Текст книги "Шаг в прошлое, или С Новым годом, папочка! (СИ)"

Автор книги: Анна Старцева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 9 страниц)

Глава 11
Недетские мечты

Смотрю на маму. Затем отвожу взгляд.

– Всё не так, как… – начинаю и замолкаю.

Ну, в самом деле, что за глупые киношные фразочки?

– Не надо думать об Игоре плохо, – продолжаю через силу. – Сене нужен отец и…

– А как мне о нем думать? – мама расстроена. И рассержена тоже.

– Он меня не обманывал. Развестись не обещал, – говорю, как есть, снова пряча руки за спиной. Они дрожат. – Я понимала, на что шла. Это моя вина. Не Игоря.

– Алиса…

Мама не верит. Ей трудно даже на мгновенье допустить, что ее правильная дочь могла так низко опуститься.

– Знаю, как всё выглядит. Но я… – чувствую себя отвратительно, но продолжаю. – Я не задевала ничьих чувств. Это не оправдание, понимаю. Нужно отвечать за свои поступки, а не прикрываться смягчающими факторами. Но Инна жила своей жизнью. И нет, я знаю это не со слов Игоря. Он вообще о ней не говорил. Ни плохое, ни хорошее. Я сама всё видела. Она приходила в офис. Такое творила…

Я всхлипываю. Вспоминается история с уволенной секретаршей. Обидно снова за девчонку, как за саму себя.

– Инна издевалась над сотрудниками, пыталась соблазнить заместителя Игоря. Она – дочка большого начальника. Привыкла получать всё, что хочет. Игорь тоже во многом был ее игрушкой. А я… Я видела это и поняла, что уж точно не совершу страшного преступления, если… если…

Из глаз текут слезы. Я чувствую себя маленькой девочкой, пытающейся объяснить взрослым, что она не так уж виновата, как все думают.

– Алиса… – мама пытается что-то сказать.

Но я перебиваю.

– Я просто влюбилась. Я держалась. Долго. Думала, пройдет…

– Алиса…

– Это просто жизнь…

Слова заканчиваются. Я не знаю, что еще сказать. Как объяснить маме, что я – всё ещё я, не смотря на неправильные решения и поступки.

Слезы уже льются ручьем. Дрожат уже не только руки. Меня всю трясет.

Алина всхлипывает у стены. Даже ей больно на всё это смотреть.

А мама…

Она делает то, чего я не жду.

– Перестань рвать себе душу, – подходит ко мне. Приобнимает и ведет к дивану. – Ты права: это жизнь, – усаживает, кладет мою голову себя на плечо.

– Ты всегда мной гордилась, – даже не шепчу, а почти мычу. Голос совсем не мой. – А я… я всё испортила…

– Ты просто человек, – отвечает она. И добавляет, находя плюс во всем этом безумии: – Зато у нас есть Сеня. Хороший мальчишка получился.

Я плачу еще громче. Мама больше ничего не говорит. Понимает, что сейчас это бессмысленно. Будет только хуже. Просто укачивает меня, как ребенка. Время от времени слышу, как шмыгает носом Алина. Мне же потихоньку становится легче. Со слезами уходит яд, отравляющий душу. Вытекает капля за каплей.

Правда освобождает. Так ведь говорят?

Может, в этом и есть смысл…

Я причинила маме боль. С другой стороны, как еще соединить две части моей жизни? Как ввести Игоря в жизнь Сени?

Только через болезненную правду…

– Значит, ты не стала ему ничего рассказывать? – спрашивает мама минут через двадцать, когда я, наконец, перестаю реветь. Яд вытек. По крайней мере, его большая часть. – Просто уехала домой?

Я принимаю решение за секунду. Одну часть правды я всё же оставлю тайной. Не стоит маме знать об угрозах Демина. Это уже в прошлом. У большого начальника новый зять. На нас ему теперь глубоко плевать.

– Не хотела проблем, – говорю тоже правду. Просто не всю. – Игорь бы не развелся. В то время. Жена и тесть этого бы не допустили.

– Но теперь у жены новый муж, верно? – уточняет мама. – Ты сама ему сказала что-то о соцсетях и замужестве.

– Да. Они развелись. По инициативе Инны. Она влюбилась без памяти в накаченного мальчика. В смысле, в мужчину намного моложе. Даже сбежала с ним. Еще когда за Игорем была замужем. Отец ее с собаками разыскивал. Пытался вернуть к мужу. Но потом… В общем он понял, что этот брак себя изжил. И перестал на них обоих давить. Игорю, правда, пришлось продать компанию. Тесть настоял, чтобы он уехал из Москвы. Теперь Игорь покупает «Серебряный лес». Решил сменить вид деятельности. Начать новую жизнь. Во всех смыслах.

– Значит, осядет в нашем городе, – констатирует мама.

– Да, – я киваю. А потом говорю с надрывом: – Ты только не ассоциируй всю эту историю с Артемом. Одно с другим никак не связано. Я не знала Артема в Москве. Он, общаясь с Алиной, не подозревал, что… В общем, всё это – безумное совпадение.

– Или судьба, – подает голос из угла Алина.

– Ох, девочки, – мама вздыхает. – Ну и устроили вы мне эмоциональную встряску.

– Это жизнь, сами говорите, – сестренка пытается шутить.

Я тяжко вздыхаю. Мама же грозит Алине пальцем, как ребенку.

– Тут не до смеха. Но ты взрослая. Я не могу запретить делать выбор. Хочешь общаться с Артемом, хорошо. Вроде не похож на прохвоста. Только меня смущает, что он – москвич. Игорь-то тут жить будет, это понятно. А Артем? Будете на расстоянии общаться? Или ты к нему в Москву рванешь?

– Давай, не будем загадывать, – предлагает Алина мягко. – Мне бы с ним еще на нормальное свидание сходить. Просто пообщаться в реале один на один. Без родственников и сопутствующих проблем.

– И то верно, – признает мама. – Пусть ситуация развивается. Главное, не принимай решение впопыхах.

– Не буду, – обещает Алина.

– Ну а ты? – мама снова переключается на мои проблемы. – Я так понимаю, Игорь предложил съехаться.

– Ого… – выдыхает сестренка. Этот момент прошел мимо нее.

– Он присмотрел квартиру, – объясняю я. – Недалеко от «Серебряного леса». Но я…

– Не хочешь торопить события? Или вообще не знаешь, нужно ли тебе это? – уточняет мама. Задает в общем-то очень важные вопросы, позволяющие расставить точки над «I».

Только у меня нет ответов.

Я понятия не имею, что хочу.

А в голове продолжает крутиться мысль о сожительстве. Я уже была любовницей в тайной квартире. А теперь… теперь рискую стать не то содержанкой, не то… даже не знаю кем.

– Вообще, это не так уж и плохо – быть семьей, – неожиданно говорит мама.

Она успокоилась. Эмоции, вызванные потрясением из-за новости о моем романе с женатым мужчиной, ушли. Теперь мама начинает раскладывать всё по полочкам, как всегда прекрасно умела это делать. И я даже понимаю мотивы. Она не хочет, чтобы дочь оставалась матерью-одиночкой. Тем более, если Сенин отец сам желает вернуться в нашу жизнь. К Игорю еще есть вопросы. И немало. Но мама видит перспективу.

– Главное, ты должна решить, хочешь ли жить с Игорем, – добавляет она. – Не просто ради Сени. А ради себя. Остались ли чувства? Видишь ли ты будущее для вас, как для пары? Он свободен теперь, да. Но нужна ли тебе его свобода?

Я снова кладу голову маме на плечо.

– Не знаю, – признаюсь честно. – Жизнь перевернулась с ног на голову. У меня даже сил нет ни о чем думать. Не то, что принимать решения.

– Не страшно, – говорит мама деловито. – Он же не завтра предлагает переезжать. Успокоишься, обдумаешь всё, как следует. К сердцу прислушаешься. А там уж решишь…

* * *

Вечером я выхожу из дома, чтобы пройтись по магазинам. Лицо еще чуток опухшее. Но надо кое-что прикупить, да и я хочу провериться. Просто подышать. Атмосфера в квартире пришла в норму, но стены давят. Мне просто жизненно необходимо на часок сменить обстановку.

На улице красиво. Не только из-за новогодней иллюминации. После памятного снегопада подморозило. Сугробов вокруг много, но они покрылись корочкой, переливающей в свете фонарей. Тротуары и дорожки во дворе почищены. А остатки снега на них утрамбовались и теперь скрипят под подошвами. Ходить удобно.

В магазины сразу не иду. Сворачиваю в скверик, расположенный от нас через пару домов. Там переливается огнями ёлка. На детской площадке не сказать, чтоб многолюдно. Но всё же довольно шумно. Мне это не мешает. Я сажусь на лавочку, очищенную от снега. Смотрю то на огоньки, то на детвору, катающуюся с горок.

Буря на душе утихла, но штиль пока не наступил.

Чувствую некое опустошение. Стараюсь настроиться на позитив. Праздники же. Ёлка мигает, люди веселятся. Нужно и мне подзарядиться от них хорошим настроением.

Но всё получается наоборот.

Взгляд выхватывает родителей с мальчиком возраста Сени. Мама поднимается с малышом на невысокую металлическую горку. Усаживает и отправляет в низ. Папа ловит. Все трое смеются. Им точно весело. Мальчик так и вовсе заливается. Требует еще.

Я смотрю на них, и мне горько. Потому что это не мы.

Да, можно попробовать сходить на детскую площадку втроем. Игорь точно против не будет. Но это другое. Они – семья, мы – нет.

Я вздрагиваю.

Так я этого хочу? Быть семьей? Или это просто временное помутнение, навеянное чужим семейным счастьем?

Мимо моей скамейки идут двое. Дед Мороз и некий иной персонаж. Не то гном, не то эльф.

– Устал я пешком по адресам ходить, – ворчит второй.

– Вообще-то мешок я тащу, – напоминает первый. – И это ты должен был за ремонт авто заплатить. Так что не ной. Пусть душу греет та покупка, на которую ремонтные деньги потратил.

– Не греет.

– Вот и я о том же, – усмехнулся Дед Мороз, останавливаясь и поправляя перекинутый через плечо мешок.

Эльф же заметил меня.

– О! Девушка, третьей будете? Снегурочкой, в смысле?

– Оставь девушку в покое, – требует Дед Мороз.

– Так она грустная.

– Ты ее точно не развеселишь глупостями, – ворчит на спутника, потом поворачивается ко мне. – Девушка, печаль проходит, – говорит со знанием дела. – Всё обязательно наладиться. И непременно сбудется желание, которое вы загадали под бой курантов. Слово Деда Мороза!

Я выдавливаю улыбку. Они кланяются и топают дальше – по адресам.

А мне всё равно грустно.

Желание под бой курантов, ага

Помнится, под этот самый бой я ревела в коридоре гостиницы навзрыд.

О чем думала? Или же о ком?

Об Игоре. От него же сбежала, отказавшись говорить после фальшивого вызова в новый номер. Горевала о несбывшемся. О том, что влюбилась в женатого. О том, что к нему оставались чувства, а он… он лишь хочет и дальше со мной развлекаться при живой жене.

Желаний не было. Ни одного.

Только горечь, что у меня не будет того, о чем мечталось в глубине души.

По телу проходит холодок.

Мечтала? Так всё-таки мечтала?

Вспомнилось, как тогда – в номере – накрыло желание уткнуться Игорю в грудь. Но я не могла себе этого позволить, чтобы не встать на те же грабли.

Вот только граблей-то больше нет. Только дорога, пусть и не до конца понятная.

…Чужой малыш снова скатывается с горки в объятия смеющегося отца. Это последний раз. Семья уходит. Домой. Вместе. Идут по дорожке, держа сына за руки.

А я…

Я принимаю решение. Может, пока и не окончательное.

Пусть это будет пробный шар. Я сделаю один шажок и проверю, откликнутся ли сердце и душа.

Глава 12
Подарок

Следующий день был рабочим. Я нашла Игоря в отеле и сказала о решении. И вот еще через день мы едем смотреть квартиру. Я ничего не обещаю. Игорь это знает. И, кажется, нервничает. Ведет авто уверенно, как и всегда. Но я нутром чую, что ему неспокойно. А это совершенно не похоже на Игоря Власова, которого я знаю. Прежде он всегда оставался непробиваемым.

– На днях пригонят мою машину, – говорит по дороге. – Сам я не особо люблю трассы. Тем более, путь неблизкий.

– Это хорошо, – отвечаю я, чтобы что-то сказать.

– Надоела аренда. Авто неплохое, послушное. Но родное – это родное.

Мы молчим. Потом Игорь спрашивает:

– Как там поживает Кеша?

– Кто? Ах да, котенок. Теперь он Мартин. Алина уговорила Сеню. Мол, у кота должно быть благородное имя.

– Мне нравится.

– Мне тоже. В общем, Мартин обживается. Очень игривый. Больше не прячется под кроватью. Но обитает в основном у Алины в комнате. Детская всё же не место для животных.

– Кстати, об Алине. Ты не знаешь, как прошло у них свидание с Артемом? – задает неожиданный вопрос Игорь. – По мнению Алины, в смысле? Брат говорит, вроде бы неплохо. Но он волнуется. У него вечно кошмар с отношениями. Выбирает не тех женщин и… – он кашляет смущенно. – Я не пытаюсь сказать, что Алина не такая. Наоборот, кажется, с ней как раз всё в порядке. Просто Артем переживает, как мальчишка.

Я закатываю глаза.

– А давай не будем лезть в их отношения, – предлагаю строго. – И так всё ужасно запуталось. Мы. Они. Пусть всё идёт своим чередом. Алина и Артем – люди взрослые. Сами справятся.

«Нам бы со своими отношениями разобраться», – добавляю мысленно.

Игорь кивает, признавая мою правоту.

Оставшуюся часть дороги молчим.

В пункте назначения ждет сюрприз. У Игоря оказывается пульт от подземной парковки.

– Да, ключ от квартиры у меня тоже есть, – признается он, поймав мой взгляд.

– Так квартира уже куплена, – констатирую я.

– Почти. Завершаем формальности. Жилье отличное. И нет, я не пытаюсь решить всё за тебя. Просто этот вариант мог уплыть, а другие, которые есть в доступе, хуже.

Поднимаемся на лифте на десятый этаж. Дом новый, с консьержем. Внутри уютно. В квартире готовый ремонт. Планировка… Я пока не думаю об этом. Мгновенно притягивают окна. Те, что выходят на «природу». Вид, впрямь, хорош. Видно и «Серебряный лес», и просто… лес. Шикарный обзор на волшебство зимы. Впрочем, тут в любое время года будет чем полюбоваться.

– Вид на город тоже неплох, – Игорь встает рядом. – Давай, покажу, что где.

Я киваю и отправляюсь на экскурсию. Просторный зал, все комнаты (а их еще три) отдельные, нет «проходных». Кухня разделена на две части: для готовки и для трапезы. Вариант, который давно мне очень нравится.

– Позже можно сделать ремонт, – говорит Игорь. – Под себя. А вон там будет детская, – он заводит в меня в комнату с «теплыми» обоями. Как думаешь, стоит сделать одну стену для рисования? Сейчас многие такое новшество используют во имя творчества ребятни.

– Говоришь, будто вопрос решеный, – я смотрю ему в глаза.

На душе… тепло, как ни странно. Наверное потому, что я могу представить нас в этой квартире. Себя, Сеню и Игоря. Мне бы понравилось здесь жить.

– Конечно, решеный, – выдает вдруг Игорь. И добавляет поспешно: – В том смысле, что это в любом случае будет комната Сени. Даже если ты не захочешь… – его голос вдруг садится. Но Игорь откашливается и продолжает: – Тогда Сеня будет оставаться у меня время от времени. И, да, это будет его комната.

Я отворачиваюсь. Мысль, что Сеня будет тут просто оставаться – без меня, колет сердце. И довольно больно. Я не хочу быть отдельным… пазлом.

Но и пресловутое «сожительство» не дает покоя.

– Не многовато ли места будет тут для тебя одного? – спрашиваю зачем-то.

– А я не хочу быть один, – говорит он снова с хрипотцой. И тут же шутит: – Заведу собаку. Или… парочку. Им будет, где развернуться.

Я поворачиваюсь, не понимая, насколько это шутка. Игорь сегодня странный. Сам на себя не похож. Так сильно волнуется? Хочет сделать всё правильно, но несет чушь?

Впрочем, я тоже веду себя не очень. Отстраненная, хмурая. Будто жду подвоха.

Хотя сердце частит. Не из-за квартиры. Причина – Игорь. Рядом с ним мое сердце всегда пускается в пляс. Ничего не изменилось с тех пор, как он вошел в аудиторию – вести курс в течение семестра. Я всё ещё очарованная им девчонка. Отличие в том, что сейчас он передо мной. Можно протянуть руку, коснуться, шагнуть с ним в ту жизнь, которую он предлагает. Но я… я…

Кажется, что нужно перешагнуть целую пропасть, а не просто сделать шаг.

– А знаешь, я не показал тебе еще кое-что, – говорит вдруг Игорь, и в глазах появляется странный блеск. – У нас есть балкон-терраса.

Он так и сказал «у нас».

Выходим через раздвижные двери. Балкон-терраса точно больше зала у меня дома. Но едва ли я успеваю осмотреться. Внимание привлекает круглый столик у бокового окна. Точнее, корзинка, что там стоит.

– Похоже, кто-то забыл, – говорит Игорь. – Может, новогодний подарок?

Он смотрит странно. И я понимаю, что там точно подарок. Причем, для меня. Игорь приготовил его заранее.

– Проверишь? – спрашивает провокационно, а глаза блестят всё сильнее.

Смотрю на Игоря удивленно. Что-то точно не так. Слишком уж он странный.

Но иду к столику. Заглядываю в корзинку. Там мандарины, конфеты, шоколадка – прямо новогодний набор. А еще коробочка, перевязанная тонкой красной лентой.

Развязываю, стоя к Игорю спиной. Не хочу видеть его взгляд, хотя чувствую кожей. Он следит за каждым движением.

Лента падает на столик. Внутри еще одна коробочка. Не подарочная. В таких хранят украшения. Настоящий подарок, похоже, дорогой.

Открываю и… застываю каменным изваянием.

В голове взрываются фейерверки. Хочется протереть глаза.

Передо мной… кольцо.

– Ты же не… – я поворачиваюсь к Игорю, и слова застревают в горле.

Он стоит на одном колени. Как в кино.

– Выходи за меня, – говорит просто. Потом добавляет, видя мое обалдевшее лицо: – Знаю, перемены пугают. Тем более события просто… летят, как безумные. У меня у самого иногда чувство, будто я на карусели. Но хочу сделать всё правильно. Хочу, чтобы всё было официально. Просто съехаться – это не то, что нам нужно.

Я молчу. Кажется, что язык прилип к гортани. И вообще… будто всё это не со мной.

Игорь Власов развелся? И теперь делает мне предложение?

Может, всё это сон? Галлюцинация?

– Понимаю, у нормальных людей всё в обратном порядке происходит, – продолжает Игорь, не дождавшись хоть какого-нибудь ответа. – Сначала свадьба, потом жилье, потом ребенок. Но я уверен, что у нас всё будет хорошо.

Я продолжаю молчать.

– Алиса, скажи хоть что-нибудь! – Игорь не выдерживает. Он и так жутко волнуется. А теперь еще и я превратилась в столб. – Хотя бы не отказывай сразу. Скажи, что подумаешь.

А мне вдруг вспоминается анекдот. О девушке, которая после предложения руки и сердца скакала по квартире от радости, а потом заявила: «Я подумаю».

Ну, в самом деле?

Разве не сожительство было причиной моей отстраненности?

Разве не загадочная роль в жизни Игоря меня смущала?

И что теперь? Он предлагает мне выйти замуж, а я стою, будто в рот воды набрав.

Это шок, наверное.

Я ведь представляю нас в этой квартире. Нас – семью. И мои чувства к Игорю никуда не делись. Я на годы похоронила их в глубине души, но не смогла уничтожить.

– Да… – срывается с губ.

– То есть, ты подумаешь? – спрашивает Игорь. Голос хриплый от волнения.

– Нет…

Теперь обалдевшее выражение лица у него.

– Погоди, так это было…

– Да. Это ответ.

Мы смотрим друг на друга. В его глазах я вижу облегчение и радость.

А из моего сердца будто исчезает шип. Я и не замечала, как долго он меня ранил…

* * *

Через два дня меня ждет еще один эпохальный разговор.

Можно его миновать. Просто сделать вид, что ничего не случилось. Но я хочу поставить точку. Нет, не красивую. Но я чувствую – она нужна.

– Что ты тут делаешь?

На лице Леши неподдельное изумление. Он никак не ждал увидеть меня, выходя с работы. Но я знала, что он слишком обижен, чтобы ответить на звонок или сообщение с предложением встретиться. А возле дома ловить его не стоит. Есть риск столкнуться с Софьей Дмитриевной. А это последнее, что мне нужно.

– Хочу поговорить, – фраза дается непросто.

Но придется произнести еще несколько. Раз уж пришла.

– Леш, мне жаль, что всё так повернулось. Я не хотела тебя обидеть.

– Значит, это не попытка… – начинает он и замолкает. Подумал, что я пытаюсь его вернуть.

– Нет, – говорю твердо. – Просто не хочу, чтобы всё закончилось вот так.

– Как? – усмехается он.

– Плохо, – называю вещи своими именами.

– Ты мне врала, – смотрит в глаза вызывающе.

– Нет. Игорь появился внезапно. Я не успела сказать. И вообще не понимала, что со всем этим делать.

– Но, похоже, хочешь быть с ним. А не со мной. Я так плох?

– Дело не в…

– Во мне? – усмехается Леша. – А давай обойдемся без клише.

– Но это правда! – говорю эмоционально. Хочется даже взять его за руку. Но я понимаю, что делать так нельзя. Получится слишком лично. – Дело, действительно, не в тебе, Леш. Кому-то однажды очень повезет получить тебя насовсем.

– Но не тебе? – во взгляде появляется горечь.

– Я просто не та. Вот и всё.

– Нам же было хорошо вместе.

– Было. Это правда, – я киваю и пытаюсь мягко улыбнуться. – Я безумно благодарна тебе. За всё. Ты – тот, кто вытащил меня из круговорота забот и уныния. Я совсем забыла, что у меня тоже есть жизнь. Что есть я. А ты… Ты напомнил, что я существую. Получилась красивая история для нас обоих. Но это лишь страница, а не целая книга. Ты встретишь ту, кто станет… настоящей семьей и понравится твоей маме. Это не я. Не мы с Сеней. Однажды ты станешь замечательным мужем и папой. С подходящей женщиной.

Леша молчит. Просто внимательно вглядывается в лицо, изучает каждую черточку, будто пытается прочесть некий подтекст, которого нет в помине. Я честна. Абсолютно.

– Значит, будешь с ним? – спрашивает, не называя Игоря по имени.

– Мы попытаемся.

– Потому что у вас общий ребенок?

– Потому что остались чувства. Не спрашивай больше. Не рви душу ни себе, ни мне. Я правда ценю всё, что у нас было. И желаю тебе счастья.

Леша не отвечает. Кивает, но как-то неопределенно. Выглядит так, словно хочет не то руками развести, не то плечами передернуть.

– Ах да, – я достаю из сумки духи. – Я не могу их принять. Они дорогие. Это неправильно.

– Но…

– Давай ты их маме подаришь. В последнее время у вас не всё было гладко. А подарок будет символом примирения. Она оценит. Вот увидишь.

Леша вздыхает. Видно, с мамой сейчас впрямь всё очень сложно. Духи забирает-таки.

Мы прощаемся.

Я иду прочь.

– Если передумаешь, ты знаешь, где меня искать! – раздается вслед.

Я поворачиваюсь, улыбаюсь, поднимаю руку в знак прощания.

Знаю, что этого не случится. И Леша знает. Это просто та самая точка, свидетельствующая, что мы расстаемся не врагами…