы и испанцы. Доходность от торговли перцем и мускатным орехом была столь велика, что позволяла с лихвой окупать огромные расходы Испанской и Португальской колониальных империй. Эти богатства не могли не вызывать зависть со стороны других наций.

Кроме того, европейцев интересовали китайский фарфор, пользовавшийся особым спросом, шелка и другие ткани, золото и серебро, чай. В обмен на эти товары европейцы готовы были предоставить металлические изделия, дерево и некоторые другие товары. Но европейские товары не могли пользоваться таким же спросом на Востоке, как восточные в Европе. Выходом из такой ситуации стал банальный грабёж, которым ничуть не пренебрегали европейцы.

Захват Индии англичанами и Индонезии голландцами объяснялся очень просто – это позволяло развивать неэквивалентный обмен и выкачивать богатства из вновь приобретённых земель.

Одни из первых о создании единой компании для торговли с Востоком задумались голландские коммерсанты.

В марте 1594 года несколько голландских купцов основали «Компанию далёких стран» в Амстердаме. Предполагалось послать на Восток две эскадры из нескольких торговых кораблей.

Первая эскадра, отправленная из Голландии, достигла берегов Батавии и благополучно вернулась в Нидерланды в августе 1597 года. Это были три маленьких судна, полностью набитых специями. Несмотря на все издержки, доход от продажи этого товара превысил все ожидания. Первый успех окрылил голландцев, и в 1598 году было создано уже пять различных компаний с единственной целью—доставка пряностей. В направлении Ост-Индии были отправлены уже двадцать два судна, а к 1601 году уже 65 судов ежегодно отправлялись к островам пряностей.

20 марта 1602 года шесть маленьких голландских компаний объединились в одну, получившую название Ост-Индская компания (Verenigde Oostindische Compagnie, VOC). Правительство предоставило ей монополию на торговлю в странах Востока. Однако помимо торговли на компанию была возложена ещё одна немаловажная задача – борьба с врагами Нидерландов в колониях, освоение новых земель и создание там постоянных голландских поселений. В течение 200 лет голландская Ост-Индская компания была ведущим поставщиком специй (прежде всего мускатного ореха, гвоздики, корицы и перца) и других товаров (чая, шёлка, китайского фарфора) в Европу. Привилегии компании были столь велики, что она быстро превратилась в государство в государстве.

Новая компания была разделена на шесть региональных правлений, которые располагались в Амстердаме, Мидельбурге, Дельфте, Роттердаме, Хорне, Энкхузене. Каждая из региональных палат компании имела совет директоров. Центральным органом управления являлся Совет 17-ти, в который входили восемь человек от Амстердама, четыре – от Мидельбурга, и по одному от других палат (Дельфта, Роттердама, Хорна и Энкхузена).

Благодаря высоким ценам на специи, компания быстро разрасталась. В 1605 году были захвачены Амбон и Тибор, после чего португальцы были вытеснены с Молуккских островов. Несколько позже, в 1619 году была основана Батавия – главный административный центр новых голландских владений. В следующие десятилетия сильнейшая конкуренция со стороны голландцев практически полностью разрушила португальскую империю на Востоке.

Чтобы обеспечивать связь с колониями и снабжать корабли всем необходимым в пути, голландцы основали целую сеть поселений. Новые колонии появились в Короманделе, Бенгалии, Иране, Гуджарате, на Тайване, был основан Кейптаун на мысе Доброй Надежды. В 1641 году была завоёвана португальская колония на Малакке, в 1656—1658 годах – остров Цейлон и Малабарский берег (1661—1663 годы). Компания расширила свою сеть в Африке, Аравии, Персидском заливе, Индии, Ост-Индии, Китае и Японии.

За два столетия компания создала не только обширные поселения, но и приобрела огромный административный аппарат, армию и армаду кораблей. В 1608 году компания имела 40 кораблей, укомплектованных 500 матросов и солдат в Азии, 20 судов с 400 солдатами и матросами у берегов Гвинеи и 100 судов с 1800 солдатами и матросами в Вест-Индии. Но уже в 1644 году компания имела 150 судов и 15 000 солдат и матросов, а в последней четверти XVII века только в Ост-Индии находилось более 200 судов с 30 000 солдат и матросов.

За всю историю существования голландская Ост-Индская компания снарядила более 4700 судов. Из них в XVII столетии – 1700, а в XVIII – приблизительно 3000.

Содержание колоний требовало содержание огромного персонала. Между 1602 и 1700 годами на кораблях компании из Европы было перевезено 317 тысяч человек, а в 1700—1795 годах это число достигло 655 тысяч.

Погоня за наживой привела к существенному изменению голландского судостроения. Верфи постоянно создавали всё новые образцы торговых кораблей, сочетавших в себе лучшие мореходные качества, грузоподъёмность и вооружение. Это требовало огромных средств. Расходы на постройку, оснащение и экипажи судов составляли в 1660—1700 годах – 370 миллионов флоринов, а в 1700—1795 годах – 1 608 миллионов флоринов. Однако полученные доходы во много раз превосходили эти затраты.

После поражения в борьбе с Англией за право монополии в морской торговле Голландия с начала XVIII века переходит в разряд второстепенных европейских держав. Это не могло не сказаться и на положении Ост-Индской компании. Окончательный удар по компании нанесла Великая Французская революция.

Формально компания распалась 31 декабря 1795 года, и её имущество и долги перешли к Батавской республике.

Как и её голландский аналог, английская Ост-Индская компания была создана в самом начале XVII века. 31 декабря 1600 года группа купцов получила от королевы Елизаветы I хартию, которая гарантировала пятнадцатилетнюю торговую монополию со странами Востока. В 1609 году король Яков I сделал эту хартию бессрочной.

Первоначально негоцианты планировали развить торговлю с Островами пряностей, однако они уже были прочно поделены между португальцами и голландцами, которые с большим раздражением смотрели на конкурентов. В 1623 году на Амбоне голландцы вырезали английскую факторию. Англичанам волей-неволей пришлось переместить свой бизнес немного западнее – в Индию.

Первые экспедиции компания организовывала путём подписки, поскольку постоянного капитала не существовало. Тем не менее упорство англичан дало свои плоды. Они постепенно вытеснили из индийских портов португальцев и взяли в свои руки всю торговлю с Европой. В Англию отправились корабли с восточными специями и тканями, перепродавая их на европейских рынках. Получая в качестве платы испанское серебро, доставлявшееся из Америки, англичане быстро осознали, что это значительно выгоднее и безопаснее, чем грабить неуклюжие галеоны, повергая свои жизни опасности быть повешенными.

Важным событием в истории компании стало издание в 1657 году Оливером Кромвелем новой хартии, превратившей её в постоянное предприятие с уставным капиталом. В 1683 году правительство дало компании адмиралтейскую юрисдикцию, в 1686 году – право чеканить собственную монету.

Победы в англо-французских войнах XVIII столетия ещё больше расширили власть компании. В 1702 году её освободили от пошлин, а в 1726 году – передали право суда. С 1756 года она получила право взимать налоги с индийского населения и управлять колониями. Это превратило её в настоящее государство в государстве. Постепенно торговля была вытеснена на второй план, главное – выкачивание средств из Индии.

Более того, компания превратилась в банкира. Ссуживая английскому правительству большие кредиты, она добивалась всё новых и новых привилегий.

Бесконтрольное обогащение едва не привело Ост-Индскую компанию на грань гибели. В 1770-х годах её финансовое положение ухудшилось настолько, что государство вынуждено было взять на себя контроль над её финансами.

К началу XIX столетия Ост-Индская компания подошла, имея за плечами огромную армию и флот, разветвлённый бюрократический аппарат и огромные владения. Однако торговая монополия мешала развитию английской международной торговли, поэтому государство последовательно ограничивало привилегии компании. В 1813 году парламент, под давлением купцов и судовладельцев, отменил монополию на торговлю с Индией, а с 1833 года была ликвидирована монополия на торговлю с Китаем. Это стало заключительным актом агонии Ост-Индской компании. Без торговых привилегий она не могла конкурировать с другими торговыми объединениями.

Жадность чиновников компании, которые буквально обдирали налогами местное население, не могли не вызвать ответной реакции индусов. В 1857 году вспыхнуло восстание сипаев, которое войска компании смогли подавить только с помощью регулярных подразделений британской армии. Потеряв терпение, английское правительство лишило компанию права управлять Индией. Все её административные институты управления колониями были ликвидированы, а компания снова превратилась в чисто коммерческую структуру. В таком виде она просуществовала до 1873 года, когда наконец была окончательно ликвидирована.

Одними из последних в гонку за сокровищами Востока включились шведы. Первые попытки создания компании для торговли с Индией и Китаем шведы предприняли в период правления Карла XII, однако Северная война не позволила воплотить идею в жизнь.

После войны Швеция оказалась в тяжёлом экономическом положении. Тем не менее идея прямых торговых отношений с Востоком не была забыта.

В 1729 году шотландский купец Колин Кэмпбелл и швед Хенрик Кёнигом предложил создать Ост-Индскую компанию и в 1731 году неожиданно получили поддержку властей.

Предприниматели получили от шведского правительства монополию, однако она была ограничена рядом условий. Прежде всего, компания не имела права привозить из Китая шёлк и другие ткани, поскольку это подрывало шведскую текстильную промышленность. Главный офис должен был располагаться в Гётеборге. Правительство получало 100 риксталлеров с каждого прибывающего судна, не считая налоги.

Известие о создании новой компании было доведено до сведения всех ведущих государств Европы. Однако это сообщение было встречено весьма настороженно. Шведский посол в Великобритании даже не посмел предоставить информационное письмо британскому правительству. Англичане воспринимали действия шведов как угрозу собственной торговой монополии. Схожей была реакция Голландии.

Первая экспедиция в Китай была отправлена 9 февраля 1732 года. На судне «Фредерикус Рекс Швецие» находился сам Кэмпбелл, назначенный послом при китайском дворе. Капитаном являлся Джордж Герман Тролле. Оба, Тролле и Кэмпбелл, впервые отправлялись в Китай и не предполагали, с какими сложностями столкнутся.

Экспедиция началась хорошо – был пройден мыс Доброй Надежды, и судно благополучно прибыло в Кантон (Гуанджоу). Торговля прошла весьма успешно. Изначально предполагалось закупать специи, однако основную часть груза составили чай и фарфор.

Проблемы начались после начала обратного рейса. Судно было остановлено голландцами между Явой и Суматрой и приведено под арестом в Батавию. Кэмпбелл протестовал и предоставил бумаги о происхождении груза и судна. Не найдя оснований для задержания, голландцы были вынуждены отпустить шведов.

По пути домой из-за противных ветров и штормов, плохого питания и болезней погибли многие моряки. Ситуация была настолько критической, что капитану пришлось, после достижения норвежского побережья, нанять дополнительных матросов, чтобы привести судно в Гётеборг.

27 августа 1733 года судно возвратилось в родной порт, почти через полтора года после его отплытия. Финансовые результаты рейса оказались очень обнадёживающими. Продажа товаров на аукционе дала около 900 тысяч шведских риксталлеров. Дивиденды акционеров составили 25% от капитала. Но главным результатом стало то, что впервые Швеция могла торговать с Китаем не через посредников, а напрямую.

Основными товарами компании являлись железо, медь и разнообразные металлические изделия, а также древесина. Всё это пользовалось большим спросом как в Европе, так и на Востоке. Выйдя из Гётеборга, корабли компании заходили в испанский порт Кадис, где с успехом обменивали свои товары на американское серебро, доставлявшееся испанцами из Нового Света. Затем они направлялись в Китай, где закупали местные товары.

Основным грузом, вывозившимся из Китая, был чай, доля которого, согласно обзору за 1774 год, составляла около 90% в общей массе товаров. Большая часть чая затем реэкспортировалась в разные европейские страны или доставлялась контрабандой в Англию, сбивая цену на него и нарушая монополию английской Ост-Индской компании. Другим важным товаром был фарфор, составлявший приблизительно 5% от общего объёма грузов. За годы существования шведская Ост-Индская компания доставила в Европу около 50 миллионов предметов из фарфора.

С 1731 по 1821 год шведы отправили на Восток 132 экспедиции. Потери кораблей при этом были минимальны, лишь 8 из них затонули. Одна из самых значительных катастроф произошла в 1745 году с парусником «Гётеборг», затонувшим в непосредственной близости от порта приписки с ценным грузом фарфора, о чём будет сказано ниже.

Последнее судно вернулось в Гётеборг в марте 1806 года и, даже несмотря на то что привилегия просуществовала до 1821 года, фактически прекратила своё существование в 1813 году и более не возрождалась.

Кроме Ост-Индских почти во всех ведущих европейских государствах вскоре были образованы аналогичные компании и для торговли с Вест-Индией, хотя здесь ни одна из европейских стран так и не смогла сравниться с Испанией по количеству извлекаемой прибыли.