Текст книги "Инкогнито (СИ)"

Автор книги: Анна Яфор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Несмотря на грустные мысли, женщина впервые за долгое время ощущала себя действительно живой. И отказываться от предстоящего общения, пусть виртуального, пусть такого, что никогда не превратится в реальное, не собиралась. А значит, необходимо выполнить просьбу… Подумать только, кто-то попросил ее сделать подарок самой себе! Невероятно и так трогательно. Как только быть с тем, что она почти разучилась что-то желать?

Чай почти закончился, и женщина задумчиво теребила ручку изящной чашки, на краю которой будто притаилась крошечная улитка, а на стенке распустился яркий цветок.

Трогательно и красиво, хотя и слишком непрочно. У нее дома такая прожила бы в лучшем случае несколько дней. Арина привыкла к простой, крепкой посуде, надежной, но не цепляющей глаз. Не радующей. Вдруг вспомнилась короткая встреча, случившаяся несколько лет назад в поезде с одной успешной женщиной.

Будто воочию увидела ограниченное пространство спального вагона. Она тогда не смогла достать билет ни в плацкарт, ни в купе и, не имея возможности отложить поездку, впервые в жизни попала в люкс.

С дамой, оказавшейся ее соседкой, они были почти ровесницами, но та словно существовала в иной реальности: яркой и запоминающейся. Элегантная прическа, умелый макияж, дорогая, комфортная одежда, подчеркивающая достоинства фигуры. Даже чашку в дорогу женщина захватила не металлическую, и уж тем более не пластиковую, а из какой-то элитной коллекции. Арина бы такую и дома не каждому гостю рискнула дать. Соседка тогда рассмеялась в ответ на ее изумление.

– А зачем нужны красивые вещи, если ими не пользоваться? Любоваться за стеклом буфета? Можно состариться, пользуясь тем, чему давно место на свалке или в музее, так и не сумев насладиться предложенным судьбой. Как же нужно себя не любить, чтобы всю жизнь беречь то, что предназначено тебе для радости? Если все время откладывать на черный день, белый не наступит никогда.

За несколько часов проведенных вместе Арина узнала столько нового, что потом еще долго пыталась осмыслить информацию. Но вернувшись домой, погрязла в старых проблемах. Ее отношения с мужем тогда достигли своей критической точки, боль и отчаянье затопили с головой, и было совсем не до слов случайной попутчицы и ее непривычных советов. Все забылось, однако, как оказалось, не ушло бесследно из памяти, чтобы напомнить о себе спустя несколько лет, после неожиданного предложения автора писем.

Она улыбнулась, когда наконец-то поняла, чего хочется. Это не решит ее проблем, не избавит от угнетающего одиночества, еще и бюджет потреплет изрядно. Но будет правильным.

Посудный магазинчик нашелся неподалеку от кафе, и Арина на время потерялась в обилии роскошных вещей. Оказалось действительно дорого. Раньше и в голову не пришло бы потратить на какую-то тарелку около трехсот рублей. Цена же сервиза была равной ее зарплате за две недели. Не так уж и много, но почти пугающе для женщины, раньше не осмеливающейся на легкомысленные траты.

Однако при мысли, что уже сегодня вечером они вместе с Настей будут ужинать из такой потрясающей посуды, стало настолько радостно, что не напугала даже необходимость лишней работы. А когда увидела нежную весеннюю свежесть, вообще забыла обо всем на свете.

Фрезии Арине нравились всегда. Тонкий изысканный аромат, нежнейшие лепестки, фантастически прекрасные в своей хрупкости цветы не могли не радовать глаз, хотя за годы брака она не дождалась от мужа такого подарка. Иногда хотела купить их сама, но в последний момент что-то останавливало, и, сглатывая горькие слезы, торопилась пройти мимо цветочного павильона и не вдыхать на расстоянии ощутимый запах чужого счастья. Сейчас же не уставала любоваться. Даже аппетит разыгрался, несмотря на только что съеденное пирожное, а в памяти ожили слова случайной попутчицы: «Из красивых тарелок ты всегда будешь есть с удовольствием».

Настя пришла в восторг, и, глядя на сияющее лицо дочки, Арина мысленно поблагодарила и женщину, встретившуюся некогда на пути, и своего сказочника, общения с которым вечером не могла дождаться. Когда на экране наконец-то мигнуло окошко чата, ощутила такое тепло, словно физически почувствовала присутствие мужчины рядом.

– Как прошел день, птичка?

Она хотела бы рассказать и о чудесном празднике в больнице, и о грусти, наполнившей сердце при виде заметной боли в глазах доктора, но тем самым мгновенно выдала бы себя, потому ограничилась лишь упоминанием о насыщенности событий.

– А твой день был хорошим?

Ей захотелось услышать подробности. Не для того, что вычислить личность собеседника, просто, чтобы узнать, чем жил сегодня человек, подаривший ей столько незнакомых ощущений.

– Не очень. Оказалось много работы и много воспоминаний, почему-то не слишком приятных.

В конце фразы появился недоумевающий смайлик, но забавная картинка как будто скрывала что-то более серьезное и грустное. Арина вздохнула: не только ей пришлось огорчаться, – и послала в ответ изображение крошечной чашечки, на которой вился пар.

– Тогда приглашаю тебя на чай, – и тут же, испугавшись, что ее заявление покажется слишком навязчивым, уточнила: – Виртуальный.

Рядом с ноутбуком стояла чашка из нового сервиза, и слабый аромат любимых трав внушал удивительное спокойствие.

– Я купила посуду. Такую красивую, что никак не могу насмотреться. Дочка съела за ужином в два раза больше обычного, а мне кажется, что наступила весна. Наверное, это глупо…

Провела пальцем по изображению цветка на блюдце и снова улыбнулась, смахивая невольно набежавшие слезы. Он ведь сможет ее понять?

– А каким чаем ты меня угостишь?

Словно почувствовала ласковый шепот, долетевший откуда-то издалека. Собеседник приблизился, несмотря на то, что по-прежнему находился на расстоянии, различил настроение в коротких и не особенно информативных фразах, и ей захотелось облегчить для него последствия не совсем удачного дня, заставить хотя бы на время забыть о проблемах. Только как это сделать, когда не знаешь о человеке ничего?

– Не буду предлагать крепкий, чтобы вместе с напитком не подарить бессонницу. И вряд ли тебе понравится фруктовая смесь, которую обожает моя дочь. Мне кажется, ты бы оценил зеленый чай, насыщенно-янтарный, свежий и терпкий. Он чудесно утоляет жажду и проясняет мысли. И настроение обязательно улучшится.

Арина представила всех четырех мужчин, работающих в компании, и лишь одного из них – по ту сторону экрана. Серьезные проницательные глаза и едва заметную улыбку. Именно он мог бы написать то, что появилось на экране после короткой, но ощутимой паузы:

– Потрясающе, птичка. Жаль, что ты далеко, я бы с радостью превратил виртуальное чаепитие в реальность.

Глава 11

 

Было что-то еще в череде этих дней,

Где под серым покровом небесных перин,

Ничего он полжизни не зная о ней,

Жил, душою своей оставаясь один.

Было что-то еще за полоской дождя,

За шуршанием капель в опавшей листве,

Где не надо жалеть, что грядут холода,

И всю зиму мечтать о весеннем тепле.

Было что-то еще за стеной суеты,

За бездумной растратой недолгих минут,

Ежедневным предчувствием новой беды

И обычным явлением частых простуд.

Все заверчено раньше орбитой Земли:

Он крутился, как все, в бесполезных делах,

И, конечно, мечтал, только эти мечты

Воплощаться могли лишь в коротеньких снах.

Он считал наперед, как там будет потом,

И зарплату кроил, и планировал бред,

Все пытаясь понять: что же там, за окном,

За которым есть то, чего, в принципе, нет?

Но однажды прорвался сквозь серый заслон

Синий цвет ожиданий, надежд и мечты,

Это просто она сквозь оконный проем

Заглянула в глаза его из пустоты.

И повисли минуты, и замерли дни,

Заскрипела Земля в кандалах тормозов,

Потому что её, прижимая к груди,

Он себе оставлял, отнимая у снов…

Было что-то еще за холодным дождем,

Было что-то еще за границей проблем,

Но когда остаешься с любимой вдвоем,

Понимаешь, что все остальное …зачем?

Сказоч-Ник

С утра разыгралась непогода, шквальный ветер напомнил о времени года, сбивая с деревьев последние листочки и нагоняя седые, мрачные облака. Воздух наполняло ожидание дождя, частого гостя в зимние месяцы, и его холодные капли уже изредка срывались, на лету превращаясь в крошечные, колючие снежинки, но, соприкасаясь с кожей, тут же таяли. Будто слезы на лице. Когда он плакал последний раз? Кажется, еще в детстве, в кровь сбивая колени, и то так давно, что почти не помнит об этом. Очень рано научился сдерживать эмоции. Проще было скрежетать зубами, чем демонстрировать свою слабость в повлажневших глазах. Даже ребенку, тем более, взрослому человеку, какие бы сложности не сваливались на плечи.

Да и можно ли назвать сложностями неизбежные события жизни? То, что произошло в его семье, было предсказуемым и вполне обычным. С чего он взял, что является каким-то особенным и достоин любви, несмотря ни на что? Не заслужил такого дара, не сумел осчастливить драгоценную для него женщину, на кого же можно обижаться в таком случае, кроме себя самого? Есть ли о чем плакать, если все случилось так, как и должно было быть?

Он задержался у машины, подставляя лицо снежным капелькам. Кожа быстро остывала, возвращая сердцу холод, покинувший его вчера во время переписки. Их затянувшееся далеко за полночь общение привело к тому, о чем уже и забыл: к мирному и безмятежному сну младенца. Или мужчины, удовлетворенного в самых смелых желаниях. Выспался впервые за долгое время без всяких вспомогательных средств, а наступившее утро не принесло привычной горечи. Даже кофе не убежал, а получился вполне сносного вкуса, насыщая тело бодростью и готовя к предстоящему рабочему дню.

В офис ему удалось войти незамеченным. Алиса, как частенько бывало, включила музыку, и ее звуки заглушили шаги. Он остановился у входа, рассматривая женщину, что-то сосредоточенно изучающую за компьютером.

Уверенная, что никто на нее не смотрит, Арина улыбалась. Или своим мыслям, или тому, что читала на экране, но какие-то внутренние переживания тронули и оживили ее настолько, что не получалось оторвать глаз. Она была красивой, хотя его не внешность сейчас привлекла. Было приятно смотреть на лицо, такое искреннее и открытое, что на миг показалось, будто перед ним не женщина за тридцать, а юная девчонка, наслаждающаяся своей весной. Губы подрагивали, проговаривая какие-то затаенные мысли. Он и не пытался их угадать, но ощутил внезапно, как ожили собственные, почему-то подсказывающие возможный вкус ее рта и гладкую нежность кожи в вырезе блузки. Пуговицы, застегнутые почти до верха, должны были сберечь от посторонних взглядов, но вышло наоборот: он слишком отчетливо представил и кружево белья, едва угадывающееся под тканью, и такие же золотые крапинки, что щедро усеивали нос и скулы, ниже, под тонким шелком. А в кончиках пальцев почувствовался зуд от ставшего почти нестерпимым желания запустить руки в ее волосы, разметать их по плечам, растрепать, избавляя от тугого хвоста.

– Кем любуешься? Лисой или Ариной? – сзади неслышно подошел друг, и мужчина обернулся, стряхивая наваждения и спуская на лицо улыбку.

– Обеими. Притаился и жду, пока кто-то из них попадет в мою сеть.

– А зачем ждать? Действовать надо, а то останешься ни с чем. Алиска так уже точно влюблена, и, как подсказывает мое сердце, не в нас с тобой. А Арина… Арина мне нравится. Она не похожа на других женщин. Взрослая, даже ребенок есть, а в душе осталась наивной и чистой девчонкой. Такая полюбит – и ничего больше не надо для счастья.

Об этом можно было бы поспорить. Как часто не получается даже у хороших людей. Просто что-то не складывается, и продуманная вроде бы схема не выдерживает испытания временем.

– Хочу пригласить ее куда-то на ужин. Заодно познакомимся поближе.

Услышав фразу друга, он снова взглянул на все еще не замечающую их женщину. Почему-то казалось, что она вряд ли согласится. Прошедшая встреча в ресторане и так далась ей непросто, а почти свидание вообще может стать неподъемным грузом. Если, конечно, Арина сама не заинтересована в скором романе. Но предположить такое не получалось: эта птичка слишком не походила на тех, кто может быть расположен к мимолетным интрижкам.

Птичка? И сам не заметил, как объединил в своем сознании два образа: новой сотрудницы и виртуальной собеседницы, подарившей ему вчера незабываемый вечер. Это смешно и практически невозможно, но увидеть на ее месте именно Арину было бы приятно. Хотя и не хотелось бы, чтобы боль, отчетливо сквозившая в каждом слове его незнакомки, имела место в жизни женщины, за которой он наблюдал уже столько времени. Она должна быть счастлива и любима, а не грустить в одиночестве и уж тем более не писать никому писем, надеясь на каплю внимания.

– Не обижай ее, ладно? – тряхнул друга за плечо, и, наконец-то выдавая свое присутствие, зашел в помещение. Коротко поздоровался и поспешил пройти к себе, стараясь не думать о том, как ожили ее глаза. Показалось, скорее всего. Она не может радоваться при виде его. Это никому из них не нужно.

Глава 12

 

Нет, нам с тобой не убежать,

Нам друг от друга не укрыться –

Мне и в разлуке будет сниться

Твоя особенная стать.

Твоих волос густой обвал,

Где поселился запах тайный,

И взгляд внимательно – печальный,

Когда тебя я целовал…

Я буду помнить след руки,

Что надо мной прозрачной тенью

Скользнет, и время на мгновенье

Сольет дыхание в стихи.

И шелк распахнутых ресниц,

Которых я коснусь губами,

И будут биться между нами

Сердца, как в клетке крылья птиц.

Твоей груди упругий плен,

Тепло и зов атласной кожи

В разлуке будут сниться тоже,

И трепет сомкнутых колен…

Нет, нам с тобой не убежать,

Не растерять любовь и нежность,

Нас сводит вместе неизбежность,

Которой смысла нет нам лгать…

Сказоч-Ник

Арина не собиралась целый день проводить в офисе, но так увлеклась, что забыла о времени. Дел оказалось много, потому что она наконец-то осмелилась взять первый заказ. Написание вроде бы простого письма на день рожденья какого-то малыша от его любимого персонажа захватило с головой. Удалось опомниться лишь тогда, когда случайно брошенный взгляд на часы подсказал, как она катастрофически опаздывает за Настей. Дочка не любила оставаться в группе последней и всегда расстраивалась, и теперь успеть в сад вовремя можно было только на такси.

Алиса заметила ее смятение.

– Пора бежать? Давай попросим кого-то из парней, чтобы подвезли?

К этому времени в офисе остались только Алекс и Аркадий, но обременять кого-то из них собственными заботами Арине не хотелось. Не привыкла она принимать подобного рода услуги, да и вообще оказываться в зоне чьего-то внимания было сложно. Директор мало подходит на роль извозчика, а Алекс… Алексу наверняка есть, чем заняться вечером.

На губах Алисы заиграла лукавая улыбка. Не зря почти все в компании звали ее Лисенком: она видела больше других, угадывая мысли и настроение, при этом природой данная хитрость неразличимо граничила с мудростью, весьма странной в таком юном возрасте. Вот и сейчас, еще не дождавшись ответа от Арины, уже знала, что та скажет.

– Не волнуйся, я обо всем договорюсь. Это окажется быстрее, чем на такси, и совсем не сложно. Вот увидишь.

Та предпочла бы не видеть, но обстоятельства сейчас были не на ее стороне. Оставалось лишь надеяться, что неожиданная просьба действительно не слишком обременит того, к кому Алиса ее обратит.

Алекс появился на пороге кабинета так быстро, будто ждал их просьбу. Кивнул, непринужденной улыбкой освобождая женщину от сомнений.

– Я буду рад подвезти. Думаю, что твоя малышка огорчится, если ей придется ждать.

Как бы ни было неловко, ситуация не позволяла противиться. Арина заставила себя улыбнуться в ответ, отгоняя непривычные ощущения. Нельзя допустить, чтобы зародившийся в сердце интерес к кому-то из этих мужчин укоренился. Это слишком опасно. В прошлый раз пришлось собирать себя по кусочкам, когда любовь всей жизни, ее самая светлая мечта обернулась разводом, грязным и оскорбительным. Делить в общем-то было нечего: муж не претендовал на Настю, но воспоминания об этих днях и том, что пришлось выслушать и пережить еще долго заставляли просыпаться в холодном поту или подолгу лежать в темноте, вглядываясь в безликие тени на стенах. Они не обозначали ничего: пустые серые линии, как и ее жизнь, превратившаяся в сгусток обид и одиночества.

Переживать все это заново не хотелось, а рассчитывать на счастливый финал с кем-то из сотрудников «Инкогнито» было бы слишком по-детски. Общение в чате, ни к чему не обязывающие шутки, но не больше. А если случайно возникнет желание помечтать, достаточно вспомнить все, что говорил ей муж, и спуститься с небес на землю, чтобы потом не пришлось падать оттуда.

Они доехали довольно быстро, так что Арина даже не успела увязнуть в смятении от неожиданного общества. Лишь любовалась исподтишка точеным профилем и рассматривала руки мужчины, сжимающие руль. В общем-то безобидное занятие, со стороны и в голову не придет озаботиться ее неадекватными мыслями, возникающими при одном взгляде на красивые, сильные пальцы.

– Спасибо, что подвез… – улыбнулась, ощущая, как растекается по телу тепло. Волнение из-за возможного опоздания за дочкой улеглось, и теперь она испытывала лишь благодарность за оказанную своевременную услугу. Все остальные чувства привыкла рубить на корню, и сейчас сделает то же самое.

Губы мужчины тронула ответная улыбка.

– Был рад помочь, тем более, что это совершенно не трудно.

Она попрощалась, стараясь перелистнуть страницу как можно быстрее. Впереди еще долгий вечер. Нужно купить продукты, приготовить ужин, уложить дочку и хотя бы немного поработать: клиенты ждали материалы, которые она все не успевала закончить. А вот прогулку с Настей придется отложить: казалось, вот-вот начнется дождь, а зонт, как всегда, остался дома.

Косые струйки уже срывались с неба, когда Арина оказалась на улице уже вместе с дочерью. До остановки было недалеко, но быстро бежать малышка не сможет, а вымокнуть не хотелось. Женщина мысленно отругала себя за непредусмотрительность: не первый раз оказывается в такую погоду без зонта. Ладно бы одна была, а так еще и Настя пострадает.

– Мамочка, мы под дождиком побежим?

Она не успела ответить: тишину пустынной сырой улицы разрезал автомобильный гудок. Алекс почему-то не уехал, оставшись на том же самом месте, где высадил ее. Вышел из машины, помахав рукой.

– Сейчас ливень начнется. Ныряйте в салон.

От облепивших лицо капель у нее наверняка растеклась тушь, а ветер испортил прическу. Юбка облепила ноги, тяжелея от влаги. Та еще картинка, зато не будет повода обольщаться, что мужчина может испытывать к ней хоть что-то, кроме жалости.

– Спасибо.

Настя обрадовалась. Даже не испугалась незнакомца, не стала смущаться, как нередко бывало. С удовольствием забралась в машину, зашептав маме на ухо:

– А дядя в магазин нас отвезет? И потом домой?

Шепот вышел громкий, и Алекс услышал. Рассмеялся, подавая девочке руку для приветствия, а когда она протянула ему ладошку, легонько коснулся губами, как при первой встрече с самой Ариной. Воспоминания взволновали, и лишь вид изумленной дочки, никогда не сталкивающейся с подобным обращением, позволил немного прийти в себя.

– Я в вашем распоряжении. С удовольствием поработаю личным водителем двух красивых дам. Хотя бы один вечер.

Настя пришла в восторг, а Арина предпочла бы избежать его общества, но это выглядело бы и странно, и невежливо. Поэтому пришлось благодарно кивнуть и захлопнуть дверь машины, снова погружаясь в волнующую атмосферу.

Глава 13

 

Раздет январь догола – всё серым цветом,

Не приживаются снега на свете этом,

И не видны издалека метель да вьюга...

Нам не найти здесь никогда с тобой друг друга.

Откроет день глаза в окне наполовину,

И ветер с дождиком в крыле толкнётся в спину,

На крышах небо разлеглось, кашне не греет...

А счастье хоть бы и сбылось, да кто поверит?

Леса пока не в серебре, не в белом – поле,

Как хорошо сидеть в тепле, в уютном горе,

Из-за того, что нет зимы, и спят рассветы...

Ты где находишь мои сны?

И просто – где ты?

А осень выдула дворы и смыла стёкла,

Здесь всё – от неба до земли насквозь промокло,

Нет никого и ничего, чтоб душу грело...

А ты в промозглое тепло ко мне б хотела?

Когда зима в календаре, а снега нету,

Как хорошо тебе и мне грустить по лету,

И представлять, как ты лежишь и рядом дышишь...

Снег ляжет в ночь.

Наступит тишь.

И ты услышишь.

Сказоч-Ник

– Как твои дела, птичка?

Невероятно. Она соскучилась. Именно по этой переписке, в которой чувствовала себя увереннее, чем в реальной жизни. Как дела? Его и в самом деле это интересовало?

Арина вспомнила прошлый вечер, ужин, который впервые за долгое время готовила не одна. Настя всегда пыталась помочь, но ее старания больше задерживали процесс, чем облегчали его, а гость сделал то, что никогда прежде не приходилось наблюдать.

Алекс нахмурился, увидев огромные пакеты, которые она вынесла из магазина. Поспешил навстречу, перехватывая покупки и тем самым повергая женщину почти в шок. Ей и так было непросто осознать, что кто-то ждет ее, чтобы довезти до дома, принимать же помощь от этого человека казалось вообще невероятным.

– Ты зря беспокоишься, – она виновато улыбнулась мужчине. – Это совсем не тяжело, я привыкла.

Тот не ответил, лишь взглянул на нее каким-то странным взглядом, заставляя смутиться еще больше. Перенес покупки в машину и уже открыл дверь для нее с Настей, как вдруг дочка испуганно воскликнула:

– Мамочка, мы забыли купить торт!

Арина вздохнула: зря надеялась, что этот момент останется без внимания. Не могла же предложить Алексу на ужин макароны или жареную картошку! Пришлось выбрать продукты, которые, по ее мнению, куда больше подходили для мужской трапезы. Не только испереживалась, что может не угадать его вкусы, так еще и на что-то другое не осталось денег. Покупать дешевые сладости не хотелось, а дорогие стали недоступны, и она тщетно рассчитывала, что удастся обойтись без них. Настя заметила и проговорилась, и теперь Алекс подумает, что она или глупая, или жадная. Не случайно муж всегда говорил об отсутствии у нее умения обращаться с деньгами. Наверное, так и есть, раз не получается безболезненно для бюджета вкусно накормить гостя.

Хорошо, что дождь до сих пор не закончился. Арина развернула лицо к небу, ловя крошечные капли, позволяющие спрятать те, что предательски потекли из глаз, и не сразу расслышала голос мужчины.

– Ариш, прости, я такой невнимательный. Совсем забыл: мне на стройку завтра нужно кое-что из инструмента купить. Подождете минут десять? Я быстро.

Она кивнула, не оборачиваясь, чтобы струйки на щеках не стали заметны. Рядом всполошилась Настя, тут же выглядывая из машины.

– Мама, а можно мне с дядей Сашей?

Пришлось повернуться, торопливо вытирая глаза и надеясь, что Алекс не заметит этого жеста.

– Настюша, вряд ли ему будет удобно вместе с тобой.

Мужчина улыбнулся.

– Как раз наоборот. Терпеть не могу ходить по магазинам. Настя своим обществом может здорово скрасить это пренеприятнейшее занятие. Я бы с удовольствием попросил тебя, но ты только что оттуда, и бегать по отделам с железками вряд ли будет интересно.

– А мне интересно! – слова Алекса крайне вдохновили девочку, в отличие от самой Арины. Она хорошо знала, как дочке порой сложно удержаться, чтобы не начать выпрашивать что-то в подарок. А вдруг осмелеет настолько, что не смутится даже общества почти незнакомого человека?

– Ну пожалуйста! Как представлю, что нужно идти одному… – мужчина дернул плечами. – Бр-р. – улыбнулся так широко и проникновенно, что отказать было невозможно. Как и сдержать ответную улыбку.

– Ты моя спасительница… Идем? – протянул руку Насте, за которую та с удовольствием схватилась, торопливо закивав на просьбу матери:

– Солнышко, веди себя хорошо.

Проводив взглядом мужчину с дочкой, Арина прикрыла дверь машины и откинулась на сиденье. В салоне было тепло и так уютно, что ей захотелось закрыть глаза и на время отключиться от реальности, отбрасывая грустные воспоминания. Почему постоянно вспоминается муж? Столько времени не видела его, и чувства остыли уже давно, а все равно следует неотступной тенью, мешая спокойно жить. Разве она хочет многого? Просто забыть…

Повинуясь порыву, включила музыку, надеясь немного отвлечься.

Мелодия была знакомой, хотя узнать, что именно звучит, Арина не смогла. Снова погрузилась в воспоминания, но теперь уже унеслась совсем в далекое прошлое, когда наивная юная девочка думала, что перед нею распростерт весь мир, а впереди – любовь и счастье. Она старалась стать самой лучшей, но проходящие года отрезвляли, вместо радости добавляя цинизма, а мечты сменяя опустошенностью и сомнениями. А музыка… музыка пробралась в мысли напоминанием о безоблачном прошлом, когда волшебство казалось близким, а душе хотелось петь, когда легко было представить себя кружащейся в танце с кем-то, похожим на…

Настя смеялась, все так же крепко держась за руку Алекса. Что-то вдохновенно рассказывала ему, подпрыгивая от удовольствия. Да и он не выглядел ни уставшим, ни раздраженным. Арина вздохнула с облегчением: хорошо, что дочка не успела его утомить. Вышла навстречу, сталкиваясь с улыбкой мужчины.

– Мы не очень долго?

За время их отсутствия она успела нырнуть в океан горьких воспоминаний, но признаваться в этом не собиралась. Лишь покачала головой, помогая дочке забраться в салон.

***

Сейчас, сидя перед экраном ноутбука и вспоминая события вчерашнего дня, неожиданно поймала себя на мысли, что ей хотелось бы увидеть на месте таинственного автора именно Алекса. Внимательный, заботливый, он сильно отличался от тех мужчин, с которыми приходилось общаться прежде. Удивительным образом угадывал ее настроение. И заставлял чувствовать себя женщиной. Снова.

– У меня все хорошо.

– Я рад. Прости, что вчера не смог выйти на связь, вернулся очень поздно.

Алекс уехал от нее в начале девятого, вряд ли это время можно было назвать поздним, и Арина ощутила, как кольнуло сердце легкой грустью. Он говорил, что собирается домой, значит, скорее всего, ее невидимым собеседником, является кто-то другой.

– Ничего страшного. Я и сама была занята.

Действительно, занята. Уложила дочку и лелеяла каждую минуту пережитого вечера. Позволила себе непростительную вольность: еще один кусочек вкуснейшего торта, который Алекс все-таки купил, выбрав вместе с Настей. «Не мог же я идти в гости без угощения!» – заявил в ответ на ее смущенные возражения.

Они устроили почти пир, и Арина, смущаясь смотреть в глаза мужчины, прятала свой интерес, наблюдая за его руками, за их умелыми движениями. Он помогал резать салат, а ее глаза наполнялись слезами, и дело было совсем не в луке, хотя именно эту причину пришлось озвучить мужчине, изумленному видом тонких струек на щеках.

Когда Алекс взялся за мытье посуды, в очередной раз попыталась воспротивиться. Так не должно было быть, сильный, уверенный в себе человек не станет тратить время на выполнение бабских обязанностей, унижая себя этим. Но он не услышал ее аргументов. Подмигнул Насте, подкладывая в тарелку очередной кусочек торта, и точно такой же вручил самой Арине, легонько подталкивая к столу и доливая в чашку чай.

– Мне нравится это занятие. Очень. А дома давно стоит посудомойка, да и столько тарелок придется копить целую неделю.

Глядя на него, было легко поверить, что он и правда получает удовольствие от того, что делает. И Арина решила больше не спорить, а просто расслабиться хотя бы на один вечер.

– Надеюсь, эта занятость была приятной?

Она улыбнулась, прочитав на экране вопрос, и кивнула, несмотря на то, что собеседник не мог ее видеть.

– О да… Очень приятной.

Хотелось бы знать, думает ли Алекс также, и какие воспоминания остались о прошедшем вечере у него. Только спросить вряд ли осмелится. Сегодня мужчина появился в офисе всего на несколько минут, коротко кивнул ей и скрылся в кабинете директора. Потом быстро уехал, пока она была занята с Алисой.

– А как прошел сегодняшний день у тебя?

Кем бы ни был человек по другую сторону экрана, она желала ему удачи. Вспомнила усталое лицо Аркадия и его необычную бледность, тревогу Алисы и возмущение, что директор явился на работу не вполне здоровым. Мужчина пытался шутить, объясняя свое состояние усталостью, но блеск в глазах выдавал простуду, и хотелось присоединиться к требованиям девушки отправить его домой, однако подобной смелости не было. Алиса знала каждого слишком хорошо и чувствовала себя рядом с ними уверенно, а сама Арина робела, как школьница, стоило лишь пересечься взглядом с кем-то из коллег. Особенно с начальником. Ну и что, что он болен? Это ведь не делает его ни менее привлекательным, ни более доступным.

На экране появился измученный смайлик.

– Если честно, устал. И чувствую себя не очень.

Она нахмурилась, теряясь в собственных догадках. Конечно, это фраза еще ничего не доказывает, но именно Аркадий мог произнести ее с самой большей вероятностью.

– Ну вот… – добавила сокрушенную физиономию, жалобно просящую прощение. – А я отвлекаю тебя от отдыха.

Ответ пришел быстрее, чем Арина успела придумать следующую фразу, в которую хотела вложить пожелание здоровья и намек на прекращение разговора.

– Ты не отвлекаешь. Ты лечишь меня, птичка. Я замерз, а от твоих слов становится теплее.

– Я была бы рада согреть…

Лишь нажав на кнопку «отправить» поняла, как двусмысленно это может прозвучать, и замерла в испуге, ожидая его реакции. Что, если зашла слишком далеко? Но она ведь не имела в виду ничего такого. И вряд ли человеку, подобному Аркадию, это может понадобиться от нее. Да и Алекс просто помог одинокой женщине довезти продукты до дома и приготовить ужин. Шикарный жест шикарного мужчины, но здесь нет ничего значимого лично для Арины. И обольщаться точно не стоит.

– Тогда я попробую представить, как это будет.

Щеки обдало жаром, словно он произнес это вслух, еще и находясь рядом с ней, и почему-то опять вспомнился вчерашний вечер и собственные полузабытые ощущения, разбуженные неожиданным гостем. Пусть это ошибка, и автор волнующих строк – совсем другой человек, Алекс все равно не узнает о ее мыслях, так почему бы не помечтать?

Глава 14

 

Там, за холодным льдом стекла,

Не видно света от порош.

Ветра из северной страны

Всю ночь роняли снегопад…

Ах, если б только ты могла

В тот самый миг, когда уснёшь,

В мои несбывшиеся сны

Входить как прежде: наугад,

Касаясь лёгкою рукой