Текст книги "Строгий препод (СИ)"
Автор книги: Аноним Анвола
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)
Глава 5.
Он искренне не понимал, зачем позвал ее на «дополнительное занятие». Пожалел?
Скорее всего.
Да, он замечал ее все чаще с прошлого года, особенно теперь, когда стал заменять ее преподавателя по философии.
Она всегда улыбалась ему и тут же отводила взгляд, когда он поворачивался в ее сторону. Постоянно крутила прядь волос между пальцами или верхнюю пуговицу на блузке, отчего в следующую же секунду он опускал взгляд на лист с лекцией, начиная не глядя читать и представляя, как срывает эту чертову блузку с маленькими черными лисицами. У него неизбежно вставал, и в такие секунды он был счастлив, что стоит за высокой кафедрой.
Стоит ли говорить, что почти все сны состояли только из одного желания и образа, он уже начал чувствовать себя подростком, когда просыпался по утрам и, стоя под душем, вспоминал то, от чего кровь приливала к члену .
Но приглашать ее на свидание?
Чтобы опять все повторялось раз за разом, снова и снова.
И если кто-нибудь узнает про его отношения со студенткой, никакая кандидатская работа, защищенная на «отлично», ему не поможет.
Черт, он и в самом деле ее пожалел.
А потрахаться можно и с кем-нибудь другим.
Платье было сногсшибательное.
Именно так я думала в магазине, когда вертелась в нем перед зеркалом. Оно было из легкого материала синего цвета с ненавязчивыми цветами, снизу подшитое резинкой, то есть чуть сужающееся, и на талии перехватывалось черным широким поясом.
Сейчас же у меня никак не выходило завязать пояс так, чтобы складки выглядели естественно и мягко. Три раза попробовав, я забросила пояс на кровать и занялась прической.
Слишком хорошо выглядеть было нельзя – все-таки это не свидание, а дополнительное занятие (по его словам), потому я просто заплела две обратные косы, выпустив некоторые волнистые пряди, и закрепила волосы на затылке, аккуратно подвернув оставшийся хвостик в прическу.
Вообще, мне повезло, что я не относилась к девушкам, одевающим платья и юбки только на особые случаи, да и простые прически я старалась делать каждый день, когда шла в универ, так что как-то по-особому я выглядеть не буду.
Чуть брызнув лаком на волосы в надежде, что они не распадутся до встречи, я наконец завязала пояс, проверила печенье, на которое потратила весь вчерашний вечер, и застегнула сумку.
Оставалось только унять бешено разгулявшееся сердцебиение.
Я поставила пластиковые стаканчики с чаем, между ними положила печенье тоже на пластмассовой тарелке, достала ручку и увидела...
Я забыла чертову тетрадь!
Как такое вообще может быть? Хорошо хоть, что ручку взяла.
Зато испекла печенье и чай купила в буфете. Просто, блин, набор для идеального свидания.
Я запаниковала, оглянулась вокруг в надежде, что кто-нибудь из студентов забыл на столе тетрадь, и в ту же минуту Олег вошел в аудиторию.
Все еще пребывая в растерянности по поводу тетради, перевела взгляд на его как всегда задумчивое лицо и выдала:
– Привет.
– Здравствуйте, Зимина.
Паника достигла апогея.
Не зная, что еще сказать, я промямлила:
– Я испекла печенье.
Он внимательно посмотрел на меня, выражение задумчивости исчезло – теперь Строгов разглядывал меня с интересом, едва заметно склонив голову набок.
– Отлично, доставай тетрадь и садись.
Я села, поправив юбку платья, взяла ручку и стала вертеть ее между пальцами, не зная, как скрыть факт отсутствия тетради.
Но Строгов, кажется, и не заметил. Он спокойно сел рядом со мной, очевидно расставив ноги как все мужчины, потому что его колено, скрытое за брюками, касалось моего, дрожащего от стыда за забытую тетрадь и паники от свидания.
Он начал говорить что-то об Эпикуре, потом перешел на его последователей, а я первые минуты смотрела перед собой на трясущуюся между пальцами ручку и изредка переводила взгляд на листы лекций у него в руках.
Вскоре он замолчал, и я перевела вопросительный взгляд с его больших ладоней на зеленые глаза.
– Ты почему не записываешь?
Мои щеки наверняка заалели в ту же секунду, я опустила голову, светлые пряди тут же заслонили меня от Строгова.
– Я забыла тетрадь. В другой сумке.
Преподаватель вздохнул и отобрал у меня ручку.
– Тогда слушай хотя бы.
Я кивнула, сцепив пустые пальцы в замок и сильно сжав их.
И он снова принялся говорить и говорить, но мои мысли уже были далеки от этого.
Я представила, скольким девушкам он назначал подобные "свидания", натягивал их по предмету, а потом на соседнем столе.
– Зимина, ты слушаешь? – я посмотрела на него в растерянности, его глаза смотрели сердито, брови сошлись на переносице в недовольстве. – Я вообще-то трачу на тебя личное время.
– Скольких еще вы водите сюда?
– Что?
– Как часто у вас подобные... занятия?
– Ты слушала лекцию, Зимина? – он чуть наклонился ко мне, но я не отодвинулась.
Даже если захотела бы – не смогла; мне вспомнился прошлый курс, как я мечтала о нем и его сильных руках и...
Я подняла на него глаза – он был совсем близко, вглядывался в меня и будто бы о чем-то быстро думал.
– Ну, если это не свидание, – я практически протараторила первую часть со скоростью ветра. – У вас еще есть, наверное, дополнительные занятия, Олег Витальевич?
– О чем ты думаешь, Зимина?
Я резко выдохнула и отвернулась. И что на меня нашло?
Начинаю вести себя как идиотка, когда Строгов рядом. Полный бред.
– Нет, Зимина, ты у меня единственная.
Я посмотрела на него недоверчиво, слишком уж искренне прозвучали его слова, и точно – изумрудные глаза чуть прищурены, а левый уголок губ приподнят сильнее. Иронизирует, разумеется.
Ладно-ладно.
Я снова с интересом посмотрела ему в глаза, стараясь наконец понять, что же все-таки со мной не так, а Олег резко наклонился вперед и, обхватив мое лицо ладонями, жадно поцеловал.
Удивленная, я широко распахнутыми глазами смотрела на его закрытые и понимала, что еще одно движение губами, и я расплавлюсь как кольцо Всевластья в огне Роковой горы.
– Теперь ты будешь слушать? – спустя полминуты прошептал он мне в губы.
Что?
Так он это все придумал, чтобы я...
– Извините, Олег Витальевич, – тихо и чуть хрипло ответила я, отстраняясь. – Мне... уже надо идти.
Я быстро схватила сумку и выбежала из аудитории, чувствуя его дождливый взгляд на себе.
Глава 6.
" Они сошлись. Волна и камень,
Стихи и проза, лед и пламень", – это я о своих мыслях, если кто не понял.
После того поцелуя я места себе не находила то от радости и обжигающего огня в груди при воспоминании то его теплых губах, то от страха неизвестного и ужаса, что он сделал это несерьезно, просто пошутил. Я промаялась с этим всем несколько дней, пока моя соседка по комнате не пообещала вызнать, что со мной такое происходит и не устроить мне один из видов психотерапии. Она была хорошей девчонкой, но далеко не первой в списке тех, кому я могла и хотела рассказать о нас с Олегом.
О нас с Олегом.
Я покатала на языке это словосочетание, пытаясь понять, насколько оно мне нравится.
И, боже ты мой, оно мне чертовски нравилось!
Только вот понравилось бы оно Олегу?..
Через четыре дня должна быть философия. Никогда так не молилась за возвращение нашей прошлой преподавательницы, но чуда, разумеется, не произошло. Я села за последний ряд с теми, кто обычно читает журналы/задрачивает смартфоны/красит ногти/болтает/читает книгу, делая изредка селфи под названием "смотрите все, я с книгой, значит я умная".
Я села туда в надежде скрыться за чьей-нибудь спиной от Строгова и, спокойно отсидев пару, выйти из аудитории в толпе студентов, благо лекции у нас были потоковые.
Но, как оказалось, место я выбрала не совсем удачное – оно отлично просматривалось с преподавательской кафедры, а передо мной не нашлось ни одной широкой мужской спины.
Как всегда опоздав на десять минут, зашел Строгов в темно-сером костюме поверх белоснежной рубашки, но без галстука. Нечасто он позволял себе такую одежду, хотя костюм очень ему шел.
Он кивнул, все сели, приняв это за разрешение, а Строгов внимательно оглядел всю аудиторию, остановив взгляд на мне. У меня сердце заколотилось так, словно хотело сломать ребра и прыгнуть к нему в большие ладони. Олег тем временем едва заметно приподнял один уголок губ, и я, все это время отвечая на его взгляд, опустила глаза. Усмехается.
Строгов начал лекцию.
Значит, все-таки это была шутка.
Ну еще бы! Сдалась ему такая, как я. Если ему и нужна была студентка, то понятно для чего и наверняка уже достаточно опытная.
Ну раз так, меня от шуток тоже ничто не держит, а бегаю я достаточно быстро, хоть и на короткие дистанции.
Я смотрела на него неотрывно и, когда его взгляд снова утыкался в меня, я отвечала ему с полуулыбкой, тоже едва усмехаясь и иногда посасывая кончик ручки. В такие моменты он всегда щурился и, насколько я могла заметить с последней парты, чуть раздувал ноздри.
Так делают, когда злятся, верно? Или когда...
Зря я села так далеко. За микромимикой не так просто уследить с такого расстояния. Хорошо хоть, что аудитории не такие большие и не уровневые.
Всю пару мы переглядывались, и в итоге я, занятая взглядами и губами, не записала из лекции ни строчки. Прав был Строгий, когда оставил меня на дополнительные занятия...
Он отпускал нас всегда минут за пять до звонка, и в этот раз я приложила максимум усилий, чтобы запихнуть все вещи в сумку за пару секунд и затеряться в толпе.
– Зимина! Останьтесь на минуту.
Может, сделать вид, что я уже ушла?
– Арин, тебя Строгий позвал, – тихо сказала мне Оля, одна из лучших учениц (ботанов, проще говоря) группы.
Вообще, она хорошая девчонка, но иногда...
Я сделала страдающий вид и поплелась в обратную сторону.
Подошла к преподавательскому столу, держа сумку в руках перед собой и наблюдая, как Строгов аккуратно складывает лекции в свой портфель. Интересно, он видел, как неряшливо я засунула свои тетради в сумку?
– Вы что-то хотели, Олег Витальевич? – начала я в надежде, что он не скажет мне ничего при студентах, и я смогу выйти с последними из них.
Он перевел взгляд с бумаг на меня, его губы дрогнули, и преподаватель посмотрел на выходящих студентов. Последних студентов.
Когда они вышли, Строгов обогнул стол, подошел ближе. Я осталась стоять на месте, с едва заметной улыбкой наблюдая за его действиями. На этот раз убегать я не собиралась, особенно зная, что он просто развлекается.
Олег сделал еще шаг, теперь он стоял почти вплотную. Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы видеть его смеющиеся глаза. Несколько секунд он смотрел на меня каким-то жадным взглядом, словно запоминая каждую черточку моего лица, а я вспомнила, как он усмехался тогда и как делает это сейчас, и в его манере приподняла левый уголок губ и посмотрела с превосходством.
Олег чуть прищурил глаза, обхватил мое лицо ладонями и, наклонившись, поцеловал сначала в уголок губ, словно сцеловывая усмешку, из-за чего мои колени задрожали в предвкушении настоящего, глубокого поцелуя, который так и не случился в прошлый раз.
А вот сейчас долго ждать не пришлось.
Он поудобнее наклонил мою голову, сильнее раскрывая губы и проникая в рот языком. Я уронила сумку на пол, одной рукой обняла его за шею, теснее прижимаясь к его телу, а другой провела по короткому ежику волос.
Олег целовался исступленно, жадно, словно не видел меня, любимую, несколько мучительных лет, и эта его игра, кроме которой, разве что, мог быть только недотрах, вызывала настолько широкую улыбку, что даже целуясь я чуть растянула губы. Олег, явно почувствовав это, развернулся и, подхватив меня за попу, посадил на стол. Я машинально обхватила его ногами, мужчина прижался сильнее, и я поняла, что с теорией про недотрах явно угадала.
Его руки под моей футболкой заставляли выгибаться навстречу – настолько жгучие линии выводили его пальцы на спине.
Оторвавшись от его губ, я прошлась поцелуями по его скулам, медленно добралась до уха, чуть прикусила мочку. Олег чуть слышно зарычал и шепнул мне на ухо:
– Что ты со мной делаешь?
Его губы коснулись моей шеи, и огненный след остался на моей коже. Я, улыбаясь, едва-едва прикусила сонную артерию как раз на месте бешено пляшущего пульса.
– Думаешь, это смешно? – ехидно осведомился Олег, поглаживая меня по ноге от колена и выше. Я в тот же миг пожалела, что надела джинсы, а не юбку. Кажется, мужчина подумал о том же.
Я посмотрела на него, широко улыбаясь и замечая его горящий зеленью взгляд, губы были чуть приоткрыты, но усмешки на них уже не было.
– Да, очень, – едва слышно выдохнула я, продолжая улыбаться.
Олег был так близко, я чувствовала его всем телом и особенно сильно, конечно, там. Низ живота в очередной раз обожгло при мысли о его большом...
– О чем ты думаешь? – Олег придвинулся чуть ближе, мы почти касались носами.
Несмотря на то что мы только что исступленно целовались, я смутилась, вспомнив о своих недавних мыслях, и опустила глаза.
Он нежно приподнял мой подбородок, и мне пришлось вернуть взгляд на место.
– Я о том же, – мужчина опустил взгляд в вырез футболки, и левый уголок губ привычно приподнялся вверх на несколько секунд.
Я тут же вспомнила его шуточки и разозлилась.
– Тоже думаешь о своем члене? – ей-богу, вырвалось. Уверена, я даже покраснела еще сильнее.
И только сказав, поняла, что подобное заявление лишь поднимет его самооценку.
Строгов расплылся в улыбке, посмотрел на меня взглядом охотника, загнавшего свою добычу в угол.
– Ну... В каком-то смысле, – и опять улыбка вышла кривоватой.
Черт бы тебя побрал, самоуверенный кретин!
Я не какая-нибудь студенточка по вызову!
– Ладно, – я облизнула губы, отмечая, как преподаватель проследил за этим движением, глубоко вдыхая.
Посмотрев вниз, я поняла, что просто спрыгнуть на пол не получится. Одной рукой Олег гладил мою спину под футболкой, а другой прижимал за бедра к себе. Вдобавок я все еще обнимала его ногами.
Черт.
– Пойдешь со мной на свидание, Ариш?
Я оторопела и тут же подняла взгляд – столько нежности звучало в его голосе, усмешки на губах уже не было, глаза смотрели серьезно.
– Или я никуда тебя не отпущу, – и словно в подтверждение своих слов Олег прижал меня крепче и улыбнулся, склоняясь к губам.
– Хорошо, – едва слышно ответила я, глядя на его губы и раздумывая, что из предложенного было бы лучше.
Глава 7.
Он сидел, задумавшись, и перебирал в голове способы проверки. Снова оказаться в той эмоциональной яме из-за девчонки он не хотел. В тот раз хорошенькая брюнетка производила впечатление милой глуповатой девушки, вечно улыбающейся всему подряд. Не то чтобы она зацепила его до крайности, но, черт, использовать его ради оценки?! У него даже в мыслях не было так пользоваться девушкой, хотя он знал немало примеров подобного и на своей кафедре, но сам ни за что до такого бы не опустился, даже банальные взятки никогда не брал. А тут какая-то студентка провела его вокруг члена пальца , просто чтобы заполучить «отлично» в зачетке. У него и в мыслях подо бной возможности не возникало!
И теперь, случайно встречаясь с ней в коридорах университета, он постоянно присматривался к ней, замечая ее ехидную улыбку , граничащую с превосходством.
Попрост у говоря, что-то пошло не так.
И в этот раз он точно не хотел быть использованным.
А потому усиленно размышлял, каким образом можно проверить Арину.
При мысли о ней все внутри сжималось от желания, а на губах против воли расцветала улыбка. Шутливая девчонка. И горячая.
Я с ума сходила от предстоящего свидания.
И накануне чтобы успокоиться села посмотреть "Дневник Бриджет Джонс". Самым радостным оказалось то, что в конце фильма парень был не только у Бриджет, теперь он был и у меня, и если раньше концом фильма можно было считать его начало с песней "All By Myself" , телеком и вином, то сейчас... Я предвкушающе улыбнулась и зажмурилась, мечтая о скорой встрече с Олегом.
Наудачу пар было всего две, так что я с горем пополам отсидела их с шилом в заднице. Зато сразу после опрометью кинулась в общагу, перемерила все платья подряд, спустя полтора часа остановив свой выбор на самом любимом – нежно-персиковом, с тонкими кружевными облегающими короткими рукавчиками, начинающимися чуть ниже плеч, едва заметным вырезом, выгодно подчеркивающим грудь, но совершенно не открывающим ее, и свободной юбкой, спускающейся мягкими волнами почти до колена. Последние дни даже погода стояла не осенняя – температура поднималась до двадцати трех градусов, и даже солнце радовало глаз. Так что я уверенно достала чулки и любимые удобные туфли. Волосы чуть завила и забрала на правом плече.
Черт, это было так непривычно! Не слишком часто я ходила на свидания.
А еще постоянно вспоминался тот сон, где Олег в подъезде...
Я закусила губу и тряхнула головой, пытаясь прогнать ненужные мысли. Я порадовалась, что мы договорились встретиться в ресторане – так у меня было время пройтись и безуспешно попытаться успокоиться.
Я уже видела стеклянную дверь ресторана, в который меня пригласили. Я почти подошла к нему, собралась выдохнуть и зайти, как мне навстречу вышел Олег, улыбнулся с каким-то особенным блеском в глазах.
– Привет, – открыл мне дверь, ну прямо-таки джентельмен! Прошептал на ухо, посылая мириады мурашек: – Отлично выглядишь.
– Спасибо, ты тоже неплох, – я бросила игривый взгляд на его белую идеальную рубашку, под которой легко можно было увидеть мужественность его тела.
Он лишь хмыкнул и зашел следом в ресторан.
Наш столик оказался самым последним из тех, что стояли у окна, и самым укромным. Я вспомнила, как в фильмах девушка поглаживает ногой своего парня, а он пробирается ей под юбку под столом. Чуть тряхнула головой – что за идиотские мысли?
Мы заказали что-то легкое, вроде чая и пирожных, но я не очень-то хорошо помню момент с официантом, потому что пялилась то на сильные руки Олега, то на его губы. Может, мне что-то подмешали?
Когда официант ушел, мне пришлось поднять взгляд с губ на глаза. Олег смотрел на меня с полуулыбкой, чуть прикрывая ее руками, на локти которых он оперся. Его глаза опять сверкали, и я сходила с ума, сердце в который раз зашлось в бешеном ритме. Боже, оно же прорвется сквозь грудь, и тогда свиданию конец!
Так мы молчали несколько минут, после чего Олег накрыл мою ладонь своей, отчего заставил мое бедное сердечко сделать очередное сальто-мортале, и произнес:
– Мы должны о чем-то поговорить. Иначе складывается впечатление, что тянет нас друг к другу только в физическом плане.
Я поперхнулась воздухом, но смогла сдержать кашель.
В чем-то он, несомненно, был прав, но...
Я все равно ошеломленно на него посмотрела. Мне впервые было уютно просто молчать, если не считать, что пляски бешеного сердца никак нельзя считать уютом.
– Да, – только и сумела выдавить я.
Олег улыбнулся, чуть склонил голову набок и продолжал весело рассматривать меня своими глубокими зелеными глазами.
Он что, ждет, когда я начну?
И тут у меня сложилось явственное впечатление, что психолог тут он, а не я, он тут сидит, ставит надо мной свои эксперименты, а я не знаю, куда деть глаза.
Ну все, с меня хватит.
Я также уверенно и весело посмотрела на него и приподняла один уголок губ выше другого, давая понять, что принимаю правила его игры. В усмешке мне равен только Деймон Сальваторе, а никак не Строгов.
Принесли чай и пирожные.
Ура, на моем были взбитые сливки и две вишенки.
Сейчас мы поиграем.
– Расскажи тогда о... – я секунду подумала, – своих любимых фильмах.
Он улыбнулся, помешивая сахар в чае. Я порадовалась, что чай зеленый – в него я сахар не кладу.
– Мне нравится фантастика. И научные фильмы. Еще интересна психология, – Олег перевел взгляд с чая на меня.
Я кивнула, поднимая вишенку за хвостик и отправляя ее в рот.
– Хочешь? – спросила я, замечая, как он провожает ее взглядом и указывая на вторую.
Олег улыбнулся.
– Держи.
Он подхватил ягоду губами, секунду смотрел мне в глаза, потом мягко оторвал ее от веточки и начал жевать.
Кажется, я поняла, почему его так заинтересовала первая вишенка.
Я представила, как угощу его взбитыми сливками, и поняла, что мне нужно отойти.
– Я на минутку, – встала я, быстро вспоминая, в какой стороне здесь туалет.
Уборная здесь была вся позолоченная, словно королевские покои. Я представила, насколько должно быть людям неловко срать в золотой унитаз, и усмехнулась, поворачиваясь, чтобы закрыть дверь, как она резко распахнулась, и на меня налетел Олег.
– Тебе звонят, – закрывая дверь, он протянул мне телефон, на котором высвечивался незнакомый номер, отключившийся уже через пару секунд.
– И ладно, – я посмотрела на мужчину удивленно.
Он отобрал у меня телефон, положил его на выступ рядом с раковиной и, сделав последний разделяющий нас шажочек, несколько секунд смотрел мне в глаза, привычно обхватив ладонями лицо, а потом порывисто поцеловал.
Я едва удержалась на ногах. Одной рукой Олег придержал меня чуть ниже спины и прижался еще крепче.
Огонь вовсю гулял по моему телу. Я вспомнила, что зашла сюда охладиться – умыться прохладной водой – и перестать думать о снятых штанах Олега.
А он с каждой секундой целовал все жарче и жарче, только я начинала задыхаться, и мужчина переходил поцелуями к шее, ключице, плечам, оставляя после себя жгучий след. Его руки вовсю гуляли по моему телу, и если бы не висящее рядом с нами зеркало, я бы не сразу заметила, что мое платье задрано до невозможности сильно, а его пальцы уже перешли границу с резинками чулок.
– Олег... – шептала я, задыхаясь. – Олег, ты...
– Да, Ариша? – едва слышно проговорил он мне на ухо, тут же его целуя.
И следующие слова застряли у меня в горле, потому что его пальцы добрались до нижнего белья и умело отодвинули его в сторону. Я была способна только опять простонать его имя и выгнуться вперед.
Я и сама не заметила, что практически полностью расстегнула его рубашку и даже взялась за ремень, но с застежками и пуговицами справляться сложнее, чем с платьем и тем более умелыми пальцами мужчины.
Олег перешел поцелуями на мою грудь, сдвигая верхнюю часть платья все ниже, почти добираясь до соска, я задыхалась все больше, и когда он снова надавил на самую чувствительную точку внизу и я в очередной раз поддалась импульсу, изгибаясь в его руках и поворачиваясь к зеркалу, отражающему нас, я вдруг резко поняла, что мы находимся в туалете ресторана, а это наше первое, только начавшееся свидание.
Я нашла губы Олега своими и горячо поцеловала его, быстро отстранившись:
– Олег, – но все еще задыхалась. – Олег, подожди. Послушай.
– К чему разговоры, – его губы снова вернулись на мою шею, второй рукой он поглаживал мою правую ногу. – Разве ты не этого хотела?
Меня словно облили холодной водой.
– Что?
– Что? – он смотрел на меня все еще горящими от желания глазами, но ноздри на секунду раздулись, а губы вытянулись в узкую линию, и даже желваки ненадолго проступили на скулах.
На что он злится?
Я сощурилась, раздумывая и внимательно глядя на его лицо. Пламя его зеленых глаз сменилось превосходством и, опасаясь увидеть типичный для него приподнятый левый уголок губ, я отвернулась, быстро поправляя чулки и платье. На секунду задержала взгляд на своем отражении – поправила прическу – после чего взяла телефон и быстро выбежала за дверь.
– Арина! – я не оглянулась, пытаясь как можно скорее отыскать наш столик, потому что успела забыть, где мы сидели. – Арина, стой!
С соседних столиков начали оборачиваться люди. Я взглянула на столы: вино, шампанское, кофе, чай! Нет, здесь салаты. О, вот он, здесь мое пирожное со взбитыми сливками и вишенками...
Я сердито тряхнула головой – не хватало еще реветь тут при всех! И так уже вся красная, по виду понятно, чем мы там занимались.
Олег подошел вплотную, когда я только-только взяла клатч в руки.
– Арина, я...
Я посмотрела на него, надеясь увидеть раскаяние, но лицо мужчины расплывалось из-за слезящихся глаз.
– Нет, ничего не говори, – тихо, чтобы не всхлипывать, пробормотала я. – Не иди за мной!
Он все равно пошел и попытался схватить за запястье, которое я тут же сердито вырвала.
– У меня есть перцовый баллончик, – непонятно для чего сказала я, смаргивая слезы и замечая, как он умилился этим словам.
Ну давай, посмейся еще надо мной!
Поняв, что он не отстанет, я смогла придумать самый идиотский прием – посмотрела за его спину, округлила глаза и прижала руку ко рту в неподдельном (как я надеялась) испуге:
– О боже...
– Что? – Олег резко обернулся, а я кинулась к выходу, прошмыгнула мимо целующейся парочки и побежала к удачно стоящему на близкой остановке автобусу – куда угодно, лишь бы подальше от него.
