![](/files/books/160/oblozhka-knigi-tancuyuschie-demony-si-377500.jpg)
Текст книги "Танцующие демоны (СИ)"
Автор книги: Анна Совилова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)
– Я не позволю тебе оскорблять меня и насмехаться над Верховными…
– А что ещё остаётся?! Ты считаешь себя наследником Сатраната! Но не стал бы Сатранат заключать мирные соглашения с чужаками! – Натага перебивал и даже не слушал Ардагара. – По твоим законам, мы должны принимать ини за равных! Нет, даже не так! Ини тебя устраивают больше чем натаганы и маюраны! Ты ублажаешь их Омену и обхаживаешь ее, словно она королева Найэвы!
– Уходи Натага! Твоя адала травит тебе мозги! Ты говоришь полнейшую чушь! – прорычал Ардагар, окружая себя красным заревом Адалы, готовясь воплотить илир.
– Не я! Ты Ардагар! Ты отравлен гордыней и тщеславием! Это мы твое войско! Мы твое племя, близкая кровь и залог могущества! А не эта заоблачная шлюха! Без нас …
Вдруг Натага осекся и резко посмотрел на Нарра. Сделал два шага назад. Испустил утробное рычание, яростно буравя взгядом молодого Шидара. Развернулся и твердым шагом направился к центральным вратам.
Его примеру последовали все натаганы и маюраны. Покидали воины зал через разные выходы, расположенные на всех уровнях и скоро на нишах остались только нарраны и ардагарцы. И растерянные нирхарани озирающиеся затравленно по сторонам. Двери все закрылись и их тут же перегородили хаиды с оружием.
Воительницы были в ловушке.
– Ваша шидарна лишена права командования! Подченитесь мне, отзовите союзников, и никто не пострадает! – Обратился к нирхарани Правитель. – Если же нет – умрут все!
– Мы не подчинимся твоему приказу! Рухана не виновна! – начали раздаваться выкрики. – Мы верны нашей Шидарне! Требуем открытого разбирательства с участием народа Найэвы! Нарушен закон!
– Убить! – Скомандовал Ардагар, не желая больше ничего слушать.
Началась жестокая резня! Вскоре вся ниша, которую занимали воительницы, была сплошь устлана трупами.
Ардагар и Дагха покинули тронный зал.
Я втянул ноздрями ледяной воздух и покачал головой. С некоторой досадой в сердце ещё раз просмотрел весь процесс суда.
Не красиво вышло…с Руханой.
У парящего города шла битва.
Амана Ардагара затопила тьмой закатный свет светил. За пределами Эрба закрутилась яркая битва ардагарцев с оставшимися отчаянными воительницами и их обречёнными союзниками. Ары непокорных разрывались, создавая невероятное буйство красок на чернильном холсте неба, а затем рассыпались в клочья пенного пепла. Сверкали слепящие глаза плазменные вспышки. Сетки тералитов, заряженные адалой, прожигали атмосферу, оставляя за собой поля чёрных дыр.
Ну что же.
Натага и Маюра не поддержали бунтовщиков. А значит смотреть дальше нечего. История нирхарани окончена…
В это время в другой части планеты огромным черно-алым адским моллюском медленно стелилась еще одна амана. Гаруны смотрели на нее, поднимая наполненные неописуемым ужасом глаза. Некоторые падали в страхе на колени и начинали молиться, вознося руки к небу. Некоторые обезумев выли. Некоторые в страшной панике метались, хватаясь за головы…
Это летела Карва-амана.
Глава 13 Темная река
{Марна}
Я наблюдал за ходом сражения. Все шло по плану! Подмога Арду не понадобится.
Вспышки синего света неожиданно окутали тело моей краснопёрой птицы. Я услышал пронзительный, хрустальный, как будто бокал треснул, голос в сознание.
– Что же ты терзаешь людей понапрасну, Шидар Марна? – произнесла гневно Омена.
– Я никого не трогаю, – ответил я королеве. – Иди, спокойно пей дальше свою слащавую сому.
– По договору твоей Аманы не должно быть в небе без важных причин! Тем более так низко!
Амана достигла одним краем волн Монаса и плавно начала входить в его вздымающиеся воды. Океан проглатывал черноту, слизывая длинными темно – синими языками клубящуюся тьму Карвы с небосвода, кусок за куском.
Процесс занял всего несколько секунд.
Небо над океаном просветлело и заискрилось радужными веселыми бликами. Словно ничего и не было. И я ответил ини:
– Королева ини… Омена…Мейна…Птичка сладкоголосая … Вот скажи мне. Что за настырность? Что за привычка всюду соваться? Ведь ты же допорхаешься.
– Я обязана защищать своих преданных! Их ужас сотрясает небеса! Их страдания превышают все возможные меры!
Я нахмурил брови и перекрыл связь.
Не понимаю я эту Мэйну! Как Ардагар с ней находит общий язык?!
О чем она вообще сейчас мне сказала? Вот о чем? Какая мера? У страдания нет никакой меры! Поджаривает нещадно, пока не прогорят все желания и пока не выкуется крепкий меч…Разве это плохо?! Богине– нимфе следовало бы знать, что одаривать воплощённый сброд приторной жалостью гораздо хуже, нежели любыми мучениями… Хотя что с этих низкосортных людишек взять. Чрезвычайно слабы и примитивны. Им даже нужду справлять иной раз больно. Вот они и боятся всего, пока не помрут.
Я уже шел по коридорам Рамнэша. Дамгар ждал меня у врат в нижние миры. Шайдар поклонился издалека, приветствуя.
– Что там наш женский род? – спросил я его на ходу.
– Род сильно возмущался… Пришлось Шидарну хорошенько поучить правилам поведения в нашей обители.
– Хорошо.
Дальше мы с Шайдаром шли вместе. Миновали проход к океану. Прошли многочисленные гьяли. Спустились по тоннелю, соединяющего нижний уровень с подземным. И вошли во врата, ведущие в бесконечные подземные дорги.
Приятные запахи крови, сырого камня, мокрой пыли ударили в нос. Я глубоко втянул воздух с наслаждением. Слышались стоны и протяжные завывания.
Скоро мы повернули в нужный коридор, ведущий в просторный дорг. Там на каменной стене в полумраке была распластанна пленница. Руки и ноги широко разведены и туго обвиты варрами.
Я оглядел внимательно Рухану. Она была без сознания.
Сопротивлялась значит, говоришь… Думала, что очень сильная…
Но Дамгар оказался, как видно, сильнее. Я усмехнулся.
– Славно ты ее поучил.
На ней не было живого места. Дамгар ехидно скривил рот.
– Не насиловать только! Пусть наберётся сил. Позже ее допрошу…
Я решил пойти в свои гьяли.
Мне было не по себе… Что-то мешало сосредоточиться на делах.
– Докладывай! – приказал я своему Шайдару, выходя из тюремной ячейки.
– Нимнас…
– Без Нимнаса! – отмахнулся я от его слова.
Шайдар прочистил горло и начал заново:
– Ночь была сегодня спокойной. Утром несколько гдумпов были замечены у подножья Рамнэша. Мы их перестреляли как букашек. Утром ини спускались в тала-ды. Им мы не стали мешать. Они…
– В замке что?
– Ни…эээ. нам… – Дамгар покосился на меня, определяя мое состояние. – Нам запретили ходить по центральным гьяли. Приказали убрать дозорных даже с центральных площадей. А также мы получили строгое указание не приближаться к новой лаяне ближе, чем на двести метров. До второй луны.
У меня на секунду сжались кулаки…Но я сдержанно спросил:
– Ясно. И что лаяна? С кем она сейчас?
– Я видел, как рано утром ее перенесли в центральные северные гьяли. Ей будут служить две особые юми. Их..
– Их, Дамгар, ко мне! И поскорее! – рявкнул я Шайдару.
– Гья, Марна!
За разговором мы подошли к выходу из подземного мира.
Дамгар поклонился мне вслед.
Я вновь оставил дорги на него. И погрузился полностью в мысли о прекрасной пришелице.
Значит Ардагар приказал заботиться о новой лаяне самому Нимнасу…Даже так…
В своих гьяли я развалился в кресле. Сложил замок из рук за головой и закрыл глаза.
До второй луны…
Почему в этот раз запрет на его лаяну такой долгий?
Ее запах уже был повсюду в коридорах. Зря я покинул дорги.
Я почувствовал, как мощно заиграла, закрутилась в венах адала, откликаясь на вещество, которое источает это маленькое, хлипкое существо, находящееся в северной части центральных гьяли. Два витка вправо, потом прямо и вход в левое крыло, три поворота по коридорам… Запах густым варевом тянулся оттуда….
Надо, наконец, уже выпустить этих жалящих змей на свободу, чтоб не так было невыносимо?
Созову пожалуй сегодня своих Шайдаров и хадаров!
Устроим пир! Воздадим почести Адалису и принесем ему дары!
Хат сообщил о прибывших юми. Я сразу приказал их впустить.
Юми зашли и низко поклонились. Представились. Омья и Лин…
У меня сразу загорелись глаза от очередной волны адалы.
– Хочу, чтобы вы рассказали мне о новой лаяне. Вас выбрал для нее Нимнас лично?
– Это правда, Шидар Марна, – сказала мне та, что отличалась более высоким ростом. Она снова склонилась. – Сияющий оказал нам большую честь.
Правда в том, что, если эти две еще хоть шаг сделают в мою сторону или даже пошевелятся, я их могу ранить…
– Стойте неподвижно, – попросил я и задержал дыхание, остужая всеми силами адалу. Рукавом ненадолго прикрыл нос, чтоб втянуть воздух сквозь ткань. Благо одежда обильно впитала дух подземелья. – Как она себя чувствует?
– Плачет только. Если не спит. – Ответила коротко та же юми, так и оставшись в поклоне.
Юми конечно боялись меня. Но то был сдержанный страх. И только! Нимнас выбрал явно самых стойких. Однако меня злила уже эта немногословность.
– Что еще скажете? Говорите все! – я старался сделать голос как можно мягче, но, кажется, у меня плохо получалось.
Взрывная реакция нарастала. Я начал погружаться в едкое море терзающих желаний. Кровавый голод вспыхивал все более смертоносным пожаром в груди, грозясь в любую секунду перенести сознание в иную реальность. Где не существует Живых. Есть только источники эликсира, спасающего от жара адалы, от разрывающей разум боли. В этих источниках хочется тонуть с головой, до упоения! Пить, высасывать влагу, вгрызаться в них обезумев от наслаждения.
Хорошо, что мне не пятьсот лет…
Я сосредоточился и разом охладил адалу.
Юми смогли говорить.
Да..Ждать целых две луны. Но зато через две луны она будет целиком моя! Я взорву все ее стены страха и стеснения. Заставлю стонать и извиваться в моих объятьях. Нежно заставлю!
Только бы поскорее прикоснуться к ней. Я бы может даже не стал ее сразу брать. Если она так хрупка, как говорят. У меня возможно хватило бы сил еще немного подождать. Лишь бы она была рядом! Дотронуться бы только до ее белой, дурманом пахнущей кожи, волос.
Нет.
Ждать ничего я не буду!
Сквозь мысли я слушал речь юми и чувствовал, что меня опять охватывает пламя… Огненный зверь адалы свирепел. И с каждым новым взрывом прижать его к земле становилось все сложнее, понял я. Моя сущность иступлённо нуждалась в той темноглазой, кудрявой девочке. Умопомрачительной, необыкновенной, безмерно соблазнительной.
Мне сообщал спокойный, мелодичный голос, что лаяна сильно напуганная и измождённая. Не может встать с кровати. Во сне постоянно зовёт на помощь.
Приятная речь юной юми текла, как ручей, но звучали остро неприятные вещи. Мне сообщала девушка, что нирасити лаяне не помогает и Нимнас беспокоится о сохранности ее сознания.
Да ладно! Беспокоится! Нимнас!
Мерзкий ледяной змей! Ты ее угробишь! Разве лаяне нирасити твоя сейчас нужна!
Убью его! Точно!
Мне захотелось немедленно пойти и разорвать фиолетовую верховную шкуру найха!
Охваченный гневом, я поспешил покинуть гьяли. Прошел по коридорам. Поднял ару. Пересёк пустыню и высадился на высохшую землю Убаи.
Здесь среди гниющих останков все еще повсюду был ее аромат. Я без труда нашел место, где она лежала, когда я привел Ардагару аши.
Присел и прикоснулся ладонями к горячей земле. Захватил в кулаки горстки рыхлой, сухой почвы и поднес к носу, к губам. Мне захотелось впитать в себя эту землю.
Я в тысячный раз за прошедшие сутки вспомнил в мельчайших подробностях ее тоненькое, стройное тело.
Когда Ардагар подвел меня к ней, она крепко спала. До моего прихода, Повелитель дал ей рилаби. Хаиды обмотали всю ее колахами, перетянув многочисленные раны.
Она была такой трогательной во сне. Я вспомнил движения ее ресниц, губ. Шорох дыхания. Рука лаяны тогда лежала на груди, слабо сжимая ладонь, словно оберегая что-то. А когда Ардагар её уносил подальше от костра, по её щекам текли слезы…
Милая. Досталось же тебе…
Я огляделся.
В несколько сторон шли тропы ее аромата. Я мог проследить ее путь с точностью до сантиметра!
Я прошел по следу до того места, где закончила свое смертоносное расширение воронка асагаронов. Дальше запах уходил в толщи земли. Но он в глубине усиливался! Я направил туда адалу. Прорыхлил несколько глубоких борозд. В одной яме нашлись предметы ее одежды. Они и пахли более всего! Обрывки верхней рубахи и клочки обуви… Я их сжег, чтоб они не перебивали запах при дальнейшем поиске. И сразу нашел нечто интересное! Ладонь притянула из другого рва маленькую блестящую вещичку.
Ну, надо же! Золото! Цепочка и кулон в виде младенца с крыльями. С удивлением я поднял находку немного повыше, рассматривая ее в последних лучах заходящих солнц, и невольно улыбнулся, сжал его в кулаке. Хорошая находка!
Пошел по следу дальше, до огромных потрескавшихся от землетрясения валунов. Они скрывали много чего пахнущего лаяной! Запах был ничуть не меньше, чем от лоскутов ее одежды! Ее пот, лёгкий след крови, даже пару упавших волос. Все источало будоражащие до одури мозг частички паров, того же особого вещества. В таком огромном количестве я бы унюхал его за несколько километров!
Рядом с этими камушками лаяна долго сидела, прикасалась к ним…
Я раздробил валуны. И увидел лежащий на земле инопланетный приборчик. Тоже забрал его.
Дальше путь лежал в пещеру. По дороге я подобрал сначала одноглазый небольшой предмет. Тоже иномирный. Затем, через пять шагов – головной убор. Весь затоптанный, в пыли и крови. Кровь была чужая, но шапчонка принадлежала нашей лаяночке.
Войдя в пещеру, я сразу нашел место открытия портала. В своде еще клубились густыми пучками различные энергетические субстанции. А так же витал, отлично сохранившийся в подземных ходах, все тот же божественный аромат.
Ная. Так называла ее юми.
Ная…
Под ногами валялись две маленькие перчатки. Я нагнулся за ними. И, не успев еще выпрямиться, почувствовал присутствие Шайдара.
– Марна, ты что ли земледелием решил заняться? Землю вспахал, – произнес низкий, хриплый голос.
Я рассмеялся.
– Дамгар! ТЫ что тут делаешь?
– Мы устроили празднество, как ты и хотел! И… Нам нужен наш Шидар!
– Соскучились уже что ли? – спросил я, передавая Шайдару часть найденных предметов.
– Конечно! Жаждем поскорее разделить с тобой веселье!
***
Мы покинули пещеру и вернулись в замок.
Я отдал вещи юми, для изучения и направился с Дамгаром в нижний зал зрелищ. Нас встретили марнавы громкими приветствиями и радостными возгласами.
Таба полулежал на ступенях у подножия первого ряда с бокалом в руке. Завидев меня, он начал подниматься, но я остановил его. Дамгар сел с ним рядом и налил себе аитры из стоявшего на полу большого кувшина, на половину уже опустошенного…
Веселье было в самом разгаре.
В центре стояла толпа плененных нирхарани.
– Смерть! Смерть! – начали кричать хаты, показывая рукой жест расправы.
– Кто эти грязные твари? Неужели в нашей цитадели завелись крысы? – обратился я к своему племени с недоумением в голосе.
Хаты разразились хохотом.
Я прошелся по залу, оглядывая связанных предательниц.
– Нет. Пожалуй крысы поприятнее будут…Уж очень ярко выраженный поганый вид…Кто же это? – я развел руки и нахмурился.
Хаты зашумели и засвистели.
– Ашшши! – ответиили мне, злобно шипя, разом тысячи голосов.
Я обвел ладонью зал, вглядываясь в горящие нетерпением глаза. Выражая своим воинам одобрение.
– Точно! Конечно! – я резко повернулся к нирхарани, заставив их отступить. – Паршивые отбросы! Смрадное зловоние! Это вы! Вы все!
– АШИ! – хаты выкрикнули одновременно со мной ненавистное слово.
– Куча грязи! Позор Найэвы! – Вы… – я не стал даже договаривать, потому что зал дико взорвался, продолжив за меня.
– АШИ!
– Вы будете доживать ваши жизни, купаясь в испражнениях. За предательство своего народа мирного хлада могил вы не получите никогда! Все свои воплощения вы будите гнить заживо и гореть заживо! Потому, что вы самое отвратительное, что может порождать вселенная!
Я проявил, пылающий черной адалой, кнут. Начертил им в воздухе несколько кругов. На рядах ликование перешло в яростный, свирепый рык. И я закончил свой обвинительный приговор:
– ВЫ – АШИ!
Сбросил с воительниц варры.
Нирхарани воплотили илиры. Но нападать первыми не решались. Как паршивые гиены, пригнулись к земле, затравленно смотря по сторонам.
Я приблизился к воительницам, призывая адалу. Она отозвалась лавиной…
…Нирхарани лишь изредка отбивали мои атаки. Позор! Разве можно было вас вообще причислить к роду нирхов!
Кнут вырывал куски мяса, дробил кости. Я измельчил всех за несколько секунд. Марнавы даже издали досадный возглас.
Я успокоил темную силу и с удовольствием взглянул, как беспомощно ползает по полу бывшая родня Руханы. В виде червей они лучше смотрелись.
Но не все черви приняли свой новый статус. Две нирхарани все– таки смогли поднять илиры. Напали со спины. Я в секунду развернулся и оторвал одной голову, а второй – руку, с оружием вместе. Безрукую сразу поднял с пола за волосы и перегрыз ей зубами горло.
Зал неистовствовал. Хаты застучали кулаками о пирила, в знак полного удовлетворения.
Я вытер с губ кровь и направился к шайдарам, перешагивая развороченные, шевелящиеся тела. Под бурные возгласы я принял бокал аитры из рук Дамгара и вознес его.
– Вайш Ра, Адалис! – произнес я, мысленно соединяясь с Древом, и осушил бокал.
– Вайш Ра, Адалис! – выкрикнули мне в ответ все марнавы.
Площадка зрелищ пошатнулась. С рокотом начала наклоняться. Вся кровавая каша тут же с хлюпаньем поехала в низ, в ров с нечистотами, расположенный глубоко под доргами. Сцена провернулась по кругу, вставая вновь на место, но уже обратной стороной – сияющей, как отшлифованный юми итриэлен!
Вошли сразу музыканты и нырнули вглубь зала под арку. Юми заиграли на своих барабанах, подключились их многозвучные звонко-сладостные флёры. Потянулись десятки соблазнительно одетых руни. Основная их часть состояла из жительниц Гару. Они пришли станцевать нам. Повертеть бедрами, показать какие у них ноги, груди и прочее.
У женщин этой планеты танцы направлены исключительно на разжигание страсти. Это немного забавно наблюдать. Разве нирхов нужно разжигать?! Хотя такое искусство весьма подходит для атмосферы наших пиров.
Хадары выбирали себе руни на ночь, оценивая каждую. Спорили. Делили.
Как только представление закончится, их всех разберут дароны и хаиды. Остальные воины отправятся развлекаться в янги (небольшие домики) гарема.
Я тоже рассматривал девушек. Следил за их слаженными движениями. Взгляд не мог ни на ком остановиться… Я чувствовал, что меня ждет Лэя. Но и к ней я сегодня не пойду… Мои мысли были в центральных гьяли Ардагара…
Постепенно хаты начали перемещаться в верхние сферы. Праздник шел к завершению.
Дамгар и Таба заботливо предложили разделить с ними выбранных ими девушек. Я отрицательно качнул головой.
Ноздри снова опалил запах Наи…
Как она интересно там? Спит? Или плачет?
Невесело усмехнулся…
Приказал хатам приготовить в доргах для меня побольше инар.
Меня усладить может сейчас лишь…река крови.
Глава 14 Ранимая броня небес
{Ардагар}
Сердце. Сердце Омены. Оно такое несокрушимое…
Воплощённая Богиня шла по извилистой тропе. Между скал, оплетенных вьющимся толом, дорогою обрамленной высокими цветущими ларами, ступая босыми ногами по черной земле. Она приближалась к главному пещерному храму ини.
Все было так же как в первую нашу «особую» встречу…
Мэйна несла чашу с горсткой пепла, собранного с жертвенного костра и перемешанного с благовониями. Гаруны жгли для сегодняшнего приношения тысячи прядей волос преданных культу Инэрэны женщин. Желая умилостивить демона (то есть меня) жертвенное пламя жрицы непрерывно кормили кровью и слезами.
Под пеплом ещё тлел огонь, и Омену охватывали, вплетаясь густым варевом в струи дыма, молитвы и стенания, доносившиеся из всех храмовых мест поклонения Богине.
Браслеты нежно звенели при каждом лёгком шаге. Широкий и длинный плащ цвета сырых костей нежно шуршал, поглаживая пыльную тропу.
У входа в пещеру ини опустилась на колени.
Чаша была установлена на землю. Ладони сложены. Потекла защитная мантра.
Белая кожа, губы подчёркнутые ритуальным красным красителем, подведённые черным с золотом глаза, длинные опущенные ресницы приковали мое внутреннее зрение.
Сладкий голосок соприкоснулся с полем моего сознания и растекся приятным нектаром.
Изящные пальцы потянулись к чаше. Омена зачерпнула горсть дымящего пепла в ладони и всплеском рук бросила его в воздух, покрыв голову серо-белым облаком.
В храмах затрубили в трубы. Протяжные звуки приглашали Богиню войти в Храм.
Омена ступила в черноту пещеры. Зажёгся жидкий огонь.
Пламя повело Богиню в церемониальный зал. Немного заброшенный, покрытый паутиной широкий алтарь, пыльные колонны, ритуальные предметы, обелиски, жезлы, копья и мечи, хрустальные черепа и каменные статуи красивых женщин в броне озарились золотистым мерцанием и засверкали обилием искр. С каждой поступью Омены Храм на глазах оживал и преображался. Таяла паутина, пыль испарялась, в черепах начинал загораться фимиам.
Пещеру наполнила чарующая музыка духов, похожая на завывания ветра и океанский прилив. Их низкие, тягучие голоса трепетали в сводах, и казалось, что песню поют сами горы, вторя глухим протяжным голосам скальных ГешЕ с далёких окраин. Духи повторяли очищающие пространство слоги, задавая своей глубинной мелодии ритм.
Подойдя к алтарному постаменту, Омена сбросила плащ и словно покрывалом устлала им землю.
Богиня ударила носком о пол. Ожерелья на талии всколыхнулись и звонко ударились о шелковистую кожу бедер.
Я уловил аромат ее прекрасных чресл, и во мне загорелась похоть.
Богиня плавно переступила с ноги на ногу и в следующий раз ударила оземь пяткой. Пещера волнообразно содрогнулась и весь огонь в зале затрепетал.
Тело и руки Мэйны начали извиваться, а ступни отбивать такт. Храм завибрировал, словно внутри него забилось сердце. Нежные трели источали ее украшения, и вся она излучала… соблазн.
Затем она резко остановилась и закрыла ладонями глаза, создавая в уме мое изображение…
Я проявился перед ней, сидящим на алтаре. Постепенно мои оболочки уплотнились, и я открыл глаза.
Омена, встала на колени и поклонилась, молитвенно сложив на груди руки. Затем ее танец продолжился. Гибкое полуобнаженное тело плавно задвигалось, выгибаясь змеей, поднялось вверх. И тут же она исчезла. Но ненадолго…
Ее руки заскользили по моей спине, плечам, груди.
В танце она обжигала мою кожу горячими прикосновениями, и я чувствовал ее дыхание, наполненное страстным желанием…
Омена желала одного – спасти свою планету от гибели…
Я схватил ее за талию и рывком перекинул к себе на колени.
– Достаточно, Мэйна! Ты же знаешь, на меня это не действует!
Она хотела, что-то сказать. Открыла уже ротик. Но я сразу же заткнул его поцелуем. Затем перенес Богиню на приготовленное «ложе» из плаща и жадно погрузился в ее лоно.
Она неотрывно смотрела мне в глаза, пока я терзал ее созданное богом красоты тело. И огненная адала переплеталась с голубой инэрной.
Но им не дано было никогда соединиться…
Я знал, что не владею Мэйной, как всеми остальными женщинами. Хоть и во плоти, она оставалась неуловимой. Она могла исчезнуть в любой момент!
Она позволяла любить себя. Но не отдавалась.
Она на время предавалась мне. Но не доверяла.
Она разжигала во мне не обычную страсть, но подлинное безумие обладания!
Завладеть ее ветром. Сковать ее эфир. Заморозить ее огонь. Остановить ее реку…Расколоть ее твердыню!
Я хотел Мэйну себе…навсегда. С того самого первого дня…
***
{Омена}
Воспоминания Мэйны Омены, которые она передала Ардагару в уме
С тех пор как наше небо почернело, не было и дня, чтобы мы не проливали слез. Двести пятьдесят лет тяжёлого ига, насилия, демонической власти жестокости и кошмара.
Каждый день я вижу, как планета гибнет, как люди сходят с ума от страха, умирают без еды и воды, терзаемые невиданными болезнями.
И я ничем не могу им помочь. Ничем! Мы беспомощны перед такой чудовищной мощью тьмы.
Семь демонов ада пришли на Гару просто, чтобы жить за счёт нашей жизни. Чтоб пить наши страдания как вино в своих шикарных замках, осыпанных миллиардами драгоценных камней и облицованных золотом, хрусталем и мрамором.
Когда нирхи вторглись на нашу планету, мы вскоре поняли, что обречены. Им не нужен был никакой мир, они смеялись над нашими жалкими попытками установить перемирие, не шли ни на какие переговоры и уступки. Мы для них были корм, мусор…
В озере Инэрэны мы увидели их истинный облик – они те, кому не нужно предлога для войны, причин не надо для кровопролития; они те, кто возносят ежесекундно много тысяч лет подряд мечи над жизнью, чтобы воцарять смерть.
И мы остались один на один с этим кромешным адом! За грехи? За что? Я уже не знаю…Плачу и посыпаю голову пеплом…Мои несчастные дети…Мой бедный народ.
Когда я впервые пришла к нирхам, шел две тысячи двадцатый день безостановочных сражений.
Пришла от отчаянья.
Пришла поговорить о мире.
Я хотела договориться, найти выход, остановить войну, гибель неповинных людей. Пусть даже на тяжёлых условиях…
На троне восседал их огнедышащий правитель, подобный дракону. И три демона, страшнее Смерти, окружали его, словно они все были его несокрушимыми головами.
Я подняла взгляд, чтобы встретить самый страшный миг моей жизни.
Как же отвратительна их адская суть, увидела я. Увидела и то, как густо пропитаны их ауры кровью миллиардов живых существ и как тянется черной волной за ними страшные плащи – бесконечные как вселенные. То была грузная масса из призраков, захваченных в плен их силой.
В меня просачивалась энергия со всех сторон мерзких демонических тонких тел, вороша мой разум, расщепляя меня на мелкие части и изучая. Отпрепарировав таким образом с доскональной точностью, доктора ада, главным из которых, был демон с фиолетовыми глазами, наконец добрались до заветной цели! Своими парализующими ножами они расчленили самые глубокие слои ауры и пронзили мою душу.
Обезоруженная и вконец опустошённая, я упала безвольно на колени. И постыдно склонилась перед правителем нирхов…
Находится перед ними, было, все равно, что гореть в солнечной плазме и одновременно превращаться в кусок льда. Безумие захватывало мое сознание пылающими клещами и хотелось от боли вырывать из тела замороженные страхом вены и сердце. Срывать охваченную жаром кожу.
И это лишь скудное описание того, что чувствовала я тогда… Переживания подобной силы изложить в словах или образах просто невозможно!
А ведь они могли бы сразу сдержать свою мощь. Если бы хотели… Но им нравилось мучить меня.
Наконец демоны наигрались, мука прекратилась, и я смогла встать.
Подняла снова взгляд на правителя. Посмотрела на его лицо. Весьма суровой красоты. Направила взгляд чуть выше переносицы, остерегаясь прямого контакта глаз. Я давала понять, что хочу переговоров! Но на равных!
Жги снова! Что ж! Воля твоя!
Но демон на этот раз встретил милостиво мой взгляд. Обратился спокойно и даже вежливо:
– Что привело тебя к нам Королева ини?
– Я хочу переговоров, Правитель!
– Переговоров?! …Хм….Переговоры ведут равные. Проигравшие же – сдаются!
В зале раздались приглушённые смешки.
Я немного растерялась. Но быстро взяла себя в руки.
– Да, могущественный господин! Это, безусловно, так! – я искренне выказала ему почтение, признала его силу.
В зале все замолкли. Я продолжила:
– Мы понимаем, что силы Твои несокрушимы. И мы готовы сдаться…. Равно, как и умереть! В твоих ли планах управлять землёй мертвецов? Тогда пусть на то будет твоя воля…
– Не бойся! Только слабые убивают всех без разбора! Я пока не планирую убить всех. Мне нужны рабы. Прикажи своему народу покориться моей власти. Вразуми их, найди действенные доводы! А сама уйди и не мешай! И будет разговор окончен. И война тоже.
– Я не могу отказаться от своего народа, правитель. Мы связаны с ними цепями клятв, которые не разрубить! Я обязана защищать гарунов! Но…так вышло, что чем больше я защищаю их, тем больший гнев с вашей стороны обрушивается на их головы…Поэтому, я пришла просить тебя о прекращении бессмысленных сражений!
– То есть…Я правильно тебя понял? Вы никак не можете выиграть ни одной битвы. А наши победы очень болезненно отражаются на твоих подданных. И поэтому я должен отступить?
В зале воины дружно расхохотались. Правитель и все его драконьи головы широко оскалили белые зубы.
– Да! – ответила я вскидывая гордо голову.
На зал обрушился новый шквал хохота. Даже стены задрожали.
"Пали бы они на вас. Я бы тогда посмеялась", – подумала я.
– Ты пришла нас развлечь? Решила прикинуться лицедейкой?
Я почувствовала закипание адалы. Стопы зажгло. Нет, я не за этим пришла, чтоб разозлить его. Нет!
– Нет! Я не за этим пришла, Повелитель!
Я едва коснулась тыльной стороны ладони щеки, вроде невзначай. С виска скатывалась капля пота. Нужно было это срочно скрыть!
И вдруг я осознала, что запредельно взволнована. А я ведь королева! Я воин! Я привыкла говорить прилюдно речи, равно как и смотреть смерти в глаза. Никогда ни перед кем не робела!
Я приподняла шелковистый подол (Специально сегодня оделась не для войны. Для встречи выбрала самое нежное платье из тончайшего полотна, лучшие украшения, вплела драгоценности в волосы, чтобы не было и намека на воинственность). И изящно присела, склонив голову. Хотела было продолжить…
– Теперь понятно! Ты пришла меня соблазнять? – едко произнес Повелитель.
В зале ещё громче прежнего рассмеялись.
Впервые в жизни мои щеки залились румянцем стеснения.
Да что же со мной такое? Меня даже потянуло попросить его о помощи и поддержке. Нет! Мне даже захотелось, чтоб он меня пожалел… Словно он был мой друг…О, Боги! Это же демонические сидхи^мистические способности^так себя проявляют! Я попала под их чары!
Собрала вокруг себя плотнее щиты. Попыталась сбросить окутавший сознание морок. Но источник был чудовищно силен. Мысли путались. Ум туманила плотная пелена. Если так пойдет дальше я окончательно потеряю самообладание… Какое унижение!
– Я не могу ничего сказать! Все время твоя высокородная свита атакует меня! – вдруг отчаянно выпалила я. Сама того от себя не ожидая…
И конечно правителю не понравилось мое наглое заявление.
– Довольно! – раздался его грозный голос. – Убирайся, пока вообще цела!
– Я пришла одна, без оружия, едва защищённая. А вы набросились на меня все разом! Или вы не благородные воины?! Заставляете то сходить с ума от боли, то пытаетесь смутить, то запутать мысли! Зачем поступать так?
Я хотела закрыть ладонью глаза, но вместо этого, погрузила пальцы в волосы на затылке. И еле сдержала подкатившие к глазам слезы гнева. Я думала, что они меня сейчас начнут опять жечь своей адалой..
Но правитель вдруг осмотрелся. Поднял руку.
– Нарр, отпусти, – приказал он, одному из стоящих рядом демонов.