Текст книги "Портрет-призрак"

Автор книги: Антон Грановский

Соавторы: Евгения Грановская
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

6

Приняв решение, Марго больше и не рассуждала. Она схватила с тумбочки мобильник, быстро нашла в записной книжке номер и набрала его. Фил отозвался почти сразу:

– Я слушаю!

Марго, неожиданно для самой себя, зарделась, услышав его голос. Этот неважный, в общем-то, факт привел ее в раздражение, поэтому ответила она жестким, холодноватым голосом:

– Это Марго. Добрый день.

Она ожидала любого ответа, кроме того, который получила.

– Какая Марго? – недоуменно спросил Фил.

– Что значит – какая Марго? У вас что, куча знакомых женщин по имени Марго?

– Нет, но… А, это вы! – Голос Фила потеплел на пару градусов. – Не ожидал, что вы так быстро позвоните.

– Вы настолько в себя не верите? – игриво спросила Марго.

– В себя – да, в вас – нет, – последовал ответ. – Не думал, что вы так быстро по мне соскучитесь.

– Значит, вы плохо знаете женщин, – тем же игривым тоном проворковала Марго. – И еще меньше знаете себя.

– Мне показалось или вы со мной кокетничаете? – поинтересовался он.

– Угадайте!

– Ну…

– Ладно, не напрягайтесь. Я действительно соскучилась. Вы единственный мужчина в мире, который предлагал мне съесть лошадь!

– Насколько я помню, речь шла всего лишь о морском коньке, – весело напомнил Фил.

Марго кивнула:

– Верно. Зато потом вы заставили меня сражаться с уткой. Благодаря вам я испытала самые острые впечатления за всю свою жизнь!

– Правда? Вероятно, повар переборщил с перцем, – предположил Фил. – Но в любом случае я рад вашему звонку.

– А уж как я рада! – Марго стиснула в пальцах трубку и с жаром добавила: – Всю ночь не могла уснуть, все думала о вас!

«Куда это меня несет?» – с изумлением подумала Марго. Но отступать было уже поздно.

Фил был явно озадачен таким напором.

– Гм… – сказал он. – Вчера вечером мне показалось, что вы необыкновенная девушка. Сейчас я вижу, что не ошибся.

– Чем вы сейчас заняты? – спросила Марго.

– Ну… У меня есть кое-какие дела. Но, честно говоря, ничего срочного.

– Отлично! – сказала Марго. – Как насчет того, чтобы встретиться?

– Конечно! А где?

– Давайте у меня дома. Просто я… слишком сильно натерла ногу и не хочу выходить.

– Я куплю вам упаковку бактерицидного пластыря, – пообещал Фил.

– Лучше купите что-нибудь обезболивающее, – попросила Марго.

– Мартини подойдет?

– Вполне.

– А к нему банка оливок?

– Отлично.

– И нарезка из буженины?

– Здорово!

– И…

– Тащите все, что найдете в магазине. Главное – приезжайте быстрее.

– Я приеду так быстро, как только смогу.

Марго облегченно вздохнула.

– Подъезд вы знаете, – сказала она, – а живу я в квартире номер пятьдесят семь. Запомнили?

– Угу.

– Жду!

Марго отключила связь и перевела дух. Она сама от себя не ожидала подобной стремительности. Как же сильно, наверное, удивлен Фил! Сидит сейчас, таращась на телефон, и скребет пятерней в затылке. Ну, ничего. Главное – надеть на его крепкую шею хомут. А там разберемся.

7

– Итак, рассказывайте. В какую темную историю вы вляпались?

Откинувшись на спинку кресла и закинув ногу на ногу, Фил приготовился слушать.

Марго сидела в кресле напротив. Она была одета в фиолетовый шелковый халатик с довольно короткими полами, подпоясанный широкой шелковой лентой, а ее узкие ступни оставались босыми. Марго обожала ходить дома босиком, и никакая сила не заставила бы ее сейчас надеть носки или тапочки.

Потягивая из большой чашки кофе, она прищурила зеленые глаза и осведомилась:

– А с чего вы взяли, что я во что-то вляпалась?

Фил едва заметно усмехнулся.

– Марго, – терпеливо начал он, – мужчины, конечно, глупые существа, но не настолько. Двое неизвестных громил нападают на вас средь бела дня. Причем ваш бумажник их абсолютно не интересует. Что же тогда? Вы таскаете в сумочке нож, пневматическую хлопушку и баллончик с газом. Спрашивается – зачем вам этот арсенал? Чего вы боитесь? Вы отказываетесь выходить из квартиры, но ваши ноги – а я хорошенько их рассмотрел – в великолепном состоянии. И, наконец, самое главное: в ваших глазах, таких зеленых и таких прекрасных, застыло выражение страха. Вы позвали меня не потому, что жаждали меня видеть, а потому, что вам нужна защита. Я прав?

Марго, нахмурившись, молчала. Тогда Фил продолжил:

– Я расцениваю ваше молчание как согласие. Хочу сразу предупредить: я готов вас защищать… хотя, честно говоря, не знаю, с какой стати я это буду делать… Однако быть с вами рядом постоянно я не смогу.

Марго вздохнула:

– Конечно. Вам нужно заботиться об африканских детях.

– Дело не в детях, – возразил Фил. – Тем более что с сегодняшнего дня я выхожу в отпуск.

– В отпуск? – Глаза Марго возбужденно блеснули, и она невольно подалась вперед. – Вы правда уходите в отпуск?

Фил посмотрел на нее удивленно.

– Вот уж не думал, что вас так волнует судьба африканских детишек, – сказал он. – Успокойтесь. О них есть кому позаботиться и без меня.

Марго пропустила его реплику мимо ушей.

– А как вы собираетесь провести свой отпуск? – взволнованно спросила она. – Вы куда-нибудь уезжаете?

Фил покачал головой:

– Нет.

– Почему? – неожиданно заинтересовалась Марго.

– Меня здесь кое-что держит, – ответил Фил. – А вернее – кое-кто.

Марго нахмурилась. Она вдруг поняла, что совершенно упустила из виду одну вещь. Вернее сказать – самую важную. Глянув на Фила из-под нахмуренных бровей, она сухо спросила:

– Вас держит жена?

Фил сдвинул черные брови и трагически проговорил:

– Хуже. Меня держит один забавный домашний зверек. Я никак не могу его пристроить.

– Собака?

Фил покачал головой:

– Нет. Хомяк. Это мой домашний питомец, и я его обожаю.

– Хомяк? – Марго облегченно вздохнула и улыбнулась. – А если я найду, куда его пристроить, вы поедете со мной в Питер? – просто, как будто речь идет о самых простых и очевидных вещах, спросила она.

Чашка с кофе застыла у губ Фила. Несколько секунд он изумленно смотрел на Марго, после чего настороженно поинтересовался:

– А что я забыл в Питере?

– Ну… – Марго на мгновение замялась. – Там красиво.

– Да что вы? – Фил насмешливо приподнял бровь. – Никогда бы не подумал. А можно узнать – в каком качестве я туда поеду?

– В качестве моего друга, – уверенно ответила Марго. – Разве друзья не ездят вместе в путешествия?

– Ездят, – согласился Фил. – Но обычно они не берут с собой женщин.

Взгляд зеленых глаз Марго потускнел.

– Значит, не поедете? – сухо спросила она.

– Спасибо за приглашение, но я хочу провести отпуск в родном городе, – ответил Фил. – Я к нему сильно привязался за последние тридцать пять лет.

«Ему тридцать пять, – почти машинально отметила Марго. – На десять лет старше меня. Он неплохо сохранился». Она собралась с духом и снова заговорила – негромким, проникновенным, почти вкрадчивым голосом:

– Я хочу кое в чем вам признаться, Филипп… Только пообещайте, что никому не расскажете.

– У вас мания величия. Кому я о вас буду рассказывать?

– Поклянитесь! – вновь потребовала Марго. – Поймите, это очень важно! По крайней мере для меня.

Фил пожал плечами:

– Ну, хорошо. Клянусь.

Для начала Марго тяжело вздохнула, давая понять, каких душевных терзаний стоит ей это признание, затем произнесла обреченным голосом:

– Вы были правы. Мне действительно угрожает опасность. Несколько дней назад я совершила нечто… нечто страшное. И кое-кому это сильно не понравилось.

– Да что вы! – утрированно воскликнул Фил. – Что же вы сделали? Украли шоколадный батончик из супермаркета?

– Нет. Все гораздо серьезнее.

– Два батончика?

Марго сбросила ноги с кресла и подвинулась ближе к краю, зашуршав шелковым халатом.

– Я не шучу, – сказала Марго. – Пару дней назад ко мне в дверь позвонили…

И она стала рассказывать. Щеки Марго порозовели от волнения. Одним стремительным движением поднявшись с дивана, она принялась вышагивать по комнате на своих стройных ногах, которые показались Филу воплощением изящества.

Марго ходила, изредка останавливаясь, неосознанно-соблазнительным движением выставив бедро, потом снова принималась вышагивать. И она рассказала ему все – тщательно, не опуская деталей и подробностей.

Пока Марго рассказывала, лицо Фила было абсолютно непроницаемо. Наконец она закончила свой рассказ и нетерпеливо поинтересовалась:

– Ну? Что вы обо всем этом думаете?

– Думаю, что часть из того, что вы сказали, правда, – отчеканил Фил. – Но только очень малая.

– В моем рассказе все правда! – возмутилась Марго. – И за мной действительно охотятся бандиты! С двумя из них вы уже имели удовольствие познакомиться.

Фил задумчиво сдвинул брови.

– Значит, картина сейчас в Питере… – медленно проговорил он. – И как же вы собираетесь найти вашего случайного знакомого?

– Я знаю, как его зовут! – взволнованно сообщила Марго.

– Замечательно! – одобрил Фил. – И как же?

– Гоша!

Фил несколько секунд помолчал, явно ожидая продолжения, но, поскольку продолжения не последовало, недоверчиво спросил:

– Это все?

– Да! – кивнула Марго.

Фил задумчиво поскреб ногтем переносицу.

– Замечательно, – снова сказал он. – С такой бесценной информацией вы его легко найдете и без меня.

Марго ошарашенно выкатила глаза.

– Вы что, не поедете со мной? – спросила она возмущенно.

Фил ответил спокойно и терпеливо, как взрослые разговаривают с неразумными, разыгравшимися детьми:

– Послушайте, ангел мой, зная только имя, отправляться на поиски бессмысленно. Ваш Гоша может оказаться и Георгием, и Егором, и Игорем, и Юрой, и еще черт знает кем. Вы это понимаете?

Марго глубоко вздохнула и медленно выпустила воздух через ноздри. От волнения у нее даже вспотели ладони.

– Ладно, – сказала она почти спокойно. – Вам я скажу. Я знаю, где он работает!

Фил недоверчиво прищурился:

– Точно знаете?

Марго кивнула:

– Угу.

– И где же?

– На фирме, которая послала его в Москву на выставку. Он как-то связан с выставками, понимаете?

– Как?

– Не знаю. Может быть, он их организует? Или постоянно в них участвует?

Фил вздохнул и снова нахмурился.

– Понятно, – проговорил он. – Ну, а хотя бы что это была за выставка – вы знаете?

Марго покрутила головой:

– Нет. Мы с ним об этом не говорили.

Фил снова поскреб ногтем переносицу. Должно быть, это был его характерный жест, так другие подергивают себя за мочку уха или теребят пальцами нижнюю губу.

– Что ж, – пробормотал Фил раздумчиво, – значит, нам придется узнать, какие именно выставки проходили в Москве в эти дни.

– А вы сможете это сделать?

– Попытаюсь. – Фил чуть прищурил глаза и пристально посмотрел на Марго. – Только, пожалуйста, не выдавливайте из себя информацию по капле, – попросил он. – Если есть что-то, что может мне помочь, – говорите сразу.

Марго ненадолго задумалась, после чего покачала головой и сказала:

– Нет. Больше ничего.

На лице Фила отобразилось недовольство.

– Ну, как знаете, – сказал он. – Чем дольше вы тянете, тем больше вероятности, что бандиты найдут картину раньше нас.

– Интересно знать – как? – с холодной иронией поинтересовалась Марго. – Они ведь ничего не знают.

– Наше знание отличается от их знания только одним именем – Гоша.

Марго покачала головой:

– Нет, не только. Во-первых, как вы верно отметили, я знаю его имя. Во-вторых, я знаю его в лицо. В-третьих, мы знаем, что он был в Москве на выставке. У нас с вами целых три зацепки. Хорошему сыщику этого было бы более чем достаточно!

Фил слушал Марго, но на какой-то момент ему стало почти безразлично, что она говорит. Единственное, о чем он мог думать, – это как она выглядит, говорит и двигается.

Ее кошачья грация производила не большее впечатление, чем ее слегка раскосые зеленые глаза, ее глаза – меньшее впечатление, чем ее порывистость, ее порывистость – меньшее впечатление, чем ее дерзкие манеры, а ее дерзкие манеры – меньшее впечатление, чем ее потрясающая энергичность.

На мгновение Фил испугался, не написано ли это все у него на лице? Но он тут же успокоил себя тем, что Марго, в возбуждении расхаживающая по комнате, почти не смотрит на него. Впрочем, Филу было наплевать, выдал он свои чувства или нет.

– Жаль, – сказал он негромко.

– Вы о чем? – остановилась Марго.

– Жаль, что вы знаете о нем так мало. Вам следовало подробнее расспросить его… ну, хотя бы о выставке. А лучше всего – узнать, кем он работает.

Марго холодно пожала плечами:

– Мне это было не нужно.

– Разумеется, – кивнул Фил. – Вы, как все женщины, привыкли слушать только собственную трескотню. Живете только сегодняшним днем, и единственное, что вас заботит, – это то, насколько хорошо вы в данный момент выглядите. Вы не фиксируете факты, даже когда они сами бросаются вам в глаза.

Марго гневно нахмурилась.

– Не клевещите на женщин! – сказала она почти сердито.

Фил понял, что перегнул палку, и примирительно проговорил:

– Ладно, проехали. Как сказал Семен Семеныч, «будем искать». Но мы не обсудили главный вопрос.

– Какой?

Он посмотрел на нее спокойным взглядом и так же спокойно осведомился:

– Что я с этого буду иметь?

Марго застыла на месте. Вот об этом она как-то и не подумала. В самом деле, за работу ему придется заплатить. Но сколько?

Марго убийственно хмыкнула.

– Надо же, – насмешливо протянула она. – А с виду не скажешь, что вы такой меркантильный.

– Ну, положим, на альтруиста я тоже не слишком-то похож. Итак, сколько я получу?

– Ну… – Марго отвела взгляд. – Вы получите десять процентов от стоимости картины. Думаю, этого более чем достаточно.

Фил насмешливо прищурился:

– Вы пошутили?

– Пятнадцать.

– Это какой-то розыгрыш?

– Шестнадцать… с половиной.

Фил рассмеялся.

– Вы очень занятная женщина! – весело проговорил он. – А теперь послушайте мои условия: пятьдесят на пятьдесят, и ни копейкой меньше.

Глаза Марго возмущенно расширились.

– Но это же грабеж!

Он покачал головой:

– Нет. Это – равноценное партнерство.

Марго снова принялась взволнованно вышагивать по комнате. Шелк халата соблазнительно развевался вокруг ее узких коленей. Наконец она остановилась и нехотя проговорила:

– Ну, ладно. В конце концов, вы слишком много знаете, чтобы я могла так просто вас отпустить. Конечно, по идее, мне бы нужно было вас прикончить. Но, так и быть, я оставлю вас в живых.

Фил улыбнулся:

– Благодарю вас. Отныне моя жизнь принадлежит вам.

– Самое главное, чтобы вы не забыли об этом, когда придет время делить деньги, – отчеканила Марго.

– Если оно когда-нибудь придет, – заметил Фил и взял со стола чашку. – Кофе совсем остыл, – пожаловался он. – Знаете что, налейте-ка мне еще чашечку. Только не экономьте на сахаре. Можете записать его на мой счет.

8

Фил рухнул в кресло и перевел дух.

– Уф-ф… В последний раз я так носился по городу, еще будучи студентом, – сообщил он.

Маргарите не было дела до его излияний, она сгорала от нетерпения, а потому сразу перешла к делу.

– Вы что-нибудь раскопали? – спросила она, усаживаясь на соседнее кресло.

Фил лукаво улыбнулся:

– Кое-что.

– Выкладывайте!

Однако он продолжал медлить, глядя на Марго своими серыми, лучистыми, насмешливыми глазами.

– Не знаю… – пробормотал он как бы в задумчивости. – Стоит ли мне вам рассказывать… Все-таки пятьдесят процентов – это меньше, чем сто.

Марго обессиленно откинулась на спинку кресла.

– Черт! – горько проговорила она. – Я так и знала! Мужчинам нельзя доверять!

У нее был такой несчастный вид, что Фил стер улыбку с лица и сказал серьезным голосом:

– Успокойтесь. Я не собираюсь вас кидать. Уговор есть уговор. Итак, слушайте. С первого по четвертое сентября в Москве проходило несколько больших выставок, в числе участников которых значатся питерские фирмы и представители. «Образование и труд», «Дизайн и мода», «Книги и…»… – Фил замолчал, не закончив фразы, достал из внутреннего кармана пиджака сложенный вдвое листок бумаги и протянул его Марго. – Здесь полный перечень выставок и список участников из Питера, – сообщил он.

– С телефонами? – уточнила Марго, разворачивая листок.

– Разумеется.

Она пробежала взглядом по строчкам и улыбнулась:

– Фил, вы славно потрудились!

– Я старался, – смиренно ответил Фил. – Давайте начнем по порядку. Если что-то припомните или если возникнут какие-то мысли – сигнальте.

– Как? – не поняла Марго.

– Свистом. Начнем с образования. Выставка проходила в Доме художника на Крымском валу.

Марго подумала и потрясла головой:

– Не думаю.

– «Дизайн и мода». В музее фотографии.

– Нет.

– Две книжные выставки. Одна в гостинице «Космос», другая – в Малом манеже.

– Нет.

– Выс…

– Знаете что, – перебила Марго, – давайте я сама почитаю и подумаю. Ваш голос меня отвлекает.

– В другой ситуации это могло бы прозвучать как комплимент, – заметил Фил.

Марго перевела взгляд на список и принялась вдумчиво его изучать. Выставка кукол. Российский трикотаж. Буддизм в России. Изобретения, не увидевшие свет… Ничего полезного ей в голову не приходило.

Пока Марго изучала список, Фил изучал ее саму. Казалось, эта девушка не бывает некрасивой ни при каких обстоятельствах. Каждый ее жест отмечен легкостью и изяществом.

Вместе с тем лицо девушки было бледнее обычного, а под глазами пролегли едва заметные тени. Фил подумал, что, по всей вероятности, Марго плохо спала минувшей ночью. А возможно, и предыдущей. Того, что она видела и слышала в последние пару-тройку дней, было достаточно, чтобы надолго лишить человека счастливых сновидений. Как бы она ни храбрилась, на самом деле она всего лишь хрупкая двадцатипятилетняя девушка. Почти ребенок, если вдуматься.

За свою жизнь Фил навидался всякого. Сейчас он был сильным, ловким, находчивым и уверенным в себе мужчиной. Кроме того, он прекрасно знал, как обращаться с женщинами, чтобы возбудить их любопытство и интерес. Он мог сыграть любую роль, всегда владел собой, привык разруливать сложные ситуации и никогда не попадал впросак. А вот в двадцать пять… Тогда он краснел от любого женского взгляда и мог начать заикаться от одной женской улыбки, которую никогда не мог отличить от насмешки.

Фил не слишком любил вспоминать то несчастное время и плохо помнил себя того. Слишком уж непохожим был тот, другой, Фил на нынешнего. Слишком слабым и неуверенным в себе. И слишком неправдоподобным, чтобы нынешний Фил, прошедший огонь и воду, мог поверить в его существование.

Он помнил, например, что терпеть не мог вечеринки. Улыбки, за которыми таились неуверенность и страх, взгляды, значение которых надо было разгадывать, и, что хуже всего, беседы. Двадцатипятилетнему парню нечего поведать миру, во всяком случае, ничего особенного, в этом он тогда был убежден. К двадцати пяти годам Филипп наблюдал уже достаточно глаз, говоривших ему именно об этом; изучил все уловки женщин, применяемые ими, чтобы избавиться от него.

Но вскоре все изменилось. Уже спустя три года когда-то робкий зайчонок при желании мог с успехом сыграть роль светского льва. Это оказалось не так сложно, как он себе представлял. Никто не требовал от него мудрых мыслей или свежих идей. Иногда достаточно было пары пошлых анекдотов да трех не слишком заезженных шуток, чтобы стать своим в любой, даже самой чужой и чуткой к высказываниям, компании.

Те три судьбоносных года изменили Фила до неузнаваемости. Прежде он был неуклюжим рохлей, а теперь натренированные мышцы и суставы несли по жизни его тело с легкостью, достойной хорошего танцора. А в его арсенале «сердцееда и славного парня» было полсотни улыбок, способных пробить самую толстую броню, защищающую самое холодное женское сердце.

Сумет ли он добраться до сердца этой зеленоглазой девушки? При желании – безусловно. Но нужно ли ему это?.. Этот вопрос, прямо заданный самому себе, заставил Фила вздохнуть. Все-таки жизнь, которую он выбрал, наряду с дюжиной привилегий и удовольствий приносит две дюжины обязательств и сомнений. Но ничего не поделаешь: за все приходится платить. И это еще не самая высокая цена.

При чтении Марго слегка шевелила губами, и эта манера показалась Филу трогательной и беззащитной одновременно. «Совсем еще ребенок», – в очередной раз подумал он и мягко улыбнулся.

Наконец Марго отложила список и вздохнула.

– Все это напрасно, – с горечью проговорила она. – Мы никогда его не найдем. Не стоит даже пытаться.

Фил чуть прищурил серые глаза, которые из лучистых стали дымчатыми:

– Вы думаете?

Марго кивнула:

– Да. Только напрасно прокатимся.

– Что ж… – Фил задумался. – Пожалуй, вы правы. Мы слишком мало знаем о вашем Гоше, чтобы суметь его найти.

– Да, – снова удрученно вздохнула Марго. И взглянула на Фила быстрым, острым взглядом из-под опущенных ресниц. – Может быть, нам даже не стоит пытаться?

Фил подавил усмешку.

– Да, – кивнул он, моментально нахмурившись. – Определенно, не стоит.

– Не стоит, – повторила Марго.

– Не стоит, – снова согласился с ней Фил.

Несколько секунд оба молчали, не глядя друг другу в глаза. После чего Фил поднялся с кресла.

– Пожалуй, я пойду, – сказал он.

Марго кивнула, но тут же спохватилась и с напускным удивлением спросила:

– Что, даже чаю не попьете?

– Увы, у меня на это нет времени, – ответил Фил.

– Но вы ведь в отпуске, – напомнила Марго.

– Да, но это не значит, что мне нечем заняться. – Фил поднял руку и глянул на часы. – Ого!

Он протянул руку за списком московских выставок, но Марго его опередила. Взяв листок, она быстро сложила его вдвое и сунула под подушку. Фил удивленно поднял брови:

– Зачем он вам?

– Оставлю на память, – не колеблясь, ответила Марго.

Фил прищурился:

– Что за чушь? На какую память?

– На память о несостоявшемся приключении, – ответила Марго.

Фил внимательно на нее посмотрел, затем пожал плечами:

– Ладно, оставляйте. Ну, я пошел?

Марго кивнула:

– Идите.

Фил повернулся, но тут Марго окликнула его:

– Постойте!

– Что? – обернулся Фил.

Марго нервно сглотнула слюну. Во взгляде ее появилась тревога. Она подозрительно прищурилась и спросила:

– Он что – фальшивый?

– Кто?

– Ваш список.

Фил улыбнулся.

– Ангел мой, – сказал он таким тоном, каким взрослые общаются с детьми, – это просто бумажка, а не банковский чек. Как она может быть фальшивой?

Марго пожала плечами:

– Не знаю. Может быть, вы его выдумали.

– Интересная версия, – с прежней улыбкой заметил Фил. – И с чего вы так решили?

– Но вы так просто от него отказались.

– Ах, вот оно в чем дело. – Улыбка Фила стала снисходительной. – У меня таких еще три, – сообщил он.

– Как это три?

– Просто. Я сделал ксерокопии. На всякий случай. Бумажки, знаете ли, так часто теряются. Всего доброго!

Фил повернулся и направился в прихожую.

– Стойте! – вновь окликнула его Марго.

Фил вновь остановился. Повернулся и вопросительно на нее взглянул:

– Что еще?

Марго изобразила на лице приветливую улыбку.

– Филипп, милый, ну куда вы так торопитесь? Вечер ведь только начинается.

– Милый? – удивленно переспросил Фил.

Марго кивнула:

– Ну, конечно. И кстати, у меня в холодильнике есть пара бутылок пива.

– Вот как, – Фил задумался. – А я думал, вы не пьете пиво. Вы случайно не тихий алкоголик?

– Никакой я не алкоголик, – фыркнула Марго. – Ни тихий, ни громкий. А пиво держу для гостей. Оставайтесь, Фил. Попьем пива, поразмыслим. Вдруг я что-нибудь соображу.

– А если вы что-то сообразите, – с сомнением проговорил Фил, – вы сообщите мне об этом?

– Конечно!

– И не будете от меня ничего утаивать?

– Что вы! Как можно!

– Что ж… – Фил улыбнулся. – Тогда я действительно останусь.