Текст книги "Не просите чая у кота (СИ)"

Автор книги: Анна Владимирова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)

Анна Владимирова
Не просите чая у кота

Дверь за спиной скрипнула удручающе – не было звука точней, чтобы поставить финальный аккорд в моем эпичном путешествии. Это что? Это вот такая жизнь за МКАДом? Это жизнь вообще? Какая-то редкая деревенька с щербатыми заборами и дырявыми домами. Как моя бешеная табуретка вообще пролезла через эти ямы, в которых потонула дорога, до сих пор не понимаю. Грязи на колесах налипло столько, что, пока не обсохнет летом и не отвалится, колеса не провернутся. А на дворе нынче ноябрь… Лучшего времени, чтобы помереть, дед выбрать не смог…

– Отапливается дровами, – скрипнула в унисон с дверью баба Роза. – Разберёшься?

– Нет проблем, – вздохнула я. – Такое московское дитя, как я, каждый день топит печь дровами…

– Что ты сказала? – повысила она голос.

– Ничего…. – буркнула я.

Бабка еще немного потопталась позади да и убралась. Ее недовольство понятно – она делала вид, что досматривала деда, претендуя на его десять соток под картошку. А тут я…

Деда похоронили неделю назад. А я не приехала. Ненавижу похороны. И дома людей, которых больше нет – тоже. Но зачем-то приперлась.… теперь. Бабку Розу спугнуть хотя бы. А еще мать просила подумать, хочу ли я свое наследство продать. О чем тут думать, казалось бы? Но я вдруг ляпнула, что съезжу сначала.

Съездила.

В доме, кстати сказать, было тепло, пахло дымом и даже будто выпечкой. Роза тут что ли хозяйничала неделю? Я нащупала выключатель за занавеской и зажгла свет. Все тут было по-прежнему. Как в детстве. Ветхо, чисто, старинно… и немного сказочно. Точно. А теперь еще и жутко, потому что самого сказочника не стало.

Половицы невкусно захрустели под ногами, когда я направилась в гостиную. Знакомый сервант справа не опустел ни на одну книгу – дед забил его ими после смерти жены, выбросив весь ненавистный хрусталь. К счастью, на фото, что так и висело на стене, бабка еще не знала, что он так поступит – улыбалась.

Кресло-качалка, накрытое пледом и какой-то книгой поверх, удивляло своей стойкостью. Я думала, оно развалится уже к моему пятому классу, но еще в восьмом мы с дедом бесстрашно качались на нем, и ничего нам за это не было. Я тронула кресло за ручку, и оно отозвалось тихим шелестом, качнувшись туда-сюда. Книга оказалась каким-то современным любовным романом. Ну точно Роза тут качалась, дед бы такого в руки не взял. Старый телек дед выбросил еще в мой приезд, но новый так и не принял, хоть я и настаивала на его покупке. Сказал, что все равно смотреть там стало нечего. И теперь на тумбе, где он стоял, остался только блистер с парацетамолом и кактус с жутко вонючими цветами, похожими на морские звезды.

– Привет, Гоша, – рассеяно поздоровалась с цветком, машинально ткнув палец в горшок. Земля влажная.

Захотелось чаю и хоть немного разогнать это гнетущее чувство потери. Но, стоило развернуться и сделать шаг, под ногами что-то скакнуло наперерез, и я, исполнив пируэт, сыграла на половицах лучшее произведение за их жизнь, рухнув на них задом.

– Бляяяя… – взвыла и растянулась на полу. Неведомое под ногами забылось – целость костей беспокоила больше.

– Мррр? – раздалось вдруг рядом.

Я повела медленно головой и встретилась взглядом с огромным серым котом. Тот выглядел встревожено и даже участливо, всем видом интересуясь, что тут происходит вообще.

– Сука, ты чей?! – взвыла я.

«Сука» обиделся – скривил морду и сел на зад, насупившись. Породистый. На ушах кисточки, на шее какой-то понтовый ошейник с медальоном. Не уж то дед завел кошку с документами? Да не поверю! Роза задабривала? Вот же старая карга! Так уж ей эти сотки картофельные покоя не давали!

Я осторожно перевернулась на живот и положила голову на бок:

– Ты что тут делаешь, а? – спросила тихо. – Тут же нет никого, кто тебя покормит.

Кот скептически внимал, но больше из вежливости. Когда моя композиция на полу ему наскучила, он встал и неспеша направился в сторону кухни.

– Чайник хоть поставь, что ли.… – бросила ему вслед глупое.

Собравшись через какое-то время с силами, я вздохнула глубже и встала на трясущиеся ноги. Зад, конечно, отбила, но ничего, к счастью, не сломала.

– Эй, «наследство», ты где? – тихо позвала я и поплелась в кухню.

Странно, мне казалось, что там было темно, когда я шла в гостиную. А теперь свет горел. И будто слышалось шипение газа.…

Не думаю, что сотрясение задницы дает столь сильный эффект на голову. Но как объяснить, что в кухне обнаружился какой-то голый мужик? Он стоял у печки, оперевшись одной рукой о стол, и, ни черта не смущаясь своего голого зада, пялился на горящий газ. Рядом в железной раковине тихо наполнялся чайник водой из-под крана.

– К чаю привезла чего-нибудь? – потребовал неожиданно насмешливо. А голос бархатный, с хрипотцой. Он оглянулся через плечо и сощурился на меня: – Шучу. Я булочки испек.

Я только и смогла, что тяжело сглотнуть и попятиться задом на выход.

– Уже уходишь?

– Я…. в другой раз…. – И я рванулась к дверям, только не успела добежать – меня перехватили поперек ребер и подняли в воздух. Что я там орала и как вырывалась, даже не помню. Затихла только на его плече башкой вниз-задом вверх.

– Тихо, Наташ, – и незнакомец шлепнул меня по многострадальной попе. – Ты чаю попросила – я не могу отказать.

– Я кота просила! – выпалила, наивно полагая, что это недоразумение меня спасет, стоит его разрешить. – Вернее, чаю просила у кота!

– Ну где у кота, там и у меня. – Он спустил меня на пол и толкнул на стул: – Сидеть. – Поросшая легкой щетиной физиономия ехидно покривилась в усмешке: – Кота тебе попросить тоже не помешало бы. Пока он слушает…

– Кто вы? – насупилась я, съехав взглядом аккурат мужику в пупок и прочно за него зацепившись, чтобы не пасть ниже. – И какого черта без штанов?

– Не успел высушить – на батарее развесил уже. На улице сыро…

– Какой батарее? Дом же не топится… – И что я несу? Во лжи его пытаюсь уличить? Он же огреет меня сейчас по морде чайником! – Вы что, бомж?

– Здрасьте, – закатил мужик глаза. – Это ты ко мне в дом приперлась, а не я к тебе с улицы. Бомж!

Он развернулся к раковине, ловко выудил чайник и водрузил его на газ. Вряд ли бомж – тело такое, что, будь у него пупок на спине, я бы все равно сползла взглядом до задницы.

– Вы за дедом присматривали, да? – попыталась рационализировать происходящее.

– Можно и так сказать.

– А почему же не сказали сразу?.. А Роза?..

– Роза сюда не ходит давно – я её попер…

– Надо же, – выпрямилась я. – А имя у вас есть?

– Дед звал меня Мефистофелем. Но потом сократил до Фимы.

– Имя есть, а запасных штанов нет…

– Ну, может у деда осталось что? – задумчиво пожал он плечами. – Выдай, будь добра. Сам я взять не могу. Скажешь, что обкрадываю покойника.

– Сейчас, – подорвалась я со стула и рванулась снова к дверям. Только те отказались поддаваться, сколько я не дергала ручку. Осознав тщетность попыток, я вжалась в двери спиной, тяжело дыша.

– Наташ, ну что ты в самом деле? Я тебя не трону. – Фима спокойно взирал на меня от дверного косяка, сложив руки на груди. – На улице темень, «тарантайка» твоя не вывезет тебя обратно, да ты и сама срулишь в ближайшую канаву. Поверь, со мной сегодня ночью будет теплее…

И он оскалился при этом так хищно, что я бы лучше проверила каждый из его пунктов на личном опыте, чем осталась бы в таком «тепле».

– Я тебя не знаю! – выпалила отчаянно.

– Так давай знакомиться, – непробиваемо предложил он. – Фима.

Мне стало не по себе. То ли от собственного идиотизма, то ли от жуткой реальности. Но, может, это на меня так атмосфера действует? Ночь, «замкадье», дом почившего деда… А тут вдруг Фима.

– Ещё раз! Кто ты? – потребовала сурово. – И почему дверь запер?

– Я не запирал. Надави на ручку нежней – она от времени заедает. – И так притягательно усмехнулся, что мне совсем стало нехорошо. Я последовала его совету, и дверь действительно открылась, впуская порыв ледяного ветра снаружи. Неплохой аргумент.

– Ну так пойдем штаны искать или так чай попьем?

Я вздохнула и поплелась в спальню мимо нахальной усмешки. В шкафу действительно нашлись штаны. Только Фиме они оказались по колено, но так всяко лучше. Когда он вернулся в кухню, я смотрела в окно на унылые десять соток в свете тусклого фонаря на столбе.

– Так ты будешь чай с булочками?

– Буду, – вздохнула. Я действительно ничего не притащила к чаю. – А как дед последнее время?.. Ну…

Уверена была – ввернет мне укоризну, что сама не приехала.

– Он тихо ушёл. Хоть и знал с утра. Не мучился, не переживай. Я проследил.

– Знал, что умрет? – обернулась я.

Фима стоял ко мне боком, руки в карманы, и гипнотизировал чайник.

– Да. Утром сказал, что вечером его не станет. – Он вздохнул и потянулся за чашками, а мне вдруг показалось – у этого незнакомца потеря была не меньшей. Только он был рядом с дедом, а я – нет. Или он все же был психом, и я в беде. Но неожиданно стало плевать.

– Вы с ним дружили, – постановила я.

– Он был дорог. Классный у тебя дед был.… И я с ним не был одинок.

– А что вы делаете в этой глуши? – решила сменить больную тему.

– Жил с твоим дедом, – усмехнулся Фима.

– Вам жить негде? – пыталась понять я.

– Есть, – как-то жестко припечатал он. – Мне не может не быть где жить.

Я моргнула растерянно на этот сумбур:

– Ну, всякое бывает. – И села за стол.

Фима промолчал, сосредоточенно отмеряя заварку в заварник. А я отмечала, что кухня хоть и дышала бедностью и ветхостью, была надраена до блеска. Даже старый заварник, который помнила с детства, блистал боками, как никогда на моей памяти.

– А что дальше планируете? – глянула на него, когда он поставил передо мной чашку.

– Планирую уговорить тебя оставить этот дом себе и не продавать, – улыбнулся он. – Иначе мне будет некуда идти…

– Фима, а что же вы при жизни дедушки не подсуетились? – сдвинула я брови. – Хотя, вижу, что суетились достаточно. – Я кивнула на кухню позади него. – Все блестит… Но дом он вам не отписал.

Мы встретились с ним взглядами, когда он расслабленно опустился на соседний стул и притянул к себе чашку:

– Я вообще не суечусь по жизни.

– Ну, тогда у меня для вас печальная новость – дом я продам. – На самом деле я еще не думала об этом. Но этому приживалке хотелось дать от ворот поворот. – Поэтому, собирайте свои штаны с батареи и на выход.

– Даже чаю не дашь допить? – усмехнулся он уже привычно. Действительно – никакого страха и суеты.

– Пей, конечно. Но кровать в доме одна…

– А дед предупреждал, что ты не оставишь меня себе….

– Естественно, – фыркнула я. – Людей себе не оставляют!

Только его усмешка стала вдруг слишком похожей на оскал:

– Ты удивишься, Наташа, но в нашем мире происходят всякие вещи.

– Слушай, я – неудачница, Фима. У моего деда хоть дом есть, а я побираюсь по съемным комнатушкам уже пять лет.… Мне некуда оставлять себе еще и незнакомых людей.

Тут он сузил глаза, возвращая лицу более привычное выражение. Притягательное, кстати сказать, лицо. Я только сейчас позволила себе рассмотреть – щетина стрижена так ровнехонько, будто он к барберу ходит. И пахнет от него чем-то изысканным.…

– Пойдем, покажу, – подхватил он меня под руку и повел обратно в гостиную. Я даже булочку не бросила – так и потащилась с ней в руках. А Фима поставил меня перед креслом и полез в нижний раздел серванта, откуда вскоре вытащил…. ноутбук!

– Это что?..

– Ноутбук, Наташа, – хохотнул Фима, устанавливая его рядом с Гошей.

– Я знаю! – взмахнула я булочкой. – У деда?

– Дед твой, Наташа, был известным финансовым консультантом. – Фима развернул передо мной ноутбук, ловко вбил пароль и продемонстрировал экран. – У него свой сайт, пятьдесят восемь клиентов из Москвы.…

– Что ты несёшь? – опустилась я на колени перед Гошей с ноутом. – Этого быть не может.

– Может, Наташа. Когда оставляешь себе нужного человека, происходят всякие изменения в жизни…

– Ты хочешь сказать, что это все – благодаря тебе?

– Ну а кто его компьютерной грамотности учил? – закатил он глаза, сложив руки на рельефной груди. – Твой дед – гений. Просто ему нужно было помочь.

– Сколько ты уже с ним живешь? – ошалела я окончательно.

– Десять лет, – спокойно ответил Фима.

– Слушай, – вскочила я на ноги. Нервы не выдержали. – С меня хватит! Иди давай отсюда!

– Что, прямо в штанах?

– Прямо в штанах! – вскричала, глядя ему в глаза.

Красивый, сволочь. На вид лет тридцать, не больше. Стоит, самоуверенно усмехается, рассказывая мне всю эту чушь. Придурок…

– Ладно. Но я должен тебе сказать…

– Говори и вали. – Сердце прыгало в груди так, будто я стометровку пробежала. Я боялась до чертиков, но все равно перла против чужака с непонятной историей.

– Когда попросишь кота…. – И он хищно оскалился. – … он станет твоим. А ты – его.

– Все? – нетерпеливо потребовала я.

Он не ответил. Развернулся… и, как был в одних штанах, прошел через коридор, толкнул двери и вышел на улицу.

Сначала я подумала, что это какая-то постановка. Потом – что Фима разыграл детскую обиду. Потом – что он больной псих, и бросилась его искать. Я пробежалась вдоль забора туда-сюда, но его и след простыл. В дом деда приплелась, когда окончательно стемнело. Закрыла двери, подергала, вернулась на кухню и уселась на стул, дрожа.

Я ведь думала, что Фима хотя бы вещи соберет. Но, пошарив по дому, не нашла вообще никаких следов присутствия взрослого мужика, кроме деда – одна щетка, один бритвенный станок… Даже штанов на батарее не было!

– Что за бред? – вернулась в гостиную и уселась в кресло в полном ступоре.

Экран ноута всё ещё не заблокировался – странно. Устроив его на коленках, остаток ночи я провела за изучением его содержимого. Действительно, Иван Савельвевич Польский оказался уважаемым и известным финансовым консультантом. На компьютере хранились его статьи, лекции.… В браузере были открыты закладки с персональным сайтом, сиэрэм его компании и прочие отчетности…

По итогу этих открытий у меня был один вопрос – какого хрена дед продолжал жить тут? И кто же тогда унаследовал все это?

Звонок о наследстве мне поступил утром, когда я, разбитая и замученная нервными потрясениями, пыталась заварить единственный «бич-пакет», с которым приехала.

Наследницей оказалась я…

Заев эту новость дешевой лапшой, я перевела взгляд в окно… и тут же бросилась к двери. Серый котяра величественно прошел в открытую дверь и водрузил свой царственный, не иначе, зад на коврик в прихожей.

– Фиму не видел? – присела я рядом.

– Мррр.…

Я вздохнула.

– Поедешь ко мне?

– Мррр.

– А ешь ты что? Чёрт… корма нигде нет. Ты мышковал что ли?

– Мррр, – довольно зажмурился кот.

– Ладно…

Я сгребла сумку с ноутбуком, кота и направилась к машине, так и не взглянув больше на старый дом.…

Конец.