Текст книги "Позывной Омут. Чужая игрушка (СИ)"

Автор книги: Анна Королева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Глава 36 – Без обещаний

В душ мы идем вместе, где под тугими теплыми струями воды, Кирилл снова возбуждается и берет меня ещё раз.

Совершенно измученная и счастливая, с чуть подрагивающими ногами, я после всего просто падаю ему на плечо, с улыбкой спрашивая:

– Мы до кроватей хоть дойдем сегодня?

– Дойдем, – ухмыляется Кирилл. – Но я не знаю насколько быстро. Возможно по дороге я я захочу тебя ещё пару раз.

– Хочешь, чтоб я вообще не смогла ходить следующие сутки? – Я вяло улыбаюсь.

– Ничего, маленькая, тебе давно пора расслабиться и отдохнуть, – Кирилл медленно проводит пальцами вдоль моего позвоночника, оставляя приятные теплые мурашки. – Ты вся нервная, дерганая, вечно в напряжении. Говорю ведь, уже можно расслабиться. Я рядом.

Всхлипнув, я обвиваю руками шею Кирилла и утыкаюсь ему лицом в грудь.

– Не могу. Я не знаю как это – быть в безопасности, знать что есть тот, кто защитит. Я привыкла быть всегда начеку, понимаешь?

Это ведь сейчас ты рядом, а что будет потом? Сам говорил, что скоро уедешь. Ты ведь из Москвы.

Я медленно поднимаю голову и вглядываюсь Кириллу в глаза.

Если честно, сейчас мне больше всего на свете хочется услышать такие простые, но самые лучшие слова: “Мы поедем вместе. Я вас не брошу”.

Потому что да, я чертовски устала постоянно вздрагивать оглядываться, в прямом смысле бороться за выживание.

И кажется, что впервые я нашла человека, который действительно может защитить. За спиной которого можно спрятаться и почувствовать себя тем, кем являюсь – беззащитной, изможденной женщиной, которой просто хочется спокойно жить и получать тепло, а не только отдавать его.

Вот только, жизнь как и прежде отказывается выполнять мои хотелки.

Потому что Кирилл снова поглаживая меня, спокойно говорит:

– Ну и что, что уеду. Вы ведь будете уже под государственной защитой.

Я медленно отстраняюсь.

– Да, ты прав.

– Тогда почему голос так резко изменился? – Кирилл на удивление улавливает моё настроение.

– Не обращайте внимания, – я равнодушно отмахиваюсь. – Это наши женские загоны. Спасибо за всё, что делаешь и сделал.

Я вылезаю из ванной, но Кирилл тут же выходит следом и разворачивает меня к себе:

– Марго, в чем дело? Чем тебя мой ответ не устроил? Ты хотела услышать что-то другое?

– Говорю же, не бери в голову, – я закутываюсь в полотенце, делаю шаг к двери, но вдруг не выдерживаю и разворачиваюсь.

– Хотя, знаешь, да. Пусть это звучит глупо, но я считаю, что после твоих же слов о том, что ты рядом и мне теперь нечего бояться, я ожидала услышать, что ты возьмешь нас с собой.

Кирилл хмурится.

– Ты хочешь, чтоб я взял вас с собой? Серьезно? Марго, не обижайся, но ты вообще о чем? Я тебя меньше недели знаю и ты хочешь, чтоб после первого же секса я перевез вас к себе? Может мне ещё и жениться на тебе нужно? Я и так делаю гораздо больше, чем должен, потому что ты меня зацепила. Но давай ты уж как-то умеришь свои аппетиты, лады?

Как же мне хочется закричать от обиды. Отвесить пощечину, обозвать козлом.

Но я понимаю, что не могу.

Мы с Тёмой полностью зависим от Кирилла и самое отвратное, я понимаю что по сути и Кирилл-то со своей стороны прав

Он ничем нам не обязан, а секс – это считай плата за всё, что он для нас делает.

Вот только, почему же так больно?

Глава 37 – Он подумал

– Да, я всё поняла.

Даже не пытаюсь сделать голос хоть немного эмоциональным, поэтому он звучит ровно так же, как я себя чувствую – пустым и тихим.

Обернувшись полотенцем я выхожу из ванной, сцепив зубы и приложив все усилия, чтобы не обернуться.

Хотя взгляд Кирилла буквально прожигает мне спину.

Зайдя в нашу импровизированную спальню, я переодеваюсь как можно тише и на мгновенье останавливаюсь, глядя на тихо спящего Тёму.

И так на удивление спокойный и сдержанный, сейчас он похож на настоящего ангелочка, с разметавшимися по подушке темно-русыми волосами и пушистыми длинными ресничками, которые то и дело трепетали во сне.

В который раз убеждаюсь в одном – единственный человек в этом поганом мире, которому я нужна и который меня любит просто так, за то, что я уже есть – это мой сыночек.

– Мы с тобой обязательно справимся, мой зайчонок, – еле слышно шепчу я. – Обязательно будем счастливыми и никакие Кириллы и Александры нам для этого не нужны.

Хоть я и говорю практически неслышно, Артем все равно открыто улыбается во сне, будто все прекрасно понял и согласен со мной.

С трудом подавив желание коснуться волос Тёмы, я ныряю под легкий плед на своем диване и немного покрутившись, наконец, засыпаю.

Всё же энергии я с Кириллом потратила знатно и это сказывается.

Утром, открыв глаза, я слышу как на кухне шипит сковородка, а по квартире разливается дразнящий аромат гренок и свежесваренного кофе.

Да уж, пожалуй, Кирилл действительно не нуждается ни в ком рядом.

Полностью организованный, самостоятельный, зрелый не по годам.

Он напоминает абсолютно независимого кота, который гуляет сам по себе и которого приручить просто невозможно.

Женщина для него лишь способ удовлетворить собственные физиологические потребности.

Для чего ему ограничивать свою свободу?

Да незачем. Нет ни одной причины.

А такие понятия как привязанность и любовь для него не более, чем пустые звуки.

В другой раз я бы непременно поднялась, пришла на кухню, предложила бы помощь или просто помогла разбавить утро непринужденным разговором.

Но сейчас я совершенно не хочу встречаться с Кириллом лицом к лицу.

Хотя завтрак, который он готовит пахнет настолько сногсшибательно, что я кажется вот-вот изойдусь собственной слюной.

Вот ведь гад. Как специально выманивает меня. Блин, еще и в туалет как назло захотелось.

Терпи, Рита. Видеться с наглой рожей этого Омута – последнее, что тебе сейчас нужно.

Наконец, я слышу его шаги в коридоре, то как он чистит и без того сверкающие белизной кроссовки (хренов педант), а после раздается долгожданный хлопок двери и я вскочив, мчусь в туалет.

М-да уж, утро определенно начинается не с кофе.

И только после этого, и после умывания, чистки зубов я направляюсь на кухню.

Первое, что я вижу – гору румяных горячих бутербродов с сыром, чашку с еще дымящимся кофе и…записку?

Ничего себе.

Даже не знаю, что там такого мог написать такой как Кирилл, у которого и слова-то платные.

“Знаю, что проснулась. Слышал. Но из упрямства не идешь, поэтому оставляю всё на столе.

Вспоминал о том, что вчера произошло и твоих словах. Возможно в них был смысл и стоит попробовать.

P.S.

Мне понравилось как ты стонала. Очень возбуждает. Хочу довести тебя до этого еще раз”.

Я медленно опускаю записку.

И как это понимать, кроме того, что он законченный развратный гад?

Глава 38 – Гости к добру?

Ловлю себя на мысли, что совершенно по идиотски улыбаюсь.

Так, я не поняла. Мне что? Нравится такое поведение с очевидным намеком на властность?

М-да, совсем уже потеряла адекватность.

Сложив записку, я тем не менее её не выбрасываю, а кладу рядом с тарелкой, с горячими бутербродами, а сама беру чашку и делаю глоток.

Язык ласкает теплый насыщенный вкус кофе с легким привкусом шоколада, корицы и апельсина.

Вот что-что, а готовить Кирилл умеет идеально, что для меня крайне необычно.

Что мой брат, что все его дружки, считали зазорным вообще приходить на кухню с какой-то единственной целью кроме как поесть.

Брат даже ни разу не делал себе бутерброд, ибо позор это. У него же есть баба дома, которая обязана делать бабскую работу.

Иначе зачем она вообще нужна, если не обслуживать мужчину?

А Кирилл таким бредом не заморачивается.

Хочет есть – готовит еду, нравится ходить аккуратным, стирает и следит за собственным внешним видом, хочет секса – берет ту девушку, которая ему понравилась.

Почему-то опять невольно всплывает параллель между ним и Сабуровым.

Вроде абсолютно разные, но при этом пугающе похожие.

Это что? Мое личное проклятье притягивать мужчин, которым плевать на мнение окружающих и которые привыкли следовать только правилам, которые установили они сами.

Похоже на то.

Я задумчиво делаю глоток.

И вдруг, слышу как щелкает замок на двери.

Кирилл вернулся? Забыл что-то?

Вот, блин. Я так старательно избегала его, но всё равно придется встретиться.

Не зная, как себя вести, я ставлю чашку на стол и напряженно выпрямляюсь.

Но на кухню входит один за одним два бритоголовых амбала.

– Вы кто? – Я резко вскакиваю, но один успокаивающе поднимает ладонь.

– Спокойно, мы от Кирилла. Давай, быстро собирайся, документы готовы. Сейчас перевезем вас в безопасное место. Телефон и карты придется оставить. На ваши имена уже сделаны другими.

Я растерянно поднимаюсь.

– Но Кирилл не говорил, что это случится сегодня.

– Он сказал как можно быстрее вам сделать, лично просил нужных людей. Поэтому, давай. Собираться нужно быстрее. Чем внезапнее исчезновение, тем сложнее отследить. Вещи тоже собирать не нужно. Всё подготовили. Просто берите сына и поехали.

– Куда хоть?

Я напряженно сглатываю.

– Кирилл в курсе? Я могу ему позвонить?

– Мы едем в Москву. Он встретит вас уже там. И пожалуйста, давай быстрее, – один из амбалов закатывает глаза. – Мы и так впихнули вас вне очереди. У нас в разработке есть люди, которым действительно угрожает опасность. А не просто проблемы с бывшим поклонником.

Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.

Ну, само собой, что со стороны это кажется просто бабской глупостью. Кирилл тоже так думал по началу.

И все же мне как-то не по себе.

Я делаю шаг к двери, но все же останавливаюсь:

– Понимаю, что звучит тупо и не обижайтесь. Но…а какой у Кирилла позывной, скажите? Вы просто даже документы не показали.

Мужчины с раздражением переглядываются.

– Ты издеваешься? Как бы мы узнали его адрес или тем более вошли,м? Давай бегом. Не испытывай терпение и не подставляй Кира.

Я делаю выдох и все так же мило улыбаюсь.

– И все же. Какой у Кирилла позывной?

Глава 39 – Кто хуже?

– Он их меняет, – невозмутимо сообщает один из амбалов и тут же делает молниеносный шаг ко мне.

И зажимает рот прежде, чем я успеваю вскрикнуть.

– Тихо. Будь хорошей девочкой и веди себя тихо.

Он заходит мне за спину, не убирая ладонь и не давая мне двинуться.

После чего я слышу какой-то шорох и на смену мужской ладони приходит ткань чем-то пропитанная.

Я пытаюсь задержать дыхание и одновременно с этим вырваться из хватки, но долго так бороться не получается.

Я всё же делаю вынужденный вдох и в нос ударяет насыщенный запах шалфея и какой-то химии.

И практически мгновенно тело окутывает невероятная слабость, я делаю еще одну вялую попытку вырваться, хватаю здоровяка за ладонь, в тщетном старании отодрать её от своего лица, но вызываю лишь обратный эффект.

Окань прижимают к моему носу рту ещё плотнее и я сделав очередной судорожный вдох, проваливаюсь в темноту.

Периодически я выныриваю из небытия, обнаруживая себя, то в подъезде, то в машине.

Вижу перед собой какие-то размытые лица, которые что-то говорят, но слова доносятся будто из-под толщи воды.

Ко мне кто-то склоняется и кажется я чувствую укол в руку.

Слегка дергаюсь, но почти сразу меня снова накрывает темнота, но теперь уже надолго.

Первое, что я вижу придя в себя – собственное отражение в одном только нижнем белье. Причем совершенно незнакомом – молочно-белом корсете с нежной вышивкой и тонкими такого же цвета трусиками.

Это еще что? Меня кто-то переодел? Но зачем? И где я вообще? А главное – что с Темой?

От беспокойства за сына, у меня начинает лихорадочно биться сердце.

Хорошо если его просто оставили в квартире, Кирилл вернется. Да и сам Тёма знает как позвонить в полицию или Кириллу. Или Свете.

Хоть кому-нибудь.

Но а если они решили взять его с собой, в качестве заложника? Или того хуже, он мешал им как свидетель….

От этой мысли мне становится настолько дурно, что к горлу подкатывает тошнота.

Нет. Такого точно не было, потому что я просто не вынесу этого.

Смысла жить дальше у меня просто не будет.

В этот момент я слышу щелчок замка и дверь начинает открываться.

Я все еще слабая пытаюсь приподняться на локтях.

Кто меня забрал? Нашел Сабуров или…Меркурий и владелец борделя решили отомстить?

К своему ужасу, я понимаю, что Сабуров был бы все же лучше, потому что он никогда бы не отдал приказ обидеть Тему.

А вот про Меркурия я такого сказать не могу.

Глава 40 – Он всё знает

Но прежде, чем я вижу вошедшего человека, улавливаю аромат, который вторгается в пространство первым – кипарис, черный перец, мандарин.

Запах, который подавляет всю атмосферу оставляя место лишь для себя и своего обладателя.

Сердце пропускает удар.

Сабуров. Я всё же у него.

– Алекс, – я резко сажусь на кровати, комкаю тонкое нежное покрывало.

Сабуров отвечает не сразу.

Сначала неспешно подходит ко мне, как всегда в идеально белой рубашке и темных дорогущих брюках, которые идеально подчеркивают плоский живот и восходящую вверх трапецию торса.

Аккуратная стрижка полубокс, чисто выбритое лицо, которое позволяет оценить квадратную властную челюсть и упрямо сжатые губы.

Он ни капли не изменился. Будто не было этих пяти лет и я сбежала от него только вчера.

Разве что серые глаза стали еще более холодными и жесткими.

– Алекс, что ты творишь?

Пытаюсь говорить спокойно, но голос дрожит.

– Это уже перебор, понимаешь?

– Я разве позволял тебе говорить? – Обрывает меня Сабуров и я вздрогнув замолкаю.

Алекс в это время склоняется ко мне и больно сжимает подбородок:

– Марго, ты меня настолько разозлила, что честное слово, я едва держусь, чтоб не залепить тебе хорошенечко по лицу. Хотя стоило. Ты это заслужила.

Я вжимаю голову в плечи, неотрывно глядя Сабурову в глаза.

Он выглядит пугающим настолько, что я уже морально действительно готова к ударам.

– Сбежала от меня, завела интрижку на стороне со смазливым пацаном из фсб и самое отвратное.

Ладонь Сабурова медленно смещается с моего подбородка по щеке и ощутимо, властно сжимает волосы на затылке, так что я вынуждена запрокинуть голову назад .

– Ты посмела утаить от меня моего сына.

Я тяжело сглатываю и выдыхаю жалкое:

– Тёма, не твой сын.

– Прекрати мне врать! – Рявкает мне в лицо Сабуров в таком исступлении, что у меня сердце ухает вниз.

– Или клянусь, я тебе врежу, Рита! За всю ту несусветную хрень, которую ты натворила. У меня есть глаза и мозги, представь себе. Я вижу как выглядит Артем и знаю сколько ему лет. Еще и на тест наши днк отдал, но и так все ясно.

Сабурова трясет от злобы.

– Так бы и убил бы тебя, Марго.

Он тяжело дышит, а взгляд смещается мне на грудь.

– Это легче, чем вечно преследовать тебя. И хотеть. Безумно хотеть.

Глава 41 – Женская дружба

– Алекс, – я пытаюсь отстраниться, но Сабуров не дает мне этого сделать.

Прижимает меня к своему плечу и почти нежно шепчет:

– Слишком тихо.

– Что? – Я пытаюсь собрать мысли в кучу

Сознание расплывается, становится мягким и поддатливым, как и всегда рядом с Сабуровым.

– Я сказал – слишком тихо, – повторяет он, прихватив мочку уха зубами. – Хочу, чтоб ты называла моё имя громко. Со стоном, переходящим в крик.

– Алекс, прекрати. Я…я не хочу.

– Снова эти глупые игры, – фыркает Сабуров, чуть отстранившись. – Ты убегаешь, но хочешь чтоб я догнал.

– Да с чего ты взял? Я не хочу тебя и никогда не хотела!

– Мне-то можешь не рассказывать, – Сабуров ухмыляется.

– У меня есть парень, – срывающимся голосом произношу я, как свою последнюю надежду.

Но это дает совершенно противоположный эффект.

– Парень? – Звереет Сабуров и сжимает мои плечи. – Это кто? Тот пацан Реутов? Рита, ты же понимаешь, что он для меня просто мелочь.

– Да для тебя все мелочь, Алекс, разве нет?

Я в очередной раз пытаюсь вырваться.

– Чего ты хочешь добиться?

– Только того, что принадлежит мне по праву, – Сабуров опускает руки и поднимается с кровати. – Хотя, знаешь. Хочешь строить из себя святую невинность – пожалуйста. Хочешь к своему фсбшнику – вали, но сын останется со мной. Причем законно.

Меня будто кипятком ошпаривают:

– Не посмеешь.

Сабуров издевательски скалится.

– О, еще как посмею. Я еще и в суд подам за то, что ты скрыла от меня ребенка. А сама при этом работала ночной официанткой в клубе. С кем оставался наш сын, м? С соседкой Светкой?

Я хмурюсь.

– А её ты откуда знаешь?

Сабуров ведет плечом.

– А ты думаешь откуда я адрес Реутова узнал? Она и рассказала.

– Вот сука, – невольно вырывается у меня.

Сабуров пожимает плечами:

– Вот и вся суть бабской дружбы. Как только на горизонте появляется перспективный член, так готовы глотки за него друг другу перегрызть.

– Не говори за всех, – огрызаюсь я.

– Да мне вообще на эту тему плевать. – Сабуров опускает подбородок и складывает руки на груди, делаясь еще массивнее.

– Мне важно донести до тебя совсем другое. Или ты ведешь себя хорошо и тогда остаешься со мной и с Артемом, ни в чем не нуждаясь. Или я тебя вышвыриваю к твоему Реутову и сына ты видишь только по самым большим праздникам и то, если у меня хорошее настроение. А ему самому, говорю, что мамочка его бросила ради дяди Кирилла.

Глава 42 – Снова в его власти

– Гад! – Я бросаюсь на него с кулаками, но Алекс перехватывает мои запястья у своего лица.

– Ты кажется забыла с кем разговариваешь, Марго. Совсем от рук отбилась за последние годы. Ничего, я тебе напомню.

Голос Сабурова звучит спокойно, но мне становится страшно до ужаса.

Я знаю этот холодный безжалостный взгляд. Он не предвещает ничего хорошего.

– Ты сам виноват в том, что я сбежала…

– Тихо шепчу я и Сабуров выходит из себя.

– Я? Интересно чем? Что спасал тебя от уродов, которые в шлюху тебя превратить хотели? Что оплачивал все твои хотелки? Носился с тобой как с фарфоровой куклой? Ну, если для тебя это действительно неприемлемо, то не переживай. Сейчас я буду вести себя совсем по другому. Делать что хочу и как хочу.

Он опрокидывает меня обратно на подушку и фиксирует руки высоко над головой, вынуждая меня вытянуться стрункой.

Сердце начинает бешено колотиться, потому что я прекрасно понимаю, что за этим последует.

– Алекс, не надо, – шепчу я срывающимся голосом. – Пожалуйста.

– Запомни эти слова, – Сабуров со спокойной деловитостью, стягивает вниз и без того узкий корсет. Так что моя грудь топорщится над тканью, кажется еще более округлой и из-за чувства сдавленности становится намного чувствительнее.

– Потому что скоро ты будешь просить меня об обратном, – продолжает Сабуров.

С таким же каменным лицом, он кладет ладонь на мой правый сосок и начинает настойчиво массировать круговыми движениями и я буквально чувствую как от этого он затвердевает, а низ живота начинает стремительно тяжелеть.

– Прекрати эти игры. Я прошу, – дергаюсь, пытаясь высвободиться из хватки, но Сабуров этого будто и не замечает.

Переходит ко второму соску и начинает терзать его точно так же.

После чего начинает чередовать поглаживание с щипками. Быстрыми, неожиданными и будорожащими.

Я начинаю ненавидеть своё тело, которое вопреки моему желанию уже сладко замирает в ожидании очередного касания.

Закусываю губу, чтоб не проронить лишнего звука, но Сабуров это замечает и резко меняет правила игры.

Его пальцы соскальзывают вниз и не снимая трусиков, наоборот, вжимают их тоненькую ткань мне между половых губ, делая там всё крайне тесным и чувствительным.

После чего начинает неспешными, сводящими с ума движениями водить пальцами вверх-вниз.

Он слишком хорош знает моё тело и спустя пару касаний, останавливается на клиторе и начинает медленно очерчивать его ореол подушечками пальцами, постепенно ускоряясь.

Я искренне пытаюсь держаться, делать вид, что мне всё равно, но сводящие с ума движения, жестокой сладкой пыткой пронзают всё тело.

Сначала я лишь тихо вздыхаю, после начинаю стонать, а потом, когда темп увеличивается, я забыв обо всём перехожу на крик.

Выгибаюсь и уже сама инстинктивно подставляюсь под пальцы Алекса, хочу стать ближе, как можно ближе.

Но он этого не дает.

Только продолжает свою сладкую пытку. Еще пару движений и меня накрывает мощнейший оргазм.

Я резко выгнувшись, падаю без сил на подушку, а перед глазами танцуют разноцветные пятна.

– Вот видишь, я ведь даже не снял с тебя трусы. А ты обкончалась так, что вся кровать мокрая, – Сабуров ухмыляется. – Ты хочешь меня, детка. Но никак не можешь себе в этом признаться. Ничего. Я помогу.

Глава 43 – Предложение

Я лежу совершенно оглушенная сумасшедшей волной чувств, которые я испытала.

Еще секунду назад это было нечто потрясающее, а сейчас на меня накатило такое отчаянное чувство пустоты и безысходности, ощущение собственной грязи. Уже потому, что моему телу всё понравилось и плевать на то, что рядом со мной настоящее чудовище.

– Вот ты и показал в очередной раз всё, что хотел. Надеюсь ты доволен?

Я поворачиваюсь к Сабурову спиной и скручиваюсь в клубочек.

– Можно мне побыть одной? Или тебе хочется в очередной раз растоптать мою личность?

– Я не понимаю тебя, – Сабуров кладет мне на плечо ладонь, но в этот раз в этом жесте нет и намека на секс или унижение.

Напротив, он на удивление спокойный, даже заботливый.

– Марго, я не делал и не делаю тебе ничего плохого. Да на любой встрече за мной всякие гламурные курицы охоту устраивают, чтоб жить той жизнью от которой ты так настойчиво убегаешь.

Я поворачиваюсь к нему и медленно сев, заглядываю в глаза.

– Зачем я тебе, Алекс? Ну, правда, зачем? Уверена, что ты без труда найдешь себе хоть сто женщин ни в чем не уступающих мне по красоте и которые будут тебя боготворить.

– Да, найду. – Сабуров смотрит совершенно серьезно. – Но мне всё это неинтересно. Я наигрался, понимаешь. Все эти бабы для меня не важнее, чем пыль. Я выбрал тебя, Рита. Более того, ты родила мне сына. И уже воспитала настолько здравомыслящим, что в прошлый раз он умудрился позвать помощь, когда посчитал, что тебе угрожают. И сейчас, я не могу его отвлечь никакими развлечениями. Он весь сосредоточен в переживаниях о тебе и это вызывает уважение. Я столько раз видел никчемность детей своих партнеров, которые кроме как прожиганием жизни ничем и не занимаются. Априори уверены, что все им должны просто так. А Артем уже не такой.

– Он просто таким родился, – я пожимаю плечами. – Сразу защитником. Знал, что мама одна.

– Мама одна из-за своей глупости и упертости, – Сабуров поджимает губы. – Оглянись и скажи, Рита, чего ты хочешь для своего сына? Огромных возможностей, лучшего образования, уверенности в завтрашнем дне или борьбы за выживание в самых низах, где он вполне может связаться с компанией как у твоего брата и закончить так же?

Я опускаю голову.

– Молчишь, – кивает Сабуров. – Ну, тогда я скажу. Ему нужна семья. Настоящая. И я хочу её дать. Ты, я и он. Чтоб всё по настоящему. Что скажешь?