332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Антон Леонтьев » Зеркальный лабиринт мести » Текст книги (страница 8)
Зеркальный лабиринт мести
  • Текст добавлен: 20 сентября 2016, 18:22

Текст книги "Зеркальный лабиринт мести"


Автор книги: Антон Леонтьев






сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Олег Петрович задумался, потом повеселел и заметил:

– Но учтите, второго такого прокола я вам не спущу. А сейчас мне надо срочно переговорить с Владивостоком, потому что дела не терпят отлагательств. Жду отчета к семи вечера!

Он удалился, оставив дверь открытой. Дмитрий Алексеевич, думая о только что завершившемся разговоре с клиентом, подошел к бару и налил себе немного коньяка. Да, ночка выдалась неспокойная…

– Дмитрий Алексеевич! – раздался у него за спиной голос, и шеф «Закона и порядка», резко обернувшись, увидел Егора Шубина.

– Хочешь? – спросил, указывая на бутылку. – Чертовски хороший коньяк! Такой даже я себе позволить не могу. Да, надо было стать пластическим хирургом…

– Нет, благодарю. Мое начальство не одобряет спиртные напитки во время работы, – ответил с легкой улыбкой Егор. – Тут кое-какая мысль возникла…

Дмитрий Алексеевич поставил бокал с так и недопитым коньяком на барную стойку и пристально взглянул на молодого человека.

– Ну, давай, выкладывай! По лицу вижу: надумал что-то стоящее!

Егор смущенно кашлянул и сказал:

– Думаю, вся проблема в личности того, кто нам противостоит. Это наверняка псих, но весьма хитрый. И знающий толк в военном и сыскном деле. Что уже ограничивает круг подозреваемых. Этот псих наверняка действует в соответствии со своим тайным планом…

– Планом? – переспросил шеф. – Каким таким планом?

– Планом мести! – убежденно ответил Егор. – Его цель, на что указывают все его поступки, наказать нашего клиента. Наказать за какое-то совершенное, видимо, достаточно давно, деяние. Вероятно, преступление… Скорее всего, так и оставшееся без внимания правоохранительных и судебных органов.

Он запнулся и взглянул на Дмитрия Алексеевича, который внимал каждому его слову.

– Значит, необходимо узнать, что за самый страшный грех имеет в виду автор анонимок. И сказать нам это может наш клиент, но он… Он, видимо, не захочет это сделать. Значит, нам надо попытаться узнать это без его помощи…

Дмитрий Алексеевич хмыкнул и произнес:

– Вообще-то мы ведем расследование в отношении этого психа, а не нашего клиента. Но ты, конечно, прав, Шубин. Ирдышин – крепкий орешек, или соврет, или вообще ничего не скажет, если задать ему вопрос. Думаешь, я не задавал? Но он не желает ничего сообщать, переводя стрелки на нас и обвиняя нас в халатности. И он абсолютно прав. Проворонили мы этого придурка, проворонили! И кто бы мог подумать, что из-за этой обезьяны со вскрытой черепной коробкой будет столько воплей!

Егор вздохнул и произнес:

– В этом-то и суть! Если бы на открытии центра убили человека, да еще таким зверским образом, это тотчас привело бы к тому, что к следствию подключился бы Следственный комитет, а то и ФСБ. А тут замочили всего лишь обезьянку! Конечно, и за это статья имеется, и Следственный комитет тут как тут, но разве это дело века? Нет, скорее желтая сенсация, и тратить энергию на ее расследование не хочется. А обвинения в адрес Ирдышина, кстати, весьма серьезные, вообще правоохранительными органами проигнорированы. Мало ли в чем обвиняют уважаемого и состоятельного человека!

Дмитрий Алексеевич поднял брови:

– Ты что, жалеешь, что псих не убил кого-то из гостей? Например, саму примадонну Беллу вместо ее чертовой обезьяны? А ведь он мог! Как мог и взорвать весь центр со всем столичными бомондом к чертовой бабушке! Но не сделал этого!

– Но ведь в этом и заключается тактика нашего психа! – убежденно проговорил молодой человек. – Кровавое преступление, жертвой которого стал бы человек, к тому же известный, сразу обернулось бы большими для него неприятностями и широкомасштабными разыскными мероприятиями. А так убита всего лишь обезьяна! Правда, столь жутким и зрелищным образом, что эффект получился ничуть не меньше, чем если бы на гирлянде висела оскальпированная примадонна Белла!

Дмитрий Алексеевич прищурился, а Егор продолжил:

– А так преступление совершено, шумиха обеспечена, а реального расследования нет! Имеемся, конечно, мы, но мы не Следственный комитет и тем более не ФСБ. Это значит, что можно и дальше претворять в жизнь план, не опасаясь серьезных препятствий. А вывод таков: псих замыслил что-то поистине ужасное, а пока пытается выгадать время и запугать жертву…

Глава «Закона и порядка» усмехнулся:

– Ну, ты прямо Зигмунд Фрейд! Не надо уж слишком углубляться в эту психомуру. Ясно, начал с малого, чтобы тянуть время. И наверняка задумал что-то поужаснее дохлой обезьяны, но ведь просчитался – до клиента нашего он не доберется. Поместье, на территории которого мы находимся, под полным контролем моих ребят. И это только в плохих боевиках суперубийца оставляет с носом два десятка вооруженных и натренированных молодчиков!

– Но ведь он этого и ждет! Это такой стандартный ход – бросить все силы на охрану клиента. А что, если в действительности он выбрал иную жертву? – воскликнул Егор. – Имеется сын Ирдышина, живущий в пентхаусе в Москве… В конце концов, его дочь Лиза, которая тоже живет отдельно…

Дмитрий Алексеевич отрезал:

– Ага, понял, откуда ветер дует, Шубин! Положил глаз на дочку нашего клиента и набиваешься к ней в личные телохранители? Но девчонка упряма, видимо, в папашу пошла, ничего не желает слышать об охране со стороны моих ребят. Правда, у нее имеется женишок и, кроме того, экс-женишок, этот самый Айман Джанбатов, сынок миллиардера. И уж он со своими головорезами не допустит, чтобы с Лизоньки хотя бы волос упал.

Говоря это, он посматривал на Егора и отметил, что тот при упоминании имени дочки Ирдышина слегка покраснел.

– Так что завершай ты эти ухаживания за столичными барышнями, Шубин. За барышнями, являющимися к тому же дочерьми нашего клиента. Да и не пара она тебе, поверь моему житейскому опыту. Так, в постель к тебе прыгнуть согласна, а замуж выходить будет за таких, как сынок миллиардера. В общем, еще та лиса!

Егор переменился в лице и произнес укоризненно:

– Дмитрий Алексеевич, прошу вас не выражаться таким образом о дочери нашего клиента…

Тот усмехнулся и сказал примирительно:

– Ну, Шубин, не лезь в бутылку, потому что потом сам пожалеешь. И не хами мне, своему боссу. Ты для нее – новая забавная игрушка, не больше того. Поэтому выкинь ее из головы, а то еще потеряешь работу. Мне лишние неприятности с ее папаней не нужны. У тебя все?

Лицо Егора окаменело, он несколько секунд медлил с ответом, а потом произнес:

– Ну да, это касается личности нашего психа… Он должен был затаить зло на Ирдышина за какое-то серьезное преступление. А ведь наш клиент всегда очень вольно обращался с законом. О чем свидетельствует и перечисление его грехов, которое презентовал на гуляющей в Интернете записи наш псих. Но почему-то думается, что наш мститель – не тот, кто стал жертвой одного из озвученных преступлений. А другого, оставшегося неназванным!

– И все равно мои ребята должны взять всех, кто был перечислен в этой записи, на мушку, – ответил Дмитрий Алексеевич. – Хотя высока вероятность отвлекающего маневра, я с этим согласен…

– Помимо этого, я бы подключил и компьютерщиков, чтобы узнать, кто и откуда запустил первую версию видео в Интернет, – продолжал Егор. – Я ребятам уже эту идею подал, может, что и выйдет…

Дмитрий Алексеевич заметил:

– Ну, прежде чем отдавать распоряжения, надо со мной советоваться, Шубин. Но одобряю, правильно сделал. И ты прав, надо, конечно, заняться и прочими грешками нашего клиента. Только как на них выйти?

Егор кивнул:

– Думаю, псих сам даст нам подсказку – в своем очередном послании по истечении ультиматума в двадцать четыре часа. Наверняка будет предъявлен новый. И новый текст, обращенный к нашему клиенту.

– Да куда там! Никакого нового ультиматума не будет! Надо этого психа поймать прежде, чем он снова успеет выкинуть какой-либо фортель, – отрубил Дмитрий Алексеевич.

Егор продолжал упрямо гнуть свое:

– Но он так общается – при помощи ультиматумов. И при помощи своих деяний. Ибо он наверняка желает, чтобы они привлекли как можно больше внимания и, соответственно, нанесли как можно больше вреда Олегу Петровичу. Он работает на публику, наш псих! И на ее низменные инстинкты… Он – поэт зла! Правда, свои послания он шифрует, и нам необходимо подобрать к ним ключ…

– Ты еще скажи – гений чистой красоты! – огрызнулся Дмитрий Алексеевич. – Говорю же тебе, Шубин, не строй из себя Зигмунда Фрейда! А лучше помогай своим коллегам ловить психа. А ты языком мелешь, время зря теряешь!

– Я и помогаю, Дмитрий Алексеевич, – возразил молодой человек. – У меня мелькнула мысль, что наш псих не сразу перешел к активным действиям, а вначале, не исключено, пытался покарать Олега Петровича иным способом. Поэтому я всю ночь просматривал списки пациентов, которые любезно дала мне Нинель Львовна, сравнивая их со списком тех, кто был недоволен результатами лечения. Их было, надо сказать, не так уж мало… И ряд пациентов Ирдышина подавали на него в суд, но почти все процессы закончились их проигрышем…

Дмитрий Алексеевич проворчал:

– Опять самодеятельность, Шубин? Почему меня в известность не поставил? Что за списки такие?

– Вы были заняты более важными делами, – дипломатично ответил Егор. – Так я составил свой список, который начал сравнивать с базой данных преступлений, так или иначе связанных с клиниками Ирдышина за последние пятнадцать лет. Вряд ли преступление, за которое наш псих хочет покарать Олега Петровича, было совершено до этого срока, хотя всякое возможно. И надо же, я обнаружил несколько попыток поджогов, нападений на врачей и медсестер, хулиганских действий, а также, например, проколотые шины и даже проникновение в одну из клиник со взломом… Не во всех случаях, конечно, виновные были идентифицированы, но меня интересовали случаи, которые, во-первых, имели своей целью центральную клинику и самого Ирдышина, а во-вторых, повторялись или были совершены одним и тем же лицом… Хотя бы и неустановленным.

Он смолк, а Дмитрий Алексеевич не без восхищения посмотрел на него и спросил:

– И что, удалось кого-то найти?

– Да. Мне удалось напасть на след серии преступлений, нацеленных на самого Ирдышина. Всего имело место пять инцидентов: попытка нападения на улице, странная автомобильная авария, в которой Олег Петрович чудом не пострадал, раскуроченный джип Ирдышина, попытка проникновения в операционную, где он как раз находился. И, наконец, что немаловажно, серия анонимных звонков в клинику с угрозами в адрес Олега Петровича…

– Ну, ты сам сказал, что не установили, кто это был, могли быть и разные люди! – сказал глава агентства. – А ты все в одну кучу мешаешь!

– Да, это вполне может быть, – согласился Егор, – но в случае с наездом, в результате которого Ирдышин едва не отдал концы, а водитель, создавший аварийную ситуацию, скрылся, подозреваемым проходил некий Игорь Баранов. Правда, выяснилось, что его авто, на котором был совершен наезд, у него угнали за день до инцидента. Да и алиби у него имелось, хотя не исключено, что проверяли его спустя рукава, да и любое алиби, особенно основанное на показаниях друзей, можно сфальсифицировать. Все бы ничего, однако у этого самого Игоря Баранова имелась супруга Вероника, которая около семи лет назад легла в клинику доктора Ирдышина на несложную косметическую операцию, но на операционном столе умерла. Причина – врожденный порок сердца, о котором не знала ни сама Вероника Баранова, чувствовавшая себя до внезапной кончины вполне здоровой, ни производившие ее обследование перед операцией врачи клиники. А оперировал ее в тот день сам мэтр – Олег Петрович Ирдышин!

Дмитрий Алексеевич крякнул:

– Ну не тяни! Что еще узнал, Шубин?

– А то, что Игорь Баранов подал в общей сложности девять исков к Ирдышину и клинике, но ни одному из них хода не дали. Причем предложение адвокатов нашего клиента о полюбовной сделке и выплате компенсации в обмен на отказ от дальнейших исков Игорь Баранов отмел. Ибо утверждал, что медики клиники порок сердца у его жены в ходе обследования установили, но заверили, что для операции это не помеха. То есть фактически убили ее. Правда это или нет, никто сказать не может. Важно, что Баранов упорно считал это правдой. И самое занимательное, что все перечисленные мной нераскрытые преступления, объектом которых был Ирдышин, начались вскоре после того, как Баранов отмел возможность сделки с клиникой доктора Ирдышина. И, кроме того…

Он вздохнул и добавил:

– Эту информацию пришлось заполучить у уважаемой Нинель Львовны, применив тактику запугивания. Она, оказывается, не хотела беспокоить шефа и не сообщила ему о том, что около года назад Баранов заявился в клинику и пытался проникнуть в кабинет к Ирдышину. Самого доктора не было, он находился за границей, поэтому всемогущей секретарше удалось утрясти все самой и сделать так, чтобы ее шеф, вернувшись в Москву, об инциденте не узнал. Баранов грозился убить Олега Петровича и кричал, что его час настанет… И что тот понесет наказание за свои страшные грехи. Не напоминает текст послания?

Дмитрий Алексеевич хлопнул сотрудника по плечу:

– Ну, ты и хитрюга, Шубин! Сначала кормишь меня этой мурой про хитроумного психа, а потом презентуешь такое! Далеко пойдешь, мальчик!

– И вот еще что, Дмитрий Алексеевич, – продолжил Егор без тени улыбки. – До серии анонимных звонков с угрозами имело место несколько звонков в клинику от Баранова – также с угрозами. Видимо, потом он решил сменить тактику и уйти в подполье…

– Никуда он от нас не денется! – прогремел шеф. – Ты ведь уже выяснил, где живет этот Баранов?

– Вот тут-то и начинается самое интересное, – ответил Егор Шубин тихо. – Свою компьютерную фирму он продал около семи месяцев назад, так же как квартиру на Новом Арбате. С родственниками порвал связь, с друзьями тоже. Сказал, что якобы хочет начать новую жизнь и уехать за границу, однако я установил, что границу Игорь Баранов не пересекал, по крайней мере, официально. И что заграничного паспорта он не оформлял. Он просто исчез – причем вместе с более чем солидной суммой наличности, которую снял после продажи фирмы и квартиры в банке. Сотрудники хорошо его запомнили, потому что нечасто у них обналичивают миллионы!

– Исчез, говоришь? – задумчиво произнес Дмитрий Алексеевич. – Причем с огромным количеством «зелени» на руках? А ведь, как пить дать, это наш псих, Шубин! Он залег на дно и принялся планомерно мстить нашему клиенту…

Егор подытожил:

– А с учетом того, что Баранов проходил срочную службу в спецназе, является обладателем зеленого пояса по карате и располагает многомиллионной наличностью, найти его и тем более остановить – задача практически нереальная!

Когда двери лифта плавно, с тихим свистом захлопнулись, Лиза Ирдышина ощутила внезапный приступ страха. Кажется, она даже не ответила на приветствие одной из коллег, которая ей махнула и улыбнулась.

Вжавшись в угол лифта, Лиза вспомнила события минувшего дня. Все это казалось такой фантасмагорией, таким нереальным и в то же время таким страшным! Понадобилось некоторое время, чтобы понять: это отнюдь не шутка.

А самое настоящее преступление…

Двери лифта открылись, коллега, на приветствие которой она не ответила, с видом оскорбленной добродетели вышла прочь. Зашли новые люди, кабина вновь пришла в движение.

И все-таки какой это кошмар! Кошмар, который всегда раньше касался кого-то другого: подобное можно было увидеть в триллере, на худой конец, прочитать в сводке зловещих событий в новостях.

Но в любом случае это происходило с кем-то иным, а не с ней! Хотя, конечно, и в этот раз с ней ничего страшного не случилось, ведь сумасшедший, который сорвал открытие клиники и убил несчастную обезьянку, явно имел зуб на отца…

Лифт снова остановился, кто-то вышел. Внезапно Лизе стало невмоготу. Она не могла находиться среди этих людей, от которых никакой опасности, конечно же, не исходило. Но она просто физически не могла!

Поэтому она стала расталкивать входящих, раздался чей-то возмущенный окрик, кто-то громко произнес:

– Думаете, если папа – известный пластический хирург, а сама гламурная колумнистка, то все можно?

Не обращая внимания на эти замечания и пробормотав извинения, Лиза выскочила из лифта и, отдышавшись, направилась к лестнице. С ближайшей лестничной площадки доносились голоса куривших сплетников:

– Ну да, представляешь, а потом эта обезьяна! Ей ведь голову отрубили, а потом подвесили за шею! Ужас просто!

– Нет, что ни говори, а я всегда знала, что этому Ирдышину доверять нельзя… – ответила собеседница, энергично тряся экстравагантной прической.

Проходя мимо них (сплетники ее не заметили), Лиза бросила:

– Если обезьяне отрубили голову, то как ее могли потом подвесить за шею? Что-то не сходится! И на вашем месте я бы не доверяла уже никакому пластическому хирургу – все равно не поможет!

Сплетники, разинув рты, уставились на нее, а Лиза, пожелав им всего доброго, спешно стала спускаться вниз. Ребячество, конечно, но отчего-то на душе сделалось приятно, и охвативший ее страх начал отступать.

Нет, конечно, он не исчез, а спрятался в закоулки ее сознания. Потому что Лиза помнила: один ультиматум истек, но тут же был предъявлен новый. И срок его действия истекал сегодня вечером.

Она пыталась вызвать отца на откровенность, но после событий прошлого вечера она толком не смогла поговорить с ним. Сначала он старался спасти сделку с иностранными инвесторами, потом поехал домой, в свой ужасный, обставленный в соответствии с колхозным стилем мачехи Жанны особняк на Рублевке. И только уже глубоко ночью, вернее, рано утром ей удалось до него дозвониться.

Она знала, что отец – жесткий и не самый приятный человек. И подозревала, что факты, презентованные в состряпанном анонимщиком ролике, который гулял теперь по просторам Интернета, по большей части верны. Вероятно, даже на все сто процентов. И не исключено, что верны не только факты, но и высказанные вслух предположения о том, что ее отец стоял за переделом колоссальной собственности.

Но ведь он все равно оставался ее отцом! И она любила его, невзирая ни на что. Ее брат Петр был сделан из другого теста. Он перед отцом лебезил, а в душе его ненавидел. А своих сводных братишку и сестренку, детей Жанны, она толком и не знала: милые ребята, но она им не в старшие сестры годилась, а в матери!

То, что отец назвал их так же, как старших детей, ей тоже не нравилось, но что поделать… Таков был Олег Петрович Ирдышин. А вот Петька впал в ярость, когда узнал, что отец нарек младшего сына тоже Петром, соответственно, Олеговичем Ирдышиным. Ибо это в глазах старшего отпрыска словно уменьшало его собственные права – и собственную значимость.

А вот свою тезку, Лизу, она считала премилой девчушкой и даже предложила Жанне стать ее крестной матерью. Но та в достаточно грубой форме отказала и взяла в крестные какую-то свою подругу из голозадого песенного коллектива, в котором блистала до того, как выскочила замуж за отца.

Да, в их семье было много скелетов в шкафу, но кто-то поставил перед собой задачу уничтожить отца… А раз так, то этот кто-то был и ее врагом тоже! Ибо она, Елизавета Ирдышина, была дочерью своего отца: не больше, но и не меньше!

Она достигла первого этажа и бросила взгляд на часы. До очередной нужной встречи оставалось еще немного времени, прежде чем придется тащиться через пол-Москвы.

Ее мысли вернулись к событиям прошлого вечера. Если честно, то больше всего ей было жаль забавную обезьянку. Какой она была породы? Этот немногословный сероокий молодой человек назвал ее без запинки…

Ах, ну да, белолобый капуцин… Отчего-то она вдруг вспомнила сцену в дамской комнате – как, сами не желая того, они оказались в объятиях друг друга. Нет, и о чем она только думает! У нее есть жених Денис! Да и Айман не прочь вернуться к ней…

А она размышляет о серых глазах этого самого Егора Шубина. Нет, его надо выкинуть из головы, тем более что она его никогда не увидит! Хотя он был готов на все, чтобы спасти ей жизнь. А Лиза сомневалась, что Денис или Айман пошли бы ради нее на такой риск.

Но Егор Шубин пошел. Впрочем, он ведь работает в каком-то детективном агентстве или подобной фирмочке. Рисковать жизнью ради других для него так же привычно, как для нее писать статейки о новых веяниях моды.

И все же не так легко было выбросить Егора Шубина из головы. Да, на него определенно можно положиться – Лиза усмехнулась, вспомнив, как на самом деле положилась под него на полу дамской уборной…

Она вышла к лифтам, поправила шарфик, снова посмотрела на часы и дала себе зарок, что больше о Егоре Шубине думать не будет. Ибо все равно их ничего не связывало, и она его никогда не увидит…

– Елизавета Олеговна! Лиза! – послышался знакомый голос, и, обернувшись, она увидела объект своих мыслей – Егора Шубина.

Объект был весьма смущен, переминался с ноги на ногу и покрылся легким румянцем, что делало его, этот объект, неотразимым.

– Вы? – спросила она с вызовом, но только потому, что не могла поверить: минуту назад думала о нем, и он тотчас материализовался у нее за спиной! – Вы что, следите за мной? – продолжила она с иронией и вдруг, по реакции Егора, поняла, что так оно и есть! Он ведь не случайно оказался в здании, где находилась гламурная редакция, где она работает.

– Ну, вообще-то да… – произнес он неуверенно. – Потому что глупо говорить, будто мы случайно столкнулись здесь, в фойе…

Лиза взяла его за рукав и потянула в сторону. Егор без возражений последовал за ней.

– И что это значит? – спросила она, почувствовав раздражение. – Вы что, сталкер? Или мой тайный поклонник? Что вам от меня нужно?

Еще больше смутившись, Егор сказал:

– Ну, вы правы… Извините, я не должен был этого делать… Мне очень жаль…

Он развернулся, явно намереваясь спастись бегством, но Лиза снова схватила его за рукав.

– Нет, куда же вы! Постойте! Пока я всего не узнаю, не отпущу! Вообще-то это джентльмен должен приглашать леди, но, с учетом гендерной революции, забудем о таких клише. Здесь рядом есть отличное венское кафе! Я вас приглашаю!

В кафе было тихо и уютно, пахло свежемолотым кофе и вкуснющими пирожными. Они отыскали свободный столик в самой глубине зала. Лиза снова бросила взгляд на часы, а потом приняла решение и, извинившись, отошла, чтобы сделать звонок. И быстро сбросила сообщение Денису, что их встреча, на которую она должна была прийти после интервью, к сожалению, переносится.

Интервью проведут и без нее, ничего ужасного не случится. А что касается Дениса… Конечно, вчера он был ужасно мил, заботлив и предупредителен… Так же, как ужасно мил, заботлив и предупредителен был Айман. И это больше всего ее и выводило из себя. Ибо они вели себя, как два подростка, причем самым важным в их противостоянии была отнюдь не ее благосклонность, а желание унизить врага и нанести ему очередной удар.

Так что она лучше выпьет обжигающий эспрессо вместе с этим самым Егором Шубиным.

– Так отчего вы преследуете меня? – спросила она, оказавшись за столиком. – Советую заказать шоколадный пирог, он здесь необычайно вкусный!

Егор вздохнул и посмотрел на нее:

– Елизавета Олеговна…

Она рассмеялась и, кивнув официанту, поставившему перед ней крошечную чашку эспрессо, сказала:

– Давайте уж с учетом обстоятельств обойдемся без формальностей. Я – Лиза, вы – Егор. Ну, можно и на «ты»…

Егор смутился еще больше и сказал:

– Вообще-то мне шеф голову оторвет, если узнает, что я с вами встречаюсь… Вы же дочка нашего клиента…

– Ну, а ваш клиент и по совместительству мой отец оторвет голову мне, если пронюхает, что мы тут с вами секретничаем. Хотя, вероятно, не мне, а только вам. Но так как вам до этого оторвет голову шеф, то это уже не страшно. Вряд ли у тебя за это время успеет вырасти новая!

Выяснилось, что с Егором Шубиным можно говорить обо всем на свете. Он на самом деле оказался начитанным и многосторонним человеком. Денис или Айман, к примеру, тоже, но ведь как они вели себя!

А Егор был другим. И почему она не познакомилась с ним раньше? Наверное, многое бы в ее жизни изменилось. Конечно, не поздно изменить и сейчас, хотя, может, уже и поздно…

– И все же ты не ответил на мой вопрос, – сказала вдруг Лиза. – Ты отчего-то следил за мной?

Егор кивнул и, доедая рекомендованный ею шоколадный пирог, ответил:

– Да, следил… Точнее, не так… Я, пользуясь служебной информацией, узнал, где тебя можно найти…

Ага, он, пользуясь служебной информацией, нашел ее! Только вот зачем?

– Лиза, тебе стоит подумать над предложением нашего шефа…

– А что он такое предложил? А, понимаю, о чем речь! О том, что какие-то ваши люди будут меня охранять. Нет уж, спасибо! Мне хватит того, что я еле отделалась от пятерых бодигардов Аймана Джанбатова, которых он хотел поселить у меня в ванной. Я взрослая девочка. Ценю вашу заботу обо мне, но мне ничего не угрожает. Лучше опекайте моего отца и его молодую женушку с малолетними детьми. Если кому и угрожает опасность, так это им…

– Лиза, ты не понимаешь, что опасность вполне реальна… Мы… Да, мы идем сейчас по следу одного крайне опасного типа. Он явно сошел с ума и решил уничтожить твоего отца. И он ни перед чем не остановится! – сказал Егор, глядя на нее.

Лизе стало не по себе, страх, который навалился на нее в лифте, вдруг вернулся.

– Повторяю, я взрослая девочка. И мне не нужны телохранители. Да, этот тип, убивший обезьяну, явно не в себе. Но я, прошу заметить, не обезьяна. К тому же ультиматум предъявлен не мне, а моему отцу. И мне каяться в каких-то мифических грехах не нужно.

Егор тихо произнес:

– Он опасен, очень опасен… Вооружен и опасен, увы… Подозреваю, что ставки в этой игре будут увеличиваться. И что дело не только в твоем отце, но и в тех, кто его окружает. Так что тебе нужна охрана!

Лиза улыбнулась:

– Хочешь стать моим персональным гвардейцем? Боюсь, мой жених не так поймет. Да и Айман Набханович Джанбатов тоже взревнует. Так что спасибо еще раз за предложение, но давай закроем эту тему…

Как же он был мил, переваривая ее отказ! Денис наверняка сморозил бы что-то высокомерное, Айман устроил бы сцену…

Время пролетело незаметно. У Егора запищал мобильный, он извинился, бросил взгляд на дисплей и сказал:

– Мне пора. Но если ты не желаешь охрану, то позволь мне хотя бы время от времени справляться, как у тебя дела. И запомни: я приду на помощь в любое время и при любых обстоятельствах!

Из уст любого другого мужчины эти слова звучали бы двусмысленно, но Лиза знала, что Егор имеет в виду именно то, что говорит. Такой он был, этот сероокий Егор Шубин…

Он попрощался – весьма скованно. И вышел, а Лиза, заказав еще одну чашку эспрессо, осталась сидеть за столиком. Настроение после общения с Егором резко повысилось. Она сбросила еще одно сообщение Денису, а потом объявился Леонард, желавший посвятить ее в подробности своих новых любовных похождений.

К себе домой она вернулась уже вечером. Открыла дверь и поняла, что в квартире кто-то есть. На мгновение сделалось страшно, но потом раздались шаги, и она обнаружила в коридоре фигуру Дениса. Ну конечно, ведь у него есть ключ от ее апартаментов!

Денис выглядел как-то странно. Когда она попыталась поцеловать его, даже отчего-то увернулся.

– Как прошел день? – спросил он. – Надеюсь, все в порядке?

Лиза не стала посвящать его в подробности и утаила встречу с Егором. Поэтому пришлось извернуться и сочинить невинную ложь.

– А интервью как прошло? – спросил он, и Лиза на ходу сочинила, что все было, как она и предполагала, без особого драйва, но даже из сырого материала можно сделать отличную статью.

Она и сделает – в ее распоряжении будет распечатка беседы.

– А как у тебя все прошло? – спросила она, подходя к Денису. Да, какой-то он был странный, надутый, словно обиженный.

Денис, не подпуская ее к себе, процедил:

– Сделал сегодня удивительное открытие. Узнал, что человек, которому я доверял, лжет мне в лицо. Причем самым наглым образом!

– Опять проблемы с Кравцовой? – посочувствовала Лиза. Не хватало еще этих вечных сплетен из редакционной кухни. – Я тебе с самого начала говорила, что девица она хитрющая, на руку нечиста… Уволь ее – и дело с концом!

Она повернулась и направилась было на кухню, но Денис рывком развернул ее и прокричал в лицо:

– Разве ты не понимаешь, что речь о тебе, Елизавета?! О тебе, и ни о ком ином! Ты что, думаешь, я не знаю, что ты не была на интервью?

Лиза отпихнула его руку и сказала:

– Ты делаешь мне больно! Да, извини, завертелась, не успела. Не хотела тебя грузить, поэтому и сказала, что была. Но это не помешает написать отличную статью. Ты меня знаешь…

Денис сухо рассмеялся и заметил:

– О, знаю ли я тебя, Елизавета, или, может быть, нет? Думал, что знаю, а выяснилось, что нет! Что же такого срочного произошло, что ты не смогла прийти на интервью? Ведь с таким трудом его согласовывали, целых три месяца!

– Я думала, что заместитель редактора остался на работе. И что дома ты исключительно Денис Любомиров! – сухо ответила Лиза, лихорадочно думая, говорить ему о встрече с Егором или нет. – У меня была другая встреча… С важным… С важным человеком…

– С каким таким важным человеком? – прищурился Денис.

Лиза сердито сказала:

– Это что, допрос? Это касается моего нового проекта, пока сказать не могу, с кем встречалась…

Денис прошелся по комнате и простонал:

– Зато я могу! Ты встречалась с этим прохвостом, с которым флиртовала вчера на открытии центра красоты. Думаешь, я не видел, как он тебя глазами пожирал?

Он снова придвинулся к ней, и Лиза, вскинув бровь, спросила:

– Ты следил за мной? Лично? Или нанял шпиков?

– Ты забываешь, что мы работаем в одной редакции! И что я тоже хожу в венское кафе! Правда, ты была уверена, что я весь день проведу на совещаниях, так и было. Я случайно проходил мимо кафе и увидел, как вы щебечете, прямо пара голубков!

Говорил он отрывисто, словно выплевывая слова.

Лиза возразила:

– Извини, но в этот раз врешь ты. Потому что мы сидели так, что увидеть нас с улицы было нереально…

Денис утробно захохотал:

– Ну да, соблюдала конспирацию, как же, Лиза! И ты еще смеешь обвинять меня во лжи? Какая же ты все-таки подлая…

Он подошел к ней, глаза его лихорадочно блестели.

– Ну что ж, если я подлая, то нам не о чем больше говорить. Я тебя в моей квартире не задерживаю!

Денис внезапно схватил ее. Причем хватка у него была стальная.

– Мне больно! – закричала Лиза. – Денис, мне больно!

Он толкнул ее к спинке дивана. А сам навис над ней – такой страшный, такой… безжалостный. Внезапно Лиза подумала, что, в сущности, мало что знает о Денисе Любомирове, том самом человеке, который сделал ей предложение.

– Мне больно! – простонала она, и вдруг эта сцена напомнила ей другую, подобную: Айман, сжимающий ей руки и бросивший на перила своего балкона…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю