355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Антон Кротков » Выжить! В ледяном плену (СИ) » Текст книги (страница 2)
Выжить! В ледяном плену (СИ)
  • Текст добавлен: 7 октября 2016, 14:56

Текст книги "Выжить! В ледяном плену (СИ)"


Автор книги: Антон Кротков



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Стоило Пабло отвернуться, как Роберто быстро двумя руками ухватился за обломок металлической трубы и изо всех сил дёрнул его на себя. Пабло вскрикнул от неожиданной боли и повернул удивлённое лицо к Ганессо. Роберто с растерянной улыбкой продемонстрировал ему извлечённый штырь.

– Прости, приятель. Но на войне, как на войне – нет времени на уговоры. Сейчас я обработаю и перевяжу твою рану…

*

Макс Фалько очень спешил. Несколько раз он довольно рискованно выезжал на встречную полосу, чтобы обогнать очередной еле плетущийся впереди грузовик или видавший виды автобус с крестьянами. И каждый раз из-за поворота горной дороги прямо в лоб «Опелю» Макса мог выскочить встречный автомобиль. Но игра того стоила. Впереди 27-летнего профессионального игрока ждал заветный банк, который он не далее, чем в ближайшие сутки намеревался сорвать. Вспомнив, как ловко он провёл завершающий этап давно задуманной им комбинации по отъёму чужого бизнеса, красивый мужчина за рулём «Рекорд-Олимпии» обнажил в жёсткой улыбке свои прекрасные белые зубы. «Ах, женщины, женщины! Даже самые красивые и умные из вас становятся наивными дурами в руках опытного специалиста!». Макс не мог не отдать себе должное, вспоминая, как ловко он в течение последних шести недель задуривал голову жене известного судовладельца. Уж чего-чего, а разыгрывать из себя страстного ухажёра Фалько умел. В этой жизни у него были две страсти – карты и красивые женщины. И если опыт знатока покера не имел иного применения, кроме как за зелёным сукном игрового стола, то талант Дон Жуана позволял Максу не только тешить собственное сластолюбие, но и постоянно находить деньги на оплату карточных долгов, а также многочисленных счетов, регулярно присылаемых ему владельцами дорогих магазинов модной одежды, ресторанов, автосалонов.

А вообще с некоторых пор Макс пришёл к убеждению, что именно карты во многом помогают ему мастерски подчинять своей воле самых расчётливых и холодных красоток. Ведь, как известно, в жизни трудно преуспеть, не умея менять ролевые маски и без понимания, почему люди в каких-то важных ситуациях поступают именно так, а не как-нибудь иначе. Опытный игрок в покер со временем обязательно становится хорошим практическим психологом. Дело в том, что для того, чтобы ваши игровые блефы регулярно удавались, просто необходимо уметь правдоподобно изображать разные эмоциональные состояния, так чтобы противники верили в то, что вы имеете на руках просто потрясающую карточную комбинацию или, напротив, находитесь в тяжелейшем положении. Предательский блеск в глазах, нервное постукивание пальцами по поверхности стола, скрещенные в нервный «замок» ноги – всё обязательно будет взято на заметку и расшифровано мастером.

На самом деле покер во многом близок к шахматам, в том смысле, что для серьёзных достижений в этих играх требуется обладать аналитическим складом ума. А ещё покер преподают в некоторых бизнес-школах, как идеальную тренинговую программу для будущих менеджеров.

Впрочем, Макс с некоторых пор был благодарен покеру и некоторым другим профессионально практикуемым им карточным играм за другое – за понимание людей, обретённое за игровым столом. Это помогало Фалько соблазнять самых недоступных женщин и потрошить их банковские счета.

«Вот-вот» – мысленно соглашаясь с собственными мыслями слегка покачал мужественным подбородком Макс. С иронией охотника, разглядывающего только что подстреленную им львицу, он вспомнил, какой недоступной миссис миллионерша выглядела в первые часы их знакомства. Но Макс сразу почувствовал, что понравился ей. Это было понятно по её мгновенному оценивающему взгляду, и тому, как дама сразу постаралась принять наиболее выигрышную позу, чтобы этот мужчина смог по достоинству оценить её упругое тело.

Макс тоже был не прочь немного поиграть с незнакомкой в любовь. Нет, конечно же, его впечатлила не её силиконовая грудь и довольно хорошая для сорокалетней женщины фигура. Из чистой любви к искусству секса Макс предпочитал женщин до 25-ти лет. Красивые молодые женщины были непременными его спутницами в игровых клубах и казино, ибо привлекали внимание потенциальных «лохов» и одновременно отвлекали их в решающие моменты игры.

Но в данном случае его заинтересовало нечто совсем другое. Макса с первых же секунд очаровали крупные бриллианты в колье незнакомки, от которых он просто не мог оторвать взгляд. Но дамочка решила, что пылающий взор молодого мачо прикован к её пышным грудям, сжатым тесным декольте. Она тут же эффектно развернулась на каблучках, и, изображая полное равнодушие, направилась к одному из столов для игры в рулетку. При этом леди очень сексуально покачивала бёдрами, демонстрировала обнажённую, чуть ли не до самого копчика спину, и обтянутые тонкой тканью платья упругие тренированные ягодицы. Она явно затеяла с незнакомым привлекательным мужчиной древнюю, как мир игру в обольщение. Макс тоже с удовольствием начал играть свою партию. Именно ради таких встреч Фалько и посещал это казино. Рядом с заведением размещалось здание делового центра, где часто проходили разные мероприятия с участием бизнес-элиты страны. В то время как лидеры уругвайской экономики в конференц-зале договаривались о взаимодействии с парламентариями и правительством, или тет-а-тет обговаривали за столиками многочисленных ресторанчиков условия очередного контракта с деловыми партнёрами, их жёны проводили время в шикарных залах, где можно было не только сделать ставку в рулетку, но и заказать любую еду и напитки.

Профессиональных игроков сюда не допускала служба безопасности, чтобы они не обыгрывали VIP-клиентов. Но для Макса было сделано исключение, ибо, знакомясь в этом казино с жёнами богатейших мужчин страны, он потом частенько приводил их сюда же, но уже в качестве собственных любовниц.

В следующий час Максу пришлось разыграть небольшой спектакль. Он специально делал ставки за тем же столом, что и заинтересовавшая его женщина. При этом Фалько постоянно демонстративно проигрывал, с каждым разом всё больше изображая на своём лице, якобы, охватывающее его чувство отчаяния. За всё это время Макс не бросил ни единого взгляда на свой объект. Но он чувствовал, что бриллиантовая цыпочка с острым любопытством дилетанта следит за тем, как молодой красавец гибнет в омуте азарта. Скорее всего, эта дамочка по молодости начиталась Бальзака и других писателей-романтиков, многократно в ярких красках описывавших подобные истории, и теперь с нетерпением ожидала момента, когда красавчик спустит в рулетку последние деньги, и отправиться бросаться вниз головой с ближайшего моста. Но неожиданно он сам подошёл к ней. Скромно опустив глаза, Макс попросил:

– Простите меня за дерзость. Но мне сегодня фатально не везёт, и я хочу, чтобы эти последние фишки в сто долларов вы поставили за меня. Если фортуна не улыбнётся женщине с таким прекрасным благородным лицом, то, значит, она не стоит того, чтобы добиваться её расположения.

Дама страшно смутилась, но не отказала Максу. Более того, когда последние фишки обратившегося к ней молодого человека всё же были проиграны, она предложила Максу не слишком расстраиваться:

– Вам не надо было сегодня играть. Просто это не ваш день. Лучше проводите меня на второй этаж в ресторан. Вы расскажите мне про казино и таким образом отвлечётесь от грустных мыслей.

– Простите, я бы с удовольствием – натурально краснея, замялся молодой мужчина, – но, к сожалению, я проиграл все деньги до последнего песо.

– Считайте, что я плачу вам за консультацию – утешила Фалько дама. – Я впервые здесь. Вообще-то мой муж частенько посещает подобные заведения, но мне рулетка всегда казалась чем-то ужасно скучным. Но сегодня мне просто некуда было пойти. Впрочем, теперь я даже рада, что заглянула сюда.

Впереди на дороге появилось какое-то скопление машин и людей. Макс стал притормаживать. Теперь Фалько уже различал многочисленные мундиры дорожной полиции. Там явно случилось что-то серьёзное. Часть и без того узкой дороги была перегорожена ярко-оранжевыми пирамидками специального ограждения. Регулировщик в белой каске энергично приказывал подъезжающим автомобилям брать левее. Макс смачно выругался. Едущим в его направлении машинам приходилось, выстроившись друг за другом в длинную цепочку, с черепашьей скоростью объезжать по встречной полосе огороженный участок дороги. А встречные автомобили недовольно сигналили и норовили вытеснить вторгнувшиеся на их территорию машины обратно на их полосу. Некоторое время Фалько был занят только тем, что уворачивался из-под колёс движущихся прямо на него грузовиков. Но вскоре Макс увидел, как двое санитаров поднимают с залитого кровью и моторным маслом асфальта чьё-то уже завернутое в чёрный целлофан тело. А потом он увидел… себя. Точнее так ему показалось в первое мгновение. У этого человека тоже были чёрные, как смоль волосы и скуластое лицо с чёткими правильными мужскими чертами. Спасатели, пытающиеся извлечь зажатого в машине водителя, уже срезали крышу автомобиля, так что пострадавший в аварии хозяин точно такого же «Опеля-Олимпии» сидел за рулём своей разбитой машины, словно живой. И если бы не его абсолютно неподвижная поза и белое, словно бумага лицо, было бы невозможно догадаться, что рискованный выход на встречную полосу стоил этому игроку жизни.

«Фу ты чёрт, и померещиться же такое!». Макс почувствовал, как у него мурашки пробежали по позвоночнику. Чтобы отвлечься от неприятного видения Фалько представил, как будет выглядеть контракт с парнями из юридической конторы «Гонсалес Хунта и партнёры», которые превратят его в хозяина одного из крупнейших в Латинской Америке танкерного флота, владельца собственных причалов, портовых терминалов, нефтеперерабатывающих заводов и прочих активов.

Вообще-то люди, к которым он ехал только именовались юристами. На самом деле они были настоящими экономическими пиратами. Даже наименование фирмы «адвокатское бюро» было всего лишь прикрытием для осиного гнезда «чёрных рейдеров». Имея на руках достаточное количество козырей, они могли взять на абордаж любой бизнес. Позавчера любовница Макса передала ему такие козыри в виде набора долговых обязательств своего супруга и прочих компрометирующих уважаемого бизнесмена документов. Так что теперь перехват процветающего бизнеса был делом нескольких дней. Влюблённая, словно кошка, любовница Фалько выкрала этот компромат из секретного сейфа, что был вмонтирован в стену за полотном Рембрандта в кабинете её мужа. Сейчас ничего не подозревающий бизнесмен находился в командировке в Австралии и собирался прилететь домой через четыре дня. К его возвращению компания на 98% должна была перейти под контроль Макса и его компаньонов из рейдерской фирмы. При этом вместо абордажных сабель и кремниевых пистолетов эпохи флибустьеров Карибского моря господа-юристы собирались использовать в качестве боевого арсенала хитроумные механизмы принятия нужных судебных решений, помощь давно купленных ими чиновников и крупных политиков.

Впрочем, в случае необходимости наготове у организаторов рейдерского захвата всегда находилась команда крепких профессиональных штурмовиков, готовых в любой момент занять необходимые объекты и «вынести» оттуда прежний менеджмент вместе с местной охраной. Да, это было жестоко. Но разве крупные состояния делаются по-другому? Особенно в Латинской Америке, где закон традиционно всегда был и остаётся на стороне сильнейшего. А Макс Фалько всегда мечтал стать очень богатым и влиятельным дельцом. Иногда ему казалось, что на пути к этой цели он способен даже убить того, кто встал бы у него на пути, и хладнокровно переступить через труп врага. Не даром же Макса ещё в детстве за мстительный и вспыльчивый нрав прозвали «бесноватым мексиканцем». Род его отца и вправду шёл из мексиканских прерий. Однажды брат отца даже проговорился племяннику, что его прадед был подручным знаменитого бандита Панчо Вилья.

До города оставалась всего тридцать километров. Но после жуткого зрелища катастрофы Макс решил больше не рисковать и позволить себе короткий отдых. Тем более что предыдущую ночь Фалько не спал – надо было отблагодарить женщину, которая так трогательно доверилась ему.

Он остановил машину на смотровой площадке, с которой открывался прекрасный вид на океан. Свежий морской ветер и несколько минут полного бездействия, – это было именно то, что требовалось молодому организму, чтобы быстро подзарядить подсевшие энергетические аккумуляторы.

Макс вышел из машины, с наслаждением потянулся, чувствуя, как оживают его затёкшие от долгого пребывания за рулём мускулы. Когда чуть более часа назад он обнажённый поднялся из постели, чтобы ехать в Монтевидео, оставшаяся лежать любовница восторженно воскликнула: «Ты сложен, как молодой бог! – и тут же потребовала: – Я хочу тебя снова. Предупреждаю, если ты сейчас же не вернёшься в постель, я передумаю отдавать тебе документы. В конце концов, я должна быть уверена, что сделала верный выбор, поменяв седую мошонку мужа на молодые бычьи яйца…».

Именно из-за потраченных на ненасытную хозяйку загородного имения двадцати незапланированных минут Макс так рискованно гнал по горному серпантину. Но теперь он уже ни за что не опоздает на самую главную в своей жизни встречу. Ведь такой шанс, какой представился ему, выпадает только один раз в жизни.

Внезапно приятная мелодия, звучащая из автомобильного радиоприёмника прервалась на экстренное новостное сообщение. Взволнованным голосом диктор стал рассказывать о пропавшем над Андами пассажирском самолёте с гражданами Уругвая на борту. Ещё даже не зная, о каком самолёте идёт речь, Фалько почувствовал, что беда случилась с его младшим братом. Вскоре голос из радиоприёмника подтвердил страшную догадку, назвав номер рейса. Макс был потрясён. Из-за своей любовно-коммерческой махинации он даже не поехал сегодня утром в аэропорт проводить братишку. А ведь Рафаэль был его семьёй, единственным по-настоящему близким человеком. Впервые после гибели их родителей Макс вновь пережил острое ощущение полнейшего отчаяния. Он вдруг снова, как много лет назад, почувствовал себя маленьким мальчиком, которому сердобольные родственники после долгих месяцев обмана, наконец, рассказали правду, что его отец и мать пропали на своей крошечной яхте где-то в океане. Именно так всё и произошло 18 лет назад, когда Макс остался в этом огромном враждебном мире только вдвоём с младшим братом. Да, родня пропавших без вести родителей старалась заботиться о сиротах, как о собственных детях. Но для того, чтобы полноценно заменить маленьким людям отца и мать мало оплачивать их учёбу в престижной школе и регулярно покупать дорогие игрушки. Тут необходим дар особого рода, которого у приёмных родителей не оказалось. Поэтому с детства не было для Макса человека ближе, чем Рафаэль. Ради младшего братишки Макс был готов, не задумываясь, сорваться из-за игрового стола в минуту самого счастливого везения, покинуть страстно желаемую женщину за секунду до её полной капитуляции перед его чарами. Одним словом, не было чего-то в этой жизни такого, что перевесило бы в его глазах заботу о младшем Фалько, так похожим лицом на их мать.

Макс бросился к машине. И если несколько минут назад он выходил из неё вальяжным циником, заботящимся только о собственных интересах, то теперь за руль автомобиля садился совсем другой человек, готовый на всё ради спасения самого близкого человека.

Владельцы адвокатского бюро «Гонсалес Хунта и партнёры» были поражены неожиданным предложением, которое сделал им организатор самой выгодной в истории их компании сделки. А они то были уверены, что имеют дело с жёстким типом, который будет диктовать свои условия и упорно бороться за каждый цент. Эти люди даже не догадывались, почему молодой хищник не смог дожевать принадлежащий ему по праву жирный кусок добычи. Непонимание тайных мотивов союзника по захвату немало обеспокоило рейдеров.

– К сожалению, мы не можем по стоящей цене выкупить вашу долю активов до тех пор, пока вся корпоративная собственность поглощаемой компании не перейдёт под наш совместный контроль – вкрадчивым вежливым тоном пояснил Фалько один из совладельцев юридической компании. – Поймите, поглощение такой компании, как «Орико» сравнимо по масштабам с грандиозной высадкой союзников в Нормандии в 1944 году. Нам предстоит долгая работа с крупнейшими акционерами и не одна судебная тяжба с бывшим хозяином бизнеса, который вряд ли отдаст своё добро без боя.

– И когда же я получу свою долю? – нетерпеливо поинтересовался Макс.

– В лучшем случае через полгода, а то и через год.

– Хорошо, сколько вы сможете дать мне прямо сейчас за то, чтобы я совсем отказался от своего интереса в этом деле?

Собеседник Фалько извинился и вместе с двумя другими совладельцами компании вышел в другую комнату для короткого совещания с глазу на глаз. Вернувшись, он объявил:

– Я и мои деловые партнёры готовы выплатить вам немедленно три процента, и то только из нашего уважения к проявленной вами в этом деле феноменальной ловкости.

Когда Фалько ушёл, один из трёх совладельцев рейдерской фирмы сказал своим компаньонам, кивая на дверь:

– Страшный человек. Вы видели его глаза? Это же глаза маньяка. У меня такое ощущение, что если бы мы не дали ему денег, он бы перерезал всем нам глотки вот этим, вроде бы совершенно невинным ножичком для резки бумаги, и выгреб содержимое офисного сейфа.

– Не преувеличивай, Родриго – возразил товарищу самый молодой из троицы.– Я его знаю. Он действительно маньяк, но только по женщинам, да и то до расчленённых трупов дело никогда не доходило. Красавчика интересуют женские прелести и деньги, которые он, надо отдать ему должное, очень ловко вытрясает из своих богатеньких подружек. А ещё он один из лучших карточных игроков страны.

– Какой же он игрок, если так бездарно отдал нам партию с этой компанией?! Ведь в этом деле у него на руках были все козыри.

– Да откуда нам знать, что у него за интерес. Чужая душа – потёмки – подытожил разговор седой член управляющего компанией триумвирата.

На следующее утро популярная газета «El Pais» вышла с набранным крупным шрифтом на второй полосе частным объявлением, в котором родственник одного из пассажиров пропавшего над Андами самолёта учреждал фантастически огромный денежный приз тому, кто первым обнаружит упавший лайнер.

*

Рой опомнился только тогда, когда его догнал Чезе Чарруа. Они стояли по пояс в снегу в нескольких десятках метрах от самолёта, и Бобби, словно пьяного, тряс приятеля за плечи.

– Да очнись же ты!

Оказалось, что как только самолёт остановился, находящийся в состоянии сильнейшего шока Рой выскочил из него и бросился наутёк. Кто знает, как далеко бы он убежал, если бы его не догнал Чарруа.

Покурив, оба парня вернулись к самолёту. Сделать это было очень не просто, ибо приходилось идти по глубокому снегу. И молодые мужчины немало удивлялись тому, как одному из них удалось всего за несколько минут убежать по снежной целине так далеко. Кроме того, здесь вдали от укрытия, в качестве которого уцелевшим пассажирам служил фюзеляж разбившегося самолёта, было ужасно холодно. Все они были в лёгких костюмах, ибо в аэропорту вылета температура была плюс 20 градусов, да и в столице Чили должно было быть примерно столько же. Не удивительно, что вскоре мороз пробрал мужчин до костей.

Возле пилотской кабины они остановились. Нос самолёта глубоко зарылся в сугроб, но боковое стекло было лишь слегка припорошено снежной крошкой. Заглянув в него, мужчины увидели сильно обезображенное тело правого пилота. Лицо его напарника было мертвенно-бледным и залито кровью. Но словно почувствовав на себе взгляд, человек за штурвалом с трудом разлепил ресницы своих глаз. Его губы дрогнули. Затем он с усилием что-то сказал, но за толстыми стёклами нельзя было разобрать слов пилота. Снаружи попасть в кабину тоже было нельзя. Поэтому Рою и Чезе пришлось долго по глубокому снегу пробираться вдоль длинного ряда иллюминаторов до естественного входа в фюзеляж, образовавшегося на том месте, где когда-то был хвостовой стабилизатор самолёта.

На пороге пилотской кабины они появились вместе с Роберто Ганессо. В сторону погибшего второго лётчика они старались даже не смотреть. Ещё живой его напарник едва слышным шёпотом попросил воды. Ему принесли немного снега. Ганессо осторожно смочил окровавленные губы авиатора. Было видно, что при ударе самолёта о снежную стену тяжёлый штурвал размозжил пилоту грудь. Каждое слово давалось несчастному с огромным трудом, ибо даже обычное дыхание было пыткой для человека, чьи лёгкие были в нескольких местах пробиты сломанными рёбрами. И, тем не менее, перед смертью командир корабля спешил оправдаться перед теми, чьи жизни он не уберёг. Превозмогая боль, он пытался что-то сказать про ошибку в навигации и технические проблемы с машиной. Но видеть его мучения было невыносимо, и Роберто осторожно коснувшись плеча пилота, остановил исповедь.

– Послушайте, никто не сомневается, что вы выполнили свой долг. Мы хотим знать, как настроить рацию и связаться со спасателями.

– Частота Сантьяго 11300. Мы должны находиться примерно в 250 километрах от посадочной полосы – с долгими паузами ответил пилот. Затем он стащил со своей головы телефоны радиосвязи и протянул их Роберто.

В наушниках было абсолютно тихо – бортовая радиостанция не работала.

Между тем пилоту становилось всё хуже, и он попросил принести из соседнего отсека его сумку.

– Что там?

– Пистолет.

Роберто отвёл взгляд от умоляющих о последней милости глаз пилота.

– Простите, но мы не можем этого сделать – поспешил ответить за всех Рой.

Они вышли из пилотской кабины и закрыли за собой металлическую дверь.

– А я бы позволил этому человеку самому себе помочь – неожиданно для всех жёстко заявил Чезе Чарруа. – В конце концов, у каждого должно быть право прекратить свою жизнь, если надежды больше нет. Посмотрите на небо. Облака висят на высоте не выше ста метров над землёй, и опять пошёл густой снег. Лётчик и так не доживёт до того момента, когда сюда смогут прибыть спасатели. Зачем мучиться, если есть возможность умереть быстро и достойно.

– Как ты можешь говорить такое?! – словно не узнавая друга, воскликнул Рой.

Все в их команде знали, что Чезе жёсткий парень, живущий по своим малопонятным для других принципам. В их компании богатых молодых людей из хороших семей Чарруа всегда был белой вороной, точнее «чёрным орлом». Так официально звучало имя Чезе в его родном племени Чарруа (все мужчины их племени носили такую фамилию). Внешне он выглядел так: невысокий и худой, горбоносый и смуглолицый. Обычно в странах Латинской Америки удел людей с грубыми смуглыми лицами крестьян и индейцев обслуживать обладателей более светлой кожи – потомков испанских и португальских колонизаторов. Так что Чарруа был совсем другим. Уже на первом курсе он разительно отличался от своих шумных и легкомысленных товарищей: всегда собранный и серьёзный, с широкими скулами и узкими глазами индейского воина. Отец Чезе был индейцем по происхождению. Долгие годы он проработал садовником в принадлежащем университету парке. За 25-летнюю беспорочную службу руководства элитного учебного заведения выделило для его сына бесплатную стипендию, чтобы парень смог первым в роду Чарруа выучиться на инженера. Но больше чем в учёбе молодой индеец преуспел в спорте, особенно в регби. Это была его стихия – спорт похожий на войну. Очень часто после его стремительных проходов к воротам соперника игроки неприятельской команды получали синяки, вывихи, а то и переломы. Но тот, кто собирался бросить оскорбление слишком агрессивному нападающему, сразу терял охоту это делать, едва встретившись взглядом с индейскими глазами «Чёрного орла». Как раз сейчас в этих узких глазах читалось первобытное понимание великого понятия «смерть».

– Позвольте этому человеку умереть, как он этого хочет – веско повторил Чезе.

– А ты что молчишь, Роберто? Да, скажи ты, наконец, этому дикарю, что мы не можем жить по законам его племени! – взмолился Рой, обращаясь к Ганессо. Но Роберто неожиданно для себя не был готов дать быстрый ответ. Ситуация с умирающем Алексом и теперь с этим пилотом всколыхнули в его душе болезненное воспоминание, которое уже несколько лет отравляло ему жизнь. Это случилось четыре года назад. В тот день он вместе с братом поехал на день рождения к одной знакомой девушке. Вечер удался на славу, братья хорошо выпили в честь новорожденной. Под конец вечеринки Роберто хотел заказать такси, чтобы на нём вернуться домой. Но брат настоял, чтобы они ехали обратно на отцовской машине. На следующий день возвращались из отпуска их родители и семейный «Бьюик» должен был стоять в гараже.

За рулём был брат Роберто. Спьяну его потянуло на подвиги, и он постоянно гнал машину на бешеной скорости, лишь слегка притормаживая на крутых поворотах. В какой-то момент они увидели впереди девушку на велосипеде. Она ехала по краю шоссе. Брат Роберто решил позабавиться и слегка напугать девчонку, проехав на скорости свыше ста пятидесяти километров в час вплотную к ней. Но нетрезвый лихач не рассчитал свой манёвр, так что «Бьюик» своим правым крылом буквально снес велосипедистку в придорожный кювет. Когда, спустя несколько минут, они осматривали пострадавшую, девушка ещё дышала, но по её закатившимся зрачкам и слабеющему пульсу было не сложно понять, что в самое ближайшее время душа несчастной покинет тело. Височные кости её черепа были глубоко вдавлены в мозг, правая рука неестественно вывихнута. Своей позой она напоминала сломанную куклу. Конечно, по всем законам морали они должны были немедленно отвезти пострадавшую в больницу, но страх оказаться в тюрьме железной хваткой взял их за горло. И братья уехали, бросив сбитую ими девушку умирать на дороге. С тех пор Роберто жил с постоянным ощущением вины, которое не давало ему покоя. Он и специальность хирурга выбрал только для того, чтобы избавиться от этой занозы у себя в мозгу. Ганессо очень надеялся, что, отвоёвывая у смерти людские жизни, он вернёт себе душевный покой.

Очнувшись от своих мыслей, Роберто без колебаний возразил Чарруа

– Я против. Может быть спасательный вертолёт будет здесь всего через несколько часов и лётчика ещё можно будет спасти. Мы не должны брать на себя роль Бога, решающего, кому пришло время умереть, а кому – нет.

*

Его беспомощное, накрытое простынёй тело куда-то торопливо везли длинным полутёмным коридором. Сталь каталки обжигала холодом обнажённую кожу спины. Он не видел лиц сопровождающих его людей, только их тени на пробегающей мимо белокафельной ленте стены. Но испытывал к ним острое чувство благодарности, ибо был уверен, что его торопятся доставить в операционную, чтобы спасти. «Значит, „мотор“ всё-таки отказал! Странно, ведь смешной доктор обещал мне… Интересно, когда это случилось и почему я ничего не помню?». И тут же в его голову пришёл естественный ответ: «Ну, конечно же! Сердце остановилось внезапно, и в ту же секунду я отключился. Точно также гаснет экран телевизора, если внезапно выдернуть штепсель из сети. Причём потерять сознание я мог когда угодно, и где угодно. Например, заказывая себе пиццу в итальянском кафе через улицу от своего дома. И всё же, почему это случилось со мной, ведь смешной доктор дал мне гарантию?!».

Не смотря на весь трагизм положения, его утешала мысль о том, что, судя по всему, окружающие люди быстро разобрались в ситуации и вызвали скорую помощь. Через несколько минут его должны были подключить к специальной аппаратуре, после чего запустить сломавшийся «мотор».

И вдруг страшная догадка буквально парализовала сознание: его тело было накрыто простынёй целиком, включая голову. Обычно так поступают только с покойниками. Значит, его нашли где-то на улице, лежащим без сознания, и привезли в госпиталь слишком поздно. И здесь, пока врачи с ним разбирались, он умер. «Господи, почему это случилось сейчас, когда все страхи, казалось, навсегда остались в прошлом! Значит, смешной доктор всё-таки обманул меня! Но почему?! Ведь я никогда не позволял себе прогибаться под враждебными обстоятельствами!».

Нандо Чаввадо почувствовал, как слёзы острой жалости к себе катятся по его щекам. Он никогда не позволял себе плакать, но сейчас это происходило помимо его воли. В этот момент Нандо вдруг услышал приглушённые голоса, идущие откуда-то сверху.

– Послушай, говорю тебе, там кто-то есть. Надо поднять эти кресла и проверить.

– Вот ты этим и займись, а мне некогда искать трупы, мне и живых раненных хватает.

Вначале Нандо решил, что слышит ангелов, но потом узнал голоса капитана их регбийной команды Антонио Переза и Сербино Аранцо.

Вскоре те перестали препираться и общими усилиями подняли несколько тяжёлых кресел, под которыми лежал Чаввадо.

– Парни, здесь Нандо!

– Он умер?

– Не знаю.

– Может, это и к лучшему, бедняга, хотя бы не узнает, что его сестра и мать сильно поломались при падении самолёта.

– Да нет же, он жив. Смотрите, у него слеза на щеке!

Нандо с трудом возвращался к жизни. Страшные слова о тяжелораненых сестре и матери прошли мимо его сознания, поэтому Нандо продолжал по инерции мыслить только что пережитыми в бессознательном состоянии образами, тревожно прислушиваясь к ощущениям в груди. Дело в том, что Нандо родился с тяжёлым пороком сердца. До тринадцати лет доктора регулярно – несколько раз в год с прискорбным видом сообщали его отцу и матери, что при хорошем уходе их сыну осталось жить от силы три месяца. Но каждый раз отмеренный ему срок продлевался ещё на три месяца, и так год за годом. В конце концов, родители Нандо превратились в настоящих параноиков, болезненно пекущихся о здоровье своего хилого чада. Мальчика постоянно оберегали от любых инфекций, физических нагрузок и отрицательных эмоций. Нандо рос настоящим тепличным растением. Такая пытка продолжалась до тех пор, пока ему не исполнилось тринадцать лет. В этот год его родители получили крупный кредит в банке и сумели оплатить сыну очень дорогостоящую операцию на сердце в южноафриканской клинике у самого известного в мире специалиста в этой области. Операция была сделана на столь высоком уровне, что пациент сразу был избавлен от приёма специальных препаратов, всевозможных ограничений по нагрузке и питанию и от регулярных визитов к врачу. Фактически хирург сумел чудесным образом превратить инвалида в совершенно здорового человека. А ведь в других клиниках мира прооперированные люди были вынуждены годами принимать лекарства, помогающие сердцу, но «сажающие» их печень и почки. Они должны были постоянно наблюдаться у специалиста, то есть фактически ощущать себя физически неполноценными людьми.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю