Текст книги "Преступные намерения. Ошейник для воина (СИ)"
Автор книги: Анна Гаврилова
Соавторы: Марика Весенняя
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)
Блин… Ну что за провокации на ночь глядя?
– Нет! – сказала я беззвучно, но девочки прекрасно видели, и были вполне в состоянии прочесть по губам. – Не всего лишь. Это самый офигенный вибратор в галактике!
И добавила уже вслух:
– Но одолжить даже не просите. Не дам!
Девчонки вновь скривились и опять вернулись к коктейлям. Ну а едва стаканы опустели, дружно поднялись и направились к выходу.
Нет, в этот раз мы не поссорились, но я прекрасно видела – девчонки искренне надулись. Зато…
– Но теперь я понимаю, зачем ей это боди, – сказала Бини вполголоса.
Лала и Дасси поморщились, но кивнули.
Глава 6
Едва подруги покинули люкс, я заблокировала дверь, мазнула взглядом по сваленным у стены пакетам с покупками и направилась в ванную. На туронца даже не взглянула, хотя понимала – уж на кого, а на Тенорда злиться глупо.
Но это всё равно было выше моих пределов. Воспоминание о том, как «воин» стоял и даже не пытался противиться хищным прикосновениям Дасси, превращало кровь в гремучую смесь из огня и яда. Мне настолько хотелось придушить этого мужчину, что поход в душ был единственным способом избежать преступления!
Дверь ванной комнаты я, подумав, тоже заблокировала. Лишь теперь избавилась от утомительных каблуков и начала стягивать с себя всё остальное. Короткое платье, бюстик, трусики и чулки упали на глянцевый пластик пола, а я завязала волосы узлом и шагнула в душевую кабину.
Мысли не путались, но алая пелена на глазах лежала…
Как он посмел? Нет, как он, чёрт возьми, посмел?! Только не говорите, что Дасси настолько понравилась, что ему хотелось быть ощупанным этой… этой… Да мымра она вот кто. Хоть и подруга.
От переизбытка эмоций, я треснула кулаком по стенке кабины, и… сильно ушиблась. Минутой позже, подпрыгнув от боли, едва не поскользнулась на кусочке экзотической косметики, под названием мыло.
Пока поскальзывалась и махала руками в попытке уцепиться хоть за что‑нибудь, сильно испугалась. И именно испуг помог протрезветь…
Спустя ещё минуту я стояла под тёплыми струями и пыталась отдышаться.
Ну чего я завелась? Чего сбесилась? Даже если Дасс ему понравилась, туронец – не моя собственность!
То есть нет, не так. Туронец, конечно, собственность, но только номинально. По факту он свободен и, следовательно, может подставлять свои мускулистые руки под чьи угодно пальчики.
А… а если перестать себя накручивать и взглянуть на ситуацию здраво, то поведение Тенорда вообще ничего не значит. Мы с ним не обговаривали возможность визита моих подруг, вероятно он просто растерялся и не знал, как поступить – нахамить, выдернув руку, или проявить подобие вежливости.
Я представила, как Тенорд, этот большой и очень сильный мужчина отскакивает от довольно хрупкой Дасс и шипит с негодованием. Потом вообразила, что туронец пытается отряхнуть руку от прикосновения, и… захихикала. А вслед за этими воображение ещё одну картинку подкинуло: как обнаженный «раб» опрокидывает меня на кровать и начинает целовать, покусывая губы…
Остывшая, было, кровь вскипела моментально! Только теперь огонь был чистым, без примеси яда. Мои ладони неосознанно заскользили по телу, задержавшись на груди и внизу живота, и стало совершенно ясно – мне нужен секс. Немедленно. Иначе сгорю!
В итоге, я выключила воду, вышла из кабинки и, наскоро обсушившись полотенцем, набросила на плечи халат. На пару минут задержалась у зеркала, чтобы искренне порадоваться тому факту, что умыться и намочить волосы не успела. Аккуратно задвинула в угол горку брошенных на пол вещей, и… мысленно пожелав себе удачи, вернулась в гостиную.
Я сознавала – в том, что касается туронца, я повела себя не очень красиво. После ухода девочек мне следовало сказать ему хотя бы пару слов, хоть как‑то объяснить своё поведение. Но я поступила так, как поступила, и теперь надеялась на… нет, не на чудо, а на чуткость.
В конце концов, Тенорд не мальчик, и он понимает – я тоже в довольно сложной ситуации нахожусь. Мне нужно вести себя так, чтобы подруги во – первых не заподозрили, во – вторых не удивились, когда объявлю о намерении продолжить отдых на Сим-14.
Да и вообще… мы с Тенордом в настолько скользкой ситуации, что лучше быть терпимее к странностям друг друга. Так что поводов для претензий нет. Ни у него, ни у меня!
Вот только раб класса «воин» эту точку зрения, судя по всему, не разделял… Когда я вошла в гостиную, он пребывал именно в том состоянии, в котором ожидала застать его часом ранее – сидел, развалившись на диване, и с видом императора вселенной, переключал каналы голографического визора. И даже звук моих шагов – а я нарочно шла громко – не заставил мужчину от этого занятия отвлечься.
Но меня такая реакция не расстроила. Я приблизилась, грациозно опустилась на подлокотник и, подхватив прядь давно нестриженных тёмных волос, намотала её на палец.
Раб класса «воин» посыл понял и тяжело вздохнул, но… он всё‑таки повернул голову, что позволило мне потянуться к мужчине с поцелуем.
Скрывать остальные свои желания я так же не собиралась. Поэтому обвила шею туронца рукой, прильнула грудью, и только после этого прикоснулась к его рту и игриво протолкнула язык между плотно сжатых губ.
А вот дальше случилась неприятность – Тенорд на поцелуй не ответил… Я потратила добрых две минуты, чтобы убедить туронца не строить из себя буку, но ничего не добилась.
Пришлось отстраниться и обратиться уже к словам.
– Тенорд, ну не дуйся… – Сказала тоном капризной, но совершенно невинной девчонки. – Ну поцелуй меня…
В следующий миг губы «воина» тронула кривая усмешка, а я услышала:
– Зачем просишь, если можешь приказать?
Блин…
Мой стон был долгим, но беззвучным. А самым противным являлось то, что Тенорд в определённой степени прав. Я действительно перегнула с этой чёртовой командой активации, но блин. В тот момент другого выхода не видела.
– Прости, – сказала я искренне. – Прости, это не нарочно. Понимаешь, я растерялась, и…
– И решила проверить, работает ли этот ошейник в принципе, – продолжил фразу Тенорд, а я…
Это было так глупо. Так невероятно глупо. Но вместо того, чтобы отреагировать спокойно, я дёрнулась, выдав себя с головой.
Да! Добавляя к приказу команду активации ошейника, я знала, что не только (или не столько…) останавливаю флирт, но и проверяю, работает ли защитная цацка. И да, несмотря на всё, что между нами случилось, меня этот вопрос интересовал!
– Мэри, Мэри… – с усмешкой протянул туронец. – Ты совсем не умеешь врать.
А вот теперь я не дрогнула. И вообще… То, что произошло только что… это не считается! Я среагировала на другое! И… проверять действенность ошейника не собиралась. Всё, что ты подумал, Тенорд, – твои личные плохо обоснованные домыслы!
– Хотя нет, – выдержав паузу, продолжил мужчина. – Иногда у тебя всё же получается. Тогда, на ярмарке рабов, ты была очень убедительна.
Увы, но одно упоминание о том концерте вогнало в краску. А моё приобретение задумалось на миг, потом сказало:
– Я понял: ты врёшь по вдохновению. – И после новой паузы: – Сегодня муза тебя не посещала.
И всё‑таки я не выдержала, потупилась. Но почти сразу взяла себя в руки и заговорила:
– Послушай, давай не будем нагнетать? Да, я признаю, что проверка ошейника тоже имела место, но главной целью был спектакль для девочек. Ты сам понимаешь, они не должны заподозрить, что наши отношения далеки от рамок госпожа – раб. Иначе о твоём побеге придётся забыть.
Туронец в ответ на мои слова ухмыльнулся, а я предприняла новую попытку к примирению – снова прильнула к сильному мужскому телу и потянулась к губам. Но прежде, чем этих губ коснуться, услышала:
– Целоваться с вибратором? М – м… Мэри, это какое‑то извращение.
Блин. Он издевается?
Я опять отстранилась, но в этот раз не краснела, хотя почувствовала себя крайне неудобно. Просто будь на месте Тенорда я – тоже бы обиделась.
Но, с другой стороны, что мне следовало сказать? Нет, девочки, меня интересует не только член, но душа и прочие, блин, органы? Чтобы вмиг оказаться под надзором?
– Тенорд, прекрати… – морщась, попросила я. – Не дуйся.
– Я? Дуться? – Туронец фыркнул. И добавил, упершись взглядом в экран визора: – Малышка, я не из тех, кто обижается, но сегодня ты перегнула. Поэтому давай оставим разговоры на завтра.
Мужчина говорил настолько спокойно, что было ясно – не врёт. Он не обиделся, он… разозлился. А самое паршивое – Тенорд реально намерен отложить примирение, что крайне неприятно. Причём повредит, прежде всего, делу.
– Тенорд, нам предстоит очень серьёзное дело, – вслух напомнила я. – Нам нельзя ссориться.
– А кто здесь ссорится? – по – прежнему глядя в визор, спросил «раб».
Не выдержав, я шумно вздохнула и попробовала взять ситуацию в свои хрупкие, но ласковые руки. Невзирая на откровенный игнор, пробежала пальчиками по его предплечью, потом подсунула ладони под футболку и принялась пересчитывать кубики пресса.
Минутой позже вновь прильнула к этой запаянной в ошейник буке и начала ласкать языком шею и мочку уха. И пусть туронец делал вид, будто ему глубоко плевать на мои попытки, но я отлично видела, что стараюсь не зря – бугор на ширинке Тенорда появился почти сразу и исчезать не собирался. И я продолжала дразниться в надежде, что «воин» всё‑таки сдастся, и мы помиримся.
Но чем дальше, тем яснее становилось – затея проваливается. Кое‑кто пошел на принцип: несмотря на все мои старания, Тенорд даже бровью не вёл!
В какой‑то момент мне это безразличие надоело. Я отстранилась и протянула жалобно:
– Тенорд… ну хватит.
Туронец, как ни удивительно, соизволил отвлечься от визора, а я добавила:
– Ну что мне сделать, чтобы ты меня простил?
На лице «воина» ни один мускул не дрогнул, но в глубине глаз появился лукавый блеск. В следующую секунду Тенорд огладил ладонью собственную ширинку, а я услышала:
– Что сделать? Ну, допустим, один способ заслужить моё прощение действительно есть.
Я поняла, на что намекает туронец, и чуть – чуть, но смутилась. Просто опыта в таком деле у меня крайне мало – всего раз пробовала, и то…. Это было после романтического ужина, в полумраке, а Тенорд предлагал обласкать его близкий к классическому орган прямо здесь, причём без всяких прелюдий.
Я не знала, как к подобному предложению относиться. И не понимала, чего во мне больше – смущения или желания.
Зато мужчину никакие противоречия не терзали – неспешно, словно нехотя, он расстегнул пуговицы ширинки и достал член. Потом приподнялся, чтобы приспустить штаны, и снова огладил возбуждённый орган ладонью.
– Ну что, Мэри? Займёшься? – позвал он. И добавил после паузы: – Или госпожа брезгует?
Намёк на мой номинальный статус немного задел – ведь именно с роли хозяйки началась наша ссора. Но соскользнуть с подлокотника и опуститься на колени перед закованным в ошейник мужчиной заставило совсем другое.
Мне хотелось. И даже страх опозориться, выдав свою неопытность в этой области, не помешал.
Чуть помедлив, я взяла фаллос туронца в руку и едва не присвистнула, ощутив насколько он твёрдый. Провела вверх – вниз – просто примериваясь… а секундой позже решилась сделать так, как хотелось мне.
Я обхватила ствол двумя пальцами, опять провела вверх и вниз, а потом наклонилась и коснулась головки языком. Ожидала услышать ответный стон, но Тенорд молчал, и я вновь прикоснулась языком, чтобы через мгновение обхватить губами и вспомнить… одну замечательную кондитерскую на планете Юнтос-8.
М – м… какие в той кондитерской леденцы. Попробовав их, все без исключений взрослые, мигом впадают в детство. Лично я, прилетая на Юнтос-8, покупаю сразу упаковку и до самого отъезда не выпускаю леденец изо рта. Отчего все мои фотки с этого курорта выглядят довольно своеобразно…
Здесь было примерно то же самое, только вкус другой. Не хуже, и не лучше, но с тем же уровнем удовольствия. Я облизывала, играла языком, водила по стволу пальцами, и… реакция Тенорда меня уже не интересовала. Мне было всё равно, что он там думает или чувствует. Мне было хорошо!
А потом я решилась сделать так, как делают в эротических видео – роликах – обхватила вершину губами и насадилась настолько, насколько смогла. Остановилась лишь почувствовав, как он упирается в горло, и в тот же миг услышала сдавленный стон моего «раба».
Тяжелая рука легла на затылок, словно стараясь удержать, но я всё равно устремилась вверх. А дойдя до вершины, повторила предыдущий пассаж. Классический член туронца снова упёрся в горло, а Тенорд опять застонал. Это было приятно. Это польстило.
Зато дальше всё вновь вернулось на круги своя – я развлекалась, то облизывая, то заглатывая, а раб класса «воин» сидел и… пялился в визор.
Не знаю, насколько внимательно он смотрел то, что показывали, но этот саун дрек, состоящий из бодрого отчёта о последнем заседании комиссии Содружества Большой Сотни и рассуждений о динамике цен на урановое топливо, придавал происходящему оттенок невероятной пошлости.
Только мне самой эта пошлость отчего‑то нравилась. Не знаю почему, но ситуация заводила всё сильнее. К моменту, когда фаллос Тенорда начал ощутимо пульсировать, я сама была почти на пределе.
Может быть поэтому не оскорбилась, когда туронец взял за волосы и начал двигаться навстречу моему рту, в стремлении погрузить своё орудие поглубже? И не смутилась, услышав хриплое, с придыханием:
– Малышка… я сейчас кончу.
Слова вызвали вспышку эйфории, вслед за которой пришла растерянность. Кончит? А… куда?
Ответ был очевиден, но вызвал не удовольствие, а испуг. Я никогда не пробовала, но точно знала: для меня такой финал – перебор. Возможно, когда‑нибудь и сумею, но сейчас глотать мужское семя не готова.
Только испугаться как следует я всё‑таки не успела. Тенорд заставил отстраниться раньше, чем я сама об этом подумала и, заменив мою руку своею, выдохнул:
– Малышка, извини, но я не вытерплю.
Раб класса «воин» жестче вцепился в мои волосы, заставляя приподнять голову и «передёрнул затвор». А я закрыла глаза, в долю секунды сообразив, что именно намерен сделать тот, кого выкупила на Верлее-11. И не ошиблась…
Ещё мгновение, и лица коснулось тёплое, а воздух наполнился резким запахом. Но, вопреки собственным ожиданиям, отвращения я не испытала – наоборот. Когда первая капля мужской влаги коснулась кожи, по телу прокатилась волна сладкого огня. За ней ещё одна – да такая, что я не выдержала и застонала.
Эти несколько выстрелов подарили невероятный кайф. Очень яркий, очень волнующий. И, несмотря на то, что всё закончилось секунду назад, я поймала себя на мысли, что ужасно хочу повторить.
Я замерла, тяжело дыша и не решаясь открыть глаза. А Тенорд отпустил мои волосы и, судя по звукам, откинулся на подушки дивана.
– Извини Мэри, – хрипло выдохнул он. – Извини, если обидел, но искушение оказалось слишком сильным.
Я непроизвольно поморщилась. Что‑то внутри меня действительно предлагало оскорбиться поступком «раба», но увы… Увы, оскорбиться не получалось!
Чувствуя себя самой испорченной девчонкой в галактике, я отёрла лицо сперва рукой, потом рукавом халата и распахнула глаза. С трудом, но всё‑таки встала и, на подрагивающих ногах, отправилась в ванную комнату.
Мельком взглянула на себя в зеркале – ужаснулась и улыбнулась одновременно. Тут же сбросила халат и шагнула в душевую кабину.
Дверь в ванную я не блокировала, но появление в душевой туронца вызвало некоторое удивление. Тем не менее, противиться компании «раба» я не стала. Вот только повернуться и посмотреть в глаза не решилась – мне требовалось время, чтобы переварить то, что между нами произошло.
Тенорд мою позицию, кажется, понял – по крайней мере на общении не настаивал. Но и оставлять наедине с мыслями не желал. Раб класса «воин» вооружился очищающим гелем и принялся массировать мои плечи и спину… Потом прижался вплотную и начал гладить грудь и живот.
Прикосновения были ласковыми и даже бережными, а струи воды уже смыли мужские следы с моего лица. Так что, в конце концов, я осмелилась повернуться и немного удивилась, когда Тенорд впился в мои губы.
Да, это было неожиданно, но очень приятно. Не менее приятно, чем ладони, сжимающие мои бёдра и первые признаки проступающей у туронца эрекции. С учётом того, что разрядки я так и не получила, этот момент вызвал интерес.
Ну а когда Тенорд перестал целовать и начал… трахать мой рот языком, меня такая волна возбуждения накрыла, что я едва устояла на ногах.
– Что, продолжим в спальне? – прервав сладкую пытку, выдохнул «раб».
Я не задумываясь кивнула, и мысленно порадовалась тому, что инцидент с ошейником исчерпан. В нашей маленькой команде снова воцарилась гармония…
…Утро началось привычно и гадко – с завывания планшетника. Коммуникатор, разумеется, тоже выл, но он был в сумочке, а та осталась у двери, заваленная пакетами с покупками – то бишь не слышно.
Зато планшет лежал не где‑нибудь, а рядом с кроватью. И верещал прямо в ухо! И мне не оставалось ничего другого, как продрать глаза, подхватить гаджет и с молчаливыми матами принять звонок от Лалы.
Я была убеждена – это обычный общий созвон. То есть сейчас на экране вспыхнут ещё два квадрата, и спальня заполнится щебетом девчонок. Но всё оказалось чуть – чуть иначе… Лала хотела посекретничать!
– Ты одна? – едва я нажала кнопку приёма, спросила подруга.
В этот миг Тенорд активировал диодную подсветку над кроватью, и вопрос отпал. Зато появилась просьба:
– Мэри, мы можем пообщаться наедине?
Я слегка удивилась, но не словам, а выражению лица – вечно позитивная Лала выглядела задумчивой, и даже напряженной.
– Что‑то случилось? – спросила я.
– Нет. Всё в порядке. Но… – Лала сделала страшные глаза и замолчала.
А я, глядя на подругу, немного забылась… Я попыталась поступить как все нормальные люди – выбраться из постели и уйти в другую комнату. Ну чтобы Тенорду своими разговорами не мешать.
Хорошо, что «раб» оказался сообразительней «госпожи». Успел перехватить и не пустить, и сказал одними губами:
– Прикажи мне уйти!
Я, наконец, поняла несуразность ситуации и действительно приказала. Да ещё дверь за собой закрыть велела.
Ну а как только мы с Лалой остались вдвоём, услышала:
– Мэри, и всё‑таки, как его имя?
– Понятия не имею, – не моргнув, соврала я. – Ты же знаешь, что в таких случаях в документах только номер, присвоенный судебной системой, пишут.
И это было правдой. В смысле, в договоре купли – продажи имени не стояло. А в том, что «раб» всё‑таки представился, признаваться не хотелось.
Озвучивать настоящее имя тоже было боязно – вдруг это что‑то исконно туронское и Лала, будучи девушкой немного одержимой закрытыми планетами, поймёт? Вдруг догадается, что Тенорд совсем не человек? Так что нет, лучше показаться странной, чем сказать.
– А как ты его в таком случае называешь? – нахмурилась подруга. – СР… что‑то там?
Я улыбнулась, представив, насколько глупо подобное обращение звучит. Сказала:
– Нет, не так.
– А как? – не пожелала отступить подруга.
У меня ответа не было, поэтому тоже рогом упёрлась…
– Лала, ну какая разница? Называю. Как‑то.
– Как именно?
Я мысленно взвыла и мысленно же послала Лалу подальше. А вслух с дикой неохотой произнесла первое, что пришло в голову:
– Зайчиком.
– Кем? – ошарашенно переспросила собеседница.
Не выдержав, я закатила глаза, но всё‑таки повторила:
– Зайчиком! Иногда – зайчонком.
Полминуты тишины, и… Лала захихикала. Я же, сообразив, что ляпнула, тоже улыбнулась. Но через минуту веселиться расхотелось – следующим, что сказала Лала, было:
– Мэри, лицо твоего раба кажется мне знакомым. Только никак не могу вспомнить, где же я его видела.
Я удивлённо приподняла брови, и… собственно всё. Страх, заполнивший сердце, от собеседницы удалось скрыть.
– Точно говорю – видела, – продолжила Лала задумчиво. – И надеялась, что ты знаешь имя, и оно поможет вспомнить…
Подруга замолчала. У меня слов тоже не было. В итоге, мы добрых две минуты просто таращились друг на друга через окно видеосвязи.
– Допустим, ты его действительно видела, – чуть опомнившись, сказала я. – Но что дальше? У каждого осуждённого когда‑то была другая жизнь. У каждого есть своё прошлое, с какими‑то встречами, знакомствами и прочим.
– Это да, – отозвалась Лала. – Но понимаешь… интересно. Так интересно, что ещё чуть – чуть и лопну от любопытства.
Пришлось выдавить из себя сочувственную улыбку и кивнуть.
– Да, Лала. Понимаю. И если узнаю что‑нибудь о его прошлом, то обязательно тебе расскажу. Договорились?
Подруга просияла и оборвала звонок. А я задумалась – где эти двое могли встретиться? Или же они не встречались, а Лала просто видела фото в сети?
Вопрос, определённо, требовал ясности, и я отложила планшет в намерении встать, накинуть что‑нибудь и выйти к Тенорду. Но дверь отъехала в сторону раньше, чем я отбросила одеяло. На пороге обнаружился туронец с полотенцем на бёдрах и небольшим подносом в руках. По комнате поплыл пленяющий аромат кофе и сдобных булочек, и это было гораздо интереснее, чем какие‑то звонки и расследования.
