Текст книги "Гимн шута 14 (СИ)"

Автор книги: Антон Федотов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

Глава 20

Штаб-квартира компании располагалась в небольшом пятиэтажном здании. Не в самом центре столицы, но уже в довольно приличном районе. На крыше даже имелся посадочный стол для глайдеров легкого класса. Вот только даже из «старожилов» никто не помнил, чтобы она хоть раз использовалась по назначению.

До сегодняшнего дня.

– Сволочи, – с мрачной обреченностью хмыкнул Алексей Тюфякин, наблюдая за посадочной глиссадой транспорта с гербами Алексеевых в окно своего кабинета. Хищной тенью летучий лимузин скользнул над городскими улицами, и тут же скрылся из виду. Лишь рев работающих на форсаже движителей напоминал, что он все еще здесь.

Мужчина мог бы глянуть вниз, на стоянку, чтобы оценить, как все прибывают самые дорогие машины в гаражах директоров на общее собрание. Но молодому человеку было лень.

Вместо этого он развернулся к столу и уставился на свой комм.

– И что мне делать? – негромко спросил он у бездушного гаджета.

Тот не ответил. Даже экраном не моргнул, все также отображая список входящих вызовов. Самым верхним оказался номер сестры.

Хозяин кабинета вздохнул. Ему предстояло принять непростое решение: либо отдать компанию, лишая Семью шанса стать Родом, сохранив хоть что-то, либо поставить под удар вообще все. И всех.

Так себе выбор, верно?

– Верно…

Так верить ли Инне?.. Алексей искренне любил сестренку. Хоть и не без толики ревности. Она достигла куда больших высот в управлении уже сейчас, чем когда-либо светит ему. Однако… ей всего двадцать. И жестких решений совсем молоденькой девушке приходилось принимать куда меньше, чем ее брату. Тот всегда старался принять удар на себя, прикрывая будущую «звёздочку» Семьи.

И вот теперь Инна требует рискнуть. Всем. Без объяснений.

Бум!

Негромко, но солидно хлопнула о столешницу ладонь мужчины.

Решение не пришло. Боль не прояснила разум. Было бы у него больше времени подумать… Или хотя бы сестра успела посвятить его в свой план… Но нет, в преддверии собрания директоров во всем здании «подавили» связь. Вроде как для безопасности. Но для Алексея это стало самой настоящей ловушкой.

Он попытался было выбраться из здания, но гвардейцы Алексеевых, «усилившие» стандартную охрану, просто не дали ему этого сделать. «Извините, до конца собрания акционеров режим безопасности здания усилен. ПРосим вас пройти в свой кабинет.».

РЭБ же сработала как раз во время разговора с Инной. Та только и успела потребовать ничего не подписывать. Вообще. Мол, у нее есть план. Но понимает ли по сути еще совсем ребенок всю сложность ситуации? Способна ли оценить риски?

– Тщ-щ-щ-щ, – выдохнул с шипением воздух хозяин кабинета, откидываясь на спинку кресла и вперив задумчивый взгляд в потолок.

Окончательное решение принимать именно ему. И Алексей склонялся к тому, чтобы зафиксировать ущерб и начать весь путь заново. Да, стараться придется дольше. Сначала нужно будет отыграть потерянное, а затем и продолжить свой путь к заветной строчке в Бархатной книге. Но было бы с кем…

Он ведь навел справки. Это Первые кланы блюли репутацию и всякую «мелочь» не трогали во имя ее. А вот «середнячки» типа Алексеевых не стеснялись пользоваться услугами наемников, чтобы подмять вкусные активы, искренне считая, что такую роскошь как принципу смогут позволить себе, лишь когда станут Великими.

И да, этот клан уже не раз «исполнял» подобные угрозы. Да, прямых доказательств не было. Но… все знали…

И ладно бы компания владела какими-либо уникальными технологиями или производством. Так нет же… Ничего такого, за что стоит бороться! Зачем они Алексеевым? Или Коршунов просто предложил им банальную долю или деньги за возможность избавиться от «партнеров»?

Ответа нет…

Тук-тук-тук…

Аккуратное постукивание ручкой по столешнице помогало хозяину кабинета сосредоточиться. Как же эта «дурацкая привычка» бесила сестру.

Мужчина перевел взгляд с потолка на пустующий рабочий стол, установленный в уголке. Со стороны могло показаться, что это место секретаря. Но нет, обычно здесь работала Инна. На спинку кресла до сих пор был небрежно наброшен ее яркий приталенный пиджачок.

Против Воли Тюфякин улыбнулся. Он так и не смог отучить сестренку от этой дурацкой привычки.

– Извини, – негромко выдохнул хозяин кабинета.

Рисковать всем из-за слов сестры он себе позволить не мог. В случае провала – столкновение с наемниками Алексеевых. Семья с таким «накатом» не справится. Вся служба безопасности Тюфякиных едва насчитывала два десятка человек. Если, конечно, не рассчитывать на вахтеров и «вохру», несущих службу на производствах.

Но как говорится в старом пошлом анекдоте, есть один нюанс. Профессиональных бойцов всего пятеро. Водители и технические специалисты… Они хороши в своей работе. Но половина даже разрешение на ношение оружия не оформила. Просто за ненадобностью.

И все это «воинство» против полусотни «диких гусей». Иди, что называется, повоюй…

Тук. Тук.

Еще два удара ручкой о столешницу и легкий кивок поставили точку в его рассуждениях. Сегодня он подпишет все, что ему подсунет урод Коршунов.

И да, умом Алексей прекрасно понимал, что решение… может, и неверное. Но логичное. Однако сердце все равно болезненно сжалось.

Хозяин кабинета поморщился и помассировал грудь там, где почувствовал «холодный узел».

– Ничего, – вздохнул врио директора. – Вернемся и отомстим…

Мантра успокаивала мало. Как же не вовремя их покинул дед… Он бы знал, что делать! Возможно, поднял бы старые связи. Но кто будет разговаривать с ним⁈ Да, Алексей и Инна были фаворитами в списке претендентов на управление Семьей Юрия Николаевича. Да вот беда, он никак не оформил порядок наследования юридически. Формально же по старшинству вся полнота власти переходила безвольному и, чего уж греха таить, не слишком умному двоюродному дядьке Алексея.

С этим разговаривать серьезно не станет вообще никто.

БУМ!

Распахнувшаяся дверь вновь глухо ударила о стену.

В кабинет походкой самодовольного оккупанта ввалился Коршунов. Следом за ним зашли все те же «пиджаки» из гвардии Алексеевых.

Против воли молодой человек удивленно фыркнул:

– Бонапарте, ты ли это⁈

Ну не вышел росточком «дядя Гена». И статью величественной тоже. Зато решил компенсировать это белоснежным костюмом с красной рубашкой. С его упивающимся положением вида эффект был… поразительный. Но вряд ли тот, на какой сам Коршунов рассчитывал.

«Пиджаки» не шелохнулись. Им по службе положено не было. Но глаза… Казалось, что еще миг, и старший тройки откровенно усмехнется. Но нет…сдержался. Пусть и с некоторым трудом.

А вот презрение, какое мелькало во взоре, стоило ему бросить взгляд на «Наполеона», скрыть оказалось куда сложнее.

– Ну вот и все, Алеша, вот и все! – не сдержался «партнер» деда.

Отчего-то именно этот насмешливый тон заставил взорваться в груди Тюфякина сверхновую из ярости и раздражения.

Опасное сочетание…

– Алексей Владимирович, пройдемте в зал заседаний, – негромко и ровно произнес главный «пиджак».

Хозяин кабинета с некоторым трудом перевел на него взгляд. «Вот так работать надо!» – с удивительной смесью веселья и злости оценил он. На кой-вообще гвардейцы взяли с собой этого шута⁈

Молодой мужчина неторопливо встал, подошел к вешалке и снял с плечиков пиджак. Еще несколько секунд он потратил перед зеркалом, чтобы оценить, как сидит костюм. Проигрывать тоже нужно с достоинством.

– Я готов, – негромко сообщил он… старшему гвардейцу, демонстративно игнорируя «победителя всех и вся».

– Да как ты!.. – прошипел было Коршунов, но одного взгляда «пиджака» хватило, чтобы тот осекся и заткнулся.

Да, бросать на «выродка Тюфякина» злые взоры ему никто запретить не мог. Однако рот против слова силовиков он разевать больше не рисковал.

– Прошу за мной, – ровно и вежливо произнес «пиджак».

В голосе его не было и грамма насмешки. Лишь сухая деловитость. Его подчиненные синхронно сделали по шагу в сторону, чтобы пропустить хозяина кабинета.

Алексей кивнул и окинул взглядом помещение. Пиджачок сестренки, портрет императора на стене, семейная фотография на столе… Больше он сюда не вернется.

Сердце сдавило еще сильнее.

Однако уже через миг Тюфякин едва заметно качнул головой и сделал первый шаг к неизбежному поражению.

* * *

Пятнадцать метров коридора «директорского» этажа показались Тюфякину марафонской дистанцией. Почти каждый счел своим долгом покинуть кабинет, чтобы проводить бывшего исполнительного директора в «последний путь».

«Лучше бы они этого не делали…» – оценил Алексей, которому вдруг необычайно тяжело теперь стало решиться на тот шаг, который он просто обязан был сделать.

– До свидания, директор, – произнес кто-то негромко слева.

Тюфякин с некоторым удивлением узнал голос финансового директора.

Друзьями они не были. Да и не могли стать. Обоим хватало ума, чтобы разграничивать дело и всю оставшуюся жизнь. Поэтому они никогда «рабочие баталии» за пределы штаб-квартиры не выносили. Но и друзьями их было назвать сложно.

Теперь же в голосе Евгения Кадочникова звучало… сочувствие? Искреннее, а не тот фальшивый суррогат, который обычно используют в качестве фигового листа для сокрытия злорадства.

Пальцы «подконвойного» дрогнули. Казалось, еще миг, и они сожмутся в кулак. Но секунда пролетела и… ничего не произошло.

Кто-то только коротко пожелал удачи.

Каждый из зрителей осознавал, что именно происходит. Несложно понять, когда за прущим гоголем Коршуновым под охраной шагает сын его партнера. Геннадий Владимирович уже несколько лет как не слишком скрывал своего отношения к Семье Тюфякиных.

Конвой остановился возле лифта. Старший «пиджак» нажал на кнопку и замер в ожидании кабинки.

Алексей обернулся и окинул взглядом собравшихся у кабинетов людей, буквально провожающих его на «корпоративный эшафот». Сочувствие, надежда, страх стать следующим… чего только не было в этих взорах.

К горлу подкатил комок.

«Эх, 'Прощание славянки бы сейчас как подошло!» – с какой-то веселой злостью подумал он и, повинуясь странному порыву, поклонился. Ровно на сорок пять градусов.

Секунда, и каждый из собравшихся ответил таким же поклоном. Молча.

Дзынь!

Церемонию прощания прервал подошедший лифт. Алексей выпрямился и, более не оборачиваясь, шагнул внутрь вслед за Коршуновым и «пиджаком». Пара же «гвардейцев 'заперла» его в крохотной кабинке.

«Чтоб не сбежал, видимо!».

– А тебя любят, Алеша! – фальшиво изобразил отеческий тон Геннадий Владимирович.

Молодой мужчина еще накануне пообещал себе, что не позволит ублюдку выбить его из равновесия. Так отчего одна короткая фраза заставила зубы сжаться⁈ И кулаки тоже!

«Спокойно!» – скомандовал сам себе Тюфякин. Дать этой падали шанс поглумиться? Вот уж нет!

Бывший директор постарался расслабить лицо.

Дзинь!

Проехавшая два этажа кабинка остановилась.

– Иди давай! – подтолкнул в спину Алексея Геннадий Владимирович.

Оборачиваться мужчина не стал, но краем глаза заметил скользнувшее по лицу главного «пиджака» отвращение. Да, в корпоративном мире подобные «захваты» активов – дело вполне обычное. Но к предателям все равно относились с пренебрежением всегда. Особенно к тем, кто менял на сиюминутную выгоду партнеров и контрагентов с видимой радостью.

Так отчего же так сводит зубы⁈ Гвардейцы Алексеевых сделали большую ошибку, включив в конвой этого придурка.

– Ну вот и все! – продолжил потешаться Коршунов, остановившись у дверей, за которыми уже шло собрание директоров и акционеров.

Мог бы и промолчать. Не сдержался. Годами об этом мечтал. И вот наступил миг триумфа.

– Мне нужно позвонить.

– Что?

Геннадий Владимирович не на шутку озадачился. Даже замер с рукой, протянутой к двери конференц-зала.

– После, – коротко ответил старший «пиджак».

Алексей медленно повернул голову к конвоиру. Холодный сосредоточенный взгляд его не напугал.

– Мне. Нужно. Позвонить.

Несколько секунд мужчины мысленно ломали друг друга. Холодный взор профессионального убийцы против сосредоточенного управленца, решение которого определит будущее всей его Семьи. В какой-то момент уголки губ «пиджака» чуть дрогнули.

В ту секунду Тюфякин понял, что хоть одна маленькая победа за плечами у него останется.

– Да как ты!.. – попытался было вскинуться Коршунов.

Кажется, именно этот выпад сложил какой-то пазл в голове «пиджака».

– Звоните, Алексей Владимирович.

В ладонь молодого мужчины лег ребристый корпус комма армейского образца. Несколько секунд он всматривался в лицо гвардейца, после чего кивнул и, кинув насмешливый взгляд на «наполеончика», по памяти набрал номер.

Естественно, РЭБ Алексеевых сигнал коммуникатора гвардейца «пропустил».

– Людвиг, – негромко, но твердо произнес он. – Гроза на шесть часов.

Больше сказать ему было нечего. Оттого мужчина тут же дал отбой. На миг прикрыв глаза, врио отдал коммуникатор «пиджаку» и склонил голову. С уважением.

Кажется, среди гвардейцев Алексеевых были нормальные люди.

Боец осознал, что именно сейчас произойдет, за секунду до того, как Тюфякин сделал стремительный шаг вперед. Вот только предпринять ничего не успел. Врио директора оказался у дверей в конференц-зал мгновенно и с силой толкнул обеими руками тяжелые створки.

– Уважаемые коллеги и акционеры! – громко объявил он о своем приходе. – Прошу слова!..

Председатель собрания осекся, но Тюфякин уже шагал к трибуне, не обращая внимания на шепотки и возмущенный попранием регламента гул голосов. Некоторые даже попытались выразить свое негодование. Но дальше недовольных не слишком убедительных выкриков дело не пошло.

Кто-то посмеивался. Семенящий за Алексеем Коршунов в своем аляповатом наряде, и впрямь мог вызвать веселье. Гвардейцы же остались у входа в зал.

Взгляд Тюфякина упал на первый ряд. Там в сопровождении малой свиты восседал сам Григорий Алексеев. Второй сын Главы клана. Крупный представительный мужчина в синем костюме, едва разменявший шестой десяток.

Алексей встал. В спину ему уткнулся Геннадий Владимирович. Несколько секунд врио рассматривал клановца. Под холодным равнодушным взглядом в его голове сложилось понимание, что именно он должен сделать прямо сейчас.

Пока еще директор отвесил клановцу короткий поклон, который тут же и нивелировал кривой усмешкой, после чего буквально одним прыжком запрыгнул на вторую пока пустую трибуну.

– Ну, сестренка, не подведи… – негромко шепнул он.

«Надеюсь, Инна и впрямь знает, что делает!» – молниеносно пронеслась в голове короткая мысль, пока Алексей тянулся к кнопке включения микрофона. Она не успела поделиться своим планом до отбоя связи. Лишь сообщила, что он есть.

«Прыжок веры!» – хмыкнул врио мыслено, припоминая нормативы эвакуации Семьи. Должны успеть. Людвиг надежен как скала, а «экстренные» протоколы в Семье отставного «медведя» отрабатывались до автоматизма.

Что же будет лично с ним? «А какая, к черту, разница⁈» – весело подумал Алексей, махнув рукой на все последствия.

– Уважаемые господа и дамы, – разнесся по притихшему залу его чуть взволнованный, но крепнущий с каждым словом голос. – Наша компания стала объектом рейдерского захвата. Как все мы знаем, подобные события ВСЕГДА приводят к падению финансовых показателей и разрушению…

Голоса стихли, многие обернулись к трибуне. Хотя нашлось несколько акционеров, что демонстративно фыркали отвернувшись.

Последнее, что успел заметить Тюфякин, прежде чем сосредоточить все свое внимание на зале, были несколько демонстративных беззвучных хлопков все столь же бесстрастного внешне Григория Алексеева.

Глава 21

– Серег, привет!

Странные слова заставили курсанта распахнуть глаза. Кому вообще пришло в голову обратиться к нему столь фамильярно⁈

И дело даже не в словах. В самом тоне. Волконский невольно заворочался, переворачиваясь на спину.

– М-м-м-м… – тут же возмутилась Марика.

Однако просыпаться отказалась напрочь. Лишь устроилась поудобнее на подушке, да умильно засопела.

Сергей улыбнулся. Эта и под артиллерийскую канонаду спать умудряется. Он, конечно, за время обучения тоже многому научился. Но таланты Орловой в этой области еще не достиг.

Впрочем…

Какому дебилу вообще понадобилось поднимать его редкий день отдыха, пусть и в стенах казармы⁈ Сон задолбаного инструкторами курсанта как сон арестанта – священен.

– Убью, – пообещал негромко Волконский.

– Принято, – тут же серьезно отозвался голос.

Вот только страха и искреннего раскаяния в нем не было и грамма!

Раздражение вновь затопило сознание. Он так мечтал об этом дне. Отсыпной… Да еще и совпавший по графику с Марикой… И вот вместо того, чтобы посапывать в обе дырочки, обняв девушку, он вынужден проснуться и…

– М-р-р-р-р… – не просыпаясь, выразила недовольство Орлова, чуть накатившись на парня.

Запах шампуня черновласки неожиданно успокоил настолько, что курсант даже отвел от уха гаджет, вместо того, чтобы швырнуть его в стену, и с некоторым трудом сфокусировал взгляд на экране.

«Вот ведь гад!» – зажмурился и мысленно застонал парень. Все-таки рановато он переименовал контакт с «засранец мелкий» на лаконичное «Павел».

– Ты молчи и слушай, – предложил отвратительно бодрый голос брата. – Мне тут твоя помощь нужна.

Вот так вот. Легко и просто. Будто бы и не было стольких лет вражды. С другой стороны, Сергей и сам недавно обратился к братцу очень личной просьбой. И сейчас, с удивлением прислушавшись к себе, понял, что поможет без всякого внутреннего сопротивления. Во всяком случае, выслушает.

«Говори.» – хотел было уже потребовать он.

Однако Павел успел первым:

– Молчи-молчи, – хмыкнул наглый братец. – Мне много не надо. Всего лишь демонстрация флага.

Курсант и «гений» клана в аспекте Огня промолчал. Фантазии даже предположить, что именно задумал безумный братец, у него не хватало. А гадать не хотелось.

Пауза чуть затянулась.

– В общем, мне надо немножко мускулами поиграть, – по-простецки объявил Павел и, после едва уловимой паузы продолжил. – Думаю, пары «гениев» мне будет достаточно!

Сергей сел. Резко. Рывком.

В том, что брат не шутит, «гений» не сомневался. Слишком уж много он интересного в последнее время… исполнял.

– Убью, – пообещала скатившаяся с плеча черновласка.

В наряде Евы она смотрелась потрясающе. Вот только у Сергея как-то не получилось полюбоваться открывшимся видом.

– Прости-прости-прости, Марика Андреевна, – тем временем причитал динамик словно бы издалека голосом неугомонного братца.

Девушка, наградив злым, невыспавшимся взглядом своего парня, грациозно поднялась с кровати и направилось в сторону ванной. Вопли Павла она если и услышала, то близко к сердцу не восприняла.

– Говори, – удивляясь сам себе, вновь поднес к уху гаджет курсант.

Два «гения»! Он что, решил маленькую армию похоронить⁈ Откуда брат достанет второго высокорангового одаренного – думать не хотелось… Сергей сам с ходу затруднился бы даже имя назвать. Кланы такие данные обычно секретили наглухо. А чтоб он согласился еще и помочь…

«Организатор» сделал секундную паузу.

– Павел, – чуть севшим голосом протянул курсант. – Ты серьезно?

Понимание пришло гораздо раньше ответа брата. Да, серьезно. Нашел откуда-то «гения». Уговорил помочь. Теперь вот второго уламывает. Как девочку на «раз в неделю».

– Кто⁈ – не выдержал Сергей.

В ответ тишина. Кажется, кое-кто не собирался раскрывать все карты разом.

– Что⁈ – перефразировал он.

– Лед. – коротко ответил брат.

Курсант откинулся на подушку, все еще хранившую запах волос его девушки. Прислушавшись к аромату, он задал всего один вопрос:

– Силен?

– Равен тебе. Потенциально сильнее. Не обучен. Но несколько месяцев не вылезает с полигонов. Тренирует СИБ.

Сергей негромко застонал. Сколько всего в коротком и емком ответе. Павел раздобыл где-то одаренного невероятной силы. Да еще и с полярным аспектом. Судя по подробностям о тренировочном процессе (совсекретно, если что!), Павел имеет неплохой контакт с ним.

– Говори, – резко бросил, сжимая комм.

Это невероятная удача. Поработать силовыми полями с равным по мощи противником, провести несколько «мягких» спаррингов… Да хотя бы отработать защиту от полярного аспекта высокой мощности! Все это для развития самого Сергея будет примерно… бесценно! Даже час совместной тренировки с «гением» даст невероятно много!

– Павел… Ты понимаешь, что?..

– Понимаю, Серег, понимаю, – задорно хмыкнул «кайфоломщик».

– И? – не стал размазываться мыслью кадет.

– Десять часовых тренировок, – предложил брат.

Сергей затаил дыхание. За подобный куш пойти можно было на многое. Однако змей искуситель даже не думал останавливаться.

– С аналитикой от ВЦ СИБ.

«Все, купил.» – спокойно констатировал парень. Он и впрямь готов был на многое. Никакая тренировка близко не сравнится с анализом сильных и слабых сторон от лучших спецов империи. Это просто… невероятно!

– Мне страшно, – честно признался Сергей, покосившись в сторону ванной комнаты.

Оттуда доносился лишь плеск воды. Вряд ли Марика могла расслышать его слова. При ней курсант бы постеснялся признаться.

Динамик комма хохотнул голосом Павла.

Но его брату и впрямь было не по себе. За такую цену ЧТО предстоит отдать взамен⁈

В том плане он и поинтересовался.

– Поработай на меня, – спокойно ответил «мелкий засранец», отчего-то вдруг ставший очень даже «зубастым». – Одна операция.

Сергей подавился. От неожиданности. Кашель тут же скрутил его тело спазмом. Прийти в себя удалось не сразу.

– Паш, ты охренел⁈ – в совершенно несвойственной манере выдал курсант.

– А что такое? – тут же удивился собеседник столь естественно, словно просто предложил пивка отправиться попить.

Сергей задумался. В такие моменты стоит хотя бы попробовать пораскинуть мозгами самостоятельно. Благо брат не торопит. Однако через три минуты он капитулировал. Связных версий не было НИКАКИХ!

– Павел, – негромко принялся растолковывать «гений». – Не знаю, в курсе ли ты, но курсант СИБ – действующий военнослужащий. С первой формой допуска к гостайне.

– Да, – согласился неугомонный братец. – Этого недостаточно. Не волнуйся, в рамках операции тебе будет присвоен именной допуск.

«Чего⁈» – захотелось удивленно протянуть Сергею. Это куда там Павел ввязался, раз под него канцелярия именную форму готова подмахнуть⁈

Однако парень смолчал. Разве что мелькнула странная мысль: «А ЧТО отец знает о неожиданных возможностях брата⁈». «А знает ли⁈» – тут же следом за ней пронеслась вторая.

– Впечатляет, – спокойно заявил он, взяв себя в руки.

Звуки воды в ванной стихли. Марике Сергей лично доверял. Но посвящать в детали не собирался. Да та и сама бы вряд ли стала с замиранием сердца слушать подробности из серии «под грифом». Скорее бы сама леща отвесила. Чтобы не болтал много.

– Переходи к сути, – предложил Сергей.

Шутки шутками, а дело, похоже, действительно серьезное.

Павел спорить не стал. Ответил. Сухо. Четко. Без воды. И даже без своих вечных шуточек.

Вот только отчего курсанту с каждым словом брата все больше хотелось схватиться за голову⁈

– Меня посадят, – просто сообщил он. – Это трибунал.

Впрочем, секунду подумав, поправился:

– Нет, пуля в затылок.

Такое нарушение присяги в службе имперской безопасности каралось мгновенно. А с учетом уровня допуска даже на курсантской скамье, нередко именно вторым способом.

В комнату вошла Марика. Настороженный взгляд в сторону парня явно подсказывал, что пару последних фраз она услышала. И серьезный тон Волконского оценила.

– Не-а! – довольно откликнулся неугомонный братец.

– Павел, я не знаю, насколько ты осведомлен…

– У меня нет времени, – вздохнул тот. – Давай перефразируем вопрос. Если не было бы противоречий с позициями командования Академии и СИБ, ты бы согласился?

На оценку у Сергея ушла секунда.

– Без вопросов, – твердо ответил он.

– Это именно то, что я хотел услышать, – заверил Павел и дал отбой.

Несколько секунд Сергей сидел на кровати неподвижно.

– Все в порядке? – спросила негромко Марика, присев рядом.

– Ага, – твердо откликнулся Волконский, повалив его девушку на кровать.

Чтобы там не происходило, свободный день выпадал нечасто. Тем более, у обоих сразу. Использовать его стоило активно!

– Блин! – воскликнул Сергей поморщившись.

Наручный комм ударил его в запястье электрическим разрядом, оповещая о сообщении от Центра Академии.

Он перевел взгляд на экран, с удивлением обнаружив новую задачу с высшим приоритетом. Официальную.

– Но… Как⁈ – только и выдал он.

Оформить тот… беспредел, что задумал брат, официальным боевым приказом! Да это просто… невозможно!

– Сколько⁈ – отвлек его едва ли не обреченный возглас Орловой.

– Час, – выдохнул Сергей, пробежавшись глазами по тексту. – Я…

Договорить он не успел. Крепкие пальчики схватили его за плечи, буквально заваливая на кровать. Времени оставалось мало. Марика не собиралась его терять!

* * *

– Господин, я не знал!..

Полный панки крик души Коршунова показался Алексею слаще райской музыки.

– Теперь и помереть не жалко, – с развязной веселостью обреченного сообщил миру он.

Мир не отреагировал. Потому что кроме «пиджаков» его никто не услышал. Разве что уголок губы старшего гвардейца едва заметно дернулся. Но ведь это нервное, верно? Не может же боец Алексеевых одобрительно хмыкнуть!

– Пошел вон! – величественно взмахнул рукой клановец.

Коршунов согнулся так глубоко, что едва ли не на корячках «отполз» в сторону, а после и вовсе покинул коридор.

Григорий Алексеев, избавившись от лишнего, подошел к Тюфякину. Гвардейцы тут же подобрались, готовые перехватить любую безрассудную попытку свести счеты.

Кланяться директор не стал. Вот еще. Не на приеме. Гнуть шею перед врагом мужчина не желал.

Клановец не настаивал. Просто рассматривал пленника абсолютно бездушным взглядом.

– Стоило оно того? – ровно произнес клановец.

Ни злобы, ни раздражения… И вот ЭТО выглядит страшнее самого отчаянного крика.

– Как знать! – оскалился поймавший кураж Алексей.

И вновь длинная пауза.

– На что рассчитывал? – все также спокойно поинтересовался Григорий Романович.

– Ха! – откровенно усмехнулся Тюфякин.

Ну кто ж все карты раскрывает заранее! Тем более, не вышло еще контрольное время эвакуации Семьи.

– Интересно, – сухо произнес клановец, рассматривая директора с исследовательским любопытством ученого, обнаружившего новый вид букашек.

Даже тон его звучал так, будто он скорее говорил сам с собой, чем с присутствующими.

Алексей пожал плечами. Простое движение заставило охранников качнуться к нему… и тут же «откатиться» волной прибоя на исходные. Нападать на их сюзерена никто не собирался.

– Ты умрешь, – спокойно констатировал Алексеев наконец.

Директор хмыкнул. А то он ожидал прощения после такого щелчка по носу целому клану! «Небожители» просто ОБЯЗАНЫ ответить на оплеуху. Хотя бы для того, чтобы никому и в голову не пришла мысль, что с ними можно поступать таким образом.

– Все мы где-нибудь да как-нибудь!.. – негромко рассмеялся Тюфякин чуть безумным смехом уже вставшего на эшафот приговоренного.

А чего ему еще бояться⁈ Нет, усугублять ситуацию «на публике» не стоило. Просто затем, чтобы Алексеевы не принялись мстить всей Семье… более чем собирались. Но вот тет-а-тет, почему бы и нет⁈

Когда еще выпадет такая гастроль… последняя.

– Игнатьев, исполни, – негромко приказал Григорий Романович, не отрывая взгляда от лица директора.

Алексея тут же «приняли» синхронно шагнувшие вперед «пиджаки». Старший же из них склонился в поклоне:

– Так есть, господин.

– Эй, – негромко выдохнул Тюфякин.

Недостаточно громко, чтобы услышал кто-то еще, но вот уже отвернувшийся клановец остановился.

– Один вопрос.

Алексеев обернулся. Традиция последнего желания – штштука живучая. В отличие от тех, кто их загадывает. Прижилась она и в клановой среде.

– Зачем?

Компания Тюфякиных-Коршуновых прибыли приносила. И неплохую! Но разве ж это стоит… того⁈ По меркам Григория Романовича подобное – капля в море. Уникальные технологии, выходы на новые рынки, логистические маршруты… да не было всего этого. Так ради чего же целый клановец соизволил снизойти с высоты своих этажей до простых смертных?

Несколько секунд Алексеев рассматривал живого еще покойника.

– Система управления, – наконец сообщил он.

Не ради директора. Репутация среди гвардейцев тоже важна. В конце концов, именно им первым предстоит принять на себя возможный удар. Так пусть видят, что сюзерен способен на каплю благородства.

– Система. Управления, – четко и раздельно произнес Алексей, словно бы пробуя слова на вкус.

Покатав их на языке, он сплюнул, уже никого не стесняясь и… рассмеялся!

Клановец остановился, рассматривая искренне веселящегося молодого мужчину. А на того все «накатывало». Волнами. Хохота.

– Это… А-а-а-а… Кор… Коршунов пообещал?.. Ха!.. Вам⁈ – сквозь смех выдавил он.

Теперь стал ясен мотив. Помнится, империя, тогда разобщенная, но все еще мощная, лет четыреста назад купила несколько вертолетоносцев у французов только для того, чтобы изучить боевую управляющую систему. Забавен факт, что контрагенты отчего-то решили ввести санкции и в последний момент остановить сделку, запретив продажу боевых кораблей… уже после передачи документации по БУС! Да еще и неустойку по неисполненному контракту выплатили…

Клановец обернулся. Что-то в словах приговоренного заставило его остановиться.

– Говори, – негромко потребовал он.

– «А мне костер не страшен! Пускай со мной умрет моя святая тайна. Мой вересковый мед.» – со слегка безумной улыбкой продекламировал древние строки любимого стихотворения директор.

– Уверен? – едва ли на миллиметр приподнял бровь Григорий Романович.

Алексей не ответил. Ему вдруг резко стало безразлично происходящее. А еще очень-очень смешно. И да, он понимал, что совсем скоро станет страшно. Но это будет потом. Пока же психика не выдержала напряжения и рухнула в штопор защитных реакций.

– Что ж, – кивнул своим мыслям клановец и глянул на безумно дорогие механические часы, какими вот уже почти тысячелетие славилась одна маленькая горная страна. – Заприте его. А с тобой, Алексей Владимирович, мы поговорим через час.

Холодный тон подстегнул мозг Тюфякина. «Неужели мои не успели⁈» – мелькнула едва ли не паническая мысль. Да, самому клановцу «руки марать» было бы зазорно. Но институт наемников никто не отменял.

Алексеев позволил себе улыбнуться. Уголки губ его разошлись на какие-то миллиметры… Но этого хватило, чтобы директора пробила нервная дрожь. Если семья не успела эвакуироваться…

В коридоре раздался звук быстрых шагов.

Еще один «пиджак», но куда более презентабельный, чем схватившие Тюфякина гвардейцы, едва ли, не срываясь на бег, подошел к сюзерену. В глазах его читалось столько недоумения, что даже Григорий Романович сподобился на немыслимое – едва заметно нахмурился.

– Что такое, Прохор? – в голосе клановца промелькнуло недовольство.