Текст книги "Последний Страж. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Антон Кун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава 17

– Можно просто Иван, – предложил парень.

– Ну а я просто Виктор, не князь, не граф и даже не барон. Я обычный проводник в Складки, – представился я.

– Ух, ты! Всегда мечтал сходить в Складку, – в глазах парня был нескрываемый восторг.

А я удивился.

– У вас же княжеский род. На ваших землях должны быть свои Проходы в Складки.

Иван погрустнел.

– Должны быть… Но во время войны родов все наши Проходы были закрыты. А новых не открылось.

– И как так получилось? – продолжал я задавать вопросы.

Тем более, что чувствовал: задел князя за живое. Вполне возможно, он давно хотел выговорится, но было некому. С родственниками не поговоришь – для них самих тема больная. С друзьями тоже – могут счесть за слабость. Да и могут не понять. А я посторонний человек, да ещё и связан со Складками. Кто его поймёт, как не я?

– В нашем роду мужчины всегда были военными моряками! – с гордостью и одновременно с сожалением произнёс Иван. – На море нам нет равных! Да и на суше тоже мало найдётся. Но пока мы защищали императора… Нет, свои земли мы вернули! Вот только Складок на них больше нет.

Я слушал Ивана и уважал его всё больше. Он, как и Стражи, ставил Отечество выше личного богатства. А потому я поклялся про себя: сделаю всё, чтобы помочь Ивану. И не важно, согласится ли он стать моим секундантом.

Только подумал про это, как Иван спросил:

– Вы сказали, что меня вам сам бог послал. Что вы имели ввиду?

– У меня на утро дуэль назначена, и мне нужен секундант, – признался я. А потом рассказал суть конфликта. Потому как понимаю, для таких людей, как Иван, честь превыше всего. В несправедливое дело он не ввяжется. Я сам такой.

Иван выслушал меня внимательно и только спросил:

– Где и когда состоится дуэль?

Я ответил.

Иван нахмурился. Но потом в его глазах появились хитрые огоньки.

– Сделаем! – ответил он и наколол пельмень на вилку.

Дальше мы ели, обсуждая работу в Складках и особенности самоволок. Я сильно не расспрашивал, потому что понимаю – военный корабль – наверняка секретов выше крыши. Даже спрашивать не стал, почему они в Новосибирске, хоть мне это и было очень интересно.

Наконец, ужин закончился. Пришёл Пётр со второй частью моего заказа – той, которую я заберу домой. Еда была в контейнерах, всё хорошо упаковано и сложено в пакет.

Я достал деньги, чтобы рассчитаться, но Иван остановил меня.

– Я внезапно вторгся к вам, позвольте компенсировать неудобство, которое я вам доставил, и заплатить за ужин.

– Ну, началось! – проворчал я. – Никакого неудобства, наоборот, приятная беседа.

– Ну хотя бы пополам? – предложил Иван, и я согласился. Сам не люблю чувствовать себя должником.

Естественно, я положил щедрые чаевые. Очень щедрые. В которые входил и процент Петра за проданное сегодня Тихомиру.

Забирая деньги, Пётр протянул мне листочек:

– Здесь адресок, – сказал он. – Там живут старики. Если договоритесь, то можно будет попробовать оформить купчую или завещание, в обмен на обещание заботиться о них. Там правда не хоромы, но на берегу Обского моря, народу вокруг мало, всё как вы хотели.

Я с благодарностью взял адрес и добавил к чаевым ещё пару купюр. Пётр человек полезный, так что благодарность лишней не будет.

Иван тем временем аккуратно выглянул из-за занавески. Его командир по-прежнему был на месте – стоял немым укором.

– Пётр, – остановил я официанта. – А есть возможность как-то незаметно выйти из трактира?

Вообще мой вопрос был не спонтанным. Я уже обдумывал такую возможность. Ведь если есть закуток для деловых встреч, то вполне может быть и тайный выход. Не, ну а почему бы не помечтать?

Но Пётр лишь покачал головой.

– Либо вход для посетителей, либо для персонала, – ответил он. – Но в любом случае придётся выйти в зал.

Иван совсем погрустнел. А я вспомнил, как ловко Пётр обошёлся с кирилинскими людьми, и спросил:

– А может, сможешь как-нибудь отвлечь вон того офицера?

Пётр глянул на офицера, на меня, на Ивана, а потом сказал:

– Будьте готовы!

Потом подхватил грязную посуду и вышел из закутка. И направился прямым ходом к офицеру. Подошёл к нему, что-то сказал и махнул в нашу сторону.

Я увидел, как Иван побледнел, и поспешил успокоить.

– Всё будет хо… – начал я, но закончить не успел, потому что офицер сорвался с места и побежал… в сторону кухни.

Едва он покинул зал, мы с Иваном вышли из закутка и, без промедления, направились к выходу.

У крыльца тоже стоять не стали, поспешили по улице. А потом завернули в ближайший переулок. Но на этом не остановились и попетляли ещё.

Наконец, вышли на центральную улицу, и я выдохнул:

– Ну всё, думаю, теперь не догонит и не найдёт.

– Да, теперь осталось незаметно вернуться в казарму, – улыбнулся Иван. И тут же добавил: – Про дуэль помню и не подведу! Спасибо большое, что выручил!

– Да мелочи, – отмахнулся я. – Сам когда-то был военным, так что хорошо понимаю.

– О! Военным? Где служил? – тут же оживился Иван, переходя на ты.

А я мысленно чертыхнулся. И кто меня за язык тянул? Но Иван вроде нормальный человек, проблем быть не должно. Да и не сказал я ничего особенного. А потому ответил:

– Давно это было. Ещё в прошлой жизни. Дорогу до казармы найдёшь?

– Без проблем! – ответил Иван и протянул руку для рукопожатия. А потом вдруг сказал: – Ты запиши мой номер. Если будет нужно, звони. Если смогу, то…

И я записал первый номер в свой новый телефон. Первый, потому что номер Артёма пока ещё записать не успел. Надо, кстати, это исправить. Записать номера Артёма, Петра, Тихомира. Ну а что? Есть телефон? Надо пользоваться!

Иван ушёл в казарму, а я отправился домой. Нужно было отдохнуть перед дуэлью. И вообще по ночам нужно спать. А сейчас на улице как раз стояла ночь. И только фонари разгоняли тьму.

А я не люблю, когда разгоняют тьму. Потому что тьма – это моя стихия!

К счастью, фонари были только на центральных улицах. Стоило уйти на боковые, как ночь стала полноправной хозяйкой.

Я шёл по улице и улыбался. Всё-таки хорошие люди в Российской империи остались, и это очень хорошо! Пока есть люди, для которых слово честь не пустой звук, у моей страны есть будущее!

Всю дорогу ждал, что где-нибудь в подворотне встречу каких-нибудь отморозков и пополню запас тьмы в средоточии, но в городе было тихо.

Лишь когда подходил к дому, тьма предупредила, что неподалёку ошивается парочка подозрительных человек. На всякий случай обошёл их стороной.

Артём ещё спал. И я снова ушёл на кухню. Убрал еду в холодильник. Согрел и попил чаю. Потом поставил будильник, чтобы не проспать дуэль и сел в позу для медитаций. Ну а что ещё остаётся делать?

Звук будильника выдернул меня из глубокого сна, в который перешла моя медитация. Я чертовски замёрз, хоть в комнате и была комфортная температура.

Встал, немного помахал руками и ногами, чтобы разогнать кровообращение. Понятно, махал насколько позволяли размеры кухни. Потом собрался и отправился воспитывать княжича.

Естественно, и рюкзак, и меч взял с собой. Я понимал, что скорее всего они мне не пригодятся, но мало ли? Вдруг Алла ошибается, и стихийные Проходы всё-таки открываются. Ну или внезапно предоставится возможность попасть в Складку. Ну а что? Чем чёрт не шутит?

Я шёл и вспоминал рассказ Ивана о том, что во время войны кланов на территории их рода все Проходы на Складки позакрывали. Было в этом рассказе что-то важное, я это чувствовал, хотя до конца и не понимал, что именно меня зацепило.

Хотя как не понимал? Понимал! Закрыть Проход – это прекрасный способ подорвать экономику клана. Особенно, если в Складке ведётся добыча ресурсов. Но я не понимал, почему не открылись новые Проходы? Неужели этим процессом научились управлять?

Но тогда что мешало Образцовым открыть новые Проходы вместо закрытых?

На ум приходит только одно объяснение – одновременно может быть открыто ограниченное число Проходов. К примеру, сто. И если один Проход закрывается, то вместо него тут же открывается другой. А пока открыты все сто, новых Проходов не будет.

В этом случае становится понятной уверенность Аллы, что стихийных Складок больше нет. Кто ж захочет добровольно закрывать Проход на своей территории?

Тут есть ещё один момент. Ну позакрывали Проходы на территории противника. А где гарантия, что новые не откроются рядом? Или за эти девять лет научились открывать Проходы там, где требуется?

Но это ж какая скоординированность действий нужна! Нужно же точно знать, когда закрылся предыдущий, чтобы тут же в нужном месте активировать новый.

Конечно, это всего лишь мои размышления, а на самом деле возможно всё обстоит совсем не так. Но я думаю, что если я и ошибся в своих предположениях, то не сильно. Разве что нюансов не знаю.

Пока раздумывал, добрался до арены.

Княжич Егор Клюшников и его дружки уже ждали меня.

По их разочарованным лицам я понял: они надеялись, что я не приду. Два раза ха! Воспитывать завравшихся княжичей – моё любимое занятие!

– Ты без секунданта! – заявил княжич.

Но я перебил его.

– До назначенного времени ещё десять минут.

– Тебя это не спасёт! – продолжил изгаляться княжич. – Лучше сдайся сразу и не позорься!

Я в ответ лишь усмехнулся и спросил сочувственно:

– Что, боишься проиграть какому-то алкашу?

Княжич хотел было кинуться на меня, но его удержали два парня. Судя по одежде тоже из благородных.

Эх, не дали ему сорваться. Мне бы тогда не нужен был секундант, я бы отходил по спине нетерпеливого придурка и был бы в своём праве. Ведь дуэль была назначена, и время ещё не подошло. Напасть на противника раньше времени – это значит проявить слабость. Слава такая пойдёт, что потом не отмоешься!

Ну да ладно, я подожду десять минут, мне не трудно. Только бы Иван пришёл, как обещал.

Вообще, он не похож на человека, который не держит слово. А потому я оставался спокойным.

Чем ближе был назначенный час, тем больше ликования было на лице княжича. Видимо он уже праздновал победу, придурок.

Под моим насмешливым взглядом он всё чаще посматривал на часы и всё шире улыбался.

Даже когда в дверях арены показались три гардемарина в парадной форме, он продолжал победно улыбаться. Ровно до того момента, как гардемарины подошли ко мне и по очереди протянули мне руки для рукопожатия.

Иван представил меня своим товарищам и обратился к княжичу.

– Князь Иван Никифорович Образцов, секундант господина… – он повернулся ко мне и спросил негромко: – Как твоя фамилия?

А я ведь свою новую фамилию так и не узнал. Имя узнал, отчество – тоже. А вот фамилию как-то пока нет. Но все стояли и смотрели на меня. И нужно было что-то говорить. Вот только что?

Глава 18

Да, задачка! Своей фамилии в этом теле я не знал. В то время, как мой противник скорее всего владел этой информацией. Не случайно же он с дружками оказался около моего дома. Так что назвать вымышленную фамилию я не могу, как и свою прошлую.

А потому будем импровизировать.

– Фамилия имеет значение для благородных, – громко, чтобы слышали все, ответил я Ивану. – Это им важно не опорочить свой род. А я просто безродный алкаш, который сейчас наваляет этому княжичу и научит его чести и достоинству!

Иван усмехнулся и в его глазах снова заплясали бесенята.

Повернувшись к княжичу и его дружкам, он совершенно серьёзно, не дрогнув ни одним мускулом, проговорил:

– Князь Иван Никифорович Образцов, секундант господина безродного алкаша. Представьтесь, пожалуйста, господа!

Один из дружков, удерживавших княжича, вышел вперёд.

– Граф Михаил Юрьевич Метёлкин, секундант княжича Егора Юрьевича Клюшникова.

Иван кивнул и всё так же серьёзно обратился к секунданту:

– Готов ли Егор Юрьевич принести извинения безродному алкашу?

Надо было видеть, как позеленел княжич! Да и его секундант далеко не ушёл. Хотя надо отдать должное, граф Михаил Юрьевич сумел совладать с собой. В то время, как Егор кинулся на меня с кулаками, и только благодаря дружкам, которые удержали его, остался на месте.

– Какие ещё извинения⁈ – орал он. – Он совсем страх потерял, чмо безродное! Да как он посмел⁈

Опять же не дрогнув ни одним мускулом Иван совершенно серьёзно подвёл итог:

– Я так понимаю, примирение невозможно?

– Да какое примирение, – продолжал разоряться Егор. – Я урою этого ублюдка! Мразь, подонок, говно собачье! Засранец вонючий, мать твою!

Являя миру образец достоинства и выдержки, я совершенно спокойно повернулся к Егору и произнёс:

– Не следует благородному дворянину так опускаться. Если, конечно, он действительно благородный дворянин и не лишён достоинства.

Ну а что? Княжич Егор Юрьевич Клюшников сейчас самолично разрушает свою репутацию. Мне даже делать ничего не пришлось.

Секундант Егора, видимо, понял, что с дуэлью нужно кончать быстрее, и взял у слуги коробку. Шагнув к Ивану, он сказал:

– Оружием для этой дуэли были выбраны пистолеты. Предлагаю убедиться, что оружие исправно и готово к стрельбе.

Будучи офицером, Иван прекрасно разбирался в любых видах оружия. Он внимательно осмотрел оба пистолета, проверил заряд и кивнул.

– Правила стандартные? – не то спросил, не то утвердил он.

– Да, один выстрел. Использовать стихию можно.

Иван вопросительно глянул на меня, мол, я не против того, чтобы использовать стихию? Я в ответ едва заметно кивнул.

Что касается Егора, услышав, что использовать стихию можно, он расслабился и уставился на меня с видом победителя.

Он думает, что есть стихия посильнее тьмы? Глупец! Хотя, он же пока не знает, что я владею тьмой… Он вообще не знает, что я прекрасно владею стихией! Что ж, когда недооцениваешь противника, до проигрыша совсем недалеко.

Все нюансы дуэли были оговорены, расстояние вымерено, барьеры отмечены. Брошен жребий, кто с какой стороны будет стрелять, и мы с Егором отправились каждый на своё место.

Опыт дуэлей у меня был большой. У нас у Стражей это развлечение любили. Правда обычно стрелялись или дрались до первой крови. Очень редко когда насмерть. Это не знаю какое оскорбление нужно было нанести, чтобы биться насмерть. Когда земле угрожают монстры, убивать защитников на дуэлях было бы расточительством.

Но сейчас была оговорена именно дуэль насмерть.

Однако, если учесть, что княжич благородных кровей, а за мной знатного рода нет, то он меня легко может убить, и ничего ему за это не будет. Я же убивать его не имею права даже на дуэли, даже в присутствии секундантов, даже на арене. Иначе меня арестуют и будут судить. Об этом мне вчера рассказал Иван, когда я заговорил о предстоящей дуэли. Он мне вообще много что рассказал.

Я и не хотел убивать Егора. Я хотел его унизить.

Поэтому, как только был подан знак и мы начали сходиться, я окутал себя тонким слоем тьмы и напитал тьмой пистолет, а через него и пулю. Теперь, когда пуля попадёт в княжича, тьма произведёт в его теле кое-какие изменения, которые княжичу очень не понравятся. И абсолютно не важно, куда именно попадёт пуля – хоть по пальцу чиркнет. Главное, чтобы был контакт с кожей и желательно, чтобы кожный покров был этой пулей нарушен. Но это уже моя забота.

Егор тоже окутался стихией. Его стихия была электричество.

Причём, он не просто окутался электричеством, а создал самый настоящий стихийный доспех. Выглядел он очень качественным – Егора словно бы окутало плотное грозовое облако, по которому постоянно пробегали молнии.

Плотность молний была такова, что за ними грозового облака практически не было видно. Не будь у меня моей стихии, меня убило бы электрическими разрядами на месте. И не просто убило бы, а испепелило.

У доспеха Егора было ещё одно преимущество – грозовое облако, словно свободный развивающийся плащ, скрывало фигуру человека. Целиться становилось в разы сложнее.

Всем, но только не мне. Я с такой стихией сталкивался не раз. Ну да, смотрится эффектно. Но против тьмы электричество бессильно. Оно вязнет во тьме и теряет силу.

Егор шагнул на своё дуэльное место с чувством собственного превосходства – он только что не кричал об этом! Ну ещё бы! Я на вид совсем без доспеха – только тени и контуры стали резче. И он – настоящая грозовая туча…

Секунданты скомандовали сходиться, и туча поплыла мне навстречу.

Я тоже не стал терять время даром и тоже пошёл к барьеру.

Едва мы вышли на позицию, как Егор выстрелил.

Его пуля отскочила от моего доспеха, выбив искорку. Словно бы столкнулась с металлической пуговицей или медальоном. Ну это со стороны так казалось. На самом деле пулю отбил мой доспех. Хотя внешне это выглядело словно мне фантастически повезло.

Так как я остался стоять и даже не покачнулся, Егор побледнел.

Теперь был мой выстрел. Я вытянул руку с пистолетом по направлению к Егору, прицелился и выстрелил.

В первый момент показалось, что я промазал. На самом деле, я точно знал, что нет. Пуля попала именно туда, куда я метил. А метил я в шею. Ну, не совсем в шею, а так, чтобы пуля только чиркнула по шее, ободрав кожу. Ну и чтоб кровь пошла, само собой. И побольше… Но при этом не задеть артерию.

Так и вышло. Спустя несколько секунд Егор вскрикнул и схватился за шею. А потом, увидев кровь, просто грохнулся в обморок, слабак.

Тут же прибежал врач, начал хлопотать вокруг княжича, бинтовать шею, приводить в чувство.

Я спокойно стоял, смотрел на это. Я не переживал. Отлично знал, что рана не опасная. Зато шрам будет на видном месте, и княжичу придётся объяснять, где он этот шрам получил. А я постараюсь, чтобы все узнали, что его ранил безродный алкаш, который и вызвал княжича на дуэль.

А чуть позже распечатается мой подарок, который я передал с тьмой, тогда вообще весело будет.

Иван с друзьями стояли рядом со мной. Я понимал, что скорее всего они опять в самоволке. Мало вероятно чтобы их отпустили. Но они не уходили, потому что не знали, как повернёт ситуация, вдруг ко мне будут претензии.

Единственное, я негромко спросил:

– У вас проблем не будет?

Иван усмехнулся и ответил:

– Они все решаемые. А тут такое развлечение. Такое пропустить нельзя. Так ведь?

Стоящие рядом с ним парни закивали.

Все трое были в парадной форме, с военной выправкой. Они были полны достоинства и благородства. Ни одного из этих троих невозможно было представить на месте избалованного и изнеженного Егора Клюшникова.

Наконец, врач сообщил, что жизни Егора Юрьевича ничего не угрожает.

– Думаю, можно уходить, – сказал мне Иван.

Мы вчетвером развернулись и пошли с арены.

И тут нам в спину раздалось:

– Да почему⁈

Мы с недоумением обернулись. Все четверо, как по команде.

– Почему у тебя в секундантах сам князь⁈ – закричал Егор.

Иван спросил у меня:

– И что ему ответить?

– А надо? – ответил я и пожал плечами.

Мы развернулись и снова направились в сторону выхода.

– Да кто ты такой⁈ – снова закричал Егор.

– Твой ночной кошмар, – крикнул я в ответ и, помахав рукой, вышел с арены вслед за Иваном и его товарищами.

Город уже проснулся. Люди спешили на работу или по каким-то своим делам. А мне было странно, что дуэль закончилась.

Однако, Иван вдруг посерьёзнел и сказал:

– Всё хорошо, но я бы на твоём месте поостерёгся. Знаю я такую породу людей. Гнилые до мозга костей. Не уймутся, пока очередную гадость не сделают.

– Ничего, скоро ему будет не до того, – засмеялся я. И добавил уже серьёзно: – Спасибо вам большое! Выручили! Разрешите угощу вас завтраком.

– Да нет, мы пойдём, – ответил Иван. – Нам ещё с нашим капитаном объясняться.

– Хорошо, тогда с меня ужин, как сможете, – ответил я.

– Договорились! И зови, если ещё подобные развлечения будут, – сказал Иван.

Мы пожали друг другу руки, и парни ушли.

Я тоже решил не стоять на месте. У меня было сейчас два дела. Вернуться домой и проверить, как там Артём. Но он сам может справиться – квартиру закроет, ключ положит над косяком. А вот со вторым делом никто кроме меня не справится.

И я достал листок, который мне вчера передал Пётр. Листок с адресом дома на берегу Обского моря, где живут старики. Ну а что? Вдруг получится приобрести жильё?

Открыв в телефоне карту, я быстро сориентировался куда идти. И отправился прямиком на берег моря. Но не в порт, куда ушли парни, а, как оказалось, в довольно богатый район.

Я шёл от усадьбы к усадьбе и понимал: произошла какая-то ошибка. Вряд ли нужный мне домик находится тут. Тут были огромные территории, дорогущие особняки. Ворота с кованными решётками, ухоженная придворовая территория, а сами здания – настоящие произведения архитектурного искусства.

Несколько раз я порывался развернуться и уйти. Считал, что произошла какая-то ошибка. Но потом всё-таки решил дойти до указанного на бумажке адреса. И не просчитался.

Здание когда-то было великолепным! Сейчас же во всём царило запустение. И в самом здании, и на территории перед домом, и даже в покосившихся воротах. Да и забор, окружающий участок, был не в лучшем виде.

Зажатый с двух сторон великолепными особняками, этот дом стоял укором и какой-то упёртостью. Назло времени, назло соседскому богатству, назло всем бедам и невзгодам.

А что, мне нравится!

Позвонив в звонок на воротах, я приготовился ждать, когда кто-нибудь откроет.

Ждать пришлось долго. Очень долго. Очень!

Но я был настроен решительно. К тому же свободного времени у меня было достаточно. Спешить некуда. Вот пообщаюсь с хозяевами, а там уже и буду смотреть, чем заняться дальше.